Или Четвертое июля?

Томми не потребовалось много времени, чтобы снова заснуть, устав как от боли, так и от истощения, которое было побочным эффектом использования целебного зелья на его крыльях. Сначала он боялся засыпать, преследуемый теми же кошмарами и страхом проснуться в одиночестве. Но на этот раз, когда Ястреб был на его стороне, он ослабил бдительность и мирно заснул, и сладкие сны бесконечно крутились в его голове. Пара красных крыльев обвилась вокруг его тела, прижимая его к себе и не давая упасть с кровати. Его собственные крылья были спрятаны под одеялами, осторожно, чтобы не повредить их и не помять перья больше, чем они уже были. И пока Томми спал, Ястреб осторожно провел рукой по его локонам, играя с ними успокаивающими движениями. Его взгляд остановился на окне, бездумно уставившись в него, как будто он задремал. Он не думал ни о чем конкретном, в основном очищая голову от любых мыслей, которые пытались проникнуть внутрь. Конечно, он был зол. Взбешен, если можно так выразиться. Но он был героем и не мог позволить своим эмоциям взять верх. Он сделал самую важную вещь, которая успокоила Томми и убедило, что с ним все в порядке, прежде чем даже сосредоточиться на чем-то другом, а именно на текущей ситуации. Томми был в панике из-за Айзавы как и из-за сокурсники. Всегда было важно выслушать две стороны истории, и казалось, что Айзаве не очень хотелось выслушивать сторону Томми. Конечно, он знал, как действует каждый из его учеников, и знал, как они могут действовать. С Томми ситуация была другой. Он все еще учился, как вести себя с ним, что говорить и чего избегать, чтобы не спровоцировать его. Возможно, было бы проще, если бы он рассказал им как есть и через что прошел, но ни он ни Айзава не хотели оказывать на него большее давление, чем уже оказали. Черт возьми, они слишком часто доставляли ему неудобства, и последнее, что мог сделать Ястреб, это лишить его некоторого комфорта, чего он не хотел. — Я не знаю, что они там с тобой сделали, но я обещаю, что мы тебе поможем. И если настанет день, когда тебе будет больно, я буду рядом с тобой. Всегда, — сказал он, крепче обхватывая мальчика крыльями, когда сработали его инстинкты. Томми лишь слегка пошевелился, тихое чириканье сорвалось с его приоткрытых губ, он все еще крепко спал. Ястреб улыбнулся, закрыв глаза, прежде чем, наконец, погрузиться в сон. И, возможно, он действительно не заметил, как двери медленно закрылись, а человек за ними исчез в полумраке комнаты. ･.｡.:* *.:｡.･ Утреннее солнце пробралось в комнату, осветив ее и оставив пятно света на кровати, где маленький мальчик все еще лежал под одеялом. Почувствовав внезапное тепло, он сморщил нос, прежде чем натянуть одеяло на голову, так что были видны только его волосы. Было слишком рано просыпаться, но вскоре он понял, что больше не сможет уснуть. Окна были открыты, что позволило внешнему свету упасть на него и силой вытащить из постели. Это было раздражающее солнце, которое светило прямо ему в лицо, или, может быть, маленькая птичка, которая решила, что настал отличный момент начать клевать его окно. В любом случае, он быстрым движением сбросил с себя тяжелое одеяло, устало хлопая крыльями, чтобы избавиться от ощущения боли в костях. А затем он позволил им упасть ему на спину, пока протирал глаза, прогоняя сон. Он ненавидел просыпаться по утрам. — Боже, пожалуйста, убей меня... — пробормотал он себе под нос, приподнимаясь на руках. Он потянулся к тумбочке и схватил свой телефон, легко выключив его и ослепнув от яркого белого света. — боже мой! Он снова швырнул телефон куда-то на подушку и заставил себя сесть. Он стареет или вставать с постели