АРТ 1. ГЛАВА 5.

Задуренный на голову лживый торговец

      Неделя миновала, а вместе с ней и тонкая пленка, отделявшая Алонзо от пучины отчаяния. Он сидел во временном пристанище, в «Цветущей Розе», борделе, пропитанном ароматами роз и дешевого вина, месте, которое когда-то казалось ему воплощением греха, а теперь — тихой гаванью. Смерть Беатриче, хозяйки этого борделя, пронзила его сердце острой иглой. Эта женщина, с лицом, изрезанным морщинами прожитых лет, и сердцем, вмещавшим в себя боль и радость целого города, стала для него почти бабушкой. В ее присутствии он ощущал тепло и заботу, которых был лишен с самого детства.       Он пришел в «Цветущую Розу» не за утешением в объятиях куртизанок, а за иллюзией забытья. Желание утопить боль в вине и мимолетных удовольствиях терзало его, но он отгонял эти мысли, словно назойливых мух. Одна из девушек, с глазами, полными сочувствия, предложила ему свою компанию, но он лишь устало покачал головой. Сегодня он был не в настроении для игр.       Алонзо прошел в комнату Беатриче, оставив за собой шлейф запаха кожи и стали. В этом скромном помещении, где пахло лавандой и старыми книгами, время словно замерло. Он опустился на кровать, проведя рукой по смятым подушкам, впитавшим в себя тепло и болезни старушки. Он помнил, как Беатриче, слабая и измученная, лежала здесь, окруженная заботой своих девочек. Он понимал, что ее уход был неизбежен, что годы взяли свое, но его сердце отказывалось принимать эту потерю. Слишком сильно он привязался к этой необычной женщине, ставшей ему другом и наставницей.       Однако горевать было непозволительной роскошью. Беатриче оставила ему последнее поручение, долг, который он поклялся исполнить: убить тамплиера Карлоса Джулиани и освободить Рим от его железной хватки. Эта мысль, словно ледяной душ, вернула его к реальности.       Не прошло и нескольких минут, как дверь распахнулась, и в комнату ворвался Марио. Он как всегда был полон энергии и новостей.             — У меня для тебя хорошие новости, друг!       Сбивчиво, перескакивая с темы на тему, он начал делиться информацией о союзниках Джулиани. Орландо Коста, влиятельный торговец, замешанный в темных делишках; Георгио Романо, наемник, известный своей безжалостностью, в одеянии мирного священника. Но третьей фигурой оставался некто в капюшоне, чья личность была скрыта под покровом тайны.       Алонзо был благодарен Марио за его усилия, но новость о таинственном союзнике Джулиани вызвала у него тревогу. Неизвестность всегда была опаснее, чем явная угроза. Марио рассказал, где найти их, но прежде самому Алонзо нужно встреться с его наемниками, чтобы те подсказали ему нужную дорогу к тамплиерам. Первый наемник ждал его на вершине Авентин.             — Мне нужно встретиться с Калистой в таверне, — произнес Алонзо, отрываясь от своих мыслей.       Марио ухмыльнулся, бросив в его сторону колкий вопрос:             — Когда же ты, наконец, признаешься ей в своих чувствах?       Алонзо лишь отмахнулся, зная, что этот разговор зайдет слишком далеко.             — Все сложно, — пробормотал он, стараясь уйти от темы.       Марио, поняв, что сейчас не время для личных откровений, отступил.             — Помни, Алонзо, я и мои люди всегда готовы прийти на помощь. Только позови.       Они покинули «Цветущую Розу», оставив за собой запах роз и воспоминания о Беатриче. Марио попрощался и, вскочив на ближайшего коня, умчался в неизвестном направлении, словно ветер, несущийся по римским улочкам.       К Алонзо подошел черный жеребец, мускулистый и грациозный, будто воплощение ночи. Он стал его верным спутником, надежным другом в этом опасном путешествии. Алонзо поприветствовал коня, почесав его шею. Жеребец в ответ тихо фыркнул, прижимаясь к нему головой.       