Эпизод 31. Чёрствое печенье

      Чейнджлинг в облике пурпурной земной пони с пустым взглядом подошла к одному из домов и начала биться головой об стену, чем привлекла к себе внимание. Пони, заметившие это попытались остановить её, но перевёртыш отбивалась и продолжала упорно долбить головой стену.       На поднявшейся неразберихой из тени переулка наблюдала фигура в коричневом плаще. Только когда чейнджлинг, в очередной раз ударившая стену, вырубилось и потеряла маскировку, фигура в плаще решила уйти.       Пони, столпившиеся вокруг перевёртыша не испугались её, уже привыкнув к их наличию в Понивилле, поэтому решили отнести её в больницу. Но все оставались настороже, прекрасно понимая, что если чейнджлинги начинают чудить, то рядом находится монстр.

***

      Сансет резко поставила передние копыта на стол и вытянулась вперёд, чтобы нависнуть над Леттер, что расслабленно разлеглась на полу библиотеки.       — Ты когда разберёшься со своими долгами в казино? — строго спросила единорожка.       — Как только накоплю на последнюю долю, тогда и расплачусь, — напомнила ей свой план красная пегаска. — Большая часть долга уже выплачена, так что я не понимаю твоей претензии.       — Мне снова нужно напомнить, что наличие у тебя долгов может негативно сказаться на репутации квестеров? — поинтересовалась библиотекарша. — А это уменьшит нашу прибыль от бренда.       — Да помню я, — отмахнулась от неё почтальонша. — Нет у меня этих денег. Не красть же их.       — Знаешь, я даже удивлена, что ты за всю свою жизнь так и не опустилась до кражи, — проворчала в ответ Сансет, спустившись со стола.       — Вообще-то… — скосила взгляд в сторону Леттер. — Впрочем, забудь. Мне нужна ещё пара тысяч битс, чтобы окончательно закрыть долг.       — Всего-то? — со скепсисом спросила жёлтая единорожка. — Разве твой долг не составлял чуть меньше ста пятидесяти четырёх тысяч, насколько я помню из твоего рассказа.       — Так это было тогда, когда я только прилетела в Эквестрию, — напомнила красная пегаска.       — То есть, первым делом, прилетев в страну, где живут другие пони, как ты, а не грифоны, ты пошла в казино? — захотела ударить собеседницу по лбу библиотекарша. — Причём не случайно мимо проходила, а целенаправленно искала?       — Я азартная пони, — признала свой недостаток почтальонша.       — А как ты раньше расплачивалась за долги, не увязнув в новых? — спросила Сансет. — Сомневаюсь, что ты не пошла бы снова.       — Мне запретили играть владельцы казино до полной оплаты старого долга, — объяснила Леттер.       — И как я могла забыть, что мы говорим про пони, а не про людей? — поняла свою ошибку жёлтая единорожка. — Казино есть, но обирать до нитки никто не будет. И не будут особо торопить с оплатой.       — Кстати об этом. Деньги я им отправляла по почте, за что получала в ответ квитанцию об оплате части долга, — дополнила свой ответ красная пегаска.       — И ни разу не было такого, что часть твоих денег «потерялась»? — не верила в услышанное библиотекарша.       — Дёрпи, перекладывая посылки в поезд один раз рассыпала мешок с битсами и потеряла пару монет, — ответила спокойно почтальонша.       — Невозможно, — начала тереть висок копытом Сансет, пытаясь это осмыслить. — Так, спокойно, это хотя бы объясняет, как принцесса Селестия вообще терпит наличие казино в Эквестрии… Да, ради собственного спокойствия буду думать, что это пони такие порядочные, а принцесса всех запугала.       — А это разве не так? — с недоумением спросила Леттер.       — Знаешь, иногда мне кажется, что я понимаю грифонов больше, чем пони. Что странно, ведь единственный «грифон», которого я знаю — это ты, — поделилась мыслями жёлтая единорожка. — Знаешь, я тут задумалась, а где ты нашла остальные деньги? Зарплаты почтальона тебе точно не должно было хватать… Так ты их всё-таки украла?       — Тот дракон этого даже не заметил, — ответила красная пегаска. — Впрочем, это сложно заметить, когда до этого тебя вырубило молнией, попавшей в голову.       — И этот дракон даже не попытался отомстить? — снова не верила её словам библиотекарша.       — Зубы обломал, — ехидно ответила почтальонша.       — Полагаю, буквально, — даже не удивилась Сансет. — Но самое главное… как ты это провернула незаметно от остальных?       — Ну, я не искала его специально, а эти порталы иногда ведут непонятно куда… — хотела сослаться на случайность Леттер.       — Тебе не могло так повезти с порталом, — нашла несостыковку жёлтая единорожка.       — Эта ящерица переросток мешала мне спать своим дымом и храпом. И я пришла к нему, ударила молнией, пока он спас, и стащила деньги, — с явным неудовольствием призналась красная пегаска. — Он наверняка даже не понял, что произошло.       — Эм, и почему ты стеснялась рассказать это сразу? — не понимала библиотекарша.       — Не было боя. Я не настила ему зубы, а из-за жадности и раздражения тихо забрала деньги. А когда я захотела нормально объяснить ему, в чём он не прав, его уже и след простыл… Вместе с остальными деньгами! — возмущалась почтальонша, вскочив на ноги.       — Когда это было? — осторожно спросила Сансет.       — Летом, — ответила недовольная Леттер.       — Если он не напал раньше, то уже вряд-ли вернётся, — успокоила себя жёлтая единорожка и решила вернуться к изначальной теме разговора. — Полагаю, все драконьи сокровища ты потратила на оплату долга… Может последние две тысячи оплачу я?       — Считаешь, что я не смогу найти эти две тысячи битс? — оскорбилась красная пегаска.       — А кто сказал, что я сделаю это даром? Потом вернёшь мне. А так мы избавимся от… фактора, о котором общественности лучше не знать, — привела довод библиотекарша.       — В принципе, мне без разницы, кому выплачивать долг, — подумав, не нашла изъянов в плане почтальонша. — Но есть один момент.       — Не томи, — попросила её поторопиться Сансет.       — Выплачивать долг я могу и через почту, но полностью закрыть только лично. Там какая-то бюрократическая лабуда, непонятная мне, — пояснила Леттер.       — Всё равно я собиралась ехать с тобой, — не видела проблемы жёлтая единорожка. — Бери отпуск на работе и поедем ближайшим поездом. Чем раньше закончим, тем лучше.       — Что-то ты больно наглой стала. Ещё и раскомандовалась тут, — хмуро взглянула на неё красная пегаска.       — Время — деньги, — ответила на это библиотекарша, смело глядя в глаза собеседницы, за что получила от той несильный удар в нос копытом. — Ай!       — Я уважаю то, что ты так смело со мной разговариваешь, но знай границы, — предупредила почтальонша.       — Признаю, меня слегка понесло, — повинилась сделавшая шаг назад Сансет. — Извини. Просто… не важно.       — Просто не считай всех вокруг глупее себя. Я сама столкнулась с тем, что пони вокруг кажутся более… «слабыми» со стороны. Но ведь не просто так самое огромное известное государство принадлежит им, — напомнила Леттер и пошла к выходу из библиотеки. — Вернусь где-то через час.       Она громко хлопнула дверью, чем заставила жёлтую единорожку прижать уши к голове.       — Всё ещё не могу до конца привыкнуть к здешним реалиям, — проворчала библиотекарша, с раздражением взглянув на собственное копыто.

