Часть 8. Люди говорят со мной, но все эти голоса лишь прожигают дыры

      С самых похорон Эллы и самоубийства Дерека Аврора не находила себе места. Она хотела узнать, что за загадки оставил ей Ник, но он словно растворился в воздухе. Ей потребовалось всего пара часов, чтобы раздобыть его номер телефона, и три дня, чтобы начать писать ему сообщения — но он будто специально избегал её.       «Черт бы его побрал, он так и делал.»       Она вздохнула и снова набрала номер. Опять голосовая почта.       — Ты либо трус, либо идиот, — прошептала она, сжимая телефон так, что пальцы побелели. — Если думаешь, что я отступлю…       Гудки прекратились.       Тишина.       И вдруг — щелчок.       — Я не трус.       Голос. Его голос. Низкий, хрипловатый, как будто он только что проснулся или не спал несколько дней.       Аврора замерла.       — Чёрт, это были мысли вслух.       — Ты назвала меня идиотом. Это требовало реакции.       Она услышала в его тоне что-то новое — лёгкую, едва уловимую нотку раздражения, смешанного с… интересом?       — Ты игнорировал меня три дня.       — Я был занят.       — Чем?       — Поисками ответов.       Она почувствовала, как по спине пробежал холодок.       — Мы должны поговорить, Ник.       — Знаю.       — Лично.       Пауза.       — Полночь. Старая оранжерея в парке за рекой. Рядом с тем самым амбаром.       — Ты серьёзно? — Аврора сглотнула. — Том о нём упоминал, а если он сказал мне, то знает наверное уже весь город.       — Именно. Все, кто мог, уже обсудили этот инцидент по десятому кругу. Теперь это никому не интересно. Поверь, сейчас это самое незаметное место в городе.       Она хотела спросить ещё что-то, но связь прервалась.       Аврора бросила телефон на кровать и провела дрожащими пальцами по лицу. Он ответил. После всех этих дней молчания — просто взял и ответил как ни в чем не бывало.       И теперь она должна встретиться с ним. Ночью. В оранжерее.       Она подошла к шкафу и распахнула дверцы. И начала разбирать варианты. Первый вариант: черные джинсы и просторный свитер. Будто она вообще не старалась.       — Слишком буднично. — Прошептала она шкафу.       Второй вариант: кожаные леггинсы и облегающий топ. Как будто она действительно ждала чего-то большего, чем просто разговор.       — Слишком… с надеждой на продолжение. — Вела Аврора разговор сама с собой.       Третий вариант: темно-синее платье, которое Лил когда-то назвала «убийственно сексуальным, но в стиле, я вообще не пыталась».       Она примерила его перед зеркалом, покрутилась, затем резко сняла.       — Бред. Ему плевать, в чем ты придешь. И я что серьёзно рассматривала платье как вариант? Прийди в себя, и не веди себя как наивная девчонка. — Она начала злиться и швырнула вещь в шкаф.       Пальцы уже сами тянулись к четвертому варианту — тёмным узким брюкам и чёрной водолазке с высоким горлом, которая облегала её как вторая кожа. Не слишком откровенно, но…       Она закусила губу, поправляя воротник.       — Ты ведешь себя как дура. Это не свидание. Он хочет поговорить о смерти Дерека, а не… — Натягивая брюки причитала она.       Когда Аврора закончила, зеркало показало её раскрасневшиеся щеки.       Она резко отвернулась, схватила первую попавшуюся куртку — его бы точно это позабавило, если бы он знал, сколько времени она потратила на этот дурацкий выбор — и вышла, хлопнув дверью.       По дороге к парку она то замедляла шаг, то ускорялась. Он наверняка уже там. Стоит, облокотившись на дерево, с этим своим вечным видом «мне скучно, но так и быть, я уделю тебе немного своего драгоценного внимания».       И самое противное — ей было не все равно, заметит ли он ее одежду или нет.       Потому что она заметила свои дрожащие пальцы, когда поправляла прядь волос. И то, как сердце бешено колотилось, когда она представляла его голос:       «Найт.»       Надеясь, что он ждал.       Надеясь, что для него это тоже что-то значило.

