Созвездие Крысы: Разрушить барьер

      Телдрин тяжело выдохнул и сделал шаг назад, потирая натруженную поясницу. Под шарфом он уже порядком покрылся потом, но предпочитал молчать, да и нужно было отдышаться после изматывающего физического труда. Колдунья за его спиной счастливо хлопнула в ладоши и в пару прыжков приблизилась к грибному креслу в углу её хранилища, кружа вокруг него, как пчёлка. После нескольких дней замысловатая конструкция наконец обрела вразумительные формы и дизайн, во многом благодаря экспериментам и стараниям Ирис и терпению её спутника, которому изо дня в день приходилось дышать спорами. За это время кресло стало раза в два больше, тяжелее и массивнее. Основной каркас теперь составляли ороговевшие ножки грибов, в то время как мягкие шляпки покрывали подлокотники, спинку и сиденье — в лучших традициях.       — Загляденье! Ну ты посмотри! Встало, как влитое, — бормотала данмерка, разглядывая обновку со всех сторон.       Её, как повелось, толком не слушали. Наёмник был поглощён другим: впервые с момента, как он переступил порог святая святых этого дома — хранилища артефактов — ему удалось как следует оглядеться. Сегодня магичка впервые впустила его сюда. Дверь оказалась, как он и ожидал, замаскирована в каменной стене подвала сбоку от алхимической лаборатории. Только вот, в отличие от классических потайных дверей, она не открывалась нажатием спрятанного рычага или наклоном нужного подсвечника. Ритуал открытия двери трудно поддавался запоминанию: постучать по пяти конкретным камушкам в кладке из сотен других, посыпать пару трещин морозной солью, сплавить её огненным заклинанием (как объясняла Ирис, чтобы скрепить петли), расчертить три даэдрических символа на полу и прочитать скампову тучу заговоров. Только после этого каменная громада съехала вниз, открывая потайную комнату с артефактами — и Серо был полностью уверен, что помимо этого механизма, туда ещё было навешано с десяток заговоров от взрывов и взломов, а может, и пара ловушек.       Помещение хранилища, как и всё в доме, было основательно загромождено. Оно было заставлено в основном пустыми стойками для брони и оружия вдоль стен, между которых блестели стёкла витрин. Центральная часть была отведена под столики поменьше, видимо, для маленьких безделушек, украшений и прочих небольших трофеев. Несмотря на обилие места, хранилище выглядело пустоватым. Стойки для брони пустовали все, и единственным предметом одежды, который тут хранился, была та самая маска Драконьего Жреца, которую они добыли на Солстейме.       Зато тут было оружие. Был лук двемерской работы, сверкающий от переливающихся чар. Рядом с мечом из кургана Бладскал на оружейной стойке покоился ещё один меч, тёмно-серой стали с голубым отливом, работы древних нордов. Отдельную стойку занимал узловатый деревянный посох с фокусировочным камнем, вплетённым в перевязь веток в качестве набалдашника. Был тут и злополучный Эбонитовый Клинок. Он гордо стоял в отдельной витрине, от которой, не скрываясь, отлетали искры защитного заговора. На центральном островке было больше побрякушек: несколько древних на вид амулетов, переливающихся алыми чарами; целая горсть голубых кристаллов с металлической оправой — вот их Телдрин узнал, доводилось бывать в айлейдских руинах; небольшая деревянная коробочка с бархатной обшивкой, внутри которой левитировал розовый ромбовидный камушек. Ещё была полка с редкими книгами, как минимум две из которых явно отличались обложками из вполне гуманоидной кожи.       Наёмник, не скрываясь, поводил головой из стороны в сторону, разглядывая это неприкрытое богатство артефактов, пока Ирис его не окликнула:       — Нравится?       — Просто осматриваюсь, — Серо уклончиво качнул головой.       — Тут пустовато, знаю… я половину найденных амулетов и вот, маску, всё равно ношу с собой. Но попробуй ещё найти что-нибудь по-настоящему дельное, а не просто зачарованную побрякушку! В одиночку тяжело, — колдунья прислонилась к одной из стен, критично оглядывая собственную коллекцию. — Может, у нас вдвоём получится найти что-нибудь получше пары амулетов. Кто знает.       — А мне от этого какой толк? — с усмешкой протянул воин, отмеряя пару шагов в узком проходе между витринами.       — Если не будешь выделываться, для тебя тоже что-нибудь полезное найдётся, — с язвинкой откликнулась телваннийка. — Что тебе там может пригодиться? Меч, колечко на ночное зрение… трубка с бесконечным табаком?       — Чтобы я на что-то променял свой меч. А что касается ночного зрения… я не страдаю куриной слепотой. И трубки я не курю.       — Снова выделываешься.       День с самого начала задался ленивый. Пока никаких интересных писем не поступало, свежих новостей не было, а возня с проклятым креслом наконец завершилась. Время текло незаметно и неторопливо, и даже у Телдрина ненадолго заглушилась его обычно сильная потребность носиться и что-то делать. Он неторопливо ходил вдоль витрин и полок, оглядывая награбленные за годы странствий трофеи Аринвилль, и наконец добрался до полки с подозрительными книгами.       