Эпизод 20. Вопрос лидерства

      Аликорны сменили солнце на луну, но замок и не думал засыпать. Одна прислуга сменилась другой. Новособранная ночная стража сменила дневную гвардию на постах, а тронный зал заняла принцесса Луна вместо старшей сестры.       Сама Селестия уже была в своей комнате, наслаждаясь очередным тортиком. Но на половине торта её ухо резко дёрнулась, а сама кобыла нахмурилась. Она зажгла рог и телепортировалась в свой кабинет. На первый взгляд в нём ничего не изменилось, но принцесса точно знала, что кто-то задел сигнальные чары.       Не успела белая аликорн использовать поисковое заклинание, как дверь в кабинет была вышиблена. Луна ворвалась внутрь и обрушила заклинание на стол. Предмет мебели разлетелся в щепки, он которых Селестия закрылась магическим щитом.       Солнцезащитные очки, что находились в ящике стола, взлетели из-под обломков и устремились к окну. Луна попыталась сбить их заклинаниями, но они легко увернулась от всех лучей и вылетели из кабинета через окно. Вскоре артефакт скрылся в ночной тьме.       — Могла бы сказать, что тебе так сильно не нравится мой стол, — со смешком сказала Селестия.       Луна с удивлением уставилась на неё, заметив только сейчас.       — Я… возмещу, — смущённо ответила ночная аликорн.       — Лучше скажи, почему ты здесь. Это ведь мой кабинет, сестра, — с ухмылкой поинтересовалась дневная принцесса, а затем хитро прищурилась. — Ты ведь знала, что что-то подобное произойдёт, верно? Ведь не просто так ты на днях поинтересовалась, нет ли у меня ничего в запасе.       — Я… Она уже несколько недель была где-то поблизости. Я постоянно чувствовала её рядом, но не могла найти, — пояснила младшая из сестёр.       — Кто? — заинтересовалась Селестия, но продолжала улыбаться. — Кто смог тебя спровоцировать? Кто через тебя смог добиться того, что я рассказала о существовании этих очков? И кто их украл?       — Я же вижу, что ты уже догадалась, — хмуро ответила Луна, которой было неприятно осознавать, что её не просто обыграли, а нагло использовали в своих целях. — И ты не выглядишь слишком расстроенной.       — Знаешь, за столько лет правления я поняла несколько вещей. Одна из них — если всё идёт по плану, то это не твой план, — заявила дневная принцесса.       — Значит, всё это было твоим планом, а не её? — возмутилась ночная аликорн.       — Нет, — телепортировав к себе торт и ложку, честно ответила белая кобыла. — Я хотела сохранить эти очки в секрете до крайнего случая. Но мне захотелось успокоить тебя. Будет мне уроком, что даже если Дискорд не может подслушать разговор, это не значит, что не может кто-то другой. Спокойной ночи, сестра. Я тут уберусь, а потом вернусь в свои покои.       Луна уже хотела возразить, но остановилась, ведь возражать, по сути, было нечему. Раз произошедшее не план Селестии, то и обвинять её не в чем. Но это спокойствие по отношению к этой ситуации всё равно не давало покоя ночной принцессе. «Я что-то упускаю», — была уверена тёмно-синяя кобыла, покидая кабинет сестры.       — Не бойся, Вуна. Как только всё закончится, я объяснюсь, — тихо, чтобы её никто не услышал, сказала Селестия.

