Глава 4. Рисковый ход

Карсон провёл весь вечер и пол ночи, разговаривая с родителями. Те боялись даже на мгновение упускать его из виду, опасаясь, что он вот-вот исчезнет — настолько сильным было потрясение. Конечно же, Карсон не рассказал им всю правду, какой она была. Сказал, что отныне и впредь находится под грифом секретности на правительственном объекте, и документально должен быть мёртв, но не смог не явиться. Говорить о работе он отказался, аргументируя тем, что не имеет права. Сказал только, что по-прежнему выполняет функцию медика. Зато потом они долго разглядывали старые фотографии. Он спрашивал родителей о том, как у них дела, нет ли нужды в чём-то?.. Старики много и долго говорили, однако всё их внимание было приковано к сыну. Спать они его уложили в его старой комнате, куда почти не заходили с тех самых пор, как получили похоронку. Только слегка прибрались. Как же приятно было снова спать на своей кровати! Казалось, даже на Атлантиде с её убаюкивающим еле заметным покачиванием на волнах спать было не так сладко. Позавтракав по утру и начав собираться, Карсон объяснил свою необходимость снова уйти долгом службы. Обещал, что ещё обязательно заглянет к ним, и что его существование должно оставаться в строжайшей тайне — чтобы их не приняли за сумасшедших. Мать расцеловала его на прощание. Отец обнял и похлопал по плечу. Они жадно провожали его глазами, когда он ранним утром — в 5 часов, чтобы не привлекать внимания соседей — покидал отчий дом. Их сын был жив — это было главное — в остальном же они были уверены, что он держит всё под своим контролем и ещё обязательно придёт навестить их. И ещё им стоило задуматься над тем, чтобы помириться с соседкой — которая всё-таки привела его домой. *** -И что же мне тогда говорить? — Возмутился Родни. Шеппард зашёл в лабораторию, опаздывая на совещание. Мистер Вулси был недоволен концепцией речи МакКея. Джон пристроился за Тейлой с Рононом и скрестил руки перед собой, наблюдая за происходящим. -Просто начните с самого главного, Родни. Появились новые сведения… Существует опасность для Земли ввиду того, что Атлантида взорвётся, если не будет вовремя перемещена в Пегас. И начинайте объяснения. Этот урок ораторского искусства от Вулси выглядел бы слегка забавно, если бы не ситуация. Чёрт, и ведь они хотят правдоподобно соврать высшим лицам, чтобы вернуться к миссиям в Пегасе. Это было противоестественно и неприемлемо. Их могли прогнать взашей за одну мысль об этом! Но, помимо банального желания вернуться, их оправдывало лишь то, что таким образом они не позволят Люшианскому союзу захватить город в случае, если они попытаются это сделать. -Попробуйте снова, Родни. — Попросил Вулси. МакКей снова замялся. -Может, мы все вставим слово? — Устало предложила Тейла. -Да, и это будет выглядеть, как детский кружок. — Не одобрил Джон. Он был согласен с Вулси, что основную речь должен был произнести Родни, как авторитетное лицо — если глава Атлантиды сам примется рассказывать причину и пояснять тонкости, это будет как минимум подозрительно. Но, Боже, МакКей! -Я просто не могу с уверенностью судить, когда не до конца понимаю ситуацию! — Оправдался учёный. -Как ты можешь что-то не понимать, Родни? — Съехидничал Шеппард. -Да, я ещё не до конца продумал план — а вы спрашиваете меня раньше времени! Устройство ещё не готово! Вулси устало потёр переносицу. Зря они здесь собрались… МакКей и так работал внеурочно — и недосып крайне отрицательно сказывался на его характере. -Давайте все придумаем свой план, с чего бы начать и как вести разговор, а потом сравним на вечернем брифинге? — Предложил Джон, в чём-то копируя недавнее предложение Тейлы. -Думаю, это будет лучше, чем ничего. — Устало согласился Вулси. — Пока нас всех не уволили за ненадобностью. — Глава Атлантиды первым покинул комнату. Ронон громко фыркнул, но остался стоять. -На какой стадии находится твоё устройство, Родни? — Спросил Шеппард, чтобы проконтролировать его успеваемость. -Я собираю всё по плану Януса. Но мне всё ещё не всё ясно с управлением. Работать приходится в сжатые сроки. Я хочу отрегулировать интерфейс, создав новый удобный слот, куда мы сможем вводить привычные нам даты, но не гарантирую, что это вообще возможно. -Давай без нововведений, Родни! Обойдёмся и так. -Ты имеешь ввиду, Ты обойдёшься! Конечно, это же тебя интуитивно слушает альтеранская техника, а я хочу конкретики! — Возмутился учёный. Шеппард отмахнулся от его брюзжания. -Ладно, делай дальше. Скажи, когда закончишь. — Джон стремительно вылетел из кабинета. Его примеру последовали остальные, оставив доктора МакКея наедине с собой. Он лишь