Он было хотел провести пальцами, скрытыми перчаткой, по корешкам, но не успел он поднести руку поближе, как наткнулся на внезапное сопротивление. Как будто сам воздух затвердел, не давая ему достичь книг.       — Магическая защита.       — А ты как думал? — фыркнули из-за спины. — Одной двери мало.       — Некромантией увлекаешься? — с сомнением пробормотал Телдрин, слегка склоняя голову, чтобы разглядеть книги в кожаном переплёте поближе.       — Фу-фу-фу! Конечно нет! Это же мерзость! — магичка подскочила поближе, чтобы самой увидеть то, что натолкнуло её друга на такие мысли, и, разглядев переплёт из человеческой кожи, почему-то растеряла весь запал: — Но книги некромантские. Они просто очень редкие…       В ответ воин только фыркнул и помотал головой. Большинство приличных данмеров даже близко не хотело иметь дело с некромантией, но, видимо, научный интерес всё же брал над некоторыми верх. Серо хотел было сказать что-то ещё, но в этот момент его чуткие уши уловили едва слышимый в подвале стук с верхнего этажа. Он дёрнул головой в сторону двери, прислушиваясь, и спустя пару секунд негромко уведомил:       — Ты ждала гостей? В дверь стучат. Я бы даже сказал, нагло колотят.       — Я никого не звала, — колдунья недоумённо почесала за ухом. — Сходишь, откроешь? Я пока запечатаю хранилище.       Пару минут спустя Телдрин уже отпирал входную дверь в прихожей «Медовика». В неё колотили отчаянно и громко, почти без передышки, и только от этого у данмера уже появилась пара весьма неприятных предположений. Разобравшись наконец с камнем-ключом, он повернул ручку двери, и сквозь проём на него чуть не свалился широкоплечий парень, пыхтевший, будто только убежал от стаи волков. Телдрин сделал шаг назад и бесстрастно уставился на посетителя сквозь блестящие стёкла очков.       Парень упёрся ладонями в колени, роняя патлы тёмных волос на лоб, и поднял светлые глаза. В них плескалось явное беспокойство.       — В чём дело? — сухо поинтересовался Серо, всё ещё держа пальцы на ручке двери, чтобы в любой момент её захлопнуть.       — Позови Ведьмочку, — выдохнул парень. — Срочное гильдейское… в общем, беда. Очень срочная.       С пару секунд наёмник медлил, всё ещё с подозрением оглядывая гостя на пороге дома, прежде чем слегка отклонился назад и позвал:       — Ирис!       — Иду! — послышалось в ответ, едва различимо за грохотом закрывающейся двери в хранилище.       Пока колдунья заканчивала последние дела в подвале, её напарник воспользовался свободным временем, чтобы лучше разглядеть внезапного посетителя. Скорее всего, имперец, судя по вытянутому лицу, с волосами, заплетёнными в неопрятные дреды. Он был одет в затёртую, на вид домашнюю одежду, и сапоги из мягкой кожи были почти стёрты на носках. Лицо, сероватое от плохого бритья, было странно знакомым. Пока гость выпрямлялся во весь свой приличный рост и выравнивал дыхание, Телдрин всё тщетно пытался вспомнить, где же он мог его видеть.       — Рун? — наконец догадался он.       — Ага. Мы виделись тогда, да? Ты же этот, Пё…       — Телдрин.       Вскоре из подвала, отряхивая мантии от пыли, наконец поднялась Ирис. Она быстро оглядела картину: своего недовольного напарника, неопрятного вора на пороге, общую атмосферу беспокойства — и сразу изменилась в лице. Не теряя больше времени, она подлетела к Руну.       — Эй, ты чего? Что стряслось?       — Я по делу, — имперец нервно утёр капли пота со лба. — Наших поймали, я свалил, а как вернулся, меня сразу Делвин к тебе послал, помощь нужна…       — Подожди, по порядку, — поморщилась магичка. — Кого поймали, где поймали и при чём тут я?       — Ну наших поймали! Живчика, Пирса… к нам ещё на подмогу послали пару ребят, когда мы задержались, тех тоже сцапали. Эт всё Эрик, шлюший сын! Мы к нему должны были за поставкой прийти в форт Гринвол, который прям по главной дороге, ещё обозы крышует, знаешь?       Рун явно всей душой переживал за случившееся, жестикулируя так активно, что чуть не зарядил ладонью Телдрину по шлему. Тот, конечно, увернулся, но всё равно пробормотал трудно различимое данмерское ругательство себе под нос.       — Так и вот, мы к нему пришли, ну как обычно, договор обсудить, поставку проверить, чтоб потом доложить начальству. Он послушал и говорит, мол, вы, ребята, крысы, наш канал поставок разгромили специально, в Нильхейме. А мы, ну зуб даю, об этом вообще впервые слышим! Короче, мы пока пытались выяснить, о чём он вообще, он позвал своего какого-то колдуна, и тот нас заарканил магическим куполом. А Лысый говорит: напишу вашему начальству, пусть шлют компенсацию и выкуп.       — Так, я начинаю догадываться, к чему ты, — Аринвилль вертела одну из косичек на пальце, полностью отдавшись рассказу, а Телдрин наконец отпустил ручку двери и теперь стоял истуканом у стены.       — Ага, ты же знаешь Мерсера, ни септима не отдаст, — досадливо хмыкнул Рун. — Послал пару ребят в подмогу. И тех поймали. Мы-то пытались им сказать, мол, не лезьте колдуну под руку, да только из-под купола не слышно нихрена. Только потом Эрик меня одного отпустил как посыльного, сказал начальству популярно объяснить, что там за дела и почему платить надо. Только за что платить? Вот меня Делвин к тебе и послал — говорит, Ведьмочка нужна, раз у них там колдун.       Неожиданно подал голос наёмник. Он, очевидно, был настроен крайне скептически, и абсолютно не пытался это скрывать:       — Ужасная история. А у вас разве нет… например, своих колдунов?       Ирис было бросила на него крайне осуждающий взгляд, но Рун и бровью не повёл:       — Есть парочка, но там серьёзное дело, Восемью клянусь. Среди наших ребят таких профи не найдётся.       — Я бы не стал делать такие скорые выводы…       Тут колдунья уже не сдержалась и мягко дёрнула Серо за рукав кирасы. Он осёкся, повернул на неё голову, ожидая какого-то продолжения, и тогда Ирис слегка приподнялась на носках ботинок и зашептала ему что-то на ухо на Данмерисе. Наёмник склонил голову, чтобы ей было удобнее говорить.       Руну оставалось только молча наблюдать, как она оттаскивает своего спутника к столу, расстилает перед ним карту и начинает активно показывать пальцем на какую-то небольшую пометку неподалёку от Айварстеда. Телдрин негромко охнул. Они продолжали общаться на своём родном языке, так что вор оставался в блаженном неведении о теме их разговора. И хорошо, ведь иначе он бы явно начал что-то подозревать.       — Вот как.       — Да, и мы как раз там…       — Я понял, — воин устало провёл рукой по лицу, оправляя шарф. — Что ж, в таком случае имеет смысл вмешаться, раз уж мы…       — Мы обязаны!       — Не люблю это слово. Как думаешь, они могли догадаться, что это мы?..       — Вряд ли. С чего бы им так думать?       — М-да. Нехорошо.       Через пару минут данмеры вернулись на прежние позиции, и в этот раз Ирис выглядела ещё более серьёзно и хмуро, чем прежде. Она встала перед Руном, скрестила руки на груди и наконец сказала:       — Да, мы поможем. Телдрин пойдёт со мной, естественно. И ты пойдёшь. Желательно ещё позови из Гильдии пару ребят, и отправимся. Встретимся за городом. А я пока подготовлю с собой некоторые припасы и примочки…       — Спасибо! — взревел Рун. — Ведьмочка, ты просто чудо! Дай я тебя…       Она не успела опомниться, как крепкий имперец налетел на неё с удушающими объятиями, и недовольно закряхтела. Только когда она слегка похлопала его по спине, вор отлип от неё и, не прощаясь, умчался прочь с их порога.       — Что за день? — недовольно пробубнил Серо, уже делая шаг внутрь дома, чтобы начать проверять своё снаряжение.

***

      Пара данмеров прошла через главные ворота города, вдыхая пряный влажный воздух осенних лесов. Несмотря на приближающиеся холода, в Рифте снегом ещё и не пахло. Стоял ясный солнечный день, слегка за полдень… и их друзей из Гильдии нигде не было видно. Ирис сразу объяснила, что, скорее всего, они нагонят уже на тракте, потому что пользуются своими обходными путями и срезами. А пока они вышагивали по просевшим булыжникам дороги, приходилось развлекать себя старым-добрым спором.       — Я всё равно не понимаю, это же бред! Как можно было верить Вивеку?       — Ты и не поймёшь, ты же не жила в то время, — почти снисходительно отвечал наёмник. — Впрочем, и я застал только его кусочек. Живые Боги правили Морровиндом столетиями… это было обычным укладом вещей.       — Идиот столетиями держал Баар-Дау висящим над городом, только чтобы показать: «Смотрите, какой я крутой и могучий, и вы вообще все живы только по моей милости.» И никто ни разу не задумался, что это тупо? — колдунья явно не унималась.       — Для народа это было не «Баар-Дау», а Министерство Правды, — отрезал Телдрин. — Вроде странного, но привычного здания. Кто бы вспомнил, что оно опасно?       — Да и никакие они были не «боги», — она фыркнула, абсолютно его не слушая. — Всё равно что личи с общим филактерием. Я вот как считаю: если живое существо, ни разу не умиравшее, заявляет себя богом — это самозванец и врун.       — Хороший вывод. А Даэдра когда-нибудь умирали? — в его голосе сквозила насмешка.       — Не уверена. Но они и смертными никогда не были!       Они продолжали свою увлечённую дискуссию, проходя глубже по дороге в дебри осеннего леса. Ирис слегка сбавила пыл после пары чересчур уж каверзных вопросов от своего напарника, но всё не унималась, пока её не прервали прямо в середине очередной тирады:       — Неподалёку кто-то есть. Ближе к кустам можжевельника, справа, — негромко уведомил Телдрин.       Колдунья тут же замолчала, приглядываясь к местности, но не сбавила шагу. Как и ожидалось, сразу после этого с правой стороны дороги, ловко огибая высокий кустарник, им навстречу вышла группа воров в форменной броне, возглавляемая Руном.       — Вы бы ещё громче на своём эльфском болтали, — слабо улыбнулся он. — От вас морозные пауки во все стороны разбегаются.        — А вот и вы! — обрадовалась магичка. — Я уже думала, не нагоните.       После короткого обмена приветствиями группа воров подстроилась в шаг с данмерами, присоединившись к экспедиции в форт. Помимо Руна прибыло ещё трое: уже знакомый Алан, заметно смутившийся при виде воина в хитине, незнакомый невысокий норд и настолько же незнакомая босмерка. Все держались, в основном, молча, и были одеты в фирменную гильдейскую броню. На вид практически не вооружены, за исключением кинжалов на поясах у каждого. Завидев это, Телдрин недовольно фыркнул, но не стал комментировать — только ласково погладил рукоять собственного меча.       С этой поры разговоры ушли в сторону предстоящей спасательной операции. Как объяснил Рун, они направлялись в сторону старого придорожного форта, который вот уже несколько лет занимал некий Эрик Лысый — крупный поставщик пушнины и драгоценных камней сомнительного происхождения. У него была налажена целая сеть поставок, немаловажным звеном которой выступал некий форт Нильхейм, который не так давно разгромили. Раньше у Гильдии Воров были весьма дружественные отношения с Эриком, но с развитием гражданской войны и других кризисов в Скайриме тот начал становиться всё более мнительным и, видимо, растерял последнее доверие к Гильдии, когда решил, что им будет выгодно его надуть и оборвать его цепь поставок… по неизвестным причинам.       Пару раз за этот разговор данмеры многозначительно переглянулись, но в основном молчали. Как только вор закончил сетовать на несправедливого поставщика, Телдрин вклинился в его монолог и мягко перевёл тему, поинтересовавшись о внутренней планировке форта Эрика.       Спустя сорок минут пути по мощёной дороге, проведённых в окружении пряной золотой листвы и влажного валежника, путники увидели форт. Ирис и Телдрин его хорошо запомнили, он громоздился в отдалении от главной дороги и всегда был хорошо виден из повозки. По всей видимости, обычные пассажирские экипажи люди Эрика не трогали, зато обращали особое внимание на торговые караваны, потому что Рун не раз упомянул, что многие торговцы платили ему за «крышу».       Раньше форт Гринвол, по всей видимости, был важным военным и стратегическим объектом. Он располагался на возвышенности с отличным обзором на окрестности, был обнесён высокими крепостными стенами и имел несколько дозорных башен. Что происходило во внутреннем дворе, понять было трудно, но Рун заверил, что бандитов там не очень много… во всяком случае, не больше десятка, и организованы они были не лучшим образом, ведь в последнее время дела у Эрика шли не очень хорошо. Это и было заметно: форт выглядел неухоженным, поросшим мхами и диким хмелем, и на вид уже едва стоял.       Решили заходить напрямую, как делегация переговорщиков. Другого варианта, тем более при свете дня, и быть не могло: с оборонительных стен форта ещё издалека их бы заметили дозорные. Прежде, чем подходить к форту, Рун остановился у развилки и повернулся к отряду:       — Я вам ещё раз напомню: мы сюда не драться пришли, а разговаривать. Гильдия Воров просто так кинжалами не машет, уяснили?       Пока гильдейские кивали и ворчали, Ирис недовольно скрестила руки на груди:       — А нас ты тогда зачем позвал?       — Чтобы ты сняла барьер. Вон, у Лиссы мешок с железным барахлом, — в этот момент девушка-воровка подняла и показала остальным увесистый гремящий мешок из плотной ткани. — Мы им заговорим зубы, посулим деньги, а ты под шумок освободишь ребят. Потом даём дёру вместе с остальными через подвальные ходы.       — Кваммье дерьмо, а не план, — безжалостно заключил Телдрин. — Никаких гарантий, что они поверят в ваши подложные деньги, и никаких гарантий, что барьер удастся снять быстро. Не говоря о том, что вы рассчитываете смыться через их собственные тайные туннели. И это всё без оружия?       — А что нам остаётся? — Рун пожал плечами. — Мерсер ни септима не даёт, а Эрик без денег не хочет разговаривать вообще…       — А сколько септимов хочет Эрик? — внезапно вклинилась Ирис.       — Пять тысяч.       — А… ну да, да, по-другому никак, — она вдумчиво покивала головой, но когда отвернулась, глаза у неё были размером с блюдце.       — Даже не думай о том, чтобы отдавать наши деньги, — быстро прошептал на Данмерисе наёмник.       — В общем, с деньгами дело плохо, и надо как-то выкручиваться сразу на чужой территории, — Рун невесело усмехнулся. — Дельце так себе. Но ты не боись, Пёс, мы если что за себя постоять можем!       — Не сомневаюсь, — процедил Серо сквозь стиснутые зубы.       На том и закончили разговор. Как следует набравшись смелости и терпения, делегация во главе с Руном стала подниматься по поросшему прелой травой холму к воротам форта. Поверх бойниц на них уже пристально глядели дозорные, но, рассмотрев Руна и мешок за спиной Лиссы, они немного успокоились и без лишних вопросов пропустили их внутрь двора.       