***

      Ранним утром Уайт, призвав броню, вышла на одну из улиц Понивилля. Размяв шею, она создала призрачное драконье крыло вокруг собственного и с размаху ударила им по стене ближайшего дома, оставляя в ней огромную дыру. Грохот с треск дерева напугали находящихся неподалёку пони, которые ранее не воспринимали Квест-Киллер как угрозу. Для пущего эффекта, доктор выпустила несколько заклинаний в разные стороны, подрывая стены и крыши домов.       — Что может быть лучше с утра, чем утоление своей жажды разрушения? — усмехнулась Уайт, прогуливаясь дальше.       — «Мне казалось, что тебе не интересно терроризировать тех, кто не может дать отпор, пони», — ответил на это Вертекс.       — А я просто раньше не пробовала, — возразила единорожка-альбинос. — Впрочем, без сопротивления это уже наскучивает.       Очередное золотое заклинание полетело в сторону стоящего неподалёку бутика «Карусель». Из него успела вылететь облачённая в доспехи Рэрити и выставить перед лучом магический барьер, который поглотил заклинание, не дав тому взорваться.       — Ты что делаешь? — возмутилась белая кобыла.       — Веселюсь. Просто веселюсь, — ехидно ответила Уайт, поворачиваясь к ней. — Давай, подойди и развлеки меня.       В этот момент из призрачного прохода, что находился на стене бутика, вылетела Леттер в доспехах. Не долго думая, она сразу запустила металлические перья в Квест-Киллер.       Единорожка-альбинос сбила их точными выстрелами магии, а затем поставила магический щит от прилетевшей следом молнии.       Позади неё появился призрачный драконий хвост, взмахнув которым она сбила с ног появившихся сзади Тиалав и Лаймстоун. Энжел, благодаря ускорителям, подобралась сбоку к противнице, но та успела закрыться от удара копытом крылом.       Уайт попыталась отогнать Файер взмахом другого крыла, но та успела перепрыгнуть противницу и выстрелить огненным шаром ей в спину. Квест-Киллер приняла когти приблизевшейся Метал на выставленные перед мордочкой крылья. Краем глаза она заметила, как остальные квестеры начали зажигать рога. Поняв, что идти одной против пятёрки было слишком даже для неё, единорожка альбинос пошла на крайние меры.       Вокруг неё появился призрачный облик Вертекса, который одними своими размерами отогнал Энжел и Леттер подальше. Остальная тройка выстрелили в полупрозрачного дракона заклинаниями, но не смогли пробить его шкуру.       — Почти достали, — с досадой сказала Леттер, поднимаясь. — Эй, что за погром с утра?       — Да так, решила прогуляться, — ответила Уайт, не отзывая дракона, но при этом она смотрела ни на одного из квестеров, а куда-то в сторону бутика. — Но я уже закончила. Можете передать Дискорду «привет» от меня.       Единорожка резко убрала призрачного дракона и, с помощью взмаха крыльев, влетела спиной вперёд в призрачный проход.       — Она точно что-то задумала, — первой прокомментировала произошедшее Энжел. — Я слышала от неё такой радостный тон только тогда, когда ей в первый раз пришлось оперировать меня.       — Знаешь, это даже звучит жутко, — ответила на это Лаймстоун. — Но зачем ей этот погром?       — Да тут от погрома больше шума и дыма, чем реальных разрушений, — фыркнула Леттер, приглядываясь к домам, по которым попали заклинания Квест-Киллер.       Пусть взрывы от них были громкие и яркие, но на месте попадий стены были лишь чуть опалены. Единственное, что реально было сломано, это только одна стена, по которой Уайт ударила драконьим крылом.       — Похоже, Уайт начала новую игру. И это было лишь отвлечением нашего внимания, — предположила Рэрити. — Но от чего?       — Она ведь не просто так смотрела именно на твой бутик, верно? — высказала идею подошедшая Тиалав.       Глаза белой единорожки расширились от ужаса, и она бросилась к своему дому. Влетев в бутик, она тут же помчалась наверх, к комнате сестры.       — Свити Белль, ты в порядке?! — распахнув дверь, выкрикнула модельерша.       — Уже всё закончилось? — как ни в чём не бывало вылезла из-под кровати кобылка.       — Да, закончилось, — с облегчением выдохнула Рэрити, но затем схватилась копытами за голову, спохватившись. — Флаттершай!       Единорожка как можно быстрее добралась до гостевой комнаты и ворвалась в неё. Жёлтая пегаска, что пряталась под одеялом, вздрогнула от испуга.       — Всё хорошо? — с явным беспокойством спросила модельерша, подходя.       Флаттершай осторожно выглянула и неуверенно кивнула. Рэрити отозвала броню и улыбнулась ей. «Может, Тиалав ошиблась?» — предположила белая единорожка.       — Всё закончилось. Можешь выходить. Прости, что напугала, — начала приободрять она пегаску.       — Я… пожалуй сегодня побуду здесь, — отвела взгляд Флаттершай.       — Дорогуша, не надо забывать про завтрак, — убрала одеяло в сторону телекинезом Рэрити.       Пегаске не оставалось ничего, кроме как смиренно подчиниться и позволить единорожке увести себя. «Уайт знает. И она явно хочет встретиться со мной. Но что ей от меня понадобилось?» — размышлял монстр в облике Флаттершай, идя следом за модельершой. Квест-Киллер смотрела тогда именно на него, когда он выглядывал из окна.

***

      — Кого поджидаешь? — выйдя из почтового отделения с полными седельными сумками и остановившись напротив переулка, поинтересовалась Леттер.       — Тебя, кого же ещё, — фыркнула в ответ Лаймстоун, выходя на дорогу. — Держи.       Красная пегаска перехватила брошенный предмет, который оказался упаковкой её любимого мармелада с шипучкой.       — С чего такая щедрость? — не стала отказываться почтальонша, запихнув сладости в сумку, которую из-за этого не смогла закрыть.       — Захотела, — хмуро ответила шахтёрша и с подозрением спросила. — Что-то не устраивает?       — Нет, но тебя явно не устраивает, — усмехнулась Леттер, начав идти вперёд, из-за чего её собеседнице пришлось идти рядом.       — Я была у Дис… сама знаешь кого, — начала изделека Лаймстоун.       — Спросила, почему ты могла использовать чужие очки? — догадалась красная пегаска.       — Ты знала, — сильнее нахмурилась синевато-серая земная пони, строго посмотрев на собеседницу.       — Что именно фиолетовые очки Дискорд создавал для предполагаемого лидера квестеров? — уточнила с ухмылкой почтальонша. — С самого начала, как выбила из Дискорда броню покруче стандартной, я знала, что есть особые очки. Он там что-то щебетал о том, что получить его я должна была по решению лидера и бла-бла-бла. Мне было откровенно скучно его слушать. Я просто знала, что одни из очков командирские, они не мои, и у них есть особые привилегии. Так что, когда ты использовала очки Энжел, я поняла, что командирские очки у тебя.       — И из-за этого у меня нет второго комплекта доспехов. «Зачем они тебе, если можешь использовать чужие», — недовольно процитировала драконикуса шахтёрша. — Но пришла не жаловаться.       — Пусть командирские очки принадлежат тебе, но лидер всё равно я, — нагло с ухмылкой заявила Леттер. — И мне плевать, что там планировал наш босс.       — Не боишься, что кто-то подставит твоё лидерство под сомнение из-за этого, — с явной угрозой ответила Лаймстоун.       — Это вызов? — внезапно став серьёзнее, спросила красная пегаска, резко остановившись и повернувшись к собеседнице.       — Испугалась? — остановившись, продолжила провоцировать её синевато-серая кобыла.       — Хм, — задумалась почтальонша. — Знаешь, в Грифонстоуне распространена одна легенда об первом императоре, Гровере Первом Объединителе. На пиршестве, посвещённом присоединению к империи последнего свободного княжества, на императора совершил покушение один из его собственных гвардейцев. Он был дальним родственников одного из свергнутых императоров местечковых королей. Гровер смог защититься от внезапного удара подносом для напитков.       — К чему ты это рассказываешь? — заподозрила подвох шахтёрша.       — Если до заката солнца сможешь на меня успешно напасть, то я признаю тебя равной себе. Будем «командовать» вместе. На большее пока не расчитывай, — предвкушающе оскалилась Леттер.       — Вот значит как? — старалась не показать своего удивления Лаймстоун.       Пегаска с интересом смотрела на уставившуюся в землю земную пони, которая явно задумалась над предложением. Шахтёрша резко ударила копытом вперёд, но почтальонша легко перехватила удар копытокинезом прямо перед своей мордочкой. Леттер резким движение перекинула Лаймстоун через себя, и земная пони с криком упала спиной на землю.       — Сто отжиманий, — как ни в чём не бывало сказала почтальонша и пошла по своим делам.       — Что? — приподняла голову опешившая шахтёрша.       — У тебя явное преимущество в условиях нашего пари, так что небольшое наказие за неудачу не повредит. Плюс, будет дополнительном стимулом для тебя включить мозги, — не оборачиваясь, ответила Леттер.       Лаймстоун хотела возмутиться, но не нашла, к чему придраться в этой логике. Поднявшись на ноги, она прямо на месте начала отжиматься на передних ногах. Прохожие с недоумением наблюдали за ней, проходя мимо. А Леттер ушла разносить почту.