***

      На следующий день произошёл новый странный случай. Один из чейнджлингов прямо посреди улицы сбросил маскировку и застыл на месте. Обеспокоенные прохожие, когда убедились, что монстра поблизости всё-таки нет, пытались его растормошить, но перевёртыш никак на них не реагировал. По итогу он также, как и предыдущая, оказался в больнице.

***

      — Значит, Леттер и Сансет уже нет в Понивилле? — уточнила Тиалав.       — Леттер сказала что-то о закрытии долгов в Лас-Пегасе, — ответила ей Энжел, а затем обратила внимание на обеспокоенность другой официантки. — Что-то случилось, Блюберри?       — Эм-м, — смутилась подошедшая с оплатой за очередной заказ замаскированная чейнджлинг, не зная, что ответить. — Честно говоря, случилось… Но я не знаю, стоит ли говорить об этом. Всё-таки дело не сильно касается монстров… По крайней мере признаков их влияния не были видны.       — Думаю, мы уже доказали, что чейнджлинги могут нам доверять в… некоторых вопросах, — дипломатично и с мягкой улыбкой ответила владелица чайной.       — Вчера и сегодня, по утрам, начали случаться… странности. Некоторые чейнджлинги вели себя странно, — шёпотом пояснила перевёртыш.       — Насколько странно? — нахмурилась кремовая пегаска.       — Кто-то просто застынет на месте и перестанет двигаться, кто-то начнёт просто прыгать на месте, кто-то делать вообще непонятно что, например, попытку съесть стену… в пещере. Двое вообще из-за этого попались на глаза пони и попали в больницу… Что странно, никто из нас не думал, что пони окажутся столь… терпимы к нам, — пояснила Блюберри.       — Практически после каждой стычки с монстром остаётся целая толпа бессознательных чейнджлингов. Естественно пони успели привыкнуть к мысли, что вы рядом, — не видела в этом ничего удивительного Тиалав. — И, не считая помощи монстрам не по своей воле, вы нам практически не вредили…       — Куки Крамбл и «мармеладки», — напомнила Энжел.       Услышав имя той, кто дала ей новые способности, Блюберри ощутимо вздрогнула, что не укрылось от двух квестеров. Владелица чайной строго взглянула на официантку, на что та отвела взгляд, слегка смутившись.       — Мы немного отошли от темы, — сказала кремовая пегаска. — Почему ты думаешь, что монстр тут не причастен? Мы ведь знаем, что некоторые из них могут быть разумными.       — Ощущения, про которые говорили жертвы, — ответила Блюберри настороженно, словно опасаясь, что их подслушают. — Словно… словно сама королева выдала им приказ. Только… сильнее и грубее, чем она. Те, что застывали без дела, говорили, что получили приказ, который физически не могли выполнить или откровенно самоубийственный.       — Звучит… страшно, — признала Энжел. — Но ваша связь с Роем всё ещё оборвана, так что это не могла быть ваша… бывшая королева, верно?       — Верно, — кивнула замаскированная чейнджлинг.       — Эй, кто-нибудь собирается принимать мой заказ?! — раздался недовольный голос с одного из столиков.       — За работу, — решила за всех Тиалав. — А поговорить успеем во время перерыва.       Обе официантки кивнули ей и пошли принимать заказы. Но Блюберри всё ещё не могла успокоиться. Она чувствовала, что все эти странности с её соплеменниками — лишь подготовка к чему-то большему. Но она искренне надеялась, что ошибается.