всегда было так тяжело? Он не смог определить, вместо этого встал и направился к двери, подбирая с пола случайную одежду и перекидывая ее через плечо. Это могло бы подойти. Когда он собирался выходить из комнаты, он заметил, что забыл свою форму, и быстро обернулся, чтобы забрать ее, прежде чем, наконец, смог покинуть свою спальню. И в тот момент, когда он открыл двери в зал, он почувствовал запах чего-то восхитительного. Это был в некотором смысле знакомый аромат, но более сладкий и ароматный. Он знал этот запах, когда Филза был дома, он готовил для всех них, и они ели это как нормальная семья. Но это было много лет назад, когда он был еще маленьким, поэтому он не мог эти насладится. Он спустился по лестнице так тихо, как только смог, но когда половина лестницы осталась позади, пара золотисто-карих глаз встретилась с его собственными голубыми. Он даже не осознавал, когда замер, вцепившись рукой в перила, что был уверен, что если бы их не было, он рухнул бы на ноги и больше не поднялся. Но вместо того, чтобы увидеть гнев в этих уникальных глазах, он увидел... он почувствовал радость и облегчение. — Не бойся, спускайся! Я приготовил завтрак, так как Айзава ушел раньше. Надеюсь, ты любишь блинчики? — Спросил Ястреб, наблюдая, как за действиями Томми, который был осторожным и нерешительным. — Что-то не так? Томми только покачал головой, наконец, после долгих раздумий добравшись до стола и усевшись за него. Вскоре перед ним стояла тарелка, полная блинов, а также чашка горячего шоколада. Что удивило Томми, так это то, что блинчики были покрыты липкой оранжевой субстанцией со странно сладким запахом. И даже в шоколаде были маленькие маршмеллоу, раскачивающиеся наверху, добавляющие украшения и, вероятно, улучшающие вкус. Он был совершенно сбит с толку. — Эмм... Ястреб? — Сказал он вслух, голова Ястреба мгновенно повернулась в его сторону. — Да, малыш? — Спросил он, склонив голову набок, как любопытная птица. — Почему... что-то на моих блинчиках? Ты пытаешься меня отравить? Потому что, если да, то ты делаешь ужасную работу, — сказал Томми, беря вилку, чтобы только наколоть блинчики. Ястреб ахнул от вопроса, скрестив руки на груди и бросив на Томми оскорбленный взгляд. Малыш тем временем смотрел на него в полном замешательстве, все еще не понимая причины сложившейся ситуации. — Ты хочешь сказать, что никогда не пробовал блинчиков с кленовым сиропом?! — Голос Ястреба немного повышен, что кто-то может принять его за отчаянный крик. — Конечно, я ел блинчики, идиот. Просто никогда ни с какой начинкой, или как ты там это называешь. Может быть, один раз, — сказал Томми, опустив взгляд на свою тарелку, затем снова на повара. Ястреб закрыл лицо ладонью и застонал при этой мысли. Как могло случиться, что у этого ребенка никогда не было подобных блюд? Что он не пробовал? Ястреб должен был убедиться, что он съел все блины до единого! Его вернули только тогда, когда он услышал голос Томми, чуть громче шепота у себя за спиной. — Извини. В Л'Манбурге было мало еды, особенно такой, как эта. Тебе повезло, если ты раздобыл немного хлеба, — сказал Томми, отводя взгляд от Ястреба. Почувствовав себя плохо, что было понятно, Ястреб тихо защебетал, что должно было приободрить младшего. И, по-видимому, это сработало, потому что, несмотря на попытки Томми скрыть, он чуть не защебетал в ответ. — Я тебя не виню, ты не виноват, что оказался в подобной ситуации. Однако я могу обещать тебе, что ты попробуешь все, что захочешь. Я всегда могу свозить тебя в свои любимые места, если ты мне позволишь, — сказал Ястрею, слегка улыбнувшись, когда Томми поднял глаза. — ... Ты обещаешь? Что мне никогда не придется