Арка II. Аферисты в Драконьем Пределе

      Они вывалились из кузова повозки с громкими охами и вздохами, потирая свои бока и конечности. Такими темпами они вполне могли заработать себе пролежни, катаясь на деревянных лавках по ухабистым дорогам дни напролёт. Телдрин снова поминал добрым словом и силт-страйдеров, и гуаров, и любой другой более комфортабельный для него транспорт, а Ирис в этот раз даже не думала спорить.       Дорога к Вайтрану выдалась тяжёлой. Сначала их путь пролегал мимо живописного озера близ Рифтена, а затем потянулся вдоль горного массива Джерол, что нависал по южному флангу всю первую половину пути. Вечно-осенний лес вскоре сменился на привычные тёмно-зелёные кроны и смешанный запах хвои и папоротников. Если не упоминать подозрительного вида руины, которыми кишела дорога слева и справа, главным испытанием на их пути стал разрушенный Хелген. Зрелище было… внушительное.       Когда они подобрались на своей жалкой телеге к остаткам поселения, уже занималась ночь, и возница предупредил своих пассажиров о том, чтобы они сидели тихо и не отсвечивали, ведь в последнее время развалины повелись занимать бандиты. Как и передавали во многочисленных байках и слухах, от Хелгена осталась лишь жалкая обугленная тень. Часть стен была обрушена, почти все деревянные постройки либо были сожжены в пепел, либо представляли собой груду почерневших балок, упавших под собственным весом. Если сильно постараться, можно было даже разглядеть в темноте пару трудно узнаваемых запёкшихся трупов, придавленных упавшими камнями.       Как и наказал им пожилой возница, данмеры старались сильно не отсвечивать, пусть гордость и любопытство так и зудили: подойди, посмотри, попинай… но даже их недюжинная выдержка не спасла повозку от того, чтобы быть замеченной. Цокот копыт и поскрипывание колёс привлекли пару оборванных бандитов, выползших из руин, и очень скоро в дерево кузова вонзилась первая стрела. Возница-бретон подстегнул несчастную клячу, что тянула их по дороге, и началась погоня. Если её таковой можно было назвать.       Разбойники всеми силами старались прицелиться и умертвить их единственную тягловую лошадку, так что пришлось слегка впрячься и отправить по их души любимого атронаха Телдрина. Огненное создание с удовольствием упорхнуло в руины и начало наводить беспорядки, пока несчастная процессия из двух уставших данмеров, перепуганного бретона и пегой кобылки уносилась вперёд по дороге. Коллективно решили взять привал в ближайшем приличном месте, а именно Фолкрите, и поутру продолжить путь.       Таким образом, их путь разделился на восемь часов от Рифтена до Фолкрита, импровизированную ночную остановку в постоялом дворе и ещё восемь часов до Вайтрана. Когда они прибыли, был уже ранний вечер, и теперь вокруг пестрили сплошные степи и ковыли. От конюшен пришлось своими двумя добираться сквозь рвы и крепостные стены до ворот города, попутно вкушая ароматы полевых трав и нагретой солнцем земли и ругаясь уже в два горла на повозки и распоясавшихся бандитов. За приятным разговором они даже не заметили, как их впустили в город, а, оказавшись внутри, примолкли ненадолго, чтобы как следует оглядеться.       Вайтран, как и положено сердцу Скайрима, оказался очень оживлённым. Через главные ворота они попали в Равнинный район города — плато, во всю ширь застроенное уютными приземистыми домами в лучших традициях степных северян. Арочные конструкции из деревянных балок, высокие крыши с жёлтой черепицей и резными козырьками, почти у каждого дома приятно обустроенное крылечко без ступеньки с навесом и разной домашней утварью.       Домики располагались на почтительном расстоянии друг от друга, и мощёные крупным булыжником дороги интуитивной сетью соединяли главные точки города: магазины, рыночную площадь вдалеке, склады. Левее, на достаточно большом отдалении, можно было заметить длинные лестницы, поднимающиеся на следующий «этаж» города, выше по холму, в Ветреный район, откуда сверху на посетителей глядели более богатые и большие дома. Текла вода по городским каналам, спускаясь вниз по желобам и утекая в ров под городскими воротами.       Тут и там сновали местные жители, а также огромное количество купцов и путешественников самых разных рас и достатка. В такой разношёрстной толпе даже Ирис с Телдрином было несложно затеряться. Вот пара лесных эльфов, с трудом продвигаясь сквозь потоки людей, тащит с охоты оленя. Группа из трёх редгардов разговаривает со стражей. Шествует какая-то богато одетая имперка в сопровождении, видимо, телохранителя; даже не смотрит на окружающих её людей и при первой же возможности отправляется в сторону лестницы, ведущей в Ветреный район. Под уздцы ведут гружёного до предела ослика, и он жалобно постанывает под тяжестью своей поклажи. Грохот молотка о раскалённый металл слышно откуда-то справа — это трудится загорелая женщина в местной кузнице.       — Ну и балаган, — недовольно проворчал наёмник, оглядываясь по сторонам. — И это они называют сердцем Скайрима?       — Тебе вообще хоть что-нибудь нравится? — скосила на него глаза Ирис. Она заметно приободрилась после того, как они вошли в город.       Они стали в привычном шустром темпе продвигаться вперёд по главной улице, огибая прохожих и направляясь в сторону рыночной площади.       — Конечно, — охотно ответил Телдрин, уже по привычке пристроившись позади своей клиентки, и начал перечислять с лёгкой усмешкой: — Мне нравится суджамма, нравится курить хороший табак на свежем воздухе. Нравятся уверенные женщины… ну и, конечно, звон монет в кошельке. Моя любимая музыка.       — Как примитивно! — она фыркнула. — А как же культура, искусство? Тут, между прочим, замечательная архитектура.       — Обычные нордские хибары, — он пожал плечами, а затем добавил чуть тише: — У меня было время насмотреться на Вайтран за все годы странствий.       