***

      Лаймстоун, на которой был доспех, косо взглянула на Рэрити, но та пока была занята клиентом. Земная пони всё ещё не могла взять в голову то, что после произошедшего в Кантерлоте белая единорожка спокойно впустила её в свой бутик. Она даже стала более доброжелательнее к ней. Словно ничего не произошло. Но холодок, периодически появляющийся в глазах модельерши, давал ей понять, что она всё же изменилась.       — Как успехи? — подошла к задумчивой Лаймстоун Рэрити, закончив с клиентом.       — Пока вот так, — предоставила образец синевато-серая земная пони.       Белая единорожка подняла изменённый драгоценный камень телекинезом. Граунд с помощью своей магии земли изменила форму кристалла, из-за чего он теперь напоминал очень тонкую палочку. Модельерша попыталась её согнуть, из-за чего та словно сломалась во множестве мест, но кобыла легко вернула её в исходное положение.       — Словно зубочистки, соединённые нитью, — прокомментировала Рэрити. — Прогресс явно есть. Продолжай в том же духе, дорогуша.       — С тобой всё… нормально? — подумав, осторожно спросила Лаймстоун.       — Oui, bien sûr, — ответила белая единорожка. — Если тебя волнует произошедшее между нами, то… ты уже наказана, так что мне нет смысла и дальше злиться на тебя.       — Наказана… чем? — не понимала синевато-серая земная пони.       — А ты не замечаешь, что ты несколько… присмирела? — удивилась модельерша. — И стала довольно услужливой. Вспомни, как ты сама вызвалась помочь Тиалав.       — Ну и что со мной? — с лёгким раздражением спросила шахтёрша, но эта вспышка злости быстро потухла.       — Проклятие Гармонии, — ответила Рэрити.       — Но… я ведь не отвечаю на вопросы максимально честно, как Леттер тогда, — не понимала хмурая Лаймстоун.       — Потому что на ней было именно проклятие Честности. А Честность — один из Элементов Гармонии. Про них мне рассказывала Твайлайт в ночь возвращения Найтмер Мун, — спокойно ответила белая единорожка.       — А какие вообще были Элементы Гармонии? — осторожно спросила синевато-серая земная пони.       — Я знаю только пять из шести. Это Честность, Щедрость, Доброта, Смех и Верность, — вспоминая, ответила модельерша.       «Что поделать, если пони, от которой я создана, должна воплощать «доброту»?», — вспомнились ей слова «Флаттершай».       — Проклятие Доброты? — не веря в подобное, вслух спросила шахтёрша.       — Скорее всего, — согласилась с ней Рэрити. — И довольно сильное, насколько я тогда видела. — По крайней мере, Леттер говорила, что в самом начале она чувствовала некие странные порывы помочь, как например с посудой Энжел. И… наш работодатель объяснял, что это были слабые проявления проклятия Гармонии, к которым мы со временем приобрели иммунитет.       — И как мне теперь от этого избавиться? — спросила Лаймстоун, чувствуя себя неуютно.       В ней пытался проснуться гнев на происходящее, но он был задавлен проклятием, что оставило кобылу несколько опустошённой.       — Не знаю, — честно ответила белая единорожка. — Впрочем, это всё равно должно пойти тебе на пользу. Твой характер, дорогуша, был довольно ужасен.       — Раньше тебя всё устраивало, — с обидой, не продлившейся долго, сказала синевато-серая кобыла.       — Раньше мне не хватало смелости сказать тебе о твоих недостатках, — возразила несколько надменно модельерша.       — Что ты собираешься делать… с Уайт? — решила сменить тему шахтёрша.       — Я собираюсь отомстить этой кляче, — свирепо ответила Рэрити, топнув копытом по полу, но затем сделала глубокий вдох и выдох, чтобы успокоиться. — Но она опасна. С наскока даже сейчас мне её не одолеть. Поэтому я пока буду следить и искать возможности.       — И ты так просто мне об этом рассказываешь? — удивилась Лаймстоун.       — А мы разве враги? — спросила у неё белая единорожка.       — Нет, — ответила синевато-серая земная пони, опустив взгляд.       — Тогда не вижу проблем. Мы обе всё ещё остаёмся квестерами. Мы в одной команде. Прости, что излишне… вспылила тогда, но ты это заслужила. И ещё… спасибо, что не рассказала другим, — улыбнулась собеседнице модельерша. — Кстати… а почему?       — А зачем втягивать других в то, что произошло между нами? — ответила на это шахтёрша. — Но ты разве не собираешься звать остальных, чтобы разобраться с Уайт?       — Эта месть будет только моя, — твёрдо заявила Рэрити, потеряв всякий намёк на доброжелательность. — И не советую стоять на моём пути.       «Всё-таки она не нормальная», — осознала Лаймстоун. — «Я должна что-то сделать… Может, рассказать другим. Да, это будет… Нет! Какое-то ляганое проклятие Гармонии не заставит меня плясать под свою дудку. Я сама в это вляпалась, сама и выберусь. Иначе… даже об минимальном уважении со стороны Леттер можно забыть. И о самоуважении тоже».       Этой вспышки гнева, которая была подавлена сразу после решения, вызвало новый виток раздражения земной пони. В этот момент она как никогда желала попасть в тот самый транс от злости, которого обычно опасалась.       — Ничего не могу обещать, — решительно сказала шахтёрша и вернулась к работе над драгоценными камнями.       — Иногда ты способна поразить, — сдержанно похвалила её Рэрити, от которой не укрылась внутренняя борьба собеседницы.       Лаймстоун ей ничего не ответила, но белой единорожке ответ был не нужен. Нападать на земную пони первой ей не было никакого смысла, поэтому она решила просто подождать, надеясь на то, что Граунд хватит ума не лезть ей под копыта.       С подобными мыслями модельерша вернулась к работе, так как в бутик зашла новая посетительница.

***

      Поздно ночью Энжел склонилась над картой городка и карандашом ставила крестики в местах из списка, что ей предоставили чейнджлинги.       — Пересечение Ромашковой улицы и улицы Розы, — поставила последнюю отметку кремовая пегаска и начала разминать затёкшую шею.       — Нашла какие-нибудь закономерности? — поинтересовалась Тиалав, передавая ей чашку с чаем.       — Вчера странные ситуации с чейнджлингами происходили в юго-западной части Понивилля. В том числе в их пещерах, — указала на одну из двух групп меток официантка, а затем перевела копыто на вторую. — Сегодня все случаи были в северной части городка, где так же проходит сеть пещер.       — У тебя есть идеи, где это может случиться завтра? — поинтересовалась владелица чайной.       — Одно из двух. Либо в той части пещер, что находится за пределами Понивилля, либо в в южной части, ближе к Вечнодикому. На востоке Понивилля, как ты знаешь, находятся летние дома аристократов и поместья других богатых пони. Чейнджлинги держатся от этой части городка подальше… в большинстве своём, — развёрнуто ответила кремовая пегаска. — Но нельзя исключать, что это повторится на одном из районов. Прошло всего два дня. Информации мало, чтобы находить закономерности. Но я бы сделала ставку на южный район.       — Блюберри сообщила, что чейнджлинги сразу сообщат нам, когда и где это произойдёт снова, — передала зелёная земная пони. — А тебе пора отдохнуть. Нам понадобятся силы, когда столкнёмся с этим нечто. Можешь сегодня ночевать у меня.       — Хочешь сказать, что я всё это проделала впустую? — устало спросила Энжел.       — Нет, конечно. Я передам твои замечания, и их примут к сведению, — заверила её Тиалав с мягкой улыбкой.       Кремовая пегаска прищурилась, пытаясь найти подвох в словах и интонациях зелёной кобылы, но та выглядела довольно искренней. Решив не морочить себе этим голову, официантка решила прилечь на диване, что находился в зале.       — Спокойной ночи, — сказала официантка и зевнула.       — Спокойной ночи, — ответила ей владелица чайной и, погасив свет, пошла вниз, чтобы сообщить Блюберри наблюдение Энжел.

