Совместное дело: Драконий Жрец

      По итогу прошедшего привала каждый успел и отдохнуть, и постоять на страже. За время своего дежурства Ирис вдоль и поперёк прочитала хлипкий дневничок, чуть не обнюхала и не облизала его, и выяснила всё, что хотела, даже несмотря на ветхость страниц и размытые чернила. Тем не менее, она ответственно следила за покоем своего нового товарища и не могла не заметить, что он как будто и не спал вовсе.       В свои часы отдыха Телдрин просто лежал. Он не ворочался, не дёргался, просто застыл в своей позе на спине со скрещёнными руками и мерно глубоко дышал. Было непонятно, то ли он спит как бревно, то ли не может расслабиться в такой обстановке, под боком у драугров и с малознакомым человеком в непосредственной близости. Спит? Не спит? Магичка гадала об этом половину времени, что не была занята дневником, но не трогала его.       Естественно, время в пещере определить было невозможно, поэтому она даже не смогла придумать, когда его будить. К счастью, спустя некоторое время наёмник зашевелился сам. Тяжело вздохнул, сел и молча кивнул, перенимая пост. Девушка передала ему скудную снедь, которую накануне утром взяла у Гелдиса, и перед тем, как укладываться, наложила на себя какие-то чары. Таких чар Серо ещё не видел, да и ему было, в общем-то, всё равно. Ирис уже рухнула на спальник и уснула за какие-то пару минут, глубоко и бесстыдно.       Вот её уже пришлось будить, потому что по всем признакам она сама просыпаться не собиралась. Свой пост Телдрин отсидел молча и не делая абсолютно ничего. Кажется, сначала хотел снова повозиться со своим мечом, но потом передумал, чтобы не шуметь. Спустя несколько прошедших часов он наконец осознал, что его спутница спит как убитая, и нехотя приподнялся. Как её будить?       — Сэра? — негромко пробормотал он, глядя вниз на сопящую телваннийку. Ноль ответа, только её бровь слегка дёрнулась.       Он снова вздохнул и упёр руки в бока. Сказал уже чётче и громче:       — Ирис.       Звук собственного имени сработал чудодейственно. Ирис фыркнула, захлопала глазами и за пару секунд полностью проснулась. Она потянулась с ленивым зевком, затем приподнялась на локтях и приняла сидячее положение. Её взгляд уже был достаточно острым, острее, чем после нескольких часов чтения.       — С пробуждением, — почти раздражённо, но беззлобно протянул Телдрин, усаживаясь назад на свой спальник с какой-то ленивой точностью.       — Ага, — зевнула колдунья и тут же встряхнула головой. — Ну что, готов продолжать? А то ты вообще будто и не спал, так, полежал, помедитировал. Я вот готова. Мне тебя нужно опять посвящать в курс дела, я всё выяснила…       Он издал очень, очень страдальческий вздох. Трескотня его клиентки после нескольких часов молчания ударила по голове набатом, но он всё-таки заставил себя сконцентрироваться. Не то чтобы болтовня злила, просто не воспринималась.       — Лучше б я тебя не будил… — проворчал воин, но затем продолжил терпеливо: — Я в порядке. Отдохнул. Готов. Просто помедленнее, пожалуйста.       Но Аринвилль только коротко рассмеялась. Покивала как бы понимающе, постаралась выдержать паузу, но затем всё-таки не смогла сдержать энтузиазма, когда принялась рассказывать о содержимом дневника. Сначала Телдрин продолжал вздыхать и стенать, но затем потихоньку начал заинтересовываться и вникать уже более тщательно.       Орудуя дневником и периодически подкрепляя свои слова дословными цитатами оттуда, магичка объяснила судьбу несчастного Грациана Кареллия. Как его сюда вызвали аж в десятом году четвёртой эры, как записи подтверждают, что они правда находятся в кургане Бладскал, как он с напарником спёрли этот самый огромный красный клинок и тем самым разозлили местных покойников. Напарник погиб, Грациан остался ранен у этой зловещей двери и так тут и скончался.       — Хуже не придумаешь! Правильно говорят, нечего лезть, куда не просят! — с запалом комментировала телваннийка.       — А мы, по-твоему, чем занимаемся? — ворчливо вставил свои пять септимов наёмник, но был проигнорирован.       — А теперь самый сок, — Ирис воздела палец к каменному потолку и прочитала: — «Я совершенно уверен, что клинок Бладскал — своего рода ключ к этой двери. Когда я взмахиваю мечом, то замечаю шлейф магической энергии, тянущийся за ним. Думаю, делая взмахи клинком в разных направлениях, можно управлять этим шлейфом и найти способ решить загадку двери». Мы обязаны это попробовать!       Они оба почти синхронно взглянули на меч, что стоял прислонённым к стене прямо рядом с их временным лагерем. Серо тихонько постучал пальцами по коленке и издал тихое «ха».       — Мечом ты машешь, — покосилась на него данмерка.       — Да я уже понял.       Свернули лагерь. Костёр тоже затушили, поскольку света от факелов и переливающейся красным двери хватало вдоволь. Да и ботинки уже давно просохли и были надеты.       Когда все сумки были упакованы, магичка с важным видом приблизилась к огромной, в два или три человеческих роста, двери и стала её разглядывать. Проводила пальцами по резным барельефам, по древним нордским символам и рунам, то ли понимая что-то, то ли делая вид. В основном исследовала щели, из которых, будто из кровоточащих ран, лился алый свет.       Пока она занималась всей своей исследовательской миссией, Телдрин принялся за освоение меча. Даже в его руках он был тяжеловат, и управлять им было трудно. Он подбирал хват поудобнее, будучи не привыкшим к двуручному оружию. Понадобилась пара минут, чтобы привыкнуть к центру тяжести, к весу оружия, к двуручному хвату. И тогда-то он стал замечать, как из светящейся красным середины меча при каждом движении как бы тянулась хвостом остаточная красноватая дымка. Энергия.       — Я тебе так скажу, Телдрин, — раздалось со стороны двери. — Что бы там за ней ни было, это что-то смертельно опасное. Такая древняя магия на абы какие гробницы не ставится. Я имею в виду прямо… десятикратно смертельно опас-…       Ирис не договорила, потому что в этот момент наёмник сделал выпад, разрубая воздух перед собой древним клинком. От лезвия по всей длине оторвался поток концентрированной красной энергии, изогнулся дугой и врезался в середину двери, затем растворяясь в воздухе и впитываясь в камень. Данмеры издали коллективное «ох».       