беспокоиться о еде или о чем-то еще? Что мне не придется голодать? — Спросил Томми тихим голосом, который звучал так, словно был на грани срыва. И глаза Томми говорили то же самое. Ястреб медленно подошел к нему, как будто не хотел пугать его больше, чем было необходимо. Он положил руку ему на плечо, крепко, но нежно сжимая. Томми смотрел на тарелку, пока не в состоянии смотреть в глаза старшему. — Я обещаю. Ты можешь есть столько, сколько захочешь, и еда всегда будет здесь. А если холодильник пуст, мы можем сходить за продуктами. И ты можешь выбрать все, что захочешь. Томми слегка улыбнулся при этих словах, шмыгнув носом из-за слез, которые почти потекли у него из глаз. — Спасибо. Ястреб улыбнулся, погладив его по голове, прежде чем направиться к своему месту за столом. — Давай не будем упоминать эту ситуацию. — Ты голоден? — Спросил Уилбур, положив руку ему на голову с широкой улыбкой на лице. 7-летний Томми только хлопал в ладоши, громко хихикая, как всегда. Уилбур смеялся вместе с ним, вприпрыжку направляясь на кухню, где стоял их родитель, Томми плелся позади. Их отец улыбнулся, услышав их приближение, уже раскладывая мягкое и сладкое угощение по тарелкам. — Ужин готов, я приготовил ваше любимое блюдо. — Сказал Дадза, его голос был добрым, но глаза пустыми. Уилбур обрадовался, подхватил маленького Томми на руки и запечатлел легкий поцелуй в лоб, золотые локоны упали на его голубые глаза. — Уилби! — Малыш завопил, вцепившись в собственные каштановые волосы Уилбура. Старший тепло улыбнулся, усаживая брата на диван, прежде чем уйти на кухню. Наступила тишина. Затем раздается грохот. И крики Много криков.. А потом плач... Прежде чем все снова стихло и Уилбур вернулся в комнату с двумя тарелками в руках. В нем было что-то не то, что заставляло его дрожать. Он поспешил отвести Томми в их комнату, прежде чем запереть двери и спуститься по стене. Тарелки были расставлены на столе в углу, тошнотворно сладкий запах наполнил комнату. Уилбур крепко прижимает Томми к груди, баюкая его и играя с его волосами. Внизу раздавались крики, много ругательств, судя по тому, что мог слышать Томми. — Томми все в порядке, с нами все будет в порядке. Просто папа сейчас не в лучшем настроении, мы поедим здесь. Хорошо? Томми только кивнул, пряча лицо в желтом свитере Уилбура, который теперь пахнул не лавандой, а кленом. Но Томми был слишком голоден, чтобы что-либо понять, это произошло, когда его брат исчез на кухне. И отсутствие кленового сиропа на его блинчиках.     Он бы солгал, если бы сказал, что был взволнован предстоящей поездкой. Если уж на то пошло, он был ходячей бомбой, готовой взорваться от стресса и нервов. Но его сокурсники, казалось, чувствовали обратное, прыгали вокруг и смеялись так, словно потеряли рассудок. Для Томми это было безумием. Все, что они будут делать, - это небольшая тренировка по спасению, что важно, но не совсем увлекательно. По крайней мере, не для него. Конечно, девушка-целитель сказала ему, что его причуда отлично подойдет для подобных сценариев, поскольку он может легко исцелять людей, а затем уносить их из опасной зоны. И при необходимости он мог ослабить врага и ослепить его на некоторое время, просто чтобы тот мог быстро отступить. Черт возьми, девушка-целитель даже сказала ему, что, если он захочет, она может научить его кое-каким медицинским штучкам. И как бы ему ни нравилась идея, он не был уверен, что у него есть время. И энергия, чтобы научиться. Но он все равно поблагодарил ее и сказал, что, если у него будет немного времени, он зайдет за советами или книгами. На данный момент он стоял перед автобусом рядом с Сёдзи и выглядел почти скучающим. Его