Вскочив в седло, Алонзо направил коня в юго-западную часть Антико, к таверне «Спящей лисицы», логову воров и шпионов. Там его ждала Калиста, воровка с ловкостью кошки и острым, как бритва, умом. Ему предстояло узнать, какие тайны скрывает этот город и как остановить Карлоса Джулиани, прежде чем он окончательно погрузит Рим во тьму.       Конь, словно чувствуя настроение своего хозяина, уверенно направился к таверне «Спящая Лисица», чьи вывеска, обветшавшая и покосившаяся, едва держалась на ржавых гвоздях.       Алонзо спешился, оставив коня на попечение одного из завсегдатаев, и решительно вошел внутрь. Едва он переступил порог, как его оглушил хор приветственных криков. Воры, чьи лица были изрезаны шрамами и татуировками, радостно приветствовали ассасина. Несколько молодых головорезов, с горящими от выпивки глазами, окружили его, предлагая выпить за старые добрые времена. Дайян с легкой улыбкой отказался. Сейчас ему было не до веселья, ему нужно было поговорить с Калистой.       Словно услышав его мысли, с лестницы спустилась Калиста. Ее движения были грациозными и бесшумными, как у кошки. Увидев Алонзо, она бросилась к нему, заключая в крепкие объятия. Ассасин ответил на ее приветствие, но настороженно оглядывался по сторонам, стараясь не пересечься взглядом с женихом Калисты, чья ревность была столь же сильна, сколь и его неприязнь к Алонзо.       Прервав объятия, Калиста с тревогой в голосе спросила, как у него дела. Алонзо, стараясь скрыть свою печаль, ответил с грустной улыбкой, что все в порядке. Но Калиста, зная его слишком хорошо, поняла, что ему тяжело говорить о чем-либо прилюдно. Она взяла его за руку и повела на второй этаж таверны, в свою комнату.       Добравшись до комнаты, обставленной скудно и функционально, Калиста сразу же перешла к делу, расспрашивая о миссии. Алонзо рассказал, что Марио удалось выяснить имена союзников Карлоса: Орландо Коста, влиятельный торговец, замешанный в контрабанде и торговле оружием, и Георгио Романо, жестокий наемник, скрывающийся под личиной священника. И один из наемников Марио уже ждал в условленном месте.       Но прежде чем отправиться к нему, Алонзо начал излагать свой план. Он подчеркнул, что действовать нужно скрытно и бесшумно, не привлекая внимания городских стражников и тем более не пугая других союзников Карлоса. Любая ошибка могла стоить им жизни и поставить под угрозу всю операцию.       Калиста понимала всю серьезность ситуации, но призналась, что не сможет выйти из таверны незамеченной. Ее жених и отец сразу же заподозрят неладное, если она исчезнет.       Алонзо задумался на мгновение, а затем в его глазах вспыхнул лукавый огонек. Он придумал план, дерзкий и рискованный, но, как ему казалось, единственно возможный.       Он покинул таверну один и направился к окну комнаты Калисты. Он прислонился к стене, ожидая ее появления. Через несколько мгновений в окне показалась Калиста, закутанная в свой старый, потертый капюшон, скрывающий лицо.       Алонзо подставил руки, готовый поймать ее. Калиста села на раму окна, глубоко вздохнула и прыгнула вниз, спиной вперед. Дайян, напрягая все свои мускулы, поймал ее в свои объятия.             — Мягкой посадки, — прошептал Алонзо, чувствуя, как ее тело содрогается от смеха.       Калиста тихонько засмеялась, уткнувшись лицом в его плечо.             — Ты всегда умеешь поднять настроение, — прошептала она.       Алонзо тихо подозвал своего коня. Жеребец, словно понимая всю важность момента, подошел к нему, тихонько постукивая копытами по мостовой. Алонзо вскочил в седло и, протянув руку, помог Калисте забраться позади него. Она крепко обхватила его за талию, прижавшись к его спине.       Алонзо дернул поводья, произнеся на своем родном итальянском несколько слов, приказывая коню двигаться. Жеребец тихо заржал и, плавно развернувшись, поскакал в сторону тропинки, ведущей в поле, прочь от шумного города и навстречу надвигающейся опасности.       