Глава 4

• Настоящее время •

      Шаг за шагом. Каблуки глухо стучат по мраморному полу, будто выстрелы или удары сердца, если бы моё ещё билось… как раньше.       — Медленнее, — рычит голос за спиной.       Я не подчиняюсь — не вижу смысла. Времени почти не осталось. Главный мертв, да, но за ним последуют другие.       Моё имя будут шептать в коридорах. Не с уважением — с опаской. Как проклятие. Как напоминание.       В зеркале, на стене, в тяжёлой резной раме скользит моё отражение. Я успеваю взглянуть на себя — размытый силуэт в крови.       Губы алые, слегка размазанные. Волосы растрёпанные. Глаза сухие.       Никаких слез. Только пустота.       У выхода меня уже ждут. Щелчок предохранителя, взведённый ствол.       Праздник окончен.

• События до… •

      Лэйн долго не могла уснуть — ворочалась. Перед тем как лечь, она окинула комнату внимательным взглядом. За одной из дверей обнаружилась ванная. Лэйн включила свет и вошла внутрь.       Серая плитка на полу, стены того же оттенка, белоснежная раковина, над ней — зеркало, в углу просторного помещения — душевая кабина и унитаз. Удивило то, что в душевой стояли бутылочки с шампунем и гелем для душа, имелась даже мочалка. Судя по виду — совершенно новая.       «Гостевая комната?» — мелькнуло у Лэйн.       В ванной задерживаться не стала и вернулась в комнату. Выходить не хотелось совсем. Мысли крутились в голове вихрем. Она села на кровать и уставилась в пустоту.       На прикроватной тумбочке горел приглушённый свет настольной лампы. Лэйн сидела неподвижно, погружённая в собственные рассуждения.       Дмитрий снова потребует от неё правду.       Стоит только произнести это вслух — и она уже не жилец.       Но каким-то чудом Лэйн всё же оказалась в его доме и пока что жива. Прошло чуть меньше суток.       Можно было открыть часть правды. Проявить хоть тень бесстрашия. Взять волю в кулак и убедить Дмитрия, что она на его стороне.       Блузка вдруг показалась тесной, будто стянула грудь стальными обручами. Воздуха от волнения стало не хватать. Лэйн рывком стянула с себя ткань, тут же скинула брюки, отбросив их вместе с обувью в сторону. Она осталась лишь в белье и невольно поёжилась — слишком свежо воспоминание о том, как часами ранее стояла перед Дмитрием в таком же виде. Он смотрел на неё тогда так, будто перед ним — грязная шлюха.       Плевать…       Лэйн провела рукой по лицу, пытаясь стереть с кожи липкий след тревоги. Холод воздуха коснулся плеч, и она на секунду обняла себя, словно могла согреть собственным телом.       Нужно было успокоиться. Привести мысли в порядок. Но каждая попытка заканчивалась тем же — перед глазами снова и снова всплывал его взгляд. Ледяной, пронзительный, без тени сомнения в том, что он держит её жизнь в руках.       Сколько я протяну?       Сон никак не шёл. Нужно было придумать, что сказать Дмитрию. Найти ту правду, которую можно открыть, — достаточно убедительную, чтобы он поверил, и достаточно безопасную, чтобы остаться живой.       Лэйн вздохнула и легла на спину, глядя в потолок. Мысли крутились одна за другой, как зубья хищного механизма, готового перемолоть её.       Если он снова посмотрит на меня так… Если почувствует, что я вру…       Сильно зажмурившись, Лэйн перевернулась на бок. Полежав так с закрытыми глазами, она всё же решилась залезть под одеяло. Прохлада в комнате ощущалась неприятно — холодная, колкая, словно касание чужой руки.       Она всё-таки провалилась в сон, но проснулась, казалось, слишком рано.       