Эпизод 35. Игра с верностью

      — Дома её тоже нет, — едва забежав в чайную, сообщила Энжел.       — И другие почтальоны выразили обеспокоенность её пропажей, — задумчиво сказала стоявшая у прилавка Тиалав.       — А может она… — обеспокоенно предположила Рэрити, что до этого разговаривала с владелицей чайной.       — Проиграла? — закончила за неё Лаймстоун, смотря из-за занавесок в окно. — Вы вообще видели, что Бладрут сделала со Спирит Блоссом? Я вообще удивлена, что та жива осталась.       — Почему Бладрут вообще вернулась? — спросила у остальных кремовая пегаска. — Разве первая дуэль не окончилась…       — А мы ведь так и не узнали от Леттер, чем всё тогда закончилось, — нахмурилась зелёная земная пони, в голове которой звенел злобный смех алой единорожки.       — Она же сказала, что победила, — напомнила белая кобыла.       — Ставка… — поняла официантка. — Дуэль в любом случае не имела бы смысла, если бы не было ставки.       — Как бы Леттер не показывала своего пренебрежения, но эта дуэль была для неё важна, — кивнула ей синевато-серая земная пони, оторвавшись от окна. — Может мне просто кажется, но это не был просто её очередной каприз.       — Неужели она… всё ещё нам не доверяет? — почувствовала обиду от этого предположения модельерша.       — У каждого есть свои секреты, — напомнила Тиалав. — Мелкие или крупные. Возможно, даже не имеющие значения ни для кого, кроме того, кто этот секрет прячет.       — Но что такого важного есть у Леттер, что она могла скрывать от нас? И как это связано с Бладрут? — задалась вопросом Рэрити.       — «Секрет», да, — приложив переднее копыто к подбородку, задумчиво сказала Энжел, перед глазами которой появился вид горящей картины. — Может быть… Леттер и Бладрут… ближе, чем мы думали?       Уши Лаймстоун тут же встали торчком, а в её глазах появилось прозрение. Потеряв интерес к остальным, она сорвалась с места и выбежала из чайной. А вот мордочка Рэрити вспыхнула красным от смущения.       — Враги на глазах других, но лю… — хотела сказать белая единорожка.       — Мы говорим о Леттер, — спокойным тоном напомнила Тиалав. — Пони, максимально далёкой от романтики.       — Кто-то перечитал любовные романы, — натянула улыбку Энжел и огляделась. — И мне одной интересно, что заставило Лаймстоун сбежать?       — Наверняка там опять Эпплджек… — хотела поделиться мнением зелёная кобыла, когда упомянутая ей фермерша зашла в чайную. — Мы сегодня закрыты.       — А куда… — хотел спросить монстр в облике рыжей пони, и сразу получила ответ от владелицы чайной, что указала копытом в сторону. — Спасибо.       Чудище тут же вышло из заведения и побежало в указанную сторону.       — Ты ведь не могла знать, куда ушла Лаймстоун, — отметила Энжел.       — А она спрашивала про неё? — явно переигрывала Тиалав. — Я думала, что ей нужен её брат.       — Даже спрашивать не буду, откуда ты знаешь, где сейчас Биг Макинтош, — сразу заявила кремовая пегаска.       — Теперь, когда ты обратила на это внимание, мне тоже это кажется жутковатым, — согласилась белая единорожка.       В ответ на это Тиалав лишь загадочно улыбнулась, чем заставила остальных двух кобыл взглянуть на неё с опаской.       — Мы отвлеклись, — решила вернуть разговор в прежнее русло владелица чайной. — Мы заподозрили, что Леттер и Бладрут могут оказаться… чуть более близкими знакомыми, чем просто конкуренты в устранении монстров.       — Я бы предположила, что они родственники, но все мы видели маму и сестру Леттер, — поделилась идеей Рэрити, с подозрением скосив глаза на зелёную земную пони.       — У неё всё время был чейнджлинг под боком и она достаточно умная, — напомнила Тиалав.       — Вот только Санрайз присоединилась к ней во время нашей первой встречи, а не до, — возразила задумчивая Энжел и надела красные солнцезащитные очки. — Хм, а ведь тогда Леттер была… надо проверить.       Не обращая ни на кого внимания, она побежала к ближайшему призрачному проходу и прыгнула в него.       — Когда они уже научатся объясняться перед тем, как что-то делать, — покачала головой Тиалав.       — Кстати, а могла ли Леттер познакомиться с кем-то ещё, кроме грифонов, пока не переехала в Эквестрию? — поделилась мыслью Рэрити.       — У тебя возникла эта мысль, да? — позволила себе лёгкую ухмылку Тиалав, вспоминая злобный смех Бладрут.

