Часть 5. Пещеры Экё

      Когда шум людей на базе стих, Аксель и Мейли приступили к воплощению своего плана. Перед камерами разлился мрак, а выводящие с них картинку мониторы моргнули и потухли, ослепляя на мгновение в полудрёме следящих за порядком и безопасностью сотрудников. И после тихого сигнала одного из компьютеров Аксель тихо открыл дверь в камеру Шиацинта, а после в полутьме базы осторожно повёл его к ближайшему выходу. Узкий коридор, ведущий к двери на свободу, ввиду неиспользования был заставлен различными вещами: коробками, вышедшими из строя аппаратами и всевозможными запчастями. И если человеку следовало вглядываться в тени, чтобы не налететь на очередную груду предметов, то экёлья, прижав крылья к телу и волоча хвостом по полу, шёл спокойно, с лёгкостью избегая столкновений.       Замерев перед выходом, Аксель опустил забрало шлема и проверил датчики. И только после того как он убедился, что костюм готов и не подведёт его в тёмной ночи Гемильвара, учёный глубоко вздохнул и толкнул дверь. Он посмотрел в сторону Экё и задумчиво поджал губы. Идти было очень долго, а машины слишком шумны в оглушающей тишине Гемильвара. И заметив замешательство человека, Шиацинт коснулся его плеча, привлекая внимание, а после раскрыл крвлья.       — Полёт? — Простучал Аксель, с трудом улавливая одобряющие движение головой спутника. Он думал об этом и предвидел подобную ситуацию, но подготовиться к этому было морально тяжело. Всё же это означало полное доверие — он отдавал власть другому существу, вверяя в его руки собственную жизнь.       Шиацинт сам подошёл к человеку и обхватил его руками. Но сделал это на удивление аккуратно, очевидно, осознавая, что повредить когтями защитный костюм учёного ни в коем случае нельзя. Он издал тихий успокаивающий рокот, а потом оттолкнулся сильными ногами от земли и взмахнул крыльями, взмывая высоко в небо. Акселю в первое мгновение показалось, что все внутренности сжались, а сердце и вовсе упало в пятки. Это оказалось страшнее, чем самолёт и космические корабли дальнего следования. И это при том, что Шиацинт летел ровно, не выписывая никаких кульбитов, не набирая резко высоту и не пикируя. Тем не менее в первые минуты полёта Акселю захотелось снова оказаться на земле и никогда больше не расставаться с твердой поверхностью под ногами, но Шиацинт лишь крепче сжал его сильными руками и издал странный звук, пытаясь успокоить человека.       Сам полёт длился недолго: человек едва успел привыкнуть к этому ощущению, как они уже добрались до вершины Экё. Там сидело множество экёльий, которые продолжали урчать, наблюдая за приземлением странной пары на широкий выступ. Акселя тут же пробрала дрожь. Он понимал, что экёльи его не тронут, но всё равно было жутко. Он один в окружении местных, огромных и весьма опасных существ, а единственный выход — смертельный прыжок вниз с уступа. На скале сидели крупные особи обоих полов, и все с интересом смотрели на человека, издавая быстрые звуки, которые Аксель при всём желании не смог бы переложить на стук, а потом расшифровать. А может Шиацинт обманул его, сыграл на его любопытстве и глупости, заманил в ловушку? Человек вздрогнул, ощутив тяжесть руки Шиацинта на своём плече. Потом костяшкой длинного пальца он отстучал по шлема: «Не бойся». Аксель сглотнул и неуверенно кивнул, чувствуя, как на висках и спине выступал пот и как начало находиться в тревожном ритме сердце.       Шиацинт сжал плечо человека и тряхнул головой, призывая идти за ним. Они подошли к чёрной глотке пещеры, продвигаясь мимо расступившихся экёлий. Шиацинт снова обхватил Акселя и нырнул в темноту. После падения, длившегося несколько длинных и жутких мгновений, человек почувствовал, как его дёрнуло наверх — экёлья раскрыл крылья, останавливая движение вниз. Аксель несмело приоткрыл один глаз, а после и второй, разглядывая утробу Экё. Кое-где из стен, потолка и пола торчали камни, покрытые чем-то люминесцентным: грибами или лишайником, а кое-где виднелись растения, рядом с которыми возились экёльи. Потом мир снова сузился до туннеля, а за ним открылся кружащий голову вид. Это был настоящий подземный город. Пещера была светлой, в ней звучала музыка, а в стенах виднелись углубления квартир и каких-то иных помещений. Шиацинт сделал круг над пещерой, позволяя гостю рассмотреть её. Аксель даже увидел отблески воды — глубокого подземного озера и уловил запах дыма — видимо местные что-то готовили.       