разбудили на два часа раньше обычного, потому что Ястреб, решивший остаться с ночевкой, боялся, что он опоздает или случайно забудет о чем-нибудь. Итак, он разбудил его, когда солнце еще только-только начало вставать, заставил в сотый раз за день проверить его сумки, прежде чем дать ему позавтракать. Затем ему пришлось еще раз проверить свои сумки, прежде чем он смог переодеться в костюм героя. Это был простой черный костюм с черными свободными брюками, серой толстовкой и парой кроссовок. Чтобы соответствовать всему, на нем был капюшон и простая маска, скрывавшая его лицо от чьих-либо глаз. И, к его большой радости, там также был меч, который он так хотел. В конце концов, он прекрасно умел им пользоваться, и это определенно дало бы ему преимущество в ближнем бою. Ему понравилось, как это получилось, так просто и в то же время загадочно, что было всем, что он выбирал. Он не посвятил дизайнера в подробности, потому что сам понятия не имел, чего хотел. Все, что он сказал, это упростить задачу, сделать что-то, что легко гармонировало бы с его окружением, и маску, которая закрывала бы его лицо. Если бы ему пришлось стать героем, он хотел, чтобы лишь несколько человек знали, кто он такой. К тому же, он все еще не был уверен, как долго ему придется оставаться здесь, так что не стоило показывать всем, как он выглядит. И как бы сильно он ни перепугался, когда впервые увидел свой костюм героя, Ястреб смотрел на него так, словно он был его последним куриным наггетсом. Томми запомнил каждое сказанное им слово. — Ты действительно хочешь выйти в этом? Ты будешь выглядеть как похититель или что-то в этом роде, — сказал старший, жуя свою еду взглядом, который ничего не говорил, но в то же время все. — Ну, ты выбрал красивый внешний вид, чтобы привлечь внимание своих поклонников. Я, по правде говоря, выбрал безопасность и комфорт работы. Знаешь, элементарное дерьмо, — сказал Томми, натягивая на голову капюшон и глядя на себя в зеркало. Ястреб кивнул, на самом деле не обращая внимания ни на что из сказанного блондином, вместо этого внимательно глядя на маску, которая лежала на полу рядом с ним. Осторожно он поднял ее и поднес поближе к лицу. Маска былп не самая уродливая, но в то же время немного..отталкивающая. —Ты уверен, что это причина для маски? — Спросил Ястреб, глядя на Томми таким взглядом, который просто говорил: "Я так не думаю". Томми вздохнул, потирая шею рукой и перенося весь вес на одну ногу. — Ладно, может быть, чтобы отпугнуть надоедливых детей. Но только потому, что они попытались бы дотронуться до моих крыльев! — Защищаясь, сказал Томми, скрестив руки на груди. Старший пррсто кивнул, потому что вынужден был согласиться. Случайные дети, ни с того ни с сего прикасающиеся к крыльям, на самом деле были не самым приятным опытом. Особенно во время патрулирования, потому что их было чертовски легко отвлечь, и это давало злодею достаточно времени, чтобы атаковать и сеять хаос. В общем, отвлекаться или не обращать внимания - это то, чего нужно избегать любой ценой, поэтому держать детей подальше и другие вещи были лучшим вариантом. Если, конечно, вам не нужно было сливаться с окружением. Тогда, к сожалению, вам пришлось бы с этим смириться. — Умно, почему я не подумал об этом? — Спросил себя Ястреб приглушенным голосом с набитым чипсами ртом. Томми усмехнулся, снял маску и натянул ее на голову, оставив над глазами. — Потому что я умный, — сказал он, глядя на Ястреба сверху вниз. — А ты нет. — Хэй! Но теперь, когда он вспомнил, возможно, добавление маски было не лучшей идеей. Конечно, это было здорово и все такое, но боль все еще была там. И его маска напоминала