***

      Энжел вылетела из портала и едва не столкнулась носом с Лаймстоун, что уже тянулась передним копытом к входной двери. Они едва разминулись, но только благодаря тому, что шахтёрша успела перекатиться в сторону.       — Смотри, куда идёшь, мелкая, — раздражённо сказала синевато-серая земная пони, поднимаясь на ноги.       — Удивлена, что ты первая подумала об этом, — пропустила оскорбление мимо ушей кремовая пегаска.       — Эй, я не глупая, — возмутилась шахтёрша, подходя почти вплотную.       — Тогда зачем груюишь, если знаешь, как эти порталы всё перемешивают в глазах, — не испугалась её официантка.       Они едва не столкнулись лбами, сверля друг друга взглядом. Но их едва начавшаяся перебранка была прервана привлечённой шумом Тандерклауд, что открыла дверь изнутри дома.       Не успела она открыть рот, как надевшая очки Лаймстоун набросилась на неё, сбив с ног. Багровая пегаска упала на спину, а шахтёрша поставила передние ноги по обе стороны её головы, нависнув над ней.       — Думаешь, мы ничего не поняли, Бладрут, ты… — хотела выводить все обвинения синевато-серая кобыла, но получила обидный подзатыльник от кремовой.       — Слезь с неё, твердолобая, — потребовала официантка.       — Ты издеваешься? — возмутилась Лаймстоун. — Она-а-а-а!       Тандерклауд лягнула её задними копытами в живот, сбрасывая с себя. Синевато-серая земная пони вылетела через открытый проход на улицу, где на неё стали обращать внимание прохожие.       — Прошу прощения, — помогла встать старшей пони Энжел. — Она всегда сначала делает, а потом думает.       — Не страшно, — заверила её Тандерклауд. — Такие пони тоже нужны. Мне даже льстит, что она так переживает за мою дочь… Вы её нашли?       — Пока нет, — честно ответила кремовая пегаска, которая приходила в этот дом утром. — А сестра Леттер дома?       — Дравинг? — немного удивилась вопросу Тандерклауд. — На днях улетела в Кантерлот. У неё, всё-таки, важная работа, а отпуск не бесконечен.       — Хорошо, спасибо за ответ. Больше не будем отвлекать, — улыбнулась ей Энжел, поспешила к вщлозмаченной разозлённой Лаймстоун и тихо спросила у последней строгим тоном. — Ты совсем сошла с ума?       — Как будто у тебя не возникало мысли, что уж больно удобно она появилась, — шёпотом ответила синевато-серая кобыла, бросив мимолётный взгляд на закрывающуюся дверь.       — Было такое, — признала кремовая пегаска. — Но она не могла быть Бладрут. Мы же видели их одновременно.       — Как будто паладины принцессы не могли для такого случая подготовить спектакль, — недовольно фыркнула шахтёрша, отстраняясь.       — Погоди, а причём здесь паладины? — не поняла официантка.       — Разве Бладрут не одна из них? — была почти полностью уверена в своём предположении Лаймстоун.       — Но ведь… О… Оу… — поначалу задумалась Энжел, но с каждой попыткой заговорить к ней приходило всё больше понимания. — Это… имеет смысл. Как ты вообще догадалась?       — Так браслет Бладрут почти такой же, как у паладинов, — пояснила Лаймстоун. — И она с Санрайз занимается тем же самым, что и паладины до них.       — Санрайз точно не паладин. Иначе мы где-нибудь встретили бы ещё одну «мармеладку», — попыталась вяло возразить кремовая пегаска, не желая признавать, что даже не рассматривала такой вариант.       — А Мирмелеон? — чуть подумав, сказала самое первое всплывшее в своей голове имя синевато-серая кобыла.       Официантка поражённо уставилась на шахтёршу, сопоставляя в голове факты. «Мирмелеон — пони в шкуре чейнджлинга. Она всегда имела доспут к их магии превращения. А если учесть то, что паладины были слишком похожи друг на друга, чтобы это было совпадением, а так же имели одинаковую кьютимарку…»       — Кобылять, — ёмко высказалась Энжел. — Не могу поверить, что мы, по сути, случайно, раскрыли чуть ли не заговор.       — Эм… я что… угадала? — сама не верила в подобное Лаймстоун

***

      Себастьян толкал телекинезом перед собой низкий столик на колёсиках. На столике был тонкий белый матрас, поверх которого лежала Леттер. Чейнджлинг, добравшись до последней двери в коридоре, постучался в неё. Дверь почти сразу же открылась, и из неё показалась голова Уайт, на которой была медицинские маска и шапочка.       — Как поживает пациент? — поинтересовалась единорожка-альбинос, глянув на красную пегаску.       Перевёртыш закатил глаза, что было незаметно из-за их строения, и приложил ухо к груди почтальонши.       — Да вроде жива, — безразлично бросил Себастьян.       — Сойдёт, — кивнула ему доктор и телекинезом закатила столик в кабинет.       Чейнджлинг из любоаытва попробовал заглянуть внутрь тёмной комнаты, но получил по носу захлопнувшейся дверью. Прислушавшись к стуку копыт уходящего дворецкого, Уайт магией зажгла свет в помещении.       Взгляду кобылы открылась оформленная в светлые тона комната с медицинским оборудованием, «одолженным» из местной больницы. Единорожка снова зажгла рог и прикатила Леттер в середину импровизированной операционной и бросила пару заклинаний. Первое из них очистило комнату, сделав её стерильной, а второе продиагностировало состояние красной пегаски, предоставив результаты прямо в голову доктора.       — Внешне никаких повреждений, но внутренние органы поражены странным сочетанием магии, похожим одновременно и на магию хаоса и на Гармонию. Жизни ничего не угрожает. Пока всё без изменений с прошлого раза — тихо произнесла Уайт. — Не совсем мой профиль, но мне попадались задачки и посложнее.       Единорожка обездвижила столик, сняв с него колёса, и закрепила тело красной пегаски ремнями. Она притянула к себе с другого столика скальпель и ножницы и склонилась над почтальоншей. В её глазах явно читалось предвкушение от происходящего.       Едва она поднесла скальпель к груди Леттер, как перед ней появились солнцезащитные очки. Доктор тут же убрала инструмент в сторону, позволив артефакту приземлиться ей на мордочку.       — В чём дело, Вертекс? Я же просила не беспокоить меня по пустякам, — слегка проворчала Уайт.       — «Обернись, безумная пони», — пренебрежительно фыркнул дракон.       Единорожка-альбинос тут же развернулась и увидела нежданного гостя. Возле призрачного прохода, что был в стене, зависнув в воздухе чуть выше пола, находилась Рейнбоу Дэш. Голубая пегаска, а точнее монстр под её личиной, с презрением смотрела на доктора.       — Не ожидала, что именно ты решишься добить Леттер, пока она в таком состоянии, «Рейнбоу», — специально выделила имя пробравшейся Уайт.       — Добить? Да за кого ты меня принимаешь? — возмутилась искажённая пони, скрестив передние конечности на груди, и с подозрением взглянула на собеседницу. — Я собралась спасти её от тебя, предательница.       — Да-да, я уже поняла, что ты хранительница Элемента Верности, — явно издевалась единорожка. — Но тогда что тебе не нравится? Я же хочу помочь Леттер…       — Пф-ф, я скорее поверю, что ты хочешь покопаться в её внутренностях, чтобы утолить свои извращённые желания, — не поверила ей, фыркнул монстр.       — Не без этого, — не стала юлить доктор. — Всё-таки подобное до последнего удерживало меня на той скучной работе. И я даже успела соскучиться по этому… И у меня нет причин вредить ей.       — Как и помогать, — отметило чудище в облике кобылы.       — Отнюдь, — усмехнулась доктор. — Без Леттер проводить «игры» будет не так интересно.       — В это… я могу поверить, — с чуть меньшим подозрением взглянула на собеседницу искажённая пони. — Именно поэтому Бладрут всё ещё не попыталась вырвать свою сестру из твоих копыт, да?       — Всё немного сложнее, — ухмыльнулась под маской Уайт. — Знаешь, я хотела предложить это «Твайлайт», но могу поделиться одной своей идеей с тобой.       — И почему ты думаешь, что меня это заинтересует? — спросила голубая пегаска, в глазах которой сверкнул жёлтый огонёк.       — Ты же всё-таки хранительница Элемента Верности, — напомнила единорожка-альбинос.

