Глава 5. Схватка
15 июля 2025, 18:55 Последние инструкции были отданы. Наёмники, получив свои задания, один за другим покидали склад, растворяясь в ночи. Их лица оставались бесстрастными, но в глазах читалась напряжённая готовность. Каждый понимал, что сегодняшняя операция не просто очередное задание, а первый открытый вызов Морелли.
Алессандро остался один на один с Лукой, который развалился на ящике с боеприпасами. Мужчина лениво рассматривал лезвие своего ножа, не выпуская его из рук ни на мгновение.
— Поедешь со мной в клуб? — спросил Алессандро, повернувшись к брату. — Нужно решить пару вопросов, а оттуда я буду координировать операцию.
Лука усмехнулся, подбросил орудие в воздух и поймал нож за рукоять. Молчание растянулось на несколько секунд.
— Не сегодня. У меня другие планы.
— Какие? — Алессандро прищурился, изучая брата.
— Девушка, — Лука встал, оголив ряд зубов в широкой улыбке, — нужно же как-то выпустить пар, раз ты запрещаешь мне ехать в порт.
— Ты уверен, что это хорошая идея? — голос Алессандро оставался ровным, но в нём появилась стальная нотка.
— Ой, да ладно тебе, — Лука махнул рукой, делая шаг назад. — Запретишь мне и таким образом отдыхать? Я приеду в клуб, но позже, не переживай.
Алессандро задержал на нём взгляд. Всё в Луке — от слишком расслабленной позы до нарочито небрежного тона — кричало, что он что-то недоговаривает. Но спорить сейчас не было времени. Отец ждал результатов, а не семейных разборок.
— Не задерживайся… — наконец произнёс он, разворачиваясь к выходу.
Через несколько минут Алессандро уже плавно выезжал на пустую ночную дорогу, оставляя позади склад и тревожные мысли. Городские огни мелькали за тонированными стёклами, однако его внимание было приковано не к ним, а к тревожному комку в груди.
Операция в порту — рискованная затея. Слишком опасная. Если Морелли что-то заподозрят, если у них есть информаторы, если они уже ждут…
Он сжал руль так, что кожа на костяшках побелела. Отец не терпел провалов. Ни оправданий, ни объяснений — только результат. А если сегодня всё пойдёт не по плану, последствия будут хуже, чем просто гнев Витторио.
Мысль о возможном провале заставила его резко нажать на газ. Машина рванула вперёд, сливаясь с темнотой.
Клуб «Luna Rossa» встретил его привычным гулом голосов, смехом и приглушённой музыкой. Но сегодня Алессандро не было дела до атмосферы.
Он прошёл мимо танцпола, едва кивнув охране, и направился к барной стойке, где Эмилия, скрестив руки на груди, что-то резко говорила бармену.
— Опять проблемы? — Алессандро усмехнулся, подходя ближе.
Девушка порывисто обернулась, и в её зелёных глазах мелькнуло раздражение.
— О, великий владелец почтил нас своим присутствием.
— Ты узнала, кто я, — он наклонился ближе, упираясь ладонями в стойку по обе стороны от неё, — и всё равно продолжаешь огрызаться?
— Привычка, — бросила она, но её взгляд на секунду скользнул к столику в углу, где сидели двое мужчин, — мне нужно идти.
Алессандро проследил за её взглядом. Незнакомые лица. Не его постоянные клиенты.
— У тебя уже есть поклонники? — спросил он, возвращаясь к разговору.
— Приходят почти каждый день, — ответила Эмилия с лёгким раздражением.
— Раньше ты была менее… популярна, — он ухмыльнулся, — кстати, ты ведь расскажешь, почему так яростно отказывалась обслуживать тот столик в день нашего знакомства?
— Не твоё дело.
— Но может стать, — его голос стал тише, опаснее. — Я могу узнать сам, но решил спросить у тебя. Ради приличия.
Эмилия сжала губы, и её пальцы вцепились в край стойки.
— Ты правда думаешь, что меня это волнует?
Он хотел ответить, но в этот момент дверь клуба распахнулась с такой силой, что её удар о стену заглушил даже музыку.
Все обернулись. В проёме стояла фигура, очерченная уличным светом.
