Глава 7 — Зеркало

В последнее время, мне не дают покоя странные видения. Прежде — прошлое, что тяготит, жжёт глубоко в груди, особенно при виде Рудиуса. Словно бы я забыл нечто очень важное... Сегодня — кошмар, что в пору назвать будущим, однако я не готов признать "это" своей судьбой. Не так мрачна она будет. Уверен. Луна, хоть ты дай ответ. Что же мне довелось сегодня пережить спасая его? Густой покров облаков осторожно окружил её, почти не нарушая ровный ореол. Молчит. Конечно. Корпус мужского общежития уже давно спал. Лишь изредка в окнах напротив, мелькал свет тускло горящих свечей. Утончённые пальцы неожиданно скользнули по моей шее, окутывая жаром лицо, и холодком спину. Дрожь пробрала до самих кончиков пальцев, хоть и продолжаю пытаться сохранять непоколебимость. Всё как она любит... Принцесса застала меня за терзаниями у открытого окна. Она крепко прислонилась, обхватив тонкими руками, и всей мякотью губ коснулась плеча, лишь бы передать то тепло, что успело скопиться за день. Не знаю как и ответить. Не до забав мне сейчас. Сердце мается, но не по той причине. — Фиттс, мой прекрасный рыцарь, награди же меня этой ночью, — на грани шёпота говорила она, время от времени срываясь на томную, озабоченную интонацию. Я молчал. В горле ком. Скопище иных чувств заперты в груди, словно в клетке, и даже высказать некому. Нельзя. Не поймёт. Да и её сейчас интересовало совсем другое. Открыться — значило бы испортить интимное настроение... может даже разозлить. Развернув меня, она в ту же секунду одарила искренним поцелуем. Наши губы сплелись воедино, делясь жаром чувств, пусть и односторонних. Её напор, сложно обуздать, и мне даже довелось шагнуть назад, упираясь в подоконник. Это её не остановило. Садясь на него, отодвигаясь ещё дальше, я пытался намекнуть, что пора бы прекратить, однако Госпожа увидела в лишь возможность оказаться ещё ближе. Уйти ведь больше некуда. Нырнув коленкой промеж моих ног, она мягко надавила, вызывая знакомый зуд в паху, что быстро растёкся горячей волной по телу. М-мне хорошо? Нет. Мерзко. Но почему? Сердце трепещет на грани возможностей, почти вгоняя в головокружение. От жара наших разгорячённых тел, на лбу даже проступили крохотные росинки пота. Намёки она не замечает или же осознанно упускает. Сопротивляться бесполезно, и даже вредно. Оскорбить её, может быть страшнее, чем подыграть. Неужели я бессилен? — Я же сегодня, достаточно хорошо проявила себя, может и ты проявишь? — Игриво пролепетала Ариэль, явно подмечая мою зажатость. Позволив спасти Рудиуса, ожидает получить что-то взамен. И это что-то обязано удовлетворить, не обогатить, как обычно бывает. Политическая выгода уступила простому желанию слиться со мной в порыве страсти. И я конечно благодарен ей, но в последнее время всё труднее даётся играть любовника... Соскользнув с подоконника, я щёлкнул подошвой о деревянный пол, словно её послушный солдатик. Аккуратно перехватывая нежную ладонь принцессы, готов был попытаться увести её в кровать. — Позвольте сделать вас счастливее. Произнёс я, стараясь соответствовать тону, но в этот раз явно фальшивил. Госпожа шагнула назад. Раз, второй, третий и потащив на себя, она уронила нас на кровать. Я навис над ней, бросая тень на лицо, в холодном свете луны. Наши взгляды соприкасались не упуская ни минуты. Всё как она и желает... Однако на лице Ариэль не смущение, лишь снисходительная улыбка. — Мысленно ты, ведь всё ещё с ним... досадно, — опустив