***

      Дравинг в образе Бладрут вцепилась передними копытами в виски и потёрла их, издав не то рык, не то вздох. Санрайз, видя её беспокойство, прижалась к ней со спины и обняла.       — Не переживай, всё закончится хорошо, — заверила её чейнджлинг.       — Маскировка, — не стала даже смотреть на неё алая единорожка.       — Упс, — избавилась от облика красной пегаски перевёртыш. — Прости, не подумала.       — Кто же знал, что ты однажды создашь штуку, которая станет слишком мощной, — отпив чай, сказала сидящая в кресле Мирмелеон. — Разве произошедшее со Спирит не было для тебя сигналом, что ты переборщила?       — Эта сила… затмевает разум, — с печалью в голосе сказала Бладрут. — Эта мощь… подавляет. Словно в твоих копытах магия полноценного аликорна, а не жалкой пародии. Если принцесса обладает подобной силой… то я даже завидую тому, как она контролирует себя.       — Не всегда, — напомнила о встречах с Дейбрейкер Мирмелеон.       — Но явно лучше меня. Я просто… поддалась этому чувству силы. Чувству, что я способна на всё, — сказала паладин, полностью убирая маскировку и указывая копытом на шрамы вокруг глаз. — За подобную самоуверенность я однажды уже заплатила зрением. Но урок, видимо, так и не выучила.       — Эй-ей, возвращения послушной Скарлет, которая кидается на всех «неправильных» без разбора мне не надо, — попыталась пошутить сине-серебряная чейнджлинг.       — А ты, Циан, никак не меняешься, не смотря на свой облик, — огрызнулась в ответ Дравинг, но на её глаза попалась неподвижно стоящая Куки. — Кхм, прости.       — Как будто это ты с ней сделала, — натянуто усмехнулась Мирмелеон.       — Эм, прости за вопрос, но почему ты ни разу не попробовала отмстить Ватер за неё? — влезла в разговор Санрайз.       — Куки сама виновата в этом, втянув в свои планы Блюберри, — спокойно ответила пони в панцире чейнджлинга. — Впрочем, уверена, что ей всё равно досталось бы от квестеров за то, что натравливал на них «мармеладок».       — Она не натравливала… мы сами нападали, — неуверенно возразила «мармеладка».       — Раз не уследила, то это тоже её вина, — приняла к сведению полученную информацию паладин и обратилась к напарнице. — А как ты вообще сделала эту штуку?       — Не штуку… — смотря в пол от стыда, возразила Дравинг. — Ящик Пандоры.       — Фью, — присвистнула Мирмелеон. — Без пафосного названия не могла?       — Эй, артефакт по отделению монстра от носителя так и остался просто печатью, — взглянув на напарницу, чуть возмущённо возразила пепельно-чёрная пегаска.       — Уж лучше так, чем какой-нибудь «Разъединитель 3000», — усмехнулась сине-серебряная чейнджлинг. — Вон, Куки своих бойцов вообще никак не называла. «Мармеладками» их назвали другие пони. И, как видишь, название прижилось…       — Знаешь, мне было несколько неловко от того, как чейнджлинги, используя облик моей сестры, громили Понивилль, — проворчала Дравинг и вспомнила о прижавшейся к ней со спины Санрайз. — Без обид?       — Что было, то было, — перевёртыш не стала напоминать о том, что она сама поучаствовать в подобном не успела.       — Кстати, если форма «мармелад» — это Леттер, то кто тогда остальные? — задалась вопросом пепельно-чёрная пегаска.       — «Печенье с шоколадной крошкой» Санрайз и новая форма «шоколадное печенье» Куки — это одна и та же пони, просто с разницей в пятнадцать лет, — ответила с намёком Мирмелеон. — А вот «картофель фри»…       И оба паладина с любопытством взглянули на Санрайз.       — Я просто нашла какой-то волос и призвала его себе, как я делала Куки, — призналась Санрайз. — То что оно среагировала именно на жаренную картошку из фаст-фуда — просто совпадение.       — Форма «мармелада» похожа на Леттер, красная броня — красная шерсть, фиолетовые стёкла — фиолетовые глаза, — напомнила пепельно-чёрная пегаска. — А ещё сама форма хитина, напоминающая её старые доспехи квестера.       — Старый образец пятнадцатилетней давности был повреждён из-за столь долгого хранения, поэтому на пони-донора похожа именно форма «шоколадного печеья», а не «печенья с шоколадной крошкой», — пояснила Мирмелеон.       — Тогда это должна быть жёлтая пони с голубыми глазами, которой очень нравится картофель фри, — сделала вывод Дравинг. — По внешнему описанию подходит… Флаттершай, но я не знаю её вкусы.       — Но Флаттершай на тот момент ещё не было в Понивилле, — увидела несостыковку сине-серебряная чейнджлинг. — И с тех пор, как она приехала она ни разу не была в библиотеке.       — Вы упускаете очевидный вариант с Сансет Шиммер, — остудила пыл паладинов Санрайз. — Она ведь всё это время находилась у Куки.       — А я уже хотела связать это с внезапной пропажей Твайлайт из плена Куки, — недовольно проворчала Дравинг.       — Думаешь, Флаттершай уже на тот момент была монстром? — задумалась Мирмелеон.       — Зачем вам вообще знать, чей волос я использовала? — не понимала Санрайз, отстраняясь от паладина.       — Научный интерес, — хором ответили ей кобылы.       — Тогда пусть Дравинг расскажет, как собрала ту штуку, что помогла ей сделать чёрные дыры и одолеть Метал, — видя, что подобные дискуссии приводят пепельно-чёрную пегаску в чувства, попыталась направить разговор в прежнее русло «мармеладка».       «А то ещё начнут ставить научный эксперимент на тему того, кому из жёлтых пони с голубыми глазами нравится картофель фри», — мысленно проворчала Санрайз, представляя эту сюреалистичную картину.       — Да, кстати, ты так и не ответила, как ты создала этот артефакт, — напомнила Циан.       — Мой «Ящик Пандоры» состоит из двух отсеков, — начала увлечённо рассказывать Дравинг. — В первом находятся кристаллы с запертыми внутри монстрами, что мы накопили за всё время. В общей сложности тридцать шесть чудищ.       — Но ведь нами было собрано больше, — напомнила Мирмелеон. — Точнее вами двумя.       — Если бы я взяла больше, то нарушился бы баланс… Кроме того, я решила, что будет символично использовать по шесть монстров каждого из шести типов, — добавила пепельно-чёрная пегаска. — Когда работаешь с магией хаоса символизм очень много значит.       — Да, я помню. Классификация монстров по цвету глаз и соответствующему Элементу Гармонии их начальниц: красные — Смех, оранжевые — Доброта, жёлтые — Верность, зелёные — Честность, синие — Щедрость и фиолетовые — неизвестный шестой Элемент Гармонии, — перечислила сине-серебряная чейнджлинг. — И?       — Сочетание магии хаоса и Гармонии ломает броню квестеров, но в монстрах, кроме «Главной Шестёрки» последней слишком мало для такого эффекта, поэтому просто заточённых монстров мало для работы «Ящика Пандоры», — пояснила Дравинг. — И я использовала… сами Элементы. Второй из друх отсеков — это они.       — Они бы не поместились в такой маленькой коробочке, — возразила Мирмелеон. — Кроме того, они неактивны, ведь предполагаемые хранительницы не смогли их активировать.       — Те каменные шары — лишь форма, не особо нужная Элементам. А сами монстры, тем не менее, как-то связаны с ними, это ты отрицать не можешь, — напомнила пепельно-чёрная пегаска. — Магия монстров искусственно пробуждает Элементы Гармонии, пусть те и не могут работать в полную мощность. Но этого хватает, чтобы сбалансировать магию хаоса тех же самых тридцати шести чудищ. Идеальный баланс, давший… несколько больший результат, чем предполагалось.       — Ты смогла искусственно активировать Элементы Гармонии? — удивилась её напарница, вскочив на ноги на кресле. — Это… даже слов нет.       — Работают через костыли, не в полную мощность и без полного функционала, — напомнила Дравинг.       — Никто до тебя не смог добиться даже этого, — продолжила восторгаться Мирмелеон. — Знаешь, даже чувствую себя ущербной на твоём фоне.       — У тебя тут целый улей чейнджлингов-изгнанников, за которыми нужен хоть какой-то пригляд, — напомнила пепельно-чёрная кобыла. — А у меня одна Санрайз, которая вполне самостоятельна.       — Ну, сахарок, принижать себя не стоит, — сказала стоявшая у входа в пещеру Эпплджек. — Я не люблю хвастунов, но можно ли считать это хвастовством, если всё заслуженно?       — Меня просто беспокоит то, что от моего изобретения пострадала моя сестра, — честно ответила Дравинг.       Оба паладина и «мармеладка» застыли и медленно повернули головы к невозмутимой фермерше, что стояла у стены. Монстр в облике рыжей земной пони жевал травинку с настолько пофигистичным выражением мордочки, словно он всегда здесь был.       — Как ты сюда попала? — первой вышла из ступора Мирмелеон.       — Пришла ножками, — ответила искажённая пони. — А если ты спрашиваешь, как узнала дорогу, то мне подсказала Ватер.       — Но она не знает… магия хаоса, — сама поняла Санрайз, на что монстр флегматично кивнул и поправил шляпу.       — Мы ведь уже сталкивались, — припомнила один момент Дравинг. — Это ведь ты наложила на Леттер проклятие Гармонии.       — Было такое, — признала «Эпплджек». — Я чего пришла-то…       — Нам бы очень хотелось знать, — пыталась незаметно притянуть телекинезом лук и копьё Мирмелеон.       — Ваш маскарад окончен, — заявило чудище, ничуть не боясь паладинов.       — Что ты сделала? — заподозрила что-то Дравинг, доставая два кристалла магией из гривы.       — Раз уж вы с Метал не смогли рассказать правду остальным квестерам сами, то я… слегка толкнула Лаймстоун в нужном направлении, — чуть уклончиво ответила фермерша. — Ладно, не умею врать, я попросила кое-кого дать нужную мысль в нужный момент. Теперь квестеры знают ваши маленькие секреты… кроме личности Циан. Её настоящей личности, а не Мирмелеон.       — Что же ты сразу всё не разболтала? — нахмурилась сине-серебряная чейнджлинг.       — Болтала не я, — напомнила «Эпплджек». — А до тебя они пока недодумают. Информации о тебе у них мало. Это краснючая показалась перед ними, как сестра Леттер, вот они и смогли, наконец, сложить три и три.       — Ты хотела сказать два и два? — решила уточнить Санрайз.       — Ну, всё ведь было не настолько просто. Поэтому три и три, — усмехнулся монстр.       — А нам зачем об этом рассказываешь? — спросила пепельно-чёрная пегаска.       — Так это… раз помогла им, то будет честно предупредить об этом вас, — сама не была до конца уверена искажённая пони. — Чайка говорит, что так надо.       — Зачем ты вообще помогла квестерам? Они же твои враги, — продолжила тянуть время Мирмелеон.       — Мне вообще плевать на это противостояние. Меня волнует только мой сад… и честность, — ответило чудище. — Я бы вообще призналась, что заменила Эпплджек, да только мне потом жить не дадут… А помогла я им, потому что меня раздражает то, что Метал скрывает тебя, Скарлет, от них. И врёт, что вы враги, а не сёстры. Меня… не просто это раздражает, но чуть ли не бесит. Как «Рейнбоу» бесится от отношения Квест-Киллер к своим сокомандницам.       Паладины на секунду застыли, переваривая информацию. Мирмелеон первой начала действовать, телекинезом натянув титеву лука и выстрелив магической стрелой в монстра.       Тело фермерши ненадолго скрыл зелёный туман, из которого чудище выскочило в своём настоящем облике. Искажённая пони копытом отбила снаряд и прыгнула в ближайший призрачный проход, козырнув шляпой на прощание.       — А вы почему стояли на месте? — недовольно спросила Мирмелеон.       — А смысл? — и спросила в ответ Дравинг. — Надо что-то решать по поводу того, что квестерам известна, как минимум, моя личность, и что второй паладин — чейнджлинг.       — Ну как сказать… они знают, что я на самом деле пони, — почесала затылок копытом сине-серебряная перевёртыш. — Просто не знают, кто конкретно.       — М-да, вам двоим надо поучиться у чейнджлингов скрытности, — покачала головой Санрайз, на что получила два скептических взгляда. — А что я не так сказала?

