9. Каждый страдает по-своему

— Блять, что за черт, блять… — послышался знакомый мужской голос. Этот человек со мной говорил, но я уже не могла разобрать его слов, мой мозг превращал все в кашу, эхо. Ответить ему я тоже не могла, я лишь чувствовала какие-то легкие прикосновения, причинявшие мне уйму боли, от которых земля уходила все дальше и дальше из-под ног. Я медленно, но верно теряла сознание от болевого шока. Человек что-то испуганно кричал, но в моей голове все троилось. А вскоре я и вовсе потеряла связь с внешним миром. Pov Автор Тело Сабины повисло на веревках, сознание отключилось. Джеймс сильно засуетился, оценив, насколько плачевной была картина перед ним. То, что он вырубил Хойта, уже дало старт игре нервов, а видеть девушку при смерти в конец добивало его. Руки дергались, пытаясь разрезать тугие веревки. Пират проклинал весь мир за то, что рядом с ним не было Рича, который помог бы утихомириться. Времени было мало, этот факт подливал масла в огонь. «Сейчас кто-нибудь заметит долгое отсутствие Хойта, и нам пизда». «Так, с руками разделались, остались ноги и пора валить отсюда». Спустя минуту высвободив голую девушку из плена, мужчина без лишних раздумий подхватил ее на руки, перебросив через плечо как окровавленный кусок мяса, и понесся глубоко в джунгли, не оборачиваясь назад. АК-47 бесконтрольно и назойливо болталась на широкой спине, успевая наносить Сабине легкие удары дулом по голове. — Просто блядство, — выругался Джеймс, не сбавляя скорость бега. В квадроцикле, припаркованном в густых зарослях, его уже ждали. У них с Ричем был четкий план. Рич же, увидев происходящее, не сказал ни слова, а лишь завел двигатель и погнал окольными путями подальше от этого места, хотя они оба понимали, что чем быстрее привезут девушку в особняк Эрнхардта, тем лучше. Только когда дорога выровнялась неподалеку от точки назначения, а Джеймс отдышался, его товарищ решил заговорить: — Я смотрю, там полный пиздец творился. — То, что я видел… — он глубоко вдохнул. — Лучше бы никогда не видел. Этот Хойт ебаный псих. — Но чем он лучше Вааса? — нахмурился Ричард. — Ваас бы с ней так не поступил. На этом диалог оборвался, квадроцикл был остановлен, и пираты поспешили выпрыгнуть из него. Джеймс, сняв какое-то полотно, сложенное на заднем сидении, накинул его на изуродованное женское тело, которое в последствии было доставлено доктору. Тот сидел, как и ему свойственно, в оранжерее, создавал, Бог знает из чего, лекарственные препараты. Он то и был нужен. — Док! Док! — кричал Рич, метнувшись внутрь оранжереи. Джеймс остался стоять в дверном проеме с девушкой на руках. — Нам нужна помощь, блять, старик! Что-то неладное Алек услышал и почувствовал не сразу, потому что сам находился под действием сильных веществ. Его глаза двигались медленно, плавали в пространстве, что сильно раздражало Ричарда, и он ударил кулаком прямо по рабочему столу доктора. — У нас девушка умирает, ее кислотой облили! Алек, как черепаха, поднялся со стула и подошел ближе, осмотрев своего нового пациента. — Я ее знаю, где-то я ее уже видел, — мямлил он. — Да-да, знаешь, помоги уже ей, она, блять, еле дышит. — Уложите ее на диван в доме, я сейчас буду. Будто по щелчку пальцев пожилой человек ускорился, собирая с полок всевозможные травы и настои, которые у него были. Нельзя было сказать, знал ли он точно, как помочь Сабине, об этом пираты могли только догадываться, ожидая старика в прихожей, пока он проводил некие сложные манипуляции над Бласковиц. — Ваас узнает — будет в ярости. — От чего, что Хойт с ней сделал или что мы сделали с Хойтом и спиздили девчонку? — усмехнулся Рич. — Не знаю… — мужчина потер лоб тыльной стороной ладони. — Я так от всего этого устал, сука. Как бы это «добро» ко мне задницей не повернулось. — Забей, будь, что будет, ты сделал все, что мог. Джеймс молча кинул, и они оба зависли в ожидании. Тем временем, в строившемся лагере Хойт уже успел очнуться и прийти в ярость от случившегося. Он кричал на каждого второго, размахивал пистолетом, грозился положить любого, кто раскроет свой рот или двинется неправильным образом. — Что случилось, Хойт? — перед ним нарисовалась обеспокоенная Тома. — Уйди нахуй с дороги, пока я тебя не пристрелил, — горланил брюнет. — Сука, твоя ебаная сестра, как заноза в заднице! И ты такая же! — он вот-вот собирался уйти, но истерия взяла верх, и мужчина нанес