Часть 4

Люси бежала, не оглядываясь, чувствуя, как страх толкает её вперёд с нечеловеческой скоростью. Топот её собственных ног глухо отдавался в ушах, заглушая всё остальное, но она знала, что позади неё погоня — летающее транспортное средство Братвы Стали было уже близко, а его рёв усиливался с каждой секундой. Люси рванула в сторону, свернув с главной дороги и углубляясь в полуразрушенное промышленное здание. Взгляд метнулся по окружающему пространству в поисках укрытия. Ничего подходящего: пустые коробки, рухнувшие стены — всё это было слишком приметно, слишком ненадёжно. И тут она заметила у стены большую металлическую бочку. Она бегом подскочила к ней, оценивающе осмотрела — старая, ржавая, но достаточно большая, чтобы в ней можно было спрятаться. Без раздумий Люси начала толкать её, перевернув на бок. Как только бочка легла на бок, Люси нырнула внутрь, сжимаясь в комок, чтобы поместиться. Оказавшись внутри, она прижалась к стенкам, стараясь замереть как можно тише. Сквозь небольшие щели в бочке можно было наблюдать, как над головой проносилось летающее транспортное средство, его звук был почти оглушительным в закрытом пространстве. Она замерла, молясь, чтобы её убежище оказалось достаточно надёжным. Люси облегчённо выдохнула, когда слышала, как гул летающего транспортного средства постепенно затихает вдалеке. Осторожно выглянула, она всмотрелась в округу, убедившись, что вокруг безопасно. Выбравшись из бочки, она встала и энергично вытряхнула одежду, стараясь избавиться от прилипшей грязи и ржавчины. Впрочем, это мало помогло — её одежда осталась такой же грязной и мятым. Несколько секунд она просто стояла, давая себе время отдышаться и успокоиться. Теперь её цель была ясна — ей нужно найти Купера и Винса. Она вспомнила, что они говорили о том, чтобы направиться в Вегас. Люси открывает карту в Пип-бое, чтобы прикинуть маршрут. Но тут её пронзило чувство тревоги. Она услышала позади себя тяжёлые шаги и тихий, угрожающий рык, который поднял на спине волосы дыбом. Она медленно, с замиранием сердца, повернулась. Перед ней стояло существо, известное среди выживших как коготь смерти. Это был массивный и жуткий монстр, с острыми как бритва когтями, рогами и громадными челюстями. Он осторожно двигался к ней, рыча в полголоса, словно предупреждая о своей силе. Люси, охваченная паникой, развернулась и побежала. Каждый её шаг был наполнен неистовством и страхом, когда она поняла, что коготь смерти несётся за ней, раздирая когтями землю и с лёгкостью преодолевая любые преграды на своём пути. Адреналин бурлил в её венах, она чувствовала в себе небывалую скорость, но прекрасно понимала, что долго так продолжаться не может. Издалека она заметила движение: Братство Стали, уже приведённое в боевую готовность, заметили её и несущегося за ней монстра. Максимус среагировал мгновенно; его голоса, громкого и решительного, было достаточно, чтобы развернуть всю операцию. — Выстрелить! — приказал он, подавая сигнал своим людям. — Бейте в живот! Люси, находясь в гуще событий, мгновенно поняла, что будет дальше. Она инстинктивно согнулась, обхватив голову руками, когда вокруг неё всколыхнулась волна звука от десятков выстрелов. Массированные залпы огня оглушали, воздух был насыщен запахом пороха и вибрацией стрельбы. — Отойди, Люси! — крикнул Максимус, стараясь, чтобы её крик был услышан сквозь хаос. С трудом собирая волю в кулак, она отошла в сторону, стараясь уйти с линии огня. Раздался оглушительный взрыв — Братство Стали выпустили гранату, прицельно направив её в когтя смерти. Её взрыв был сокрушительным, и Люси на миг подумала, что от него содрогнулась сама земля. Монстр, потеряв всю свою прежнюю мощь и стремительность, рухнул наземь, лишённый жизни. Люси всё ещё сидела на корточках, пытаясь прийти в себя после