***

      — Подытожу. Оба паладина принцессы Селестии всё это время оставались в Понивилле. Но они сменили облики и имена на Бладрут и Мирмелеон. А первая оказалась сестрой Леттер — Дравинг, — сделала заключение Тиалав из рассказа Энжел и Лаймстоун.       — Если в кратце, то да, — кивнула ей кремовая пегаска.       — Вот только мы не можем понять зачем? — призналась шахтёрша. — Зачем они начали прятаться?       — Ну-у-у… Принцессе надо сохранять свою репутацию. А действия паладинов после их… смены личности со стороны стали выглядеть очень сомнительно, — поделилась мнением владелица чайной.       — Никогда не думала, что принцесса опустится до экспериментов над разумом чейнджлингов, — треснула картина мира в глазах Рэрити.       — Мы говорим о правителе… о правителе, что правила в одиночку тысячу лет… знаешь, я бы удивилась, если бы у неё не было скелетов в шкафу, — не видела в этом ничего такого зелёная земная пони, удивив своим отношением остальных. — И нет, я не про буквальные скелеты.       — Никогда об этом не задумывалась, — задумчиво сказала официантка и отпила чай.       — А зря. Та же история с Найтмер Мун. Для всех она была просто страшилкой на Ночь Кошмаров. Пока она не появилась на празднике Солнцестояния, — мягко улыбнулась Тиалав. — Принцесса явно хотела, чтобы её ссора с сестрой забылась, но даже её влияния не хватило заткнуть всех. Впрочем, это было так давно, может в начале она вообще не боролась со слухами из-за депрессии от потери сестры. Кроме неё самой уже никто не скажет.       — Это всё, конечно, интересно, но мы так и не выяснили, где Леттер, — напомнила недовольная Лаймстоун.       — Ну, раз Бладрут… Дравинг — это её сестра, то беспокоиться не о чем. В прошлый раз ведь всё закончилось тем, что с Леттер было снято проклятие Гармонии, — попыталась отвлечься от своих размышлений Рэрити.       — Ну не знаю, — с явным сомнением ответила Энжел.       В этот момент дверь в чайную открылась, и в неё с наглой улыбкой на мордочке зашла радужногривая пегаска.       — Мы закрыты, — сразу сказала ей почуявшая неладное Тиалав.       — А я сюда не за чаем пришла, — нагло сказала «Рейнбоу Дэш», садясь за ближайший столик.       — Пошла вон! — рявкнула на неё Лаймстоун, которой очень не понравилось подобное пренебрежение.       — И вот ты разговариваешь со своим новым командиром? — наигранно изумился монстр.       — О чём ты? — с подозрением спросила Энжел, поставив пустую чашку на блюдце.       — Я ещё при прошлой пропаже Леттер предлагала вам себя в качестве командира, — напомнило чудище в облике голубой пони. — И в этот раз я не собираюсь упускать свой шанс.       — Ты совсем совесть потеряла? — возмутилась синевато-серая земная пони, подходя к искажённой кобыле и обвинительно тыкая в её сторону копытом.       — Ты не можешь быть квестером без возможности навредить монстрам, — решила привести разумный аргумент белая единорожка.       — О, в этом ты сильно ошибаешься, — ухмыльнулась «Рейнбоу», и её глаза на секунду вспыхнули жёлтым, медленно затухнув.       — Ты… подчинила себе монстра, как Спирит Блоссом? — с удивлением в голосе предположила кремовая пегаска.       — Ха, я слишком крута, чтобы какое-то чудище подчинило меня, — начала бахвалиться искажённая пони.       — Как интересно, — скрывая за любопытством подозрение, сказала Тиалав и подошла поближе к монстру, чтобы рассмотреть его поближе. — Но этого явно мало, чтобы хотя бы принять тебя в команду.       — Ты шутишь? Да я смогу одолеть каждую из вас не напрягаясь, — продолжило играть роль чудище. — Я на двадцать процентов круче, чем Леттер.       — Но очки выбрали не тебя, — не могла не вставить шпильку шахтёрша.       — Вы тоже не первый состав квестеров, — напомнила им искажённая пони.       — Свиткрим? — предположила, кто мог проговориться, Тиалав.       — Нет, — честно ответил монстр, загадочно улыбнувшись, и сразу бросил взгляд на синевато-серую земную пони. — И не Петуния Палео.       — Но ведь тогда остаётся… — задумалась Рэрити. — Первая Квест-Киллер?       — Это Уайт тебя надоумила, да? — с подозрением посмотрела на голубую пегаску Энжел, игнорируя предположение модельерши.       — И в кого вы такие умные? — покачала головой чудище, и сверкнуло жёлтыми глазами.       — Ты не Рейнбоу Дэш! — обвинительно ткнула копытом в искажённую пони Рэрити, которая почувствовала что-то внутри себя.       Лаймстоун и Тиалав сразу отпрыгнули от радужногривой, и вся четвёрка надела солнцезащитные очки.       — Ну, по-хорошему не получилось, — сняла маску бахвальства «Рейнбоу» и спрыгнула с диванчика. — Уайт попросила занять вас на некоторое время и это… совпало с моими собственными планами.       — И что тебе от нас нужно? — взяла слово Тиалав, как временный компндир, видя отсутвие агрессии со стороны монстра.       — Заключим пари. Проиграю я — отвечу на один ваш вопрос, проиграет каждая из вас — Рэрити пойдёт со мной, — выдвинуло условие чудище.       — О, нет, — прижала уши к голове модельерша, поняв, чем это ей грозит.       — А нам зачем на это соглашаться? — нахмурилась владелица чайной.       — Я знаю, где сейчас Леттер, — с ухмылкой выдвинула аргумент искажённая пони. — И, скажу вам честно, я сейчас далеко не в лучшем состоянии. И на вашем месте я бы поторопилась её найти.       — Всё равно ставки неравноценны, — попыталась сторговаться зелёная земная пони.       — Вы заберу её только когда я одолею каждую из вас. А до этого проигравшие всё ещё помогают оставшимся, — пошла на уступку «Рейнбоу».       Тиалав окинула задумчивым взглядом своих сокомандниц. Энжел над чем-то крепко задумалась. Её взгляд метался из стороны в сторону, перебирая варианты. И владелица чайной даже не могла сказать, над чем конкретно она думает. Лаймстоун прожигала взглядом монстра, но не позволяла своему гневу управлять собой. Она на мгновение скосила взгляд на Тиалав, и почти сразу переключилась обратно на чудище. Рэрити явно нервничала, но, видя решимость шахтёрши, успокаивала себя. Она посмотрела на синюю квестер и решительно кивнула.       — Хорошо, мы согласны, — решилась Тиалав.       — Отлично, — явно обрадовалась «Рейнбоу». — Во что сыграем сначала?       — Сыграем? — удивилась владелица чайной.       — Да, кстати, я бы не отказалась от чая и печенья к нему, — не обращая внимания на наряжённую атмосферу, сказало чудище.