Спорить с этим заявлением было бесполезно, да и она была не в том настроении, чтобы спорить. Только слегка закатила глаза, в очередной раз проклиная предков за то, что послали ей такого капризного спутника, но не сказала ничего.       Два данмера ловко лавировали в потоке горожан и приезжих. Кое-кто косился на их необычную хитиновую броню, достаточно мало распространённую по Скайриму, но в остальном в центральном городе провинции люди были привычны к необычному контингенту и быстро теряли интерес ко всему странному и новому. Вскоре главная дорога привела их к круглой рыночной площади, со всех сторон окружённой магазинчиками, а ближе к центру заставленной прилавками и даже парой шатров. От этой площади, как от центральной точки Равнинного района, вела самая широкая лестница на следующий ярус города.       Здесь было ещё шумнее. Постоянно кто-то торговался, чтобы сбить цену, кто-то зазывал заглянуть в их лавку, звенели монеты и стучали ботинки. Под этот гам путешественники прошмыгнули к главному постоялому двору этого района, таверне «Гарцующая кобыла». Они поднялись по неровной крутой лесенке мимо пары уже шатающихся постояльцев и быстро зашли внутрь.       Как только дверь открылась, тут же звякнула деревянная побрякушка на косяке, привлекая внимание хозяйки. Взрослая нордка за стойкой окинула усталым взглядом вошедших данмеров, поправила собранные медные волосы и приветственно кивнула.       — Добро пожаловать, путники, — обратилась она дежурной фразой. — Я — Хульда, хозяйка таверны. Чувствуйте себя как дома.       Таверна представляла собой большой зал с невысоким потолком, в центре которого был разведён открытый прямоугольный очаг. Вокруг очага расположились деревянные скамьи с резными украшениями и подставками для напитков, а по краям зала, теснясь к стенам, были расставлены столики со стульями, освещаемые свечами. Что и следовало ожидать, людей тут было много. Больше половины столиков были заняты, а вокруг очага уже собралось порядка пяти человек. Откуда-то из угла фоном бренчал бард, но шумихи пока не было — слишком ранний час, чтобы кто-то буянил. По залу разносились только приглушённые разговоры и перестук столовых приборов.       — Привет! — Ирис махнула рукой хозяйке, уже направляясь к стойке. Её спутник пока здороваться не торопился и всё ещё стоял у входа, приглядывая, за какой столик можно было бы сесть. — Как идут дела, Хульда?       Сначала нордка не поняла, почему вдруг с ней общаются, словно со знакомой, причём хорошо знакомой. Уставшая от ежедневной рутины, она сперва даже не стала разглядывать прибывших, но после такого обращения слегка нахмурилась и скользнула взглядом по колдунье.       — А вы… — неуверенно протянула она, а затем её вдруг озарило: — Да неужели вы! Ирис?       — Это я, да, — почти хвастливо подхватила Ирис.       — Как давно вас здесь не было! — Хульда слегка улыбнулась. — Где успели побывать в этот раз?       В ответ данмерка только зубасто ухмыльнулась.       — Там-сям, пара скайримских городов, пара не-скайримских, дома в Рифтене ещё была, ну и ещё по мелочи, куда дорога заведёт, — она небрежно махнула рукой.       Хозяйка таверны слегка прищурилась, замечая, что от вопроса нагло ушли, но, конечно, допытываться не стала. К тому моменту Телдрин уже успел сбросить сумку на стул за угловым столиком, чтобы занять место, и тоже неторопливо приблизился к стойке.       — Вам комнату как обычно или… — Хульда покосилась на подошедшего воина в хитиновом доспехе, затем перевела взгляд обратно на телваннийку. — Вы с компанией?       — Да, я сегодня не одна, а со спутником, его зовут…       — Телдрин Серо, — по своему обыкновению сухо вставил он, а затем, немного подумав, добавил негромко: — И хватит меня всем представлять. Могла бы просто говорить, что я твой нанятый спутник.       — Но у тебя есть имя, надо же его где-то использовать! — Ирис на него даже не посмотрела, только облокотилась на столешницу. — Комната как обычно не подойдёт. Нам, наверное, одну с двумя кроватями… или две комнаты…       — Свободных комнат немного, но есть оба варианта, — вовремя вклинилась хозяйка.       — Телдрин, ты как хочешь, одну или две раздельные?       Аринвилль повернулась к нему, ожидая ответа. Наёмник перевёл на неё стёкла очков и слегка постучал пальцами по столу.       — Две — это затратно.       — Так хочешь отдельную комнату или нет?       — …хочу.       — Ну вот и всё, — магичка снова переключила внимание на Хульду. — Нам две отдельные комнаты на одного, сделаешь?       Наёмник постоял, поглядел ещё немного, как две женщины щебечут друг между другом, и решил, что с него хватит. Он коротко кивнул ради приличия и отправился за угловой столик, который занял ранее, чтобы не терять времени и заказать наконец у местной служанки обед. Когда он отдалился на приличное расстояние и занял стул в углу, хозяйка таверны слегка подозрительно оглянулась и перегнулась через стойку, чтобы прошептать:       — С каких это пор вы путешествуете с наёмниками?       — Наёмник, да. А что, есть разница? — Ирис слегка усмехнулась. — Так уж случилось. Он мне здорово помог в одном деле… настоящий профессионал. Да и собеседник из него весьма приятный.       — Приятный собеседник? — с долей сомнения протянула Хульда — ей в это заявление верилось слабо. — А как же та девица? Велья её звали, кажется?..       В мгновение ока лицо колдуньи вытянулось, и она заметно помрачнела, опустив глаза на дерево стойки.       — Откуда ты вообще её помнишь? Это было больше десяти лет назад, — глухо пробормотала она. Её пальцы зацепились за одно колечко на левом ухе, покручивая его почти нервно. — Забудь уже о Велье.       Видимо, нордка поняла, что сморозила что-то не то, но сдаваться было уже поздно, тем более, когда следующая фраза вырвалась уже сама:       — Вы же были такими хорошими подругами, наводили тут шумиху на полгорода, мужикам головы морочили…       — Вельи больше нет, — неожиданно жёстко отрезала магичка. Её брови были низко нахмурены, почти скрывая опущенные красные глаза.       