пережитого кошмара. Адреналин медленно покидал её тело, оставляя лёгкую дрожь в конечностях и чувство опустошённости. Максимус подошёл к ней уверенными шагами. На его лице была смесь облегчения и скрытой настороженности. Он внимательно посмотрел на Люси, прежде чем заговорить. — Тебе повезло. Ты бы погибла, если у того не раненая нога, — произнёс он, кивая в сторону поверженного когтя смерти. Люси подняла голову, глядя на него с благодарностью, но в то же время настороженно. Она знала, что теперь наступает момент, когда ей придётся объясняться. Максимус скрестил руки на груди, его взгляд был внимательным и требовательным. — Теперь скажи, куда пошли твои товарищи? Люси с трудом поднялась на ноги, продолжая пытаться прийти в себя. — Они меня оставили. — Но ты видела половину артефакта? Люси покачала головой, её голос звучал искренне: — Нет. Максимус нахмурился, пытаясь понять, что заставило её так стремительно исчезнуть, подвергая себя опасности. Он наклонил голову, ещё раз оценивая ситуацию: — Тогда почему ты убежала? Словно знаешь. — Я ничего не знаю! Максимус вздохнул, осознавая, что на этом их разговор не закончится. Было ясно, что она что-то скрывает. — Ну... прости, но я должен, — произнёс он неожиданно мягко, но с железной решимостью, прежде чем она успела насторожиться. Внезапно и ловко он надел на её запястья наручники, движение было таким быстрым, что Люси даже не успела среагировать. Удивление и растерянность промелькнули в её глазах. Её руки теперь были скованы и взглянула на него, пытаясь прочесть его намерения в глазах. *** Купер медленно выбрался из-под груды обломков, чувствуя, как каждая мышца в теле отзывается болью. Его рука, полностью окровавленная и лишённая кожи, была первым, что появилось на поверхности. Он замер на мгновение, прежде чем напрячь силы и полностью выбрался наружу, оставляя за собой следы крови. Когда он наконец оказался на поверхности, его приветствовал яркий свет, который резанул по глазам, вынуждая прикрыться. В воздухе висела плотная завеса пыли, пропитанной едким запахом остатков ядерной бомбы. Каждый вдох отягощался металлическим привкусом радиации и пепла. Купер чувствовал, как всё его тело протестует против каждой попытки движения. Он не мог понять, кто он, и откуда все эти разрушения — его мысли были словно затерянные в череде ошибок и сумбурных обрывков. Вдруг он почувствовал слабый аромат — это было что-то тёплое, живое, что-то, что обещало возможность облегчения от терзающего голода. Инстинкты взяли верх, заставляя его подняться на ноги, несмотря на слабость и головокружение. Он шёл, ведомый этим притягательным запахом, как последний оазис в пустыне отчаяния. Вскоре он заметил нескольких гулей, блуждающих неподалёку. Они двигались хаотично, их агрессивный вид и бессмысленные движения показывали, что они были одержимы лишь одним — поиском пищи. Один из гулей с жадностью поедал какое-то живое существо, напоминая хищника, находящегося в крайней стадии отчаяния. Он наткнулся на мёртвых птиц, лежащих на земле. Ядерный взрыв превратил их в обугленные остатки, но голод настолько застил глаза, что он поднял одну из птиц и принялся её есть. Одной птицы было недостаточно, чтобы утолить его неугасающий аппетит. Купер полностью слился с группой бродячих гулей, его разум стал затуманенным, а поведение — почти первобытным. Он двигался вместе с ними как в стае, инстинктивно следуя за остальными в их вечном поиске пищи. Они скитались по разрушенному ландшафту, пока однажды не наткнулись на группу людей, облачённых в защитные костюмы. Для Купера они были больше, чем просто людьми — они были воплощением надежды на сытость, источником пищи, успел сделать лишь несколько шагов прежде, чем раздался выстрел. Пуля, выпущенная одним из людей, угодила Куперу прямо в грудь. Всё