***

      — И закончили, — наложила магией швы Уайт, откладывая в сторону покрытый кровью скальпель. — Я уже успела забыть, как подобный вид… будоражит мою кровь. Может, я всё-таки погорячилась с уходом? Нет, бред какой-то.       Единорожка-альбинос бросила диагностическое заклинание на бессознательную Леттер и едва не промурлыкала от полученных результатов.       — Со своей стороны я сделала всё возможное. Теперь всё зависит от неё самой. Но ты, Леттер, живучее таракана. Точно выкарабкаешься, — слегка посмеялась со своей же незатейливой шутки Уайт, и в этот момент ей в голову пришла идея. — Хотя… может я смогу ещё кое-чем помочь.       В нетерпении единорожка-альбинос скинула с себя все вещи и подбежала к двери. Открыв её, она собиралась окликнуть дворецкого, но тот уже стоял у двери.       — Вы уже закончили разделку, и я могу приступать к готовке мясных блюд? — с безразличным тоном поинтересовался чейнджлинг.       — Смотри, при других пони так не говори. Они юмора не поймут… Ну, кроме других врачей, — посоветовала доктор, надевая солнцезащитные очки. — Себастьян, мне надо ненадолго отлучиться. Присмотри за нашей гостьей.       — Опять что-то задумала, — недовольно фыркнул перевёртыш, едва Уайт скрылась в портале.