***

      — Юг! Стройка! Под землёй! — ворвался утром в чайную замаскированный чейнджлинг, пугая посетителей.       Энжел и Тиалав переглянулись, кивнули друг другу, надели солнцезащитные очки и побежали к призрачному проходу в стене.       — «Квестер Ватер! Файер!» — выпрыгнув из портала уже доспехах неподалёку от нужного здания, кобылы начали осматриваться по сторонам.       Спустя пару секунд Энжел взлетела и начала заглядывать в улочки и переулки с высоты облаков. Она мельком заметила в одном из них фигуру в плаще, но не прижала ей значения, пока из её вытянутого копыта не ударила зелёная волна магии.       Заклинание, разошедшееся во все стороны, осталось никем, кроме квестеров, не замеченным. Но проходивший по улице замаскированный чейнджлинг внезапно свернул в сторону, подошёл к двери ближайшего дома и начал открывать и закрывать её без остановки.       Красная квестер, поняв, что перед ней виновник происходящего, начала пикировать на него, чем привлекла внимание оставшейся внизу Тиалав.       Фигура в плаще неестественно резко повернула голову в сторону кремовой пегаски, но глубокий капюшон скрыл её мордочку. После этого она развернулась и побежала, желая скрыться от преследования.       «Жаль, что ускорителей у меня больше нет», — с досадой подумала Файер, корректируя курс в воздухе. А Тиалав, которая предпочла свои ноги крыльям, бросилась в один из переулков, по манёврав сокомандницы поняв, в какую сторону примерно бежать.       Погоня продолжалась минут пять, пока фигура в плаще не была вынуждена выбежать на широкую улицу. И тут из портала на её пути выскочила «мармеладка», что преградила ей путь, вынудив затормозить.       — Не уйдёшь! — мандражируя, прокричала искажённая чейнджлинг.       — Блюберри?! — узнала голос приземлившаяся позади фигуры в плаще Энжел.       — В этот раз… в этот раз я тебя не испугаюсь! — заявила «мармеладка» и бросилась на окружённую.       Фигура в плаще вильнула в сторону, но Блюберри зацепила её одежду когтями на передних ногах и сорвала её. В этот же момент остальных догнала Тиалав, которая сильно удивилась, увидев, кто скрывался под плащом.       Светло-коричневый чейнджлинг с шоколадного цвета гривой и хвостом и жёлтыми пустыми глазами развернулась к двум квестерам и «мармеладке». Файер успела отметить, что у той на передней ноге был какой-то браслет.       — Куки Крамбл, — прошептала зелёная земная пони.       — В прошлый раз я испугалась. Не решилась идти против тебя, — явно борясь со страхом, сказала Блюберри. — Но сейчас… я не сбегу!       «Мармеладка» бросилась на неподвижную Куки. Подбежав, она собиралась ударить учёную когтистой лапой, но на её пути появился удерживаемый телекинезом сине-серебряный лук, который спокойно выдержал удар.       — Она тебе не ответит, — сказала вышедшая из переулка Мирмелеон.       Тетива на луке, что она удерживала магией, натянулась, и в морду Блюберри прилетела магическая стрела, отбросившая её к ногам квестеров. Тиалав помогла ей подняться и вся троица напряжённо уставилась на паладина.       — Никогда не видела Куки в её настоящем облике, но ведь не только мне она кажется немного… неживой? — спросила остальных Энжел.       — Что ты с ней сделала? — с затаённым ужасом спросила владелица чайной.       — Я подобрала Куки Крамбл сразу после её поражения тебе, — с радостью начала отвечать Мирмелеон. — Меня крайне сильно заинтересовали её эксперименты. К сожалению, тот бой не прошёл для неё бесследно, и Куки впала в кому. И мне пришлось ограничиться лишь её записями. А плодить «мармеладок» ради самостоятельных изысканий слишком… опрометчиво. Их и так слишком много для такого городка, как Понивилль. Поэтому я немного поработала над одним артефактом, что должен копировать частоту магии королевы Кризалис. С его помощью я буквально приказала телу Куки подняться, не смотря на отсутствие сознания. Даже если связь разорвана, королева чейнджлингов имеет власть над всеми другими.       — Если ты создала артефакт только чтобы поднять Куки, то зачем издевалась над другими чейнджлингами? — не понимала Блюберри.       — Я не могла упустить такую возможность и не проверить, на что он действительно способен. Серьёзно кому-то вредить я не собиралась, и самоубийственные приказы, если бы их начали исполнять, отменила бы, — желая похвастаться, ответила Мирмелеон.       — Тогда… зачем ты нас сюда заманила? — спросила Энжел.       — Заманила? — удивилась Тиалав, а затем взглянула на неподвижную Куки. — Неужели ты собралась…       — У Куки в её форме… не «мармеладки», а «печеньки», был внушительный арсенал и довольно важная особенность. Она могла ломать броню квестеров, — словно на лекции начала объяснять паладин, наслаждаясь происходящим. — Но ей не хватало боевых навыков и опыта в бою. И она, откровенно говоря, бездарно проиграла одной тебе, Ватер. А у тебя не было ни улучшенного доспеха, ни особых навыков. Ты превосходила её в опыте, пусть и не значительно. Слабость брони из печенья к воде тоже сыграло свою роль. А ведь Блюберри до этого в одиночку заставила попотеть и тебя и Граунд за счёт скопированных навыков Метал.       — Так ты ей… — начала догадываться Тиалав.       — Я провела ей ещё одну операцию, — подтвердила невысказанную догадку Мирмелеон. — Но за образец брать Метал я не решилась. «Мармеладки» ведь поначалу оказались не сильно стабильны психически из-за… её особенностей. Я нашла для своего эксперимента нового донора. Впрочем, наличие нескольких боевых форм не сильно удивительная вещь, ведь у той же Санрайз их целых три.       — Ты собираешься проверить на нас возможности марионетки, в которой боевые навыки другой пони? — не верила своим ушам Энжел. — Зачем? Ты сама упомянула Санрайз, которая способна на большее. И вы, вроде как, были на одной стороне.       — Так надо, — ушла от прямого ответа паладин и достала шоколадную печеньку. — Куки, используй это.       Бессознательное тело светло-коричневого чейнджлинга перехватило брошенную печеньку телекинезом и сразу бросило её в рот. Над Куки появился призрачный проход, из которого на неё упала гора шоколадного печенья, которая почти сразу разлетелась в разные стороны, обнажая изменившийся внешний вид перевёртыша.       Основа доспеха из хитина всё так же напоминала улучшенный доспех Леттер, что было свойственно всем искажённым чейнджлингам. На ногах, груди, крыльях и на мордочке были дополнительные пластины из шоколадного печенья. Глаза на лицевой пластине приняли форму языков пламени, став оранжевыми.       — Может целых две формы печенья несколько излишне, но предугадать, что конкретно будет использоваться для новой формы несколько сложновато, — пояснила Мирмелеон. — И для чистоты эксперимента я не позволю ей сдерживаться. Куки, убей квестеров и захвати «мармеладку».       Куки зажгла рог и в квестеров на большой скорости полетели пули из печенья. Энжел и Тиалав закрылись крыльями, но пули пробили их и попали в основную броню, оставив на ней вмятины и сбив с ног кобыл.       Блюберри, вздрогнувшая из-за скрипа металла, бросилась в сторону Куки. Тело без сознания отклонило голову назад, избегая когтей «мармеладки» и ударило ту в бок крылом. Младшая чейнджлинг перехватила конечность передней лапой, но тут же получила по второй передней ноге копытом, из-за чего она упала на колено.       Куки зажгла рог, по которому сразу получила крылом от Блюберри. А следом в «печеньку» прилетело несколько водяных снарядов. Она отпрыгнула назад, вырывая своё крыло из хватки «мармеладки», и закинула в пасть шоколадное печенье, восстанавливая размякшую от воды броню.       Мирмелеон, что перестреливалась с Файер, выпустила из лука магическую стрелу в Ватер, сбивая ей подготовку к следующему выстрелу. Синяя квестер, которой стрела попала в рог, отшатнулась в сторону, но устояла на ногах.       Энжел прыгнула в призрачный проход и оказалась позади Куки. Та сразу рухнула на землю, пропуская над собой огненный шар и задним копытом подсекла ноги красной квестер. Официантка упала мордочкой в землю и чейнджлинг зажгла рог, чтобы выстрелить ей в затылок.       Но на неё набросилась Блюберри, и перевёртыши вместе покатились по траве, пока не упали в находящийся на земле портал. Упав на плоскую крышу высокого здания, Куки оттолкнула «мармеладку» от себя, едва не сбросив её вниз. Официантка вцепилась когтями в край крыши и с помощью крыльев залетела на неё обратно.       Там её встретила Куки с вытянутой вперёд передней ногой. Почувствовав резкую головную боль, Блюберри схватилась за голову.       — «Квестеры твои враги, избавься от них» — прошелестел голос в голове «мармеладки».       — Прочь из моей головы! — сорвавшись на злость, выкрикнула перевёртыш и снова напала на противницу.       Куки отпрыгнула в сторону, избегая когтей. Блюберри зарядила мармеладные пластины на передней ноге магией, из-за чего те начали светиться, и резко взмахнула ей, выпуская импульс магии во все стороны. Учёная, вонзив когти и крылья в крышу, смогла устоять на месте.       Оба чейнджлинга разорвали лицевые пластины, чтобы съесть чипы и создать мечи из них. Блюберри отбила клинком две пули из печенья, и тот разбился вдребезги. Свой меч Куки швырнула на манер копья.       Официантка подорвала импровизированный снаряд зелёным лучом магии, но это оказалось ошибкой. Меч от взрыва разлетелся осколками, которые впивались в мармеладную броню, делая её бесполезной.       Куки снова вытянула переднюю ногу в сторону противницы, и та закричала от боли, схватившись за голову.       — «Квестеры твои враги, избавься от них», — прозвучал приказ в её голове.       — Никогда! — пыталась бороться с инстинктами Блюберри, на что получила новую порцию внушения.       — «Квестеры твои враги, избавься от них. Квестеры твои враги, избавься от них. Квестеры твои враги, избавься от них…» — от непрекращающегося голоса в голове официантка не устояла на ногах и упала, пытаясь подавить порывы исполнить приказ.