посмотрел им вслед, машинально покачал головой, пробурчал что-то под нос и продолжил работу по моделированию работы устройства. Скорее бы вернулся Зеленка со своими свежесгенерированными запчастями. Радек предпочитал работать в гордом одиночестве подальше от Родни — но только ему МакКей мог доверить такое важное дело, как печать альтеанских плат и подбор кристаллов. Потому что он знал, что Радек сделает это хорошо, потому что у него самого не оставалось на это ни времени, ни сил, потому что его гениальный мозг должен быть применён в другом месте — а именно в прогнозировании всевозможных путей использования машины времени и доработке плана. Пока следовало, что они должны сообщить начальству о внезапно обнаружившейся подпрограмме системы, запустившей обратный отсчёт (данная подпрограмма была уже полностью готова и интегрирована в системы города). Разумеется, к взрыву в любом случае это не приведёт. Но для того, чтобы его «избежать», по легенде придётся отключить город от МНТ — и тогда прощай маскировка. Упор был ещё и на то, что у правительства не будет слишком много времени на рассуждения — и тогда либо Атлантида покажет себя во всей красе на всеобщее обозрение, как волшебный Диснейленд, либо им придётся в экстренном порядке покинуть Землю — что было более вероятно. Правительство не захочет разглашения государственной тайны — это повергнет население в шок, если не хуже, и вызовет беспорядки. Одновременно речи не будет и об отправке города на Луну — и выход будет только один. Далее им предстоит тяжёлый путь в Пегас. Подняться они сумеют, но вот полёт между галактиками истратит оставшийся заряд МНТ задолго до того, как они достигнут нужной точки. Это было очередной головной болью для МакКея. Он планировал снова использовать тоннельные двигатели для перемещения города, и, возможно, приливные гравитационные силы в районе М33 помогут им с разгоном — так, что им не придётся тратить энергию на постоянную работу двигателей. Более точный расчёт должна была предоставить Саманта Картер, которая закрылась дома, чтобы спокойно заняться этой проблемой. Он понимал её чувства, как и её нежелание находиться в их обществе сейчас. Наверное… Но был уверен, что она сделает всё правильно, чтобы он мог доверять её вычислениям. Основное внимание Родни было приковано сейчас далеко не к речи перед президентом — об этом он будет думать наконуне. Сейчас было важнее разобраться с устройством, а на этом фронте он столкнулся с некоторыми сложностями. Начать нужно с того, что он не до конца понимал, как оно работает. Принцип физического действия был для МакКея понятен — гравитационное возмущение, связывающее их с другой точкой пространства относительно вектора времени. Причём путешествовать можно было по обоим векторам — перемещаясь на определённое расстояние ещё и в пространстве. Также регулировался размер захватываемой области перемещения. Но вот за счёт чего происходила ориентация по шкале времени? На чертежах Януса не было каких-то конкретных рычагов. Можно было предположить, что управление машиной происходит с помощью разума — но что-то подсказывало МакКею, что на деле это будет не так просто… Вернее, на деле это может быть совсем не просто! Просто может показаться лишь Шеппарду, а он должен понимать процесс, чтобы сориентироваться, если что-то пойдёт не так!.. И тут ещё всякие генеральные репетиции его речи! Имейте совесть! И если с координатами пространства он разобрался, то понять, как работает машина времени по отношению к самой таинственной переменной, было не так просто. Это было фиаско разума Родни! Он должен был отвлечься… И отдохнуть… И отвлечься. И взглянуть на это всё свежим взглядом. Всегда можно было собрать устройство Януса именно так, как оно было сконструировано, и надеяться, что в трудную минуту оно будет работать, как должно — но Родни не любил неопределённости! Точность в расчётах неоднократно спасала жизни ему и всем членам Атлантиды — так что он всё ж хотел опираться на строгие факты, нежели размытые предположения. Конечно, было бы лучше, если бы им не пришлось использовать машину времени, но если что-то пойдёт не так… Они в любой момент смогут вернуться и предотвратить это. Ситуация была рисковая. Вылазка в космос с недостаточным зарядом МНТ — казалась самоубийством! Надежда была только на тоннельные двигатели, энергии для питания которых даже по самым примерным расчётам им не хватит на весь путь. Но в дальнейшем они могли ещё какое-то время двигаться по инерции и использовать основные двигатели — и таким образом осилить перелёт. Родни верил в то, что он был гением — и потому надеялся, что ему удастся решить