The third letter

Адель, Сегодня я видел девочку. Маленькую, лет четырёх, может, чуть меньше. У неё были вьющиеся волосы, заплетённые неуклюже, будто мама торопилась утром, — и при этом такая светлая, звонкая улыбка, будто этот день был для неё первым в жизни. Она крепко держала отца за руку и смотрела на мир широко раскрытыми глазами — с тем редким, чистым доверием, которое с возрастом почему-то исчезает. И в этих её глазах вдруг что-то болезненно кольнуло. Они были такими же, как у тебя на тех старых фотографиях из детства. Помнишь, где ты стоишь в саду с мятой ромашкой в кулачке, в слишком большой шляпе, и улыбаешься так, будто перед тобой весь мир — и он добрый? Эта девочка смеялась. По настоящему, без оглядки. Смех её был как тёплый ветер в лицо — неожиданный и живой. Ты бы улыбнулась, Адель. Я уверен. Я знаю. Ты бы не прошла мимо. Ты бы наклонилась, пошутила, подарила ей пару слов, от которых ей потом стало бы немного теплее в жизни, даже если она этого не поймёт сразу. А я... я просто стоял. Смотрел на них — на девочку и её отца — и чувствовал, как внутри всё сжалось. Смешалось тепло, ностальгия, и такая щемящая пустота, будто что-то родное прошло мимо, не узнав меня. Я хотел сказать ей: «Держи крепко за руку того, кто рядом. Не отпускай. Ни за что». Но слова застряли в горле, будто мой голос стал слишком хрупким, чтобы нести что-то важное. Я лишь чуть улыбнулся. И она — тоже. На секунду. Этого хватило. Порой мне кажется, что ты всё ещё здесь. Не телом, но чем-то другим. В движении ветра, который касается щеки, в отблеске солнца на мокрой траве, в запахе хлеба по утрам, в детском смехе, эхом отражающемся от стен. Ты будто растворена в этих мелочах. Тихо, незаметно. Но каждый раз, когда я их вижу или слышу, я чувствую — ты рядом. Как будто дышишь где-то за моей спиной. Знаешь, твоя улыбка стала для меня светом в темноте. Маяком. Тем, что не гаснет, даже когда я закрываю глаза. Я больше не могу видеть её — твою улыбку. Но она живёт во мне. Она — в моей памяти, в моих мыслях, в этих письмах, в самой идее продолжать. Я всё ещё жду, Адель. Пиши, если сможешь.