***

      Квестеры вдвоём заставляли Мирмелеон отступать, пока она не упёрлась крупом в стену дома. Чейнджлинг перекатилась в сторону, избегая огненного шара и водяного снаряда и выпустила сразу три магические стрелы под ноги противниц.       Этой небольшой заминки хватило перевёртышу, чтобы подготовить заклинание, которое она бросила в кобыл. Энжел и Тиалав отпрыгнули в разные стороны, но от места попадания магического луча во все стороны распространилась лужа ядовито-жёлтого вещества. Край лужи задел накопытник зелёной кобылы, от которого сразу пошёл шипящий звук. Владелица чайной отпрянула от лужи и с удивлением уставилась на небольшую дыру в доспехе.       — К-кислота? — догадалась, что это было, Энжел.       — Чейнджлинги способны выделять слизь, которую используют для коконов, в которых держат своих жертв. Я взяла слизь у Куки и модифицировала её под кислоту, — похвасталась паладин. — Как видите, свойство вредить вашим доспехам она сохранила. Мне надо было лишь телепортировать её в нужное место.       — Ты ведь понимаешь, что сейчас реально могла нас убить? — спросила у неё Тиалав. — Тебе ведь потом не сдобровать от принцессы Селестии.       — Мне бы не пришлось прибегать к подобным методам, если бы вы просто дали лишить вас сил квестеров, — ответила на это паладин.       Квестеры начали поливать чейнджлинга заклинаниями, не давая ей контратаковать. Но тут из портала сбоку от Тиалав выскочила Блюберри и ударом когтистой лапой в бок сбила её с ног.       — Что ты… — вскочила на ноги удивлённая Ватер.       — Вы мои враги, и я должна избавиться от вас, — безэмоциональным голосом ответила «мармеладка» и снова набросилась на владелицу чайной.       Мирмелеон с улыбкой наблюдала за тем, как Блюберри нападает на квестеров. Из призрачного прохода рядом с ней выскочила Куки, которая сразу зажгла рог, но сине-серебряная чейнджлинг остановила её жестом.       — Пока хватит. Для первого теста этого достаточно, — сказала паладин, направляясь к переулку. — А продолжить мы всегда успеем.       — Блюберри, приди в себя! — отчаянно закричала Тиалав, закрываясь от когтей крылом.       Со стороны «мармеладки» раздался лишь рык, но огненный шар, прилетевший ей в голову и отбросивший в сторону, помешал ей снова напасть. Чейнджлинг вскочила на ноги и закинула в пасть пачку мармелада, чем восстановила свой доспех.       — С меня хватит! — резко заявила Энжел и провела копытом по очкам.       — «Биг Макинтош!» — красная квестер увеличилась в размерах и начала надвигаться на перевёртыша.       Блюберри выпустила в неё несколько заклинаний, пуль из созданного из печенья пистолета и швырнула меч из чипсов, но всё оказалось безрезультатно. Она собиралась броситься в сторону, но Тиалав приморозила её ноги к земле с помощью воды, лужи с которой появились за веря боя.       Энжел горела массивным копытом Блюберри по голове, вырубив её, схватила за шкирку копытокинезом и резким движением оторвала ото льда. Чейнджлинг тут же потеряла боевую форму и маскировку.       — И что мы будем с этим делать? — спросила кремовая пегаска.       — Не знаю, — честно ответила Тиалав, и, подумав, решила. — Но пока отнесём её в чайную.