Черный жеребец, словно тень, прокладывал путь меж виноградников и оливковых рощ, неся на своей спине Дайяна и Калисту к вершине Авентина. Ассасин коротким движением руки, без единого слова, приказывал коню сменить направление, уводя его в сторону полей, подальше от бдительных глаз стражи. Калиста не могла не отметить послушание животного.             — Он словно понимает каждое твое слово, Алонзо, — усмехнулась она, наблюдая, как конь мгновенно реагирует на приказы.       В ответ на ее замечание, Алонзо лишь слегка улыбнулся, и в его глазах мелькнула тень воспоминаний.             — Он достался мне случайно, — начал он свой рассказ. — Преследуя Карло, этого гнусного Карло, я наткнулся на него в окрестностях. Ничейный и спокойный зверь. После расправы над тамплиером, раненый, я хотел вернуться. И этот конь… Он словно чувствовал мою боль. Помог мне, вез меня на себе, пока я не потерял сознание. — Он замолчал, словно вновь переживая те моменты. — Даже после того, как раны мои зажили, конь не ушел. Он остался рядом, готовый везти меня куда угодно, в любое время. Молчаливый страж, верный спутник.       Калиста смотрела на жеребца с новым интересом.             — Он нашел себе хозяина, Алонзо. Хозяина, которого выбрал сам.       Алонзо лишь отмахнулся от этих слов.             — Не стоит придавать этому такое значение. Я ведь даже не удосужился дать ему имя. Был уверен, что рано или поздно наши пути разойдутся.       Но конь не ушел. Он остался, его присутствие стало неотъемлемой частью жизни Дайяна, молчаливым обещанием верности. И однажды, в тишине ночи, когда звезды, казалось, шептали свои древние истории, Алонзо произнес имя:             — Герцог — это достойное имя, этого великолепного черношерстного коня.       Они достигли вершины Авентина. Вдали уже виднелась фигура одного из наемников Марио. Герцог, словно почувствовав, что прибыл на место, замедлил шаг и мягко подошел к наемнику. Алонзо спешился, помогая Калисте спуститься на землю. Он подошел к наемнику, внимательно слушая его доклад.             — Здравствуй, Алонзо, — начал наемник, пожав руку ассасина. — На вершине Авентина развернулась оживленная торговля. Торговцы со всего города принесли сюда свои товары, шелка, специи, еду. Палатки растут, как грибы после дождя. Но не все так просто. — Наемник понизил голос, словно боясь быть услышанным. — Там орудуют мошенники, Алонзо. Они продают некачественный товар за баснословные деньги, обманывают честных людей. А во главе этой шайки стоит Орландо Коста.       Алонзо нахмурился.             — Орландо Коста?       — Именно, — подтвердил наемник. — Он постоянно находится на рынке, ходит по кругу, осматривая свои владения. Но будь осторожен, Алонзо. Рядом с ним всегда находится стража, и еще несколько головорезов охраняют его палатки.       Алонзо кивнул, обдумывая полученную информацию. Он уже было собрался идти, но наемник остановил его.             — Погоди, Алонзо. Возьми это.       Он протянул Алонзо пару небольших, но увесистых шашек.             — Дымовые шашки. Пригодятся.       Наемник немного помолчал, затем добавил:             — Как только закончишь, направляйся в Колизей. Там тебя будет ждать еще один наемник. У него будут для тебя дальнейшие инструкции.       Алонзо поблагодарил наемника, спрятал шашки под плащом и вместе с Калистой направился к вершине Авентина, к бурлящему водовороту торговли и обмана, где их уже ждали Орландо Коста и его головорезы. Герцог, словно чувствуя приближение опасности, настороженно перебирал копытами землю, готовый в любой момент прийти на помощь своему хозяину. Их ждал Авентин, их ждал Орландо.       