Эпизод 13. У нас есть печеньки

      — И куда мы идём? — поинтересовалась Циан в облике Бладрут.       — Пока сама не знаю, — честно ответила Твайлайт, не оборачиваясь и идя по дороге дальше. — Просто решила, что нам сегодня не помешает отдых.       — Понятно, — кивнула своим мыслям алая единорожка.       «Чтобы Твайлайт действовала без, хотя бы, минимального плана? Ты даже не стараешься», — уже поняла, что рядом с ней чейнджлинг, паладин.       Тем временем одна из мармеладных перевёртышей, принявшая облик ученицы принцессы, осматривалась, пытаясь найти какое-нибудь интересное заведение.       — «Жаренное сено»? — прочитала она первую попавшуюся вывеску.       — Сама удивлена, что здесь есть фаст-фуд, — решила подыграть Бладрут. — Могу понять, почему он есть в крупных городах, но не здесь.       — А что там обычно подают? — поинтересовалась «Твайлайт», почувствовавшая привлекательный запах, но потом опомнилась. — Я… постоянно сидела в замке и не ходила в такие заведения.       — Если кратко, то жаренные овощи и сено, — пояснила паладин и с ухмылкой спросила. — Заинтересовало?       — Да, — кратко ответила чейнджлинг, и сразу пошла ко входу.       — Ладно, теперь я не понимаю, чего она добивается, — высказала вслух своё недоумение действиями перевёртыша Циан и пошла следом.

***

      Флаттершай вышла из гостиницы и сделала глубокий вдох. Она была искренне рада, что её больше никто не преследует и она может спокойно вернуться домой, ни о чём не переживая. Она поправила накинутым на неё седельные сумки и направилась в сторону вокзала, чтобы взять билет на ближайший поезд в Рэйнбоу Фолс.       — Подожди! — окликнул её кто-то сзади.       Пегаска обернулась и увидела, как из гостиницы выходит Энжел. Флаттершай, которая, не смотря на спасение со стороны кремовой пегаски, не хотела ни во что ввязываться и забыть всё, как страшный сон, сорвалась с места.       Официантка снова окликнула её, но она даже не собиралась как-либо отвечать. Флаттершай хотела лишь бежать со всех ног, чтобы как можно быстрее оказаться в своём уютном доме.       Она не разбирала дороги. Она сама не знала, сколько уже бежала. Она просто хотела, чтобы всё закончилось. Из-за этого она не заметила, как протаранила своей головой дверь, распахнув её.       — Что Вы себе… — тут же возмутилась такому вторжению Рэрити, но замолчала, когда Флаттершай под собственный испуганный писк сбила несколько поникенов и замуровала себя в них. — С тобой всё в порядке, дорогуша?       Пегаска ничего не ответила, лишь простонав от боли в ногах. Единорожка тут же принялась её вытаскивать из-под завала.

***

      Светло-розовая пегаска с салатовой гривой стояла у опушки леса, хмуро смотря на дерево перед собой. Она напрягла ноги, после чего подскочила и обрушила все четыре копыта на ствол дерева. Она била по нему так сильно, как могла, но быстро выдохлась и села на траву, облокотившись об злополучное дерево.       Леттер, увидевшая это, усмехнулась, подлетела к ней и поставила внушительную посылку на землю.       — Спирит Блоссом? — уточнила почтальонша.       — Да, — поднялась светло-розовая пегаска.       — Вам посылка. Подпись или печать, — предоставила планшет с бланком Леттер.       — Наконец-то она пришла, — обрадовалась Спирит и пошла к посылке, но красная кобыла преградила ей путь.       — Подпись или печать, — напомнила почтальонша.       — Да, прости, — опомнилась светло-розовая кобыла и пошла к своим седельным сумкам, на которых было изображение её кьютимарки в виде букета цветов.       Достав оттуда печать, она сразу наложила её на бланк, а после вернула в сумку.       — Погоди, а как ты меня нашла? — поинтересовалась Спирит.       — В доме престарелых рассказали, где ты проводишь свои выходные, — фыркнула в ответ Леттер. — Ты сама только что поставила печать, которыми пользуются там.       — Ну-у-у, да… — поняла, что сглупила, светло-розовая пегаска и подошла к коробке.       Почтальонша уже начала уходить, когда салатовогривая пони достала из посылки щит.       — Ты ведь одна из квестеров? — внезапно спросила Спирит.       — Возможно, — не стала отрицать Леттер и резко обернулась.       Она перехватила копытокинезом брошенный в неё щит и воткнула его в землю, после чего поймала летящее ей в мордочку светло-розовое копыто. Спирит даже не успела понять, как оказалась спиной на земле, а прямо над её макушкой был воткнут щит.       — И что это было? — спросила почтальонша. — Хотя знаешь, можешь не отвечать. Ведь я тебя вспомнила.       Спирит вздрогнула, вспоминая, как уже дважды становилась монстром. Пусть она это знала со слов других, но ощущения всё равно были для неё неприятные.       — Ты та неудачница, которую обошла Рэйнбоу Дэш, — усмехнулась Леттер и пошла по своим делам.       — А ну стой! — поднялась Спирит.       — Ой, отстань. Тебя уже унизила Рэйнбоу. Тебе некуда падать ещё ниже, — даже не обернулась красная кобыла. — Не знаю, зачем тебе эта штука, но можешь её сразу на помойку выбросить. Разницы особой не будет.       В изумрудных глазах светло-розовое пони запылала ярость, но она не решилась снова напасть на квестера, понимая, что у неё нет шансов. Только когда Леттер пропала из её поля зрения, она смогла немного успокоиться. Она с трудом вытащила щит из земли и прижала его к груди.       — Я защищу их. Обязательно защищу, — сказала салатовогривая, и её глаза на мгновение засветились жёлтым. — А её заставлю проглотить свои слова.

***

      Пинки склонила голову, наблюдая за тем, как её сестра уже пять минут моет одну и ту же тарелку, уйдя в свои мысли. Вскоре ей это наскучило и она решила осторожно дотронуться до её плеча.       — Лаймстоун, — обратилась она к сестре.       — Я не слабая! — внезапно рявкнула синевато-серая кобыла, раскалывая тарелку копытокинезом.       — Я знаю, глупенькая, — улыбнулась ей в ответ Пинки.       — Я… я заплачу, — поняла, что сделала, шахтёрша, и отложила остатки тарелки. — Прости, Пинки, но сегодня я не состоянии тебе помочь.       — У-у-у, опять эти ваши тайные дела, да? — поинтересовалась вечериночная пони, приблизив свою мордочку к мордочке сестры, из-за чего той пришлось отклонить голову назад.       — Можно… и так сказать, — отошла подальше шахтёрша и пошла на выход. — Я… не знаю когда вернусь.       — Буду ждать, — помахала ей в спину Пинки. — Только не грусти, если что-то не получится.       «Дискорд уже признал силы Леттер, Рэрити и Энжел. С другой стороны, Энжел, Рэрити и Тиалав уже победили по одной «мармеладке»… дурацкое название, но пусть будет. Да та же Рэрити, по словам Леттер, разобралась с Найтмер Мун. Дважды, если учитывать день солнцестояния. А что я? Чего добилась за это время я?» — подумала Лаймстоун, сильнее хмурясь.       И после этого вспомнила бой с последнийимармеладным чейнджлингом.       «Я докажу, что могу справиться с таким сама. Дискорд, вроде как, не только за хаос, но и за удачу отвечает. Вот и погуляю по Понивиллю. Обязательно наткнусь на очередное чудище. Только надо, чтобы это был именно чейнджлинг, а не пони… И точно не Эпплы».       Приняв решение, она вышла из «Сахарного уголка».