взгляд на мои озадаченные, дрожащие уста, с едва заметным смешком в голосе, подчеркнула она. Это звучало так резко, смело, что я на мгновение даже потерялся, утратив всю свою напыщенную уверенность. Я думал о Рудиусе, это правда, но как она... так легко догадалась. — Переживаешь, страдаешь и даже порой не спишь ночами. Я всё это замечаю, Фиттс. — Дело в том, что... О-он... сегодня сильно пострадал, потерял зрение даже на один глаз. — Мои попытки оправдаться лишь усугубили ситуацию. — Так это правда, всё-таки. — Холодно поставила точку. Опрокинув меня на бок, принцесса более не сказала и слова. Мы лежали рядом, но одиноки в своих чувствах. Вскоре, её Величество уснула, привычно обнимая меня, будто ничего и не случилось... но кажется чуточку иначе. Крепче. *** Утро ворвалось грохотом хлопающих дверей да шарканьем тапок. Я сонно поднялся, потянулся, даже не накинув никакой одежды и вышел в коридор. Время уже позднее, ещё немного и опоздаю на занятие. Вот и ребята уже ровным строем идут в купальню, лишь бы освежиться, проснуться и сорваться на урок. Очередь неспешно тянулась в конец коридора, а я затерялся где-то в ней, среди сонных фигур. В исподнем, подобно остальным. Толпа позади гундела, и слух окликнул грубый голос: — Эй, Грейрат... Тон у него явно не дружелюбный. Колкость какую-то вбросит, дабы потешить себя и толпу. Прежде это бы ввело меня в ступор, сейчас же я лишь чуть качнул головой в сторону, дабы краем глаза заметить лицо говорящего. — Слышь? — Фыркнул замечая, что я молчу. — Слухи то хоть не врут о вчерашнем? Хорошо тебе там уши начистили? Что за бред!? Они насмехаются над бесчеловечными экспериментами? Чушь собачья. И сами небось не понимают о чём говорят, или не знают всей правды. Я сжал кулак, подавляя желание выплеснуть злобу. К концу вопроса, тот крепко стиснул зубы, от чего щёки его окаменели. — Ну и пошёл ты. — Это пташка не нашего полёта, смекаешь? — Подшутил другой. Их слова режут без ножа, однако не так сильно как прежде. Я не стану ныть или срываться в попытке что-то им доказать, хотя и быть белой вороной мне совсем не к лицу. Это просто ещё одна крайность. Прежде был ненавистным ничтожеством, а сейчас — ненавистный выскочка. Разница только в том, что теперь я точно могу сказать — я чего-то стою. Стою внимания других, их местами восхищения, где-то даже ненависти. Это всяко лучше, чем быть не удел. Не хотелось бы участвовать в драке, особенно без глаза, который часто был козырем... Но если прийдётся, терпеть не стану. — Хватит его задирать, он вам что-то сделал? — Грюкнул кто-то и все разом умолкли. А я... Даже не смог сдержать улыбки. Приятно это слышать. Вот бы и тогда в школе нашёлся хоть один, кто заступился. Вскоре заглядывая в купальню, я шагнул босыми ногами по мокрому полу. Воздух здесь душный. Смешались запахи пота, мяты растущей на подоконнике, и ароматного дерева тихо тлеющего в блюдце на полке. Вдоль стены высились наспех сколоченные бочёнки, с ярко зияющими дырами, а сверху медные тазы, что до краёв полны воды. Плеснул несколько раз, умывая лицо, и аж довольно зашипел. Кожу рассёк лёгкий холодок, что контрастировал с парким окружением, но как же хорошо. Бодрит! Собирался уже было потянуться к полотенцу, как вдруг взгляд упал на отражение. В небольшом запотевшем зеркале у стены, виднелись румяные щёки, привычные изумрудные глаза. Однако один — мутный, белёсый. Неужели..? Вчерашние наивные мысли о том, что это лишь временное — за секунду