На закате, когда золотые лучи солнца пронзали листву вершины Авентина, Алонзо и Калиста, словно тени, скользнули в заросли кустарника. Перед ними, словно живой ковер, раскинулась торговая площадь, где голоса торговцев смешивались с гомоном покупателей. Яркие ткани, блеск металла, ароматы специй — все это создавало пеструю картину мирной жизни. Но Алонзо и Калисту интересовало не это. Их взгляды были прикованы к стражникам, мрачным теням, скользящим между палатками. Их лица, словно высеченные из камня, выражали лишь подозрительность и настороженность.       Здесь, на этой вершине, плелись нити интриг и заговоров, и Алонзо с Калистой были лишь пешками в этой опасной игре. Их цель — Орландо Коста. Если стража обнаружит их, тамплиер ускользнет, и их миссия потерпит крах.       Дайян, повернувшись к Калисте, начал шепотом излагать план. Его голос был тих, но в каждом слове чувствовалась решимость. Он просил Калисту отвлечь стражу на западной стороне вершины, создать хаос, который позволит ему приблизиться к Орландо с востока.       Калиста, воровка с сердцем воина, внимательно слушала. Ее глаза цвета утреннего неба отражали отблески заходящего солнца. Когда Алонзо закончил, она коснулась его плеча легким, почти невесомым движением.             — Будь осторожен, — прошептала она, и эти слова, словно заклинание, коснулись души Алонзо.       Его сердце, закаленное в битвах и преданное идеалам Братства, внезапно забилось быстрее. В этот миг, под пристальным взглядом Авентина, он снова почувствовал то, что казалось утраченным — искру надежды, слабое пламя любви к этой дерзкой, отважной воровке.       Калиста, словно призрак, скользнула к ближайшей палатке, ее движения были грациозны и бесшумны. Алонзо же, слившись с толпой, направился к рядам, где продавали шелка. Каждая его клетка была напряжена, каждое чувство обострено. Он рассматривал ткани, стараясь не привлекать внимания, отмечая про себя качество товара, которое, как он подозревал, было обманчиво.       И вдруг, среди ярких красок и шелеста материи, он увидел его — Орландо. Одетый так же, как и в тот роковой день, когда они с Калистой подслушали разговор тамплиеров. Рядом с ним, словно живые щиты, стояли два громилы в золотых доспехах, с красными шелковыми накидками, развевающимися за спиной. В их руках покоились огромные, устрашающие мечи, готовые обрушиться на любого, кто осмелится приблизиться к их господину.       Алонзо понимал, что шансов на скрытное нападение нет. Сзади к Орландо не подкрасться, а в открытом бою у него не будет и секунды, чтобы среагировать. Пока он рассматривал шелка, его мозг, словно лезвие клинка, оттачивал план нападения, взвешивая каждый вариант, каждый риск, каждую возможность. Он должен был найти способ нейтрализовать громил, прорваться к Орландо и закончить то, что начал. И все это — прежде, чем поднимется тревога, и стража сомкнет кольцо вокруг них.       Крик, подобный треснувшему стеклу, разорвал царивший на площади гомон.             — Вор! — истошно вопил один из торговцев, указывая трясущейся рукой в сторону Калисты. Алонзо увидел, как девушка, ловко лавируя между прилавками, сжимала в руке какую-то безделушку, а за ней гнались несколько стражников, их лица исказились от злости.       Орландо допустил роковую ошибку. В порыве гнева он приказал одному из своих телохранителей преследовать воровку. Мощная фигура в золотой броне, отделившись от тамплиера, ринулась в погоню за Калистой, оставив Орландо с единственной защитой.       Алонзо, словно хищник, выжидавший подходящий момент, воспользовался возникшей суматохой. Он медленно, но верно продвигался сквозь толпу к своей цели, его движения были плавными и бесшумными, будто течение реки.       Внезапно хаос на площади достиг своего апогея. Крики ужаса пронзили воздух, толпа в панике разбегалась, сметая все на своем пути. Алонзо не понимал, что происходит, но эта неразбериха дала ему шанс.       Телохранитель Орландо стоял, ошеломленный всеобщей паникой, не понимая, куда делся его господин. Алонзо, словно тень, крался к нему сзади, его скрытый клинок как жало скорпиона, был готов нанести смертельный удар.       