***

      — К вам гости, — объявил вошедший в кабинет чейнджлинг. — И они те ещё уроды.       — Наконец-то, а то я уже заждалась, — улыбнулась сидящая за массивным столом в мягком кресле Уайт. — И я сразу просила привести их сюда.       — И без тебя знаю, — ответил жеребец, который поступил так, только чтобы не следовать полностью приказам единорожки, после чего вышел из кабинета, не закрывая дверь. — Проходите.       В помещение вошли два чудища. Монстр-Флаттершай вполне спокойно села в предложенное кресло. А монстр-Дискорд бросал нервные взгляды на свою, вроде как, начальницу, и предпочёл остаться на ногах.       — Вам надо сменить прислугу. Этот больно много себе позволяет, — решил первым заговорить жеребец, видя, что кобылы с интересом смотрели друг на друга.       — А мне это кажется забавным, — усмехнулась в ответ Уайт.       — Для чего ты нас… пригласила? — спросила искажённая пегаска.       — Тебе больше интересно, как я поняла, что ты одна из монстров, — читала её, как открытую книгу, единорожка-альбинос, надевая свои солнцезащитные очки. — Просто скажу пару фактов. Первый — мои очки работают на драконьей магии. Второй — монстры, в большинстве случаев, напоминают помесь пони и дракона.       — Что ты хочешь за сохранение нашего секрета? — спокойно спросила «Флаттершай».       — Сотрудничество, — с предвкушением ухмыльнулась доктор, расслаблено откинувшись на кресле. — Буду заказывать у вас определённых монстров для своих игр.       — Наглости тебе не занимать, — явно была не слишком довольна искажённая пегаска. — Ты ведь понимаешь, что мы не контролируем процесс появления других монстров? И не сможем предоставить монстра с определённой способностью по желанию?       — Но это не значит, что вы не держите при себе несколько. Ведь вы их можете спокойно контролировать. И использовать их для наложения Проклятия Гармонии, — показала свою осведомлённость Уайт. — А монстр с определённой способностью… вполне решаемая проблема. План игры всегда можно адаптировать.       — Ясно, — медленно кивнула монстр-Флаттершай. — Я согласна. Какой монстр тебя интересует сейчас?       — О, это я вполне смогу решить с вашим подопечным, — взглянула впервые на второе чудище единорожка. — Вас лично я больше не буду беспокоить…       «Пока что», — не было сказано вслух, но явно подразумевалось.       — Ты всё слышал? — спросила искажённая кобыла у жеребца.       — Да, — явно недовольно ответил «Дискорд».       — Как бы твой дворецкий не проговорился, — напоследок сказала «Флаттершай».       Искажённая пегаска спрыгнула с кресла и покинула кабинет через призрачный проход в стене. Оставшийся монстр тут же облегчённо выдохнул.       — Ты хоть понимаешь, во что меня втянула? — недовольно поинтересовался жеребец, резко повернувшись к хозяйке кабинета. — Я дал тебе эти очки, и это твоя благодарность?       — Можешь не давить на совесть. Она у меня, конечно, есть, но весьма привередливая, — усмехнулась в ответ Уайт. — А ты просто захотел использовать меня, как отвлечение квестеров от твоих скрытых махинаций. Жаль только не знаю каких. Так что сам виноват. Я лишь делаю то, что ты сам хотел.       — Ты об этом пожалеешь, — заявило чудище, подходя к столу.       — Жду с нетерпением, — радостно оскалилась единорожка. — А теперь слушай заказ…

***

      Леттер во время обеда решила заглянуть в чайную. Там, кроме ожидаемых Тиалав и Энжел, оказалась Рэрити, которая наслаждалась чаем за одним из столиков. Красная пегаска села за ближайший пустой столик, чтобы дождаться одну из официанток.       В этот момент, из портала, что был в стене у столика почтальонши, выпрыгнула Лаймстоун. Кроме очков на мордочке у неё была при себе длинная палка. Леттер резко дёрнула головой назад, пропуская палку перед собой. Пегаска вцепилась в неё ртом и резко дёрнула в сторону.       Шахтёрша, не успевшая сообразить выпустить палку из копытокинеза, слетела со столика, едва не перевернув его и потеряв очки.       — Тысяча прыжков, — выплюнув палку, как ни в чём не бывало сказала Леттер.       — Ох, — со стоном поднялась Лаймстоун и начала прыгать на месте. — Раз, два, три, четыре…       — Эм, — осторожно обошла прыгающую кобылу Энжел. — Что это было? И почему она не может прыгать в другом месте?       — Объясню после обеда, — подумав, решила красная пегаска. — Лучше прими заказ.