Только потом, выровняв свою стойку, Серо ошеломлённо пробормотал:       — Впервые такое вижу.       — Так, а ну-ка! — уже включилась телваннийка. — Сделай так ещё раз. Прицелься куда-нибудь в дверь… в центральную щель?       Он с готовностью повторил выпад, стараясь направить поток энергии уже вертикально. Со второй попытки красный всполох прилетел точно в цель, но ничего не произошло. Судя по всему, эта затея пробудила в Телдрине какой-то азарт, потому что он нетерпеливо цокнул языком и начал сам присматривать следующие цели. Взгляд пал на щели, сверкающие таким же красным, что и клинок.       Следующий выпад был направлен уже с целью поразить энергетическим потоком щель во внешнем круге двери. Заметив, что её помощь тут не требуется, Аринвилль отступила в сторону, давая своему компаньону больше простора для размаха, и стала наблюдать молча. А там было за чем наблюдать. Даже в обращении с малопривычным оружием воин оставался точен и двигался почти завораживающе.       И — о чудо! — когда следующий красный заряд соприкоснулся с щелью в двери, что-то ухнуло. Свечение в щели погасло. Серо удовлетворённо хмыкнул, и судя по тому, как натянулась ткань шарфа, очень довольно заулыбался. Следующим выпадом он поразил другую скважину на двери, и внешнее кольцо стало с грохотом двигаться. Камень скрежетал о камень, вскоре обнажая новые скважины.       Теперь уже данмер действовал выверенно и точно, с каждым выпадом точно поражая новые открывающиеся щели. Если заряд пролетал слегка мимо, он тихо, но искренне ругался. Магичка наблюдала за ним с блуждающей улыбкой на губах, лениво прислонившись к какой-то колонне, и каждый раз, когда он преуспевал, довольно кивала.       И вот последний вертикальный разряд поразил цель. Сместились внешние кольца, расползаясь по сторонам и утопая куда-то под землю, а следом за ними последовали и центральные створки. С невообразимым шумом древняя дверь всё-таки открылась. К тому моменту Телдрин уже дышал достаточно тяжело, клинок был опущен к полу, а сам он устремил окуляры очков чётко на дверь — смотрел на результат своей работы.       Когда грохот наконец прекратился, Ирис подскочила к нему с улыбкой до ушей.       — Молодец! Понравилось? Ты отлично справился!       Кажется, наёмник начал привыкать к её излишне эмоциональным похвалам, потому что только покачал головой и удовлетворённо вздохнул.       — Понравилось. Замахался… как собака.       — Ну давай, отдохни, и пойдём тогда внутрь.       Понадобилось прилично времени, чтобы он перевёл дух. То и дело он проворачивал меч в руках, видимо, разглядывая его с каким-то новоприобретённым уважением. Телваннийка в это время нетерпеливо заглядывала в коридор, прятавшийся всё это время за дверью, но дальше порога не ступала. Только когда её напарник восстановил дыхание и приладил огромный клинок куда-то себе за спину для удобства транспортировки, они стали двигаться дальше.       За дверью оказался достаточно длинный коридор, снабжённый несколькими этапами достаточно примитивных ловушек. Преодолев полосу из шатающихся секир, данмеры оказались перед огромной решёткой, из-за кованых прутьев которой выглядывал какой-то зал. Ирис тут же налегла на рычаг, торчавший из ближайшей стены, и после прикладывания достаточного усилия он подался. Заскрежетали механизмы, замерли у потолка секиры за спиной, и решётка стала с лязгом подниматься, открывая проход дальше.       Однако в этот раз колдунья не торопилась проходить дальше, да и Телдрин заглянул вперёд ещё более осторожно, чем обычно. Зал впереди выглядел подозрительно. Так хорошо защищённый древней магией, вычурной дверью и полосой ловушек, он просто не мог быть чем-то обычным.       Магичка с шумом втянула воздух, пальцы её рук сжались и снова расслабились, выпуская слабые всполохи искр. Чистая магическая энергия. Она пощёлкала пальцами, тем самым выбрасывая ещё несколько магических потоков, словно что-то проверяла. Затем спросила:       — Чувствуешь?       Её спутник повернул на неё голову, задерживая взгляд очков-стекляшек на ней. Затем ответил негромко, словно осторожничая, но всё равно с ленцой:       — У меня как будто по всему позвоночнику марширует табун скрибов.       Она покивала, словно так и должно было быть. Вместо ответа спросила снова:       — Ещё что-нибудь?       В этот раз молчание затянулось. Очевидно, наёмник либо прислушивался к своим ощущениям, либо просто был в лёгком замешательстве. В конце концов он ответил всё с той же осторожностью:       — Ещё… вроде дрожи в поджилках, очень слабой, и не от страха. Как будто изнутри шевелится и щекочет. Под грудью, по длине рук, под коленками. Мне знакомо это чувство, но оно очень… редкое. А что?       — Так вот, — теперь уже удовлетворённая ответом, Аринвилль с неожиданной серьёзностью кивнула. — Это каналы магической энергии в твоём организме сходят с ума. Здесь внутри что-то запечатано, и что-то очень древнее. Тут весь воздух вокруг пронизан тончайшей магической материей. Кто-то к ней более чувствителен, кто-то нет… меня вот жёстко колотит.       Она ухватилась за палец одной из перчаток и стянула её одним резким движением, обнажая кисть. Пальцы крупно и самопроизвольно дрожали, и без дополнительной фиксации это было явно заметно. Серо слегка повернул голову, разглядывая её руку, но магичка почти тут же натянула перчатку назад.       — Перед дверью я говорила, что тут скорее всего что-то очень опасное, но ты мне не дал договорить, размахался мечом. Я это к чему… — всё с той же нехарактерной серьёзностью продолжила она, скрещивая руки на груди. — Если не уверен, лучше сразу разворачивайся. Вот прямо здесь, перед этой решёткой. Я-то пойду дальше, я на артефактах и гробницах почти повёрнута. Но мало таких чокнутых, кто решится полезть просто ради того, чтобы… полезть. Ты мне уже и так замечательно помог, я не обижусь. Можешь воспользоваться логикой и вернуться в «Пьяный нетч», а я тут дальше сама. А если решишь геройствовать, тогда потом не убегай. Мне лучше, если ты уйдёшь сейчас, чем сбежишь, когда запахнет жареным.       