Одно стремительное движение, и сталь, будто горячий нож сквозь масло, вошла в плоть. Стражник лишь успел издать хриплый стон, прежде чем рухнуть на землю, а шею его окропила алая кровь.       Коста, поглощенный хаосом, даже не заметил смерти своего телохранителя. Эта слепота стала для него роковой.       Алонзо, словно призрак, подкрался к тамплиеру сзади. Орландо не успел ничего осознать, лишь почувствовал, как холодное лезвие прикоснулось к его горлу, и теплая кровь хлынула наружу.       Алонзо осторожно опустил тело тамплиера на землю, забыв на мгновение о хаосе вокруг. Его взгляд был прикован к лицу умирающего Орландо. Наступил момент истины.             — Моя смерть ничего не изменит, ассасин, — прохрипел Орландо, его глаза затуманивались.             — Возможно, для тебя — нет, — ответил Алонзо, его голос был тих, но полон силы. — Но для твоего повелителя, Карлоса, она будет значить очень многое.             — Ты не понимаешь… Этому миру уже давно конец, а наш повелитель сможет спасти грешные души.             — Твой господин задурманил тебе голову… Вера никому не поможет, только свои собственные силы.       Коста был огорчен от слов ассасина, он осознал, что он может быть прав, но осознал это поздно. Напоследок Алонзо задал вопрос, который терзал его душу:             — Кто был тот человек в капюшоне, который планировал напасть на логово воров?       Орландо, собрав последние силы, прошептал:             — Я не знаю… Он словно тень, я не видел его лица… Только Карло и Карлос знали его…       Алонзо все понял. Смерть Орландо не была напрасной. Он произнес короткую молитву, слова которой эхом отозвались в его душе:             — Прости друг мой, твои веры вновь потеряли смысл… Покойся с миром.       Жизнь покинула тело тамплиера. Алонзо вернулся в реальность, и хаос вокруг обрушился на него с новой силой. Стражники, словно разъяренные псы, окружали его, готовые растерзать.       Но Алонзо не боялся. Он издал пронзительный свист, и из толпы, словно выпущенная стрела, вырвалась черная молния. Это был его верный конь, Герцог. Расталкивая хлипких стражников, он несся к своему хозяину, чувствуя опасность.       В последний момент Алонзо схватился за седло и поводья. Герцог, взвившись на дыбы, рванул вперед, прокладывая себе путь сквозь толпу. Они мчались в сторону тропинки, ведущей вниз с вершины, к спасительным полям и руинам.       Впереди, словно тень, мелькнула фигура Калисты. За ней гнались стражники, но Алонзо не мог ее бросить. Он прокричал ее имя, и в следующее мгновение, на полном скаку, схватил ее за руку, притягивая к себе.       Герцог, слившись с ветром, нес их вниз, прочь от Авентина, прочь от смерти, в объятия свободы. Он спасал своего хозяина и воровку, не зная, что их приключения еще продолжаются.       Герцог нес Алонзо и Калисту через раскинувшиеся поля в направлении монументального Колизея, что высился на горизонте, словно каменный страж древности. Солнце, склоняясь к западу, окрашивало небеса в оттенки алого, оранжевого и золотого, создавая живописный фон для их стремительного путешествия.       Разбивая молчание, Алонзо обратился к Калисте, пытаясь выяснить подробности хаоса, разразившегося на Авентине. Девушка с тенью грусти в глазах поведала о трагической гибели мирного жителя, ставшей причиной всеобщей паники. Она категорически отрицала свою причастность к этому злодеянию. Алонзо безоговорочно ей верил, его интуиция подсказывала, что истина кроется глубже. Он ощущал на себе пристальный взгляд некой скрытой фигуры, облаченной в капюшон, словно невидимая нить, связывающая их судьбы, пока он охотился на Орландо.       