***

      — Девятьсот восемьдесять один… — устало прохрипела Лаймстоун, прыгая уже не так бодро, как в начале.       — Значит, удачно напав на тебя, она станет равной тебе, — резюмировала рассказ Тиалав, сидевшая напротив Леттер, которая отложила пустую чашку, после чего улыбнулась. — Звучит интересно. Можно присоединиться?       — Как хотите, — обвела взглядом остальных квестеров красная пегаска, спрыгивая с диванчика и надевая полупустые седельные сумки. — Только учтите, что, пока не выполните наказание, новая попытка запрещена.       Стоило почтальонше покинуть чайную, как Тиалав с Энжел переглянулись.       — Она нас сильно недооценивает, — самоуверенно заявила кремовая пегаска.       — Она не сможет быть бдительной весь день. Рано или поздно она банально устанет, — согласилась с ней владелица чайной.       — Я, пожалуй, не буду в этом участвовать, — захотела отказаться Рэрити, до этого сидевшая рядом с Леттер.       — Не торопись. Разве не ты хотела, чтобы мы стали настоящей командой? Если Леттер признает тебя равной, то у тебя будет больше возможностей повлиять на её решения, — словно змея-искусительница, прошептала на ухо белой единорожки подскочившая к ней зелёная земная пони.       — Если посмотреть с этой стороны… — уже мысленно согласилась модельерша.       В этот момент Лаймстоун закончила с прыжками и села на диванчик возле Энжел, чтобы перевести дыхание. Четвёрка кобыл перегнулясь между собой и кивнула друг другу. Они разом выбежали из чайной, чтобы подготовиться к нападению на Леттер.       Блюберри, наблюдающая за этим со стороны, покачала головой, вздохнув.       — Хорошо, что Тиалав сделала небольшой запас чая собственного приготовления, — сказала чейнджлинг.       Мельком взглянув на посетителей, кобыла внезапно застыла. Одна из клиенток, чёрная единорожка с тёмно-зелёной гривой, смотрела прямо ей в глаза со светящимися фиолетовым глазами.

***

      Рэрити, использовав на себе заклинание камуфляжа, преследовала Леттер. Её шаги были бесшумны, поэтому красная пегаска не замечала её.       Почтальонша подошла к очередному дому и постучалась в него. Тем временем модельерша спряталась в ближайшем переулке и осторожно выглянула из-за угла.       «Условие звучало, как «успешное нападение». То есть, это мне не обязательно именно бить Леттер», — рассудила Рэрити. — «Если я украду что-то из её сумки, то это тоже будет считаться».       Единорожка ненадолго ушла в свои грёзы о том, как это произойдёт.

***

      Рэрити зажигает рог и с помощью телекинеза резко открывает одну из седельных сумок Леттер и притягивает к себе одно из писем. Ошарашенная Леттер разворачивается к ней.       — Как видишь, я справилась, — сказала единорожка, подходя к пегаске.       — Признаю, ты победила, — оценила её план почтальонша и протянула копыто. — Есть, что предложить, подруга?       — О, у меня много идей для нашей команды, — с улыбкой ответила модельерша и, пусть этот жест не подходил леди, но был бы явно оценён собеседницей, ударила своим копытом по протянутому.       Обе кобылы искренне рассмеялись. И не было никакого привычного злобного смеха со стороны Леттер.

***

      — Принцесса Селестия за наши заслуги по спасению пони от монстров пригласила нас на Гранд Галопинг Гала! — прочитав письмо, радостно объявила Рэрити.       — С тех пор, как ты стала моей заместительницей, наши дела стали намного лучше, — кивнула ей Леттер, которая принесла письмо. — Мы начали сотрудничать с принцессой и её паладинами, помогли Бладрут исправиться и снова заперли Дискорда, сохранив свои способности квестеров. Это заслуженная награ…

***

      — Открывай, ленивая кляча! — вывел её из грёз грубый выкрик Леттер, что едва не вышибла дверь.       — Я не… Ты! — открыла дверь и набычилась Спирит Блоссом.       — Ага, давно не виделись, — усмехнулась красная пегаска, доставая одно из писем и планшет из сумки. — Роспись или печать. И давай быстрее. Я тебя явно раздражаю.       — Сейчас, — недовольно пробурчала светло-розовая кобыла, скрываясь в доме.       Рэрити, поняв, что сейчас будет подходящий момент, ведь одна из сумок уже открыта, хотела вытянуть её телекинезом, но в последний момент остановила себя.       «Она заметит телекинез до того, как я успею выдернуть письмо», — осознала единорожка.       Понимая, что Спирит скоро вернётся, она начала медленно приближаться к почтальонше, стараясь на неё не смотреть. Модельерша не могла этого доказать, но подозревала, что Леттер могла почувствовать чужой взгляд на себе.       Приблизившись практически на расстояние вытянутой передней ноги, Рэрити дождалась появления Спирит, которая должна была перетянуть внимание Леттер на себя.       Вскоре светло-розовая пегаска вернулась с печатью. Леттер протянула к ней письмо и планшет с документом, где надо было поставить печать. В этот момент белая единорожка сделала шаг вперёд и потянулась к сумке на боку красной кобылы.       Не успела она даже дотронуться до сумки, как почтальонша взмахнула хвостом, проведя им по носу модельерши. Рэрити чихнула и её камуфляж исчез.       Спирит Блоссом с недоумением уставилась на неё, а Леттер повернула голову, чтобы увидеть её хотя бы одним глазом, и снисходительно улыбнулась.       — Пять кругов пластом вокруг этого дома, — распорядилась красная пегаска.       — Но… — не захотела пачкать свою шёрстку Рэрити, но затем вздохнула, смирившись.       Единорожка легла на живот и начала перебирать передними ногами, подтягивая остальное тело.       — Исполнение явно хромает, — не забыла прокомментировать почтальонша. — И помни, что камуфляж далеко не тоже самое, что невидимость.       — Что это вообще было? — едва модельерша скрылась за углом, спросила Спирит.       — Она сама расскажет, если захочет. Ставь уже печать, — поторопила её Леттер.