***

      Луна светила так ярко, что сквозь разбитые стеклянные купола оранжереи на пол падали призрачные узоры из света и теней. Аврора осторожно ступала среди зарослей плюща, который давно захватил это место, обвивая металлические каркасы, как змеи.       Он уже был здесь.       Она почувствовала это ещё до того, как увидела.       Ник стоял в тени, прислонившись к старой каменной колонне, его чёрная куртка сливалась с темнотой, и только золотистые глаза светились, как у хищника.       — Ты пришёл.       — Ты звала.       Он медленно вышел из тени, и лунный свет упал на его лицо. Высокие скулы, резкая линия подбородка, губы, сжатые в тонкую полоску. Он выглядел опасно и… чертовски привлекательно.       — Ты знаешь, что Дерека и Эллу сдали не просто так, — сказал он без предисловий.       — С чего ты это взял?       — Потому что я видел их.       — Кого?       — Тех, кто охотится на нас.       Она почувствовала, как лёд в её жилах сковывает дыхание.       — Кто они?       — Пока не могу сказать. Но они знают о нас всё. И тебе лучше в это не лезть, Найт.       Она шагнула ближе.       — Ты сказал, что это «начало конца». Что это значит?       Он не ответил сразу. Вместо этого его взгляд скользнул по её лицу, будто впервые рассматривая.       — Ты изменилась.       Она не сразу ответила — сначала будто хотела переспросить, потом слегка улыбнулась.       — Забавно. А я была уверена, что ты меня даже не запомнил.       Уголок его рта дрогнул.       — Ты была единственной, кто выполнял мои задания на тренировках без возражений и лишних слов.       — Ты был моим наставником. У тебя таких как я были десятки.       — Да, но тебя я запомнил.       Один короткий ответ — и в нём столько уверенности, что у неё перехватило дыхание.       Он сделал шаг ближе.       — Твои волосы.       — Что?       — Они светятся в лунном свете.       Она не ожидала этого. Ни комплимента, ни того, как низко опустился его голос.       — Ты… избегал меня.       — Я избегаю всех.       — Но сейчас ты здесь.       — Потому что ты назвала меня трусом.       Она усмехнулась.       — И это сработало?       — Нет.       — Тогда почему?       Он посмотрел на неё так, будто ответ был очевиден.       — Потому что тебя сложно игнорировать, Найт.       Тишина.       Только их дыхание.       И где-то вдали — шорох листьев, будто сам мир затаился в ночной тишине.       Она не знала, что сказать. Он запомнил её. Он пришёл. И сейчас он смотрел на неё так, словно…       — Мы должны быть осторожны, — резко прервал он момент, отводя взгляд. — Они следят.       — Кто?       — Те, кто убил семью Дерека.       — Ты думаешь, они придут за нами?       — Они могут быть уже здесь.       Она почувствовала лёгкое покалывание на коже — её магия реагировала на опасность.       — Что нам делать?       Он посмотрел на неё снова.       — Доверять друг другу.       — И всё?       — Пока — да.       Она хотела спросить ещё что-то, но внезапно он резко двинулся вперёд, схватил её за руку и прижал к колонне.       — Тихо.       Его тело прижалось к ней, тёплое, твёрдое, защищающее. Она почувствовала запах его кожи — дым, холодный ветер и что-то ещё… тёплое, почти пряное.       — Кто-то здесь, — прошептал он прямо у её уха.       Она не дышала.       Шаги.       Где-то среди развалин.       Смех.       Кто-то громко сказал:       — Слышь, давай туда не пойдём, там, говорят, кто-то сдох.       — Ты чё, призраков боишься? — захохотал другой.       — Не призраков, долбоёб, а охрану. Заткнись, щас нас засекут.       Потом — треск банки, звон о металл, ещё один смешок.       Ник медленно повернул голову, его губы почти касались её щеки.       — Уйдём через задний выход.       — А если они уже там?       — Тогда я убью их.       Она посмотрела на него, чуть более взволнованно, чем хотела.       — Это просто подростки, — прошептал Ник, — Вездесущие ПСы. Они здесь шатаются, рисуют граффити и снимают тиктоки на фоне разрушений думая, что место проклято.       Аврора кивнула, не дыша.       Шаги постепенно затихли.       Кто-то напоследок крикнул:       — Всё, валим, у меня балончик закончился, а я, блять, слово не дописал.       — Пошли уже, мне предки звонили трижды.       Потом — тишина.       — Ушли, — сказал Ник. — Идём.       И в этот момент она поняла, он не просто пришёл предупредить её. Он хотел защитить и она покорно пошла за ним.

