Итак, где я?

Ястреб был невероятным Героем, который заслужил свое место своим тяжелым трудом и вкладыванием усилий в то, что он делал. Пришла популярность, и он действительно не возражал против того, чтобы его узнавали СМИ или чтобы сотни фанатов сходили с ума всякий раз, когда он где-нибудь появлялся - было довольно приятно знать, что люди узнают его. Это наверняка подстегнуло его эго, цитирую по-крупному. Но он был не из тех, кого ослепляют слава, деньги или популярность в целом. Это было приятно, но это не было тем, без чего он не мог жить. И хотя было приятно просто иногда поболтать с кем-нибудь из его фанатов, это также могло быть неприятностью. Не поймите его неправильно, ему нравилось внимание и тот факт, что люди действительно хотели поговорить с ним, будь то фотография или что-то еще. Но известность в глазах общественности часто имела свои недостатки. Как и всякий раз, когда ему хотелось выйти и немного повеселиться, всегда находился по крайней мере один человек, которого можно было узнать за милю. Он часто был занят своей работой, и моменты, когда он мог расслабиться, были довольно редкими. И то, что его прерывали фанаты, не всегда было приятно. Особенно когда он был не один. Айзава доверял ему, что он будет оберегать Томми и присматривать за ним все время, пока они были вместе. И он именно это и сделал. Он всегда держал подростка на расстоянии вытянутой руки и в пределах своего внимания. Если он когда-нибудь уходил, Ястреб возвращал его туда, где он был, и следил, чтобы он оставался рядом. В основном это происходило во времена, когда Айзаве приходилось задерживаться в патруле подольше или когда его включали в более важную миссию. И у Томми не было с этим проблем, потому что это означало общение с кем-то более близким ему по возрасту и другим сородичем. Были времена, когда Томми даже не пытался сдерживать свои инстинкты, устраивая по крайней мере одно гнездо с Ястребом всякий раз, когда он появлялся. Это было похоже на рутину - просто свить гнездо и посмотреть фильм или что-нибудь в этом роде. И хотя Томми не придавал этому особого значения, Ястреб прекрасно знал, зачем они это делают. Это было то, что Айзава и Недзу придумали несколько недель назад. Чем больше времени Томми проводил со старшими, тем больше привык к новым людям. Это также помогло ему больше открыться, и, таким образом, Ястреб получил немного больше представления о том, что происходило ранее. Они медленно продвигались к тому, чтобы Томми привык к новым людям и другим ситуациям. И, вероятно, привести его в ресторан посреди дня было не самой блестящей идеей, которая когда-либо приходила в голову Ястребу. Он все еще помнил, что произошло, когда они вошли в ресторан. Первоначальная идея заключалась в том, чтобы просто выпить кофе и легкий ужин, прежде чем продолжить активный день. Как бы Томми ни ненавидел людные места, он действительно умирал с голоду, когда они наконец добрались до ресторана рядом с торговым центром. Он открыл двери, и маленький колокольчик возвестил об их прибытии, что привлекло внимание людей впереди. Томми проигнорировал их любопытные взгляды в ту секунду, когда они остановились на нем, обшаривая глазами весь ресторан в поисках свободного столика. Прежде чем он успел это сделать, Ястреб толкнул его локтем в бок и кивком головы указал на единственный столик в углу заведения. Томми кивнул, прежде чем скользнуть туда. Ястреб не смог удержаться от смешка, наблюдая, как парень осторожно пробирается к столу, словно пытаясь слиться с тенью. Некоторое время назад он заметил, что всякий раз, когда он приводил