На это Хульда не нашлась, что ответить. Она пару раз открыла рот, словно силясь придумать достойные слова: сочувствие, утешение, удивление? Но ничего на ум так и не приходило, да и она сама залезла в это болото, а теперь чувствовала себя слишком неловко, чтобы выдавить хоть слово. По итогу бездумно выдохнула:       — Умерла?..       Благо, её собеседница на это не обиделась. Наоборот, постаралась приободриться и встряхнула головой, разбрасывая косы по плечам, и с растерянной улыбкой пробормотала:       — Да. Полезла в ловушку на горячую голову. Хоронить было нечего, разве что по стенам соскребать… Ну, мне нужно было лучше думать, кого и куда я тащу, с её-то темпераментом, — она невесело усмехнулась, последний раз щёлкнула ногтем по кольцу в ухе и наконец подняла глаза, а затем протянула руку, чтобы забрать ключи от комнат. — В любом случае, рада тебя снова видеть. Надо спланировать кое-какие дела, потом ещё поболтаем.       С этими словами она отошла от стойки, направляясь в сторону углового столика, за которым уже изнывал от ожидания Телдрин. Хозяйка осталась на своём месте с глазами-блюдцами, пытаясь переварить только что полученную информацию и весьма детальную, кровавую картину, тут же нарисовавшуюся в её голове. Она не ожидала, что Ирис начнёт так детально описывать такую деликатную тему, как смерть своей подруги. «Соскребать по стенам». С тем же выражением лёгкого шока Хульда покачала головой и принялась протирать кружки, слегка нахмурив брови и пытаясь выбросить эти слова из головы.       — Что ты так долго? — наёмник слегка цокнул языком. Служанка-редгардка уже несла к их столу две тарелки похлёбки, пока Ирис занимала свой стул.       — Вспомнили старых знакомых, — рассеянно пробормотала телваннийка, едва не запутавшись в собственных робах, и небрежно бросила ключ от одной из комнат через стол.       Данмер поймал ключ без проблем, но затем выдержал паузу, остановив стекляшки очков на своей спутнице, словно подмечая что-то. Она и впрямь выглядела ещё менее сосредоточенной, чем обычно, к тому же, к его удивлению, до сих пор не начала болтать о какой-то ерунде — а это было подозрительно. Он всё-таки убрал ключ в карман поясной сумки и тихо вздохнул.       — У тебя слишком много знакомых, — привычно-ворчливым тоном заметил Серо, подбирая со стола ложку. — В Рифтене тебя каждая собака знает, письма от придворных магов приходят, теперь даже хозяйка таверны с тобой общается, как со старой подругой.       Ирис слегка воспряла духом, цепляясь за возможность отойти от неприятной темы, и с готовностью объяснила:       — Я путешествую по Скайриму почти сотню лет. Половина всех этих нордов у меня на глазах выросла. Я Хульду вот такой помню, — она красочно свела указательный и большой пальцы, а затем отправила в рот ложку жаркое. — Шпелёнох.       — Умоляю, прожуй сначала, — страдальчески простонал воин.       Она спешно проглотила и продолжила:       — С пелёнок, говорю. Я тридцать лет назад в Вайтран приезжала, она ещё девчонкой была, с ребятнёй бегала тут по улицам, играла в салки. Фокусы им показывала, помню…       Телдрин, кажется, успел пожалеть о том, что решил её немного разговорить, и теперь молча работал ложкой, пропуская половину её болтовни мимо ушей.       — И Фаренгара помню, когда он ещё только из Коллегии выпустился!       — Кстати о нём, — вовремя перебил он. — Когда отправляемся к нему в Драконий Предел? Сегодня или завтра? Ещё пока не поздно.       Они продолжали обсуждать свои планы, и слегка хрипловатый гортанный Данмерис негромко звучал со стороны их углового столика. Общаться друг с другом на родном языке как-то само незаметно вошло в привычку, пусть даже они и находились сейчас в центре чужой провинции в достаточно оживлённой таверне. Зал потихоньку наполнялся посетителями самых разных мастей, слишком увлечённых своими делами, чтобы обратить внимание на двух данмеров в углу.       В основном в «Гарцующей Кобыле» останавливались торговцы и охотники, редко забредали земледельцы с отдалённых ферм и другие ремесленники, а также тут был самый обширный выбор наёмников, наверное, во всём Скайриме. То и дело на глаза попадались профессиональные воины, облачённые в броню разной степени износа и качества, каждый со своим видом оружия и одинаковым выражением молчаливой готовности крошить черепа за деньги на лице. Они равномерно распределялись по залу, стараясь не пересекаться друг с другом.       Из общей картины, конечно, выделялись некоторые постояльцы, включая саму Ирис и её компаньона, но также тут был ещё один интересный экспонат. Прислонившись к балке, недалеко от очага стоял каджит. Его жёлтые глаза безразлично скользили по толпе вокруг, а густая тёмно-серая шерсть с чёрными полосами топорщилась то ли от волнения, то ли от неухоженности.       Он был одет в броню, словно наспех собранную из частей разных комплектов, едва ли сочетающихся друг с другом. Кожаные наручи, тяжёлая стальная кираса с неловким, явно самодельным вырезом для длинного пушистого хвоста сзади, почти убитые ботинки, из которых торчали пятки кошачьих лап. Словом, вид у него был слегка диковатый и неопрятный, а за спиной красовалась большая секира с выщербленным лезвием, явно видавшая лучшие времена.       Телдрин его сразу приметил, а также приметил то, как у каджита ухо тут же развернулось в их сторону, стоило им начать обсуждать планы. Наёмник наблюдал за ним некоторое время, а затем негромко уведомил Ирис:       — Не оборачивайся, но за твоей спиной в нескольких футах стоит каджит и, похоже, подслушивает наш разговор.       Телваннийка почти, почти повернулась, но кое-как смогла удержать себя от этого импульсивного действия и вопросительно изогнула бровь.       — Думаешь, он понимает Данмерис?       — Не уверен.       — Я ненавижу каджитов, они все наркоманы и воняют кошатиной! Убью, если увижу! — тут же сказала Ирис на Данмерисе нарочито громко, чтобы их «шпион» расслышал каждое слово.       — Что ты…       — Есть реакция? — шепнула она, полностью проигнорировав возмущение своего спутника.       