***

      Сансет с некоторым удивлением осматривала Лас-Пегас, который пестрел яркими вывесками и высокими домами. Кобылы шли по деревянному настилу, из которого состояли дороги в городе для единорогов и земных пони.       — Знаешь, если бы город не стоял на облаках, я бы решила, что вернулась в родной мир, — поделилась впечатлениями жёлтая единорожка.       — Правда? — полюбопытствовала подбежавшая сзади Лира и начала что-то записывать в блокноте, который удерживала телекинезом.       — А это ещё кто? — удивилась её появлению Леттер.       — Моя личная помощница… и головная боль, — ответила библиотекарша. — Лира, как ты здесь оказалась?       — Ну-у-у, — замялась мятная единорожка. — Я услышала, что ты собралась в Лас-Пегас, и решила, что ты не могла поехать туда просто так и тебе просто необходима моя помощь. Ты ведь человек… в теле пони, и мало с чем знакома в Эквестрии.       — Почти поверила, — ответила ей Сансет.       — Может всё-таки сыграть? — бросив взгляд на ближайшее казино, подумала вслух Леттер.       — Даже не думай! — сразу осадила её жёлтая единорожка. — Лучше отвели нас к тому заведению, которому ты задолжала.       — Какому из них? Их штук семь, — ответила красная пегаска.       — Ближайшее из них, — едва сдержала вздох библиотекарша.       — О, а в твоём мире было казино? — поинтересовалась Лира.       Глаз Сансет дёрнулся от раздражения. «Это будет долгий день», — уже понимала жёлтая единорожка.

***

      Блюберри очнулась и открыла глаза. Увидев перед собой Тиалав и Энжел, она сразу дёрнулась в их сторону со злобным оскалом, но верёвки, которыми она была привязана к креслу, удержали её.       — Ты нас узнаёшь? — спросила кремовая пегаска.       — Вы — квестеры и я должна избавиться от вас, — застыв, безэмоционально ответила перевёртыш, и со вновь появившейся злостью попыталась вырваться.       — Интересный эффект, — усмехнулась приглашённая Тиалав чейнджлинг, что стояла позади квестеров. — Говорите, что за этим стояла Мирмелеон с каким-то артефактом?       — Да, если я правильно поняла, то он копирует эффект приказа вашей королевы через вашу связь, — ответила Тиалав. — Хотя она, вроде как, оборвана.       — Как раз из-за этого она и может влиять на других артефактом, — ответила чейнджлинг. — Раньше изгнание для нас было намного опаснее, когда королев было несколько. Ведь любая из них могла внушить приказ изгнаннику. А вот то, что она проявляет агрессию, на самом деле замечательно.       — Не вижу в этом ничего хорошего, — нахмурилась Энжел, отдёргивая копыто, которое Блюберри попыталась поймать зубами.       — Остальные, попавшие под этот эффект, выполняли приказы бездумно, — напомнила гостья. — Раз она проявляет эмоции, значит она борется с приказом. Надо только как-то ей помочь…       — «Квестер Ватер!» — Тиалав призвала броню и окатила привязанную кобылу водой.       Блюберри, на которую сверху упал поток воды, опустила голову и затихла. Две пони и перевёртыш стали с любопытством смотреть на неё, ожидая реакции.       — Теперь тебе точно конец, скотина! — рявкнула чейнджлинг, резко подняв голову, и снова попыталась выбраться из верёвок.       — Это можно считать прогрессом? — поинтересовалась зелёная кобыла.       — Вполне, — подумав, ответила чейнджлинг. — Надо расшевелить её эмоционально, чтобы сбросить эффект приказа.       — А ты довольно много знаешь об этой теме, «первая», — отметила кремовая пегаска.       — Я всегда хотела большей независимости. За это и изгнали, — усмехнулась в ответ «мармеладка».       — Это снова началось! — ворвался на второй этаж чайной чейнджлинг. — Юго-западный район, у реки!       — Вот это уже наглость, — нахмурилась Энжел и надела солнцезащитные очки.       — Поможешь? — спросила Тиалав.       — Чтобы стать такой же? — указала на разъярённую Блюберри копытом «первая».       — Придётся самим, — поняла кремовая пегаска и побежала вместе с сокомандницей к призрачному проходу в стене.       — Предатели! — рявкнула Блюберри, стоило пони скрыться в портале. — Почему вы им помагаете?       «Первая» жестом прогнала другого чейнджлинга вниз, чтобы тот сел за прилавок, а сама села напротив другой «мармеладки» на диван.       — «Вторая», вот скажи мне, почему ты всё ещё… такая? — спросила «первая».       — Какая «такая»? — со злостью спросила Блюберри, не понимая, что она имеет ввиду.       — Обычная, — не смогла подобрать более подходящего слова «мармеладка» и продемонстрировала свою переднюю конечность, покрытую чёрным хитином и дырами. — Прямо как я. Мне казалось, что ты вполне способна стать такой же, как Санрайз, как твоя наставница, как Мирмелеон… как Куки Крамбл.       На последнем имени Блюберри вздрогнула, растеряв весь свой гнев. Она испуганно осмотрелась по сторонам, чтобы убедиться, что упомянутого перевёртыша нет поблизости.       — Так ты боишься? — удивилась «первая». — Знаешь, это глупо. Плевать на вырвиглазный вид, отсутвие постоянного голода того вполне стоит. Была бы у меня возможность, я бы прошла через «эволюцию», как её называла Куки.       — Почему ты думаешь, что я способна на это? — осторожно спросила Блюберри.       — Ты так переживала за свою наставницу, которую считала мёртвой. И ты вполне привязалась к Ватер и Файер. Связи, дружба, любовь в конце-концов. Всё это путь к «эволюции». Поскольку я была первой «мармеладкой», то Куки мне все уши об этом прожужжала, — ответила с ехидством «первая». — Для чего мне, по-твоему, нужна именно спокойная жизнь? Как раз, чтобы найти эти связи и забыть о голоде, а там… уже что-нибудь придумаю.       — Ты ищешь в этом выгоду, — заметила Блюберри. — С таким подходом ты не добьёшься настоящих связей.       — Знаю, — с едва скрытым сожалением согласилась «мармеладка». — Но по-другому я пока не умею. Как это вышло у тебя?       — Я… я не знаю. Я просто… работала с ними здесь, — сказала опечалено официантка, а затем её морду исказила злость. — Я должна… должна избавиться от них.       — Видимо, я переоценила твою привязанность к ним, — с некоторым разочарованием сказала «первая». — Как думаешь, они заметят разницу, если я заменю тебя?       — Что? — Блюберри сначала не поняла, что сказала собеседница, но затем…       Глаза чейнджлинга начали метаться из стороны в сторону, пока она пыталась справиться с противоречивыми эмоциями. А «первая» наблюдала за этим с нескрываемым любопытством.