Комната тонула в мягкой полутьме. Часы на тумбочке показывали шесть утра. Лэйн с трудом сфокусировала взгляд. Тишина вокруг казалась слишком плотной, словно притаилась, скрывая в себе чужое дыхание. Она прислушалась. Где-то в коридоре раздался тихий звук, будто скрипнула половица.       Лэйн настороженно прислушалась и сильнее натянула на себя одеяло, почти до самого подбородка. Если кто-то и находился за дверью, то этот человек, похоже, просто прошёл мимо. С облегчением выдохнув, она снова откинулась на подушки, лежа на спине, и на секунду прикрыла веки.       Следующие сорок минут ушли на то, чтобы привести себя в порядок. Лэйн приняла душ и даже успела высушить волосы — в одном из ящиков тумбы в ванной нашла фен. После этого она оделась. Выбор одежды был скудным, поэтому Лэйн осталась в тех же брюках, но сверху надела лёгкий кашемировый свитер изумрудного цвета. В косметичке оказалось немного средств, но этого хватило: подвела глаза, нанесла на губы бальзам и слегка уложила брови.       Производить впечатление на кого бы то ни было она точно не собиралась. Всё, что ей было нужно, — убедить Дмитрия.       Лэйн взглянула на своё отражение в зеркале. Изумрудный свитер подчёркивал цвет глаз, но она лишь скептически дернула уголком губ. К чему эти старания? Дмитрий вряд ли оценит. Он видит людей насквозь, и никакая маска не спасёт.       Лэйн провела пальцами по волосам, пытаясь унять дрожь в руках. Внутри всё ещё оставалась неясная тревога — предчувствие, что разговор с Дмитрием будет не просто трудным — опасным.       Она сделала глубокий вдох, заставляя себя успокоиться.       — Соберись, — тихо сказала она своему отражению. — Ты справишься.       Словно в ответ раздался стук в дверь, и она тут же распахнулась — человек даже не стал ждать приглашения. Лэйн обернулась, и атмосфера в комнате мгновенно изменилась. Потому что вошёл он. Дмитрий.       Одетый во всё чёрное, он окинул её беглым взглядом. По спине Лэйн пробежал холодок, будто этот взгляд был осязаемым. Дмитрий умел воздействовать без слов — подчинять себе всё пространство, заставлять мир вокруг замирать и фокусироваться только на нём. Это пугало и одновременно восхищало.       Он закрыл за собой дверь. Медленно, не торопясь, как человек, для которого время — всего лишь инструмент давления.       Лэйн выпрямилась, стараясь выглядеть спокойно, но напряжение скользнуло по позвоночнику, как остриё ножа. Дмитрий стоял в полумраке, и в его взгляде не было ни тепла, ни любопытства. Только изучающая холодная тишина.       — Ты рано, — первой нарушила молчание Лэйн.       Голос прозвучал тише, чем ей хотелось, но дрожи избежала.       — Пора с этим закончить, — отозвался он.       Глухо. Почти без эмоций, но именно это и пугало. Как будто за этими словами скрывалось гораздо больше, чем можно было позволить себе услышать.       Дмитрий сделал шаг вперёд. Потом ещё.       — Плохо спала?       Лэйн кивнула, не отводя взгляда.       — Здесь не очень уютно.       — Это зависит не от комнаты, — заметил он, — а от состояния.       Тон был спокойным, но каждое слово звучало, как будто прицельный выстрел. Дмитрий знал, что она чувствует, и, похоже, намеренно ворошил всё, что пыталась заглушить.       — Так сделай что должен, — Лэйн скрестила руки на груди, словно защищаясь, хотя знала — щит ненадёжный.       Он остановился в нескольких шагах. Не приближался, но и не уходил. Просто смотрел. И в этой тишине было куда больше угрозы, чем в любой ярости.       — Пошли.       Дмитрий резко развернулся на каблуках и направился к выходу из комнаты. Лэйн на миг застыла, но тут же двинулась следом, стараясь не отставать.       