Томми куда-нибудь, где тот никогда раньше не был, тот передвигался, как по минному полю. Это было забавно, но в то же время тревожно. — Чем я могу вам помочь сегодня? — Спросила официантка, что вернуло Ястреба к реальности. И когда он быстро догнал Томми, и официантка уставились на него в полной тишине. Он одарил девушку улыбкой, не упустив того, как покраснели кончики ее ушей и она отвела взгляд. В любом случае, он сделал свой заказ, и она поспешила уйти, а Томми секунду наблюдал за ней. — Что с ней такое? — Растерянно спросил Томми, наблюдая, как ее фигура быстро исчезает за прилавком. Ястреб улыбнулся, заложив руки за голову и приоткрыв один глаз. — Люди слабы, когда дело доходит до моих обаятельных чар — сказал он, прежде чем смех вырвался из его горла при виде реакции Томми. Его нос сморщился, глаза сузились, когда он скептически посмотрел на Хокса. — Обаяние? Ты имеешь в виду, выглядит как куриный наггетс? — Спросил Томми, и хитрая улыбка появилась на его лице. Ястреб усмехнулся смотря в сторону парня. — О, ты просто завидуешь, что мне даже не нужно пытаться привлечь внимание девушки. Я делаю это не нарочно! Томми открыл рот, глядя на двери кухни, где стояла официантка и смотрела в их сторону, давая понять, что Ястреб привлек ее внимание. Однако, поняв, что Томми заметил, как она смотрит на него, она нахмурилась. Томми, казалось, был удивлен этим, прежде чем повернул голову в сторону Ястреба и с трудом положил руки на стол. Другой встрепенулся, уставившись на подростка потрясенными глазами. — Ты видел, как она смотрела на меня?! Какая наглость! — Пожаловался Томми, откидываясь на спинку стула. Ястреб только рассмеялся и какое-то мгновение только и делал, что смеялся. Томми пнул его под столом и закатил глаза. И когда Ястреб собирался сделать замечание в его адрес, громкий визг застал его врасплох, и он чуть не упал со стула. Голова Томми вскинулась, глаза расширились от внезапного переполоха. Группа людейстояла снаружи кафе прямо у окна, уставившись точно на них. Это выглядело немного жутковато, почти как орда зомби, голодно уставившихся на свою еду. Ястреб посмотрел в сторону Томми, заметив, как парень вздрогнул, когда группа только начала кричать, один громче другого. Это было в любом случае неприятно. — Э-э... мы можем уйти, если ты хочешь? — Сказал он, немного неуверенный в том, какой будет реакция Томми. Он только медленно встал, глаза все еще были широко раскрыты, но его внимание было приковано к дверям. — Тебе лучше встать и пошевелить своей задницей, иначе мы превратимся в гребаный ковер. Я думаю, они поняли, что могут войти в магазин через двери — с этими словами он даже не стал дожидаться своего спутника, прежде чем развернуться и броситься на кухню. Ястреб повернул голову к двери и заметил, что они действительно пытались ее открыть, но с таким количеством пар рук это было почти невозможно. Следуя идее Томми, он оказался прямо на кухне. Секундой позже поднялось много криков, и Ястреб был почти уверен, что его чуть не вырубили...сковородкой? Почти уверен, что это была либо она, либо тарелка. Томми бежал впереди него, прямо между поварской и холодильниками. И Ястребу пришлось сказать, что ему это доставляло удовольствие. Шеф-повар кричал им вслед, охрана следовала по пятам и приказывала им остановиться. И когда они приближались к выходу, откуда ни возьмись появился официант, а Томми шел слишком быстро, чтобы вовремя остановиться. Они столкнулись, Томми с громким воплем отлетел вперед. Каким-то образом он сумел удержать равновесие в последнюю секунду и, даже не осознавая