***
Операция в порту Туман, словно грязная вата, обволакивал порт, превращая контуры кранов и складов в размытые силуэты. Ветер шевелил рваные облака, на мгновение открывая бледную луну, которая тут же пряталась, будто не желая быть свидетелем чего-то ужасного. Последние пару дней в порту творилось что-то нечистое. Сначала пропали двое грузчиков, потом — охранник с ночной смены. Сегодня не явилась целая группа подрядчиков, которых Бернарди нанял для «особого задания». Ни тел, ни следов — только лужи масла на бетоне, в которых отражались огни прожекторов, словно чьи-то насмешливые глаза. Несколько наёмников, одетых в чёрное тактическое обмундирование, бесшумно продвигались вдоль ржавых контейнеров. Бернарди наняли их за большие деньги, но и риски были не маленькие. — Рикко, ты слева, — прошептал командир группы, Марко. — Обойдёшь с тыла, уберёшь охрану у ворот. Мужчина кивнул. Его пальцы привычно проверили клинок, прикреплённый к поясу. Они чувствовали, что происходит неладное, но сейчас было не время для размышлений. Мужчины продвигались вперёд, используя тени как укрытие. Двое охранников Морелли, стоявших у входа на склад, даже не успели понять, что происходит. Первый рухнул без звука — меткий бросок ножа угодил точно в горло. Второй обернулся на лёгкий шорох, но было уже поздно — Марко вонзил ему в спину стилет, одновременно зажимая рот ладонью. Тела бесшумно опустились на землю. — Чисто, — пробормотал Рикко, вынимая клинок из тела и вытирая лезвие о куртку охранника. Группа разделилась. Двое остались следить за периметром, пока остальные пробирались внутрь склада. Там царила полутьма, лишь редкие аварийные лампы бросали жёлтые пятна света на ящики с маркировкой «Сельхозтехника». Рикко присел на корточки у центральной опорной балки, быстро устанавливая заряд. Его пальцы, покрытые шрамами от старых ожогов, работали ловко и уверенно. — Ещё три минуты, и мы уходим, — прошептал мужчина. И в этот момент он почувствовал холодное прикосновение металла у своего виска. Щелчок взведённого курка прозвучал громче любого выстрела. — Добрый вечер! — раздался спокойный, почти любезный голос. Рикко замер. Он не видел лица говорящего, но по одному тону понял — это не обычный охранник. Из темноты, словно из ниоткуда, вышли люди. Десять, пятнадцать, двадцать — они окружали наёмников со всех сторон, стволы пистолетов и автоматов направлялись точно в цель. Даниэле Морелли, стоявший за спиной Рикко, наклонился к его уху: — Мы вас ждали. Марко, осознавший нависшую над ними угрозу, мгновенно сориентировался в обстановке. — Засада! — проревел он, резко разворачиваясь и открывая шквальный огонь из автомата. Пули свистели в воздухе, рикошетили от металлических стен склада. Один из наёмников рухнул на колени, хватая себя за правый бок — пуля пробила ему печень, и кровь хлынула сквозь пальцы. Он успел выпустить ещё одну очередь наугад, прежде чем вторая пуля вошла ему в лоб. Рикко дернулся в сторону, уворачиваясь от выстрелов. Он видел, как его напарника срезала очередная автоматная очередь — тело дёргалось, как марионетка, пока не рухнуло лицом в лужу собственной крови. Некогда чистый пол превратился в кровавое месиво. Повсюду растекалась кровь в перемешку с вырванной плотью. На контейнерах небрежно свисали кусочки мозгов и мышц, оставляя на деревянных стенах алые подтёки. Даниэле стрелял хладнокровно, методично. Его люди двигались как единый механизм, отрезая наёмникам пути к отступлению. — Отходим! — закричал Марко, отстреливаясь. Одной рукой он держался за раненный живот, пытаясь остановить усиливающееся кровотечение. Но в ответ последовал неразборчивый крик отчаяния. Отступать было некуда.***