Они спустились вниз по лестнице. Коридор казался пустым, и Лэйн не заметила никого вокруг, пока Дмитрий вёл её вперёд. Лишь у массивной двери из тёмного дерева она столкнулась взглядом с мужчиной со светло-русыми волосами. Тот выглядел откровенно удивлённым.       Дмитрий никак не отреагировал на его присутствие — будто не заметил или не посчитал нужным обращать внимание. Он только толкнул дверь и втолкнул Лэйн внутрь кабинета, после чего плотно закрыл её за ними.       — Садись.       Дмитрий указал на стул, и в его тоне явственно прозвучал приказ. Сам он сел на такой же стул напротив; между ними стоял небольшой столик на четырёх тонких резных ножках.       Лэйн сжала губы, но всё же опустилась на своё место. Дмитрий с напускной расслабленностью откинулся на спинку стула и холодно взглянул на неё. Его серо-голубые глаза обожгли ледяным равнодушием.       Дмитрий потянулся к кобуре, закреплённой на груди, и достал револьвер с вращающимся барабаном. Одним резким движением он откинул барабан и высыпал все пули в ладонь, затем взял одну, поставил на стол, остальные шесть спрятал в карман брюк.       Пулю, что осталась на столе, Дмитрий вернул в барабан, крутанул его и с отчётливым звуком защелкнул механизм.       — Ну что ж, мисс Картер, — протянул Дмитрий и положил револьвер на столик. — Время говорить правду.       Его лёгкая усмешка уголком губ заставила Лэйн резко вдохнуть. Она уже знала, на что он способен, и понимала — это лишь верхушка айсберга.       — Играла когда-нибудь в русскую рулетку? — спросил он, и в голосе прозвучало опасное спокойствие.       Лэйн нервно сглотнула, но слова застряли в горле. Дмитрий и не ждал ответа — продолжил, озвучивая правила игры.       — Оружие тонко чувствует ложь. Так что советую быть честной, — он склонил голову набок, льдистые глаза сузились в прищуре. — Я задаю вопрос, ты отвечаешь, но спусковой крючок нажимаешь сама, и, если револьвер услышит фальшь, наказание придёт именно от твоих собственных рук.       Взгляд Лэйн скользнул с лица Дмитрия на револьвер. Игра, которую он предлагал, ей категорически не нравилась. На мгновение в голове мелькнула дерзкая мысль, но Дмитрий опередил её:       — Не советую нарушать правила. Живой ты отсюда не выйдешь. Единственный способ сохранить жизнь — быть честной.       Лэйн нервно повела челюстью. Перспектива была мерзкой, но выбора не оставалось — придётся играть по правилам.       Пути назад нет, да и она ещё не достигла того, ради чего пришла.       Лэйн подняла револьвер, крепче сжав рукоять. Указательный палец лег на спусковой крючок, а дуло уперлось в висок. Она сделала сбивчивый вдох.       — Послушная, умница, — с издевкой произнёс Дмитрий.       На миг он даже уловил, что ему нравится играть с ней.       — Как к тебе попали документы?       Лэйн молчала. Тишина между ними натянулась, словно тонкая струна. Сердце стучало в висках неестественно громко.       — Я жду, — Дмитрий наклонился чуть вперёд, голос звучал почти ласково, но в этой мягкости чувствовалась сталь. — Или мне показать, как это работает?       Он протянул руку и коснулся кончиком пальца барабана револьвера, словно играя на её нервах.       — Борис отдал мне их сам, — наконец хрипло произнесла Лэйн.       Щёлк! Дмитрий коротко ударил пальцем по спусковому крючку, не давая той подумать. Лёгкий металлический звук заставил Лэйн дёрнуться — оружие все ещё было в её руках, но его жест словно замкнул на ней цепь.       — Ты дрожишь, — заметил Дмитрий с ленивой усмешкой, глядя, как револьвер чуть вибрирует в её пальцах. — Интересно, это от страха или от того, что ты лжёшь?       Лэйн стиснула зубы.       — Я сказала правду.       