***

      Тиалав с деловитым видом вышла из призрачного прохода на плоской крыше одного из домов. Она остановилась неподалёку от края и положила перед собой железный кейс. Открыв его, земная пони достала из него несколько трубок и прочих деталей.       Быстро соединяя несколько деталей, перед владелицей чайной начало появляться подобие небольшой пушки. «Чем-то оно напоминает… как его там? «Пистолет» вроде, который использовала Блюберри. Только больше», — размышляла Тиалав, прикрепляя ручку с курком. — «Интересно, откуда Пинки достала эту штуку и инструкцию по сборке к ней?»       Последней деталью, которую прикрепила земная пони, была небольшая ёмкость с шариками краски, которую вечериночная пони назвала фидером.       Тиалав, на мордочке которой всё ещё были синие солнцезащитные очки, подняла пейнтбольное ружьё и вышла с ним к краю крыши. В этот момент Леттер закончила с очередной доставкой и убрала планшет в одну из сумок.       Владелица чайной быстро прицелилась и выстрелила точно в затылок уходящей пегаски. Та была уже готова к этому. Почтальонша достала из-под крыла второй, пустой, планшет, и закрылась им. Пятно краски оказалось точно в центре импровизированного щита.       Тиалав с шоком на мордочке приподняла очки, не веря своим глазам.       — Знаешь, как это напрягает, находиться под прицелом?! — поинтересовалась с усмешкой Леттер.       В этот момент из переулка позади красной пегаски выпрыгнула Лаймстоун, бросившая палку, словно копьё. Пегаска сделала шаг в сторону и снаряд пролетел мимо.       — Сто поднятий корпуса! Обеим! — громко, чтобы услышала Тиалав, объявила почтальонша и пошла дальше по своим делам.       Вскоре прохожие видели странную картину того, как Тиалав, лёжа на спине и держа передние ноги за головой, поднимала переднюю часть тела к согнутым задним ногам, которые придерживала Лаймстоун.

***

      Тучи начали сгущаться на небе, а вскоре раздался гром. Энжел, чьи грива и хвост развевались на ветру, шла вперёд с решительностью на мордочке.       «Мои товарищи пали одна за другой. Но я отомщу за них!» — заявила кремовая пегаска, подходя ко входу в почтовое отделение.       — Что-то я не припомню в сегодняшнем расписании погоды грозу, — стоило ей войти, как она услышала голос Блейза.       — Вечнодикий же рядом. А там погоду никто не контролирует, — напомнил Найт Скай.       — А я слышала, что подобное происходит, когда кто-то обижает Вечнодикий лес, — высказала предположение Дёрпи.       — Ты так говоришь, как будто лес живой, — усмехнулась Леттер.       — А разве нет? — удивлённо спросила у неё серая пегаска, чем заставила остальных задуматься.       В этот момент Энжел решилась выйти из-за своего импровизированного укрытия в виде шкафа с коробками. Леттер сразу обратила на неё внимание, как и на корзину, которую кремовая кобыла держала в сгибе передней ноги.       — Вот я решила испечь тебе пирожки с лютиками, — с доброжелательной улыбкой официантка поставила корзину на стол, что стоял посреди зала.       — О, а можно… — первый сообразил Найт, потянувшись к угощению.       — Только попробуй. Это принесли мне, — тут же вступилась за свою добычу Леттер, подойдя к столу.       — Ладно, ладно, я не настаиваю, — демонстративно отступил пегас и тихо добавил. — Всё равно можно выиграть их у тебя в азартных играх.       — Обойдёшься, — бросила ему в ответ красная кобыла.       Пока почтальоны спорили, Энжел тихо стояла в стороне, уже превкушая, как её план сработает.

***

      Леттер открывает корзину, из из коробочки в ней вылетает боксёрская перчатка. Она бьёт пегаску по мордочке, из-за чего та падает без сознания на спину.

***

      «У Пинки можно найти всё что угодно», — старалась не улыбаться официантка. — «А готовка пирожков с лютиками для меня не проблема. Дома всё равно было делать нечего. Не только же картины рисовать».       — Энжел, — привлекла её внимание Леттер, которая закончила спорить с Найтом, и искренне улыбнулась ей. — Знаешь… Спасибо. Я хоть и обожаю мармелад и другие сладости, но домашняя еда — это совершенно другое. В моей «семье» никто не умел подобное готовить. Я это ценю.       «Она… поблагодарила меня?» — удивилась Энжел, пытаясь разглядеть в мордочке собеседницы хоть каплю лукавства. — «Она ведь не стала бы говорить подобное только чтобы скрыть, что догадалась о моём плане?»       — Д-да, мне было не сложно, — с натянутой улыбкой ответила кремовая кобыла, нервно теребя малиновые браслеты на правой передней ноге.       Ей стало очень стыдно от своих же действий. Она видела, как Леттер потянулась к корзине, чтобы открыть её. Не выдержав, она бросилась вперёд и обхватила корзину передними конечностями. Заметившая её движение красная кобыла отскочила назад, избегая, как она думала, атаки.       — Прости, я тут осознала, что… что… могла перепутать сахар с солью. Скоро верну, — нервно улыбалась Энжел.       — Может дашь тогда продегустировать. Я не против попробовать и такие, — подошёл с другой стороны Найт.       Кремовая пегаска, забывшая, что тут находились другие пони, из-за резкого, для неё, появления пони, всполошилась. Она резко вскочила с корзиной в передних копытах. Пытаясь удержать равновесие на задних конечностях, она тряской приоткрыла корзину. Спусковой механизм сработал и боксёрская перчатка впечаталась в мордочку официантки. Она рухнула спиной на пол, уронив корзину, из которой выпало несколько пирожков.       Леттер, как ни в чём не бывало, подняла один из пирожков и откусила от него кусок. Её мордочка расплылась в улыбка.       — Это действительно так вкусно, как я представляла, — оценила красная пегаска. — Второй раз благодарить не буду, но знай, что мне понравилось. Ах да, пробеги двадцать кругов вокруг отделения.       Энжел с хрипом поднялась на ноги. Поправив малиновый бант на затылке, она покинула отделения. На её левом глазу красовался заметный фингал. «Сама виновата», — рассудила кремовая пегаска. — «Но… ей хотя бы понравилась моя готовка». Выдохнув, она начала свой забег.