***

      Квестеры выскочили из портала посреди улицы, которая была до неприличия пустой. Две кобылы осмотрелись по сторонам, но не заметили ни одного прохожего. Подбежав к ближайшему перекрёстку, они снова осмотрелись и заметили бредущего непонятно куда чейнджлинга.       — Ты меня слышишь? — встала на его пути Тиалав, но перевёртыш с пустым взглядом молча обошёл её.       — Придётся идти за ним, в надежде, что он нас куда-то приведёт, — подумав, предложила Энжел, на что владелица чайной согласно кивнула.       Кобылы пошли следом за чейнджлингом, который продолжил идти вдоль улицы. Пони, выглядывающие из окон домов, закрывали их шторами, стоило этой процессии приблизиться. Вскоре они оказались в окраине городка, где начали встречаться другие перевёртыши, что так же брели куда-то.       Квестеры обогнали жеребца, за которым следовали, и побежали вперёд. Пройдя через ряд деревьев и кустов, они обнаружили реку, на ближнем к ним берегу которой столпились чейнджлинги.       — Что здесь происходит? — задалась вопросом Энжел.       — Узнаем, если не выдадим себя, — сказала Тиалав и затащила кремовую пегаску обратно в кусты.       Мирмелеон, успевшая их заметить, не подала виду, продолжая рассаживать вдоль реки, едва не задевая копытами воду. Куки, оставшаяся в боевой форме, неподвижно стояла напротив толпы чейнджлингов, ожидая приказа.       — Это точно должно привлечь хотя бы одного из монстров, — играя перед квестерами, специально рассказала свой план паладин. — А там мы посмотрим, чья власть над чейнджлингами окажется сильнее.       — Быстрее! Быстрее! — вскоре раздался приближающийся голос.       — Слишком медленно! — вторил ему другой.       К берегу из чащи выбежали целых два искажённых пони, которые были практически одинаковыми. Оба были выше обычных пони, имели жёлтую чешую, красные гривы с хвостами и зелёные кристаллы на месте глаз. Единственным различием было наличие у одного из монстров красных усов.       Чудища сразу выпустили волну магии, перехватывая контроль над толпой перевёртышей.       — Всем сидеть, Куки, — приказала Мирмелеон.       Куки вытянула переднюю ногу вперёд и от неё во все стороны пошла волна зелёной магии. Перевёртыши, попавшие под неё, послушно сели на землю.       — Быстрее! Быстрее! — недовольно выкрикнул один из монстров и побежал на паладина.       — Слишком медленно! — а второй снова попытался взять контроль над чейнджлингами.       — Значит я была права, и монстры просто пользуются тем, что у здешних чейнджлингов оборвана связь с Роем, — радостно оскалилась Мирмелеон. — Куки, продолжай возвращать контроль над ними.       — Хватит! — не выдержала Тиалав, выпрыгнула из кустов и провела копытом по очкам.       — «Принцесса Луна!» — она призвала дополнительные силы и начала обстреливать толпу чейнджлингов магией, усыпляя их.       — Хватит над ними издеваться, — повторила намного тише владелица чайной, которая не могла спокойно на это смотреть.       Мирмелеон, отогнав от себя монстра точным выстрелом из лука, даже обрадовалась их вмешательству. То, что она хотела, она уже получила, так что и дальше издеваться над перевёртышами не было смысла.       В этот момент из порталов на стволах деревьев вышли Лаймстоун и Рэрити в доспехах.       — Надеюсь, это что-то действительно важное, — тихо проворчала белая единорожка, осматриваясь. — Сразу два монстра? Ещё и Мирмелеон с новой «мармеладкой»?       — Я слышала, что у чейнджлинги в последние дни вели себя странно, — поделилась синевато-серая земная пони. — Видимо кто-то из них с этим связан.       — Монстры на вас! — крикнула им Энжел, побежала к паладину. — Мирмелеон и Куки Крамбл займёмся мы.       — Куки? Та самая? — вспомнила свою короткую встречу с ней шахтёрша, присмотревшись к искажённому чейнджлингу.       — Не отвлекайся. Быстрее закончим, быстрее вернусь к своей мести, — подарила её модельерша, зажигая рог.       Из-под земли вылезли корни, что начали оплетать обоих чудищ.       А тем временем Мирмелеон и Куки завели своих противниц в чащу леса.       — До того, как она призвала броню, на Куки был браслет! — увернувшись от пули из печенья и спрятавшись за деревом, вспомнила Энжел. — На той самой ноге, что она протягивала к чейнджлингам, когда передавала приказ Мирмелеон!       — Значит, надо сломать его! — решительно сказала Тиалав, отбивая крылом когти Куки, которые оставили на броне царапины.       — Какие жы вы догадливые, — с досадой сказала паладин, натягивая лук телекинезом и стреляя магической в Файер.       — «Найт Глайдер!» — призвав дополнительную силу, красная квестер стремительно взлетела, избегая выстрела.       Она на большой скорости, словно у неё снова были ускорители, пролетела над Тиалав и Куки, оттолкнулась копытами от дерева и резко спикировала на чейнджлинга. Учёная в последний момент ударила красную квестер крылом, но та приземлилась рядом и схватила противницу за шею передними ногами, стараясь удержать её на месте. Тиалав начала сильной струёй воды снимать пластину из печенья на правой передней ноге Куки, где должен быть браслет.       Паладин выпустила сразу три магические стрелы. От двух из них квестеры защитились крыльями, но третья попала в грудь Куки, выбив её из хватки Файер. Искажённая чейнджлинг покатилась по траве, но тут же вскочила на ноги и съела печенье, чтобы восстановить броню.       — Вы двое! — внезапно из чащи рядом с учёной вышла разозлённая Блюберри в мармеладных доспехах.       — Вовремя, — ухмыльнулась Мирмелеон.       Чейнджлинг побежала вперёд, слегка расправив крылья, словно собиралась атаковать обеих квестеров. Тиалав и Энжел закрылись крыльями, но Блюберри пробежала между ними и напрыгнула на паладина, которая перекатилась в сторону в последний момент.       — Я больше не позволю себя контролировать! — заявила «мармеладка». — Не позволю страху мной копытоводить!       — Куки, защити артефакт! Разрешаю использовать весь арсенал! — приказала Мирмелеон и из-за того, что отвлеклась, получила по мордочке когтистой лапой от Блюберри.       Паладин схватилась передними копытами за мордочку, выронив лук. «Мармеладка» захотела атаковать её снова, но Мирмелеон перехватила её лапу передними копытами, оттолкнулась задними от земли, а затем и от дерева рядом. Запрыгнув на спину противницы и вывернув её переднюю ногу, паладин завалилась назад, упала спиной на землю и перебросила Блюберри через себя в сторону квестеров. После этого она вскочила на ноги и подняла телекинезом лук, направив его на всю троицу из чайной.       Тиалав и Энжел с шоком уставились на Мирмелеон. Её правый глаз разодран в клочья, а хитин вокруг покрылся трещинами, но теперь на этом месте был оранжевый глаз обычной пони.       — Ты… ты всё это время была пони? — спросила Ватер.       Вместо ответа паладин выстрелила из лука. Вскочившая Блюберри отбила магическую стрелу мечом из чипсов.       — Потом разберёмся. Сейчас важнее артефакт, — напомнила «мармеладка» и побежала на Мирмелеон.       Квестеры опомнились и развернулись к Куки. Та осталась стоять на месте, но начала подавать признаки жизни. Учёная что-то мычала себе под нос.       — Колыбельная? — узнала мелодию Тиалав, а Файер, не обратившая на это внимания, выстрелила в чейнджлинга.       Куки, заметив огненный шар, вышла из ступора и выстрелила в ответ, подрывая его на середине пути. Из дыма тут же вылетела красная квестер, что ещё не потеряла увеличенную скорость. Энжел протаранила противницу и покатилась с ней по земле.       Обе вскочили на ноги, но учёная тут же отобрала часть нагрудника из печенья и бросила его в официантку. Красная квестер попыталась отбить её крылом, но при контакте раздался мощный взрыв. Кремовая пегаска в полной дыр и сколов броне, пролетела несколько метров, врезалась в дерево и упала на землю.       — Мирмелеон в прошлый раз её на самом деле ограничила! Она нас обманула! — с ужасом осознала Тиалав и тут же начала посылать струи воды в перевёртыша.       Пластины из печенья на Куки начали разваливаться от воды. И на её правой передней ноге показался браслет, который был артефактом по контролю чейнджлингов.       — Надо… защитить… — хрипло сказала учёная и закрылась крыльями от воды, чтобы достать печенье и восстановить доспехи.       — «Айрон Вилл!» — полупрозрачный кулак ударил по крыльям чейнджлинга, что заставило ту отшатнуться назад, выронив печенье.       Восстановив равновесие, Куки мельком оглянулась и заметила, как стоявшая позади неё Энжел зажигает рог для выстрела. А спереди замахивается для нового удара Тиалав.       Быстро приняв решение, учёная сняла браслет и со всей силы бросила его телекинезом в сторону Мирмелеон. А в следующий момент в неё сзади прилетел огромный огненный шар. Ватер, заметив пролетающий над ней артефакт, развернулась к нему.       Паладин снова выстрелив из лука по Блюберри, заметила как в дерево рядом с ней вонзился браслет. Едва она потянулась за ним, как его вдребезги разбил прилетевший полупрозрачный кулак.       Удивлённая Мирмелеон развернулась и к её ногам на землю рухнула Куки, которую отбросило взрывом огненного шара.       — Гнилое сено! Без артефакта её надо срочно вернуть в кокон! Она же в коме! — явно запаниковала паладин и телекинезом забросила себе на спину чейнджлинга.       Мирмелеон опустила лук и бросила во всех трёх противниц заклинания. Те отпрыгнули в стороны, чтобы избежать брызгов телепортированной кислоты. А следом паладин магией подняла дымовую завесу.       Тем временем на берегу реки Лаймстоун бросила на одного из монстров огромный камень из спресованной земли, и тот взорвался. Но в следующую же секунду не получившее повреждений чудище снова напало на фиолетовую квестер.       — Я тебя уже раз десять прибила! — не смотря на проклятие Гармонии, успела гневно высказаться Лаймстоун. — Почему ты не дохнешь?!       — Не у тебя одной такие проблемы, — напомнила Рэрити, пронзая другое чудище деревянным колом.       Искажённый пони рухнул на землю и взорвался. Но только для того, чтобы снова выйти из облака дыма целым и невредимым.       Именно в этот момент из портала вышла Леттер в своих доспехах.       — Двое по цене одного? — сразу оценила красная пегаска. — Мило. Жаль, что сегодня нет на это времени.       Почтальонша выпустила из крыльев цепи из жёлтого металла, которыми схватила обоих монстров. Она резко дёрнула их на себя, параллельно уменьшая длину цепей. Чудища с криком полетели в её сторону. Леттер зарядила клинки на крыльях магией и одновременно разрубила летящих мимо неё искажённых пони. Те упали позади неё в реку и взорвались.       — И все жили долго и счастливо, — под взрыв объявила красная пегаска и со злобным смехом зашла обратно в портал.       Рэрити и Лаймстоун посмотрели на реку, ожидая, когда монстры вернутся со второй жизнью, но этого так и не произошло.       — Они же утонут! — одновременно вспомнили про носителей кобылы и бросились в реку.