***

      — Это ужасно, дорогуша, — выслушав историю, посочувствовала Рэрити.       — Я… знаю, — тихо ответила Флаттершай, чувствуя небольшое облегчение от того, что смогла выговориться. — Хорошо, что закончилось.       — Квестеры? — отвела взгляд единорожка, и чтобы, скрыть это, начала наполнять свою чашку чаем.       — Откуда ты знаешь? — удивилась жёлтая пегаска, напрягшись.       — Не подумай ничего такого. Просто в Понивилле почти каждый день происходит что-то с их участием. Борьба с монстрами и чейнджлингами в том числе, — объяснила модельерша, и это успокоило жёлтую пегаску. — Но почему ты сегодня от кого-то бежала?       — Меня нашла одна из квестеров. Я… не хотела больше участвовать в чём-то подобном, поэтому… убежала, — устыдилась Флаттершай.       — Но ты ведь не знала, что конкретно она от тебя хотела, верно? — решила уточнить Рэрити.       «Не удивлюсь, если это просто Леттер пыталась передать ей письмо. С другой стороны, тогда бы она добилась своего, а не дала Флаттершай убежать. Может Тиалав? Она, вроде, называла её имя, пусть и неправильно. Но ей что могло от неё понадобиться?» — параллельно размышляла единорожка.       Из размышлений её вывел стон жёлтой пегаски. Она схватилась за голову и едва не упала со стула. Модельерша в последний момент успела подхватить её телекинезом.       — О Селестия, у тебя жар! — воскликнула, проверив температуру собеседницы, Рэрити. — Но ведь… всё же было нормально.       Выбросив лишние мысли, единорожка поспешила уложить заболевшую в постель в своей комнате.

***

      Рэрити, надевшая солнцезащитные очки, вышла из призрачного прохода прямо напротив чайной. Не желая терять время, она сразу подбежала к двери и вошла внутрь.       — Энжел! — сразу позвала единорожка.       — Да, что такое? — сразу забеспокоилась официантка, оталекаясь от клиента.       — Мне нужен тот чай, что ты делала для Леттер, срочно, — объяснила модельерша и побежала обратно к выходу. — Жду у себя.       — Эм… — бросила взгляд на Тиалав Энжел.       — Поторопись. Только не забудь потом про оплату. Там явно что-то серьёзное, — не стала препятствовать владелица чайной.       Официантка кивнула и побежала на кухню. Леттер, сидевшая напротив Тиалав, пожала плечами и вернулась к своему напитку.       — Странно, что так быстро разобралась с тем, к чему у тебя талант, — прокомментировала почтальонша.       — Она просто подходит к этому с более практичной стороны, чем я. Для неё чай — это средство, а для меня — искусство, — с улыбкой ответила владелица чайной.       — Ну, тут спорить не буду. Твой чай действительно почти идеален, — согласилась Леттер. — Пару лет практики и всё.       — Нет предела совершенству, — не согласилась Тиалав.       — Правильный подход, — кивнула красная кобыла и допила чай.       — Так для чего ты пришла? Ты ведь не просто проходила мимо, — перешла к делу зелёная пони.       — Письмо для Блюберри, — вытащила конверт из сумки почтальонша.       — Правда? — удивилась владелица чайной и склонила голову. — А причём здесь я?       — Не притворяйся дурой. Зачем кому-то отправлять письмо чейнджлингу? У них явно есть свои методы, чтобы общаться друг с другом на больших расстояниях, — пояснила Леттер, положив письмо на прилавок. — И да, я знаю, что она жук.       — Мы от тебя это не скрывали, — ответила Тиалав, забирая конверт.       В этот момент мимо них пробежала Энжел, держащая зубами за ручку чайник. Блюберри проводила её удивлённым взглядом, а затем подошла к прилавку.       — Вот оплата с третьего столика, — сообщила чейнджлинг, передавая монеты.       — Хорошо, — кивнула ей земная пони. — Есть предположения, кто мог написать тебе письмо?       — Письмо? — удивилась замаскированная перевёртыш, забирая конверт и читая своё собственное имя, выведенное на нём. — Почерк знакомый… У меня осталось несколько знакомых в Улье. Они вполне могли отправить мне что-нибудь. Но скорее всего передали бы лично.       — А ведь возле почты крутились чейнджлинги Кризалис, — вспомнила, как впервые в Понивилле встретилась с сестрой, Леттер. — Может ещё тогда хотели подложить письмо? Просто оно у нас не числится и, поэтому, мне твоя подпись не нужна.       — А не проще было напрямую сказать? — не понимала Тиалав.       — Не проще, — покачала головой Блюберри. — Там… свои сложности. Я бы… наверное сама поступила так же, если бы хотела передать сообщение.       — Ну, раз разобрались, то я пойду. Работа не ждёт, — потеряла интерес к этой теме Леттер, предположив, что там в письме что-нибудь из разряда «Как дела? Как живёшь? А у нас всё нормально…».       — Она… странная, — не могла не высказаться Блюберри.       — Не ты одна так думаешь, — ответила Тиалав, не понимая, почему почтальонша внезапно потеряла интерес к теме, которую сама же подняла. — Если надо, можешь уйти наверх, чтобы прочитать. Я всё-таки не чейнджлинг, некоторые ваши тайные мне лучше не знать.       — Лучше для кого? — уточнила Блюберри, испытывая фантомную боль от воспоминаний о том, как она сражалась в искажённом виде с ней.       — А какая разница? — улыбнулась на это земная пони. — Только не засиживайся.       Вздохнув, чейнджлинг побрела к проходу на кухню, откуда можно было попасть в задний коридор, у конца которого находила лестница наверх.       Усевшись на диван на втором этаже, она магией срезала край конверта и достала письмо. Тем же почерком, что и её имя на конверте, была написано лишь несколько слов.       «Полдень. Кантерлотская 33. Главный зал».       Блюберри не понимала, что это могло значить, и это её сильно напугало. Но ещё сильнее её напрягла подпись внизу, не смотря на то, что, вроде как, она знала эту пони.       — «Куки Крамбл», — прочитала подпись чейнджлинг.

***

      Рэрити положила на лоб Флаттершай мокрое полотенце после того, как дала отпить чай. Но та продолжила что-то бормотать, судорожно дёргая головой.       — Не помогает, — напряглась единорожка. — А Леттер стало лучше практически сразу.       — Нашла, с кем сравнивать. Я вообще всё ещё удивлена, что её могла ослабить так обычная простуда, — хмурясь, ответила Энжел, но затем продолжила спокойнее, взглянув на муки жёлтой пегаски. — Возможно, здесь понадобится помощь Тиалав. Моих навыков может не хватить. Как бы мне того не хотелось…       — Ох, надо было сразу обращаться в больницу, — приложила копыто к голове модельерша, поняв, что сглупила.       — Как бы она не убежала, — вяло возразила официантка. — Снова.       — Снова? — зацепилась за слово Рэрити, уже надевшая зелёные солнцезащитные очки. — Так это ты её сегодня напугала?       — Я не специально, — тут же, сев на пол, подняла передние копыта Энжел. — Я просто попросила её подождать меня, и она сразу умчалась непонятно куда.       — Зачем? — уточнила единорожка, прекрасно зная от самой Флаттершай, что она никому не рассказывала свою историю до неё.       — Сама знаешь, из-за кого, — не стала называть имя кремовая пегаска.       — А он как с ней связан? — спросила модельерша, хотя уже знала о шестых солнцезащитных очках.       — Это я и хотела у неё узнать, — ответила официантка. — В самый первый день, когда я только познакомилась с ним, в его камере был плакат с Флаттершай.       — Плакат? — удивилась Рэрити и сняла очки. — Похоже, нам обеим есть, что рассказать.