вокруг него словно замедлилось в этот момент. Боль пронзила его, и сознание начало уходить в темноту. Он упал на землю, ощущая, как сила покидает его тело. Глаза медленно закрывались, и он погрузился в состояние между сном и смертью. Купер очнулся, чувствуя стягивающие ремни, обездвижившие его тело на каталке. Коридор, по которому его вели, был ослепительно белым и ярко освещённым, что лишь усугубляло головную боль и создавал чувство дезориентации. Он чувствовал, как в груди нарастает агрессия, как нечто дикое, требующее выхода. Сквозь это смятение внезапно проснулась инстинктивная потребность бороться за свободу. Когда один из сопровождающих наклонился к нему, Купер резко укусил его за руку. Человек вскричал от боли и отшатнулся, а кровь алой дугой окропила белоснежные стены коридора. Используя этот момент замешательства, Купер с невероятной силой порвал ремни, удерживающие его, и вскочил на ноги. В хаосе и панике он заметил человека, дрожащего в уголке коридора, стараясь не привлекать внимания. Купер подошёл к нему и, схватив за воротник, поднял на ноги. В этот момент человек пробормотал со страхом в голосе: —Папа! Купер застыл, это обращение разбудило что-то глубоко внутри него. —Джейни? — непроизвольно вырвалось из его уст. В замешательстве он повернул голову к источнику голоса, но увидел лишь чужую девочку, которая с испугом смотрела на него. Он отпустил человека, который тут же бросился к дочери, и они вместе побежали прочь. Купер остался стоять один, ошеломлённый неожиданным приходом воспоминаний. Он медленно повернулся к стеклу и уставился на своё отражение. Облик, смотревший на него из стекла, был чудовищно изменённым — нечто, что едва напоминало человека. В этот момент, когда сознание начинало возвращаться, последовал неожиданный удар. Разряд шокера пронизал его тело, и он упал на пол, погружаясь снова в бессознательное состояние. Ему снится мир, каким он был до всего ужаса, что произошёл. В его снах оживала Джейни с звонким смехом и озорными глазами, такими радостными и полными жизни. Рядом была Барбара. В их уютном доме постоянно бегал Рузвельт виляя хвостом. Но вскоре этот мир начал рушится. Забрали Джейни. Куперу казалось, что он хочет броситься вперёд, но его ноги не слушались; он оставался стоять снаружи, потерянный и беспомощный. Барбара и Рузвельт тоже исчезли из поля зрения, и вокруг всё стало безжизненным и пустым. Купер медленно пришёл в себя, обнаружив, что находится в небольшой, тускло освещённой камере. Руки и ноги были скованы цепями. Он отчаянно позвал: —Эй, кто-нибудь!—Но ответом была только тишина. Спустя какое-то время раздались шаги, и дверь камеры медленно открылась. На пороге стоял мужчина, которого Купер едва не убил в коридоре при девочке. —Послушай, отпусти меня... Мужчина выглядел удивлённым, услышав его речь. Он осторожно смотрел на него, словно не веря своим ушам. —Ты говоришь?Это невероятно. Как ты выжил после всего, что случилось? И кто ты такой на самом деле? Купер вздохнул, собрав в кучу обрывочные воспоминания: — Я Купер Говард. Я очнулся в этом аду, не помня, как сюда попал. У меня была семья — жена и дочь. Их лица мерцают в памяти как в тумане, но я не могу их оставить. Я должен их найти. Мужчина заметно нахмурился, рассматривая изменившиеся черты Купера: — Купер? Ты теперь выглядишь иначе. Знаешь ли? Купер посмотрел на свои руки, пытаясь понять, что именно произошло. — Что со мной сделали? — спросил он, голос дрожал от отчаяния. Мужчина вздохнул, ненадолго замолчав, пытаясь подобрать нужные слова: — Во время взрыва ядерной бомбы радиация охватила всё и всех вокруг. Многие погибли, а те, кто выжил, изменились. Большинство гулей, уцелевших после взрывов, потеряли память и стали диким, как звери. Но ты… ты, похоже, восстанавливаешь сознание. Мужчина