Не теряя надежды разгадать все загадки, Алонзо поинтересовался, что же такого украла Калиста, что вызвало столь бурную реакцию торговца. В ответ девушка лишь одарила его лукавой улыбкой, пообещав продемонстрировать свой трофей позже, тем самым разжигая любопытство ассасина.       Приближаясь к Колизею, Алонзо заметил одинокую фигуру, ожидающую их прибытия. Это был один из верных наемников Марио. Герцог, словно почувствовав присутствие союзника, плавно замедлил ход и остановился возле наемника. Алонзо, спешившись, тепло поприветствовал мужчину, пожав руку.       Наемник, не теряя времени, приступил к рассказу о местонахождении Георгио Романо, жестокого и безжалостного тамплиера, умело скрывающегося под маской священника.       — Алонзо, есть новости об тамплиере Георгио Романо! — сказал он и начал свой доклад.       Со слов наемника, ему удалось подслушать разговор стражников, из которого он узнал, что Георгио планирует провести тайную молитву в термах Диоклетиана, расположенных на окраине Рима. Молитва должна состояться в ночное время, в условиях полной секретности. Наемник предположил, что Романо замышляет нечто коварное, ведь на молитве будут присутствовать высокопоставленные представители папской свиты.       Алонзо, обладая острым умом и аналитическим мышлением, мгновенно понял замысел тамплиера. Ночь, окутанная мраком, предоставит ему идеальную возможность для устранения Георгио. Однако, до наступления заветной темноты оставалось еще долгих пять часов.       Наемник, проявляя заботу, посоветовал Алонзо пополнить запасы боеприпасов на черном рынке и запастись острым оружием, а также метательными снарядами. Дайян, проведя инвентаризацию в своей памяти, вспомнил, что в его арсенале осталось лишь незначительное количество метательных ножей, и единственный способ восполнить их недостаток — обратиться за помощью к Марио.             — Найди Марио и передай, чтобы он достал для меня максимальное количество метательных ножей для убийства Георгио. Еще настоятельно попрошу его явиться утром в бордель, нужно обсудить дальнейшие действия после устранения Романо.       Наемник, кивнув в знак согласия, сообщил Алонзо, что будет ждать его у вершины холма Виминал, непосредственно у входа в термы. Алонзо подтвердил встречу, и наемник, вскочив на ближайшего коня, быстро скрылся вдали, оставив Дайяна наедине со своими мыслями.       Алонзо с усталым вздохом приблизился к своему верному коню, ласково поглаживая его угольно-черную гриву. Калиста заметила, что ассасин задумался.             — Что-то не так, Алонзо? — с беспокойством спросила она.       Алонзо, не желая ее тревожить, лишь покачал головой и одарил девушку слабой улыбкой. Он устал от драк и охоты на тамплиеров, хоть он еще был молодом и бодрым ассасином, но голова забита будущим, что произойдет с ним после. Он вспомнил слова Беатриче, о том, чтобы он купил дом и завел семью. Он давно мечтал об своей собственной вилле, как Монтериджони у Марио, и о том, чтобы завести свою семью, понянчить своих собственных детей и заняться своим домом. Он стал ассасином по просьбе матери, он жил в теле ассасина уже давно и вступил в маленькое Братство; в это Братство вступила и семья Аудиторе: Марио и его брат Джованни. Он не знал справится ли с этой тяжелой ношей и убьет Карлоса, он не знал, но гадать не хотел.       Собравшись с духом, Алонзо снова взобрался на спину Герцога, а Калиста, словно стремясь защитить его от всех невзгод, крепко обхватила его за талию. Дайян едва слышно отдал приказ коню двигаться галопом. Герцог с тихим и довольным фырканьем послушно направился по древней дороге, ловко обходя колонны и руины, стремительно неся своих пассажиров в сторону величественного города.       Алонзо, погруженный в свои размышления, помнил, что с наступлением ночи он должен любой ценой добраться до холма Виминал и проникнуть в термы Диоклетиана, чтобы остановить тамплиера Георгио, пока его зловещие планы не воплотились в реальность.