***

      Кантерлотская улица Понивилля была частью так называемого «богатого района» городка, где стояли небольшие особняки аристократов. Но тридцать третий дом отличался от остальных своей заброшенностью. Никто уже не помнил, кому этот дом принадлежит, но никто не спешил его скупать. Особенно в последнее время его начали не просто не замечать, откровенно избегать даже упоминания. Ведь по слухам там могли прятаться от квестеров монстры.       Блюберри стояла перед входом в особняк, нерешительно перебирая ногами. Она неуверенно посмотрела на Тиалав, и та мягко улыбнулась, подбадривая.       Выдохнув, чейнджлинг открыла дверь, и они зашли в здание. Помещение, в которое они попали, было пугающе пустым. Только свежие отпечатки копыт на пыльном полу говорили о том, что здесь кто-то есть.       — Она явно не одна, — сказала земная пони, увидев две дорожки из следов.       — Кажется, я начинаю догадываться, почему, — ответила на это Блюберри и пошла по следам.       Явно намеренно оставленные следы привели их к двухстворчатый дверям, явно ведущим в большое помещение. Кивнув друг другу, две кобылы схватили копытокинезом по одной ручке и потянули двери на себя.       За ними их встретил большой зал с высоким потолком. Пусть большие окна были заколочены, но вокруг стояло множество столов, накрытых скатертями. Прямо напротив двери, посреди комнаты, где было наибольшее расстояние между столами, стояла Куки, что улыбнулась им. А позади неё приветливо помахал передней лапой мармеладный чейнджлинг, что был уже в своей броне.       — Приветвую, Тиалав, Блюберри, — слегка поклонившись, сказала единорожка, после чего обратилась к перевёртышу. — Вижу, ты решила пригласить гостью.       — Как её работодатель, я несу за неё ответственность, — вышла вперёд земная пони. — Так что, если тебе не понравилось её обслуживание, то могла сказать мне об этом напрямую.       — Ни в коем случае. Твоя чайная — лучшее заведение в Эквестрии, что мне попадалось, — искренне восхитилась Куки, а после усмехнулась. — Впрочем, все наши соплеменники могли бы с этим согласиться. Верно, Блюберри.       — Ты… чейнджлинг, — поняла синяя кобыла, делая шаг назад.       Куки Крамбл окутало изумрудное пламя, и она предстала перед всеми в своём истинном облике. Шерсть сменилась хитином того же светло-коричневого оттенка. Шоколадного цвета грива и хвост так же остались при ней, пусть теперь и состояли из непонятной полупрозрачной мембраны, а не из волос. Появившиеся надкрылья и сами крылья так же были цвета шоколада. В её жёлтых глазах без зрачка Блюберри смогла увидеть своё испуганное отражение. Куки демонстративно вытянула в сторону переднюю ногу, демонстрируя отсутствие дыр в ней.       — Красиво, — оценила Тиалав. — Тебе идёт даже больше, чем маскировка. Красишься?       — Она заражённая! — воскликнула Блюберри, делая несколько шагов назад.       — Кризалис всё ещё рассказывает вам эту сказочку? — полюбопытствовала Куки, ставя копыто обратно. — Нет, малышка, это не болезнь. Это эволюция. Следующая ступень развития нашего вида. Только… весьма труднодоступная. Требует особых качеств. И, к сожалению, вообще не заразна… в прямом понимании слова.       — И чем это… лучше? — с явным испугом спросила синяя кобыла.       — Ну, если брать только практическую сторону, то почти полное отсутствие голода. Как если бы ты почти всегда могла наслаждаться чаем Тиалав, — ответила Куки, а после обратилась к земной пони. — А тебе хоть немного интересно?       — Явно было бы интереснее, если бы я знала все нюансы вашей внутренней кухни, — ответила владелица чайной.       — Что же, тогда перейдём к той части, где я показываю Блюберри, какой силы может добиться обычный чейнджлинг, — рассудила Куки Крамбл, а затем обратилась к своему подопечному. — А ты иди поиграй. Ты явно уже заскучал.       — Ура! — обрадовался мармеладный перевёртыш и побежал к боковой стене зала.       Там он сел за стол и достал пачку чипсов, явно предвкушая представление.       — Ну раз так хочешь, — спокойно отнеслась к его решению Куки и, словно по волшебству, у неё на копыте появилось печенье с шоколадной крошкой, которое она сразу же откусила.       Уже надевшая очки Тиалав увидела, как над Куки появился призрачный проход, который сразу распахнулся. Из портала на неё упал большой кусок теста для печенья, от которого сразу повалил пар, а сверху начала падать крупные куски шоколада.       Стоило большому печенью испечься, как оно взорвалось изнутри, показывая новый облик чейнджлинга. Куки выглядела почти так же, как её мармеладный подопечный, но её строение тело всё ещё было кобыльим, а вместо мармеладных пластин брони были пластины из печенья, из которых едва торчали кусочки шоколада. Основная хитиновая защита перевёртыша снова была чёрного цвета.       Значительное отличие было только в лицевой пластине. Кроме самого материала, из которого она была сделана, у неё так же отличались глаза. Вместо вытянутых в сторону висков треугольных фиолетовых кристаллов были кристаллы жёлтого цвета в виде полукругов. При этом они повёрнуты основаниями к её лбу, но под наклоном, словно Куки постоянно хмурилась. И последней деталью было то, что несколько шоколадных крошек под глазами чейнджлинга растаяло, из-за чего печенье в том месте приобрело более тёмный оттенок. Эти тёмные участки выглядели как дорожки от слёз.       — А, кстати, Блюберри, — сказала, как ни в чём не бывало, Куки. — У нас теперь есть «печеньки».

***

      Леттер, доставив очередное письмо, беззаботно шла по улице. Но затем она резко остановилась, повернулась и поймала копытом небольшой камушек, что летел ей в висок.       — Опять ты, — ничуть не удивилась красная пегаска.       — Я не могу просто так оставить это оскорбление, — ответила ей Спирит Блоссом, привязавшая щит к правой передней ноге. — Теперь я ни за что не успокоюсь, пока не заставлю глотать грязь.       Её глаза засветились жёлтым, и её на секунду скрыл жёлтый туман. Когда туман рассеялся монстр с янтарной чешуёй и багровыми гривой и хвостом предстал перед почтальоншей.       — Ну, я не против поиграть, — усмехнулась Леттер, бросив камушек чудищу в лоб.       Искажённая пони не обратила на это внимания, сверля пегаску своими жёлтыми кристаллами, что были на месте глаз.       — Должен… защитить, — хотел куда-то уйти монстр, но затем сразу замер на месте. — Нет, тварь, в третий раз я не позволю себя использовать.       Жёлтые кристаллы резко покрылись трещинами и разбились, освобождая изумрудные глаза Спирит, в которых пылал гнев.       Леттер присвистнула, не ожидав такого поворота.       — Не знала, что так можно. Хвалю, — понравилась эта демонстрация духа красной кобыле. — Теперь я вижу, что ты не такая неудачница.       — Так легко ты от меня не отвяжешься, — пригрозила Спирит. — Я всё ещё собираюсь выбить тебе все зубы.       — Знаешь, ты смогла меня заинтересовать, — ухмыльнулась почтальонша, надевая солнцезащитные очки.       — «Квестер Метал! Да начнётся резня!» — Леттер призвала броню, а следом злобно рассмеялась, отбрасывая седельные сумки в сторону.       Она перекатилась в сторону, избегая копыт Спирит, и замахнулась крылом по её крупу. Но та успела развернуться и отразить удар щитом.       — Аргх, — простонала с досадой почтальонша. — Противники, играющие от обороны — самые противные. Но ничего, и не таких побеждала.       — Хватит бахвалиться, наглая кляча? — рассвирепела Спирит, взмахивая передней ногой с щитом.       Перед Леттер появилась полупрозрачная проекция её же крыла, что ударила её по мордочке. Квестер, не ожидавшая этого, кубарем покатилась по дороге.       — Ты сейчас отразила в меня мой же удар? — поднявшись на ноги, уточнила у не менее удивлённой искажённой пони Метал.       — Да? — была сама не уверена Спирит, а затем, осознав перспективы, хищно оскалилась. — Что теперь скажешь?       — Раз у тебя не просто толстая шкура, а есть ещё хоть что-то, то уже намного интереснее, — усмехнулась Леттер.