осторожно приподнял небольшой флакон, наполненный жёлтой жидкостью, которая мерцала под приглушённым светом камеры. — Благодаря этому ты можешь контролировать себя, — объяснил мужчина, внимательно наблюдая за реакцией Купера. — Но не знаю, насколько это действует. Это наш эксперимент, но пока это единственное, что помогло. Купер, не отрывая глаз от флакона, пытался осмыслить услышанное. — Контроль над собой? — он повторил, пытаясь понять всю серьёзность ситуации. — А если не выпью? — Без этого, боюсь, ты потеряешь себя. Станешь таким, каким был в начале, как дикие гули, с которыми невозможно поддерживать контакт. Это средство — твоя надежда сохранить своё "я". Мужчина бросил флакон с жидкостью в сторону Купера, и тот, действуя на автомате, ловко поймал его. — Принимай, когда почувствуешь, будто ломаешься. Купер кивнул, крепко сжимая флакон в руке, словно это была его единственная надежда. — Мне нужно идти... — К сожалению, пока не могу тебя отпустить. Это приказ, — он осторожно положил на пол маленькое зеркальце и подвинул его к Куперу, — думаю, тебе стоит это увидеть... Сказав это, мужчина развернулся и вышел, оставив Купера наедине с его мыслями и страхами. Некоторое время Купер не решался взглянуть в зеркальце. Его тревога росла, страх перед неизвестным приковывал его к месту. Но, наконец, он глубоко вздохнул и потянулся за зеркальцем. Когда он приподнял его к лицу и посмотрел на своё отражение, то испытал шок. Отражение, смотревшее на него, было чужим и пугающим. На месте лица была лишь обнажённая плоть без кожи, волос и носа. Купер медленно провёл рукой по своему обезображенному лицу, словно надеясь прикоснуться к чему-то более знакомому, но только холодная реальность ударила его в ответ. Ужас и отчаяние захлестнули его, и вскоре он закричал. В приступе паники и негодования он резко отбросил зеркальце, и оно с грохотом разбилось о стену, разлетевшись на мелкие осколки. Спустя немного времени Купер услышал шум шагов, и дверь распахнулась. Мужчина, выглядевший взволнованным и торопливым, вбежал в комнату. В руках у него был рюкзак, который он бросил к ногам Купера. — Тебе нужно уходить! — поспешно сказал он, освобождая Купера от цепей. Металлические звенья с лязгом упали на пол. Купер недоумённо уставился на своего неожиданного спасителя, пытаясь понять, что происходит. — Что ты делаешь? — наконец спросил он, видя, как мужчина нервно оглядывается. Мужчина, словно шпион, осторожно повёл Купера к выходу, крадучись по коридорам убежища. — Они хотят тебя убить, — тихо объяснил он, на мгновение задержавшись, чтобы с помощью своего Пип-Боя открыть дверь убежища. — Ты хотел найти семью, так иди и удачи, — сказал он, указывая Куперу путь наружу, когда они добрались до выхода. Купер шагнул наружу, сжимая рюкзак в руках. Оказавшись на воле, он обернулся на плотную металлическую дверь, которая за ним с внушительным грохотом закрылась, отрезав его от прежнего мира. Стоя на открытом воздухе, он оглянулся вокруг. Мысли о его семье снова всплыли в голове. Он мечтал найти их, чтобы вернуть хотя бы частицу своей прошлой жизни. Но, глядя на свои искажённые руки, Купер задумался: как такая встреча может напугать их? *** Люси находилась в холодной, слегка освещённой комнате базы Братство Стали. Её руки были закованы в наручники, и она безуспешно пыталась освободиться, крутясь и дергая изо всех сил. Однако усилия оказались напрасными, и металлические оковы продолжали держать крепко. В дверях появилась Джейни. Люси остановилась, удивлённо глядя на юную девушку, которая, казалось, не была бойцом или стражем. Джейни была молода, с открытым и доброжелательным лицом. — Сколько тебе лет? — Шестнадцать, — ответила Джейни, улыбаясь, словно в этом не было ничего необычного. Люси ощутила, что её что-то связывает с этой девушкой. Она