На секунду воин передумал возмущаться и слегка склонил голову, наблюдая за реакцией незнакомца. К его удивлению, каджит никак не изменился в лице. Он выглядел слегка обеспокоенно, может, устало, но даже ухом не повёл, когда магичка вдруг разразилась ругательствами на весь его род.       — Реакции нет, — неохотно признал Серо, откидываясь назад на стуле. — Может, просто так реагирует на незнакомую речь. Но в следующий раз так лучше не шути.       — Ну и чудненько, — она беззаботно махнула рукой и отставила опустевшую тарелку. — Так что, отправляемся к Фаренгару?       После этих слов, к их общему удивлению, раздался звук приближающихся шагов. Ирис мгновенно обернулась, глядя через плечо, а наёмник незримо потянулся рукой к перевязи меча. В их сторону шагал тот самый каджит, слегка неуверенно переставляя лапы и нервозно подёргивая хвостом.       — Простите, — негромко пробормотал он. Голос был хриплым, с растянутым «р», слегка неловкий. — Каджиту не хотелось мешать. Ваш язык не знаком, но этот слышит, что вы говорите о Фаренгаре.       На секунду колдунья прищурилась, затем слегка недоумённо склонила голову.       — Говорим. А вас это как касается, уважаемый?..       — Ра’тазарр, — представился каджит, сцепив руки-лапы за широкой спиной. — А вы — Ирис?       Тут уже Телдрин не выдержал и выпрямился на своём стуле. Занявшийся внезапно разговор ему не нравился, не нравились ему и назойливые особи, что знали имя его клиентки. Да много что ему не нравилось в данной ситуации.       — Да, я Ирис Аринвилль, — без заминки представилась она, ничуть не стесняясь своего имени. — Откуда вы знаете?       — Фаренгар говорил, что приедет колдунья Ирис, чтобы помочь с делом, — неуверенно проурчал каджит, слегка прижав большие уши к голове. — Каджит помогает Фаренгару. Он попросил дождаться вашего приезда в таверну и проводить вас в Драконий Предел, как только вы явитесь.       Данмеры переглянулись, а затем магичка громко выругалась:       — Ну и гадёныш, конвой за мной приставил, не слишком ли больно чести! — от этого каджит только сильнее прижал уши к голове, и она добавила чуть спокойнее: — Не дрейфь, дружище. Ра’тазарр, так тебя зовут? Мы и так уже думали отправляться. Конвой так конвой. Пойдём, мы всё равно уже доели.       С этими словами она неспешно поднялась со своего стула, и наёмник последовал за ней незамедлительно, всё ещё держась слегка напряжённо. Он, не скрываясь, оглядел их нового знакомого с головы до лап и негромко фыркнул. Их процессия покинула двери таверны, направляясь через рыночную площадь к лестнице в Ветреный район. Серо слегка нагнулся к своей клиентке и пробормотал вполголоса:       — С каких это пор за тобой посылают провожатых?       — Фаренгар, видимо, уже слишком хорошо меня знает, — пожала плечами Ирис, пока они шли недалеко позади каджита. — Может, решил убедиться, что я первым делом пойду к нему. Явно что-то неотложное. Нехорошо будет его разочаровывать, конечно…       Теперь, когда они все втроём шли в полный рост, стало заметно, что каджит едва ли не на полголовы выше двух эльфов, а они, между прочим, и так заметно возвышались над общей массой людей на улицах. Он был внушительного роста и крепкого телосложения, но несмотря на эти очевидные преимущества держался всё равно как-то робко.       — Эй, дружище, — окликнула его колдунья, когда они пересекали большую площадь в Ветреном районе. Ра’тазарр тут же обернулся, подняв круглую бровь. — Я тебя не помню. Давно при Фаренгаре? На подмастерье не похож.       Она выразительно показала на огромную секиру за спиной каджита, и тот отвёл жёлтые глаза, тут же мрачнея. Он слегка пошевелил усами, пригладил вставшую дыбом шерсть на затылке и проговорил с явным недовольством:       — Ра’тазарр не работает на выскочку-Фаренгара.       — А сейчас ты что делаешь?       — Каджита держат при дворе ярла на всякий случай последнюю неделю, — всё так же неохотно продолжал Ра’тазарр. — После того, как тот сбежал из Хелгена и рассказал о драконе, придворный колдун отказывается отпускать Ра’тазарра. Говорит, полезный свидетель для исследований.       Телдрин, не сдержавшись, тихо свистнул, а у неугомонной телваннийки тут же загорелись глаза.       — Ты был в Хелгене? В момент нападения? И выжил? Еба-.. ну, то есть, круто. И что, и как дракон?       — Большая крылатая ящерица, — без особого энтузиазма поведал им их провожатый. — Он дышал огнём и кричал на древнем языке, а когда он появился, тучи в небе кружили вихрем.       Магичка слушала его, как ребёнок, раскрыв рот.       — А когда он появился?..       — Когда каджиту чуть не снесли голову на плахе, — впервые за всё время усмехнулся Ра’тазарр. — Этот случайно попал в обоз с мятежниками. Чуть не казнили. Дракон спас, только шерсть опалил. Потом этот бежал с мятежниками, спасался из горящего города… Ра’тазарра послали из Ривервуда в Вайтран, рассказать о драконе. Вот и рассказал, себе на голову. Теперь выскочка-маг никак не отстанет.       — «Случайно» попал на казнь? — скептически протянул Телдрин.       — Бедненький! — в свою очередь воскликнула Ирис, всплеснув руками. — Фаренгар — настоящая заноза в заднице. Он как помешается на своих драконах, никому вокруг жить не даёт.       Увлечённые этим непринуждённым разговором, они поднялись по высокой красивой лестнице ко двору Драконьего Предела, пересекли откидной мост и подобрались к самым дверям ярлова логова. Стражник при дверях пристально осмотрел их, затем с сомнением глянул на Ра’тазарра и всё же пустил их внутрь.       Сначала перед ними предстал большой зал, выполненный в дереве светлых тонов, что-то вроде приёмного покоя, уставленного скамьями. Тут же кто-то сидел, как раз, видимо, ожидая приёма у ярла или его управителя — какой-то фермер, судя по виду. Потолки были в несколько человеческих ростов, поддерживаемые деревянными резными балками, выполненными в драконьей и исконно-нордской тематике, а освещалось помещение светильниками на стенах и огромной люстрой, выполненными из рогов животных.       