Часть 10

Выстрел был направлен в небо. Цзюнь У стоял неподвижно, но явно насторожился, уже зная, что такое выстрел. Я подбегаю к Се Ляню, хватаю его и бегу в лес. Щелчок пальцев — и из чемодана вылетают куклы с заряженными ружьями. Быстро окружив Цзюнь У, они одновременно начали стрелять. И снова вспомнился Вэй Ин с его армией трупов. На трупов энергии не хватило бы, но куклы тоже хороши. Я вообще много кого вспоминала, думая о победе над Владыкой. В этот раз он защищался. Блин! Пули не попали в цель. Взрыв — и меня с Се Лянем уносит взрывной волной. О, взрывные печати сработали! Спасибо, Наруто. Затем затишье. — Се Лянь, ты как? — Кхм, кхм, нормально, — откашливаясь от пыли, говорит он. — Это всё? — Вряд ли Безликий Бай был уничтожен из-за эффекта неожиданности, у меня ещё есть тузы в рукаве, но мне нужна твоя помощь, — не отвлекаясь на окружение, я говорила быстро, глядя Се Ляню в глаза. — Мне нужно напитать своей ци твой меч, а также ты должен вступить в бой с Владыкой. Ты готов? На мой запрос о мече Се Лянь просто отдал свой меч, а вот над вторым ушёл в раздумья. — Отставить сомнения! — повысила голос я, взяла его за одежду и потянула на себя. Когда между нашими лицами осталось мало пространства, я заговорила: — Я не прошу тебя победить, — тихо произнося, заглядывая в расширенные медовые глаза напротив. — Я прошу бороться с ним. Через какое-то время переглядок я почувствовала неловкость от такой близости. Смутившись, я добавляю: — Не волнуйся, в этой битве ты будешь не один, — отстраняясь, нежно улыбаюсь ему, проведя пальцами по порозовевшим щекам. Надо же, Се Лянь смутился. — Я готов, — тихо, смотря мне в глаза, произнёс он. — Отлично, держи меч, иди сражайся, — возвращая ему меч, говорю я, выталкивая его из нашего временного укрытия. — Судя по моему плану, скоро явится подмога, а пока я буду помогать тебе издалека. Он удивлённо смотрел, как я показываю ему знак «Окей», выглядывая из укрытия, из которого его выпнули. Потом резко встряхнул головой, будто призрака увидел, и пошёл в бой. Я, как и обещала, помогала ему издалека нитямии выстрелами. Взрыв сработал хорошо. Поскольку Цзюнь У был в эпицентре взрыва, у него должно быть много повреждений, как минимум: нарушение слуховой обработки и сильная дезориентация. Он, конечно, Бог и весьма сильный, повреждения быстро заживут, но если есть хоть какие-то секунды задержки — пользуйся. Поскольку Се Лянь был близок к Цзынь У, я уже не могла использовать кукол. Поэтому стреляла из укрытия, постоянно меняя его. Также помогала нитями ци. Они были как лента Жое, только много и могли резать сталь, не говоря уже о плоти. Вот так вот ты сражаешься, а к твоей ноге прицепляется нить и тащит на себя, царапая твою броню. Отвлекает? Несомненно. Так примерно мы и держались, пока не прибыл Пей Мин с остальными Богами Войны. — Это и есть Безликий Бай? — скептически спросил Пэй Мин, смотря на связанного Бая. — Есть какие-то сомнения? — нахмурив брови, говорю я. — Да, как вы его? — расширив глаза и качая головой в разные стороны в неверии, говорил Пэй. — Это уже не важно, — кратко отвечаю я. — Вам всё рассказали про Бая? — История Бая Усяня небесам уже известна. Доказательство, что Демон и Цзюнь У связаны, я уже вижу, — кивнув мне, Пэй снова переключился на Бая, смотря взглядом, полным смешанных чувств: неверия и сочувствия. Чему ему сочувствовать? Ну да, прошлое у него не ахти, но что-то в оригинале я не помню от