***

      — Так вот чем они занимаются, — усмехнулась Уайт, выслушав рассказ чейнджлинга и жестом прогоняя его. — Забавно, что из-за своего соревнования они даже не заметили, что я начала действовать. Всё таки эти кобылы бывают слишком увлечёнными.       Перед единорожкой появились её очки, которые сразу сели ей на мордочку.       — «Не очень надёжные защитники, если так смотреть», — высказал своё мнение Вертекс.       — Ты забываешь, что они были в это втянуты Дискордом. Это не было их собственным желанием, — возразила доктор, подходя к окну.       — «Тогда, что на счёт тебя, пони? Ты бы согласилась оказаться на их месте?» — поинтересовался дракон.       — Конечно. Всё лучше, чем уныние, в котором я жила раньше, — улыбнулась Уайт, отдёргивая магией занавеску, чтобы пустить в кабинет свет.       — «Тогда почему ты просто не присоединилась к ним? Ты им не доверяешь?» — предположил Вертекс.       — Как ни странно, но доверяю. Редко какой пони способен на предательство и откровенную жестокость. Чего не скажешь о других расах, — ответила на это единорожка-альбинос.       — «То есть, тебя ничуть не расстроит, если я тебя предам?» — нагло спросил дракон.       — Честно, будет обидно, учитывая, сколько усилий я приложила для помощи тебе. С другой стороны… из этого может получиться что-нибудь увлекательное для меня. В конечном итоге, решать тебе, — усмехнулась доктор.       — «Увлекательное? Тебе настолько хочется приключений на свой круп?» — с недоумением спросил Вертекс, тон которого явно подразумевал, что его собеседница не дружит с головой.       — Я просто хочу наконец-то пожить ради себя, а не других. Неужели это так трудно понять? — с грустной улыбкой спросила Уайт, смотря в окно.

***

      — У неё должно быть слабое место! — рявкнула Лаймстоун, нервно расхаживая из стороны в сторону.       — А от меня вы чего хотите? — изогнув бровь до потолка, спросил Дискорд.       — Это ведь ты смог увидеть, как она жила в Грифонстоуне, — напомнила ему Энжел, пока Тиалав и Рэрити кивали на это заявление. — Неужели не смог найти её уязвимость? Хоть какую-то?!       «Напоминать им о её отрицательной удаче или нет?» — раздумывал драконикус. — «Хотя, будет интересно узнать, как далеко они готовы зайти».       — Знаете, есть один момент, — наигранно задумавшись, из-за чего у него над головой прямо в воздухе рисовались и пропадали различные схемы и вычисления. — Вроде бы обычный эпизод её детства, но может помочь.

***

      Леттер спокойно шла и разносила письма, пока перед ней из-за угла не вышла Бладрут. Красная пегаска остановилась и сразу надела очки.       — Я пришла поговорить, — сразу заявила алая единорожка, поворачиваясь и подходя ближе. — Ты не замечала ничего странного?       — А можно поконкретнее? Это же Понивилль, — не сдержалась от смешка почтальонша.       — Санрайз. Она пропала, — явно была обеспокоенна паладин.       — Нет, я её не встречала, — сразу поняла, к чему она ведёт, Леттер. — Погоди, она уже знает?       — Ты сама посоветовала поговорить с ней, — напомнила Бладрут. — Я не стала ничего скрывать.       — Надеюсь она не из болтливых, — теперь поняла серьёзность положения красная пегаска. — Предупрежу остальных.       — А я продолжу поиски. Что-то мне подсказывает, что Санрайз — не единственная жертва, — предположила алая единорожка и прошла мимо сестры.       — Вот только… где мне искать эту четвёрку? — задумалась почтальонша, продолжив путь.       Вскоре она вышла к реке, что проходила через городок. У его берега, возле кустов, остальные квестеры бегали с сачками, словно пытались кого-то поймать. С недоумением на мордочке Леттер начала спускаться по склону к ним.       Энжел, первая заметившая её, едва скрыла коварную ухмылку, вспоминая о том, что им из прошлого красной пегаски показал Дискорд.

***

      — Посмотри, какой большой! — с восхищением сказала маленькая красная кобылка, показывая золотистого жука, который был размером чуть меньше её копыта.       — Выбрось это! — недовольно рявкнул лысеющий грифон. — Этот паразит мне весь огород сожрёт.       — Дядя Грав, да какой огород? Там лишь пара грядок лука. Тем более за ними всё равно слежу я, а не ты, — напомнила Гризельда. — Так что Голди остаётся. Он будет моим другом. Ты ведь будешь моим другом?       Жук издал стрёкот, чем заставил кобылку умилиться.       — Ура! У меня появился первый друг! — взлетела от радости пегаска.       А старый грифон лишь помотал головой, зная, что это плохо закончится.       Весь оставшийся день Гризельда таскала за собой Голди. Пробовала играть с ним в мяч или настольные игры и покупала фрукты специально для него, из-за чего замечающи подобное грифоны вертели когтем у виска, стараясь держаться от странной кобылы и её жука подальше. Это продолжилось вплоть до начала осени, когда красная пегаска вновь вышла на улицу, посадив Голди себе на голову.       Жук, ощутив первый прохладный ветерок, взлетел с головы кобылки и быстро умчался в чащу леса, что был неподалёку от дома.       — Голди?! — отчаянно выкрикнула Гризельда, думая, что чем-то обидела его.       Она собиралась полететь за ним, но была перехвачена уже не молодым грифоном. Кобылка пыталась вырваться из его лап, стуча по ним копытами и даже укусив один раз, но, кроме шипения, ничего не добилась.       — Ты не пойдёшь за ним, — заявил Грав, ставя немного успокоившуюся кобылу на землю, но продолжая держать лапу на её спине.       — Почему? — отчаянно попросила объяснений Гризельда.       — Ему… ему надо успеть найти себе сумку и… — пытался придумать оправдание грифон, забыв о своих заранее придуманных загатовках.       — У… у Голди будет семья? — спросила пегаска, стирая слёзы.       — И им ещё надо готовиться к зимней спячке. Зимой же ты жуков не видела, — дополнил Грав.       — Так вот почему вчера Голди указывал мне на мой рисунок снежинки в альбоме. И украл кусочек яблока у соседки для меня. Он… он хотел сказать «пока», — с грустью поняла жеребёнок.       — Друзья не всегда могут быть вместе. У каждого своя жизнь, — попытался приободрить её грифон.       — Я… я поняла, — кивнула ему Гризельда. — Мы ведь с ним ещё встретимся?       — Кто знает? — не стал давать лишнюю надежду Грав.       — Я… пойду почитаю учебники, — с грустью сказала пегаска, возвращаясь в дом.       Грифон проводил её взглядом, после чего повернулся в сторону леса, куда улетел жук, и вздохнул.       — Покойся с миром, Голди. И спасибо, что присмотрел за этой мелкой неприятностью, — тихо сказал Грав, прекрасно зная, что этот вид местных жуков становятся золотистого цвета ближе к старости.