Телдрин её слушал молча, почти не двигаясь. Видимо, это неприятное щекочущее ощущение, что мучало их обоих, его не на шутку напрягало. Его левая рука стиснулась на рукояти меча, пальцы слегка перестукивали. Он дослушал, не перебивая, затем слегка покачал головой влево-вправо, словно рассуждая над своим ответом. В конце концов, он просто… пожал плечами.       — Нормально. Договор есть договор. Я за это деньги и беру — за то, что я своей шкурой рискую. Да и к тому же… — он снова склонил голову, будто раздумывая. Разгладил шарф на лице свободной рукой. — Тут явно происходит что-то серьёзное. Мне любопытно.       Видимо, телваннийка ожидала, что он схватится за первую же возможность свалить, как любой уважающий себя мер с инстинктом самосохранения. Поэтому, когда она услышала такой ответ, она медленно расплылась в ухмылке и подбоченилась.       — Ха. А я думала, среди наёмников не осталось авантюристов. Ну как хочешь, только потом не жалуйся, что я тебя заманила в смертельную ловушку.       Прежде чем переступить порог залы, Ирис снова отстегнула свою боевую маску с кушака и надела её, скрывая лицо. Маска снова полыхнула голубым. Складывалось ощущение, что она так делала каждый раз, когда готовилась сражаться в полную силу.       Пересекли порог. Ничего страшного с ними всё ещё не происходило, и никаких признаков опасности, кроме нагнетающей магической мощи в воздухе, заметно не было. Это был достаточно просторный нордский зал, из тех, в которых обычно устраивали либо главные комнаты мёда и собраний, либо главные усыпальницы для каких-нибудь воевод. Посередине, там, куда обычно спускались ступени, он был полностью затоплен, почти вровень с верхним ярусом. По боковым стенкам шли колонны и узкие уступы камня, ведущие в противоположную часть помещения. Там виднелась классическая стена с нордскими орнаментами и странными рунами, во многих древних криптах можно было наткнуться на такие.       Но самое главное — в том торце зала, на который вышли путники, была небольшая платформа. Она выступала немного в центр, нависая над кромкой воды, и на самом верху её стоял массивный, добротный, древнейший сундук. Оба данмера тут же сфокусировались на нём, настолько он выдавался из общей картины.       — Мне не нравится, — вполголоса заявил воин. — Тут что-то не так.       — А мне вода не нравится, — в свою очередь пожаловалась колдунья.       Они сделали ещё пару осторожных шагов в сторону сундука. Ничего не происходило. Только мелкая рябь бежала по поверхности воды, какой-то камушек скатился у Ирис из-под ноги и вниз по затопленным ступенькам.       Шаг. Шаг. Ещё шаг. Они уже почти вышли на середину платформы с сундуком. Сам сундук не трогали, всё-таки не дураки, но как будто бы оказались в самом центре этого зала. И вот тогда… выплыло.       С бурлением взбаламученной воды, с каким-то странным звуком, словно вокруг высасывался воздух, из затопленного центра зала вверх воспарила фигура. Вода всё ещё стекала с её рваных чёрных мантий, охваченных чёрным металлом поперёк туловища, а от тонких рук не осталось ничего, кроме костей.       Возможно, это когда-то и было человеком. Наиболее вероятно это было человеком. Но даже лицо этого создания было скрыто под массивной, жутчайшей маской из чистого эбонита. Маской, подозрительно напоминавшей… маску телваннийки. Слегка другой формы, другого окраса, но, несомненно, такого же стиля.       Путники застыли. Точнее, Телдрин уже с лязгом доставал меч, а Ирис готовила заклинания в ладонях, но никто из них нападать не торопился. Даже наоборот, оба инстинктивно отступили на шаг назад. Фигура зависла в воздухе прямо над кромкой воды и медленно, изучающе повернула голову в сторону незваных гостей.       Тут уже не выдержала магичка.       — Клянусь костями предков!.. это же… — но она тут же передумала объяснять, вместо этого рявкая: — Телдрин, отходи!       Они оба едва успели среагировать, разлетаясь в противоположные стороны, за колонны, когда на месте, где они вот-вот стояли, внезапно разразилась целая буря молний. Перекрикивая через зал, наёмник вежливо поинтересовался:       — Это ещё что?!       — Это пиздец! — исчерпывающе пояснила Ирис, скрываясь от очередной молнии за колонной. — Это Драконий Жрец! Нам конец! Или нет. Я не знаю. Попробуем? Тьфу ты, он над водой летает!       Их противник парил над бассейном воды. Защитник. Страж этой бесполезной залы, чем бы он тут ни занимался. Молнии разлетались из его костлявых ладоней, отрезая пути к отступлению. Телдрин уже успел вызвать огненного атронаха и перескакивал от колонны к колонне, стараясь приглядеться к противнику, а Ирис выпускала из рук электрическую плеть, готовясь к атаке.       Атронах, не осторожничая и не разбираясь в ситуации, тут же стал палить огненными зарядами прямо по парящему мертвецу, не проявляя никакого уважения. Тот несколько раз скрипнул, взвизгнул, несколько всполохов отразил… но данмеры, видимо, решили поддержать своего товарища из Обливиона и уже подкрепляли атаку своими собственными заклинаниями. Край мантии Драконьего Жреца подпалился, и тот под натиском трёх линий огня сразу стал потихоньку оттесняться к дальней стене.       Видимо, такое развитие событий не устроило древнего стража. Он буквально выругался на неизвестном языке, затем резко вскружил в воздухе, вырываясь из напалма огненных заклинаний, и решил уравнять силы. Заклинание разверзло уже знакомую трещину в план Обливиона, откуда выплыл… да честно, тварь ещё похуже предыдущей.       Что-то парящее, болотно-тошнотно зелёное, в мельчайших лохмотьях, из-под полов которых торчала омерзительная копна щупалец. Голова у этого уродца была, и выглядела она не лучше, представляя собой мешанину из щупалец и двух чёрных злых глазок.       — Фу-у-у, ну и мерзость! — отпрянул Телдрин где-то с противоположного фланга, ругаясь с искренним отвращением. — Что за призыв больного корпрусом?!       — Ну и дрянь… — пробормотала магичка под маской, но добавила с долей любопытства: — Интересно, неужели это…       Но договорить она не успела. Теперь их шансы на победу стали и того меньше. Два данмера перескакивали по всему залу, стараясь не задевать воду, ведь Драконий Жрец так палил электрическими заклинаниями, что это было бы сродни самоубийству. Меч в этой ситуации был бесполезен, так как достать до противников было нельзя. К тому же, уже как пару минут Ирис и Телдрин находились по разные стороны зала, не имея возможности нормально коммуницировать.       Огненный атронах сражался доблестно, но вскоре в буквальном смысле потух, когда был загнан натиском молний под воду. Тем временем, телваннийка медленно, но верно подбиралась к своему боевому товарищу, перебежками перемещаясь между укрытиями и то и дело поднимая магический барьер с открытого фланга, чтобы отразить очередную атаку твари с щупальцами или Драконьего Жреца.       Когда она наконец подобралась к Телдрину, тот был напряжён, как сжатая пружина, и наполовину выглядывал из-за колонны. Её появление едва не застало его врасплох со всем треском молний и свистом заклинаний, но она благоразумно окликнула его за пару шагов, чтобы не огрести мечом.       — Оберег поднимать умеешь? — с наскока спросила она. Наёмник кивнул. — Поднимай. Прикрой меня секунд на десять.       Без лишних вопросов он взмахнул левой рукой, призывая полупрозрачный магический барьер, прикрывая их обоих от шальных молний. В то же время магичка начала суетиться. Куском какого-то булыжника она очертила вокруг них обоих полукруг, притопнула ногой в двух местах, а затем сконцентрировала приличное количество маны в ладонях и сильным ударом отправила её в пол под их ногами. Почти тут же вокруг них выросла плотная стена из ближайших каменных плит и мёрзлой земли, закрывая их в плотном колпаке, да так резво, что Серо пришлось отпрянуть в сторону, лишь бы не задело.       Не теряя времени, Ирис уже выбивала из этой стенки локтем мелкие бойницы, чтобы оставить им окошки для подглядывания. Всё заняло не больше пяти секунд. Затем она шлёпнулась на пол, подогнув под себя ноги, и взглянула на своего спутника через прорези маски.       — У нас минуты полторы подумать.       Видимо, он всё ещё был слегка ошарашен, потому что даже не присел, просто уставился на неё вниз. Но в конце концов Телдрин опустил меч и кивнул.       — Ситуация так себе, — недовольно заметил он. — Был бы лук, я бы может что и придумал. А так мне и мечом не достать, и огневой мощи с левой руки не хватает.       — Да… — протянула Ирис, накручивая одну из косичек на пальце и дёргая за декоративное колечко. — Сейчас попробуем поправить.       Она скинула с плеч походную сумку и стала в ней бесцеремонно рыться, доставая склянку за склянкой, а затем запихивая их обратно с недовольным цоканьем. В конце концов она достала небольшой бутылёк молочного цвета, откупорила его и понюхала горлышко. Довольно кивнула.       — Держи, — сказала она, уже протягивая бутылёк наёмнику. Тот принял его почти с опаской. — Последний из запасов. Зелье хождения по воде. Как только убежище рассыплется, выпивай.       По их временной землянке уже прилетали заряды молний, но она упорно стояла, поддерживаемая магией откуда-то изнутри стен. Только через бойницы было видно, как кружат Жрец и его приспешник над поверхностью воды, и редкие всполохи молний забирались внутрь, в полумрак.       — Зелье… чего? — почти по-дурацки повторил данмер.       — Хождения по воде. Ботинки чуть погрузятся, где-то до подошвы стопы, но будешь ходить по воде, как миленький.       Он снова повернул голову, чтобы взглянуть на бутылёк в своей руке.       — Есть идеи о слабых сторонах этих двух?       — Вот этого щупалистого я бы не трогала. Он всё равно призванный, хозяина победим, и он издохнет вместе с ним, — пожала плечами магичка. — А вот Жреца… маску с него надо сдирать. Или голову рубить. Лучше второе. Только сначала подобраться поближе.       Стенки их временного убежища стали потихоньку осыпаться. Оставалось около тридцати секунд, прежде чем они снова будут открыты врагу.       — Маска эта… — начал было Телдрин, красочно жестикулируя на собственную маску Ирис, но как будто сам себя остановил на полуслове.       — Потом, — отмахнулась она. — Главное уясни, что она его нехило подпитывает. Если сразу не обезглавим, надо хотя бы попытаться снять.       Она начала вставать с пола. Всё то время, что она сидела, она делала странные движения руками, заставляя искры магической энергии вырываться из пальцев. Кажется, разгоняла каналы маны в теле.       — Подойди на секунду.       Наёмник сделал шаг вперёд в и так ограниченном пространстве их землянки, и тут же почувствовал на себе её ладони. От этого он ощутимо вздрогнул и едва не шагнул назад, но сдержался, чувствуя, что она колдует, в основном похлопывает по рукам и плечам. Прохлада заклинания пробралась под толстый хитин брони. Стены начали осыпаться.       — Откуда у тебя столько маны?.. — пробормотал воин.       — Благословение звёзд… всё, готов, — объявила Аринвилль, отстраняясь. — Временная защита от электричества. Не забудь про зелье.       Когда стены магической землянки обрушились, истратив последние крупицы вложенной в них энергии, телваннийка уже плела электрический хлыст, а её спутник осушал бутылёк с зельем через приподнятую складку шарфа. Пожитки, заполученный магический двуручник, сумки, всё побросали на месте. Почти тут же в место, где они стояли, отправился заряд молний, но они уже кинулись врассыпную.       Ирис, как полоумная, ринулась бегом по полукругу, огибая с тыла, пока наёмник уже делал первый неуверенный шаг на воду. Нога только слегка погрузилась под воду, но затем, словно выталкиваемая какой-то силой, пружинисто встала ровно на поверхность. Он поставил вторую ногу, и когда обнаружил, что стоит уверенно, издал почти довольное «ха». Перескочил с ноги на ногу, избегая очередного заряда молний, и почти сразу почувствовал себя в своей стихии. В левой руке он поддерживал магический барьер, а в другой уже с нетерпением прокручивал меч.       