ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

      Спать в беседках – не лучшая затея. Именно такого мнения придерживались лекари, слуги, гвардейцы, Гюрен, дети ... Все. Такое суждение возникло не на пустом месте. В холодную пору на открытом воздухе было легко заболеть, а в жаркие сезоны вокруг дерева всегда лазили насекомые, мешающие заниматься своими делами, то и дело норовящие залезть на ваши руки, ноги, и остальные части тела.        Тем не менее, наследник великого дракона не какой-то там «человечишка», так что его исчезновение из храма стало тем ещё поводом для переполоха. Когда оказалось, что и супруги нет – переполошились ещё больше! Правда слишком сильно обеспокоиться не вышло: дети были на месте. Зная Гроу, та ни за что бы не оставила их здесь, особенно, если подговаривала бы Реншу уйти. Украсть их тоже вряд ли бы решили. И дураку было понятно, что мессию заменит его сын, так что красть только взрослых – странное и неразумное решение.       — Тебе хоть не холодно было? — бурчала кроха, глядя на родителя. — Мы вообще-то переживали! — возмущалась, ставя руки в бока.       — И вообще, спать на улице плохо, разве не ты нам это говорила? — возмущался Шан, получая в ответ лишь смешки, от идущего рядом Джина. — Нет, ну правда! Как нас ругать — так пожалуйста, а как сама спит – то всё можно! — Тихо вы, тихо! — начал хрипеть мужчина, прикрывая рот рукавом. — Что же вы так мать отчитываете? Она же только встала! Вечером поругаетесь!       — Вечером не интересно! — ответила ему Лин, — Мы уже успокоимся, а так всё выскажем!        Под тяжёлый вздох проповедницы шагать продолжили. Очнувшаяся совсем недавно, она уже успела получить нагоняй от советника и парочки слуг. Даже отец Реншу, и тот, глубоко и неодобрительно зыркнул на неё, как только далась возможность. Капризы от собственных детей мать понимала, сама бы так поступила, а от того не слишком поражалась таким фокусам с их стороны. Джин, конечно, был куда больше удивлён, но не получая должной реакции со стороны дамы – успокоился. За этот месяц общения он уже понял: если ведьма не возмущается, значит всё нормально, значит лучше просто ничего не говорить. И тем не менее, сейчас интересоваться стоило. Вели их всё-таки дети, зная дорогу шагали беспрерывно и уверенно, вскоре подводя к весьма красивому и относительно крупному дому. Джин был искренне удивлён, ведь даже будучи отличным мастером, на такой дом никогда в жизни бы не накопил.       — Н-да, домик этот ваш Чарльз себе, конечно, неплохой устроил. — цокнул языком ключник, вскоре переводя глаза на Гроу, кивнув. Это условный код, если что случится, — она мысленно скажет ему определенную фразу, и он ворвётся в помещение. План не был гениальным, но и особой опасности никто не ожидал. — Ну ладно, развлекаетесь, я пойду. — улыбнувшись, обоим бесятам дали «пять» и ушли, скрываясь с поля обозрения.        Недолгий стук спустя, дверь открыл мужчина, худой на вид, но не тощий. Ел достаточно, просто, кажется, имел в себе именно такую конструкцию тела, что не позволяла выглядеть упитанно. Либо через чур жирно, либо – вот так.       — Чарльз вас уже ждёт. — улыбнулись малышне, запуская радостных игроков в помещение. — А вы ... — оценив женщину взглядом, он словно что-то прикинул в голове, лишь после добавив. — Я искренне удивлён, что вы правда пришли. Хотя, чего это я, проходите, конечно! — словно загоревшись огнём азарта, тот нырнул в помещение, после закрывая дверь. — О, у нас с вами есть много чего обсудить, вам определено понравится!       — Ха-ха, буду очень рада, всё же вы так интересно меня пригласили. — проходя за собственным путеводителем, ведьма вскоре вышла к просторной комнате. На стуле сидела женщина, вежливо кивнула при виде новой знакомой. — Тем не менее, я совсем не поняла смысл этого, разве нельзя было просто прийти и поговорить? — было действительно непонятно. Поговорить с настоятельницей можно было когдаугодно, что доказывало даже то самое «излечение», слухи о котором распространились даже быстрее, чем снежный ком по горе скатывается, так что такая теоретика и заговорщичество были совершенно неясны.       — Ну, как это...? — потеряно переспросила дама, переглянулась с отцом Чарльза, после встав и подойдя к знахарке, — А что, если они будут нас слушать? — глаза резко стали большими и круглыми, словно выражая страх.       — Да, мы боялись, что вас не выпустят, вы ведь всё-таки... Ведьма. — словив удивленный испуг на лице пришедшей, говорящий расплылся в улыбке. — Да-да, мы всё знаем! Но не бойтесь, мы лишь хотим помочь! — посмеявшись, тот уточнил. — Ну что вы так смотрите? Испугались? Можете не играть дурочку с нами, мы всецело на вашей стороне!       — Если совсем честно – да. — промямлила настоятель, переводя зелёные глаза то на одного, то на второго участника разговора. Те улыбнулись, предлагая сесть. — Вообще, к чему это всё? — даже если они просто заговорщики, желающие её убить — сделать это не так просто, да и обвинив в клевете можно было избавиться от всех нежелательных слухов путём стирания мыслей или ещё каких-либо манипуляций. — Ну как это? — запричитала рыженькая, — Лин так восхитительно оборонялась от того мальчугана! Он тот ещё негодяй! А наш мальчик нам всё рассказал! И как она Шанга лечила, и как магию использовала, даже то, как они цветы пересаживали! — с супругом, переглянулись. — Мы так сразу всё и поняли! Да и вы, мисс, себя так гордо повели во время того конфликта, ни одна наша женщина так себя не повела бы! Так делают только ведьмы, мы этим искренне восхищаемся.       — И вообще, вы ведь вылечили девушку от мора! Лекари на это не способны! — кивнули в добавку к сказанному, словно гордясь своими познаниями в произошедшем. — А ещё вы никогда не протестуете против собственного супруга. Наверное, очень тяжело держать весь этот гнев в себе, правда? — видя серьёзное, задумавшееся лицо матери, оба из говоривших замолчали, лишь тихо добавив. — Мы понимаем, вам тяжело, обдумайте это и тогда можете говорить.        Как нельзя кстати, ведь голова была полностью опущена в размышления. Получается, что они считают её пленницей всего этого положения? Так предположить можно, но тогда зачем её вообще позвали? Зная, что она ведьма можно было рассказать об этом кому-нибудь, получая в ответ монеты за «честность и наблюдательность», но этого сделано не было. Соответственно, преследовались какие-то иные цели, дело было в чем-то таком, что стоило узнать сейчас. Её подозрительно много хвалили, давя на женскую натуру, это было подмечено быстро. Так что теперь осталось понять в чём дело, вероятно путём разговора, но чутьё подсказывало – сказать правду – не выход.       — Н-да, озадачили вы меня, конечно, — задумчиво оттянули нить диалога, — считаете, что я нахожусь в опасности? — ловя в глазах согласное сопереживание, подыграла. — Вы, на самом деле, совершенно правы. Мне так тяжело говорить об этом, Реншу никак не даёт мне покоя, то и дело прося у меня дать ему немного крови, для омоложения. — не придумав ничего лучше, сообщила первое что пришло в голову, осталось лишь запомнить сказанное, иначе всё пойдёт в неизвестном направлении.       — Мы так и думали! — стукнула по столу желтоглазка, её партнёр удручённо кивнул.       — Нам искренне очень вас жаль, именно поэтому мы позвали вас сюда! Ох, так трудно было выцепить вас из лап храма! Но как только мы заметили ваших крошек у нас – сразу поняли: это шанс. Отец то о них совершенно не заботится, правда ведь? — под одобрительный кивок, закивал в обратную сторону, только быстрее, словно торопясь.       — В таком случае вам понравится наша идея, но сначала нам нужно её чуть сильнее обдумать. Только скажите сразу, вы готовы рисковать жизнью своих детей? — видя, как лицо дамы хмурится, те переглянулись. — Замечательно. Не беспокойтесь, к ним мы и пальцем не притронемся! Но, теперь вы можете быть свободны... И, если вы согласны на сотрудничество – наденьте ваше зелёное кимоно вновь, как только мы заметили вас без него, сразу поняли – дела совсем плохи.       — Хорошо, я постараюсь..., — многозначительно поддакнула женщина, заполучая активную поддержку.       — Вот именно! Никакой свободы! Это просто возмутительно! А это общество, оно ведь совершенно не способно ничего сделать с этой тиранией! Но не беспокойтесь, мы поможем вам. Мы на вашей стороне и ни в коем случае не хотим вредить ни вам, ни вашей семье. — под одобрительные кивки знахаря, оба взрослых заволновались, собираясь и постепенно позволяя женщине уйти. Дети остались играться, а мать их ушла, позволяя собственной голове погрузится в туманные раздумья.        Да, вся эта ситуация кажется совершенно глупой, если подумать над произошедшим. Какие-то неизвестные люди позвали её, сказали, что ведьма и что они на её стороне? Ерунда какая-то. Сотни лет при виде ведьмы в храме поднимался бунт! Её пытались убить, расчленить и даже пытать, вне зависимости от статуса, возраста, пола, веса ... Да чего угодно! Ведьм уничтожали, а эти синие цветы, что росли буквально на каждом шагу – яркое того доказательство. Столько трупов и не на каждом кладбище найдется! В общем верить в то, что такие богатые люди решат ей помочь – странно. Более того – ей не нужно было помогать! Да, чаще всего такие как настоятельница были наложницами – бесправными девами, вся суть которых лишь в удовольствии для того или иного проповедующего, но очень странно что такое вообще кого-то волновало. Наложницам часто завидовали, никогда не жалея. И именно за наложницу Гроу приняли во время ссоры её детей, от того и назвали соответствующим словом. В то же время жёны часто были бесправными, буквально ненужными ни на что, кроме рождения детей. Да и то, как только этот самый ребенок рождался – женщину отправляли подальше от храма, заставляя воспитывать детей в одиночку. Видеться с мужем было можно, но воспитывать с ним детей – ни за что. Причина того была простой – воспитание детей мешает проповедям. Мужчина отвлекается на собственных малюток и перестает быть настолько же промытым, в нём просыпается так гонимая эмпатия и сочувствие. Это безусловно возмутительно, но в чём тогда была проблема в этом конкретном случае?        Гроу была законной женой мужчины, она жила вместе с ним, воспитывая детей. Да, были конфликты, но не настолько серьезные, чтобы это заставило беспокоится. Да даже если и так – разве это повод считать Реншу ужасным? Многие до него были куда хуже, и это вовсе не симпатия ведьмы – это статистический факт! Править это вовсе не мешало, а с приездом дамы самочувствие мессии и вовсе улучшилось!        Мысли гущей заполняли голову, происшествие всё никак не давало покоя. Конечно, можно просто выдохнуть и забыть, но сердце чуяло подвох, всё никак не желая успокаиваться. В таком виде ведьма ушла в сад. Находится на виду у людей ей вовсе не хотелось, она требовала раздумий без лишних вопросов и деталей. Дышать было трудно, то ли из-за подступившего волнения, то ли из-за чувства потерянности. Странной была вся эта ситуация, но увы, совершенно ничего разумного не приходило в голову.       — О чём думаешь? — послышался знакомый, хриплый голос. Старый друг, он никогда не подводил, появляясь в нужные моменты. — Тебе может водички? Ты вся бледная, как смерть. — попытка пошутить оказалась неудачной, заставляя пьяницу откашляться и замолкнуть. — Сходила к этому ... Чарльзу? — грубо поинтересовались в итоге.       — А откуда ты знаешь, что я к нему ходила? — улыбнулись в ответ ему, — Или тебе Реншу рассказал?       — Ай, этот уродливый дурак никогда ничего толкового не говорит! — махнули в воздухе, обзывая то ли себя, то ли брата. Сложно понять, всё же Гюрен и Реншу были близнецами, притом буквально идентичными. Многие до сих пор не могли их различить, хотя из-за разных способов жизни, тот же оттенок кожи очень четко отделял бледноватого палача от великого и добродушного мессии. — От Джина узнал. Он очень впечатлился! Ты бы слышала какие дифирамбы мне пел! Ой, тьфу. — словно стараясь соскочить с темы, тот махнул рукой в сторону, разгоняя вокруг себя пепел от сигареты.       — Ха-ха, действительно. — задумчиво ответили младшему господину на возмущения. — Я ведь не сумасшедшая, правда?       — «Что-то случилось?» —заметив подозрительную задумчивость, к ней повернулись. — Если тебе интересно — в моих глазах ты нормальная.       — И на том спасибо, — хмуро подметили на неуместный комплимент. — просто этот отец такой..., — явно не находя слов, на русого глянули. — Странный? Даже нет, слушай, не сочти дурой, но они сказали, что я ведьма.       — И в чём они не правы? — подняв одну бровь, Гюрен хмыкнул, садясь рядом. Кажется, этот диалог был ему куда более интересен чем дела, по которым он шёл. — А он откуда знает? — холодно переспросили, позволяя непониманию возникнуть на лице собеседника. — Никто из горожан, кроме тех, кто работает в храме долгое время, — понятия не имеют что я «проклята». Или как это называется. — как только на лице появились крупицы осознания, та продолжила. — А даже если он в курсе – почему не сдал меня?       Горожане бы не поверили, жизнь бы себе угробил. — пожали плечами. — Как бы меня не раздражали твои постоянные советы – людям это нравится. Ты ведь, всё-таки, жена мессии. А до того, за проповедника замуж вышла. — палец подняли в воздух, — Ты ведь никогда ничего плохого не делала, вот люди тебя и любят. Недавно вон, от мора полечила. Все только об этом и галдят! Бедные мои уши. — знахарь наклонила голову в интересе. — Даже заключённые, и те об этом говорят! Каждый день, каждый божий день! Смотреть за ними дело неблагодарное, а они ещё и болтают без умолку!       — Отвар от головы сварить? Шанг говорил мне, что ты себя плохо чувствуешь в последнее время, но я не думала, что всё настолько серьезно. — улыбнувшись, та получила раздражённый кивок.       — Серьезно? Он всё-таки рассказал? Вот говнюк мелкий, я просил не говорить. — буркнули, насмешливо зыркнув на закатывающую глаза Гроу. — Ну ладно, давай. Шанг молодец, видимо всё-таки я ему немного нравлюсь. — хрипло хрюкнув от набившейся слюны, дядька грубо плюнул в траву.       — Лин ты тоже нравишься. Ты похож на Седрика. — видя гримасу, чётко задающую не самый приличный вопрос, женщина засмеялась. — Седрик — это ведьма, которая жила с нами. Он был оружейником. Ушёл за несколько недель до нашего уезда. Он и Алайа очень нравились ребятам. Бойкие такие, ужас.       — Как-то много ведьм в твоём окружении. — подметили говорящей. — Нет, ты не подумай, в твоём случае это, наверное, плюс, но насколько я знаю, тебя отправляли не к ним. Ха-ха, их бы не было, если бы к ним отправили. — намекнув на знакомую истину, тот покосился.       — Да ... Насчёт этого. Я Реншу так и не сказала, но кучер с деревней напутал и меня отвезли куда-то в чащу. — пожав плечами, добавила, — Там было поселение ведьм. Они меня приняли. Я была очень рада, если честно. Я искренне думала, что их здесь не осталось.       — А твои знакомые часом сюда не приедут? — хмурясь, добавил — Ты не думай, я не ради наживы, для этого и тебя мог использовать. Просто если да, то мне бы как-то подготовиться, мало ли.       — Нет. Они сюда не явятся. Не сумасшедшие. — вздохнув, на Гюрена покосились. — Когда я это обсуждала, они всегда отказывались, а потом ругались на Реншу. В нашей религии всё-таки не принято так воспитывать детей.       — Да и Реншу проповедник. — задумчиво застучал пальцами по хаори, — Наверное думали, что может убить тебя. Не могу их винить, я бы думал так же. — Да-а.… — протянули в разочаровании. — В общем всё это странно, я понятия не имею что меня так беспокоит.       М, знаешь, что, — поднявшись, закончил. — ты пойдёшь мне зелье варить, а я у заключённых поспрашиваю. Им всё равно лишь бы языком помолоть. Если будет чего интересного – расскажу. В остальном – я тебе не помощник. — подняв руки вверх, знахарю кивнули и направились восвояси, оставляя ту совершенно одну. — И вообще, хорош по пустякам нервничать. Может он не в себе, а ты тут панику разводишь! — криком добавили к своему монологу, заставляя сидящую посмеяться. — И то верно. — понуро наклонив голову в сторону, ведьма продолжила смотреть в пустоту, всё глубже и глубже погружаясь в затуманенные раздумья. Так продолжалось не очень долгое время, голове требовался отдых, по сему ноги сами понесли женщину к комнате готовки. Говоря более простым языком – она начала варить зелье. Процесс это был не очень долгий, но жуть какой кропотливый. Именно из-за скорости, люди часто уверяли что эти баночки – шарлатанство, что было вовсе не так. Таким же шарлатанством иногда казалось время, оно очень быстро ушло, оставляя настоятельницу один на один с приготовленным ужином и огромной оравой людей вокруг неё.       — А мама просто взяла и ушла! — возмутилась девчушка, смотря на родительницу. — Всё хорошо хоть было?       — Да, всё было хорошо, просто они сообщили что наш с ними разговор закончен, вот и всё. — пожав плечами, женщина надеялась, что к ней не возникнет вопросов. Правда вот, по лицам переглядывающихся карапузов стало ясно, – это не так.       — Да-а... И именно поэтому ты оставила нас там одних? Совершенно одних! — возмутился Му-Шанг, экспрессивно вскидывая руки вверх. — А что, если бы с нами что-то случилось?       — Да! – поддакнула сестрёнка. Оба из них были очень заряжены адреналином, желая посмеяться и пошутить. Их обеспокоенная собеседница хотела уже возмутиться, но действительно задумалась об этом, от чего лицо её приняло обеспокоенный вид.       — Ха-ха, детвора, я понимаю, что вам весело и всё в таком роде, — вмешался в разговор до этого молчавший Реншу, — но, к вашему сведению, ваша мама очень впечатлительная и нервная. Вот вы сейчас её нервничать заставите, а виноват потом будет кто?       — Ты и будешь виноват! Нет бы успокоить её, так нет, жалуется! Нет, ну ты глянь на него, скажи, Шанг?! — Лин засмеялась, активно начав тыкать пальцем в папу, вставая слегка со своего места.       Да, и вообще! Мы на вас обиделись! Вы совершенно не уделяете нам внимание! — сложив руки на груди, тот показал язык, заставляя всех присутствующих посмеяться.       — Теперь я понял, что именно тебя во мне так раздражало, — улыбнулся господин, глядя на голубоглазку, — и я лично убедился, что это неправильно. Больше так не буду. — стараясь как-то повеселись супругу, тот прижал её к себе рукой, гладя по плечу. Та была обеспокоена. Это заставило переживать.       — Гроу, что произошло? — не особо церемонясь, женщину спросили в первый же удобный момент. Сейчас оба из них лежали в постели, по обыкновению занимаясь приятными делами: объятиями и чтением книг. — Ты сама не своя была на ужине! Я не могу позволить тебе так нервничать по неизвестным мне причинам! Что случилось?       — М. — книгу опустили, переведя серьёзный взгляд на проповедующего. — Отец Чарльза очень подозрительный. Мне кажется, твоя ревность впервые в жизни была действительно оправдана. — хмуро наклонив голову в сторону, дама услышала смешок.       — Я не настолько ревнивец, чтобы моя ревность была не оправданной! — под недовольный взгляд, отвёл глаза в сторону. — Ну я же не ревную тебя ко всему что движется, правда?       — Да, ты просто никого ко мне не подпускаешь. — подняв брови в насмешке, та выразила претензию, заставляя проповедника хихикнуть.       — Ну не нужно мне тут рассказывать, я тебя никогда не ограничивал, хоть и жутко ревновал иногда. — констатируя факт, мессия прижал к себе девушку крепче. — Но ты понял о чём я, правда? — получив согласный кивок, улыбнулась. — Ты огромный молодец, что контролируешь себя, я тобой очень горжусь. Но с Шангом ты так и не позанимался!       — Я выжидаю удобный момент! — чуть ли не крикнули в свою защиту, после прикрывая губы ладонью. — В смысле, проведу время как будет возможность. Кхмкхм, — явно стараясь сохранить себя и свой мнимый статус, великий дракон вежливо уточнил. — А как этот мужчина выглядел хоть? Может я его знаю.       — Ну, он очень похож на сына, вернее, сын на него похож. — запнулись на секунду, стараясь припомнить хотя бы общие черты лица. — Растрёпанные волосы и фиолетовые глаза. Он был жутко тощим. О, а ещё у него в глазах были спиральки! Думаю, это просто особенность внешности, но всё же. Волосы были русые, а сам он прихрамывал немного, но это мало заметно.       — Хм, по твоему описанию это господин Су-И. Это друг моего отца. Он как раз прихрамывает, когда-то на охоте получил ранение. Мой отец вышел сухим из воды,       а этот нет. Поранился. — задумавшись над всем вышеперечисленным, тот уточнил. — Но что тебя заставляет так нервничать? Он хороший человек.       — Он назвал меня ведьмой! — запнувшись на секунду и припомнив реакцию Гюрена, та быстро уточнила. — Это лишь половина проблемы! Если он знал, что я ведьма, почему не сдал меня? А если не хотел потери репутации, то почему вообще пытается поговорить со мной на эту тему? Я имею ввиду, разве уточнение у меня не должно вызывать подозрения? Он ведь буквально спрашивает то, что может привести меня к смерти! И если бы я была просто девушкой, а не той, кто я сейчас, какой гарант что он не решил бы меня убить? Какой гарант что он не расскажет это всем, лишь бы они убили меня? — до этого спокойно слушающий господин поднял бровь, глядя на супругу с непониманием.       — Погоди. Почему ты вообще решила, что он замышляет что-то подобное? Он друг нашей семьи, зачем ему убивать тебя? Более того, почему он не трогает детей в таком случае? — словно стараясь обнаружить нити загадки, проповедующий начал вертеть невидимый предмет в воздухе, словно распутывая его.       — Если он тронет детей это вызовет слишком много внимания. Я куда менее важная персона, меня легче убрать, ещё и всю вину можно на меня повесить. Я ведь всё-таки «ведьма».       — Не говори ерунду. Он не станет вас трогать. Да и вообще, почему бы ему не избавиться от меня в таком случае? — посмеявшись, тот улыбнулся. — Дорогая, я думаю, что ты слишком переживаешь об этом. Это не стоит твоих нервов. Отдохни немного. У тебя есть какое-то занятие на завтрашний день? — решив перевести тему, диалог увели в более приятное и знакомое русло.       — Ну, считай нет, но мама Су-Мина пригласила меня пойти с ними на горячие источники. Я всё думаю: идти или нет? — стараясь подыграть говорящему, на вопрос ответили улыбаясь.       — Идти. — многозначно ответили собеседнице. — Тёплая вода расслабляет мышцы тела, да и тебе стоит чуть больше времени проводить в компании. Завтра расскажешь мне какую ерунду они о тебе придумывали. Я уверен, там будет что рассказать. — хитро ухмыльнувшись, с супругой посмеялись. Им обоим это казалось смешным, а новый день более не казался таким же трудным и непроходимым, как раньше. Милые разговоры вскоре переросли в дрёму, а тяжёлые мысли действительно отпустили голову настоятельницы. Может она действительно перемудрила всё происходящее и это – лишь плод её взбудораженного воображения?