рассыпались на дюжину мелких осколков. Перед глазами вновь всплыли туманные очертания полусонного бреда, в котором меня держали под ядом проводя эксперименты. Фиттс. Кровь на зелёной траве. Монструозная тень. Только не снова! Вцепившись пальцами в висок, я скривился, испытывая недюжее давление. — Рудиус, всё нормально? — Оголённое плечо ощутило мокрое прикосновение, и я резко отмахнулся, словно бы отбиваясь от кошмаров. Лишь потом понял — это сосед. Осторожная бородка, веснушки на щеках, и шелковистые волосы с зачёсом назад. Приятный, спокойный парень. По голосу узнаю, что именно он заступился за меня в толпе. — Да. Я в порядке, прости. — Бегло ответил, стараясь поскорее убраться. Дважды чиркнув пальцами по кончику носа, он продолжил глядеть вслед. Улизнув мимо остатков приходящих, я помчал обратно в комнату, чтобы поскорее избавиться от ощущения неловкости и возникшей тревоги. Вломился туда, плотно закрыл дверь и прижался к ней лбом, думая про себя: «Как же всё это надоело.» Вдох, выдох. Выпрямился, пальцами аккуратно закинул чёлку, зарываясь в волосы до самого затылка и расслабился. Однако тут же плечи сковало напряжение. Чужой взгляд, в моей комнате!? Не сразу понял, но на кровати кто-то был! В пыльном утреннем свету, падающем из окна, виднеется силуэт молодого парня в знакомой мне, песчаной рубахе. На поясе свисает небольшой подсумок, из которого торчит пузырёк. — А вы кто? Стоило мне заговорить, как он тут же вскочил с места и шагнул ко мне, позволив разглядеть лицо. — Мастер Рудиус, простите мою бестактность! — Это был Заноба! От волнения он даже запнулся, но резко вдохнул, поправил очки и продолжил. — Я же Заноба, вы что, забыли!? — Нет... Нет конечно, и я даже рад что это ты, — с облегчённой улыбкой сказал я. — Неужели Мастер меня ждал, какое счастье. — Он тут же прыгнул и крепко обхватил руками. — Аргх... Пусти, задушишь! — Его объятия подобны каменным путам. Из них не вырваться, да и удовольствия ноль! — Простите, молю. — Он ослабил хватку и отшагнул в сторону. — Всё в порядке. — Я прошёл к кровати и тяжело упал. — Чего тебе нужно? С волос капало, прямо на обнажённые колени. Всё-таки забыл вытереться. — Мастер, дело срочное. Мне нужно ваше наставление насчёт воссоздания святого лика в камне! — Он поднял высоко руку и произнёс это на выдохе всей грудью, наделяя важностью планетарного масштаба. Чего скрывать, я даже растерялся. Не понял о чём речь. — Что ты имеешь ввиду? Я-я не понимаю. — Вы ведь прекрасны в своём деле создания кукол. Пожалуйста, помогите мне постичь это тайное знание! — Его эмоции бурлили. Лицо с лёгкостью принимало каждую новую, пусть даже они и сменяются по десять раз в минуту. Заноба резко кивнул и наклонился так низко, как только сумел. И это всё ради кукол? Чёрт возьми... Я успел было подумать, что у него что-то серьёзное, а тут это. — Я уже давно не занимаюсь этим, поэтому вряд-ли помогу. — Понимаю... Прекрасно понимаю, что после вчерашней потасовки, ваше тело не восстановилось должным образом. — Он выпрямился и с сожалением взглянул на меня. — Не отвергайте искусство раньше времени! Я вернусь завтра, обещаю! Не дав мне ничего добавить, он пулей вылетел в дверь, оставив после себя лишь недоумение. Сижу, слушаю как удаляются его бодрые шаги за дверью и ловлю себя на мысли: «Этот дурак ведь прекрасно справился с тем, чтобы отвлечь меня от проблем.» Любопытно как легко в этот раз слухи поскромнели. Всего лишь "потасовка" из целой истории об