Они спускались медленно, большими кругами, осматривая пещеру и быт местных жителей. Повсюду было много экёлий разного размера, видимо, дети и взрослые. Пол существ же с высоты было не различить, да и женские особи Аксель ещё не видел. Да и были ли они тут вообще? Их одежды одновременно были схожи, но в то же время чем-то отличались. У детей в волосах было много бусин, а ещё они были надеты на них в виде браслетов на руках и ногах, у кого-то они украшали ещё небольшие рога, а у кого-то болтались на шее. Акселю казалось это удивительным и прекрасным. Местные не выглядели напуганными, скорее они проявляли любопытство, особенно молодые особи. Они поднимали головы, прекращая свои занятия и игры, провожали их внимательными взглядами, а некоторые даже делали пару тройку робких шагов следом. Однако когда они приземлились, и Аксель вновь почувствовал твёрдую опору ногами, к ним приблизиться не решился, видя, что необычно мелкое и бескрылое существо находится под крылом Шиацинта.       Он повёл Акселя через главный зал и, поднявшись по короткой лестнице с широкими ступенями, завёл в одну из комнат. Навстречу им вышла особь, которая заурчала, увидев Шиацинта, и тот издал мягкий и успокаивающий звук в ответ. А потом они неспешно приблизились друг к другу и соприкоснулись лбами. Эта экёлья была меньше Шиацинта, а ещё отличалось строение её рогов. У этой особи они были короче, но с большим количеством колец. А ещё были различия в форме. У Шиацинта рога изгибались, но их остриё было направлено вперёд, а вот у его собеседника рога шли назад и вздёргивался кверху лишь острый кончик, не более пяти сантиметров от острия. Такими не повоюешь. Ороговевший наконечник хвоста тоже отличался по форме: он скорее напоминал булаву, недели клинок, которым тот же Шиацинт мог проткнуть соперника. Такой больше подойдёт для оглушения. А ещё внутри наконечника что-то тихо гремело при резких движених хвоста, словно это была погремушка, как у нашей гремучей змеи. Строение грудной клетки и крепление крыльев будто бы тоже имело отличия, но какие именно Аксель сказать не мог — не успел рассмотреть, ведь, отстранившись от Шиацинта, особь кивнула и провела их по коридору в другую пещеру.       Там пахло травами и лекарствами, тихо что-то пикало. Шиацинт уверенно подошёл к одному из боксов и отдёрнул штору. Там на постели лежал пожилой мужчина, подключённый к какому-то аппарату.       «Приходили до вас.» — Простучал Шиацинт, тут же проверяя показатели аппарата. Мужчина открыл глаза и посмотрел на посетителей.       — Не думал я, что люди снова сюда придут… — Сказал мужчина, глядя на остолбеневшего Акселя. — А я всё гадал, куда же ты пропал… — Протянул он, переведя взгляд на экёлью и нажав на небольшую кнопку на датчике на сморщенной шее, который тут же завибрировал и заморгал. У Акселя расширились глаза от удивления. Он не ожидал увидеть какую-либо технику здесь, в глубине горы, не понимал, что здесь делал человек и для чего ему нужно то, что прикреплено к его шее.       — Что это за аппарат?       — Ох, это… — Мужчина улыбнулся. — Чудесное изобретение местных инженеров. Оно преобразовывает нашу речь в понятные для местных вибрации. А кроме того, — он коснулся своего уха и виска, — перекладывает их вибрации и звуки на то, что понятно нам. Сложная вещь, удивительная. Они объясняли, как это работает, но не могу сказать, что до конца понял принцип работы. Когда они все ещё хорошо видели, они делали впечатляющие вещи. Только вот зрение их подводит всё сильнее, и решить эту проблему им не удаётся.       — Но… — Осипшим голосом протянул Аксель. — Кто вы? И откуда вы тут?       Мужчина убрал руку от аппарата, и датчик погас. Он говорил хрипло, явно прикладывая очень много усилий.       — Меня зовут Бен Беринг. — Представился мужчина, в ответ на что Аксель сделал то же самое. — Ты, вероятно, знаешь, что вы не первые, кто побывал на Гемильваре. Первыми были мы. Мы прилетали сюда больше 50 лет назад. Были первопроходцами, дали многому имена, отправили десятки отчётов на Землю. Мы познакомились с местными. Гениальными врачами и инженерами, живущими в поющем городе. Я был ранен, и экёльи забрали меня к себе, выходили.       — Но я не понимаю... Почему они ушли из города? И почему Вы не улетели на Землю?       — Наша совместная неосторожность привела к катастрофе. Я точно не знаю, что именно произошло, но прогремел ужасный взрыв, выбросив наружу отравленные вещества. Они проникали везде, вместе с гулом вибраций поражая местных жителей. Меня же защитил костюм. Многие мои коллеги погибли здесь, а те, кто уцелел, улетели. Они добрались до Земли?       Аксель поджал губы и покачал головой.       — Живым никто не добрался.       Старик тяжело вздохнул — на его лице отразилась печаль и понимание. Видимо, он и сам так думал, не верил, что хоть кто-то выживет после произошедшего и окажется дома.       — А как это повлияло на местных? — Спросил Аксель, проводив взглядом покинувшего лазарет Шиацинта.       Бен закашлялся.       — Это ударило по их самому слабому месту — по глазам. У них уникальное строение глаз, не такое как у людей. И раньше оно тоже давало сбои, но теперь только единицы могут читать или писать.       — Шиацинт умеет… — Задумчиво протянул Аксель.       — Ты тоже даёшь им имена? — Пожилой мужчина усмехнулся, увидев смущённый кивок. — Мы тоже называли их на свой. Их реальные имена нам не выговорить…       — А как его зовут?       — Я зову его Р’гнр. Это близко, но всё равно не точно. Но они на всё отзываются. Если он не против, зови его как тебе удобно.       — Как так вышло, что он умеет писать и читать?       — Ему повезло с генами. — Развёл руками Бен. Его родители подверглись не сильному влиянию взрыва, а сам Р’гнр родился уже после происшествия, далеко от его эпицентра. Однако и он водит носом по бумаге и дёргает головой. Но древние книги без специальных приспособлений ему не прочесть — слишком мелко, и ему не сфокусироваться на символах. Он с другими, ещё способными видеть и различать письменность, занимается сохранением знаний предков. Переписывает книги так, чтобы их можно было прочесть даже не имея зрения. Хорошее дело. Так они не утратят вообще всё.       На мгновение повисла тишина. Бен устало переводил дух, а Аксель переваривал услышанное. Всё рассказанное звучало очень грустно.       — Его родители учили читать?       Бен кивнул.       — Они довольно неплохо видят для своего поколения. Я выявил интересную закономерность — чем светлее цвет их глаз, тем хуже они видят и тем хуже переносят яркий свет. Но у его матери, она вас сюда провожала, глаза лишь немного светлее, чем у Р'гнра.       — Мать? Я заметил некоторые различия, но не был уверен в поле особи...       — Они действительно очень похожи. У них не так, как у людей. Девушки не отличаются большой грудью и тонкой талией. Но физиологические отличия всё же есть.       — Рога и наконечник хвоста?       — Не только. — Отозвался Бен и, вздохнув, прочистил горло. — Но это долгий разговор.       Аксель хотел расспросить старика, больше узнать о местных жителях, но с тоской понимал, что Шиацинт его сюда не для этого привёл. Он вздохнул и нехотя сменил тему разговора.       — Шиацинт говорил про каких-то ядовитых червей. Кто это? Я здесь чтобы помочь.       — Местные гады… Знаешь, они как борщевик на Земле. Создавались с благой целью, но всё пошло не по плану. Экёльи пытаются их вывести, но они плодятся с ужасной скоростью. Однако они впадают в анабиоз, если поддерживать определёные условия: температура и фоновый вибрационный гул.       — И мы своими работами нарушили этот фон… — Протянул Аксель, чувствуя на себе всю тяжесть вины за произошедшее. Да, он не геолог, не он изучал породу гор. Но он был одним из пришельцев, которые бурили планету. И вина стала ещё жгучее после кивка старика.       — Теперь они ползут на любой шум, отравляя всё на своём пути. Они заполонили одну из пещер. Теперь она совершенно не пригодна для жизни. Все растения там погибли.       — А экёльи?       — Выжившие ушли в другие пещеры, бросив свои дома.       — Но почему они не уйдут отсюда?       — Их гул и техника сдерживают червей. Иначе они прорвутся наружу, где сдержать их будет ещё сложнее. Планета может погибнуть. А они не хотят лишиться дома.       — Но почему бы тут не остаться нескольким особям, чтобы этого не допустить? Остальные же так спасутся от смерти. — Недоумевая, спросил Аксель.       — Сейчас это сложно. Снаружи вы. Охранники должны вас останавливать, другие должны останавливать червей, кто-то должен заботиться о тех и о других. Да и найти подходящие большие пещеры непросто. А построить новый город тоже не самая лёгкая задача. Это не делается за минуту.       — Шиацинт атаковал нашу базу инфразвуком. Почему бы им всем так не сделать? Это же может их спасти?       — Это крайняя мера. Р’гнр видимо решил показать вам мощь своего народа, припугнуть. Он сильный. Не каждый может держать такую частоту долго — это не их волна. Хотя я видел инфразвуковую атаку, которая длилась и больше часа. Вероятно, они могут и дольше, если в этом будет крайняя необходимость. Но и для червей эта волна не так опасна, как для вас. А люди слишком глупы, чтобы отступить после такой атаки, они скорее воспримут это как вызов на бой. — Бен тяжело вздохнул, и Аксель сделал то же самое, прекрасно понимая его слова. Военных действительно бы не остановила такая атака. Примером тому была сцена в лаборатории, когда после очередного проявления силы экёльей к ним ворвался военный, грозясь пристрелить его.       В пещеру вошёл Шиацинт и простучал: «Идём». Потом он издал какой-то звук, и его перевёл Бен:       — Он говорит, что вам нужно спешить. Тебе нужно увидеть всё своими глазами, а потом привести людей к горе, местные туда подбросят червя. Ты убедишь людей остановить работы и убрать технику от горы.       — Хорошо. — Кивнув, сказал Аксель. — Спасибо Вам. До свидания, Бен.       — До встречи, Аксель. — Растянув тонкие губы в улыбке, сказал пожилой мужчина. — Я был рад ещё раз в жизни увидеть живого человека. Я скучал по нашей невежественность и любопытству. Спасибо, что напомнил об этом…       Шиацинт что-то пророкотал и увёл человека за собой, чуть сжимаясь от раздающегося за спиной надсадного кашля старика. В большом зале он надел что-то в роде респиратора и, снова сжав Акселя, взмыл в воздух. Человек на мгновение затаил дыхание, вновь ощущая, как в тугой узел сжались внутренние органы. До того, как они нырнули в очередной тоннель, расположенный под потолком, учёный успел заметить, как местные жители, задрав головы, проводили их взглядом.       Аксель буквально чувствовал скорость полёта в узкой трубе через ветер бьющий в забрало шлема и его гудение. На мгновение ему показалось, что он был привязан к носу электрички в метрополитене: темно, шумно, быстро и не очень комфортно. Но вскоре они выкинули из тоннеля, оказываясь в маленькой пещере. Она тоже была освещена, в ней так же возились экёльи. Шиацинт нырнул в ещё один тоннель, которые находился практически у самой земли. Петляя в темноте и изредка выхватывая слабо освещённые места, они миновали ещё несколько пещеру. Аксель едва ли мог их разделить — он окончательно потерял ориентир, понимая, что сам выход он ни за что не смог бы найти. Впрочем, это было меньшим из зол, более серьёзной проблемой было бы добраться до входов в тоннели и выбраться из них, ничего себе не сломав. Без крыльев или хотя бы снаряжения тут не обойтись.       Вылетев в очередное помещение и сделав круг под потолком, Шиацинт медленной спиралью снизился и отпустил человека. Эта пещера сильно отличалась от предыдущих. Она выглядела жутко: какие-то толстые стебли опутали всё, до чего могли достать, и закрывали собой светящиеся камни, они душили мерцающие голубоватым светом стебли растений. Кругом слышалось какое-то чавканье и гудение. Кое-где учёный успел заметить больших и склизкий на вид существ. Около одной такой фигуры, в которой Аксель с трудом узнал разлагающегося экёлью, суетились толстые черви. Их тела пульсировало, выдавая мягкость и эластичность кожи. Они поливали труп зелёной слизью, гремя каким-то подобием конечностей. Выглядело это омерзительно, и Акселю даже показалось, что он чувствует смрад, расползающийся по пещере.       