Чуть дальше, вверх по лестнице, помещение расширялось в целый медовый зал, виднелись длинные столы, на данный момент пустые, и большой очаг в центре. А уже где-то совсем далеко, в противоположном конце, на небольшом возвышении стоял трон ярла. Вдоль стен были видны ответвления и двери в другие помещения и на лестницы, а тут и там сновали служанки в скромных фартуках и мальчики на побегушках.       — Подождите немного, друзья, — сказал каджит ещё в приёмной, слегка нервно поглядывая в сторону одной из дверей. — Нужно позвать мага.       — Конечно-конечно, — кивнула ему колдунья, и два данмера остались одни посередине этого торжества ручной работы по дереву, когда Ра’тазарр удалился в сторону покоев придворного мага.       Сначала Телдрин попробовал нетерпеливо побродить по залу, оглядеться вокруг, но ему это быстро надоело. Он пару раз презрительно высказался по поводу излишней пафосности постройки, на что получил от своей спутницы предупреждающий тычок ботинком в голень.       — Ты тут сильно не выступай, — она уже сидела на ближайшей лавочке, вальяжно облокотившись на какой-то высоченный вазон с цветком. — Даже на Данмерисе. Говорят, военный командир ярла, она же его личный телохранитель — данмерка, бывшая Мораг Тонг.       — Хотя бы в людях он разбирается, — вяло протянул наёмник, но-таки повернул голову в сторону лысеющего имперца при троне, словно заранее сомневаясь в собственных словах. Управитель или советник, кем бы ни был этот мужчина, был похож скорее на облезлого мышонка, чем на достойного человека при дворе.       На этой ноте он тоже уселся на скамейку рядом со своей клиенткой и скрестил руки на груди, морально настраиваясь на то, чтобы ждать. Он вообще не любил ждать, но в связи со слабой организованностью Ирис в его жизни в последнее время становилось всё больше и больше впустую потраченного времени, ушедшего на ожидание чего-то неопределённого.       Телваннийка лениво поводила головой в разные стороны, без особого интереса разглядывая внутреннее убранство Драконьего Предела и провожая взглядом снующих туда-сюда слуг. Минута шла за минутой, со стороны покоев придворного мага доносилось еле слышное переругивание знакомого уже голоса Ра’тазарра и более высокого и истеричного голоса Фаренгара. Она обернулась на секунду, заметила каджита, привалившегося к косяку двери, обменялась с ним взглядами и поняла — ждать ещё долго.       Их ожидание скрасило внезапное появление оравы из трёх детей. Старший, как-то нескладно вытянутый пацан-подросток с коротко стрижеными каштановыми волосами, негромко переговаривался со своей, видимо, сестрой. Это была черноволосая и черноокая девчонка помладше, приблизительно лет десяти. Она упрямо пищала:       — А вот и нет! Вот я вырасту и уеду из этой проклятой дыры!       — И куда ты поедешь, глупенькая? — старший старался быть терпеливым, но звучал так, словно с этими истериками ему приходилось мириться ежедневно.       Следом за ними, на некоторой дистанции, шёл ещё один мальчик с зализанными назад каштановыми волосами и несоразмерно тяжёлым для его лет взглядом. На вид ему было двенадцать, не больше, но он нарочито держался особняком от остальных двух детей и неторопливо шаркал следом, заткнув руки в карманы качественных льняных штанов с искусной вышивкой.       — Ярловы дети, — шепнула магичка в ухо своему спутнику. — Все трое.       Проходя мимо, девчонка в порыве спора оглянулась вокруг в поисках, видимо, вдохновения, и её чёрные глаза остановились на паре данмеров. Ирис, до того момента подпиравшая щёку кулаком от скуки, расплылась в ленивой хищной улыбке, глядя девочке в глаза.       — Вот! — девчонка показала пальцем в сторону путников. — Тёть…       — Дагни, показывать пальцем некрасиво, — старший закатил глаза и слегка покраснел от стыда, а затем попытался пройти дальше, но его сестра проявляла недюжинную упрямость.       — Тёть, а вот вы чем занимаетесь? — требовательно спросила Дагни, с ног до головы оглядывая странные одежды Ирис и Телдрина.       — Я — боевой маг Телванни, путешественница, коллекционер артефактов, — перечислила свои стандартные регалии данмерка. Она умирала от скуки, и в детях нашла своё развлечение, судя по тому, с какой смешинкой в глазах она на них смотрела.       Словно в подтверждение своих слов, ярлова дочка притопнула ножкой и снова обратилась к брату:       — А вот возьму и тоже магии обучусь! У Фаренгара! И путешествовать уеду, лишь бы в Вайтране не сидеть.       — Пойдём, Дагни… — старший брат неловко кивнул двум посетителям и наконец смог сдвинуть сестру в сторону выхода во двор. — Какая магия, ну что ты мелешь, в самом деле… ты же и ночи не выдержишь на природе, куда тебе путешествовать?..       С этими словами двое детей удалились, в то время как средний ребёнок ярла, до этого зависший на некотором отдалении от общей шумихи, остался на месте, пытливо рассматривая двух данмеров. В конце концов мальчуган презрительно фыркнул.       — А как по мне, так вы просто очередные лизоблюды под каблуком моего отца.       Он даже скривился, пока говорил это явно старательно придуманное оскорбление. Вышло даже слишком складно, словно специально нацелено, чтобы прозвучать наиболее надменно.       — Шёл бы ты, парень, — снисходительно, почти по-отечески посоветовал ему Телдрин.       От такого обращения мальчик застыл вполоборота и недоверчиво взглянул на воина в хитиновой броне. Тот сидел всё в той же позе, что и десять минут назад, глядя стекляшками своих противопылевых очков прямо в душу ребёнку. Богатенький мальчик, привыкший, видимо, что к нему подлизываются все подряд, выглядел сбитым с толку.       — Да-да, малыш, иди гуляй, у тебя ещё хотелка не доросла лезть во взрослые дела, — поддержала телваннийка, всё так же ухмыляясь.       — У меня?.. Что?! — возмутился мальчик-норд, выпрямляясь во весь свой невнушительный рост. — Куда хочу, туда и лезу! Сюда только и приходят, что отцу сапоги лизать. И вы тоже!       