этого, также поймал официанта и тарелку, которую тот нес, идеально балансируя на своем вытянутом крыле. Ястреб присвистнул, показал Томми поднятый большой палец и выбежал из ресторана. Когда Томми, наконец, полностью пришел в себя, он посмотрел на официанта, который смотрел на него в шоке. Он нахально улыбнулся, возвращая ему тарелку и ободряюще похлопывая его по спине. — Просто притворись, что ты ничего не видел, хорошо? Хорошего дня! — Сказал он, прежде чем громкий голос эхом разнесся по длинной кухне. Он выскользнул из заведения в последнюю секунду, быстро подтянувшись в воздухе. Если бы он промедлил хоть на секунду, то дал бы охраннику как раз достаточно времени, чтобы схватить его. Последнее, что услышал Томми, была какая-то угроза. — Не смей возвращаться, или я разрублю тебя на куски, маленький...! Когда его крики стихли, Томми оглянулся и рассмеялся. Он действительно рассмеялся. Он легко догнал Ястреба, который держался за живот от переизбытка смеха. Он широко улыбнулся ему, Томми лишь повторил его. Возможно, это была не такая уж плохая идея. Пока они парили в воздухе, наслаждаясь послеполуденным бризом и ощущением ветра в своих крыльях, стояла полная тишина. Но такая комфортная, что никто из них, казалось, не возражал. ･.｡.:* *.:｡.･ Ястреб вначале не были до конца уверен, чего они от него хотят. Он уже некоторое время не посещал UA, и звонок от Недзу, о существовании которого он даже не знал, был довольно странным. И, конечно, первая мысль, которая пришла ему в голову, была, что с Томми что-то случилось. Если так, он был готов сразиться с кем угодно. Даже с другим профессиональным героем. Однако в тот момент, когда он открыл двери, он был немного сбит с толку. Потому что там были Всемогущий и Недзу. Больше никого. Он вежливо поздоровался с ними, заняв место рядом со Всемогущим и по другую сторону стола Недзу. Директор улыбнулся ему, предложив немного чая, который он с радостью принял, чувствуя, как что-то застряло у него в горле. — Итак, почему я здесь? Конечно, я пришел к выводу, что это про Томми, — сказал Ястреб, достаточно довольный, когда мышонок кивнул. — Я просто хотел задать тебе несколько вопросов, если ты не против. Надеюсь, ты не возражаешь, что Всемогущий здесь. — Ястреб только покачал головой, призывая собеседника продолжать. — Айзава сообщил тебе, что ты провел некоторое время с моим учеником и узнал его лучше, чем кто-либо из нас. Ястреб почувствовал, как напряглись его плечи, поэтому его привели сюда? Рассказать им все, о чем Томми открыл ему? Выболтать то, чем, как он доверял, он не должен делиться ни с кем другим? — Дапоно для чего? — Он прищурился. Недзу мягко улыбнулся, его глаза были умными и сосредоточенными. — Упоминал ли он в последнее время свой дом? Говорил ли он что-нибудь о том, что скучает по нему и хочет вернуться? Томми мало рассказывал о своем старом доме, Ястреб не осмеливался давить на него. Потому что он знал, что это щекотливая тема. Количество ночей, которые он провел без сна, пытаясь вернуть его к реальности после очередного кошмара, который вызвал у него рыдания и вопли, уже дало достаточно поводов для размышлений. Что-то о сне, взрывах, Изгнании и так далее. Ястреб умел считать, и он не смог бы остановиться. — Нет, я так не думаю. Последний раз, когда он что-то говорил, это было перед аварией в USJ. Но кроме этого, он ничего не упоминал, — честно признался он. Недзу кивнул, немного подумав, прежде чем задать следующий вопрос. — Он упоминал кого-нибудь? Кого-нибудь, кто потенциально мог причинить ему вред в прошлом? Имена? — В его глазах было что-то