Архивы Инквизиции

Из корреспонденции Скайхолда

      Тайному канцлеру, сестре Лелиане       Официально уведомляю, что отбываю на переднюю линию разведки в районе Убежища. По моему рассуждению, враг планирует вернуться к месту Бреши, к самому уязвимому шраму в Завесе, и совершить новую попытку войти в Тень. Моя помощь может статься той необходимой крупицей, что поможет выиграть время войскам Инквизиции на перегруппировку.       Отчёт о ситуации на месте ожидайте через неделю.       Солас

Из мемуаров Варрика Тетраса

      Я хорошо помню тот день — день, когда Смеюн ни с того ни с сего порвал с Лавеллан.       Ну, конечно, это нам тогда казалось, что ни с того ни с сего. Самой леди Инквизитор, несмотря на выворачивающую боль, горе и тоску — было ясно, что с нашим тихоней-магом что-то случилось. И она была готова разобраться, что именно. Готова была броситься ему на помощь — но он ушёл на передовую. Официальным заявлением Лелиане, представьте себе, выпросил разрешение участвовать в операциях у места Бреши.       Помню, в первый миг не узнал её. Девственно чистое лицо без этих эльфийских татуировок, огромные непонимающие глаза, частая, почти истеричная отдышка.       «Но почему? Я не понимаю, почему…» — только и твердила она. А мы только молчали. Мы тогда и сами не знали.       Всей командой, с того дня и по самую Вторую битву у Бреши, нам пришлось посменно пребывать рядом с Лавеллан, помогать ей держаться, помогать держать лицо перед остальными.       Больнее, чем смотреть на Лавеллан в то время, было только смотреть на малыша Коула. Парень места себе не находил от происходящего. Всё грозился заставить её «забыть» вопреки протестам самой Лавеллан. Через несколько дней он пропал. Вернулся неделю спустя, осунувшийся пуще прежнего и понурый. Путано, по-своему, пояснил, что пытался добраться до Соласа, но повернул назад на полпути. «Ощутил запрет», как он выразился.       Вскоре после пришли его письма. Соласа, то есть. До сих пор храню их. Не могу отделаться от ощущения, что уже тогда он понимал, что то были его последние слова нам, как друзьям. Как равным. Его прощания.

Из корреспонденции Скайхолда

      Vhenan       Что бы ни случилось далее, я хочу, чтобы ты знала: всё, что было между нами — было по-настоящему. И чтобы бы ты ни узнала обо мне в грядущем, я хочу, чтобы ты помнила: всё это время я был и всегда останусь Соласом. Несчастным глупцом, единственным достойным поступком которого — было полюбить тебя.       Варрик,       Я бы мало кому мог подобное доверить, но тешу надежду, что за прошедшие годы мы стали друзьями. Присматривай за леди Инквизитор. Я совершил нечто, как я боюсь, непоправимое. Но у меня не было выбора. На твою мудрость и опеку над ней, на сострадание Коула и заботу леди Монтилье — и всех остальных — я возлагаю свои надежды. Помоги мне в этом.       Извини, что так и не сыграл с тобой. Обещаю прочесть твою новую книгу.       С.       Коул,       Береги себя. От всего сердца прошу и заклинаю — береги то редкое чудо, коим является твоё существо. И следуй за ней. Она — Свет.

Из мемуаров Варрика Тетраса

      А потом почалось.       Пропавший из поля зрения до тех пор, вновь объявился Корифей. Последним отчаянным броском он с немыслимой скоростью перебросил все оставшиеся силы к руинам Храма Священного Праха, и взял в кольцо весь регион.       Месяцы спустя, разведка выяснила, что, возможно, помощью ему тогда были заражённые Скверной элювианы. Как бы там ни было на самом деле, Инквизицию это застало врасплох. На месте Бреши у нас тогда был только один небольшой батальон, преимущественно, из добровольцев местного ополчения. Почти все они полегли в первом же бою. Горстка выживших, во главе со Смеюном, каким-то чудом удержала позицию, пока из Скайхолда, сбивая ноги и копыта, надрываясь на перевалах, не спешила подмога.       Тот марш-бросок сам по себе оставил немало жертв. Но они в сравнение не шли с тем, что ожидало нас после.

Из донесений тайного канцлера Инквизиции, сестры Лелианы

      Соловей,       Враг на подходе. Передовой батальон занял оборону в руинах Храма Священного Праха, но долго нам здесь не продержаться. Мастер Солас возвёл барьеры вокруг наших укреплений и подпитывает их денно и нощно, нужны маги, способные оказать ему поддержку.       Именем Создателя молю: поторопитесь.       Резервному подразделению Срочное распоряжение: выдвигаться на место наших укреплений вокруг Бреши. Повторяю: отставить все текущие миссии! Магическая поддержка наших позиций у Бреши — это высочайший приоритет!       Л.

Из неотправленного письма рыцаря-командующего Каллена семье

      Только что поступили новые отчёты из района Бреши: на горизонте показались силы Корифея. Почти на месяц ранее, чем мы могли предполагать. Армия Инквизиции до сих пор стягивает хвосты из Арборского леса, но леди Инквизитор решила выступать с теми силами, что уже прибыли. За вычетом раненых, это немногим более восьмисот мечей пехоты и сотня копий кавалерии.       Пишу это на случай, если не вернусь: я люблю вас. И я ни о чём не жалею.       Храни нас Создатель.

Из личных записей лорда Дориана Павуса

      Должен признать: даже учитывая недавно вскрывшуюся правду о Соласе, я всё ещё впечатлён его подвигом в те несколько дней. По свидетельствам выживших, он чуть ли не в одиночку удерживал оборону наших позиций, пока основные силы Инквизиции не прибыли на место. Он, конечно, находчивый малый, но даже просто поддерживать непроницаемый барьер два дня к ряду — на такое нужны недюжинные силы. Хотел бы я обсудить с ним тонкости его стратегии в тот отрывок времени, приёмы использования энергий Тени, но, боюсь, наши с ним совместные научные изыскания подошли к концу. К великому моему разочарованию, должен признать. Его самобытный взгляд на магию был свежим глотком в реалиях удушающих имперских катехизисов. Лучиком истины в тотальном мраке предубеждений.       Мне будет его не хватать.