тебя сочувствия в его сторону. Подозрительно! — Я доложу Богам Литературы, чтобы отрубали ему силы, поступающие с небес, хотя вряд ли у них это получится, — собравшись, Пэй приложил пальцы к виску, общаясь с кем-то духовно. — Пусть пытаются, — скривившись, язвительно говорю я. — Лучше, чем сидеть без дела. — Генерал Пэй, — сказал кто-то из богов, обращаясь к Пэю, даже не смотря на меня. — Что нам делать? Хам! — Вступать в бой, естественно! — будто самое очевидное сказал Пэй, идя помогать Се Ляню, который явно начинал проигрывать. — У меня есть план… Договорить мне не дали: хихикнув, Пэй рассмеялся, поворачиваясь ко мне. Он с превосходством улыбался и сообщил: — Ты уже сделала достаточно, моя дорогая, — как герой сопливых романов заговорил он. — Оставь всё остальное нам! У меня от прилива энергии в теле вена вздулась, глаз задёргался. Точно, Пэй Мин — тот ещё сексист. Вздох, выдох — и я в норме. Нежно улыбнувшись, покачивая бёдрами, я подошла к Пэй Мину. Тот не сопротивлялся и, кажется, даже про бой забыл, смотрел только на меня. Ну да, лицом я хороша. Проводя рукой по мускулистой руке Пэя, поднялась к шее. Я сладко и восхищённо смотрю на него. Погладив по красивой скуле, я хватаю его за ухо и резко наклоняю к себе, поворачиваю его лицо в сторону связанного Бая и кричу ему в ухо со всей злостью: — Видишь его? Следующий — ты! А теперь послушай сюда, гадёныш… Когда в бой вступили Боги Войны, стало в разы проще. Мы даже начали притеснять Цзюнь У, пока одной своей волной ци он не раскидал нас. Ёбать, ну и силища! Вылезая из-под завалов, думала я. Осмотревшись, моим глазам предстала подобная картина: Раскиданные Боги Войны лежали ранеными. И Цзюнь У, перемещаясь как вспышка, убивал каждого по очереди. Вот так вот резко! И наши силы уничтожались одни за другим. Когда Цзюнь У приблизился к Пэю, занося над ним меч, я отошла от шока. Раздался выстрел, и Цзюнь У остановился. Пуля явно попала в плечо. Медленно повернувшись ко мне, Владыка злобно прищурился. Я ему явно не нравлюсь. Задрожали колени, а инстинкт просто закричал об опасности. Нити уже за что-то зацепились, унося меня прочь. Но тут совсем рядом проскочила вспышка. Всё было как в замедленной съёмке: вот я стою, начинаю уворачиваться, тут вспышка возле меня, и я вижу, как нахмуренное лицо Владыки своим светящимся мечом отрубает мне руку с пистолетом. Меня мгновенно уносит в сторону, и, понимая, что теперь за мной гонятся, я ухожу в дальний лес, что сохранился после взрыва. В лесу легче спрятаться. Теперь я, как человек-паук или как разведкорпус из «Атаки титанов», ну или на край — Маугли, вот так перемещаюсь, останавливаюсь, цепляюсь за следующее дерево, увеличивая расстояние от гоняющегося за мной Владыки. В ближнем бою я труп, и точка! В дальнем у меня всё ещё есть шанс. Приземлившись на землю, я отдаю приказ куклам стрелять. Они мгновенно окружили Владыку и по команде начали перестрелку. Снова волна ци — и пули падают на землю, а мои куклы лежат разбитыми. Плохо. Теперь мне будет куда сложнее. Снова ухожу от атаки, быстро приземляюсь, достаю печать, кидаю её во врага и снова ухожу от атаки. Так дело не пойдёт. — Се Лянь! — кричу я, зовя на помощь. — Се Лянь, помоги! Снова уклоняюсь, увеличивая расстояние. — Се Лянь! Понятно — помощь, если и прибудет, то не в ближайшее время. Чёрт! Что делать? Не могу я вечно убегать. Переплетая несколько нитей в одну, получаю длинный хлыст, как у Люси из «Хвоста феи». Я атакую Бая. Его уносит в сторону, а я оставшимися силами поднимаю оружие с земли, призывая его к себе. Без кукол это сложнее делать, напрягаюсь, направляю орудия к Баю, приказываю стрелять, а сама бегу в сторону Се Ляня. Вдруг он вообще мёртв. Нашла я его быстро. Он сидел, с ужасом глядя на меч в своих руках. Ах, значит, пока я трясусь от страха, убегая от самого сильного Бога Войны, он тут сидит. Заметив меня, он поднял на меня взгляд, полный слёз: — Я не могу с ним сражаться? — панически заговорил он, плача и тяжело дыша. — Я даже ранить его не смог. Он… он знает все мои приёмы. Всё понятно. От всех этих эмоциональных качелей и встрясок нервная система и так перегружена под завязку, а недавняя попытка бороться показала всю беспомощность ситуации — началась паника. Я-то — человек с опытом, быстро адаптируюсь, и то у меня руки дрожат. Сев на колени напротив него, я кладу целую ладонь на его плечо: — Се Лянь, дыши вместе со мной, вот так. — Делая глубокий вдох, затем медленный выдох, повторяя процесс, мы делали так, пока я не увидела в его глазах просветление. — А теперь послушай, Се Лянь, мы не проиграли! — решительно заявила я, повышая тон, веря в своё убеждение. — У меня ещё есть туз в рукаве, самый сильный! Но ты должен помочь мне: сделай так, чтобы твой меч хоть на сантиметр вошёл в тело Владыки! Сможешь? — Но я же даже ранить его не смог, — тихо заговорил Се Лянь, отстраняясь от моей руки. — Он знает все мои приёмы… — Ну так придумай новый! — крича, перебила его я. Вздох. Выдох. — Знаешь, я никогда не верила в тебя, — тихо, почти шёпотом, открывала я свою душу, делясь сокровенным. — Даже когда ты был Богом Войны в «Короне из Цветов». Будь я куда более решительной, я бы устроила переворот и спихнула тебя с трона, дабы самой вести войну. — слабая усмешка красовалась на моём лице, а взгляд смотрел в землю, вспоминая себя. И почему я так не сделала? — Но сейчас я верю в тебя, — поднимая взгляд на Се Ляня, смотря в глаза, я кладу руку на сердце. — Я верю, что ты что-нибудь придумаешь. Я верю в наш успех. Я верю всей своей душой, и ты тоже поверь в мою веру в тебя! Се Лянь смотрел на меня расширенными глазами, будто не веря в такое откровение. Его черты лица смягчились, и на губах появилась улыбка. Взяв в руки меч, он быстро встал, молниеносно из мягкого юноши превращаясь в решительного мужчину. Я узнала этот образ. Образ того Се Ляня, что прожил 800 лет, что встретил Хау Чена, что победил Безликого Бая. Именно этого Се Ляня я встретила, открыв книгу, именно его я полюбила. Мусорный Бог. В этот момент это звание вызывало у меня столько восхищения, как никогда прежде. Я смотрела, как Се Лянь идёт сражаться, твёрдо зная, что он победит, и сомневаясь, а нужна ли была моя вера? Как оказалось, нужна. Я плохо разбираюсь в техниках меча и вообще не знаю, как им пользоваться. Но было эпично. Цзюнь У вышел к Се Ляню, выглядел он не в лучшей форме. Та броня, что была на нём в самом начале, сошла на нет, а одежда была в пятнах крови. Но, явно, он уже залечил свои повреждения. Встретившись взглядами, они стояли друг напротив друга. Владыка, высокий и мускулистый, будто олицетворение самой силы, возвышался над Се Лянем. Но бывший Бог Войны стоял ровно. Внезапно Цзюнь У ринулся вперёд, его меч свистел в воздухе. Се Лянь увернулся, ловко уклонившись, и нанёс ответный удар. Мечи встретились с гремящим звуком, искры разлетелись в стороны. Они продолжали