Аринвилль глядела на ребёнка с каким-то странным прищуром, с каким, бывало, читала очень интересную книгу. На ум вернулась строчка из письма Фаренгара. Проблемный сын, словно попавший под дурное влияние. Она пристукнула каблуком ботинка об пол, обдумывая что-то, а затем равнодушно пожала плечами.       — Я и мой товарищ пришли сюда, чтобы послать Фаренгара на три плана Обливиона, твоего отца я и трогать не собиралась.       Мальчуган сначала моргнул, слегка удивлённый таким открытым и честным ответом, но быстро оправился и зацепился за новую тему:       — Фаренгар… конечно. Ещё один придурок в этих стенах, чокнутый шарлатан, как и все его «друзья».       Его явно заносило на поворотах. Видимо, нечасто удавалось выплеснуть свой безграничный негатив новому лицу, а потому он даже не заметил, как его брат с сестрой уже скрылись за дверями, ведущими во дворик. Наёмник, до этого момента безразлично оглядывавший ярлова сына, ехидно протянул:       — А ты здесь, значит, самый умный? Как тебя звать, щенок?       Ирис на него едва не шикнула. Не хватало им нажить неприятностей с ярлом, оскорбляя его детей! Но мальчик только возмущённо фыркнул, не думая бежать жаловаться, и в конце концов магичка передумала. Парень понял, что гости его не боялись, и по какой-то причине заинтересовался. С ноткой неуверенности он представился, всё ещё стараясь звучать максимально нагло (или это выходило естественно?):       — Меня зовут Нелкир. Средний сын ярла Балгруфа Старшего. Пусть это и значит немного, всё равно поумнее тебя буду!       — Что-то я в этом сомневаюсь, — судя по его голосу, Телдрин получал странное удовлетворение от разговора.       — А вот и правда, — Нелкир упрямо скрестил руки на груди, и по его лицу пробежала неприятная, совсем не детская усмешка. — Я много чего знаю.       — Докажи, — сказала Ирис, втягиваясь в эту нелепую игру. — Скажи что-нибудь, чего я не знаю.       В этот момент мальчик, неожиданно для самого себя, как-то стушевался. Он сначала открыл было рот, чтобы что-то сказать, но остановил себя в самый последний момент и едва заметно оглянулся по сторонам. Затем упёр взгляд в свои ботинки и пробормотал чуть более неуверенно, но всё с тем же налётом нахальства:       — Вам такое знать нельзя. Я не скажу.       — Значит, врёшь, — просто сказал Телдрин.       — Не вру!       — Тогда скажи.       Как же просто было подловить обычного нордского мальчугана на слабо. Он снова замолчал, да и по нему было видно, как внутри него всё зудит поделиться каким-то секретом, но что-то не давало. В конце концов он сломался под взглядом двух безразличных данмеров и сделал шаг ближе, доверительно понижая голос:       — Например, я знаю, что Фаренгар развлекается по ночам со служанкой Грейлией у себя в покоях…       От такого заявления у Ирис брови поползли вверх, а губы слегка дрогнули. Она изо всех сил старалась не ухмыльнуться прямо в лицо Нелкиру, а воин по её левую руку негромко хмыкнул и протянул:       — Тю. Такое и я могу нечаянно подслушать, если жить с ним в одном доме, — Серо оправил шарф и слегка наклонил голову. — Я думал, ты скажешь что-то важное. Шуму было, как будто у тебя в голове Древний Свиток записан, а это просто сплетня, пусть и недетская.       Колдунья едва заметно взглянула на своего спутника. Она не могла не заметить, что Телдрин тоже заинтересовался этим ярловым сыном, специально или случайно работая на то, чтобы вытянуть побольше информации. Мальчик нахмурился и сжал губы в тонкую линию, затем сказал ещё тише:       — Я знаю, что отец до сих пор поклоняется Талосу…       Тут уже Ирис прищурилась. Она немного помолчала, затем медленно сказала:       — Интересно, конечно, но тоже не особо впечатляет. Главное — не болтай об этом кому попало.       Явно неудовлетворённый их скепсисом, парнишка помрачнел пуще прежнего и выпалил:       — А ещё что жена папы… женщина, умерла пару лет назад, её убили, — тут уже Нелкир попал в яблочко. Помимо прочих тревожных звоночков в этом предложении, было странно слышать, что он не звал её «матерью».       Только после достаточно продолжительной паузы от двух своих слушателей он наконец понял, что только что сказал, и неловко отодвинулся, таращась на них огромными глазами. Ирис с Телдрином пару секунд просто глядели на него в ответ, а затем колдунья негромко протянула:       — А это ты откуда можешь знать? — она, не отводя взгляд, стала накручивать косичку на пальце, погружаясь в раздумья, пока её спутник подхватил нить разговора:       — Признавайся, только и делаешь, что по всему дому подслушиваешь.       — Нет, я… — неуверенно пробормотал Нелкир, всё ещё глядя на этих двоих теперь уже с лёгким страхом. — Я просто знаю, где слушать. Двери шепчут…       Телваннийка внезапно воспряла на этой то ли метафоре, то ли просто странной фразе, но мальчик продолжил всё с тем же беспокойством:       — Только вы никому не…       — Рот на замок, — она подняла руку в примирительном жесте. — Только никому больше это не болтай.       Как раз в этот момент со стороны покоев придворного мага прозвучал зычный голос Ра’тазарра.       — Ирис! — он так раскатисто тянул эту «р» в её имени, что она даже удивлённо охнула. — Маг освободился, вы с другом идёте?       Не теряя времени, два данмера встали, разминая слегка затёкшие конечности, и в последний раз взглянули на Нелкира. Тот выглядел слегка зашуганно, от предыдущего бахвальства не осталось и следа. Только беспокойство и лёгкий, почти нездоровый блеск в глазах, которые он не сводил с новых знакомых. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрыл его обратно. Магичка едва заметно подмигнула, уже уходя, а затем к нему обратился наёмник, доверительно понижая голос:       — Никому не скажем. Только следи в следующий раз за языком, «умный» мальчик, — он слегка звякнул ножнами меча, проверяя крепёж на поясе. — Не все незнакомцы умеют держать обещания. Тебе очень повезло. Если я хоть что-то понял о своей клиентке, то она умеет сдерживать свою болтовню, когда надо.       