все возникшие по ходу дела проблемы в кратчайшие сроки после начала их миссии. А потому всё ещё продолжал заниматься нерешённой загадкой. Ведь какой толк будет от устройства путешествия во времени, если они попросту не смогут его использовать? *** Шеппарду снился особо тяжкий сон. В нём уже знакомый рейф не только стоял и смотрел — но и протягивал к нему руки и злился — неслышно, бессловесно, но это всё создавало такое отягчающее ощущение, будто его пытали, будто рейф кричал на него. Сон протекал мучительно медленно за счёт того, что долгое время Джон не мог проснуться, и был вынужден елозить по кровати, испытывая что-то вроде сонного паралича, пока рейф стоял над ним. Проснувшись в холодном поту на измятой кровати, Джон отчётливо словил ощущение мурашек по всему телу. -Вот же чёрт! — Выругался полковник про себя. С какой-то точки зрения Тодд был прав — его удерживала от попытки изъятия его на Атлантис лишь мысль о том, что это может быть не обязательно. Никакой железной невозможности сделать это больше не было — с точки зрения совести, Шеппард просто обязан был вернуть его домой. Да только Джон помнил, с кем на самом деле он имеет дело, и сомневался, стоит ли вообще делать это?.. Проклятый рейф не давал о себе забыть. Быть может, конечно, это было свойством отмены таблеток — отягчающее симптомы… Но Джон был целиком и полностью уверен, что это ТОДД САМ ИГРАЕТ С НИМ! Недолго посидев и прийдя в себя, Шеппард поднялся и спешно оделся. Тодд просто не хотел быть забытым здесь — с его точки зрения всё это было оправдано. И Джон даже склонялся к тому, что всё же попытается вызволить его ближе к делу — не потому, что он мучил его, а потому, что так было правильно. За ним перед рейфом имелся определённый «должок». Генерал подпишет бумаги, если Джон сунет их ему под нос на кону их отбытия. Как бы не нравилась ему перспектива вести с собой монстра назад в Пегас… Похоже, другого выхода у них нет. *** Настал день совещания. Родни МакКей, одетый по первому слову и с ноутбуком в чемоданчике, с готовым докладом был приглашён в кабинет президента по срочному вопросу, касающемуся нац безопасности. Президент был готов его выслушать, сделав исключение для ведущего учёного, в отличие от его коллег. Родни готов был не упираться в термины и пояснять максимально понятно. Поправив галстук, он зашёл в кабинет. Дверь для него специально отворили. Президент сидел на своём кресле перед Т-образным столом, сцепив руки на столешнице, и выжидающе смотрел на него. -Мистер президент. — Поздоровался Родни. -Доктор МакКей, ближе к делу. Мне передали, что у вас важные сведения, касающиеся нац безопасности? — Опустив формальности, потребовал глава государства. -Сразу хочу отметить, что все данные проверены и точны. — Протараторил Родни, открывая неоднократно уже проверенный на всех подступах к главному лицу чемоданчик и извлекая ноутбук. Он сразу запустил презентацию, наскоро сварганенную в последние часы пребывания в городе и доработанную по пути сюда. Президент сдержанно проследил за его театральными приготовлениями, отметив про себя лишь исключительную усталость его лица, как веский аргумент выслушать, не перебивая. -Во время изучения систем города нами была обнаружена подпрограмма, оставленная древними на случай, если Атлантида когда-либо покинет Пегас. Её обнаружили внезапно и случайно — потому как город начал вести обратный отсчёт. Мы попытались выяснить, что сие означает, и пришли к выводу, что город взорвётся, если он подойдёт к концу. У нас в запасе ещё несколько дней обратного отсчёта — так что волноваться не следует. Мы в любом случае успеем отвести беду от Земли, в противном случае нам придётся отсоединить город от питающих его МНТ, что неизбежно нарушит его маскировку перед лицом гражданских и военных структур других стран. МакКей видел, как президент аж подпрыгнул в кресле при упоминании взрыва города и существенно напрягся — но всё же закончил речь, благо ему дали слово. Хозяин Белого дома был немало взволнован, хоть ему и хотелось считать это хорошей шуткой. -Это шутка, доктор МакКей? Мы только приобрели город, способный обеспечить безопасность Земли, и тут вдруг выясняется, что мы должны от него отказаться, потому что он превратится в большой фейерверк? Вы издеваетесь? -Какие шутки, сэр? -Данные точны? — Перебил его президент. -Данные проверены мной, другими учёными с Атлантиды, а также Самантой Картер. — Надеясь, что имя Сэм ему что-то да говорит, ответил МакКей. — Более того, нами даже разработаны и рассчитаны несколько планов отступлений. -А вы, я вижу, подготовились. — Президент сел на место ровно. Происходящее всё больше