***

      — Вот значит как, — задумалась Рэрити, мельком взглянув на жёлтую пегаску. — Думаешь, Флаттершай что-то значит для… него?       — Абсолютно уверена, — кивнула Энжел. — Как бы он нас не бесил, он ничего не делал просто так. И такое особое отношение к ней неспроста. Он даже дал ей очки, не сделав квестером, как нас. Заметь, сам дал, а не, как говорил про нас, что очки её выбрали.       — Я всё это помню, — заверила единорожка. — Просто… что в ней такого особенного?       — Похоже, что это знает только он сам и тот, возможно, тот монстр, — предположила кремовая пегаска, а затем вздрогнула. — Монстр, копирующий его… Звучит жутко, если честно.       В этот момент Флаттершай застонала и начала метаться во сне. Рэрити и Энжел тут же поскочили к ней, пытаясь разбудить и успокоить.       — Где… я? — тихо прошептала Флаттергшай, приоткрыв глаза, а затем повернула голову к официантке. — Мама?       Кремовая пегаска уже хотела возразить, но белая единорожка закрыла ей рот телекинезом. Сурово взглянув на неё, модельерша подошла к ней.       — Ты её уже напугала сегодня. Просто подыграй, — прошептала ей Рэрити.       — И как ты себе это представляешь? — тихо возмутилась Энжел, но взяла чашку с лечебным чаем. — Выпей, тебе должно стать легче.       — Хоро… — вытащив передние ноги из-под одеяла и потянувшись к чашке, начала отвечать Флаттершай, но из-за испуга замолчала.       Стоило официантке наклониться к больной, как та смогла сквозь расплывающуюся перед глазами картинку разглядеть мордочку Энжел. Флаттершай закричала, оглушив остальных пони, и заехала копытом по щеке кремовой кобылы, сбив её с ног. Чашка упала на пол, пролив содержимое.       — Да я тебе сейчас…! — разозлилась официантка, у которой остался на щеке след от пощёчины, но перед ней выскочила Рэрити, обхватив её тело передними ногами.       — Успокойся, она не хотела, — попыталась достучаться до неё единорожка.       В этот момент перед из мордочками появились их солнцезащитные очки. Флаттершай с недоумением посмотрела на то, как двух кобыл раскидало в разные стороны и они словно прошли сквозь стены, исчезнув.       — Я, пожалуй, ещё полежу, — решив, что у неё глюки, легла обратно в кровать жёлтая пегаска.

***

      Энжел и Рэрити появились в своих новых доспехах на улице. Поднявшись, они сразу заметили сражающихся Леттер и Спирит.       — Эх, помощь нужна? — вздохнув, сразу поинтересовалась кремовая пегаска.       — Нет. Хочу сама расколоть этот орешек, — бодро ответила ей Метал, уклоняясь от удара щитом и проводя когтями по боку противницы, что лишь распалило ту.       — Странно, а где чейнджлинги, и что с его глазами? — поинтересовалась официантка, указав на монстра.       — Забавная ситуация, но сейчас мне немного не до этого, — ответила почтальонша, наворачивая круги вокруг искажённой пони, чтобы запутать ту. — Свободны.       — Пошли. Нельзя оставлять Флаттершай одну, — напомнила Рэрити и прыгнула обратно в призрачный проход.       Пробубнив под нос ругательства, Энжел побежала за ней.       Наблюдавшая за этим со стороны никем не замеченная Лаймстоун дальше пошла бродить по городку.       — Раз ей не нужна помощь, то кто я такая, чтобы навязываться, — фыркнула от недовольства земная пони.

***

      — Так вот какого это, — прислушалась к своим ощущениям Куки, рассматривая переднюю конечность, копыто на которой сменилось когтистой лапой. — Необычные ощущения.       — Ты сама превратила себя… в это? — ужаснулась Блюберри. — Но разве тогда ты не должна, ну…       — Стать агрессивнее? — подсказала Куки, сопровождая ответ активной жестикуляцией. — Нет, малышка, благодаря экспериментам над всеми вами, я смогла уменьшить влияние пони-донора на характер носителя. К тому же, в моём случае донором была не Леттер с её причудами. Так что я осталась самой собой. Но спасибо за беспокойство. Я это ценю.       — Вижу, ты уже активно пользуешься когтями, — напомнила о себе Тиалав.       — Я бы предпочла полноценные пальцы, но не судьба, — ответила светло-коричневая чейнджлинг, перебирая когтями по полу. — Не могла бы ты превратиться в квестера, пожалуйста. А это вся демонстрация потеряет свой смысл.       — Я так и не поняла, зачем тебе всё это, — чуть ли не прямо потребовала ответы земная пони, продолжая мило улыбаться.       — Объясню сразу, как проведём краш-тест, — заверила Куки.       — Раз ты так настаиваешь, — смирилась с неизбежным владелица чайной и провела копытом по синим очкам.       — «Квестер Ватер!» — раздался голос Дискорда, и на Тиалав появилась синяя броня.       — Отлично. Только сражайся всерьёз. Словно хочешь убить меня, — попросила Куки и бросилась в атаку.       Квестер заблокировала удар когтями, закрывшись крылом, но почти сразу искажённая кобыла выпустила из рога пулю из печенья, что попала в грудь земной пони, расколовшись при столкновении.       Импульс от попадания отбросил удивлённую Ватер назад, повалив спиной на пол. Зелёная пони поднялась и обнаружила на своём нагруднике небольшую вмятину от попадания снаряда. Она расправила крыло и взглянула на её внешнюю часть. На перьях были едва заметные полосы от когтей.       «Доспех же должен был сразу восстановиться за счёт моих запасов магии, разве нет?» — впечатлилась Тиалав.       Новый выстрел едва снова не сбил её с ног, но земная пони смогла устоять. Пока она восстанавливала равновесие, Куки подбежала к ней с попала сжатой когтистой лапой ей в мордочку. Квестер отступила на пару шагов назад и словила ещё одну пулю.       Упав, она проскользила по мраморному полу несколько метров. Ватер резко перекатилась в сторону и очередной снаряд разбился об пол, оставив на нём трещины. Наклонившись и спрятавшись за столиками, Тиалав начала идти вдоль ряда.       — Решила спрятаться? — поинтересовалась Куки, чем голос пронёсся по всему залу. — Ну зачем же так, мы же только начали.       Чейнджлинг свернула с главной дорожки, тоже начав идти вдоль столов. Тиалав, наклонившая голову максимально низко, видела её копыта из-под скатертей.       Перевёртышь остановилась на пол пути и, приподняв скатерть и опустив голову, посмотрела прямо на квестер, пусть и могла увидеть только её накопытник и часть шлема. Не став ничего говорить, она просто выстрелила в противницу. Пуля из печенья пролетела через несколько рядов столов, оставив в скатертях дыры, и попала прямо в лоб Тиалав. Та, вскрикнув от боли, упала на бок.       Земная пони быстро вскочила на ноги и побежала дальше вдоль ряда, намереваясь воспользоваться призрачным проходом. Куки тут же подняла голову и побежала параллельно ей, расстреливая пулями из печенья. Квестер высоко подпрыгнула, избегая одного из снарядов, а затем выстрелила под себя водой, благодаря которой быстро поскользила по полу.       — Я же ещё могу так, — напомнила Куки и, на ходу схватив массивный стол за ножку, и швырнула предмет мебели.       Ватер затормозила себя, приморозив свои копыта к полу, но прямо сквозь летящий в её сторону стол пролетела пуля, выбившая из стола щепки и попавшая в неё. Устоять на месте она смогла только из-за льда на ногах. С грохотом стол упал перед пони, перекрывая ей дорогу к порталу и ломая другие столы.       — Знаешь, теперь я намного лучше понимаю Леттер, — с задором сказала Куки. — Это волнение, этот адреналин… к этому действительно можно пристраститься.       Чейнджлинг выстрелила сразу три пули, от которых Тиалав не успела увернуться. Даже лёд не выдержал, и земная пони рухнула на пол.       — Теперь попробуем кое-что другое, — сказала перевёртышь, отрывая от передней ноги пластину из печенья и бросая её в сторону зелёной пони.       Ватер успела отскочить в сторону прежде, чем пластина упала и взорвалась, выстрелив во все стороны крупными шоколадными крошками. Квестер выпустила в противницу потоком воды, пока та прикрывалась крылом от взрыва.       Броня из печенья на её крыле выстрела собой во все стороны, своими осколками сбивая траекторию водяного снаряда. До самой Куки долетело лишь несколько капель.       Опустив крыло, чейнджлинг сразу швырнула в Ватер новую пластину. Та прилетела прямо в мордочку кобыле и взрыв больно ударил по её глазам и ушам, сбив с ног.       — Ну что же ты, Тиалав? — усмехнулась Куки, подлетев ближе к противнице и вальяжно разлёгшись на столе. — Мы ведь даже толком не начали.       Не давая владелице чайной возможности убежать, перевёртыш снова уронила её на пол, выстрелив по ноге.       — Неужели это всё, что ты можешь предложить? — поинтересовалась чейнджлинг, слезая со стола и подходя к квестер.       Куки схватила Тиалав за плечо и помогла ей подняться. Но только для того, чтобы сразу ударить её крылом по шее. Чейнджлинг собиралась использовать апперкот, но падающая пони схватилась передними копытами за её лапу, тем самым остановив удар.       — А ведь это далеко не весь мой арсенал, — напомнила Куки. — Мои помощники нашли много вариантов. Может мне попробовать чипсы? Или зефир? Может посмотреть, что будет, если я съем мармелад? Или не мелочиться и показать, на что способен целый торт?       Земная пони попыталась отойти, но чейнджлинг пошла за ней и прижала спиной к столу, после чего выстрелила в заднюю ногу противницы. Кобыла рухнула на пол, а перевёртыш навалилась на неё сверху. Оттолкнувшись задней ногой от стола, тем самым сдвинув и его, Куки поскользила вместе с Тиалав по влажному полу, параллельно стреляя в неё.       Остановившись снова в средней части зала, чейнджлинг прижала задней ногой крыло квестер к полу и со всей силы ударила её в бок. Под громкий хруст крыло оторвалось, и кобыла покатилась по полу.       — Это было вообще не серьёзно, — поднялась на ноги Куки, бросая синее крыло в сторону Тиалав. — И как мне доказать успех моих экспериментов, если ты толком не сопротивляешься?       Не смотря на то, что её броня была покрыта вмятинами от попадания пуль и отсутствие крыла, земная пони относительно легко встала.       — Я… не могу биться с тобой в полную силу, — с хрипотцой, но явной улыбкой ответила владелица чайной. — Ты, наверное, забыла, что я не Леттер, и мне драки не сильно нравятся.       — Точно, пони, в основном, миролюбивы, и им нужна определённая причина, чтобы довести их до применения насилия, — вспомнила Куки. — Что же, раз тебе нужна причина, чтобы воспринимать меня всерьёз, то я тебе её предоставлю. Понимаешь, я ведь делаю всё это не просто так. Верно, Блюберри.       — Ты хочешь отомстить королеве Кризалис, Мирмелеон? — предположила замаскированная чейнджлинг.       — Мирмелеон? О, нет, нет, нет. Я к этой особе не имею никакого отношения, — покачала головой светло-коричневая кобыла. — Я покинула Улей задолго до её «звёздного часа». Но мы слегка отвлеклись. Пусть я и не столь «знаменита», так как догадалась уйти тихо, но цель у меня та же. Я хочу убить Кризалис. Желательно лично.       — Убить? — не поверила своим ушам Блюберри.       — Очень… амбициозная цель, — прокомментировала Тиалав, параллельно изучая изменившуюся после боя обстановку.       — Верно. И как и любая цель подобного масштаба, она требует жертв, — ответила Куки, начав рассаживать из стороны в сторону и демонстративно считая на когтях. — Один, два, три… Точно, был ещё этот… Девять. Да, за всё время их было девять. Девять невинных чейнджлингов, на которых я проводила экспериметы.       — Ты убила девятерых ради этого? — села там, где стояла, Блюберри.       — Я потратила пятнадцать лет на исследования, чтобы получить эту силу, — сжала когтистую лапу Куки. — Я перепробовала множество методов, как добиться того, чтобы не просто убить королеву, а лишить чейнджлингов необходимости в ней… Ладно, вру, про эволюцию я знала ещё в самом начале своего пути, так что искала лишь силы для мести. Я не забуду вклада, что внесла эта девятка в моё дело.       — Ты правда пошла на это? — тихо, с едва заметной надеждой, что это ложь, спросила Тиалав.       — Что, так трудно поверить, что твоя хорошая знакомая на самом деле монстр? — с грустной усмешкой спросила у владелицы чайной Куки, а затем снова повернула голову к её работнице. — Блюберри, а ты ведь не первая, кто носит это имя и образ, верно?       — Т-ты… Откуда ты… — непроизвольно пошли слёзы у синей кобылы, а затем ей пришло осознание, и она схватилась копытом за сердце.       — Блюберри? — обернулась к ней напрягшаяся Тиалав.       — Это из-за тебя пропала моя наставница, — поняла замаскированная чейнджлинг, уставившись в пол.       — «Пропала», это слишком громко сказано. Ведь я прекрасно знаю, где она, — ответила Куки и обратилась к своему подручному. — Забери её. Она, как и все остальные побеждённые, мне ещё понадобятся.       Тиалав почти сразу получила удар в бок от мармеладного перевёртыша, и упала на пол. Тот с безумным смехом повернулся к Блюберри и, приплясывая, пошёл к ней.       — Скоро мы снова будет братом и сестрой, — чуть ли не пел чейнджлинг.       Оторванное синее крыло воткнулось в пол прямо перед его носом, и он машинально отпрыгнул назад. Тиалав выпустила во все стороны туман, снижая видимость, схватила Блюберри телекинезом и утащила за собой в призрачный проход.       Куки догадалась сильно взмахнуть крыльями и развеять туман, но для неё было уже поздно. Поняв, что они сбежали, чейнджлинг вздохнула.       Пластины из печенья и чёрный хитиновый доспех осыпались с неё. Она подняла переднюю ногу и убедилась, что она вернула себе светло-коричневый цвет, после чего вернула себе облик единорожки.       — Они определённо вернутся, — натянуто усмехнулась Куки.