С этими словами они удалились, оставив мальчика напряжённо глядеть им вслед. У Ирис было щекочущее чувство в кончиках пальцев, и она то и дело теребила одну из своих многочисленных косичек или одежду, а её спутник, наоборот, был почти монументален в своей тишине и спокойствии. Они пересеклись с Ра’тазарром у входа в покои мага и втроём же вошли внутрь сквозь широко распахнутую дверь.       Перед ними предстал сам Фаренгар Тайный Огонь собственной персоной. Это был слегка хиленький, невысокий норд с гладко выбритым лицом и с бегающими глазами, а также тонкими, почти хрупкими чертами лица. Даже под крышей он не снимал с головы капюшон лёгкой колдовской робы и в данный момент был весь как-то на взводе, неорганизованно мечась по всему помещению. Как оказалось, он выгонял свежий зеленоватый дымок сквозь распахнутое окно на улицу.       — А, Ирис, вот и ты! — рассеянно бросил маг через плечо, на мгновение прекращая свои бесцельные метания. — Я тебя уже заждался. Ты… не одна?       С этими словами глаза мага остановились на наёмнике.       — Мой спутник, — коротко сказала телваннийка, в этот раз и не пытаясь представить Телдрина.       — Ладно, не важно, — уже махнул рукой придворный маг, наконец останавливаясь у своего главного стола.       Его покои были местом организованным, пусть в данный момент и весьма хаотичным. Переливался загадочным голубоватым сиянием зачаровательный стол где-то в дальнем углу, пестрил колбочками и порошками алхимический уголок, всё ещё источавший тот самый дымок. Посередине комнаты прямоугольником стояли массивные деревянные столы, заваленные книгами и камушками, а центральный из них был целиком и полностью отведён под большую карту провинции.       Каджит и Телдрин, как два изваяния, встали по обе стороны от двери и молча наблюдали за разворачивающимся перед ними спектаклем.       — Мне нужна твоя помощь! — сходу заявил Фаренгар, уже увлечённо показывая что-то на карте, так что Аринвилль пришлось подойти поближе. — Вот в этом кургане обнаружилась древняя скрижаль, которая может сыграть решающую роль в моём исследовании природы драконов. Этот так называемый «Драконий камень» представляет огромную ценность…       — Окстись, — прервала его воодушевлённую болтовню колдунья, глядя на него с лёгким оскалом. — Во-первых, откуда ты вообще о нём узнал?       На этот вопрос маг ответил куда менее охотно, только и пробормотал:       — Мне кое-кто подсказал…       — А во-вторых, я всего-то пришла сказать тебе, что не собираюсь лезть в очередные руины «по старой дружбе».       Фаренгар окончательно скис и поднял на неё почти комично несчастный взгляд. Он посмотрел на карту, потом на Ирис, потом снова на карту и негромко вздохнул.       — Ирис, это дело абсолютно срочное! Я могу расплатиться с тобой потом.       — Когда потом? — с нажимом спросила она. — Или мне тебе напомнить, сколько ты мне уже должен денег?       — Ну как ты не понимаешь, времена нестабильные, я не могу просить у ярла постоянное финансирование из казны, — раздражённо сказал уважаемый придворный маг, но прозвучало это жалко.       — А я в наши нестабильные времена не могу позволить себе работать бесплатно, — заявила магичка, скрещивая руки на груди. — Никакого уважения к профессионалам в вашей богодельне. Пока не заплатишь, шага не сделаю в этот твой нордский могильник.       Такой ультиматум окончательно выбил Фаренгара из колеи. Тот в своём рабочем запале, видимо, надеялся быстро уладить это дело и разослать всех по своим поручениям, а получив шиш с маслом, теперь не знал, куда ему деваться. Внезапно он поднял глаза на каджита, промычал что-то себе под нос будто в раздумьях и протянул:       — Но ты ведь хоть что-то знаешь о Ветреном Пике? Или хотя бы в общем о нордских гробницах? — вопрос был адресован Аринвилль, но смотрел он при этом на каджита, что уже неуютно переступал на месте.       — Глупый вопрос.       — Слушай, воин, подойди-ка сюда, — протянул придворный маг приказным тоном, и каджит тут же запротестовал:       — Каджит не пойдёт в нордскую гробницу! Этот и так торчит в вашем городе слишком долго!       — Ра’тазарр… — с лёгким оттенком угрозы Фаренгар повторил свой приказ. — Подойди сюда. Или ты забыл наш маленький уговор?       К удивлению обоих данмеров, Ра’тазарр вдруг замолчал и вперился взглядом в мага. Шерсть на его затылке и шее вздыбилась от недовольства и кое-как скрываемого гнева, но затем он громко фыркнул и повиновался. Ирис глядела на всю эту картину с любопытством, даже слегка посторонилась, чтобы дать каджиту встать рядом с картой.       — Ирис, поделишься с нашим другом, как бы ты проникала в Ветреный Пик? — попросил колдун, переводя взгляд на свою гостью. — Это, я надеюсь, бесплатно?       — О, предки, прости ради Трёх, Ра’тазарр, — теперь телваннийка глядела на него почти виновато, только сейчас припоминая его прошлые жалобы и осознавая, что по незнанию переложила все обязанности на него, но каджит только смиренно махнул хвостом. — Ладно, ладно, расскажу, лишь бы ты там не помер. Бедолага…       И началось. Сначала всё ещё взволнованно, затем со всё большим энтузиазмом данмерка принялась рассказывать, чем отличаются нордские гробницы от всех остальных руин, чего там можно ожидать, как лучше себя вести и как с наибольшей вероятностью остаться в живых. Телдрин выдержал только первые пять минут этой лекции, после чего нарочито громко вздохнул и вышел за порог комнаты, решая подождать свою клиентку за дверью.       Он прислонился спиной к деревянной стене, не сдержав ещё одного тяжёлого вздоха, и принялся разглядывать уже надоевший ему зал Драконьего Предела. К этому моменту Нелкира и след простыл. В голове наёмник всё ещё прокручивал разговор с этим мальчишкой, невольно соглашаясь с письмом настырного мага. С этим конкретным ярловым сыном явно было что-то не так.       