Телдрин стал пытаться подступиться к Драконьему Жрецу, но сделать это было далеко не простой задачей. На расстоянии его держало существо из щупалец, и приходилось постоянно уворачиваться, а время действия зелья было не бесконечным. Сам же древний страж пока не обращал внимания на мера на воде, он поворачивался в сторону магички, чьи перемещения заметил.       Одно из движений девушки вышло определённо неудачным. Она слишком надолго задержалась на одном месте, перескакивая через упавшую колонну, и в это секундное замешательство Жрец успел отправить в её сторону разряд молний — и он достиг цели. Её тело мелко затрясло, но благо, она не приняла удара целиком. Часть молний отскочила в камни.       Все эти её бесчисленные косички на пару секунд встали дыбом, и Ирис почти потеряла равновесие, но когда действия разряда закончилось, она качнула руками, восстанавливая баланс, и встряхнулась, как мокрая собака.       — Уф! Взбодрилась, — воскликнула она, тут же заскакивая за следующее укрытие.       Из-за булыжника она умудрилась послать несколько предупредительных огненных зарядов в копну щупалец в лохмотьях, и существо замотало головой, ослеплённое огнём. Это дало отличное окно для действий, которым воспользовался Телдрин.       Он ринулся вперёд, скользя по воде, как по полированному паркету, стремительно сокращая расстояние до Драконьего Жреца. Фигура обернулась, словно спиной почувствовав приближающуюся опасность, и начала поднимать руки. Засверкали молнии на костлявых пальцах.       Магический барьер в левой руке принял на себя весь удар заклинания, но тут же спал, распавшись на осколки голубоватой энергии. Наёмник успел нанести несколько ударов, но Жрец ускользал, так что лезвие меча только чиркало по обрывкам мантии и чёрному железу брони.       Призванное существо начало приходить в себя, действие зелья потихоньку иссякало, а страж гробницы снова воздевал руки для заклинания. Тогда щёлкнул электрический хлыст. Выверенным броском телваннийка обернула верёвку, свитую из молний, вокруг головы Драконьего Жреца, прямо поперёк маски, оттягивая её назад и обнажая позвонки шеи. Мелкие заряды электричества от хлыста хоть и не причиняли вреда, но потряхивали фигуру, мешая призыву заклинаний.       Серо уже делал выпад с разворота и за один точный удар меча с почти оглушительным хрустом перерубил кости шеи. В этот момент произошло слишком много всего.       Существо из щупалец с оглушительным треском провалилось обратно в пучины Обливиона. Фигура Жреца стала в буквальном смысле таять и рассыпаться, и куски доспеха стали с плеском погружаться под воду. Электрический хлыст щёлкнул вокруг маски, и Ирис хлёстко притянула её к себе в последний момент перед тем, как она канула вслед за доспехом. Действие зелья почти истекло, и Телдрин начал погружаться пятками под воду, поэтому рванул к дальней стене, у которой стояла Ирис, успев погрузиться только по щиколотку, прежде чем взобрался на спасительный камень.       Тишина.       Они молчали долго. Почти минуту. Дышали. У магички до сих пор половина волос стояла дыбом, и руки слегка потряхивало. Её напарник вообще стоял согнувшись, тяжело уперев руки в колени, и громко пыхтел. Они оказались прямо у той самой стены с нордской символикой, и над поверхностью неспокойной воды до сих пор витал остаточный туман от того, что когда-то было телом Драконьего Жреца.       В конце концов Ирис слегка покачнулась, сжала в пальцах добытый артефакт и устало привалилась прямо к ритуальной стене. Откинула свою собственную маску куда-то себе на затылок, провела рукой по лицу. Слабо ухмыльнулась.       — Ты как?       — Жив, — лаконично резюмировал воин и встряхнул головой, словно прогоняя морок. — Даже цел. А тебя знатно, кажется, тряхнуло молнией?       — До сих пор колотит, — кивнула она. — Как думаешь, что это за штука?       — Что?.. — как-то даже раздражённо переспросил Серо, поворачивая голову туда, куда она смотрела.       У полукруглой стены, покрытой древними барельефами и символикой, оказалась странная особенность. Надписи на неизвестном никому из них языке, вырезанные в почерневшем камне, слегка светились голубоватым, и от них как будто исходил какой-то сквознячок. Тем не менее, это уже не ощущалось как угроза. Магическое воздействие не давило так сильно, как присутствие Жреца.       — Да какая разница? — проскрипел он через стиснутые зубы. — Пошло оно в Обливион.       — Я тоже так думаю, — девушка слабо рассмеялась, но заулыбалась пуще прежнего. Она всё ещё вертела в руках новоприобретённую маску.       — Так и… ты что-то объяснишь? — Телдрин как-то пространно указал рукой сначала на маску Жреца, а потом на маску Ирис.       — Да тут объяснять нечего, — она пожала плечами. — Моя маска — это тоже маска Драконьего Жреца, только другого. Насколько я знаю, они все носили маски. Каждый для каких-то своих целей. Свою я вытащила из Лабиринтиана, правда там дела были попроще… надеваю в бой. Она здорово помогает колдовать.       Несколько секунд данмер на неё просто пялился. Точнее, пялились его безжизненные стёкла очков. Затем он слегка дёрнул головой.       — Ты носишь на себе древнейший артефакт, снятый с покойника?       — Я её помыла.       Снова замолчали.       Каждый что-то обдумывал для себя самого. После этой битвы окончательно укоренилось ощущение, что как боевые единицы они подозрительно хорошо дополняли друг друга в бою, даже не нуждаясь в словах. Согласованность решений, движений, наличие опыта у обоих, всё это по итогу вылилось в какую-то поразительную синергию, которую каждый из них заметил, но почему-то решил не озвучивать.       По итогу стали потихоньку собираться, почти молча. Даже Ирис молчала. На стену со светящимися иероглифами наплевали и даже не обернулись, потому что даже любопытная телваннийка заявила, что ей сейчас не до разгадывания неизвестных ей языков. Подняли пожитки, которые до этого побросали для манёвренности. Заглянули в тот самый заманчивый сундук. Конечно, в нём валялись какие-то жалкие три монетки, мало того, что старые, так ещё и ржавые. Кажется, если бы не шарф, Телдрин бы плюнул прямо в этот сундук.       