Убранство форта и правда оставляло желать лучшего. Между каменных плит когда-то мощёного двора то и дело пробивался густой бурьян, а половина деревянных надстроек и помостов прогнила и провалилась. Во дворе почти никого не было, за исключением пары бандитов-нордов, видимо, сменных караула, готовивших что-то не слишком съестное в котелке под навесом. Они бросили на гостей тяжёлые взгляды из-под насупленных бровей и тоже ничего не сказали. Вся обстановка целиком навевала неимоверное напряжение, как от тихо наступающей бури.       Рун повёл их к крепкой дубовой двери в стене главного здания — каменной громады, абсолютно некрасивой и исключительно функциональной постройки, с карнизов которой свисал густой бородатый мох. Впрочем, как однажды правильно заметил Телдрин, почти все бандиты не умели как следует следить за своими базами.       Только имперец занёс руку, чтобы постучаться, как задвижная дощечка в верхней части двери уже съехала в сторону, и на делегацию уставилась пара маленьких прищуренных глаз мутно-зелёного цвета.       — Какого Даэдра вас так много? — прозвучал скрипучий недовольный голос из-за двери.       — Для безопасности, — бесстрастно ответил Рун.       — Это ещё кто? Что за скоморохи? — в этот момент глаза скользнули по паре данмеров, прищуриваясь с ещё большим подозрением, чем прежде.       — Гильдейские эксперты.       — Гильдейские? Очкастый больно чистенький для вашей помойной Фляги. Впервые вижу.       Несмотря на то, что Аринвилль упорно старалась сохранять самообладание и не реагировать на грубость слишком остро, её пальцы всё равно крепко сжались на ремнях маски. Наёмник не сдержался и фыркнул, наблюдая за тем, как Рун пожимает плечами и бормочет что-то про бывших военных, лишь бы придумать отмазку.       — Ладно, проходите, — проскрипел голос, и после этого дверь отворилась.       Путники зашли внутрь и прошли вверх по узкой лестнице, и если воры ещё старались держаться профессионально, то Ирис, наоборот, бесстыдно крутила головой во все стороны. Центральное помещение крепости оказалось весьма сырым каменным залом с колоннами и платформой посередине, тускло освещённым факелами на стенах. Окон не было, поэтому дневной свет сюда не проникал вовсе, оставляя старый форт в неприятном полумраке. Почти в каждой стене зияло по проёму, ведущему в глубины форта. У двух колонн стояло по бандиту, а человек, что допрашивал их через дверь, был всего в паре шагов неподалёку. Это был хлипкий, уже пожилой бретон с орлиным носом и пронзительными глазами, в которых горело явное недовольство. Он почти сразу отошёл в сторону и наверх, на центральную платформу, к которой вели две небольшие широкие каменные лестницы.       Колдунья тут же заприметила барьер. Он располагался прямо напротив двери, в самом дальнем и тёмном углу, и выглядел как полупрозрачный купол, слабо мерцающий фиолетовым свечением. Его отблески играли на стенах, переливались и струились, почти скрывая, что на полу прямо под барьером, собравшись к центру, сидели люди. Она сразу разглядела среди них Випира Живчика, одну из новеньких девчонок и пару малознакомых парней, все — люди из Гильдии, не раз мелькавшие в Буйной Фляге. Завидев делегацию во главе с Руном, они явно оживились и придвинулись ближе к краю барьера. Кажется, Випир даже что-то воскликнул, но звук не проходил сквозь тонкие стенки купола, несмотря на то, что мужчина явно двигал губами и активно махал руками.       Нетрудно было заметить одну странность: Рун точно упоминал, что в подземельях форта Гринвол было место для тюремных камер. И, тем не менее, вместо того, чтобы перевести пленников туда и заключить их под барьер уже в тюрьме, загадочный колдун, видимо, так и оставил барьер там, где его в первый раз сотворил. Ирис сделала об этом мысленную заметку, но обдумать как следует не успела, потому что в этот момент в комнату вошли ещё люди.       Из бокового проёма на центральную площадку неторопливо вышел норд. Он был невысок, держался чуть впереди, и по обе стороны от него шло по очередному вооружённому бандиту. Норд остановился прямо напротив гостей и нахмурил густые светлые брови, опуская руки в карманы тёплой накидки. Несмотря на невыдающийся рост, он выглядел авторитетно и уверенно прожигал взглядом делегацию из Гильдии. Из-под левой полы у него торчал набалдашник палицы, а густая грива свалявшихся пшеничных волос опускалась по его спине едва ли не до его колен.       — Эрик, — кивнул Рун.       У магички едва не отвисла челюсть. Но прежде, чем она успела возмутиться, какого скампа Эрик «Лысый» оказался таким лохматым, Телдрин ощутимо пихнул её локтем. Только тогда она обратила внимание на своего спутника.       Наёмник был напряжён до последней мышцы. Конечно, не каждый день ему доводилось заявляться прямо в логово бандитов — хотя в путешествиях с Аринвилль такие случаи стали происходить всё чаще и чаще, — но даже для такой ситуации он был чересчур неспокоен. Пальцы то и дело скользили и перебирали по рукояти меча, из-под шарфа периодически слышались тяжёлые вздохи, и на каждый звук голова едва заметно поворачивалась к источнику шума.       