***

      — Есть прогресс? — вышла из портала Энжел.       — Пока не особо, — честно ответила Леттер. — Но есть пара идей.       — Которые я не дам реализовать, — заявила Спирит и ударила себя по груди щитом.       Рядом с ней появилась её полупрозрачная копия, что сразу атаковала Метал. Квестер едва увернулась от удара и крылом разрезала копию. Та тут же растворилась в воздухе, но искажённая пони к тому моменту создала ещё четверых.       — А теперь помощь нужна? — спросила кремовая пегаска.       — Пф-ф-ф, всего лишь очередной трюк, — фыркнула почтальонша. — Справлюсь.       — Ну ладно, — ответила официантка и ушла через призрачный проход обратно в бутик.

***

      Тиалав и Блюберри вывалились из портала прямо посреди чайной, напугав немногочисленных посетителей. Замаскированные чейнджлинги тут же засуетились. Часть из них увела напуганных клиентов-пони, чтобы не мешались, а другая бросилась помогать пострадавшим.       Одна из них, изображавшая саму Тиалав, пока та отсутствовала, помогла владелице чайной подняться с пола.       — Спасибо, — поблагодарила земная пони, с которой пропала покорёженная броня. — Только… смени маскировку, пожалуйста.       — Да, конечно, — кивнула перевёртыш и превратилась в сиреневую пегаску. — Что-то ещё?       — Нет. Я лучше сама приготовлю чай. Просто… успокойте Блюберри, — попросила Тиалав, видя разбитое состояние своей подопечной, возле которой возилась пара других чейнджлингов, и ушла на кухню.       Вернувшись с чайником, зелёная кобыла села за столик, за который усадили Блюберри и налила чай в приготовленные чашки.       — Выпей и поговорим, — с мягкой улыбкой сказала Тиалав.       Блюберри выдохнула, но отпила из чашки. Троица чейнджлингов, что до этого помогла им, села за столик в другом конце чайной, чтобы не подслушивать разговор, но быть наготове, в случае чего.       — Что ты хочешь знать? — уставившись в стол, спросила синяя кобыла.       — Кого ты имела ввиду под наставницей? — захотела всё выяснить Тиалав.       — У нас, чейнджлингов, нет привычных семей, как у других разумных. Королева — мать для всех нас, — начала рассказывать Блюберри. — Но нас должны обучать, а сама королева не может всем заниматься лично. Этим занимаются наставники — чейнджлинги более старых поколений… И для меня моя наставница стала как настоящая мать… за что королева нас и выгнала сюда, но затем… Она просто пропала. Мне не успели к тому времени проработать легенду для Понивилля и я взяла роль, что уже подобрали ей.       — Понятно, но… почему ты так упорно избегаешь имён? Я и раньше это замечала, но не хотела давить на тебя, — спросила Тиалав, чтобы немного увести разговор в другую тему.       — Королева лишает нас наших прежних имён при изгнании, — ответила Блюберри. — Так что, фактически, ни у кого из нас нет имён, кроме тех, что мы используем при маскировке. Есть, конечно, Кевин, но это имя он придумал себе сам, и Мирмелеон. Её королева не успела лишить имени, так как она сбежала.       — И, теперь, Куки, хотя это явно не её настоящее имя, — дополнила Тиалав.       — Вообще, обдумав всё произошедшее, я поняла, что это её настоящее имя, — ответила неожиданно Блюберри. — Все чейнджлинги связаны между собой ментально… ну, до изгнания. Мы используем остатки этой связи, чтобы определять друг друга среди пони. Имена имеют свой отпечаток в ментальном облике и… мы определяем друг друга по его отсутсвию. Именно поэтому я ни в чём не заподозрила Куки. Она сделала это имя действительно своим, а не просто как часть маскировки… Спасибо, что пытаешься отвлечь меня, но… Я не могу не думать о ней.       — Ну, по крайней мере, тебе лучше, — улыбнулась ей земная пони.       — Ты… ты ведь можешь ей отомстить вместо меня? — спросила синяя кобыла, подняв мордочку.       — Месть — не выход, но… я не могу просто оставить её. Не после того, в чём она призналась, — отведя взгляд, ответила владелица чайной.       — Но она убила её! Их! — поправила сама себя Блюберри.       — Мы тут случайно услышали что-то про убийство, — напомнил о себе один из троицы перевёртышей, за что получил подзатыльник от другой. — Что?       — Куки Крамбл убила мою наставницу! — яростно выкрикнула Блюберри, ударив копытами по столу.       — Это невозможно, — вскочила со своего места третья чейнджлинг. — Ведь… ой.       — Что ты знаешь? — схватила её за плечи подбежавшая к ней синяя кобыла.       Та с вопросом повернула голову к своим товарищам.       — Ты уже проговорилась, — рассудила сиреневая пегаска. — Ты ведь знаешь про заражённых? Таких цветных чейнджлингах?       — Да, знаю, — повернулась к ней Блюберри. — Королева не за долго до моего изгнания, начала часто пугать ими.       — Было несколько случаев заражения. Со дня основания нашей общины три года назад их было всего три, но ещё до этого было несколько, ведь именно с таких королева начала изгонять из Улья, — начала пояснять перевёртыш.       — Когда был первый случай? — тут же встрепенулась Тиалав.       — Лет десять, может пятнадцать, назад, — подумав, ответил жеребец, взглянув на сиреневую пегаску, а та согласно кивнула.       — Мы не знаем, что случилось с более ранними разажёнными, но тех, кто стал таким уже в Понивилле, мы посадили под карантин, — ответила другая кобыла, высвобождаясь из хватки Блюберри. — В том числе, твою наставницу. Я буквально вчера дежурила у её кокона. Мы их ещё специально держим отдельно друг от друга.       — Но… почему вы мне ничего не объяснили? — растерялась синяя кобыла.       — Старейшины прямо сказали, чтобы мы ничего не говорили о заражённых молодняку, — пояснила сиреневая пегаска. — Мол, искать в пещерах начнут, и, не дай кор… Селестия, освободят и начнётся эпидемия.       — Значит, все мои переживания… Все мои бессонные ночи из-за того, что она пропала… Весь мой гнев и слёзы от того, что начала считать, что она мертва… Только из-за беспокойства этих старых скотин! — разозлилась Блюберри, у которой снова пошли слёзы.       — Кто же знал, что ты это воспримешь так близко к сердцу? — ответил жеребец и стушевался под взглядом главной из троицы чейнджлингов.       — Напомнить, почему её изгнали? — поинтересовалась сиреневая пегаска, но затем отвернулась. — Впрочем, мы все хороши в этом плане, раз никто даже не задумался, какого тебе.       — Кстати об этом. Теперь нам надо быть осторожнее, ведь одна из заражённых сбежала, — вспомнила другая кобыла-чейнджлинг.       — Когда это произошло? — заподозрив, что это могла быть Куки, поинтересовалась Тиалав. — И как она выглядела?       — Да на следующий день, как Энжел победила первую, эм… слово «заражённая» уже занято… изменённую? Нет, мы и так постоянно меняемся, — не смогла подобрать слово перевёртыш. — При чём, это была та же, на кокон которой ранее наткнулась эта Лаймстоун, вроде.       — Она про это не рассказывала, — нахмурилась владелица чайной.       — Так это было за день перед солнцестрянием, — объяснила чейнджлинг.       — В тот самый день, как мы стали квестерами, — поняла и кивнула Тиалав, поняв, что сбежавшая не может быть Куки Крамбл. — Да, от общих впечатлений можно забыть о такой детали.       — Знаешь, а ведь она сама не говорила, что убивала их, — внезапно поняла Блюберри. — Куки только сказала, что ставила на них эксперименты.       — Я это уже поняла, — кивнула ей земная пони. — Она просто хотела меня спровоцировать. И у неё получилось…       — О чём ты, — не сразу поняла синяя кобыла.       — Иди, добивайся встречи с наставницей, — сказала ей хмурая Тиалав. — А я… поговорю с Куки, но в этот раз всерьёз.       — Но… — хотела возразить Блюберри, но сиреневая пегаска положила копыто ей на плечо.       — Мы тебе поможем, — заявила она, оглядев своих напарников, и те с ней согласились.       — С-спасибо, — вытерла слёзы синяя земная пони. — И удачи.       — Она мне не понадобится, — ответила Тиалав, в затем ухмыльнулась. — Она зря из всех квестеров выбрала именно меня. Ведь я буду для неё самым неудобным противником.