опытах на человеке. Обычно всё наоборот, кратно преувеличивают, а тут... Я откинулся назад, целиком ложась на кровать. Мне явно нужен тот самый робкий момент паузы, чтобы перевести дух. Не хватало ещё вернуться к тому негативу. Хотя Заноба и его вовлечённость всё же напитывают энергией. Цепляя взглядом край занавески, я отчётливо видел золотистый луч. Вот что мне нужно! Вскочил, едва сдерживая радость, и ринулся к окну. Раскинул занавески ожидая увидеть чистое, ясное небо, но лишь участок солнечного диска едва выглядывал из-за тёмно-серой дымки. Скверно, но не катастрофа. Всё же виды отсюда и без того открывались неплохие. Академия и её окрестности радуют глаз одним лишь своим существованием. Внизу во всю курсировали кучки студентов, что активно переговаривались, жестикулировали. И был даже кто-то... Чертовски знакомый. Белые волосы, зелёная накидка. Да это же Фиттс! Он глядел вверх, будто выискивая меня, а сам же убрав руки за спину нервно кружил притаптывая клумбу. Блин, а я ведь ещё и опаздываю! Сорвавшись с места, резко запрыгнув в штаны, после натянул рубаху небрежно застегнув и взялся за туфли. Забыв обо всём даже двери не закрыл, куда-то побежал, а те треснулись о стену. Стоп, спокойно. Вернулся, закрыл. Теперь вновь тапки в пол! Да, вот оно — то самое утро, когда всё может быть не так уж и плохо! Слетая по перилу целыми пролётами, глаза цеплялись за ступени, коих не счесть. Столь же быстро я и промчал сквозь фойе, на выходе лишь слыша: «Господин Рудиус, а ваш пропуск!?» Прости, Маркус, но меня ждут. Улица встретила редкими тёплыми лучами, что лишь на миг проявили истинную зеленеву парка. Пробегая дорожкой вокруг корпуса, я пытался миновать прохожих. Одного правда случайно задел плечом, что тот аж свалился в клумбу. — Эй, Грейрат, какого лешего!? — Обозлённо крикнул тот. — Прости пожалуйста! — Бросил не глядя я. Наконец выходя к площади напротив академии, я заметил ту самую скамью. На ней сидела утончённая Ариэль с лёгкой улыбкой наблюдая за Фиттсом. Эльф же встревоженно топтался по клумбе, словно бы забыл о нормах приличия, и лишь стоило мне появиться, как на лице его возникла улыбка. Та самая, что находится на грани сдержанной и глуповато искренней. Подбежав к нему, приветственно махнул рукой, но тут же поперхнулся слюной из-за колотившихся на изнеможение лёгких. Зашёлся кашлять, упираясь руками в колени, а он на удивление начал хохотать, скромно прячась за ладонью. Осторожно поднимая взгляд, я и сам не заметил как начал улыбаться. — Рад, что с тобой всё в порядке, Руди, — с теплотой произнёс он. — Да, почти в полном порядке, — дважды моргнув левым глазом, намекнул. — Он побелел... — Да. — Чуть даже поник. Это и правда серьёзная проблема, однако мне так не хотелось видеть его печаль. Переступив через горечь темы, я добавил. — Но хорошее же получилось напоминание быть осторожнее, правда? — Дурак, — сорвавшись на лёгкий смешок бросил он. Совсем не обидное, а такое простое, даже приятное. — Подслеповатый, ещё и дурак, собрал почти все негативные эффекты, так сказать, — неловко подшутил. — Умудряешься не унывать, это так мило... — Последнее слово он произнёс тише остальных. Что? Мне не послышалось!? — Чего? — Растерянно переспросил. — Пойдём вместе на занятия? — Резко переключился. Его щёки даже немножко порозовели. — Эй, не прыгай с темы на тему! Ариэль с Люком уже шли в академию, а он взял и помчал за ними, буквально сбегая от ответственности за сказанное! Ещё