и больше напоминало ему какой-то спектакль. Сначала соперничающие ведомства пытаются убедить его в совершенно противоположных вещах, затем этот… Вздор! Если выяснится, что подчинённые сговорились, чтобы устроить этот «карт-бланш», и подстроили всё это — за этим последуют масштабное разбирательство и череда увольнений. Стране не нужны такие подлые люди! Более того, как раз они-то и могут быть люшианскими агентами! В своих размышлениях президент отталкивался от одной простой истины: наличие города древних под рукой гораздо лучше его отсутствия. Все прочие домыслы выглядели нелепо — ну кто сможет захватить охраняющийся город, тем более расположенный на лунной поверхности? Так что если доктор МакКей считает свою правоту легитимной — пусть предоставит качественные аргументы и доказательства этому. -Если это какая-то шутка, доктор, вы первым слетите со своей должности! А затем и все остальные причастные, и эта Картер! — Пригрозил он. -Я как раз пытаюсь этого избежать. Но если Атлантида рванёт — это будет взрыв в две мегатонны. Я ничего не придумываю! У нас в распоряжении осталось четыре дня, 23 часа, — МакКей посмотрел на часы, — 21. И только вам решать, что будет с нами и с городом — большой взрыв или падение маскировки. Есть третий вариант. У вас не очень большой выбор. -Город надо эвакуировать! -Увести в глубь залива — была такая идея. Но это не поможет. Русские подлодки плавают везде. Мы не избежим огласки. -Русские и так знают, где Атлантида. За неразглашение мы делимся с ними информацией. — Господин президент только что сказал то, что МакКей не знал. -Не важно. Вам стоит задуматься о благе людей. Если мы хотим использовать город под свои нужды — мы сможем делать это только в Пегасе! -Вы угрожаете мне? -Я устал от пререканий. Я полноценно не спал несколько суток, пытаясь понять, что вообще происходит и почему. И потом летел в самолёте и стоял в пробках восемь часов, подготавливая доклад перед вами. -Почему вы сразу не сообщили мне? Тогда у нас было бы больше времени. Уверяю вас, доктор МакКей, что бы вы не сказали — это будет тщательно проверено! МакКей глубоко вздохнул. Пусть проверяют — такой гений, как он, озаботился тем, чтобы его последователи концов не нашли. -И всё же дослушайте меня. — Невероятно настойчиво для себя попросил Родни. Президент стравил воздух и откинулся на спинку кресла, всё же желая его выслушать. -Атлантида НЕ долетит до Пегаса на текущих МНТ. Даже если подключать их периодически и двигаться по инерции — нам этого не хватит. Нам нужно как можно быстрее попасть туда, чтобы продолжить эксплуатировать город, и я предлагаю использовать тоннельные двигатели, создающие червоточину на пути нашего передвижения. Мы совершим один большой скачок, а затем небольшой гравитационный манёвр вокруг Треугольника на обычных двигателях, что позволит нам разогнаться, как на праще, сэкономить заряд МНТ и существенно сократить время пути. — Родни потупился, сделав перерыв в речи, и продолжил, видя на лице президента крайнее недоверие. -Мы можем временно остановить обратный отсчёт, но он возобновится вновь, как только МНТ будут подключены к городу. И в это время город будет абсолютно беззащитен — мы даже не сможем поднять диафрагму на вратах, что уж говорить о режиме невидимости или щите? Его слова покоробили президента — он устало, но всё ещё снисходительно произнёс: -Обесточьте город и найдите способ остановить отсчёт. — Почти процедил он сквозь зубы. -Мы уже пытались. Не вышло. Программа вшита в системы города как бэйзик. При попытке её убрать или изменить будут повреждены другие системы. -Так найдите способ этого избежать. — Устало буркнул президент. Он понимал в информационных технологиях не больше, чем ему необходимо было для занятия его должности. — Я соберу внеплановое заседание по этому вопросу. И будьте уверены, МакКей, мои эксперты всё проверят! — Для пущей наглядности президент указал на него пальцем. -Да, сэр. — Устало отозвался Родни, готовый уже идти. Но он не дорассказал план. -Желаете выслушать остальные пункты? -В другой раз. — Отмахнулся президент. — Полагаю, об этом разговор зайдёт ещё неоднократно… … На выходе из здания МакКея встречали полковник Шеппард и генерал О’Нилл лично. «Припаркованный» вертолёт, пилотируемый самим Шеппардом, ожидал их на площадке, расчерченной знаком «Н» — чтобы Родни снова не пришлось торчать в пробках. Джон и Джек по очереди пожали ему руку. -Это был ход конём. Теперь пусть АИ разбирается. — Произнёс Джек. Шеппард натянул тёмные очки, и процессия из уставшего Родни и притомившихся стоять под солнышком полковника и генерала потянулась назад к вертолёту.