Дмитрий встал, медленно обошёл стол, не сводя глаз с её лица. Его шаги были тяжёлыми и беззвучными одновременно — каждое движение давило. Он наклонился так близко, что Лэйн ощутила его дыхание на щеке.       — Зачем Романову это? — почти шёпотом спросил Дмитрий.       Лэйн сглотнула, пытаясь совладать с дрожью в теле.       — Я не знаю его мотивов. Но то, что ты как кость в горле у Бориса, — факт.       Дмитрий взял её руку с револьвером и слегка подтолкнул дуло сильнее к виску.       — Давай, мисс Картер. Если ты действительно сказала правду, нажми на спуск. Прямо сейчас.       Сердце Лэйн ухнуло куда-то вниз. Секунда — и всё кончится. Она понимала, что это психологическая игра, но его голос звучал слишком убедительно.       — Ты же не хочешь умереть из-за чужой лжи? — добавил он ледяным тоном.       Лэйн сжала веки, пальцы побелели на рукояти. Сухой щелчок пустого барабана резанул по ушам.       Дмитрий довольно усмехнулся.       — Видишь? Пока везёт.       Он выпрямился и, словно хищник, медленно вернулся на своё место.       — Следующий вопрос, — продолжил он, пристально глядя на неё. — Зачем Романов отправил именно тебя?       Лэйн молчала. Она знала, что сказать правду значит подписать смертный приговор…       — Молчанка — тоже ответ, — лениво заметил Дмитрий и сделал жест рукой к револьверу. — Давай.       Щелчок.       Лэйн резко вдохнула, причём так сильно, что на миг перед глазами поплыли чёрные круги.       — Не советую испытывать судьбу трижды, — произнёс Дмитрий мягко, но с ледяной угрозой. — Просто признайся.       — Потому что мне это выгодно, — выдохнула она.       Дмитрий нахмурился, и между бровей прорезалась резкая складка. Лэйн напротив одновременно и интриговала, и бесила до ярости.       Он медленно провёл рукой по лицу, словно пытаясь взять себя в руки. Его глаза потемнели, холодная сталь взгляда пронзила Лэйн до самых костей.       — Выгодно, значит? — голос стал ниже и глуше, как раскат далёкого грома. — Ты играешь в игры, не понимая правил.       Дмитрий наклонился вперёд, опершись ладонями о стол, и заглянул Лэйн прямо в глаза.       — Знаешь, что самое забавное? — голос стал почти шёпотом, отчего мороз пробежал по её коже. — Я вижу тебя насквозь. И твоя «выгода» пахнет страхом.       Он снова указал на револьвер.       — Попробуем ещё раз. Что именно ты должна была сделать для Романова?       Лэйн стиснула зубы так, что челюсть заныла.       — Молчишь? — Дмитрий резко выпрямился, и в движениях появилось что-то хищное. — Ладно. Ты выбрала путь трудных ответов.       Он неожиданно оказался у неё за спиной — быстрый, почти бесшумный. Пальцы крепко сомкнулись на её запястье, направляя револьвер обратно к голове.       — Нажимай, — холодно приказал он.       Лэйн почувствовала, как тело предательски дрожит, но палец медленно надавил на спуск.       Щелчок.       Она шумно выдохнула, почти не веря, что всё ещё жива.       — Судьба явно на твоей стороне, — прорычал Дмитрий, сжав её руку сильнее, так что костяшки побелели. — Но я не люблю полагаться на случай.       Он выдернул револьвер из её руки и провернул барабан, звук щелчка металла ударил по нервам Лэйн.       — Последний шанс. В чём твоя выгода?       Лэйн на миг закрыла глаза, собираясь с силами. Если она промолчит — Дмитрий уничтожит её.       — Я хочу отомстить за смерть родителей, — выдохнула она.       Повисла густая, вязкая тишина. Дмитрий замер, взгляд потемнел и стал непроницаемым, но в глубине глаз вспыхнул опасный, хищный огонь.       — Смерть родителей? — тихо повторил он, словно смакуя каждое слово. — Ты знаешь, кто их убил?       Лэйн сглотнула и едва заметно кивнула.       