и хихикает из-за моей раздражённой реакции! В душе возник азарт, желание быть ближе, узнать лучше о его отношении ко мне. Я остановился на мгновение глядя на убегающего Фиттса и вздохнул. Неужели он бывает и таким? Вскоре мы уже шли держась рядом с остальными. Рассуждали о моей проблеме. Фиттса всё интересовали планы насчёт лечения, однако ответить пока нечего. Так далеко я пока не планировал. Да и возвращаться к тяжёлым темам в такое светлое утро, не очень то хочется. Приходится отшучиваться переводя внимание то на странно одетом мимо проходящем студенте, то на Люке и его кокетливом настроении. Ну серьёзно, он сегодня так щебечет кружась рядом с Ариэль, словно бы верный птенец. Эльф тоже подметил это и усмехнулся. Стоило лишь Грейрату старшему заметить наши насмешки, как тот становился серьёзным ворчуном глядя на нас. Рычит, ругается, а Ариэль лишь мягко улыбается, стараясь не обращать внимание на наши шалости. Забавные всё-таки ребята. Тень высоких шпилей целиком накрыла нас. У парадного входа трудились несколько женщин в годах, убирая грязь с порога, и облагораживая это место, чтобы фасад всегда выглядел как с картинки. В фойе пусто, но издали доносились шаги и громкие голоса. Они оживляли это место давая понять — оно не пустует, просто все сейчас чем-то заняты. Из дальнего коридора показался силуэт высокой, величественной фигуры. Его чёрная накидка, ровно расправленная, будто бы парила над землёй. Это ректор, и он кажется шёл к нам. Я остановился обождать, ведь тот наверняка будет беседовать с Ариэль, однако девушка даже не посмотрела в ту сторону. Неожиданно Дженнетт окликнул меня: — Свет Милоса вашему пути, Рудиус. Не найдётся ли у вас минутка составить мне компанию, поговорить о важном? — Я чуть опешил, ведь не ожидал, что внимание будет обращено ко мне. Ариэль, услышав это, остановилась и, бросив на меня одинокий взгляд, произнесла: — Грейрат, не отставай. — Сказала так, будто обратилась к своему вассалу. С каких пор всё так переменилось? Самое странное — Ариэль с Люком пошли дальше, а Фиттс остался рядом, ловя каждый момент своим внимательным взглядом, прикрытым чёрными очками. Дженнетт же никак не отреагировал на слова девушки, лишь доброжелательно улыбался и терпеливо ждал моего ответа. — Рудиус, — эльф вдруг коснулся моего плеча, — как поступим? — Для начала давай выслушаем ректора, — вспомнив о главном, добавил я. — Но тебе, наверное, лучше догнать свою госпожу. — Необязательно, с ней ведь Люк. В таком случае мы спокойно последовали за ректором. Хотелось понять, о чём он хочет поговорить, особенно после вчерашнего. Тогда он не сказал ни слова поддержки, только наблюдал издалека. Сейчас же, похоже, собирался внести ясность. У самого кабинета мой слух уловил тихий звон колокольчика. Из-за поворота показался пожилой мужчина в ухоженном дублете. Видимо, именно он загоняет студентов на занятия. Впервые его вижу. Переступив через порог овальной двери, ректор одним лишь движением пальцев заставил весь беспорядок затрепетать. Рукописи расползлись по полкам, словно ожившие змеи, а пожелтевшие листы маша крыльями-краями взмыли ввысь и вернулись по книгам. Вместе с тем погасли и свечи, что почти полностью выгорели. Благодаря им до этого момента было видно хоть что-то, а после лишь мрак. Одинокий столб света бил в пол из открытой двери. Вдруг шторы грохоча кольцами съехали, позволив большим окнам наполнить светом комнату. — Прошу, присаживайтесь, — сказал он, занимая