Ну, ты уже достаточно поговорил

Он не знал, что и думать. Он не знал, что чувствует. Был ли это гнев? Жалость? Может быть, печаль, которая вцепилась в его сердце и не отпускала? Он не был слишком уверен. И все было в порядке. Он понимал ситуацию, он знал. Но вопрос был в том, что он собирался с этим делать? Молодой подросток, который выглядел таким хрупким, все его тело дрожало, как будто он был на улице морозной ночью, а глаза смотрели куда угодно, только не на него. Подросток, который раньше выглядел энергичным, теперь выглядел сломленным мальчиком, который видел вещи, которые ни одно живое существо никогда не должно видеть и испытывать. Он не раз пытался покончить с собой, его оставляли совсем одного и убивали его обидчика. Это разбило ему сердце, когда он хорошо знал, что парню перед ним было не больше 16 лет, и все же он прошел через столько, что никому другому и не снилось. Айзаве, возможно, казалось, что ему все равно, он прятал свои эмоции за глубокими черными глазами. Но когда я говорю вам, что он кипел внутри, я не шучу. Он загнал свой гнев глубоко в голову, контролируя суровый блеск в глазах. Вместо этого он решил удерживать Томми столько, сколько ему нужно, пообещав оберегать его и защищать от тех, кто уже причинил ему боль. Конечно, может быть, он знал парня недолго и у него все еще оставались вопросы, на которые нужно было ответить в будущем, но он не позволил бы такому ребенку, как он, страдать. И если Томми потребовались годы, чтобы, наконец, поверить ему и открыться, это было прекрасно. Он подождет. Никто не давил. Меньшее, что он мог сделать, это быть рядом с ним и медленно, но верно показывать ему реальность здоровой семьи. Конечно, Айзава был не лучшим родителем, но он пытался. И он продолжал бы пытаться ради здоровья и счастья Томми. Его было не остановить, не тогда, когда он уже привязался к парню. И многие могли бы видеть в нем человека, неспособного позаботиться о ребенке, тем более что он едва может позаботиться о себе, но в тот момент это не имело значения. Он мог недосыпать, он мог быть ранен и питаться нездорово. Но Томми? Томми собирался получить все, что нужно ребенку его возраста. Дом, горячую еду, кого-то, кому он мог доверять, и многое другое. Если он сможет изменить свою жизнь и помочь ему понять, он это сделает. И ему будет все равно, осудят ли его люди. Он собирался стать хорошим опекуном для Томми. Даже если ему придется бодрствовать по ночам, чтобы составить Томми компанию и утешить его всякий раз, когда ему приснится кошмар. И с еще большим гневом, закипающим внутри него, он не был уверен, что сделает с тем, кто причинил боль Томми в прошлом. Если у него когда-нибудь будет шанс встретиться с ними, он будет обращаться с ними как с любыми другими злодеями. Жестокое обращение с детьми было чем-то ужасным. И мы заставим этих людей понять их ошибку. Даже если ему придется столкнуться с последствиями. Назови его глупым, назови монстром. Пока Томми будет жить долгой и счастливой жизнью, он тоже будет счастлив. Несмотря ни на что. ･.｡.:* *.:｡.･ Томми не знал, что делать и думать. Он был погружен в свои мысли, которые приходили в его голову и выходили из нее. Он чувствовал мир с самим собой. После того, как он выложил все, он почувствовал облегчение. Как будто груз бесконечных страданий был снят с его плеч, стало легче дышать и думать. Он мог дышать свободно, моргая один и два раза, пытаясь понять одну вещь. Вот каково это - наконец-то иметь возможность разделить с кем-то свое бремя? Он был... счастлив. Он не мог сказать почему, он не мог понять, почему так внезапно. Но он знал, что был в безопасности в их объятиях, наконец-то смог закрыть глаза и отдохнуть, не боясь проснуться в пустоте, только чтобы узнать, что был убит во сне одним из своих так называемых друзей. Он мог расслабиться и ослабить бдительность. А потом он подумал. Он так долго мечтал об этом моменте, о том, чтобы его просто обнял кто-то, кто действительно заботится о нем и о том, что он чувствует. Не потому, что он был нужен им на войне. Не