Часом ранее Лука не должен был здесь быть. Сердце бешено колотилось в груди. Каждый удар отдавался в висках, словно предупреждение: уходи, пока не поздно. Но ноги не слушались. Он ехал к девушке — точнее, делал вид, что едет. На самом деле его автомобиль уже кружил по портовым районам, петляя между заброшенными домами и двигаясь по маршруту, который он сам не мог объяснить. Возможно, это был инстинкт. Пальцы сильно сжимали руль. Он резко затормозил, припарковавшись в полукилометре от ближайшего склада, и выключил двигатель. Внезапная тишина оглушила. Она была звенящая, мучительная. Ни гудков паромов, ни скрежета металла, ни даже криков чаек — ничего. Только ветер, шепчущий между ржавыми балками, да далёкий плеск воды о бетонные сваи. Вся атмосфера словно кричала о том, что здесь что-то не так. Лука медленно вышел из машины. Дверца захлопнулась с глухим стуком, слишком громким в этой мёртвой тишине. Он огляделся, ощущая, как холодный пот скользит по спине. Порт должен был кишеть людьми, но сейчас он напоминал гигантскую ловушку, замершую в ожидании жертвы. Лука двинулся вперёд, слыша эхо собственных шагов, что отражались от бетонных стен. Каждый звук казался опасностью. Мужчина прижался к стене старого склада, ощущая шершавую поверхность под пальцами. Вдыхая запах ржавчины и морской соли, он крался вдоль постройки, стараясь не выдавать своего присутствия. И вдруг — табличка. Выцветшая, покрытая слоем грязи, но всё ещё различимая: «СКЛАД №4». Прежде чем он успел сделать следующий шаг, где-то вдали послышались звуки. Твёрдые, размеренные шаги, не пытающиеся скрыться. Кто-то двигался прямо в его направлении. Адреналин ударил в кровь. Лука резко оглянулся — нужно было укрыться. Он обошёл здание, ища слабое место. И нашёл: окно на уровне груди, местами затянутое грязной плёнкой, сквозь которую едва пробивался тусклый свет. Без раздумий он упёрся плечом в раму, напряг мышцы. Один резкий толчок, и стекло треснуло с глухим хрустом, но не разбилось полностью. — Давай же… — прошипел он сквозь зубы. Просунув руку внутрь, мужчина нащупал засов, пальцами отодвинул его. Тьма тут же поглотила Луку, скрыв силуэт во мраке. Первое, во что он ступил, была лужа. Тёплая. Липкая. Кровь. Запах ударил в нос — густой, сладковато-металлический, с примесью чего-то химического, будто кто-то пытался замаскировать смерть хлоркой. Лука зажмурился на секунду, давая глазам привыкнуть к темноте. Когда он снова открыл их, перед мужчиной простиралось помещение, погружённое в полумрак. Он шагнул вперёд, стараясь не скользить по кровавому полу, но ничего не получалось. Подошва всё равно погружалась в жидкость, что успела захватить собою всё пространство. Перед мужчиной зияли пластиковые шторы, пропитанные ржавыми подтёками. Они колыхались от сквозняка, напоминая призраков, шепчущих о том, что скрывается за ними. Лука напрягся. Он знал, что там. Мужчина раздвинул шторы и увидел тела. Те самые люди. Лука узнал их по татуировкам, по кольцам на пальцах, по шрамам, которые он когда-то им оставил. Те, кто должен был встречать наёмников. Те, кто предал Морелли. Но теперь они лежали в неестественных позах, с распоротыми животами, с вывернутыми суставами. Глаза, ещё полные ужаса, смотрели в пустоту. Кто-то поработал с ними не торопясь. Клокочущая ярость сжала горло. — Да что б вас… — прошептал он, прикрывая нос рукавом. И в тот же миг где-то снаружи грянули выстрелы. Резкие, отрывистые. Без предупреждения. Лука даже не раздумывал. Он рванул в сторону шума, сердце бешено колотилось, а ноги несли его сквозь темноту. Не тратя времени на крики или предупреждения, он просто вошёл в самое пекло, в зону кровавой бойни. Его любимый нож, верный спутник в тёмных делах, уже сверкал в руке, готовый утолить свою жажду. Даниэле, отстреливаясь от наседавших наёмников, отступил к ближайшей стене, инстинктивно ища защиты. В этом хаосе и грохоте, в этом смертельном танце, он на мгновение остался один на один с надвигающейся опасностью. И этого мимолётного мгновения, этой доли секунды роковой оплошности, оказалось достаточно. Лука, словно пантера, вынырнул из тени, незаметно подкравшись к нему сзади. Молниеносным движением он вцепился в волосы Даниэле, резко запрокинув его голову назад и обнажив беззащитную шею. В тот же миг лезвие ножа прижалось к горлу, готовое в любой момент перерезать сонную артерию. — Ну что, Морелли, — прошептал он, чувствуя, как напрягаются мышцы противника, — как тебе наша вечеринка? Даниэле не растерялся. Он резко ударил локтем назад, пытаясь вырваться, но Лука лишь сильнее прижал лезвие. Тонкая полоска крови выступила на шее мужчины. — Дёрнешься ещё раз — перережу, — голос Луки звучал почти игриво. И в этот момент раздался выстрел. Пуля прошла в сантиметре от Даниэле, оставив после себя запах раскалённого металла и пороха, и с хрустом вонзилась в левую ногу Луки. Острая, жгучая волна боли пронзила тело снизу вверх, будто кто-то вогнал ему в мышцы раскалённый