изучала её черты лица, пытаясь вспомнить, откуда знает Джейни. — Ты выглядишь мне знакомой, — с лёгким сомнением произнесла Люси. — Мы встречались где-нибудь раньше? Джейни, всё ещё улыбаясь, покачала головой. — Нет, я не думаю... Знаешь, я слышала о тебе. Ты была с Купером, верно? — Да, — ответила Люси, её голос был наполнен едва сдерживаемыми чувствами. — Мы пытались завершить одно дело, но он оставил меня одну. На лице Джейни появилась тень понимания. — Он и меня бросил, когда я была маленькой, — призналась она, её выражение стало серьёзным, но не враждебным. Люси прищурилась в недоумении. — Он мой отец, — спокойно ответила Джейни. Люси была ошеломлена этой новостью. После короткой паузы, наполненной молчанием и раздумьями, Люси наконец задала вопрос: — А почему вы не встретитесь? Он тебя ищет. И Барбару... — она с трудом вспоминала имя. Джейни спокойным голосом ответила: — Он ищет только мою маму. Люси, не сводя с неё глаз, настаивала: — Тебя тоже. Джейни ответила загадочной улыбкой, как будто она знала что-то большее, чем говорила. — Правда? Поможешь устроить мне встречу с ним? — попросила она, явно оценивая Люси и её реакцию. Люси кивнула: — Да, но Максимус не должен знать. Джейни задумчиво кивнула, обдумывая сказанное Люси. — Конечно, — согласилась она. Люси почувствовала облегчение. — Знаешь маршрут, куда они идут? — уточнила она, желая приступить к делу и протянула ей Пип-Бой. — Да. Я могу показать карту, — Люси быстро активировала Пип-Бой и отобразила перед Джейни маршрут, по которому шли Купер и Винс. Они вместе изучали экран. Казалось, план наконец обретает форму. Джейни, запомнив все детали, готовилась уйти, как вдруг Люси задала важный вопрос: — Когда пойдём? Джейни отвернулась, на её лице появилась лёгкая усмешка, которая привнесла в сложившуюся ситуацию неожиданное напряжение. — Ты слишком доверчивая, — сказала она, с ноткой сожаления в голосе. — Мне нужно было знать местоположение. Люси замерла, поражённая предательством и поняла, что это была уловкой. Купер и Винс стояли перед входом в заброшенный театр. Это здание, когда-то величественное и наполненное жизнью, теперь казалось мрачным и таинственным. Двери слегка скрипнули, когда Винс толкнул их, чтобы войти. — Это здесь, — сказал Винс, оторвав взгляд от экрана Пип-Боя. Купер огляделся, пытаясь разглядеть признаки движения или присутствия других людей. — Половина здесь? — уточнил он, его голос был полон недоверия. — Да, может быть, — неопределённо ответил Винс, входя в полумрак. — Может быть? — раздражённо повторил Купер, хмурясь. — В любую минуту сюда может прибыть Братство Стали. Они пересекли тёмный коридор и вошли в главный зал театра. Даже разрушенное, это место всё ещё сохраняло отблеск былой величественности. Винс посмотрел вокруг с удивлением. Зал был заполнен рядами старых пыльных кресел, некоторые из них были сломаны и исчезли, оставляя лишь зловещие пустоты. Потолок над ними был частично разрушен, и через зияющие отверстия можно было увидеть дневное небо, добавляющее немного света в полумрак. Слепые лучи солнца проникали внутрь, освещая облака пыли, поднявшиеся от шагов гостей. Сцена, когда-то место магии и искусства, теперь была изношена временем. Полотна давно сгнили, а деревянный пол покрывала сеть глубоких трещин. Это место уже давно не видело выступлений, лишь было временем напоминанием о былом величии. Внезапно тишина заброшенного театра была нарушена шорохом, доносящимся из-за пыльных кресел. Купер мгновенно напрягся и мгновенно поднял револьвер, готовый к бою. Из-за углов и теней начали появляться гули — полузгнившие фигуры с пустыми глазами, наполненными голодом и ненавистью. С диким рычанием, некоторые из них спрыгивали с верхнего этажа, застилая воздух. Винс охватило чувство паники, непонимание, почему