Теперь на кушаке у данмерки красовалось уже две маски: одна эбонитовая, которую они только что добыли, а другая из светлого камня, её уже как бы собственная. Нашли выход из этой проклятой залы, очень удачно скрытый за колоннами, и вышли к ещё одной находке.       Перед ними была комната, и обставлена она была любопытно. Прямо посередине этой комнаты стоял какой-то пьедестал, на котором покоилась огромнейшая, толстеннейшая книга чёрного цвета. По левую руку от пьедестала, утопленный в стену, стоял сундук размером не хуже предыдущего. Разбрелись, не сговариваясь — Телдрин к сундуку, Ирис к книжке.       Что касалось сокровищ, их в этом контейнере уже оказалось гораздо больше. Пара явно зачарованных побрякушек наподобие ожерелий и колец, а также внушительная гора старого золота вперемешку с редкими драгоценными камнями. Наёмник довольно присвистнул и подозвал было свою клиентку, но она не отлипала глазами от книжки.       При близком рассмотрении фолиант оказался далеко не обычным. Вся его обложка была покрыта оттиском в форме щупалец, а посередине передней корки как будто бы зияла дыра в никуда, испуская слабое зеленоватое сияние. Магичка пялилась на эту находку, как заворожённая, слабо поводя пальцами по корешку, но не решаясь открыть.       — Ты знаешь, что это? — спросила она тихонько.       — Впервые вижу, — безразлично пожал плечами Телдрин.       — Я видела такую у Мастера. Одну. Слушай, вот тот, с щупальцами, я ещё тогда подумала… — как-то бессвязно забормотала данмерка. Её глаза бегали по светящейся обложке. — Какой интересный был этот жрец. Скамп знает, как его звали, потом вычитаю. А он, похоже, имел какие-то дела с Хермеусом Морой.       — С чего ты взяла? — слегка опешив, наёмник встал к ней вполоборота, всё ещё придерживая крышку сундука одной рукой.       — Вот эта книга — это Чёрная Книга. Одна из игрушек Хермеуса Моры. Ну, мне так мой Мастер объяснял. Очень опасная штука. Такие нельзя просто так держать у себя… даже я бы не стала. Запретные знания, которые сводят с ума. Книги, которые поглощают. В прямом смысле. Как любопытно…       — Ты думаешь, тот покойник, которого мы убили, — со слабо скрываемым любопытством сказал данмер, — поклонялся Принцу Запретных Знаний?       — Ага. У него даже призванный слуга был весь из щупалец.       — Что должно прийти в голову, чтобы лезть в такую очевидную ловушку и служить… этому? — в его голосе сквозило и отвращение, и искреннее непонимание. Затем он добавил уже более примирительно: — Не зря его убили.       Ирис слегка удивлённо улыбнулась, но кивнула.       — И что будешь делать с этой… великой книжкой запретных знаний? — деловито спросил наёмник, скрещивая руки на груди. Он всё ещё то и дело косился в сторону сундука с золотом, явно для себя определив, что считает в этой комнате наиболее ценным.       — Притащу Мастеру. Всё равно хотела его навестить.       С этими словами магичка стала доставать из своей сумки какую-то ткань и бережно заворачивать в неё книгу, стараясь не делать лишних движений. Только когда она была полностью завёрнута, Ирис подняла её и запихнула на дно походной сумки. Затем наконец-таки обратила внимание на сундук с золотом.       — А. Ого.       — Ага, — судя по тону, Серо уже закатывал глаза под этими своими очками.       — Хочешь, забери? — внезапно предложила ему телваннийка. — Отсыпь мне пригоршню золота, а остальное забирай.       Он так на неё и уставился. Повернул голову, вперив свои стекляшки противопылевых очков прямо ей в душу, и просто молча смотрел. Как обычно, лицо замотано, о чём думает, не понятно, но явно в замешательстве.       — Да что ты так пялишься? — она изогнула бровь. — Бери да забирай. Премия. Мне всё равно много не надо, у меня вон — клинок, маска, книжка, в общем, всякий древний хлам.       Спустя ещё пару секунд молчания, Телдрин наконец сдвинулся с места и стал методично выгребать содержимое сундука себе в сумку. Как договорились, отсыпал клиентке увесистый мешочек монет с парой приблудившихся драгоценных камней, бросил ей, а остаток без вопросов завернул в мешок. Протянул только, будто себе под нос:       — У меня ещё таких клиентов не было. Не жалуюсь.       Наконец-то с делёжкой было покончено. Они оба были гружёные, как вьючные гуары (Ирис всё-таки забрала красный клинок со спины своего спутника, чтобы ему было легче тащить награбленное золото). Уставшие после драки, они кое-как взобрались по винтовой лестнице, ввалились через дверь в какой-то пыльный коридор с почти нулевой отделкой, похожий больше на рукав пещеры, и ещё около получаса плелись вперёд.       Каждый из них уже мысленно молился Истребованиям, чтобы этот проклятый курган наконец-то кончился, и они выбрались на свежий воздух и на волю. Очень не хватало наконец-то постоять под открытым небом, даже если это значило вдыхать тонны вулканического пепла.       Наконец, они оказались перед… глухой стеной. При ближайшем рассмотрении оказалось, что стена всё-таки не глухая, на соседнем уступе виднеется тщательно спрятанный рычаг, а из щелей в этой стене приятно сквозит. Значит, выход. Тем не менее, прежде чем они успели дёрнуть за рычаг, из-за стены что-то послышалось, и оба данмера почти рефлекторно замерли. Телдрин тут же припал ухом, точнее, боком шлема, к стене, и долго слушал, в то время как магичка пыталась унять чесотку в руках и не дёрнуть за рычаг.       Наконец он со вздохом оттолкнулся от стены и очень тихо сообщил:       — Судя по разговорам, бандиты. Обсуждают последний рейд.       — А! Чудненько, — неожиданно заявила Ирис. — Значит, мы правда вышли к внешней части кургана. Помнишь, я говорила, что там всё упаковано бандитами?       — Чудненько? — ядовито процедил наёмник. — Ты хоть слышишь, что говоришь? Мы только что вынесли гробницу и чуть не померли. Не знаю, как ты, а я что-то не в настроении разбираться с толпой бандитов. Мы для них сейчас как подарок с ленточкой, нагруженные золотом и древними побрякушками. Нас точно мирно не пропустят.       Даже Ирис пришлось с этим согласиться. Она слегка прищурилась, глядя на дверь, а затем поинтересовалась уже более серьёзно:       — А сколько их там?       — Я услышал двоих. Больше, по крайней мере рядом, не слышал.       — У меня мало маны осталось, — пожаловалась телваннийка.       — Ещё лучше.       Оба данмера замолчали. Очевидно, планировали и думали, что делать дальше, и оба пытались занять руки. Она теребила свои белые косички, он перебирал пальцами по рукояти меча.       В конце концов, Аринвилль осторожно спросила:       — А как ты вообще относишься к убийству людей?       — Бандиты — не люди, — тут же жёстко обозначил воин. — Хуже многих менее разумных тварей, что можно встретить тут, в пустошах. А остальные… по ситуации.       Она очень осмысленно покивала, затем слегка помычала себе под нос. Вытянула руку, и прежде, чем Телдрин успел отступить, она легонько стукнула его ладонью по верхушке шлема.       — Да хватит меня трогать!.. — тут же недовольно прошипел он, всем телом дёргаясь назад, но… замолчал.       По телу разлилась приятная лёгкость. Забитые до этого мышцы расслабились и будто вновь налились силой. Дыхание выровнялось и стало глубже. Серо уставился на колдунью своими окулярами, словно молча задавая вопрос.       — У меня нет маны на бой, только на вот такие фокусы, — она пожала плечами. — Разберёшься с этими двумя? А то они прямо у двери. Дальше как-нибудь тихонько проскользнём.       Видимо, такого предложения он не ожидал, но затем быстро свыкся с условиями и коротко кивнул. Наёмник скинул ей свою гружёную сумку, с лязгом вытащил меч из ножен, дёрнул за рычаг и выскользнул в щель только-только начавшей открываться двери. Видимо, он сильно не любил, когда его трогают, но решил закрыть на это глаза, поскольку это было по делу.       Спустя каких-то пару минут он уже возвращался. Из открывшегося прохода раздалась только пара удивлённых возгласов — данмер явно умудрился застать бандитов врасплох, — а затем лязг металла о металл, шорох ботинок о пыльный пол и дыхание. Ирис в это время слегка выглядывала из-за угла, отслеживая ситуацию на случай, если понадобится помощь, но её, конечно, не понадобилось.       Её спутник расправился с бандитами относительно быстро и даже не стал прибегать к магии. Он просто прирезал их во вполне открытом бою. Одного проткнул насквозь, а другому перерезал глотку — чётко, выверенно, без лишних эмоций. Просто избавился. На его хитиновой броне блестели брызги чужой крови, а с меча капало, но он как ни в чём не бывало подошёл к Ирис, вытер лезвие и снова взвалил на плечи свою сумку. Всё это время магичка только безразлично наблюдала, ослабшая от нехватки магических сил в организме.       — Быстро ты их, — прокомментировала с лёгким уважением, кивая в сторону распластавшихся на полу трупов, всё ещё хрипящих и истекающих кровью.       — Угу. И ты вроде в обморок не падаешь. Привыкшая?       — Есть момент.       Прошли мимо поверженных бандитов, уже не глядя. Дальше по коридору всё ещё тянуло сквозняком, и путники старались передвигаться как можно тише, даже несмотря на звенящую поклажу, чтобы не влезть в очередной изматывающий бой. Эта часть кургана уже представляла собой старую вычищенную гробницу, тщательно оборудованную под убежище наёмников. Тут и там валялись чьи-то вещи, ниши для гробов были давно пусты и переделаны под полки для провизии и оружия.       К их облегчению, им на пути больше не встретилось ни одной живой души. Через коридоры обжитой крипты они добрались до той самой двери, из которой сквозило, и аккуратно выглянули наружу…       — О, хвала Азуре! — прошептал кто-то из них.       Не то чтобы перед ними был какой-то обнадёживающий вид. Скорее наоборот, они оказались на вершине одной из трёх башен, все из которых были явно сверху донизу напичканы головорезами, соединены деревянными помостами и вообще находились где-то на отшибе, на берегу моря Призраков. Но вид мира за пределами уже осточертевшего кургана, открытое небо и легчайшее дуновение ветерка, даже с пылью, всё равно ощущалось как благословение Трёх.       Стояла кромешная тьма. Двух лун почти не было видно из-за плотной пелены облаков и поднятого пепла, а звёзды так и вовсе не показывались. Кое-где в бойницах башенок горел свет от факелов, но в остальном темнота была, хоть глаз выколи.       Дальнейший путь был выдуман уже на ходу. Откуда-то со дна своей сумки Ирис выудила моток достаточно длинной и прочной верёвки необычного плетения, которую предложила примотать к уступу и спустить вниз, чтобы не было необходимости ползти на карачках через всё это засилье бандитов. Серо, в свою очередь, занялся непосредственно приматыванием. Завязал какой-то невообразимый, крепчайший, почти армейский узел, приладил верёвку к балке и полез вниз по стене башни первым.       Следом за ним спустилась сама Ирис, и вот они уже стояли у подножья этого мародёрского логова, глядя вверх. Магичка что-то попричитала под нос о том, что теперь верёвку придётся оставить здесь, но сделала это, очевидно, из принципа, потому что тут же развернулась и пошла вместе со своим спутником прочь. Оставалось только добраться до Вороньей Скалы.

***

      Когда в «Пьяный нетч» завалились два нерадивых путешественника, даже Гелдис, кажется, лично вышел из своей спальни и пошёл проверить их состояние. А выглядели они, прямо сказать, хуже некуда. Отвратительно выглядели.       Они были с ног до головы покрыты пылью и пеплом. Вся броня и одежды были грязнющими, уделанными голубоватыми соками драугров, опалёнными шальными молниями и огненными заклинаниями, ботинки промочены, вид дикий, на спинах по тяжеленной сумке. Стоило ли отметить, что от них за версту разило озоном, гнилью, кровью, пылью и потом?       У Ирис косички были в полном беспорядке, топорщась в разные стороны ещё с тех пор, как по ней ударило молнией; в нескольких местах мантии были порваны, стало на одну жуткую маску на кушаке больше, а за спиной сверкал подозрительный, явно магический двуручный меч. В свою очередь, броня Телдрина была окроплена свежими брызгами крови, уже облепленными пеплом. Его походная сумка была чуть не в два раза тяжелее, чем у его спутницы, а золотую перевязь на ножнах верного меча вообще было не разглядеть за слоем грязищи.       