***

      За двумя сдвинутыми друг к другу столиками сидели четвёрка кобыл и монстр. Чудище в теле пегаски с довольной мордочкой сидело во главе получившегося стола в кресле. Напротив него, ближе к выходу, в таком же кресле сидела Тиалав, что пила чай с мягкой улыбкой. По обе стороны от владелицы чайной находились Рэрити и Энжел. А справа от искажённой пони, рядом с Рэрити, чуть ли не закрывая её собой, была Лаймстоун, одним взглядом обещая «Рейнбоу» вечные муки.       К столику подошла Блюберри, которую Тиалав вытащила из её выходного, чтобы обслужить всех. К чаю, который был у всех присутствующих, были добавлены тарелки с печеньем и вафлями. А перед довольной Тиалав была посталена тарелка с шариками мороженного.       — У тебя обновился ассортимент? — поинтересовалась белая единорожка, увидев лакомство.       — В моей чайной теперь довольно широкий ассортимент, — с лёгкой улыбкой ответила владелица чайной и кивнула Блюберри, чтобы та принесла ещё порцию мороженного.       Замаскированная чейнджлинг кивнула и пошла обратно на кухню.       — Принеси орехи, — внезапно распорядилась «Рейнбоу», не оборачиваясь. — Очищенные.       Перевёртыш вопросительно взглянула на зелёную земную пони, и та кивнула. Лаймстоун с непониманием уставилась на Тиалав.       — В моей чайной теперь довольно широкий ассортимент, — с загадочной улыбкой и скрытой издёвкой повторила Тиалав.       Одной лишь Энжел, ушедшей в размышления, было всё равно на происходящее вокруг.       Вскоре Блюберри вернулась и поставила перед Рэрити тарелку с мороженным, а перед «Рейнбоу» — с очищенными орехами. Монстр, получив необходимое, тут же спрыгнул с кресла и забрал тарелку. Чудище молча ушло в угол между прилавком и стеной и резко развернулось.       — Лови! — предупредила искажённая пони и бросила орех в сторону Рэрити.       Белая единорожка, едва поднявшая телекинезом ложку с мороженным, уронила её и машинально поймала ртом орех, тут же съев его.       — Думаю, суть вы уловили, — усмехнулась «Рейнбоу». — Раз уж вы ничего не предложили, то будем импровизировать. Ну, кто хочет первой попробовать? Учтите, дальше будет намного сложнее.       — Думаю, я рискну, — первой вызвалась Тиалав и вышла из-за стола.       Зелёная земная пони встала между двумя рядами столиков, и стала ожидать броска. Монстр поставил тарелку с орехами на прилавок, взял один орех копытокинезом, замахнулся, прицелившись, и бросил импровизированный снаряд. Орешек летел прямо в сторону владелицы чайной, но затем резко сменил свою траекторию и исчез, влетев в стену. И сразу появился с другой стороны, пролетев прямо перед глазами синегривой земной пони.       Тиалав надела солнцезащитные очки и убедилась, что орех прыгал по призрачным батутам, висящим в воздухе, и пролетал через призрачные проходы. Несколько секунд она проследила за непредсказуемой траекторией ореха, мысленно плюнула на это и понадеялась на удачу. Она пригнула в портал, что был справа от неё в стене. Выскочила она из призрачного прохода под потолком и в полёте поймала ртом летящий мимо неё орех.       Приземлившись на пустой столик, она продемонстрировала свой успех монстру и демонстративно съела орешек.       — Неплохо, — похвалила искажённая кобыла. — Вроде травоядная пони, но какие-то хищные инстинкты есть.       Энжел на это утверждение недовольно дёрнула ушами, но затем в её глазах вспыхнуло озарение.       — Ты ведь не просто монстр, а одна из главных, верно? — спросила Тиалав, чтобы понять, насколько откровенно собирается отвечать чудище.       — Все монстры с жёлтыми кристаллами — мои, — похвастался монстр и ухмыльнулся. — Не думала, что ты потратить свой вопрос на подобную глупость.       — Ещё не вечер, — с улыбкой ответила ей владелица чайной, возвращаясь за стол.       — Тоже верно, — согласилась «Рейнбоу». — Кто ещё хочет попробовать?       Энжел наклонилась к Тиалав и тихо прошептала ей свою идею. Выслушав её, зелёная земная пони удивилась и с неверием уставилась на отстранившуюся кремовую пегаску.       — Это рискованно. Очень рискованно, — тихо сказала владелица чайной.       — Знаю, но это необходимо, — была уверена в своих словах официантка.       — А нам вы не хотите рассказать? — шёпотом спросила у них Рэрити.       — Энжел, если не получится, урою, — уже поняв, в чём состоял риск, пообещала Лаймстоун.       Пегаска ей кивнула со всей серьёзностью и взглянула на Тиалав. Та, немного подумав, прикрыла глаза и нерешительно кивнула.       — Теперь моя очередь, — сказала монстру официантка и вышла из-за столика.       — Долго же вы решали, — усмехнулся монстр, который уже съел часть орехов.       Чудище взяло снаряд и бросило его скакать по всей чайной. Энжел сразу надела красные солнцезащитные очки и попыталась перехватить пролетающий перед ней орех. Она едва задела его губами, и он упал на пол. Искажённая пони с довольной ухмылкой чуть не мгновенно оказалась перед вздрогнувшей от неожиданности кремовой пегаской.       Не дав времени осознать ситуацию, «Рейнбоу» из ниоткуда достала фломастер и одним движением написала на лбу официантки одно слово — «Лузер».       — Одна есть, осталось три, — бросил хищный взгляд на остальных квестеров монстр.       Энжел, пока чудище было отвлечено на других, тут же бросилась в ближайший портал.       — Ха, наверняка убежала плакаться в подушку, — не оставила это без внимания искажённая пони.       «Она… проиграла специально! Вот в чём состоит риск», — поняла Рэрити и решила довериться сокоманднице. — «Надеюсь, твоя идея сработает, Энжел, какой бы она не была. А мы… потянем время».       — Итак, во что теперь сыграем? — дожёвывая оставшиеся орехи, подошла к их столику «Рейнбоу», чьи манеры заставили модельершу невольно скривиться.       — Молчанку, — быстро нашла вариант затяжной игры белая единорожка.       — Звучит… скучно, — сев в своё кресло, сморщила мордочку от отвращения искажённая пони, но вспомнив, что ей самой надо немного потянуть время, решилась. — Но в этот раз будет справедливо предоставить выбор вам.       — Тогда начнём на счёт три, — оглядела остальных присутвующих Рэрити. — Один. Два. Три.       Стоило прозвучать последнему слову, как на чайную опустилась тишина. Даже Блюберри, что осталась за прилавком, не спешила открывать рот.       Лаймстоун начала с невозмутимым видом есть вафли, запивая их чаем, чтобы вывести чудище на эмоции. Рэрити, увидев это, вспомнила о своём мороженном. Тиалав с улыбкой начала пить чай.       А вот для «Рейнбоу» подобное молчание быстро стало пыткой. Она спрыгнула с кресла и начала ходить по чайной из стороны в сторону. Она бросала взгляды на квестеров, но те спокойно продолжали трапезу, игнорируя её. И именно игнорирование его персоны для монстра было самым раздражающим.       Продержавшись полчаса, чудище откинуло взглядом кобыл, что жестами попросили Блюберри принести ещё что-нибудь к чаю. Это окончательно разбило терпение искажённой пони, и она начала действовать.       Она на большой скорости пронеслась через чайную и встала на пути чейнджлинга. Голубая пегаска села на круп и передними копытами начертила в воздухе прямоугольник. Перевёртыш с непониманием уставилась на неё, и та повторила жест, дополнив его тем, что указала копытом на свой рот.       Поняв, что монстру надо, Блюберри кивнула и поспешила на кухню. Вернувшись через пару минут, она поставила на столик тарелки со сладостями, а чудищу передала блокнот с карандашом.       «Рейнбоу» быстро написала на блокноте фразу: «Это может продолжаться вечно. Заканчиваем». Мысленно похвалив себя, монстр с превосходством во взгляде подошёл к столику, чтобы продемонстрировать надпись. Но в этот момент Блюберри, что от скуки начала протирать полки, чихнула.       — Будь здорова, — на автомате сказала Рэрити и тут же прикрыла рот копытом, осознав, что натворила.       Лаймстоун не удержалась и ударила себя копытом по лбу, пока довольный монстр делал надпись чёрным маркером на лбу белой единорожки.       — Простите, — повинилась модельерша.       — Значит, теперь выбираешь ты, — поставив чашку на блюдце, спокойно резюмировала Тиалав.       — Ага, — задумалась над чем-то искажённая пони, отбрасывая блокнот в сторону и садясь за стол. — Только немного поем сначала. Кто же знал, что молчание так утомляет.       — Тоже мне, — закатила глаза шахтёрша. — Не понимаешь ты всю прелесть тишины. А ведь живёшь в Понивилле.       — Пожалуй, оставлю это удовольствие вам, грязедавам, — не сдержался монстр.       Чудище село на своё место за столом и потянулось к печеньям. И в этот момент из кухни как ни в чём не бывало вышла красная пегаска. Троица кобыл и чейнджлинг уставились на неё с удивлением, но не проронил ни слова.       — И что мы здесь делаем? — с хищной улыбкой спросила Леттер, выходя из-за кресла искажённой пони и попадаясь той на глаза.       А в глазах «Рейнбоу» на мгновение мелькнул страх.       — Леттер! — воскликнули хором троица квестеров, вскочив со своих мест.       — Вы как будто призрака увидели, — усмехнулась почтальонша и указала на лоб белой единорожки копытом. — Рэрити, а кто тебя так разукрасил?       Поняв, что Уайт её подставила, монстр резко повернул голову в сторону модельерши, и его глаза снова сверкнули жёлтым светом.       Рэрити и, к удивлению самого чудища, сидевшая рядом Лаймстоун схватились за головы. Через секунду единорожку охватил синий туман, а земную пони — красный. А когда туман рассеялся на месте обеих кобыл были монстры, копирующие их внешность.       «Рейнбоу» резко рванула в сторону и скрылась в ближайшем портале. «Рэрити», едва придя в себя, побежала следом, а вот синевато-серый монстр с красными кристаллами на месте глаз набросился на Леттер, которая перекатилась в сторону.       — Убью! — взревело чудище.       — Так вот в чём секрет транса Лаймстоун. Это всё время был монстр, — поняла Тиалав.       — Меньше болтай. А разберёмся потом, — сказала Леттер, надевая очки.       — «Квестер Метал! Квестер Ватер!» — призвав броню, обе кобылы напали на искажённую пони с двух сторон.