***

      — Чем вы здесь занимаетесь? — спросила Леттер, спустившись к остальным.       — Голди вернулся! — хором ответили четыре кобылы и продолжили притворяться, что ищут что-то в кустах.       — Голди… — с предыханием сказала красная кобыла.       Сбросив седельные сумки, она начала отчаянно перебирать копытами ветки ближайших кустов, надеясь найти своего единственного друга. Позади неё четвёрка пони собралась вместе и, подпрыгнув, замахнулась сачками, собираясь огреть её ими по спине.       Но, видя как отчаянно Леттер ищет жука, они при приземлении в последний момент остановились. Сачки нависли над почтальоншей, которая даже не заметила нападения.       Лаймстоун, скривившись, резко отошла назад, отбрасывая сачёк в сторону. А остальная троица со смущением на мордочках отступила назад.       — Полагаю, не только мне стыдно за это, — первой высказалась Рэрити.       — Никогда не видела её такой… потерянной, — не смогла подобрать слова лучше Энжел, сев на траву.       — Мы явно перешли черту, — согласилась Тиалав.       — Не могу поверить, что не поняла этого раньше. Для неё этот жук, как для меня… — к стала договаривать Лаймстоун, сокрушаясь больше всех.       Она увидела в Леттер саму себя, когда спрашивала отца о состоянии сестры. И от этого ей стало мерзко на душе.       — Я не только не добьюсь уважения со стороны других, а сама себя окончательно возненавижу, если использую подобные методы, — вслух сказала шахтёрша, после чего развернулась к остальным.       Рэрити и Тиалав кивнули ей, соглашаясь. А Энжел встала и подошла к Леттер.       — Леттер, — позвала её кремовая кобыла.       — Голди… где же ты, — не обратила на неё внимания почтальонша, зарываясь в кусты с головой.       Не выдержав, официантка вытащила её из кустов.       — Мы тебя обманули! — резко сказала Энжел, введя красную кобылу в ступор от осознания. — Более того, скорее всего, его уже нет. Ни один вид жуков не способен прожить более десятка лет…       — Вот это было уже лишнее, — закрыла ей рот телекинезом Рэрити, поздно спохватившись.       Леттер поочередно посмотрела на всех кобыл перед собой и с грустью вздохнула.       — Вот оно как, — тихо произнесла красная пегаска.       Она была сильно растроенна из-за слов Энжел, но внутри она уже давно смирилась с тем, что больше не встретится с Голди. Ей нужно было просто снова отпустить его. Как бы больно это не было. «Но… почему они не атаковали?» — снова взглянула на остальных почтальонша, пока они отводили взгляд из-за стыда. — «Я бы… воспользовалась подобным моментом, как и любой другой грифон…».       Её мысли были прерваны движением на другом берегу реки.       — Ложись! — рявкнула Леттер и остальные кобылы рухнули на землю.       — «Квестер Метал! Да начнётся резня!» — красная пегаска надела и очки и призвала броню, после чего крылом отбила золотой луч магии.       — Знаете, могли бы и пригласить меня на это соревнование, — сказала одетая в белые доспехи Уайт, делая свой голос громче магией.       — А тебе действительно это нужно? — решила уточнить красная пегаска, пока остальные кобылы поднимались.       — Нет, но могли хотя бы спросить, — ответила единорожка-альбинос и взлетела.       Единорожка спикировала на Метал, создав вокруг передних ног призрачные драконьи лапы. Жёлтая квестер напитала крылья магией и отбила ими золотые полупрозрачные когти. Доктор приземлилась перед почтальоншей и обе кобылы обменялись ударами крыльев, отталкивая друг друга.       Уайт ухмыльнулась под шлемом и громко топнула ногой. В тот же момент из призрачного прохода с боку от Леттер вылетел чёрный монстр. Красная пегаска в последний момент закрылась крылом от фиолетового луча магии, после чего ударила чудище когтями. Искажённая пони отпрыгнула назад, избегая удара.       — План был другим, — прошипел недовольно монстр с тёмно-зелёными гривой и хвостом, а так же фиолетовыми кристаллами на месте глаз.       — Что поделать, если они даже не заметили, как мы начали действовать, — ничуть не расстроилась на самом деле доктор.       — О чём ты? — спросила Энжел, вместе с остальными квестерами надевая очки.       — Тиалав, ты ведь вроде взяла шевстао над одним чейнджлингом, если я правильно помню, — не обратила на неё внимания Уайт.       — Что ты сделала с Блюберри? — сразу потребовала ответ зелёная кобыла.       — Пока что она лишь гость в моём доме. Но, к четвёртому закату солнца всё может измениться, — ответила с явным предвкушением единорожка-альбинос, а затем похлопала стоявшего рядом с ней более крупного монстра по спине. — Она, как и другие похищенные мной чейнджлинги, станет свободной только когда вы одолеете эту даму.       Чудище, чья чешуя настолько плотно прилегала друг к другу, что со стороны напоминало хитин перевёртышей, недовольно зашипело на Квест-Киллер, но этим и ограничилось.       — Можешь прятаться, — сказала искажённой кобыле доктор.       — И без тебя знаю, — ответил монстр, расправляя стрекозиные крылья.       Четвёрка квестеров призвала броню, вызвав какофонию звуков, и начала обстрел чудища. Но Уайт призвала драконье крыло, которое загородило монстра от заклинаний.       — Начнём игру, — заявила единорожка-альбинос и взмахнула полупрозрачным крылом.       Поднявшийся ветер едва не снёс кобыл, но они успели вцепиться копытокинезом в землю. Первой с места сорвалась Энжел, с помощью ускорителей приблизившись к Квест-Киллер. Та отбила красный накопытник в последний момент, удивившись скорости пегаски.       — Тренировала реакцию? — предположила доктор, помня ранние проблемы кремовой пегаски с избыточной скоростью.       В этот момент через Файер перепрыгнула Метал, обрушила когти на голову Уайт. Шлем защитил её голову, но недолгая дезориентация позволила Леттер со всей силы ударить её сжатой лапой в грудь.       Квест-Киллер проскользила пару метров назад, оставив копытами борозды на земле, но устояла на ногах. Вытянув переднюю ногу вперёд, она призвала вместо привычных когтей драконью голову и направила её на квестеров.       Кобылы бросились в рассыпную, избегая золотого потока огня. Рэрити, которой для зарядки крыла магией пришлось сбросить камуфляж, ударила противницу сзади, едва не сбив её с ног.       Переставив ноги, чтобы устоять на них, Уайт призвала вместо призрачной головы драконий хвост и им ударила модельершу, которая попыталась закрыться крыльями. При столкновении Вуд обхватила хвост зелёными лентами, что были на её ногах, из-за чего Квест-Киллер пришлось его развеять.       Вокруг ног белой квестер заклубился холодный туман, который почти сразу сковал их льдом. Не успела она освободиться, как ей в мордочку прилетело покрытое пламенем копыто от Энжел.       «И всё-таки мне не хватает внимания на всю пятёрку сразу», — подумала Уайт, создавая вокруг себя магический барьер, об который сразу разбились молния и огромный булыжник.       Убедившись, что монстр уже скрылся, единорожка-альбинос выпустила волну магии во все стороны, чтобы на секунду отвлечь остальных кобыл. Волна чуть не внесла их с ног, но они уже не успевали за Уайт, которая пригнула в реку, где был призрачный проход.       — Вот так, мы заставили её бежать, — обрадовалась Энжел.       — Не совсем, — усилив свой голос магией, ответила Уайт с одного из облаков в небе. — Но вынуждена признать, что со всей пятёркой мне пока справиться тяжело. Но отсутвие боевого опыта я ещё наверстаю. А вам лучше найти монстра, пока не поздно. Время идёт. И идёт неумолимо.       Рассмеявшись, Квест-Киллер зашла в портал, благодаря которому оказалась на облаке.