Дмитрий медленно ухмыльнулся, но в этой улыбке не было ни капли тепла.       — Интересно, — произнёс он, не сводя с неё взгляда, и аккуратно положил револьвер обратно на стол.       — Кто? — спросил он мягко, но за этим спокойствием таилась сталь приговора.       Лэйн прикусила губу, чувствуя, как внутри поднимается тяжёлая волна боли и ярости.       — Ты можешь легко догадаться, — тихо проговорила она. — Именно поэтому я пришла к тебе. Я говорю правду. Если не веришь… заканчивай с этим прямо сейчас.       Дмитрий снова взял револьвер, провернул барабан и щёлкнул затвором — звук резанул по нервам Лэйн, словно холодное лезвие.       Глухой щелчок сделал паузу невыносимо долгой, накаляя воздух между ними. Лэйн держалась из последних сил, с трудом сдерживая подступающие слёзы.       Дмитрий прищурился, и губы дрогнули в едва заметной, но опасной усмешке.       — Значит, у нас общий враг, мисс Картер, — холодно заключил он.       Револьвер занял место в кобуре. Лэйн вдохнула с облегчением, но гадкое чувство неопределенности повисло на душе тяжким грузом.       Она смотрела на Дмитрия, не моргая. Его холодный взгляд скользил по её лицу, словно пытаясь найти новое подтверждение правды. Лэйн выдержала это испытание.       — Ты останешься в этом доме. С этой минуты ты больше не принадлежишь Романову. И, если хоть что-то в твоём поведении мне не понравится, я лично оборву твою жизнь.       Лэйн не шелохнулась, но сердце в груди колотилось так громко, что, казалось, Дмитрий может его услышать. Он всё ещё смотрел на неё, как хищник, изучающий добычу.       — Поняла? — холодно уточнил он.       — Да, — голос прозвучал тише шёпота, но в нём не было покорности.       Дмитрий замер на мгновение, будто оценивая эту непокорную ноту в её тоне, затем медленно подался в сторону Лэйн, понизив голос до угрожающего тона:       — Запомни, Лэйн. Здесь выживает не тот, кто прав, а тот, кто полезен. Сделай хоть шаг в сторону — и я сотру тебя с лица земли.       Лэйн не отводила взгляда. Её страх был очевиден, но он смешался с чем-то новым — злостью, почти дерзкой решимостью.       — А если я стану полезнее, чем кто-либо из твоих людей? — тихо спросила она.       Его глаза блеснули интересом. Дмитрий выпрямился, медленно, словно смакуя каждое движение.       — Это будет забавно, — произнёс он, слегка усмехнувшись. — Но сначала докажи, что ты не пустая кукла, которую Романов бросил мне под ноги.       Дмитрий поднялся со стула и направился к выходу, бросив коротко:       — Пошли.       Лэйн с трудом поднялась, ноги словно налились свинцом. Пришлось сделать усилие, чтобы шаги стали хоть немного уверенными.       — Ты останешься в той же комнате. Если что-то понадобится — скажешь мне…       — У меня забрали телефон. Что, если мне что-то будет нужно, а я не смогу тебя найти в этом доме? — перебила его Лэйн.       Дмитрий обернулся, взгляд потемнел. Внезапная дерзость одновременно и взбесила его… и вызвала едва заметное восхищение.       Он сделал пару медленных шагов назад, вплотную сократив расстояние между ними.       — Ты сейчас перебила меня? — голос был мягким, но опасно тихим.       Лэйн подняла взгляд и встретила его глаза, ощущая, как страх цепляется за каждую клеточку тела.       — Я просто… хочу знать, что делать, если… — начала она, но запнулась под тяжёлым взглядом.       Дмитрий медленно склонил голову набок, изучая её, словно редкий экспонат.       — Ты ещё не поняла, Лэйн? Если тебе что-то нужно — ты ждёшь, пока я приду. Или пока я разрешу.       Он наклонился так близко, что слова коснулись уха.       — И, поверь, я всегда узнаю, что тебе нужно, раньше, чем ты решишь открыть рот.       