такое, от чего Ястребу стало не по себе. — Он упомянул кого-то по имени Дрим, не уверен, настоящее это имя или нет. Плюс его семью, Уилбур и Филзу. — Ястреб замолчал, прежде чем добавить. — Был еще Таббо, он упоминал его раз или два. Но в основном парня - Дрима. Что-то о гневе и наказаниях. От этих слов у него по телу пробежала дрожь. Не похоже, что наказание было полностью нормальным... — Он говорил о нем что-нибудь конкретное? Может быть, что он сделал или говорил ли он что-нибудь, — снова спросил Недзу. И, о, Ястреб вспомнил. — "Пожалуйста, не позволяй ему забрать меня! Он убьет меня!" и "Он... он разозлится и... и он накажет меня!" и "Клянусь, я не это имел в виду!" и "Дрим сказал не говорить без необходимости.." и "Он превратил Л"Манбург в ужасное место..." Там было много всего, в основном это было сказано во сне. Ястреб никогда не поднимал эту тему, когда слышал обрывки фраз, он просто наблюдал за ребенком и крепко прижимал его к себе. Ущерб уже был нанесен. И ему захотелось кого-нибудь ударить. — Я думаю, он был тем, кто присматривал за ним в изгнании. Томми упоминал что-то о том, что он за ним в изгнании он присматривал? Что чертовски неприятно, потому что Томми были нанесены ужасные увечья. Ястреб начинал злиться. Одна только мысль о том, что Томми застрял с кем-то настолько больным, что не может говорить, используя наказания, наполняла все его тело чем-то, чего он никогда раньше не испытывал. Чистая ненависть. — А семья? — Спросил Недзу. И Ястреб мог посмеяться. Семья? То, как он назвал бы их, было бы помехой миру. Пустая трата воздуха. Не семья. Не семья Томми. — Филза, по-видимому, был его "отцом". Но он бросал его и предавал не один раз. Уилбур, с другой стороны, был его братом и относился к нему как к врагу. Он ужасно относился к нему, обращался с ним так, как будто он был на его пути. Из того, что я знаю, он сошел с ума и предал свою страну, — сказал Ястреб, стараясь не выдавать слишком много деталей. Недзу кивнул, сохраняя молчание в течение напряженного момента. — Как кто-то мог так поступить с маленьким ребенком? Количество травм... — Всемогущий сказал. И, о, улыбка исчезла. Только нахмурился. Что было немного тревожно видеть человека, который обычно так лучезарно улыбался, теперь таким мрачным. — Я... я не хочу быть эгоистом и не хочу контролировать его, но... Я не позволю ему вернуться. Только не в то место, — сказал Ястреб, привлекая внимание Героя. — Если бы мы так поступили, то это было бы не героично. Даже если он захочет вернуться, мы не можем этого допустить. Травма будет только продолжаться, и есть большая вероятность, что будет только хуже, — сказал Всемогущий. Ястреб посмотрел на него, затем на Недзу и улыбнулся. — И что? Недзу кивнул, и улыбка Всемогущего стала такой же широкой, как всегда. — Мы позаботимся о том, чтобы он получил необходимую помощь и оправился от всех травм. Лучшее, что мы можем сделать прямо сейчас, - это помочь ему и не позволить никому узнать. — Что, если они каким-то образом найдут дорогу сюда и попытаются что-нибудь предпринять? — Спросил Ястреб. Затем Недзу улыбнулся, положив лапы на стол, и осторожно произнес следующие слова. — Здесь он в безопасности. И если кто-нибудь придет за ним, мы будем там рядом с ним. Ястреб внезапно встал, преисполненный решимости. Его инстинкты взяли верх, крылья расправились, а в горле зародилось тихое чириканье. — Я буду защищать его. Чего бы это ни стоило, сколько бы времени это ни заняло и кто бы ни пытался причинить ему боль. Я останусь рядом с ним, в отличие от тех, кто называл себя его настоящей семьей.  