потому, что они чего-то хотели от него. Но потому, что они просто заботились. Это слово вертелось у него на языке. Заботился. Конечно, он помнил, как Уилбур говорил, что ему не все равно. Но так ли это? Он не мог точно сказать. Его пальцы потянули за крылья, выдергивая торчащие перья. Осторожно убрав руку, он уставился на три пера, которые вытащил. Они все еще были голубыми, но постепенно начали терять свой яркий цвет. Он мгновение смотрел на них, прежде чем разжать ладонь и потрогать ее сбоку. Они выскользнули из его рук и бесшумно полетели к земле, пока он бездумно наблюдал за ними. Они выглядели симпатично, и единственное, что отличало их от остальных, - это то, что они были свободны и больше не были заперты с Томми. Им больше не нужно было часами таскать его по воздуху, о них можно было просто забыть. И это то, что напоминало Томми о нем самом. Даже если бы он не был тем перышком, о нем тоже можно было легко забыть. Что бы он ни сделал в любом случае. И каким-то образом Айзава все еще не забыл о нем. Он все еще был там, прижимая его к груди, нежно поглаживая по голове, как будто он был испуганным животным, которого легко напугать. И, возможно, так оно и было. Но он не возражал. Если поведение испуганного животного могло заставить Айзаву остаться с ним, его это устраивало. И, возможно, он был эгоистом, думая таким образом. Возможно, он хотел оставить Айзаву при себе. И он никогда не был эгоистом за всю свою жизнь, даже если люди иногда говорили, что это так. Это было прекрасно, он мог однажды побыть эгоистом и чего-то захотеть. Верно? Каждый человек хотя бы раз был эгоистом и хотел, чтобы что-то или кто-то остался с ним хотя бы еще на несколько мгновений. Томми тоже так думал. Он все еще был человеком, даже если некоторые и не называли его так. Они говорили, что он монстр. И Томми не возражал. Когда-то давно монстрам тоже нужен был комфорт, верно? Пока он мог чувствовать тепло тела Айзавы, ему было все равно, называли ли его монстром. Он не заметил, когда его собственные крылья расправились и обвились вокруг тела Айзавы, укутывая его, как будто они были мягким и красивым одеялом. Томми никогда не хотел, чтобы это заканчивалось. Не сейчас и не в ближайшие несколько часов. Он нуждался в этом всю свою жизнь, но ему не дали. Так почему бы не взять столько, сколько он мог, прежде чем это прекратится и у него снова отберут? — Пойдем домой, я думаю, мы оба изрядно устали, — донесся до него приглушенный голос Айзавы, выдергивая его из зоны комфорта. Он мягко кивнул, все еще не отпуская Айзаву, как будто в этом случае он должен был исчезнуть. — Ты можешь отпустить, я обещаю, что не уйду, — сказал мужчина, убирая светлые локоны Томми, упавшие ему на плечо — Все в порядке. Несмотря на то, что его сердце говорило, что он не должен отпускать, он это сделал. И когда Айзава открыл дверь, он быстро последовал за ней. — Прощай, директор Недзу, — пробормотал Томми, закрывая двери, но не раньше, чем услышал ответ собеседника. — Прощай, Томми, береги себя. Томми улыбнулся про себя, прежде чем закрыть двери и поспешить туда, где стоял Айзава. Может быть, ему понравилось небольшое похлопывание, которое он получил от него, и что? В любом случае, он не собирался говорить это вслух. — Я приготовлю нам ужин, — сказал Айзава. Томми только кивнул, счастливо взглянув на черноволосого мужчину. Это все? Он наконец нашел свою семью? Он надеялся на это. Но даже тогда смог ли он удержать людей рядом с собой, не потеряв их? Что ж, это был вопрос для будущего Томми.   