Он явно чувствовал надвигающиеся проблемы. Форт был спроектирован достаточно хорошо, чтобы оставить любого незваного гостя в уязвимой позиции. Так, например, Серо заметил с самой первой секунды здесь, что прямо за его спиной, как и за спиной его спутников, стены на самом деле не было. Там был очередной проём в другую комнату, и оттуда доносились невнятные шорохи, будто кто-то мягко переступал по полу. Колонны загораживали обзор и создавали препятствия, а из остальных проёмов в комнате в любой момент могло выйти подкрепление. Это не говоря о том, что Рун явно недооценил количество бандитов в форте. Вместо заявленного десятка воин уже насчитал пятнадцать, а сколько их было в смежных комнатах и предполагать было неприятно. В общем, ничего хорошего от этой затеи Телдрин не ощущал, и явно понимал: если дело дойдёт до драки, им придётся несладко.       — Если вы опять пришли тратить моё время, — процедил Эрик, даже не пытаясь казаться дружелюбным, — я вас вздёрну и повешу болтаться на входе в форт. Какие новости?       — Я всё объяснил Мерсеру, — Рун чувствовал себя неуютно, но всё равно старался держать голос твёрдым. Он не занимал высоких постов в Гильдии, и потому ему никогда не приходилось раньше вести переговоры на равных с подобными фигурами. — Мы с миром пришли, говорю тебе. Не как в прошлый раз.       Болтовня Руна полилась дальше. Именно болтовня, потому что к сути, к вопросу денег и договора он так и не переходил, пытался оттянуть время. Только на мгновенье его глаза метнулись к Ирис, ожидая, что она вот-вот будет готова исполнять в действие план, но колдунья только посмотрела на него, как на идиота.       Мало того, что чтобы добраться до барьера, нужно было пересечь комнату, полную бандитов на каждом шагу, так она даже не знала, на чём он держится. Очевидно, что колдун поддерживал его не собственными магическими силами, иначе он бы давно иссох и умер, а значит, где-то был предмет, который этот барьер питает. Возможно, вмонтированный в пол или стену, а может, просто как следует спрятанный, иначе почему пленников так и не перевели в тюремные камеры за это время?       Колдунья потёрла висок, казалось, от головной боли, но на миг в её глазах что-то сверкнуло голубым.       — Хватит трепаться! — внезапно гаркнул Эрик.       Рун послушно замолк, буравя лидера бандитов хмурым взглядом.       — Ты мне зубы заговариваешь, крыса помойная? — голос норда стал тише, но оттого только более угрожающим. — Деньги. Где?       — Деньги у нас, — этот вопрос явно расстроил вора, но он всё же показал на Лиссу. Босмерка слегка тряхнула мешком, и внутри что-то убедительно брякнуло. — Я просто думал, если придём с золотом, ты наконец согласишься поговорить нормально и обсудить вопрос.       По лицу Лысого пробежала тень. Его подчинённые переглянулись между собой, а пожилой бретон неприятно усмехнулся и скрестил руки на груди, будто готовился смотреть шоу.       — Поговорить, — повторил разбойник. Он медленно кивнул. — Ты наивный болван, если думаешь, что я собираюсь говорить. Посмотри вокруг.       Рун не посмотрел вокруг, слишком упрямый, чтобы так просто делать всё, что ему скажут. Зато вот телваннийка активно оглядывалась, пропуская разговор мимо ушей — но, впрочем, она этим занималась уже последние три минуты.       — У меня в форте прямо сейчас, — Эрик задрал глаза к потолку и что-то быстро сосчитал на пальцах, — десять крыс из Гильдии. Из Гильдии, которая сорвала мне тысячи!       Он так взревел, что бедняга Алан весь съёжился и утонул в собственном капюшоне, и даже некоторые из разбойников вздрогнули или шагнули назад.       — В Нильхейм только прибыла огромная поставка меха, скумы, да Зенитар знает, чего ещё! И что видят мои ребята на следующий день?       Главарь бандитов весь подался вперёд, уже сделав шаг на ступеньку вниз с главной платформы.       — Руины. От Нильхейма не осталось ни-че-го. Тёплый пепел. Всё пропало, вся поставка в труху! Скума! Скума попорчена, в бутылках жижа вскипячённая! — он сплюнул на пол, прожигая Руна глазами так, будто он лично был в этом виноват. — А посередине братская могила. Друг на дружке порезаны, свалены в кучу. Вы Кабана как свинью зарезали.       В этот момент Ирис не сдержалась. Её лицо неприлично вытянулось, губы сомкнулись в тонкую линию, и глаза сами по себе нашли замотанное лицо наёмника. Он встретил её взгляд стекляшками очков и едва заметно повёл плечом.       — Мамой клянусь, не мы, — пролепетал Рун, поднимая руки. — Чем хочешь клянусь.       — А кому кроме вас это может быть надо? — прошипел в ответ норд, и его рука недвусмысленно потянулась к поясу. — Кому выгодно сорвать мне поставку? Стрясти с меня деньги? Убрать конкурентов? Кому, а?       