Дрима, несмотря на то, что его была пустая, а его с одной улыбкой и двумя точками. У Томми было лучше и круче. У Дрима выглядело пугающе. Маска Дрима все время скрывала его лицо, кривая улыбка горела в голове Томми, как проклятие. И теперь пути назад не было, когда он держал маску в руках и смотрел на нее. Он пытался заставить себя думать, что все это позади и это было всего лишь его воображение. Но чем дольше он смотрел на маску, тем больше становилась видна отвратительная улыбка. Это было так, как будто маска улыбалась ему, как будто Мечта стояла прямо перед ним. И когда его рука собиралась коснуться бедра Томми,- Внезапно на его плечо легла тяжелая рука, которая вернула его к реальности. Он слегка вздрогнул, повернув голову в сторону, чтобы посмотреть, кто это прикоснулся к нему. И это был его друг со множеством рук, с глазами, полными того, что Томми ненавидел видеть беспокойство в чужих глазах — Ты в порядке? — Спросил Сёдзи, склонив голову набок, и в его голосе не было ничего, кроме доброты. Томми быстро кивнул, натягивая маску на голову и оставляя ее сидеть на лбу. — Да, просто немного отключился. Ты что-нибудь сказал? — Спросил он, послав ему вопросительный взгляд. Сёдзи покачал головой, указывая туда, где Айзава стоял с остальным классом. И, как казалось, пришло время садиться в автобус. — Пошли, пока Айзава не решил заставить нас побегать туда, — сказал Томми, посмеиваясь про себя, когда они направлялись к автобусу. И как бы Томми ни старался этого не делать, он взглянул на Айзаву, который уже смотрел в его сторону. Не желая сейчас разговаривать с этим человеком, он опустил голову и поспешно запрыгнул в автобус, прежде чем отстать от остальных. Ему не потребовалось много времени, чтобы найти свободное место и плюхнуться, раскинув крылья на втором сиденье. Облегченно вздохнув, он закрыл глаза. Только тогда Иида начал разглагольствовать о том, что они сидели в автобусе на отведенном им месте, или о какой-то ерунде. И это действительно испортило покой Томми, но когда он собирался что-то сказать парню, который теперь размахивал руками, как робот, на него смотрела тень. — Ты не возражаешь, если я сяду рядом с тобой? — Спросил незнакомый голос, и Томми был вынужден поднять глаза. О, это был один из мальчиков. Целлофан или что-то в этом роде. — Нет, возражаю— это все, что сказал Томми, прежде чем закрыть глаза. Серо, который, казалось, был застигнут врасплох, неловко постоял мгновение, прежде чем извиниться и пойти поискать другое место. Но когда он собирался это сделать, он услышал вздох Томми, а когда он оглянулся, то увидел, что Томми двигается так тихо, что одно из сидений пустует. — Я пошутил, господи. Ты можешь сесть здесь, если хочешь, — сказал Томми, прижимая крылья к телу и снова устраиваясь поудобнее. — Спасибо и извините за беспокойство. — Томми что-то пробормотал себе под нос, снова закрыв глаза, чтобы показать, что ему неинтересен разговор. И Серо, на удивление, понял это и оставил его в покое, сосредоточившись на себе и делая все, что ему заблагорассудится. И, о боже, как Томми был благодарен за минуту молчания, когда он мог расслабиться и, возможно, прояснить свой разум. И если он заснул, это никого не касалось. — Я разбужу тебя, как только мы будем на месте, — сказал Серо, ни к кому конкретно не обращаясь, надевая наушники и включая музыку. ･.｡.:* *.:｡.