место за широким письменным столом. Неожиданно из-за книжного шкафа, что тянулся к потолку, выкатился небольшой стул. Скребя ножками по полу, он резко остановился рядом, и сбросил с себя кучку книг. Те тут же расползлись по уголкам. При всей своей внешней нормальности, это место парадоксальным образом так и полнилось магией. Оно буквально жило велением ректора. Поразительно... Неужели Дженнетт обладает столь огромным магическим потенциалом и объёмом маны? Я сел, как и было сказано. Ректор улыбался, но его взгляд был сложнее, острее. Понять намерения не просто, особенно когда он так буравит меня. Словно пытается пронзить оболочку и вырвать все секреты. Сказал бы даже, что этот взгляд ощущается как нечто материальное. В местах куда направлены глаза, прямо-таки тепло становится. А когда он сосредоточился на левом глазу, тот неожиданно засвербел. — Простите, — пробормотал я, почесав глаз. — Рудиус, мне жаль, что всё это произошло. Хотелось бы исправить сложившееся впечатление, — он медленно выдохнул и поднял взгляд чуть выше моей головы. Я проследил за ним и заметил: Фиттс всё ещё стоит в коридоре. Дженнетт едва заметно вильнул пальцем, и дверь с тяжёлым грохотом захлопнулась. Тело вздрогнуло. — Все причастные к тому инциденту уже переданы королевской инквизиции. Будьте уверены, подобное не останется безнаказанным. Значит, Нэйта уже не спасти. Что ж… Поделом. — Рад слышать, что в академии царит справедливость, — ответил я, стараясь сохранять ровный тон. — Верно. Скажите, Рудиус, как ваше самочувствие? — Он наклонился чуть ближе, вглядываясь в лицо. — Думаю, вы уже заметили, что я потерял зрение на левый глаз… — Да-а-а, вижу. С вашего позволения, могу ли я взглянуть поближе? Что за рвение? Я невольно отвёл взгляд, сомневаясь, стоит ли соглашаться. Но испортить отношения с ректором было бы ошибкой. — Мне немного неловко, но… Если вас это так интересует, смотрите. Обойдя стол, он наклонился и обеими руками обхватил мои щёки, приподняв голову. Чувство было мерзкое, словно я не человек, а игрушка, которую оценивают перед покупкой. Указательный палец его танцевал у виска, почти так же, как делал тогда Нэйт… Вдруг кожу защипало. — Ай... — Хорошо, — коротко бросил ректор и резко отстранился, заложив руки за спину. — Ваш глаз можно попробовать восстановить. Но потребуется кое-что. — И что же? — Ваше доверие. И хороший мастер исцеляющей магии. Я напрягся. С доверием у нас, мягко говоря, будут трудности. Тем более после того, что я только что ощутил. Неужели он пытался прокалить глаз маной, как подпольные экспериментаторы? Может, я всё себе придумал… Но тогда зачем он взялся за меня лично? Странно всё это. Однако если есть шанс вернуть зрение — отказаться трудно. — Почему вы это делаете? — Наконец решился и спросил я. — Вы имеете в виду моё погружение в ситуацию? — Я кивнул в ответ, а он спокойно перевёл взгляд на овальное зеркало сбоку и вдохнул. — Мне по душе люди, тянущиеся к знанию. А по словам Мегурдии, вы именно таков... — Рокси..? — Сердце сжалось. Я сглотнул и торопливо добавил. — Вы знаете, где она? — Всё-таки, вы именно такой, — мягко произнёс он, отрицательно кивнув. — Нет, мне неизвестно, куда она направилась. — Простите... С чего я так сорвался? Мастер Рокси — великий человек… То есть демон. Но ведь наши пути давно разошлись. Пора бы это принять. — Волноваться о близких естественно, Рудиус, — спокойно сказал ректор. — Я ответил на ваш вопрос, теперь позвольте мне задать