обмениваться ударами, каждый из них выжидал момент для атаки. С каждым мгновением напряжение нарастало. Цзюнь У с силой ударил по мечу Се Ляня, заставляя его отступить на шаг назад. Но тот не сдавался. Он быстро контратаковал, и его клинок скользнул по груди соперника, оставляя большую царапину. Они были словно два танцора, каждым движением показывая мастерство и силу. Наконец, в одном из обменов ударов они одновременно нанесли последний решающий удар. Мечи встретились в воздухе, и оба воина, используя всю свою силу, проткнули друг друга. Оба клинка вошли в тело с ужасным скрежетом металла о металл. На мгновение время остановилось. Боги смотрели друг на друга, их дыхание стало тяжёлым, а глаза наполнились различными эмоциями. Секунды тянулись как часы, пока Се Лянь не упал на землю, харкнув кровью, оставляя свой меч внутри Владыки. Последний туз. Из меча Се Ляня вырвалась моя ци, влетая в рану Цзюнь У, начиная уничтожать гада изнутри. Владыка согнулся, не понимая, что происходит, и впервые за весь бой издал звук боли. Найдя пистолет рядом с оторванной рукой, я направила туда последние остатки ци. Щелчок, выстрел. Цзюнь У пал с дырой в голове. — Победа! — закричала я, бросая пистолет и подбегая к Се Ляню. Он посмотрел на мой силуэт и вернул взгляд к телу рядом с собой, молча наблюдая, как я поджигаю Цзюнь У. Се Лянь выглядел побитым, весь в пыли, с кровью на губах и одежде, с быстрым дыханием и нечитаемым взглядом, устремлённым в огонь. Канга на его шее исчезла, окончательно доказывая, что тот, кто её наложил, мёртв. Посмотрев по сторонам, я заметила, как труп связанного Бая тоже медленно растворяется в воздухе. Присев рядом, я начала осматривать рану. Он бог, точно не умрёт, но обработать её всё равно надо. Только я брала с собой один чемодан. Лекарств нет. — Твоя рука? — замечает Се Лянь. — С этим потом, её уже не вернуть, — вздыхая, говорю я. Потом я определённо буду плакать о потере, может быть, моё отвращение к телу только усилится, но сейчас я уже ничего не могу сделать. Или могу? Попробую пришить, может, получится. По крайней мере, это задача не первостепенной важности. Потянувшись к ранению Се Ляня, я заметила на своих пальцах зелёный огонь, который наполовину сжёг мои пальцы. — Что? — поднося руку к лицу, произношу я, глядя, как бесконтрольно горит моё тело. Попытка взять под контроль огонь лишь быстрее разожгла его. — Не направляй туда ци, она тебя уничтожает! — крикнул взволнованный Се Лянь, привстав, хватая мою кисть и начиная передавать ци. Но огонь не останавливался. Паника схватила за сердце, дыхание стало быстрым-быстрым, я почувствовала, как мои глаза увлажнились. — Спокойной! — кричал остаток холодного разума. — Хау Чен тоже развоплотился после драки с Баем, и единственное, что от него осталось, — это прах. Может, и со мной так же? Развоплотился на несколько месяцев. Я так не могу, меня Се Ин ждёт. Единственное, что осталось, — это прах. А где мой прах? Тут я с ужасом застыла, а праха-то и нет. Где он? Я не брала! Забыла, дура? Или кто-то взял? Стала вспоминать день своего воскрешения, но не смогла припомнить, был ли там мой прах. Может, Лан И? Зачем ему? Он бы отдал… или нет? — Се Лянь, — поднимая на него взгляд, полный слёз, я тихо произношу свой приговор. — Я не знаю, где мой прах. Всё — паника. Я ещё никогда в жизни не была в такой растерянности. И в этот раз никаких идей в голову не приходит. Моя голова пуста, в ней