***

      Куки Крамбл спокойно сидела в кресле прямо в главном зале библиотеки «Золотой Дуб», уже не видя смысла скрываться. Рядом с ней, на столе по центру, стоял громофон, из которого раздавалась успокаивающая колыбельная.       Мармеладный чейнджлинг, под воздействием музыки, спокойно прохаживался по залу в облике красного пегаса. Проходя мимо своей покровительницы, он мельком взглянул на альбом, что та держала перед собой, и заинтересовался.       — Разве это не мы? — выглянув из-за спинки кресла, спросил жеребец.       — Да, здесь я храню записи о том, как создала вас, — кивнула ему Куки.       — А расскажешь? — спросил перевёртыш.       — Всё равно надо чем-то занять время, — не видела проблемы единорожка и открыла альбом на другой странице. — С терминологией ты явно не знаком, поэтому объясню проще и без нюансов. Чейнджлинги, сами по себе, связаны с магией хаоса. Об этом говорит как минимум то, что для полноценной жизни нам не нужна физическая пища, а только эмоции. Этот способ питания более характерен для нематериальных существ, по типу виндиго.       Пусть к большинству видов современных монстров, вроде мантикор и гидр, приложил копыто Грогар, но Дискорд тоже создал не мало тварей, а с учётом его возможностей… Скажем так, он был способен на многое. У меня банально нет других вариантов, кроме того, что именно Дискорд создал чейнджлингов. Или, как минимум, сделал из такими, какие они сейчас.       И здесь вступает в игру естественный процесс, под названием эволюция. Адаптация организма с окружающей среде. Магия хаоса, что заключена в нас, останавливает этот процесс внешне. Но этот блок можно снять и чейнджлинг преобразится, как я. Эволюция, конечно, в данном случае не совсем верное слово, но более подходящее я не знаю. Никогда не интересовалась конкетно этим лингвистическим вопросом. Но я отвлеклась.       Ключём к снятию этого «замка» стали пони, в точнее их магия гармонии, что в малой количестве есть в каждом из них, как у чейнджлингов — магия хаоса. Открыла этот феномен я случайно, преобразившись сама. В этот момент я покинула Улей и начала свои исследования. За пятнадцать лет я смогла подобрать способ и даже помочь девяти сородичам снять ограничения. Но этого мне было мало. Пусть это был путь к тому, чтобы избавиться от необходимости в королеве, но это не приближало меня к мести.       И тогда я поняла, что следует зайти с другой стороны и обратить внимание на магию хаоса. И тут так удачно повернулись эти монстры и Твайлайт Спаркл, которая, не без моей помощи, поймала одного из них. Конечно, начинать сотрудничество с шантажа — дело ненадёжное, но затем она втянулась.       А теперь перейдём к главному, ради чего я тебе всё это рассказала. Заставить чейнджлинга пройти через эволюцию — дело непростое и с достаточно индивидуальным подходом к каждому. Но мне нужен был более массовый вариант для моих бойцов. Используя волосы с хвоста Леттер, я прививала вам не только часть её навыков, заложенных в её ментальном теле, но, благодаря её магии гармонии, грубо снимала с вас блок.       — Но ведь первая смогла передать это через укусы, раз нет? — потёр переднюю ногу жеребец.       — Это давало лишь временный иммутет к контролю монстров и связь со мной, — покачала головой Куки. — Мне всё равно пришлось оперировать вас всех. И результат мог быть получше, если бы Уайт Голд согласилась помочь, но её я бы не стала заставлять. А так я успела провести это только с собой и вашей пятёркой.       Так вот, приживляя частичку пони, я грубо ломала замки, сдерживающие эволюцию, и вы, частично, прошли через неё, пусть внешне это и незаметно. Но, главное, освободившуюся от сдерживания магию хаоса я направила на ваше усиление, что приняло… даже для меня слегка неожиданный облик. Впрочем, это магия хаоса, а она не может быть предсказуемой на сто процентов. Например, ваша ментальная связь восстановилась, и место королевы в ней заняла я. Этого я, если честно, не планировала. Даже хорошо, что эта связь обрывается, когда вас побеждают. Я же хочу упразднить роль королевы, а не занять её место.       — Если это была операция, то… — начал осознавать жеребец.       — Да, у всех побеждённых есть шанс снова пробудить эти силы, — подтвердила Куки. — Именно поэтому нам нужно будет их снова собрать.       — А почему Ваш облик отличается от нашего? — задал очередной вопрос чейнджлинг, явно осторожничая.       — Я скорее удивлена, что он так похож, ведь в качестве донора для себя я использовала не Леттер, а… одну важную для меня пони, — ушла от прямого ответа Куки.       В этот момент дверь в библиотеку резко распахнулась и внутрь влетела Лаймстоун.       — Ага, так и знала, что всё-таки наткнусь на тебя, — указала на удивлённого пегаса земная пони, а затем она обратила внимания на единорожку. — А ты кто?       — Да так, всего лишь создательница этих милах, — отойдя от удивления, указала себе за спину Куки. — Во сколько домов ты ворвалась, прежде чем наткнулась на нас?       — Семнадцать, — машинально ответила шахтёрша, а затем смутилась. — Не важно. Раз я вас так удачно нашла, то изобью сама.       — Будь добр, поиграй с этой нахалкой. Я всё-таки ждала других гостей, — попросила Куки.       — С радостью, — обошёл кресло пегас и на него упала большая мармеладка.       — «Квестер Граунд!» — тут же призвала броню Лаймстоун, стоя напротив противника.       Стоило мармеладу взорваться, освобождая искажённого перевёртыша, синевато-серая кобыла сразу набросилась на него. Они начали бороться друг с другом, отходя всё дальше от кресла. Они протаранили дверь в подвал и с криком начали катиться по лестнице.       — Эх, жаль лабораторию, — уже поняла, чем это закончится, Куки. — Но я не собиралась в ней сильно задерживаться.       Слыша крики, взрывы и грохот снизу, она отключила громофон и вышла на улицу, где её уже встречала Тиалав.       — Одна, а где же Блюберри? Разве она не хочет отомстить мне за наставницу, — усмехнулась чейнджлинг.       — Она уже знает, что с ней всё в порядке, — спокойно пояснила земная пони.       — Кто-то пошёл против стариков? — впечатлилась учёная. — Впрочем, о чём это я? Сама же делала ставку на более молодое поколение при выборе кандидатов для моих экспериментов. Так, зачем ты здесь?       — Пусть ты никого и не убивала, но играла на чувствах Блюберри. Я хотела во всём разобраться, понять тебя, ведь у вас, чейнджлингов, может быть в порядке вещей превращать друг друга непонятно во что, я же не знаю, — ответила владелица чайной. — Но теперь мне плевать. Я просто хочу набить тебе морду.       — Отличный настрой, — обрадовалась Куки. — Посмотрим, поможет ли он тебе.       Единорожку накрыло тестом для печенья, пока земная пони надевала солнцезащитные очки.       — «Квестер Ватер!» — обе закончили подготовку к дуэли одновременно и побежали вперёд.       Тиалав выпустила из накопытников воду и, заморозив её, проскользила до противницы, проскочив под пулями из печенья. Не ожидавшая такого Куки пропустила апперкот, заставивший её встать на дыбы, а затем удар копытом в живот, отбросивший её на пару метров и заставивший покатиться по земле.       Чейнджлинг вскочила на ноги, но пони успела подбежать к ней и протаранить, из-за чего они обе влетели в библиотеку, выбив дверь. Учёная налетела на грофон и вместе с ним рухнула с другой стороны стола.       — Это как? — не поняла Куки, поднимаясь.       — Зря ты отказалась от возможностей Леттер и выбрала для себя другую пони, — ответила с усмешкой Тиалав. — Её навыков ближнего боя тебе явно не хватает. Кроме опасного арсенала, у тебя ничего нет. Даже твоя броня против меня не так полезна, как мармеладная.       Чейнджлинг провела лапой на нагруднику в том месте, куда её протаранила пони, и обнаружила ней склизкую массу из печенья и воды. Осознав свой промах, она с опаской посмотрела на квестер.       — Некоторые пони любят макать печенье в чай. Ты ведь сама прекрасно знаешь, что будет после этого, — ответила ей владелица чайной, не скрывая злорадства. — Я это подметила ещё в прошлый раз, пусть тебя и едва задело.       Куки начала обстрел, но Тиалав опрокинула телекинезом ближайший книжный шкаф и спряталась за ним. Пули пролетали сквозь дерево и книги насквозь, но чейнджлинг не видела саму цель. Ватер выглянула сверху и выпустила широкий поток воды, накрывая противницу дождём.       Перевёртыш, видя как её броня из печенья начала размягчаться и кусками падать на пол, отступила назад и через дверь убежала на кухню. Из раковины тут же выстрелил мощный поток воды, заставивший Куки вылететь через заднюю дверь наружу.       Покатившись по траве чуть ниже по склону, чейнджлинг с трудом поднялась. Почти вся броня из печенья опала с неё, открывая вид на напуганную мордочку.       — Знаешь, я должна сказать спасибо Леттер за науку. Уж она, как никто другой, знает, как подобраться к противнику, предпочитающему дальний бой, — сказала Тиалав, ведя за собой огромный шар воды.       — Признаю, в плане боевого опыта я тебе значительно уступаю, — склонила голову Куки, съедая печенье и восстанавливая броню. — Плюс твоё преимуществу в виде магии воды. Надо было выбрать Энжел или Рэрити. Я не учла, что стихии будут работать на печенье иначе, чем на мармелад. Глупая и банальная ошибка. Но я не собираюсь сдаваться.       — Замечательно, — обрадовалась Тиалав, запуская шар воды в воздух.       Земная пони расправила крылья и взмыла в воздух, тем самым уклоняясь от пуль. Долетев до высоты шара, что уже собирался падать вниз, она резко его протаранила, начав пикировать на чейнджлинга. Вода вокруг неё закрутилась в водорот, что со стороны перевёртыша выглядело довольно опасно.       Куки, преодолевая страх, зажгла рог, расставила широко ноги, и выстрелила зелёным магическим лучом прямо в квестер. Заклинание попало в центр водоворота, где была кобыла, и замедлило приближение массы воды. Чейнджлинг напряглась сильнее, усиливая выпускаемое заклинание, но это лишь замедляло Тиалав, но не останавливало её.       В конце концов, стоило воде коснуться кончика рога Куки, как взрыв заставил массу воды разлететься во все стороны. Кобылы кубарем покатились дальше по склону вниз, пока не оказались у его подножия.       Они сели на траву и начали восстанавливать дыхание, соприкоснувшись спинами. Куки, забросив в клыкастую пасть печенье, вскочила на ноги и резко обернулась, собираясь выстрелить Тиалав в спину.       Но вместо этого она покрылась льдом из-за того, что квестер заморозила влагу вокруг неё. Не имея возможности пошевелиться, чейнджлинг могла только смотреть за тем, что предпримет земная пони.       Та, покрыв переднюю ногу льдом, развернулась и, вложив оставшиеся силы и всю ярость в удар, с яростным криком обрушила ледяной таран на перевёртыша. Лёд раскололся и разлетелся во все стороны. Куки с криком отлетела на несколько десятков метров и рухнула где-то среди деревьев, где раздался взрыв.       Тиалав, поняв, что она победила, с облегчением вздохнула. Её нагрудник, покрывшийся трещинами из-за заклинания чейнджлинга, рассыпался на мелкие осколки.       — Ей не хватило буквально чуть-чуть, — осознала земная пони, отзывая остальную броню. — Но… история не имеет сослагательного наклоения.       — «Я бы не был так уверен», — ответил ей Дискорд. — «Но ты отлично справилась, малышка».       — Спасибо, дядя Ди, — искренне улыбнулась ему владелица чайной.