 ─┉┈◈◉◈┈┉─

Если и было что-то в Квакити, что все знали, так это то, что если у него была цель, он не останавливался, пока не достигал ее. Таким образом, он был богат и имел все, что ему было нужно. Многие говорили, что он был эгоистичным человеком, у которого не было сердца и он думал о том, как разбогатеть. И несмотря на то, что у него были все богатства, которые должны были сделать его счастливым, была одна вещь, которой он все еще не получил. И это была правда. Он хотел знать все, каждую маленькую деталь и слово, которые были записаны в одной чертовой книге. Потому что это было все, что ему было нужно, чтобы вернуть своего друга. Ему придется оживить Томми, и это было не потому, что он хотел показать Дриму, что у него нет силы, что было бы веской причиной до того, как произошел инцидент. Но теперь? Его даже не волновало, что сделает Дрим. Или что он думал. Все, о чем он заботился, это вернуть Томми к жизни, потому что он точно не заслуживал смерти. Обычно он старался не пачкать руки, это портило его внешность, и наверняка у такого богатого человека, как он, были люди, которые делали это за него. Но на этот раз ему было все равно. Если мучительный сон хоть немного приблизит его к выяснению правды, он собирался это сделать. С Техноблейдом на его стороне и без его помощи. И если Дрим усложнил задачу больше, чем было необходимо, он не собирался играть в игры. Он поддерживал жизнь Дрима только для того, чтобы тот мог страдать, потому что знал одну вещь, которой Дрим не ожидал. Было очевидно, что Дрим поделился своими знаниями с кем-то еще. Он был готов, опасаясь риска потерять свою последнюю жизнь, а затем не иметь возможности вернуться к жизни. У него не было другого выбора, кроме как поделиться книгой с кем-то, кого он знал, кто не предаст его. И Квакити хорошо знал, кто это был... Потому что в тот момент, когда он вошел в камеру Дрима с уже находящимся там Техно, он ухмыльнулся. Лицо Дрима было покрыто шрамами, кровь стекала по виску, а из груди вырывалось тяжелое дыхание. Техноблейд стоял над ним, прислонив топор к его ноге, глаза смотрели прямо на Дрима, в них не было никаких эмоций. Квакити не был уверен, стоит ли ему в конце концов доверять Техноблейду. Возможно, он помогал им, но его история говорила сама за себя. Предательство - это большое "нет". Из-за этого Квакити пришлось взять дело в свои руки и убедиться, что Техно понял, что предательство - не лучший вариант. Конечно, он не хотел терять бедного старого Филзу Майнкрафт. В голосе Квакити слышалась приторная сладость, которую он сам перенял от Дрима. Голова Дрима медленно повернулась к нему, глаза едва открылись, лицо было в крови. Все его силы ушли из-за того, что он заставлял свой организм бодрствовать. Но чем дольше он это делал, тем больше ему хотелось провалиться в беспамятство. — Квакити... Какой сюрприз видеть тебя здесь, — пробормотал он, борясь с собой, чтобы шире открыть глаза. Квакити посмотрел на него сверху вниз с отвращением, сделав несколько шагов ближе. Без колебаний он опустил ногу и прижал ее к плечу Дрима. Внезапное удовлетворение нахлынуло на него, когда он услышал шипение боли, эхом разносящееся по тихой комнате. Он повалил пленника на землю, легко одолев его и успешно удерживая на месте. — Не хочешь рассказать мне что-нибудь о книге? Может быть, ты знаешь, где она, — спросил Квакити, его улыбка стала шире, когда Дрим попытался поднять на него взгляд. Было трудно дышать, говорить или даже двигаться. А из-за того, что тяжелый незеритовый ботинок Квакити прижимал его к холодной земле, сдвинуться с места было еще труднее. — Я же говорил тебе.. Я сжег её давным-давно, — его голос надломился, и Квакити