лишь горит красная лампочка. Слёзы, взгляд, бегающий в разные стороны, маленькие зрачки, учащённое дыхание, что-то подкатило к горлу, затрудняя дыхание. Этого ещё не хватало. Вдруг меня хватают и притягивают к себе, смыкают руки на моей спине. — Ты не исчезнешь! — обнимая меня, твёрдо сказал Се Лянь, хотя в голосе тоже проскальзывала паника. Он хотел верить, что я не исчезну! Я тоже хочу в это верить, но, взглянув на руку, что уже догорела до кисти, верилось с трудом. Слёзы потекли новым потоком, с надрывом, с чувством душевной боли в груди, с отчаянием человека, который узнал, что скоро умрёт. — Я не могу… — тихо, всхлипывая и задыхаясь, говорила я. — Я не могу… Меня Се Ин ждёт. Но в этот раз мысли о сыне меня не спасут. Это я чётко осознала прямо здесь и сейчас. — Се Лянь, у меня к тебе просьба, — приходя в себя, я заговорила, прекрасно зная, что каждое моё слово будет услышано. — Нет, не просьба… а мольба… Я молю тебя, позаботься о Се Ине, не уходи больше, он очень боится оставаться один. — Слёзы потекли, стоило мне подумать о сыне и его реакции, вздох, выдох. — А ещё он боится темноты, ему не нравятся ссоры, крики и сильные отрицательные эмоции. Ему нравятся прогулки, плавать в бассейне, строить сусальные дворцы, рисовать и играть со мной в сёги, — вспоминая нашу последнюю игру, я горестно усмехнулась. — Он всё мечтает одолеть меня в этой игре. А ещё никогда не корми его своей едой. Тяжело дыша, я посмотрела на руку: огонь добрался выше локтя. — На юге, на краю государства Юньмин, на берегу моря стоит дом, рядом горы. Этот дом принадлежит мне, можешь жить там с Се Ином. О деньгах не волнуйся, найди Лан Ина и попроси денег, скажи, что от меня — он не откажет. А теперь слушай и передай Се Ину: Отстраняясь от Се Ляня, я встречаюсь с его красными глазами и влажными от слёз щеками. — Ты не исчезнешь, — тихо пробормотал он, но уже не так уверенно. А полностью сгоревшая рука говорит об обратном. Круто, теперь у меня вообще рук нет. — Передай Се Ину, что я очень его люблю, — ну вот опять, вроде бы уже успокоилась, а опять в слёзы. — Что когда его не было на свете, моя жизнь была как белый лист. Благодаря ему у меня появилась цель в жизни, и, стремясь к этой цели, я преодолевала все препятствия — до смерти и после неё тоже. Когда мне было страшно, больно, и я не знала, что делать, ты был моим якорем, что позволял трезво смотреть на мир и не становиться монстром. На этих словах Се Лянь отвёл взгляд. — Не отводи глаз от меня, — прокричала я, и Се Лянь тут же подчинился. — Если мне и суждено умереть, то я хочу смотреть в глаза, что так похожи на глаза моего сына. Для Се Ляня, возможно, это тоже было мукой — смотреть, как рядом с ним кто-то умирает, прося передать слова семье. Чувство, будто влезаешь во что-то отчаянное и интимное, но не можешь уйти от разговора. Да, это тоже пытка. Другого вида, но пытка. — Ты был всем для меня, и я хочу, чтобы ты вырос, чтобы был здоровым и сильным. Я не знаю, чем ты захочешь заниматься в будущем, но я верю, что ты справишься. Если захочешь жениться, то никогда не делай это в юности и не ради выгоды. Выбирай ту, с кем ты чувствуешь себя комфортно, а не ту, что вызывает страсть. И прошу, не обижайся на меня. Это были последние слова перед тем, как огонь поглотил моё сознание. Что удивительно — пистолет, что был со мной с самого начала, тоже исчез. (Ребят, у меня закончились салфетки, у кого схожая проблема — напишите.)