Аксель, нервно сглотнув, вытащил из сумки пробирки, принимаясь собирать образцы: почвы, листьев растений-убийц и воды. С одной стороны он испытывал дикий ужас, отчего сердце гулко стучало в груди, и отвращение, от которого тошнота подступал к горлу, но с другой стороны его переполнял восторг. Он как учёный оказался там, где никого ещё не было. Тут его ждут открытия и жуткие тайны Гемильвара. Но торжество учёного разума было резко нарушено — Шиацинт внезапно отдёрнул человека от водоёма, из-за чего тот выронил пробирку. Она не разбилась лишь благодаря прочности стекла, но образец медленно вытек на тёмную щемлю. Не обращая внимания на удивлённые вопросы Акселя, Шиацинт попятился, прижимая человека к себе, из-за чего тот перестал касаться ногами почвы, а после и вовсе взмыл в воздух. Слишком неожиданно, отчего даже воздух из небольших человеческих лёгких выбило. Вздохнуть Аксель смог только тогда, когда Шиацинт зацепился когтями-крюками на крыльях за выступ в скале и оглянулся.       — Червь? — Стуком спросил Аксель. Шиацинт нервно дёрнул ухом, а потом всё же простучал ответ: «Нет. Вижу первый раз.»       — Не знакомимся?       Шиацинт отрицательно помотал головой и прищурился, вглядываясь в темноту. Его торс завибрировал, и Аксель, зажатый между скалой и горячим телом экёльи, ощутил исходящие от него волны. Выглядывая из-за широкого плеча, человек увидел, как существо подняло безглазую гладкую морду. Оно открыло пасть, обнажая множество острых и тонких иглоподобных зубов. Аксель неосознанно сильнее сжал плечо Шиацинта, а тот теснее прижался к человеку, закрывая его собственным телом. Вибрации экёльи изменились и усилились. Человеку показалось, что от этого у него задрожали внутренности, а существо в воде, очевидно испытывая настоящую панику, начало биться в воде, то ныряя, то вновь появляясь на поверхности, даже выпрыгивая оттуда. Но уже через мгновение оно нырнуло и скрылось в темноте водоёма. Аксель зажмуриться и тряхнул головой — перед глазами стоял образ странного водного обитателя: пухлого, зубастого, с мелкими плавниками, похожими на недоразвитые лапы.       Шиацинт успокаивающе закричал и снова простучал призыв не боятся, вглядываясь в человека. Аксель медленно открыл глаза, впервые осознавая, насколько неловко их положение. Он с силой сжимал каменные мышцы руки экёльи, а тот практически касался острым носом стекла забрала и, придерживая хрупкого учёного одной рукой за талию, пристроил колено между его ног, не давая выскользнуть.       «Хорошо?»       — Да, всё в порядке. — Пробормотал Аксель, выстукивая ответ на руке Шиацинта. Тогда экёлья вздохнул и отталкнулся сильными ногами от скалы, тут же расправляя огромные крылья. Он вновь спланировал к земле, опускаясь возле водоёма, откуда учёный быстро набрал воды в несколько пробирок. Аксель постоянно нервно проверял тёмную гладь, чувствуя чьё-то присутствие, но не видя никакого движения в воде, кроме кругов, пускаемых им самим. Закончив и убрав все пробирки, учёный вернулся к Шиацинту, который уже раскрыл объятия.       — Цветы. — Подкрепляя действием с указанием на бутоны, простучал Аксель. Экёлья кивнул и взмыл с человеком в воздух, цепляясь за скалу уже рядом с растением, которое душило и очевидно паразитировало на карликовом деревце. На стебле были мелкие голубоватые бутоны. Они не были красивыми и пахли прескверно, каким-то разложением. Аксель осторожно срезал образец, тут же запаковывая его и пряча в сумку.       Когда с образцами было покончено, Шиацинт снова сжал человека и направился домой. Перед глазами Акселя снова мелькали выступы скал в темноте тоннелей, размеренный быт в обжитых пещерах, и от всего захватывало дух. Но удивляться и восхищаться уже не было сил — он устал, столько часов бодрствования давались ему с трудом.       В центральной пещере они задержались лишь на пятнадцать минут — у них было слишком мало времени, ведь их исчезновение могли заметить. Шиацинт в это время переговаривался с местными, а Аксель, заглянув в больничные пещеры, рассказал Беру об увиденном. Старик устало слушал его, кивая.       — Из тел умирающих червей прорастают эти штуки. Но так как существа ядовиты, то и растения получились такими же. Это двойной удар по эксперименту. Провал со всех сторон… — Подытожил Бен, вздыхая. — Это ужасно. Не представляю, каково тем, кто работал над этим проектом… Думаю, они никогда себе этого не простят.