еще сильнее прижал Дрима к земле. — Ой! — Прекрати врать, чертова змея. Я чертовски хорошо знаю, что ты не сжигал книгу. Ты бы этого не сделал, потому что мы оба знаем, что если бы я убил тебя прямо сейчас, ты ушел бы навсегда. Ты не настолько глуп! — сказал Квакити. Дрим покачал головой, что само по себе было сложнее, чем казалось. Но Квакити это не понравилось. Он усмехнулся, его улыбка немного льстила. — Используй свои слова, Дрим. Или ты боишься? — Он насмехался над ним. Для него это было как игра. Потому что он знал, что в любом случае получит то, что хочет. И у Дрима не было выбора, кроме как подчиниться. — Говорю тебе, я сжег это! — Сказал Дрим, его голос был слышен во внезапно похолодевшем воздухе. И когда он осознал свою ошибку, он почувствовал внезапную боль в плече. Он вздрогнул, отстраняясь, как будто огонь обжег его кожу. Квакити хихикал, убирая меч за пояс. Несмотря на то, что настоящего клинка не было, рукоять была достаточно прочной, чтобы по телу Дрима пробежал озноб, а рука обмякла. Он не был уверен, было ли это из-за того, что он был слаб, как никогда, или Квакити был сильнее, чем когда-либо. Возможно, и то и другое, возможно, нет. — Тебе весело? Потому что мне, безусловно, весело. — Его голос достиг ушей Дрима, в которых почему-то зазвенело. Секундой позже он почувствовал чью-то руку на своем лице, и внезапно его тело дернулось вверх. Со сдавленным криком боли и пальцами, впивающимися в кожу, он был вынужден поднять взгляд на Квакити. В его глазах вспыхнул гнев, а улыбка была такой широкой, что заставила Дрима съежиться от боли. — Почему ты так напуган? Для тебя в этом нет ничего нового. — Квакити знал, что делать, и делал это без колебаний. — О чем ты... говоришь? — Дриму удалось заговорить, только его голос дрогнул. Квакити сильнее сжал его подбородок, приблизив его еще ближе к своему лицу. Поддерживая зрительный контакт, он убедился, что Дрим видит только его. — Ты думаешь, я не знаю, что ты сделал? Я знаю все. Изгнание, TNT, манипуляции, наказания. Я знаю все — в то время как улыбка Квакити держалась на его лице, лицо Дрима искривилось. — И за что? Потому что Томми тебя ослушался? Дрим схватил Квакити за запястье, каким-то образом найдя в себе достаточно сил. Его широко раскрытые глаза уставились на Квакити, почти пронзая его насквозь. — Откуда ты знаешь? — Спросил он приглушенным голосом. Он видел, как Техноблейд отодвинулся в сторону, подальше от Квакити, чтобы он мог его видеть. Когда они встретились взглядами, Дрим не совсем понял, что означало выражение его лица. Его глаза были тусклыми, рот плотно сжат, а руки опасно сжимали рукоять топора. — О, Дрим. Ты действительно думал, что Томми не расскажет мне все? Ты думаешь, ты единственный, кто может манипулировать людьми? —Спросил он, выплевывая эмоционально слова. — Ты знаешь разницу между нами? Ты манипулируешь людьми, заставляя их подчиняться тебе, и превращаешь их в своих марионеток. Я манипулирую людьми, чтобы получить от них информацию. Ты использовал наказания и оскорбления как манипуляцию, я использовал информацию как возможную помощь. И хотя ты делал это по своим собственным эгоистичным причинам, я делал это для блага самого Томми. Дрим плюнул в него, заставив Квакити отпустить его и отступить назад. Техно наблюдал издалека, но еще крепче сжал свой топор на случай, если ему придется вмешаться. Но, к его удивлению, Квакити медленно выпрямился и посмотрел на Дрима так спокойно, как только мог. И это было страшнее, чем если бы он был зол. Дрим на мгновение заколебался, но воспользовался случаем. — Ты ничего не знаешь, Квакити! Он все это заслужил, он нарушил правила. Плюс, я не сделал ничего плохого. Я