Хаос

Клуб назывался "Хаос" — подвал без окон, где стены дышали влагой и басами. Плотный воздух, как густой сироп, с запахом алкоголя, пота и дыма. Всё вокруг мерцало — неоновая какофония, свет резал глаза. Дима прошёл мимо охраны — его никто не заметил. Он двигался быстро, не глядя по сторонам, как хищник, идущий по следу. Он чувствовал её. Вибрацией. Полем. Нотой в пространстве, которую слышал только он. И она была там — в центре танцпола, на возвышении, среди людей, света, шума, будто в собственном алтаре. Рори. Волосы растрепанны. Глаза расширены, блестят. На ней — чёрный топ, цепи, порванные колготки, губы размазаны красным, как рана. Она двигалась не в ритме — она задавала ритм. Она танцевала, как будто тело больше не имело веса. И вокруг неё — как пыль — крутились люди, не дотрагиваясь, но жадно глядя. Он подошёл ближе. — Ро… — прошептал он. Но она не услышала. Он прокладывает путь сквозь толпу, почти толкая плечами, поднимается к ней. —Рори! — громче, рядом. Она оборачивается. Медленно. Сначала будто удивлённо, потом — безразлично. Смотрит на него. И не узнаёт. — Ты кто? — кричит она, перекрикивая музыку, смеясь. — Ты заблудился, красивый? Он замер. Словно нож вошёл между рёбер. — Это я… Дима. Она моргает. Потом откидывает голову, смеётся — звонко, ярко, фальшиво. — Дима? М-м… не помню. Ты в инсте на меня подписан? Автограф дать? — она хищно улыбается и стучит длинными ногтями в такт музыки. Он стоит перед ней, как призрак. Всё, что он чувствовал — невыносимо. Она живая, яркая, горящая… Но не его. Не здесь. Не сейчас. — Ты больна, Ро… — прошептал он. — Я пришёл за тобой. Она отступает назад, как будто он коснулся чего-то запретного. Глаза — колючие. — Я здорова.. Это какой-то розыгрыш? Он смотрит на неё. И всё в нём кричит. — Это не ты, — выдыхает он. — Ты где-то там, за этим лицом. И я найду тебя. Даже если ты убьёшь всё, что осталось. Она молчит. Губы дрожат. На секунду — только на одну — в её глазах мелькает тень узнавания. Но потом — её отдёргивают обратно в толпу. Музыка грохочет. Свет обрушивается. И Рори исчезает. Он стоял там — среди дыма, света, грохота, искажающих реальность битов. В груди что-то рвалось наружу. Воздух стал вязким, будто его лёгкие наполнились водой. Она смотрела на него — как на прохожего. Ты заблудился, красивый? Эти слова эхом били в виски, пока она медленно отступала вглубь танцпола. Он шагнул за ней, будто во сне, прокладывая путь сквозь тела, лица, смех. Но она растворялась — неуловимая, чужая, будто мираж. И тут он застыл. Прямо перед ним, под мерцающим светом, где клуб создавал свою жуткую иллюзию вечного праздника, он увидел её.. Рори. С ней рядом незнакомый парень. Куртка сброшена, рубашка наполовину расстёгнута. Он что-то шептал ей на ухо, смеялся. А она смеялась в ответ — звонко, искусственно, как натянутая струна перед разрывом. И в следующую секунду — она поцеловала его. Или он её. Это уже не имело значения. Губы в губы. Голодно, дерзко, публично, как акт вызова, как плевок в лицо прошлому. У Димы сжались кулаки. В животе — пустота, в голове — звон. Мир потускнел, как старая фотография. Рори отстранилась от парня и вдруг посмотрела прямо на него. И на миг — лишь на миг — в её взгляде промелькнуло что-то: узнавание, страх, боль. Как будто она всё-таки помнит. Как будто её настоящее тело — маска, которую она сама не может снять. Но тут она снова улыбнулась. И прошептала ему что-то, прижавшись к груди. Как будто Димы здесь никогда не было. Как будто он умер. Он стоял неподвижно, будто весь зал застыл вместе с ним. Свет лупил в глаза. Музыка била в грудную клетку. Мир — размытый, как под водой. И вдруг — всё стало слишком тихо. Внутри. Он не пошёл к ней. Не вытащил её. Он понял: она сейчас недостижима. Он вышел из клуба, не помня, как. Холод ночного воздуха ударил в лицо, как пощёчина. Он опустился на тротуар, закрыл лицо руками. Грудь сдавило. Сердце билось, как будто хотело вырваться. Ты теряешь её. И ничего не можешь сделать. И всё, что он прошептал в пустоту: — Ро… что же ты делаешь.