Её дыхание перехватило, и она едва удержалась, чтобы не огрызнуться. Внутри вдруг вспыхнуло что-то упрямое, как тихий огонь.       — А если я не хочу ждать? — бросила Лэйн практически дерзко.       На секунду Дмитрий замер. В глазах мелькнуло что-то угрожающее, но вместе с тем — тёплая искра любопытства. Он усмехнулся, но это была хищная усмешка.       — Тогда тебе придётся развить это умение, — произнёс он и, продолжил идти.       Через мгновение они вошли на кухню. Лэйн сразу зацепилась взглядом за пару, которая, не отрываясь друг от друга, обнималась и тихо ворковала.       — Доброе утро, — ровно произнёс Дмитрий.       Пара тут же разъединила объятия, и Лэйн узнала в девушке Анну — ту самую, что появилась вчера, когда Дмитрий привёл её в дом. Мужчина же был ей незнаком. Он приподнял бровь, разглядывая Лэйн с явным недоверием.       — Босс, — коротко произнёс он, и мужчины пожали руки.       — Павел, рад твоему возвращению, — Дмитрий едва заметно улыбнулся.       Павел скользнул взглядом по Лэйн, будто оценивая её так же придирчиво, как оружие перед боем.       — Это кто? — спросил он, чуть сузив глаза.       — Гостья, — холодно ответил Дмитрий, обрывая любые дальнейшие вопросы тоном, не терпящим возражений.       Анна сохранила нейтральное выражение лица, хотя присутствие Лэйн в доме ей явно не нравилось. Слишком уж всё это казалось подозрительным.       — Неужто она теперь будет жить здесь? — колко спросила Анна.       — Пока мисс Картер полезна мне — да. Прошу принять её со всеми почестями и уважением, — ровно ответил Дмитрий.       Анна поморщилась. Единственным её желанием было вышвырнуть незваную гостью ко всем чертям. Павел оставался холодным и отстранённым, но Лэйн ясно почувствовала: он непременно поговорит об этом с Дмитрием наедине.       Лэйн почувствовала, как напряжение в комнате стало почти осязаемым, густым, будто воздух можно было резать ножом. Она украдкой взглянула на Дмитрия. Он был спокоен, но это спокойствие было опасным — как штиль перед бурей.       — Нужно кое-что обсудить, — сказал Дмитрий, обращаясь к Павлу, и наполнил кружку свежей порцией горячего кофе.       Павел молча кивнул. Дмитрий сделал глоток терпкого напитка. В кухню вошла женщина лет пятидесяти, слегка присела в приветственном жесте и четко произнесла:       — Доброе утро.       — Лэйн, если тебе что-то нужно, попроси Сесиль, — Дмитрий кивнул в сторону кухарки, и та сдержанно улыбнулась.       Он направился к выходу, Павел последовал за ним, но прежде оставил невесомый поцелуй на виске Анны.       Лэйн ощутила на себе взгляд — пронзительный, колючий, словно Анна пыталась прочесть её мысли. Та молчала, стараясь выглядеть безразличной, хотя внутри всё сжималось от холодной враждебности.       — Вам что-нибудь приготовить? — тихо, но тепло спросила Сесиль, разрывая повисшую тишину.       — Чай, пожалуйста, — отозвалась Лэйн, сдержанно кивая.       Анна резко развернулась, словно чай был последней каплей, и подошла к окну.       — Одним чаем не будешь сыт, мисс, — Сесиль по-матерински улыбнулась, отчего у Лэйн больно кольнуло в груди.       — Я не откажусь от омлета, — тихо попросила она, после чего Сесиль кивнула и принялась за готовку.       — Не понимаю, зачем ты здесь, — вдруг произнесла Анна, не оборачиваясь, но голос прозвучал слишком чётко, чтобы это было случайностью.       Лэйн перевела на неё взгляд. Она чувствовала, что Анна хочет конфликта, проверяет её на прочность.       — Может, спросишь у Дмитрия? — спокойно парировала Лэйн, хотя сердце билось быстрее обычного.       Анна резко обернулась, губы исказила презрительная усмешка.       — Брат уже сказал, кто ты такая! — зло прошипела она, ткнув пальцем в сторону Лэйн.       Та слегка приподняла бровь от неожиданности.       — Крысу в твоём лице я терпеть не собираюсь, а тем более — развлекать.       — Брат? Дмитрий — твой брат? — из всей этой гневной тирады именно это зацепило Лэйн больше всего.       Анна фыркнула и скрестила руки под грудью.       — Не твоего ума дело, — голос зазвенел ядом.       Лэйн начала сама заводиться от этого откровенного прессинга, но вступать в конфликт с сестрой Дмитрия совсем не хотела.       Сесиль прервала этот обмен колкостями, ставя перед Лэйн тарелку с омлетом.       — Девочки, — мягко сказала она, будто обращаясь к детям, — может, стоит позавтракать, а не воевать?       Анна шумно выдохнула, метнула в Лэйн ещё один едкий взгляд и резко вышла из кухни.       Сесиль промолчала, не комментируя её уход, и лишь жестом пригласила Лэйн к столу, где уже ждали омлет и чашка чая.       — Спасибо, — тихо поблагодарила Лэйн, опускаясь на отодвинутый стул.       Она ела молча, хотя мысли в голове клубились, словно спутанные нити. Каждый кусочек омлета казался сухим несмотря на то, что Сесиль приготовила его с особым вниманием. Лэйн чувствовала, что её начинают медленно, но верно окружать со всех сторон. Взгляды. Разговоры. Подозрения.       Дмитрий держал её при себе не просто так. Она это понимала. Но что именно он задумал — оставалось загадкой.       У Лэйн был свой выбранный план, и, чтобы его осуществить, нужно играть по чужим правилам и быть предельно бдительной.       Гулкие шаги в коридоре заставили её замереть, держа вилку на весу. Через мгновение на пороге появился Павел. Он уже не выглядел таким холодным, скорее, сосредоточенным. Павел остановился с противоположной стороны стола и несколько секунд просто разглядывал Лэйн, как будто пытался найти в её лице ответы.       — Тебе здесь… не слишком уютно? — его голос был низким, ровным, но с каким-то странным подтекстом.       Лэйн нахмурилась.       — Всё нормально, — коротко ответила она, не зная, чего он добивается.       Павел кивнул, будто принял ответ, но оставил за собой право на сомнение.       — Не воспринимай Анну близко к сердцу. У неё… свои причины быть такой.       Он не стал уточнять, какие именно, но по напряжённым линиям его лица Лэйн поняла: разговор на эту тему лучше не продолжать.       — А у тебя какие причины, чтобы меня… оценивать? — не удержалась Лэйн.       Павел усмехнулся, но улыбка не коснулась глаз.       — Профессиональная привычка. Никто не появляется без причины. Особенно рядом с ним, — он коротко кивнул в сторону двери, явно имея в виду Дмитрия. — А твое появление вызвало слишком много вопросов.       Лэйн отвела взгляд, чувствуя, как сердце вновь начинает стучать быстрее.       — Я здесь не по своей воле, если тебе так важно знать, — тихо произнесла она.       Павел наклонил голову, его глаза сверкнули каким-то тревожным пониманием. Он хотел что-то сказать, но в этот момент в дверях появился Дмитрий.       Он вошёл так тихо, что Лэйн вздрогнула, когда ощутила на себе его взгляд. Павел тут же отступил в сторону.       — Готова? — коротко спросил Дмитрий, и она не сразу поняла, что он обращается к ней.       — К чему? — Лэйн опустила вилку и посмотрела на него.       — Прокатимся, — тон не оставлял пространства для вопросов.       — Куда? — но она рискнула и спросила, отчего голосе прорезалась тревога.       Дмитрий склонил голову, глаза сверкнули холодным блеском.       — Пора познакомить тебя с реальностью, Лэйн, — произнёс он, и эти слова прозвучали как обещание. Или… как предупреждение.