Но прежде, чем Эрик успел сделать очередной шаг вперёд и начать теснить своих не очень желанных гостей, раздался певучий лязг. Одним ловким движением Телдрин обнажил меч и выставил его вперёд, прямо к лицу главаря. Остриё едва не касалось кончика крупного некрасивого носа, поблёскивая в угрожающей близости. В этот же момент норд застыл, а его подручные задёргались на своих местах, вот-вот срываясь, чтобы вмешаться. Наёмник стоял прямо, недвижимо, слегка склонив голову к плечу. Эрик хмыкнул.       — Я думал, у гильдейских крыс не положено лезть с оружием.       — Телдрин, ты что!.. — зашипела колдунья, таращась на своего напарника огромными глазищами. Она явно не ожидала, что он будет вести себя так, тем более на чужой территории.       — Я не из Гильдии, — спокойно-ядовитым тоном проговорил он. — Меня их принципы мало волнуют. Как и тебя.       На лице Лысого ещё на секунду задержалась угасающая ярость, прежде чем она сменилась на странный интерес. Он сделал небольшой шаг назад, чтобы отодвинуться от меча, и криво усмехнулся:       — Это ты к чему?       Воин пожал плечами.       — Ты не собирался исполнять свою часть сделки.       В помещении повисла неприятная пауза. Телдрин всё ещё стоял неподвижно, твёрдо держа меч в руке и ожидая ответа. Норд медленно расплылся в ещё более неприятной улыбке.       — Умный. Да, хорош. Это правда.       Он беззаботно развернулся спиной к протянутому в его сторону мечу и неторопливо поднялся по ступенькам обратно на центральную платформу.       — Теперь, когда вы притащили золото, я просто убью каждого из вас, крысёнышей, и вывешу на обозрение перед фортом. Я слышал, в Гильдии сейчас дела идут туго. Каково же им будет, если половина состава помрёт в один день?       От его тона по спине Алана побежали мурашки, а Рун нахмурился так сильно, что, наверное, уже даже не видел комнаты. Лисса судорожно сжала мешок в пальцах, телваннийка хлопнула глазами и почесала за ухом. Випир под барьером махал кулаками и, должно быть, ругался, как матрос. Но Эрик всё ещё обращался только к воину в хитине:       — И что ты с этим сделаешь, мечник? Вызовешь меня на поединок?       Некоторое время Телдрин молчал. Он слегка повернул голову, оглядывая делегацию из Гильдии по обе стороны от себя, замечая начинающее замыкаться кольцо бандитов вокруг них, и тяжело вздохнул.       Он разжал руку. Меч полетел вниз, а из ладони, в которой он только что так плотно лежал, прямо в лицо Эрика полетел раскалённый огненный шар. Прежде, чем драгоценное оружие встретилось с полом, наёмник перехватил его левой рукой и вогнал куда-то себе за спину, не глядя, но замечательно чувствуя, как лезвие встречается с телом бандита ровно за ним. Началась суматоха.       Ирис уже давно предчувствовала, что её спутник выкинет что-нибудь подобное, и потому сориентировалась быстро. Пока их друзья-воры из Гильдии приходили в себя и хватались за оружие, она уже заметила вспышку фиолетового заклинания, летящего в их сторону. Одним широким жестом она подняла оберег, свободной рукой срывая маску с кушака и водружая на лицо. Только затем она пригляделась к тому, что происходит вокруг.       Заклятье барьера послал тот самый бретон. Увидев, как его магия развеялась перед лицом оберега, он капризно скривился и тут же юркнул за колонну, чтобы не подставиться под удар. Телдрин вертелся с мечом, принимая на себя ближайших бандитов и ловко парируя их удары. Он плавно переступал ногами по полу, то и дело роняя разбойников друг на друга или отвлекаясь на то, чтобы послать огненные стрелы на фланги. Эрик с неприличными визгами пытался потушить копну собственных волос, что полыхали, как солома, а воры разобрались со своим оружием и вскоре были готовы принимать бой. Алан трясся со своим кинжальчиком, Рун — с двумя кинжалами, Лисса выудила целый ремень метательных ножей, а безымянный парень-норд разминал пальцы, очевидно, чтобы колдовать. И даже так численное и территориальное преимущество было на стороне бандитов.       Аринвилль пригнулась, уворачиваясь от удара, и помчалась вдоль стен помещения в сторону пленных. Она надеялась, что сможет их освободить, и тем самым немного уравновесить силы… да и колдуна нужно было нейтрализовать, чтобы он не успел заарканить ещё больше людей.       В форте стоял грохот. Звенела сталь, взрывались огненные заклинания наёмника и сверкали молнии от гильдейского мага, верещал главарь бандитов, а из соседних помещений доносился топот ног приближающегося подкрепления. Всё сверкало, шумело, мешало и сбивало с толку. Магичка бежала к углу с барьером, рядом с которым прямо внутри каменной кладки стены должен был располагаться камень душ, что его питал. Она разглядела его несколько минут назад, когда под шумок сотворила на себя заклятье обнаружения магии и осматривала комнату.       Серо как раз выдёргивал меч из груди какого-то темноволосого разбойника. Его наручи уже по локоть были залиты кровью, а противники всё не кончались, вылезая из щелей своего форта, как тараканы. Он специально атаковал первым, чтобы выиграть хотя бы мизерное преимущество, но оно быстро угасало перед лицом численного перевеса. По спине пробежала неприятная волна. Прямо за ним кто-то был, слишком близко.       