･ И Серо действительно разбудил его, когда Айзава объявил, что они приехали. С удовлетворенным хлопком за спиной Томми улыбнулся, когда он вместе со всеми остальными вышел на улицу. И в тот момент, когда он оказался на свежем воздухе, его крылья мгновенно раскрылись и слегка захлопали, чтобы избавиться от боли, вызванной тем, что он спал на них. — Не создавайте проблем и слушайте профессионалов. Это тренировка по спасению, а не боевая. — Сказал Айзава, прежде чем впустить их внутрь. И, как он и сказал, они вошли в огромное здание. Где их ждал другой герой. Она выглядела совсем не так, как ожидал Томми, но все равно так же интригующе. Костюм героя был классным, и из того, что Томми знал от Ястреба, её особенностью была Черная дыра, которая позволяет ей воспроизводить эффект всасывания черной дыры кончиками пальцев. Он предупредил его, что это опасная причуда - быть способным разрушить все, но при этом немного потренироваться, а также помочь. И Томми был там, чтобы разрушать. — Всем привет, я ждала вас! И, о боже, все были потрясены, увидев профессионального героя. — Тринадцать! — Мидория закричал, прежде чем покраснеть и закрыть рот, когда понял, что перебил профессионального героя. — Добро пожаловать, студенты в USJ или, как мы это называем, в заведение непредвиденных симуляций. Я здесь, чтобы обучать будущих героев тактике поиска и спасения. Я с радостью помогу вам, — сказала Тринадцатая. Но как бы сильно он ни хотел узнать что-то еще о героине, речь, которой последовала дальше, была немного скучной. Так что же он сделал? Запихнул слова поглубже в свой разум и огляделся, привлекая внимание везде, где только мог. Место было чертовски огромным, заставляя Томми чувствовать себя маленьким и пойманным в ловушку. Где был выход? Он действительно чувствовал себя немного ошеломленным всем происходящим, поскольку это было ново и не то, что у него был шанс увидеть раньше. Но, может быть, это будет весело, кто знает? — ... Ваши способности предназначены не для того, чтобы причинять вред. Я надеюсь, что вы уйдете отсюда сегодня с пониманием того, что вы призваны помогать людям. О, он действительно не слушал ничего из того, что она говорила, и слышал только конец? Ага. Он сожалел об этом? Нет, никогда. Он наклонился ближе к Каминари, который тоже наклонился к нему, и они заговорили приглушенными голосами. — Ты что-то понял? — Спросил Каминари, приподняв одну бровь. — Я даже не слушал, чувак, я собирался спросить, что было. Они оба усмехнулись над этим, снова сосредоточившись на профессиональной героине. Казалось, что все идет нормально и гладко. Ученики слушают и перешептываются друг с другом, Мидория иногда задает Тринадцатой вопрос. Она продолжала говорить, иногда обмениваясь небольшой беседой с отдельными студентами. И тут до Томми дошло. Это странное чувство внизу живота, от которого все неприятно переворачивалось. Ему это ни капельки не понравилось, и, как будто этого было недостаточно, его перья, казалось, немного взъерошились, отчего все крылья стали казаться больше, как будто для отпугивания угрозы. Что-то было не так, и Томми чувствовал это, его инстинкты кричали на него. И все же все казалось нормальным. До сих пор. — Э-э, Айзава-сенсей? Что это за фиолетовая штука? — Ни с того ни с сего спросил Каминари, указывая пальцем на один из огромных фонтанов. Киришима последовал за своим другом, сам пребывая в замешательстве от того, что увидел. А потом из фиолетовой штуковины начали выходить люди. Они выглядели странно, почти пугающе для студентов, и Томми это не устраивало. Что, черт возьми, происходит? — Это похоже на вступительный экзамен, когда урок уже начался? — Спросил Киришима, прищурив глаза, чтобы лучше видеть. Томми, конечно, не сдавал вступительные экзамены. Но одно было ясно. Все определенно было не так, и то, что сказал Айзава дальше, потрясло их до глубины души. — Это настоящие злодеи, не подходите! — О боже, почему инстинкты Томми всегда оказывались верными?