Класс хранил тишину, работая над своей работой, делая заметки и слушая своего учителя, который медленно начал объяснять урок. Не было слышно ни звука, кроме голоса учителя и стука их ручек, двигающихся по листу бумаги, который лежал на их столах. Все они были глубоко погружены в свои мысли, все еще обращая внимание на класс и все, что говорилось по текущей теме. Все, кроме одного. Несмотря на то, что он изо всех сил старался сосредоточиться на словах, слетающих с губ учителя, Томми не мог мыслить здраво. Его ручка бездумно бегала по блокноту, беспорядочный почерк не имел никакого смысла в его глазах. Это было не потому, что он думал о чем-то конкретном, в то время его разум был свободен от забот. И все же он не мог не задаваться вопросом. Он был здесь уже пару недель, почти месяц, и все же ничего плохого не произошло. Обычно за ним либо охотились, либо напоминали о каждой маленькой ошибке, которую он совершил, включая то, что он не мог контролировать. И тот факт, что ничего не произошло, заставил его чувствовать себя странно, заставляя его разум оставаться в состоянии повышенной готовности на случай, если кто-то собирается напасть. Директор Недзу сказал ему, что беспокоиться не о чем из-за сильной защиты и ловушек вокруг школы. В конце концов, это была UA, лучшая школа героев во всей Японии. Это нужно было защищать, и вокруг было даже много профессиональных героев. Однако Томми не мог не думать обо всех плохих сценариях или вещах, которые могли произойти. Называйте его параноиком, напуганным или как хотите. Но после многих лет опыта и многих, многих войн Томми усвоил одну вещь. Всегда ожидай худшего. Даже если не было конфликта или кого-либо вокруг тебя. В прошлом он слишком часто попадал в засаду, когда терял бдительность, потому что думал, что он совсем один и в безопасности. Он ни за что не собирался повторять эту ошибку снова. Черт возьми, он- — Томми, пожалуйста, обрати внимание. Это важно, — голос учителя вернул его к реальности. Он неловко усмехнулся, прежде чем заговорить. — Извините, сенсей, это больше не повторится, — сказал он, склонив голову в знак извинения, на что учитель кивнул и повернулся обратно к доске. Томми облегченно вздохнул, снова опустив голову на руки. Он почувствовал, что кто-то смотрит на него, поэтому, не поднимая головы, он оглядел класс. И действительно, кто-то смотрел на него. Они уставились друг на друга, пара голубых глаз смотрела глубоко в пару красных. О, это был сердитый померанский шпиц. Какой приятный сюрприз. Томми одарил его своей печально известной дерьмовой ухмылкой, прежде чем повернуть голову к передней части класса. Он услышал тихие и негромкие взрывы и улыбнулся еще шире, его глаза озорно заблестели. — Бакуго, не используй свою причуду на моем уроке! — Учитель отругал его, заработав в ответ резкий взгляд и насмешку. Томми только покачал головой, забавляясь, когда на долю секунды закрыл глаза, пытаясь очистить разум и, наконец, сосредоточиться на уроке. На этот раз это действительно сработало. ･.｡.:* *.:｡.･ Урок закончился довольно быстро, что позволило ученикам покинуть школу и вернуться домой. Некоторые пошли поодиночке, а некоторые группами, поскольку они ехали одним поездом или просто жили рядом. К сожалению, Томми пришлось сесть на поезд, что ему не понравилось. Для него все еще было в новинку, как все устроено, и поезда не казались лучшим средством для путешествий. Конечно, это было быстро и дешево, но при этом многолюдно, и он действительно не хотел оказаться зажатым между группой людей. Хорошо было то, что Айзава дал ему пару наушников и старый телефон, так что, если ему что-то понадобится, он сможет написать ему или позвонить. И он был благодарен за наушники, когда обнаружил музыкальное приложение, которое ему на удивление понравилось. Он выбрал наугад одно и позволил ему звучать в ушах, пока шел по тропинке. Айзава позаботился о том, чтобы показать ему дорогу и на какой станции выходить, поскольку он не всегда мог забрать его или отвезти обратно домой. Прогулка была тихой, несмотря на музыку, звучавшую в его ушах, когда он тихонько напевал. По пути он прошел мимо нескольких человек, игнорируя их присутствие и иногда склоняя голову, когда видел пожилого человека. Он в мгновение ока добрался до железнодорожной станции и, взглянув на огромные часы на башне, понял, что у него еще есть более получаса до прибытия поезда. Он вздохнул, прежде чем быстро оглядеться по сторонам, чтобы проверить, нет ли здесь чего интересного. Как оказалось, там был небольшой магазинчик с закусками и кое-какой горячей