***

      Они шли через заброшенный парк, держась в тени деревьев. Каждый шаг Ника был бесшумным, как у хищника, а его чёрная куртка сливалась с тьмой, делая его почти призраком. Аврора чувствовала, как каждый её нерв будто оголён — от его близости, от того, как его пальцы впивались в её запястье, когда он прижал её к колонне, будто делал это тысячу раз.       Это нереально.       Он шёл впереди, его чёрный силуэт чётко вырисовывался в свете тусклых фонарей. Сексуальный, недоступный, загадочный Николас Блэк. Тот самый, в которого влюблялись все девушки на тренировках, но который не обещал большего, чем мог дать — и всегда знал, когда поставить точку.       А теперь он здесь. С ней.       Продолжая идти, она чуть не споткнулась о корень дерева.       — Смотри под ноги, — его голос прозвучал тихо, но она услышала в нём лёгкую насмешку.       — Я смотрю, — бросила она, но голос предательски дрогнул. Чёрт, почему я так реагирую?       Он обернулся, и лунный свет скользнул по его лицу, подсветив жёсткий овал подбородка, губы, которые казались слишком мягкими для такого холодного человека.       — Ты нервничаешь.       «О, богиня» — пронеслось в её голове.       — Нет.       — Врёшь. Твой пульс скачет, как у загнанного зайца.       Как он вообще…? Она посмотрела на свою руку — его пальцы всё ещё слегка сжимали её запястье, будто он и правда чувствовал каждый удар её сердца.       — Может, просто не люблю, когда меня ведут в темноте, не объясняя куда, — выдернула она руку, стараясь звучать резко, но вышло скорее обиженно.       Он внезапно снова притянул её за запястье, ближе к себе и их взгляды встретились.       — Тогда скажи «стоп».       Они стояли так близко, что она чувствовала тепло его тела сквозь тонкую ткань его футболки.       — Ещё шаг — и я забуду, что хотела сказать.       Он не спешил. Сначала его пальцы скользнули по её коже, едва касаясь, как будто проверяя, дрожит ли она.       — Мы идём к реке, — прошептал он, наконец отпуская её. — Там безопаснее.       — Почему?       — Потому что вода скрывает следы… И потому что там красиво.       Она хотела спросить, чьи следы, но вдруг осознала, что он сказал. Последнее прозвучало так неожиданно, что она подняла на него глаза.       — Ты… что, ведёшь меня на свидание, Блэк?       Его губы дрогнули — почти улыбка.       — А если так?       «Что? Что он сейчас сказал?!»       Она вскинула брови, но слова застряли где-то между сердцем и горлом. А он смотрел, будто ждал, как далеко она готова зайти в этой игре.

***

      Когда они дошли до реки Ник сел на старый пирс, развалившись с непринуждённостью человека, который знает, как он выглядит со стороны. Аврора осталась стоять. Тишину нарушал только шелест воды и редкие крики ночных птиц. Луна отражалась в чёрной воде, разбиваясь на тысячи серебряных осколков.       — Ты не сядешь? — он не повернулся, но она знала — он чувствует каждый её шаг.       — Я не уверена, что хочу быть так близко к тебе.       Он наконец посмотрел на неё, и в его глазах мелькнуло что-то — развлечение? Вызов?       — Думаешь, что я кусаюсь?       — Нет, просто не люблю игры.       — Я не играю с тобой. А ты похоже боишься меня.       — Это не так.       — Тогда что?       Она сжала зубы.       — Ты… Ты Николас Блэк.       Он медленно обернулся, и в его глазах было что-то опасное.       — И?       — И ты ведёшь себя так, будто мы…       — Будто мы что?       Она не знала, как закончить.       «Будто мы важны друг для друга? Будто между нами есть что-то большее, чем просто опасность?»       Он вдруг встал, и за один шаг сократил расстояние между ними.       — Разве я похож на человека, который будет манипулировать страхами другого человека?       Его голос был низким, почти шёпотом, но каждое слово прожигало её насквозь.       — Тогда что это значит? — она не понимала, откуда взялась эта смелость. — Я просто часть твоего плана?       Он замер. Потом медленно поднял руку — он собирается коснуться её лица? — но в последний момент опустил.       — Нет.       — Я тебя не понимаю…       — Ты… исключение. Исключение, которое я старался избегать. Не надо было вообще с тобой говорить на похоронах.       Что это вообще значит?       Она хотела спросить, но в этот момент где-то вдали раздался треск веток.       Ник мгновенно изменился — его тело напряглось, глаза сузились, и он снова стал тем самым неприступным Блэком.       — Нам пора.       — Куда?       — Ко мне.       Она замерла.       — Прости, Блэк, но сегодня ночь моей кровати. Я уже пообещала ей преданность и одиночество.       «Что?! Он флиртует? Зовёт к себе поговорить? Может стоило ответить согласием и посмотреть к чему это приведёт?» — В панике подумала Аврора.       Он не ответил сразу, просто смотрел, чуть прищурившись, будто не ожидал, что на такое приглашение ему вообще кто-либо способен отказать.       — Тогда я отвезу тебя домой.       — Серьёзно? Думаешь, я не справлюсь одна? Я уже, вроде как, достаточно взрослая.       — Думаю, справишься.       Он сделал шаг ближе.       — Но если за тобой кто-то следил, мне лучше убедиться, что ты точно добралась до своей постели.       — Я не…       Он наклонился, глядя ей прямо в глаза:       — Или ты идёшь со мной — или я понесу.       Она открыла рот, чтобы возразить.       Но промолчала.       Чёрт.