В первую очередь в глаза бросалось несвойственное детям поведение. Он не просто был капризным избалованным мальчишкой, а искренне ненавидел, кажется, всех. Слишком озлоблен. Ко всему прочему, его глаза почему-то не давали Телдрину покоя — слишком мрачные и слишком… точные. Словно Нелкир знал, как именно и куда смотреть, несмотря на очевидно малый опыт. А «секреты», которые он поведал из-за собственного упрямства совсем незнакомым людям, до сих пор не укладывались в голове.       Из размышлений его выдернула приближающаяся фигура. Ещё издалека он обратил внимание на женщину, что стояла неподалёку от трона, не сводя с него глаз. При ближайшем рассмотрении это оказалась рыжеволосая данмерка средних лет с лицом, будто вырезанным из камня. Вся хмурая, жилистая, пружинистая, закованная в качественную кожаную броню и с клинком наперевес. Тут же вспомнилось ирисино предупреждение о телохранительнице ярла. Серо небрежно окинул её фигуру взглядом, но не найдя, за что зацепиться глазу, просто дал ей подойти ближе.       — Ярл славится своим гостеприимством, — сходу начала данмерка, как только оказалась в его зоне слышимости, — но я не помню, чтобы он вас сюда приглашал.       — Какая тонко завёрнутая угроза, — безразлично ответил Телдрин, но рефлекторно напрягся, почти незаметно. — Просто жду свою болтливую клиентку с какого-то безумного магического саммита.       Он пространно показал рукой, закованной в хитиновую перчатку, на дверь в покои придворного мага. Воительница перевела взгляд в ту сторону, затем, слегка успокоившись, вздохнула почти понимающе.       — Так это вашу… клиентку так долго ждал Фаренгар?       — Её самую. Теперь они решают какие-то драконьи дела, а у меня вянут уши, — почувствовав, что изначальная враждебность ушла, наёмник незаметно отвёл руку, уже было приблизившуюся к рукояти меча.       — Понятно. И вы её телохранитель?       — Не думаю, что ей нужен телохранитель, — слегка насмешливо ответил Серо. — Я — её наёмный спутник. Сопровождаю её во всех делах.       Некоторое время она всё ещё критично оглядывала воина перед собой, закованного в безупречный хитин, а затем дежурно кивнула.       — Ясно. Извините за беспокойство.       Но в ответ он только махнул рукой, не принимая её бдительность близко к сердцу.       — Порядок, — он слегка повёл плечами и усмехнулся под шарфом. — Будь я на страже у ярла, палил бы без разбора. На всякий случай.       Его попытка вытянуть из стойкой телохранительницы улыбку не увенчалась успехом. Она воспринимала всё, кажется, слишком серьёзно, поэтому только тяжело кивнула. Тогда Телдрин, снедаемый любопытством, решил сменить тактику.       — Вы же данмерка, как я. Что привело вас на службу к нордскому ярлу, сэра?       Женщина только больше напряглась от вопроса и с лёгким неудовольствием взглянула на тщательно замотанное лицо своего собеседника. Но, видимо, ввиду наличия у неё свободного времени — а близилось время ужина — она решила уделить минуту на праздный, по её мнению, разговор.       — Мы старые братья по оружию. У нас с ярлом Балгруфом богатая история. Я не просто у него на службе, следить за его жизнью я считаю своим личным долгом.       Серо только понимающе покивал.       — Тогда это достойно. Хотя работёнка, конечно, не самая благодарная. И напряжённая.       — Ещё бы, — мрачно усмехнулась данмерка. — Мне иногда кажется, что его нужно защищать даже от собственных детей, не говоря об этих политических играх.       Снова упоминание детей. Наёмник сделал мысленную пометку об этой фразе, но вслух ничего высказывать не стал. Он неторопливо постучал пальцами по налокотнику перчатки, затем, слегка склонив голову, проворковал:       — Не завидую. Но понимаю. Приятного вечера, сэра… — он сделал пригласительную паузу.       — Айрилет, — кивнула воительница. Она сама уже собиралась уходить, удовлетворённая своей быстрой проверкой, и сделала первый шаг в сторону покоев ярла.       — Телдрин, — в свою очередь представился он, и затем, ещё раз обменявшись кивками с данмеркой, стал наблюдать за тем, как она уходит вверх по лестнице.       Ирис вышла из покоев придворного мага только спустя ещё десять минут. Она была слегка на взводе, тут же стала искать глазами Телдрина. Найдя его так близко, она коротко выдохнула и тут же подошла к нему вплотную, взволнованно вещая:       — Представляешь, подставила несчастного каджитика! — она покачала головой. — Я и не думала, что Фаренгар надумает послать его вместо меня. У него же броня на соплях держится, ты видел?       — Судя по всему, он преступник, — наёмник лениво оттолкнулся от стены. — Что ты его жалеешь?       — А ты как будто никогда закон не нарушал. Я бы посмотрела, как бы ты выкручивался, если бы такой скряга пытался помыкать твоими криминальными делишками, — ляпнула магичка, не думая, но ответа так и не услышала. Телдрин оставил этот комментарий без ответа.       В уже привычной формации — Телдрин на шаг позади и правее, Ирис стрелой вперёд — они двинулись к дверям, ведущим наружу из Драконьего Предела, мимо всех слуг и стражников. Когда они наконец вышли из тёплого помещения на прохладный и свежий воздух, солнце уже почти зашло. А значит, провели они за всеми этими светскими беседами не меньше пары часов. Уже по дороге телваннийка продолжала свой рассказ:       — В общем, я договорилась с Фаренгаром, он меня позовёт, когда они найдут эту скрижаль. Нам же нужен ещё повод прийти в Драконий Предел. Я хочу провести там один ритуальчик в следующий раз… Вот и скажи теперь, что я была не права! Ты сам всё видел, что происходит с этим мальчишкой.       — Я бы не торопился с выводами, — более сдержано пробормотал воин, уже когда они спускались вниз по лестнице в Ветреный район. — Да, парень странный. Он мне не нравится. Но это ещё не значит, что он одержим Даэдра, увлекается некромантией или вообще как-то связан с магией. Может, он просто странный ребёнок.       — Ты как хочешь, а я, пожалуй, сегодня вечером попробую в своих записях найти что-то про шепчущие двери, — с азартом заявила Ирис.