едой. Это закуски. Он вытащил один из своих наушников и быстро направился к магазину. Он быстро подошел к стеклянным дверям, и когда он толкнул их, маленький звонок известил кассира о его появлении. Об этом стало известно, когда он закрыл двери и исчез в одном из переулков. Магазин оказался на удивление большим, полным полок, на которых было все, что вам могло понадобиться, и даже больше. Там были фрукты, овощи, кое-что на каждый день и обычные продукты. Он прошел мимо всего этого, остановив взгляд на той части магазина, где продавались закуски. Сладкие, острые, горькие и кислые. Он смотрел на все это, жалуясь самому себе, что ему следует выбрать. Было так много вещей, которые он никогда раньше не пробовал, и это немного ошеломило его. — Я бы предложил это, это действительно хорошо. Томми слегка подпрыгнул, услышав хриплый голос рядом с собой, и резко повернул голову. Рядом с ним стоял молодой человек с черными волосами и красными глазами. Он одарил Томми тошнотворно сладкой улыбкой, от которой Томми нахмурился. — Спасибо, — сказал он, прежде чем схватить упомянутую закуску с верхней полки и развернуться, чтобы уйти. — Как тебя зовут? — Спросил парень, провожая Томми взглядом и заставляя его остановиться на месте. — Зачем тебе? Планируешь преследовать меня? — Томми поднял бровь, бросив на парня оценивающий взгляд. От этого парня буквально пахло неприятностями. И ему это не очень нравилось. Черноволосый мальчик только рассмеялся, закрыв глаза и махнув рукой. — Конечно, нет! Я просто хотел узнать имя моего нового друга, — сказал он, дразняще склонив голову набок. О, черт возьми, нет. Томми не планировал заводить новых друзей. Ему было хорошо без друзей, и, если уж на то пошло, в его классе была странная компания учеников, которые к нему привязались. Вместо того, чтобы назвать ему его имя, он только впился в него взглядом. — Во-первых, я тебе не друг. А во-вторых, я не скажу тебе своего имени, — сказал Томми. Парень нахмурился, было видно, как ожесточился его взгляд. Его рука метнулась вперед и крепко легла ему на плечо. Он резко притянул Томми к себе, что только удивило мальчика, поскольку с его губ сорвался единственный вскрик. Его глаза расширились, когда парень встретился с ними взглядом. — Ты не можешь этого сделать, я просто хочу быть милым. Клянусь, я просто хочу знать твое имя. Просто скажи мне, и я оставлю тебя в покое, — сказал он, крепче сжимая плечо Томми. — П-прекрасно! Меня зовут Кей, — сказал Томми, явно солгав сквозь стиснутые зубы. — Хорошо, спасибо! Это буквально все, что я хотел услышать. — Он счастливо усмехнулся, отпуская Томми, как будто ничего не произошло. — Меня зовут Харуто, запомни это. Как только Томми обернулся, он в шоке отступил на шаг. Пока он пытался понять, что произошло, Харуто уже шел к дверям с хитрой ухмылкой на лице. — Хорошая попытка, Томми... — прошептал он себе под нос, исчезая за углом. Тем временем Томми пытался взять себя в руки, все еще не в состоянии осознать, что, черт возьми, произошло. Но у него не было времени, он взял закуску и направился к кассе. Когда он вышел из магазина, его разум снова был занят мыслями. Кто был этот парень? Чего он от него хотел? И зачем ему понадобилось его имя? Его не было здесь долгое время, и все же что-то странное уже произошло. Боже, он пожалеет о том походе в магазин, не так ли? — Черт возьми, даже расслабиться больше не могу, — сказал он, вставляя наушники обратно в уши. — Тупой ублюдок. Тем не менее, после всего этого он просто сел на свободную скамейку и продолжил есть свою закуску, слушая случайную музыку. Случайный парень, которого он подцепил в магазине, ни за что не собирался портить ему вечер. Черт возьми, нет. Он почистил крылья свободной рукой, мягко потянув за синие перья. Это напомнило ему почистить их, когда он вернется домой. Но выполнение этого в одиночку заняло бы чертовски много времени. Он всегда мог заставить Айзаву помочь ему, если только каким-то образом не появится Ястреб. Тем не менее, на данный момент он никому не доверял больше, чем Айзаве.