***

      Леттер доставила последнее письмо на сегодня и пошла в сторону почтового отделения, чтобы отсчитаться начальнице. По пути её встретила явно обеспокоенная Бладрут.       — Ты смогла что-нибудь выяснить? — спросила алая единорожка, когда красная пегаска подошла к ней.       — Уайт затеяла свою игру. И в ней, как минимум, участвует Блюберри, — ответила почтальонша, не останавливаясь, из-за чего паладин была вынуждена пойти рядом.       — Блюберри, Санрайз и, как минимум, новый «дворецкий» самой Уайт, — резюмировала Бладрут.       — У них есть что-то общее? — сразу поняла Леттер.       — Они все были «мармеладками» Куки Крамбл, — ответила алая единорожка.       — Их же было пятеро, если не считать её саму, — вспомнила красная пегаска.       — Именно. И про остальных двоих мы вообще ничего не знаем, — сказала паладин.       — Ты успела привязаться к Санрайз? — с небольшим недоумением спросила почтальонша.       — В этом есть что-то удивительное? — спросила в ответ Бладрут.       — Нет, — подумав, ответила Леттер. — Для пони это… привычно.       Они почти дошли до почтового отделения, когда с его крыши спрыгнула вооружённая палкой Лаймстоун. Красная пегаска просто сделала пару шагов назад, дай ей грохнуться на землю, не дотянувшись до неё. Следом из входа в отделение выскочила Энжел с такой же длинной палкой. Она замахнулась своим оружием, но её перехватила телекинезом недоумевающая от происходящего Бладрут. Пегаска, заметив, кто ей помешал, с шоком указала на неё копытом, едва не закричав. Но паладин заткнула ей рот магией.       Из переулков с двух сторон от отступавшей Леттер выстрелили Тиалав и Рэрити. Первая стреляла из пейнтбольного ружья, а вторая ограничилась своей магией. Почтальонша резко пригнулась. Из-за этого луч магии попал в мордочку зелёной земной. После небольшого взрыва, от которого её мордочка приобрела чёрный цвет, она начала кашлять дымом. А модельерша взвигнула от ужаса, когда по её гриве растеклась синяя краска.       — Всем два десятка подтягиваний… Когда приведёте себя в порядок, — сжалилась напоследок Леттер. — И что это вообще было?       — Мы, видимо, не сговаривались в этот раз, — ответила за всех Энжел, как единственная непострадавшая. — По крайней мере я не знала, что все они здесь.       — Понятно всё с вами, — усмехнулась Леттер.       — Что она здесь делает? — приподняла голову с земли Лаймстоун, кивнув в сторону Бладрут.       — Не волнуйся, уже ухожу, — улыбнулась ей паладин, радуясь тому, что в этот раз для разговора с сестрой не снимала маскировку. — Вот только объясните, почему вы нападаете друг на друга.       — Небольшое пари, — кратко объяснила красная пегаска.       — Что здесь произошло? — спросила проходящая мимо старая кобыла.       — Не обращайте внимания, они уже уходят, — заверила её почтальонша и развернулась к уходящим Тиалав и Рэрити. — Про подтягивая не забудьте!       — Ты чего удумала, издеваться над другими! — подняв оставленную палку, старушка, к удивлению всех присутствующих, успешно огрела ей Леттер по затылку.       Этот звук столкновения палки и головы красной пегаски, а так же её недоумевающее выражение мордочки, вместе с прикусанным языком, надолго остались в качестве приятных воспоминаний в памяти кобыл.