Только представить, что в таком виде они протащились через половину Вороньей Скалы! К моменту, когда они доволочили ноги до клуба, небо уже начало светлеть, занималось утро. На улицах не было никого, кроме редоранских стражников, но те так на них смотрели, будто готовы были допросить и кинуть в тюрьму без разбирательств. Благо, что обошлось. Потому что объяснять, как они так зашли в закрытую шахту, а спустя двое суток выползли с другого края города в таком виде, было задачей невозможной.       И вот, еле держась на ногах, путники с грохотом и тихим данмерским матом ввалились в двери «Пьяного нетча», тут же привлекая к себе внимание. Хозяин переполошился в своей кровати и пошёл наверх смотреть, что стряслось. Его помощник, повар, который, кажется, только встал, чтобы с утра сделать все приготовления к утренней рутине клуба, смотрел на них огромными глазищами. Пара безработных шахтёров, задремавших прямо за столами, услышав шум с верхнего этажа, всхрапнули и едва разлепили веки.       — Раздери меня Мерунес! Это что?.. — севшим, полусонным голосом вопрошал Гелдис Садри. Он, кажется, едва успел натянуть на себя тапочки и рубашку, прежде чем сюда примчаться. Да и то, рубашка была как-то чересчур кособоко застёгнута.       — Гелдис… — просипел наёмник, мотая головой. — Банные. Срочно.       Телваннийка что-то утвердительно забормотала, поддерживая эту идею всей душой и сердцем. Трактирщик, видимо, осознав, что ответов не получит — по крайней мере, сейчас — только ошалело кивнул и пустился вниз, греть воду для банных, попутно увлекая за собой своего извечного помощника.       После этого два горе-путешественника по очереди отмокали и отстирывались в банных, где каждый потратил минимум час. Первым пошёл Телдрин. Он выполз оттуда со стопкой мокрой, еле как отстиранной амуниции, впервые за всё время одетый во что-то, кроме брони. Тем не менее, даже в льняных штанах и рубахе он был замотан. Ноги-руки в военных обмотках, а извечный шарф закреплён вокруг головы на манер алик’рского капюшона — только глаза видно.       Сама Ирис, что уже полчаса подвывала под дверью, подначивая его закончить побыстрее, была удивлена такой переменой. Она впервые вообще видела, что он под этой бронёй живой. Пусть это и были полузамотанные тёмно-серые пальцы, цепко сжатые на броне, и недовольные красные глаза. Зато хотя бы убедилась, что он — данмер.       В таком виде наёмник поприсутствовал в коридоре буквально две секунды, прежде чем молча ретироваться в свои хоромы и запереться там на десять замков. Магичка почти тут же на него наплевала и залезла в банную. Тоже с удовольствием наплескалась и отмылась, затем с гораздо меньшим удовольствием принялась отстирывать и штопать броню. Вылезла с распущенными мокрыми волосами, в лёгких льняных шмотках, вся распаренная и оттого ещё более сонная. Тоже спряталась в комнате.       И всё. И не слышно о них было до самого вечера.       Сначала вылез Серо, где-то спустя часов десять безвылазного просиживания в своей комнате. И теперь уже — снова в броне, шлеме, шарфе, полном комплекте. Он вообще выглядел так, как будто никуда и не ходил. Каждая пластинка хитина отчищена и высушена, отполирована и стоит ровно на своём месте. Все ткани выстираны. Ножны в идеальном порядке, и наверняка, если бы он достал меч, тот бы тоже безукоризненно сверкал и был острее бритвы.       Скоро стало ясно, что воин явно оголодал, потому что первым делом уничтожил три! Три подряд тарелки жаркое. На вопросы отвечал сухо, если и отвечал вообще, и к моменту, когда из своих покоев вышла Ирис, он уже лениво потягивал суджамму из пиалы, поднося её к губам, видным из-за отворота шарфа.       Конечно же телваннийка выглядела лучше, чем утром, но не до такой степени, как её наёмный товарищ. Косички были всё ещё не заплетены, и длинные белые волосы лениво спадали вниз по спине, все волнистые из-за постоянного нахождения в такой причёске. Она была в какой-то классической данмерской тунике с завязками на широком вороте, в широких штанах и похожих на телдриновские обмотках на руках и ногах. Одежда была такая свободная, что было непонятно, правда ли она без брони или умело её прячет.       Плюхнулась за барную стойку рядом со своим товарищем. Зевнула. И тоже принялась уничтожать остатки похлёбки с не меньшим упорством. Организм требовал незамедлительного восстановления ресурсов, а учитывая, что есть в кургане было особо нечего, сейчас горяченькое было как раз кстати.       И вот теперь-то и настал для Гелдиса праздник. Магичка была куда как более охотлива на подробности и принялась рассказывать, чем они занимались эти двое суток, что их не было. Телдрин сначала пытался на неё сурово глядеть, ведь не уходило ощущение, что она вот-вот скажет что-то, что говорить не должна. Например, про книгу с тайными знаниями. Или магические свойства меча. Да вообще что угодно, что могло послужить против них. Но, что удивительно, её рассказ больше походил на увлекательную и абсолютно неинформативную байку, чем на точный пересказ.       Под конец вечера пили. Точнее, хозяин не пил, Ирис пила громко и с прибаутками, а наёмник попивал тихо и молча, исключительно для расслабления уставших мышц. В конце концов Аринвилль заявила, что завтра отправляется к своему Мастеру, и что оставит вещи в своей комнате, соответственно, её не будет, но продлять аренду надо. Как ни пытался Гелдис, ни имя Мастера (очевидно, кого-то из Телванни), ни его приблизительное местоположение выяснить не удалось.       К тому же, она поставила в известность всех в радиусе слышимости, что отправится одна, на что Телдрин только пожал плечами и сказал, что всё равно никуда не собирался. Однако уточнил, что их договорённость всё ещё формально остаётся в силе, до момента, пока они не решат расходиться. Тогда Ирис на радостях попросила его ломать руки каждому, кто посмеет пытаться залезть в её комнату, пока её не будет. На том и разошлись.       На следующее утро, с первыми лучами блеклого солстеймовского солнца, телваннийка в полном походном обмундировании покинула «Пьяный нетч». Гелдису она обещала вернуться на этой неделе, а затем ушла в неизвестном направлении, куда-то в пепельные пустоши.