свой. — Ладно. — Вы всерьёз намерены податься в услужение принцессе? — Он прижал палец к губам и стал серьёзнее. — Я вижу, как вы везде ходите за ней. — Ничего подобного. Она тут ни при чём… Просто мы с Фиттсом нашли общий язык. А он служит у неё, вот и приходится бывать рядом. — Общий язык после той битвы? Удивительно. Я думал, он из тех, кто не прощает унижения, — ректор улыбнулся шире и откинулся на спинку кресла. — Не сказал бы, что я его унизил. Бой был достойным. Как и сам Фиттс, — произнося это, уголки губ непроизвольно поднялись. Пора было идти, занятия ждать не будут. — Благодарю за беседу, господин Дженнетт. Мне пора. — Я поднялся и поклонился. — Верно, — он слегка качнул пальцем, и дверь медленно распахнулась. — Но прошу, подумайте над моим предложением. — Хорошо. И тут дверь словно "выдернули" из проёма, Фиттс ворвался внутрь, весь запыханный, раскрасневшийся, с явным волнением в глазах. — Всё... нормально? — Неловко пробормотал он. Ну дуралей... Так волновался за меня. К счастью, ректор не сделал ему выговора за вторжение. Мы вышли вместе. Дверь тихо захлопнулась за спиной, и только тогда я заметил: снаружи она выглядела иначе. Зеркальная поверхность, обрамлённая золотой рамой. Отражение было коричневатым, будто состаренным. Слишком знакомое… Вспомнил. В кабинете стояло ещё одно такое же. Как бы то ни было, мы поспешили на занятие. Оно уже давно шло, и нам следовало хотя бы успеть к окончанию. Пока мы спускались в фойе, я поделился с ним впечатлениями от разговора с ректором. Он, похоже, был настроен оптимистично насчёт перспектив исцеления. Я же, напротив, после всего пережитого сомневался. Внизу нас поджидала вся моя группа во главе с ментором Фиджеральдом. Они направлялись к выходу во двор. — Принцесса и остальные? Куда они собрались? — спросил эльф. — Понятия не имею, — ответил я, прибавив шаг, чтобы догнать. Фиджеральд заметил меня сразу и недовольно фыркнул: — Наконец-то. Грейрат, не отставай. Фиттс пошёл следом, хоть и не был частью нашей группы. Я лишь боялся, что наставник снова примется его отчитывать, как в тот раз с Элинализ. Мы вышли во двор. Над нами высились тучи, скрывая солнце и превращая всё вокруг в бесцветную серость. На аккуратном газоне мы выстроились в шеренгу, ожидая указаний. — Сегодняшнее занятие пройдёт в несколько необычном формате, — заговорил ментор своим хрипловатым, носовым голосом. — Мы на практике разберём основы, которые обязан знать каждый маг. — Разве в первом семестре возможны практические занятия? — Поднял голос Клиф, будто знает побольше ментора. — А ты хочешь и дальше сидеть в классе и мяу-чать? — Раздражённо отозвалась Ринья, уши её угрожающе дёрнулись. — Лучше уж на воздухе, чем в душной комнатушке, — вставила Пурсена. — Вам лишь бы... — Клиф едва сдержал злость, и презрительно пробурчал. — Гримуар, замечание дельное, — вмешался Фиджеральд, — но чем раньше мы познакомимся с этим, тем проще вам будет в дальнейшем. Перепалка быстро стихла. Каждый понимал: практика куда полезнее сухой теории. Однако были ли мы готовы к тому, что задумал наставник? — Важнейшая часть колдовства — это анализ. В бою или в любой другой ситуации маг силён прежде всего умом, и лишь затем техникой. — Ментор неторопливо прошёл вдоль шеренги, заложив руки за спину. Его шаги замерли рядом с Фиттсом. Началось… — Отличным примером силы ума стал экзамен Рудиуса Грейрата. Даже несмотря на то, что мастер Фиттс полностью контролировал ситуацию, он сумел