***

      Обычно он появлялся на вечеринках Лиама на чёрном Range Rover Autobiography — таком, от которого у парней текли слюни, а девушки млели от одного его вида. Машине, отполированной до зеркального блеска, с кожаным салоном цвета воронова крыла. В нем он выглядел как хищник в своей естественной среде: массивный руль лежал в его широкой ладони с непринужденной властностью, а через тонированные стекла едва угадывался профиль с резкой линией скулы — как будто сама машина была продолжением его ауры, холодной и неуязвимой.       Но сегодня у обочины притаился потрёпанный седан— настолько обычный, что взгляд соскальзывал с него сразу.        Машина стояла на краю аллеи — старая, тёмно-серая, такая же неприметная, как сам Ник, когда хотел исчезнуть из поля зрения. В салоне пахло бензином и старыми креслами.       Он открыл дверь со скрипом, и Аврора села, стараясь не думать о том как могло бы пахнуть в его ровере — кожей, дорогим деревом и едва уловимым холодком мятного одеколона.       Дверь открылась со скрипом.       — Садись, — кивнул Ник.       «Главное — не думать, что в багажнике может быть труп» — неуместная шутка вертелась в голове, пока её колени упирались в разболтанный бардачок.       Пока он вёл, внутри царила тишина. Неловкая, густая, напряжённая, как воздух перед грозой.       — Ты всегда такой молчаливый за рулём? — спросила она наконец.       — Только когда рядом кто-то, кто забирает все мысли.       «Что?» — подумала Аврора.       Она повернула голову. Его лицо было почти скрыто в полумраке, но улыбка — тонкая, едва заметная — проскользнула по губам.       — Осторожно, Блэк. С такими фразами можно попасть в неприятности.       — А я люблю неприятности.       — Так вот кто у нас здесь безрассудный, — усмехнулась она, глядя в окно, чтобы скрыть румянец.       Он не ответил. Только прибавил скорость на пустой дороге, как будто от этого зависело что-то большее, чем просто время прибытия.       Когда он остановился у её дома, Аврора не торопилась выходить. Пальцы сжали ремень безопасности, но не расстегнули.       — Спасибо, что… ну, ты понял — пробормотала она, и вдруг резко подняла глаза. — Погоди… Как ты вообще узнал, где я живу?       Он повернул голову. В темноте салона его глаза казались совсем чёрными.       Он повернулся к ней, положив локоть на подголовник её сиденья:       — А что, если всё это время я был рядом, наблюдая за каждым твоим шагом?       Она замерла и словно на несколько секунд потеряла дар речи.       — Расслабься, я шучу, — тёплый смешок, — ветер подсказал. — Он щёлкнул замком её ремня, — а теперь выходи, пока не передумал.       — Угу.       Уголок его губ дрогнул в полуулыбке. Он посмотрел на неё. Долго. Внимательно.       И от этого взгляда у неё внутри всё сжалось.       — Ник… — начала она, но не закончила.       «Что ты хочешь всем этим сказать? Это просто очередная охота для тебя? Или… ты действительно видишь меня?»       Он не дал ей задать вопрос. Только сказал:       — Если что-то случится — первым делом ты позвонишь мне. Не Лил, не кому-то ещё. Мне.       Она кивнула.       — А если я захочу просто поговорить? — неожиданно вырвалось у неё.       — Тогда я, скорее всего, не возьму трубку. Потому что я её никогда не беру.       У неё перехватило дыхание и будто сердце замерло в этот момент, но через секунду он добавил:       — А через минуту перезвоню сам. Оказалось, тебя не так-то просто игнорировать, ты из-под земли достанешь.       Она лишь кивнула, но ответ зацепил сильнее, чем ожидала.       Рука уже сама потянулась к дверной ручке — нужно было выйти, пока голос не дрогнул.       — Спокойной ночи, Найт. — Сказал он, когда Аврора уже почти закрыла дверь машины.       — Спокойной ночи, Блэк. — Очень быстро и коротко ответила.       Когда она уже поднялась по ступенькам и оглянулась, он всё ещё был там.       Всё ещё смотрел.