***

      Леттер со злобным смехом вышла из портала и с удивлением обнаружила себя посреди пустыни.       — Кобылять! — выругавшись, вспомнила про свою удачу с порталами пегаска. — И как мне в таких условиях вернуться в Лас-Пегас?

***

      — Ушли, — резюмировала Энжел, едва развеялся дым.       — Хотя бы сломали артефакт, — нашла позитивную сторону Тиалав.       — А что мешает Мирмелеон сделать новый? — была не столь оптимистична Блюберри.       — Если бы это было легко, то ей не было бы смысла так переживать за сохранность этого, — подняла осколок браслета кремовая пегаска.       — Понятно, — со смешанными чувствами ответила чейнджлинг.       — А как ты смогла перебороть контроль? — спросила зелёная земная пони с явным беспокойством.       — Мне помогла «первая», — честно ответила перевёртыш. — Она… указала мне на мои страхи… и помогла преодолеть… Мне… Мне нужно кое-что вам сказать.       — Мы внимательно слушаем, — сказала Тиалав, а Энжел согласно кивнула.       Блюберри сделала глубокий вдох и выдох, чтобы успокоиться, и сменила облик на свой настоящий. Перед несколько удивлёнными пони стояла сине-фиолетовый чейнджлинг.       — Можете звать меня Блюберри, — с натянутой улыбкой сказала перевёртыш, явно нервничая. — Это теперь моё полноценное имя.

***

      Мирмелеон добралась до своего логова в подземельях и сразу направилась к его дальней части, где хранила коконы. Добравшись до нужной комнаты, она положила тело Куки на пол, чтобы подготовить один из коконов. Но, к её удивлению, светло-коричневая чейнджлинг сама встала на ноги.       — Куки? — осторожно подошла к ней паладин. — Ты… можешь что-нибудь сказать?       Учёная с пустым взглядом повернула к ней голову, и словно взглянула в её оранжевый глаз.       — Ты хотя бы двигаешься, — попыталась найти что-то положительное Мирмелеон и неуверенно приобняла учёную, которая никак не отреагировала.