удар девушке по голове. Та отпрянула, упав на землю. — Я убью ее ебаного спасителя, — продолжал Волкер, — и ее саму сука выебу и расчленю к хуям! Кто бы это ни был, слышишь, — рассказывал он, смотря в испуганные глаза Томы, — я его убью. И даст Всевышний, это не Ваас. Если говорить о главаре пиратов, то до него информация доходила гораздо дольше обычного, пока он кантовался на соседнем аванпосту, где не делал ничего, кроме как заправлялся бухлом и таблетками и насиловал местных шлюх. Жизнь была в шоколаде, казалось ему, до наступления ночи, когда он оставался с самим собой. Так что Монтенегро понятия не имел, что двое его людей благополучно смылись из временного места жительства проверить, были ли их выдумки правдой. — Подай-ка мне пива, puta, реще, — приказал Ваас, блуждая глазами по полуголой красотке, — а потом становись на колени и соси. Ему ничего не стоило ударить головкой бутылки об угол кровати, чтоб та откололась, и выпить все залпом. Девушка, вертевшаяся перед ним как юла, боялась оступиться, выстраивая свои движение плавно и сексуально, прямо как тигрица. Она опустилась на колени перед Царем и Богом, ухватилась пальчиками за резинку мужских боксеров и принялась стягивать их, а тот охотно поддался, предвкушая теплую слюну на головке члена. — Старайся лучше, шлюшка, — недовольным тоном рявкнул Ваас, схватив ее за волосы на затылке и проталкиваясь бедрами глубже в ее рот, — о, да, сучка, вот так. Что, тяжело тебе горловой приходится, да? Неопытная зараза! — толчок еще глубже. Девушку пробило на рвоту. Монтенегро, скривившись от неестественно теплой вязкой консистенции на своем члене, уставился в дырявый потолок, засопев ноздрями. Через пару мгновений этот цирк ему надоел, он резко поднялся и толкнул проститутку на кровать, настойчиво указывая ей встать раком. Острием ножа разрезав нижнее белье, он пулей вошел в анус дрожавшей девчонки, отчего с ее рта сорвался крик. — Заткнись, мать твою, на. Засунув ее же трусы ей в рот, он принялся долбить девушку с бешеной силой. Оставалось загадкой, чего именно он хотел добиться от этого сношения — освобождения от агрессии или приятного оргазма. Но и то, и другое случилось не полностью. — Какая же ты, сука, деревянная, блять, — Ваас моментально натянул на себя тряпье, болтавшееся на коленях, и выстрелил прямо шлюхе в затылок. — Так-то лучше. Труп остался валяться на кровати, пропитывая ее кровью, а пират сел на твердое кресло в углу, закурив отсыревшую сигарету. — Я думал, что станет лучше, понимаешь, — он смотрел в сторону мертвой, будто обращавшись к ней, — но нихуя не становится! Сука! Трахать тебя и представлять, что это она? Да я лучше хуй себе отрежу прямо тут. Ебучее говно! Что с ней там, ты блять, оказалась уже на том свете, расскажи же, что с ней там, а?! — он перешел на крик, срывая горло. — Вы же видите все, так хули же ты молчишь, сучка? Ты сейчас такая же бесполезная, как и при жизни была. Мать твою. Эмоции лились рекой, им не было конца и края. Ваас сходил с ума, казалось бы, куда еще хуже? И каждый день его проходил таким образом: немыслимое количество алкоголя, наркоты и мертвые шлюхи в постели. Если сначала это давало кайф, то теперь — ничего. Только в очередной раз Монтенегро окунал себя лицом в дерьмо. — А ну-ка ты, эй, блять, я с кем говорю? Мирно спавший на стуле пират дернулся от неожиданности. — Вали, убери труп с кровати и поменяй там постельное, живо! Небо было кристально чистым в ту ночь, и Ваас нашел минутку им полюбоваться. Жгучая агрессия его внезапно отпустила, сменившись легким умиротворением. — Ваас! — кричал кто-то, бежавший главарю на встречу. Тот моментально закатил глаза, вернувшись к прежнему расположению духа. — Ну что еще, блять, когда же вы оставите меня в покое! Перед ним во весь рост показался какой-то запыхавшийся пират. — Там Хойт сообщил, что на него напали и кто-то украл девчонку. — Какую, блять, девчонку? Говори конкретнее, — Ваас заскрипел зубами. — Ну ту, Бласковиц что-ли. — Какую из, блять, господи боже мой! — Вашу, простите, Вашу. — Ага, — быстро закивал Ваас, выдохнув. — Понятно. Ну круто, че. И что мне, блять, делать с этой информацией? — он замахнулся на пирата мачете. — Кто украл, куда повез, что мне известно, блять? Ровным счетом нихуя? Опять? — Не могу сказать… — Ебучий ты идиот, проваливай нахуй отсюда! Кажется, у Монтенегро намечалась очередная бессонная ночка.