Меч подался из тела слишком поздно, и Телдрин уже на полуобороте к противнику был готов принимать удар лицом, печенью, да чем угодно. Прозевал и недосмотрел. Но в момент, когда он увидел перед собой занесённый топор, когда он уже сморщился под шарфом, приготовившись принимать боль, бандит перед ним дёрнулся и застыл, так и не завершив замах. Грузное тело покачнулось, глаза подёрнулись поволокой, и редгард перед ним завалился набок, с громким стуком зарываясь носом в пол. За его спиной в нескольких футах стояла Лисса. Загорелая босмерка коротко кивнула и уже ухватилась за новый нож в перевязи, выискивая новую цель, а Телдрин остался… приятно удивлён. Не менее удивительно было то, что в двух шагах от Лиссы лежал ещё один бандит, по всем признакам безжалостно и насмерть забитый мешком с железками, который принесла воровка и так и оставила прямо на лице безымянного трупа. Серо завис всего на секунду, делая мысленную заметку пересмотреть своё отношение к ворам, прежде чем снова отправился на передовую битвы.       Магичка, подбадриваемая немым скандированием от Випира из-под купола барьера, методично разрушала кладку стены взрывными заклятьями. Колдуна-бретона нигде не было видно, и она стояла к стене боком, чтобы успеть его заметить. Когда последний булыжник наконец рассыпался на мелкие осколки и труху и обнажил полость в несущей стене, из-за колонны сбоку показался крупный орлиный нос, покрытый сеткой морщин, а за ним — и сам хозяин барьера. Ирис едва успела пригнуться, чувствуя, как холодеет стена над её головой от взрыва сосулек, и отправила ответный залп, не глядя. Бретон снова скрылся за колонной.       Когда он рискнул выглянуть в следующий раз, в руках у телваннийки уже тихо тлел огненный аркан. Она дала магической верёвке свободно скользнуть по своим пальцам, прежде чем крутанула ею в воздухе и отправила в свободный полёт. Огненные путы устремились в сторону пожилого колдуна, извиваясь в воздухе, как живые щупальца, и, конечно, наткнулись на возведённый против них оберег. Но вместо того, чтобы рассеяться или отскочить, аркан распластался по мерцающей поверхности оберега, растекаясь, опутывая его, обхватывая края цепкими кончиками.       Аринвилль, слишком занятая разглядыванием камня душ, только разок глянула через плечо, чтобы увидеть, как колдун в конце концов не выдерживает оберег. Огненная плеть обернулась вокруг него, прожигая одежду, крепко обхватывая туловище и руки. Теперь магичка могла как следует заняться освобождением пленных, когда её главный противник был нейтрализован и валялся по полу с диким ором, а воры вместе с Телдрином, разгадав её план, не подпускали к ней разного рода варваров.       — Бал его раздери, что за бесовщина?! — она выругалась под нос. Конечно, голубоватый камень душ, что был вмонтирован в стену крепко-накрепко, нельзя было просто сломать или выключить. Очередной слой защиты. — Так, ребята, минуту…       Воры под барьером послушно перестали мельтешить в её поле зрения и уселись прямо сбоку, чтобы наблюдать за процессом. Колдунья принялась проводить руками в воздухе, оставляя за ладонями слабый шлейф магической энергии. Снятие барьеров и магических ловушек требовало тяжёлых и затратных ритуалов, часто долгих и многоступенчатых. Действуй она опрометчивее, она бы легко могла обвалить несущую стену и угробить под ней не только себя, но и всех в главном зале, а это было бы весьма… неудачно.       Длинные пальцы в перчатках перебирали по камню и вокруг, очерчивая в воздухе едва заметные рунические символы. Ирис чувствовала, как много маны прямо сейчас покидает её, полностью уходя на подпитку ритуала. Губы быстро шевелились под маской, проговаривая сложные заговоры.       В последний момент перед тем, как завершить ритуал, данмерка почувствовала странное. В воздухе запахло горелым, щёку полоснуло обжигающей болью, что-то щёлкнуло, помутилось в глазах. Огромный заряд энергии одним толчком покинул её, и вместе с тем, как упал барьер вокруг воров, Аринвилль упала на колени сама. Ритуал не должен был забрать так много сил. Тело ощущалось опустошённым, неимоверно вымотанным, и трясущиеся пальцы, проходясь по ожогу на щеке, почувствовали кожу.       Она повернула голову, стараясь разглядеть сквозь муть в глазах хоть что-то. За её спиной, покрытый волдырями и полосами горелой кожи, ухмылялся бретон. На верёвке из её собственных огненных пут болталась её маска. Кто-то — наверное, Випир, — взволнованно хватал Ирис за плечи.       — Сволочь, — прошелестела она, не без помощи вора поднимаясь на ноги. Она почти ничего не видела. — Падаль, грязный н’вах…       Руки двигались почти без её ведома. Колдунья не успела увидеть, как ухмылка стирается с лица обгорелого старика. Как залп огненного взрыва, посланный почти без её контроля, сбивает его с ног и освещает помещение от пола до потолка. Ирис уже летела лицом в пол, лишённая любых жизненных сил, и последнее, что она видела, был Телдрин, с неприличной руганью устремившийся в её сторону.