гвоздь. Колено подкосилось, но он даже не застонал — лишь стиснул зубы так, что челюсти заскрипели, а уголки губ растянулись в неестественном движении. Ещё один выстрел. На этот раз пуля чиркнула по плечу, сорвав клочок кожи и оставив после себя полосу обожжённой плоти. Лука дрогнул. Раздражённо отшвырнув Даниэле в сторону, он в тот же миг метнул нож в нападавшего. Лезвие, рассекая воздух с едва слышным свистом, вонзилось в горло стрелка по самую рукоять. Ошеломлённый мужчина захрипел, его глаза округлились от ужаса. Он попытался схватиться за клинок, но пальцы лишь скользнули по влажной от крови стали. Конечности ослабели, колени подкосились, и он рухнул вперёд, ударившись лицом о бетон. Багровая лужа быстро расползалась вокруг его головы, сливаясь с тенями. Лука не стал ждать. Сжав зубы так сильно, что челюсти свело судорогой, он рванул к выходу, прихрамывая, но двигаясь с яростью загнанного зверя. Нога горела. Пуля, пробившая мышцы бедра, оставила после себя кровавую дорожку, и каждый шаг отдавался новой волной боли — будто кто-то раскалённым ножом медленно резал плоть изнутри. Но он не останавливался. Адреналин заглушал всё. По пути он споткнулся о разбитую плитку, рухнул на колено, ощутив, как острые осколки впиваются в ладонь. Кровь тут же выступила тёмными каплями, но он даже не моргнул. Боль была где-то далеко, за плотной пеленой. Он поднялся, даже не глядя на свежие раны, и снова побежал, словно сама смерть дышала ему в спину. Возможно, его спасал именно шок — эта странная, почти механическая собранность, когда тело, забыв про травмы, работает на чистом инстинкте. Выжить. Бежать. Не оглядываться. Где-то вдали снова раздались выстрелы. На этот раз Лука уже не стал разбираться, откуда именно. Он просто двигался — к машине, к спасению, к хоть какому-то шансу. Нога подкашивалась, но мужчина не падал. Он не мог позволить себе упасть. Потому что если упадёт — уже не встанет. Его автомобиль ждал в двадцати метрах. Двигаясь рывками, Лука добрался до машины, оставляя за собой кровавые следы на асфальте. Сев на бампер, рывком вытащил кожаный ремень из петель брюк. Его руки дрожали, но Лука не позволял страху ещё больше пронзить себя. Мужчина ловко обвил ногу у самого паха ремнём и туго затянул его, частично остановив кровотечение. Его вещи, полностью пропитанные кровью, прилипали к телу, но Луке было плевать. Подпрыгнув на одной ноге, добрался до дверцы авто. Он пулей влетел в салон и тут же завёл двигатель. Мотор взревел, шины взвыли, и машина рванула с места, оставляя за собой чёрный след из дыма и искр. Только теперь, когда адреналин начал отступать, Лука почувствовал ледяную тяжесть в груди. Он нарушил не просто приказ — он преступил черту, которую провёл Алессандро. «Не лезь», «Приказ отца», «Не задерживайся» — все эти слова брата теперь звенели в голове, перемешиваясь с гулом двигателя. Он сжал руль так, что кожаный чехол затрещал по швам. В зеркале заднего вида мелькало его собственное отражение — бледное, с перекошенной от боли ухмылкой. Кровь сочилась из раны на ноге, пачкая дорогие кожаные сиденья. Но эта боль была ничтожна по сравнению с тем, что ждало его впереди. «Отец…» — пронеслось в голове, и Лука невольно передёрнул плечами. Витторио не прощал ослушания. Никогда. Но странное дело — мысль о гневе отца не вызывала в нём обычного леденящего страха. Вместо этого перед глазами появилось лицо Алессандро — то самое, каким он видел его последний раз на складе. Эти проницательные тёмные глаза, в которых читалось не просто недовольство, а… что? Разочарование? Опасение? — Чёрт возьми! — Лука ударил ладонью по рулю. Он ненавидел это чувство — эту проклятую привязанность, которая была сильнее страха перед отцом. «Алессандро единственный, кто…» Мысль оборвалась. В горле вдруг стало тесно. «Он меня прикроет. Должен прикрыть. Хоть я и…» Машина резко вильнула, съехав на обочину. Лука на секунду закрыл глаза, чувствуя, как дрожь проходит по всему телу. Он не боялся смерти, но мысль о том, что брат может отвернуться, была невыносима. «Все равно поеду. Пусть кричит, пусть бьет — но он единственный, кто…» Резко включив передачу, Лука снова поехал вперед. К клубу. К Алессандро. К единственному человеку, перед кем он был готов на коленях вымаливать прощение.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!