всего лишь преподал ему пару уроков, чтобы он стал лучше! — Ты ублюдок... Ты буквально взрывал все его вещи, которые ему удавалось получать каждый день, ты наказывал его за то, что он разговаривал, и все же ты смеешь говорить, что это было пару уроков?! У тебя хватает наглости прикидываться правильным, когда ты издевался над гребаным ребенком?! ЗА ЧТО? ЗА ПОПЫТКУ ОСТАТЬСЯ В ЖИВЫХ?! — С каждым словом, слетавшим с губ Квакити, оно становилось только громче. — ТЫ ДОЛЖЕН БЫЛ ПРИСМАТРИВАТЬ За НИМ! НЕ ПРЕВРАЩАЙ ЕГО ЖИЗНЬ в СУЩИЙ АД! Ни Дрим, ни даже Техноблейд не смогли отреагировать, пока не стало слишком поздно. Квакити бросился вперед и взмахнул мечом в воздухе. От Дрима донесся короткий вскрик, прежде чем лезвие вонзилось ему в ногу, болезненно пройдя через кожу и кость. Раздался тошнотворный треск, за которым на идеально черный пол хлынула река крови. С беззвучным криком Дрим откинул голову назад от боли. И даже тогда Квакити еще не было доведено до конца. Он медленно повернул меч, а затем потянул его на себя, легко рассекая плоть и разрывая ее на части. Запах кишок и крови был единственным, что наполняло комнату сильным зловонием, из-за чего невозможно было дышать без рвотных позывов. Техноблейд, который обычно отличался жестокостью, был вынужден отступить от внезапной агрессии, услышав громкий треск и крики, вырывающиеся из горла Дрима. — Я слышал о ваших так называемых играх. "Пятнашки", "Прятки", "Беги, кролик, беги" и "Принеси". Так скажи мне. В какую из них ты хочешь поиграть сейчас? — Голос Квакити звучал как никогда раньше. И именно Техноблейд должен был вселять страх Квакити, а не наоборот. Страх был не тем, что он часто испытывал, но поведение Квакити заставило его отступить и разобраться с этим самому. Он знал, что, вероятно, победил бы в обычных ситуациях, но, похоже, Квакити утратил остатки здравомыслия. — Т-ты бы не посмел этого сделать. Ты убьешь меня... — Я знаю. В этом весь смысл, понимаешь? — Сказал Квакити, кладя меч на плечо. — Ты потеряешь книгу возрождения, и тогда ты... — Я не дурак, Дрим. Я знаю, что ты отдал оригинальную книгу Пунцу, и в настоящее время Сэм находится в пути, чтобы забрать его. Легкий путь или трудный, — Квакити улыбнулся, его лицо потемнело. Глаза Дрима расширились, он упал на землю, когда мучительная боль пронзила его тело. Его разум наполнился мрачными мыслями. — Ты бы не посмел... — прошептал он, когда его тело начало медленно холодеть. Он не был близок к смерти, он знал это. Но он также не был уверен, убьет ли его шарлатанство или нет. — Я посмел. И поверь мне, когда я говорю тебе, у меня уже есть хорошее местечко для Пунца, где он может остановиться. Ну знаешь, чтобы мы все могли поиграть в какие-нибудь твои игры... Пока Дрим пытался подняться, он заметил, что Квакити кивает Техно, который только взял свой топор и взмахнул им над головой. Дрим ухватился за стену и с трудом выпрямился, прежде чем снова взглянуть в глаза Техно. — Слушать Техно... — Если бы я знал раньше об изгнании, я бы с радостью обрушил этот топор на твою голову. Может, мне и не нравится Томми, но зайти так далеко, чтобы обращаться с ним как со своим домашним животным? Это низко даже для тебя. Он улыбнулся, красные глаза смотрели глубоко в зеленые глаза Дрима. А из-за спины Техно выскочил Квакити и положил руку на плечо Техноблейда. Обычно его бы оттолкнули. Но сейчас, когда удовлетворение и гнев разливались по телам обоих, никого из них это не волновало. — Может быть, в следующий раз постарайся лучше, Дрим. — Последнее, что Дрим увидел перед отключкой, была обратная не острая сторона топора, летящий ему в голову. — И когда ты проснешься, возможно, захочешь сотрудничать.