найти брешь и одним точным движением одержать победу. — Неожиданно для нас обоих, в голосе ментора прозвучала похвала. Эльф едва заметно порозовел, бросая на меня короткие, неловкие взгляды. И всё же Фиджеральд буравил его так пристально, будто ждал момента, чтобы сорваться, выместить злость и выставить вон. — Опять они, — раздражённо пробормотал Клиф. — Прошу вас выйти вперёд, — скомандовал ментор. Мы встали друг против друга. Почти как тогда, но на этот раз ближе. Его взгляд изменился: в нём не было ни опасной загадочности, ни холодной отстранённости. Наоборот — мягкость, дружелюбие… Даже тепло. Неужели нас и вправду заставят драться на потеху публике? — Фиттс, прошу продемонстрировать несколько заклинаний из вашей подборки. — Атакующих? — Уточнил он. — Да. Только постарайтесь никого не задеть. Вкладывайте меньше силы, чем в реальном бою. Фиттс выпрямился, его рука взметнулась вверх, и в воздухе перед глазами начали формироваться водяные шары. Сферы вращались всё быстрее, набирая стремительную скорость. Одного резкого движения хватило, чтобы они сорвались и ударили в дерево. Разлетелись щепки и брызги. — Чудесно. Можно было и послабее, — язвительно заметил преподаватель, но продолжил лекцию. — Обратите внимание на брюки мастера Фиттса. На ткани проступили тёмные влажные пятна. Его туфли тоже блестели от воды. — Каждый его выстрел, каждый взмах, каждое движение с водой разбрызгивает вокруг сотни крошечных капель. Чем дольше длится поединок, тем значимее становится эта уязвимость, — продолжил Фиджеральд. Толпа ахнула. Я же вспомнил тот миг, когда заметил, как лужица растекается к ногам Фиттса. — Господин Грейрат проявил смекалку и смог завершить бой одним-единственным движением, заточив сильного противника в оковы собственной силы. Ариэль, услышав это, чуть заметно поморщилась и отвернулась, сохраняя привычное молчание. — А что вы скажете насчёт Рудиуса? В чём его слабость? — Поинтересовался черноволосый проныра. Вот засранец. Изучает меня. Лишь бы потом драться не полез. Жалеть не стану! — Рудиус известен своими каменными выстрелами. «Ими он пронзил всякую тварь: хоть грифона, хоть дракона». Сильная техника, но и у неё есть слабые места, — ментор протянул руку. Шепча заклинание, он вызвал камень, по виду похожий на мой. Тот завис над ладонью, доступный каждому взгляду. — Плотность, скорость и, соответственно, сила снаряда зависят от длительности каста. Скороспелые выстрелы будут лететь медленно, позволяя легко уклоняться, а кроме того, они хрупки и разбиваются о малейшее препятствие. — Значит, нужно просто не давать ему времени на передышку, чтобы удерживать преимущество? — Оживился мелкий хитрец. — Верно. Осознанно или нет, но мастер Фиттс придерживался именно этой тактики. Эльф, как всегда, хранил молчание, но лицо его изменилось. Не то о магии думает, не то обо мне. За чёрными очками с такого расстояния невозможно уловить направление взгляда, однако губы были напряжены, будто сдерживали слова или эмоцию. — Теперь, зная все эти нюансы, проведите дуэль, — голос Фиджеральда прозвучал колокольным громом. Я вздрогнул. — Вы хотите сказать… — Вырвалось у меня, удивление прорвалось наружу. — Да. Я разрешаю использовать магию. Но постарайтесь избегать смертельных ран. Всё остальное я исцелить сумею. Фиттс сжал зубы, его плечи напряглись. Я же только и мог, что ошарашенно смотреть на него, ощущая на себе взгляды товарищей. Неужели мне предстоит снова сойтись с ним в бою..?