***

      — Как долго это уже продолжается? — спросила Рэрити.       — Понятия не имею, — честно ответила Энжел.       Леттер и Спирит ударили друг друга по мордочкам и отошли назад. И если первая была ещё довольно бодра, то вторая уже тяжело дышала. Поэтому пегаска отошла от удара первой и, наконец, достала противницу, исполосовав ей грудь когтями.       Метал выстрелила молнией прямо в появившиеся раны и искажённая пони с криком боли взорвалась, едва не сбив квестер с ног. Принявшая нормальный вид светло-розовая пегаска без сознания рухнула на траву.       — Вот так-то! — усмехнулась Леттер. — В Понивилле нет никого круче меня, понятно!       — Интересно, как долго бы продержалась против Леттер её копия? — задумалась кремовая пегаска, пока красная злобно хохотала.       — Смотря, посчитает она это интересным или взбесится от того, что кто-то её копирует, — ответила белая единорожка.       Внезапно обеих кобыл обняла передними ногами за шеи подкравшаяся почтальонша. Убрав доспехи, она мило улыбнулась сначала одной, а потом другой.       — Какая, ещё раз, копия? — спросила у них Леттер.       И тут обе её жертвы осознали одну страшную вещь. «А ей кто-нибудь говорил про «мармеладок»?» — взглядом спросили друг у друга Энжел и Рэрити.

***

      Лаймстоун с размаху впечатала копыто в морду чейнджлинга, и тот ввалился в скрытый проход, где была ещё одна комната. Перевёртыш врезался в коляску и рухнул с ней на пол.       — Это ещё что? — удивилась зашедшая следом земная пони.       У дальней стены, прямо напротив входа, стоял зелёный кокон, внутри которого находилась спящая единорожка. Оглядевшись, квестер обнаружила другие странные вещи. Кроме коляски здесь находилось несколько плюшевых игрушек, кровать и тумбочка с фотографией на ней.       Используя телекинез, Граунд притянула к себе рамку с фотографией. На ней была изображена Куки, обнимающая маленькую единорожку шоколадного цвета с чёрными гривой и хвостом и оранжевыми глазами. Позади них был стол с праздничным тортом на нём. Фотография была явно старой, не смотря на все попытки её сохранить.       — Эй, положь на место, — явно забеспокоился о целостности фотографии чейнджлинг. — Она важна для покровительницы. Сказала, что это последнее счастливое воспоминание.       — Как будто мне есть дело до переживаний этой твари, — фыркнула в ответ Лаймстоун, швыряя рамку.       Перевёртыш побежал за ней и поймал в последний момент перед тем, как та упала на пол. Он смахнул со лба несуществующий пот и встал на ноги.       — «Лайтнинг Даст!» — призвала дополнительную силу Граунд и зарядила рог молнией.       — В этот раз не уйдёшь, — заявила квестер, в моменте забывая, что это не тот же самый чейнджлинг, что напал на неё в прошлый раз.       — Погоди, дай мне... — хотел попросить немного времени перевёртыш, но было уже поздно.       Разряд прошил его насквозь, заставив с криком боли взорваться. Молния попала в кокон позади него и его внешняя оболочка разлетелась в стороны. Вязкая жидкость, находившаяся в нём, быстро разлилась по полу.       — Ой, — опомнилась Граунд и, найдя взглядом лежащую на полу единорожку, подбежала к ней и забросила себе на спину.       Она уже собиралась выбежать, но вспомнила об одной вещи, и так же забросила на себя чейнджлинга, принявшег свой обычный облик. «Всё-таки его вины здесь нет», — подумала Лаймстоун и, будучи нагруженная двумя телами, пошла наверх.       Оказавшись там, она услышала грохот снаружи и, игнорируя беспорядок, побежала к задней двери. Она успела к тому моменту, как Тиалав отправила последним ударом Куки в лесную чащу.       — Ничего себе, — впечатлилась Лаймстоун.       Чуть позже заметившая её зелёная кобыла поднялась к ней.       — Ни один из них не похож на Твайлайт, — заметила Тиалав.       — А то я не знаю, как выглядит знаменитая ученица принцессы, — ответила ей шахтёрша. — Единственный кокон был с этой единорожкой, а этот… очередной «мармелад».       — Понятно, — кивнула ей владелица чайной и обошла с боку, чтобы приподнять мордочку единорожки. — Ей вставай, пора просыпаться.       — Где… я? — едва открыв глаза, спросила жёлтая кобыла. — Кто… вы?       — Сначала скажи, как зовут, — мило улыбнулась ей Тиалав.       — Сансет… Сансет Шиммер, — ответила единорожка, а затем снова потеряла сознание.

***

      Куки лежала в тихом переулке, прислонившись спиной к стене. Она тихо напевала себе под нос колыбельную, периодически переходя на кашель. Из трещин на её хитине сочилась зелёная кровь, но кобыла не обращала на это внимания.       К ней кто-то подошёл, и учёная с трудом повернула голову. Рядом с ней села синяя чейнджлинг с серебряной гривой и голубыми глазами. Это удивило Куки, ведь она думала, что знает всех перевёртышей, прошедших через эволюцию.       — Знаешь, ты меня впечатлила, — искренне улыбнулась ей синяя чейнджлинг. — Ты так долго умудрялась прятаться от меня на моей же территории.       — Мирмелеон, — поняла, кто перед ней, Куки.       — Абсолютно верно, — радостно оскалилась та. — Знаешь, ты добилась действительно многого, но ты всё-таки больше учёная, чем интриганка, за что и поплатилась. Но не волнуйся, я продолжу твоё дело. Это направление… весьма перспективно для моих планов.       Куки, потеряв остатки сил, опустила голову и прикрыла глаза.

***

      -… как-то так, — закончила рассказ Тиалав, наложив повязку на голову Рэрити.       — Значит, пока я выполняла нашу основную миссию, вы поднимали свою самооценку за счёт моих двойников? — резюмировала недовольная Леттер. — И, самое главное, скрывали это от меня.       — Мы не специально, — приподняла голову лежащая на диване Энжел.       — Забавно, что именно ты ничего не знала, — злорадствовала Лаймстоун.       — Что, победила фальшивку, так сразу крутой себя возомнила? — приподнялась с места красная кобыла, а затем усмехнулась. — Готова ответить за свои слова?       — Как бы тебе не пришлось отвечать за них, — ответила синевато-серая пони.       Они обе надели солнцезащитные очки и побежали к ближайшему порталу.       — Хмм, у меня такое чувство, что я что-то забыла, — задумалась Тиалав. — Но не могу вспомнить что.       — Может, тогда это не так уж и важно? — спросила Энжел, поправляя повязку на ноге.       — Наверное, ты права, — не стала заострять внимание зелёная кобыла.

***

      — Эй, а вы в курсе, что нам подходит картофель фри? — радостно сообщила последняя мармеладная чейнджлинг, открывая дверь в библиотеку.       Увидев разгром, она от шока уронила пакет с картофелем фри на мокрый пол.