***

      «Рэрити» выбежала из портала и оказалась на поляне неподалёку от леса. Но, к своему удивлению, столкнулась с Энжел, на которой были солнцезащитные очки.       — «Дэш», за такую подставу ты ещё поплатишься, — прошипел монстр.       — Значит, они всё-таки проиграли. Причём довольно быстро, — поняла ситуацию по-своему кремовая пегаска. — Раз так то я всё равно освобожу Рэрити.       — Не боишься проклятия Гармонии? — решила попробовать договориться искажённая пони.       — Нет, — решительно ответила официантка, проведя копытом по очкам.       — «Квестер Файер!» — едва она призвала броню, как из портала рядом с ней вылетел синевато-серый монстр, следом за которым вышла Тиалав, что протащила вместе с собой Леттер.       — Что я пропустила? — взглянула на второе чудище и на красную пегаску Энжел.       — Потом, — сказала ей Тиалав. — Сначала спасём этих двоих. Ты нашла то, что хотела?       — Леттер? — обратилась к жёлтой квестер красная.       — Если это что-то действительно стоящее, то действуй. Я… ещё слегка не в форме, — с недовольством призналась почтальонша.       В этот момент из призрачных проходов начали выходить порабощённые монстрами чейнджлинги. Ватер и Метал сразу начали сражаться с ними, чтобы они не мешали Файер. Кремовая пегаска издала пронзительный свист, и в ответ на него из чащи леса к ней подлетели серебряный кристалл.       Едва официантка поймала кристалл копытокинезом, её доспех вспыхнул ярким пламенем.       — «Вайлд квестер Файер!» — под сопровождением волчьего воя Энжел резко взмахнула крылом, и огонь, покрывавший её, потух, обнажая появившиеся поверх доспеха серебряные пластины.       — Ты смогла договориться с ним? — отвлеклась Тиалав, и мимо неё прошмыгнул чейнджлинг.       Файер ударила подбежавшего противника серебряным накопытником накопытником в грудь, оставив на нём пространственный разрыв. Наклонив голову, кремовая пегаска ткнула в разрыв рогом и направила в него магию.       Из всех призрачных проходов в поле видимости начали вылетать огненные шары и красные лучи магии, сметая толпу перевёртышей. Монстры, которые не успевали реагировать на атаки с разных сторон, оказались сбиты с ног. А затем их с разных сторон накрыло снарядами.       Вытащив рог из разрыва, Файер лёгким ударом в бок заставила упасть стоящего перед ней чейнджлинга на землю. А вся поляна впереди утонула в дыме от взрывов и огня.       — Мощно, — Леттер не стала скрывать, что впечатлилась, и отошла от облака дыма и предвкушающе оскалилась. — Уже не терпится опробовать самой.       — Страж будет нам помогать только если добыча будет «достойна», чтобы это не значило, — покачала головой Энжел. — Он любит… поиграться с сопротивляющейся добычей.       — Я учту, — ничуть не расстроилась почтальонша.       — Ты ведь сразу подумала о своей сестре, да? — решила подначить её Тиалав.       — Как ты… Нет, — быстро опомнилась Леттер, но было уже поздно. — Когда я восстановлюсь, Я выбью из вас имя того, кто нас сдал.       — Сами догадались, — под недоаерчивым взглядом красной пегаски ответила кремовая.       К этому моменту дым начал рассеиваться, открывая участок выжженной земли, покрытой неглубокими кратерами. Все чейнджлинги оказались вырублены, как и Лаймстоун, от покрытой сажой шерсти которой валил дым. Лишь только «Рэрити» пережила обстрел и неуверенно начала подниматься на ноги.       Поняв, что после такого разговаривать безполезно, чудище зажгло рог и создало перед несколько магических щитов, часть из которых полетело в квестеров. Файер, создав поверх накопытников волчьи когти, ударом сломала первый летевший в неё снаряд, а второй встретила лучом красной магии. Красная квестер полоснула когтями замлю перед собой и создала широкий разрыв, в который тут же запрыгнула.       Энжел вылетела из портала позади монстра и зажгла рог.       Как только «Рэрити» обернулась, всё вокруг неё погрузилось в темноту. Перед чудищем вспыхнула фигура, что его напугало. Серебряные пластины кремовой пегаски засветились красным, а лезвия на крыльях начали переливаться разными цветами. Снова раздался волчий вой и красная квестер сорвалась с места в сторону искажённой пони.       — «Дикий фестиваль стихий!» — монстр от отчаяния создал перед собой магический барьер, в ответ на что квестер полоснула накопытником по воздуху и, не снижая скорости, влетела в разрыв.       Новый разрыв появился позади чудища, и пегаска вылетела оттуда. Нанеся несколько ударов клинками на крыльях, Энжел резко, с помощью огня из-под копыт, рванула вперёд, нанося последний порез. Едва официантка приземлилась, монстр позади неё взвыл от боли и взорвался. А тьма вокруг тут же отступила.       Израненная, покрытая порезами Рэрити начала заваливаться набок, но была подхвачена успевшей подбежать Тиалав.       — И все жили долго и счастливо, — увидев это, тихо сказала Леттер.

***

      Дискорд отвлёкся от экрана в стене клетки и потянулся к книге и открыл её, чтобы убедиться. В книге по сравнению с прошлым разом появилось намного больше надписей, на что дух хаоса удовлетворённо хмыкнул.       — Минус Щедрость. Ещё четверо — и свобода, — начал коварно гладить бородку драконикус.

***

      — Простите меня! — едва не рыдала Рэрити, склоняя голову к полу и не обращая внимания на порезы на теле. — Простите, что поддалась монстру.       — Не бойся, ты тут не одна такая, — мягко улыбнулась ей подошедшая Тиалав, но белая единорожка продолжила извиняться.       Стоявшая напротив них Леттер скосила глаза на разъярённую Лаймстоун, которая была очень не рада тому, что её использовали в качестве носителя чудища. Синевато-серая кобыла едва сдерживалась, чтобы не начать громить чайную. А сидевшая за столиком Энжел поставила перед собой зеркало и отчаянно тёрла мокрой тряпкой лоб, пытаясь избавиться от надписи «Лузер».       — Думаю, важный разговор можно пока отложить, — решила Леттер и с ухмылкой пошла на выход из чайной.       Остальные, занятые своими делами, не заметили её ухода.

***

      — Ты попросила меня помочь с восстановлением Метал, — наблюдая за происходящим через зачарованное зеркало, напомнила «Твайлайт». — Я свою часть сделки выполнила. Теперь твоя очередь.       — И что тебе от меня нужно, — скрыла за ухмылкой напряжение Уайт.       — Мне нужна магия Вертекса для одного эксперимента, — ответил монстр, поднимаясь с дивана. — На самого дракона я не претендую. Магия в обмен на магию.       — Звучит справедливо, — кивнула в ответ единорожка-альбинос, и прищурила глаза. — В чём подвох?       — О, тебе понравится, — заверило её чудище, бросая взгляд на квестеров, что отражались в зеркале.       «Что же, Лаймстоун, я свой долг за спасение отдала. Теперь в тебе и Рэрити нет монстров. Но в следующий раз я не упущу возможности «сыграть» с вами», — так же посмотрела в зеркало доктор и её губы растянулись в предвкушающей улыбке.