эти существа направляются к ним, было ошеломляющим, но не оставляло времени на раздумья. Видя их приближение, он попятился назад, пытаясь оставаться позади Купера. Купер, не теряя ни секунды, открыл огонь. Его револьвер громко разрывал воздух эхом, каждое попадание отзывалось глухим ударом падения, когда гули, задетые пулями, падали на пол. Однако их количество казалось нескончаемым. Один из гулей бросился слишком близко, и Купер быстро сменил тактику, отбросив револьвер в сторону и достав нож. Он уверенно встретил атаку, нанося точные удары, отталкивал одного за другим, держа их на расстоянии, чтобы защитить Винса. Крепкими ударами он отбрасывал их назад, не давая подойти слишком близко. Когда отзвучали последние выстрелы и гули перестали скапливаться в театре, внезапно появилась ещё одна группа — Братство Стали. Их броня блестела в слабом свете, прорывающемся сквозь дыры в потолке, и каждый шаг тяжело отдавался в тишине зала. Рыцари, высокие и уверенные, сразу включились в бой с оставшимися гулями. Купер и Винс наблюдали, как рыцари истребляли последние остатки угрозы, их тяжёлый огонь перекрывал все возможные пути отступления для врагов. Закончив с гулями, рыцари обратили своё внимание на них, медленно и решительно смыкая круг. Купер, ещё недавно проявлявший хладнокровие в бою, сейчас напрягся ещё больше. Ситуация требовала крайней осторожности. Винс, глядя на приближающихся рыцарей, почувствовал, как холодок страха пробежал по спине. Из группы рыцарей внезапно вышла Джейни, держа за локоть Люси. Купер замер, его лицо исказилось удивлением и сумятицей. Мгновение он казался полностью потерянным и разочарованным одновременно. Джейни, стоя перед ним, представляла собой обрывок прошлого, о встречи с которым он думал множество раз, но никогда именно так. — Джейни? — его голос прозвучал тихо и неверяще, как если бы он слышал эхо из давно забытого сна. Люси, стоя рядом с Джейни, всё ещё оставалась в наручниках. Её лицо выражало вину и беспокойство, она опустила глаза, когда увидела Купера. Винс стоял позади Купера, крепко сжимая рюкзак обеими руками. Внутреннее напряжение усиливалось — в рюкзаке находился артефакт, за которым они пришли, и отдавать его было последним, на что он согласился бы. Это была цена, которую он не хотел платить. Его взгляд упал на револьвер Купера, лежащий на полу. Соблазн взять оружие был велик. Джейни перевела свой взгляд с отца на Винса. — Где артефакт, Винс? Винс, всё ещё сжимая рюкзак, попытался не выдать беспокойства и ответил, стараясь выглядеть уверенно: — У меня его нет. Купер, заметивший, как вспыхнули глаза дочери при вопросе, нахмурился. Ему не нравилась эта неопределённость и причины, по которым Братство Стали интересовалась артефактом. — Ты тоже его ищешь? — спросил он у Джейни, пытаясь разобраться в её намерениях. — Мне нужен он, чтобы уничтожить, — ответила Джейни. — Нет, это не правда, — возразил Винс.— Вы хотите активировать его. Люси попыталась вмешаться: — Остановить и активировать что? Джейни, стремясь объяснить ситуацию, решительно заговорила: — Он хочет активировать артефакт, чтобы пустоши превратились в прежний мир, каким был до ядерной бомбы, — её голос был полон уверенности и даже некой настойчивости. — Но потом мы поняли, что этого не случится. Наоборот, будет хуже, чем та ядерная катастрофа. А Винс хочет этого. Винс, услышав обвинение, не замедлил с ответом: — Нет, это ты хочешь! Джейни обратилась к отцу: — Папа. — В её глазах читалась мольба о доверии, и Купер почувствовал, как её слова коснулись чего-то глубоко внутри него. Он был готов без колебаний вынуть револьвер и встать на её защиту, но тут же понял, что оружие отсутствует в кобуре. Купер быстро огляделся вокруг, заметив револьвер, лежащий на полу. Но прежде чем он успел до него дотянуться, Винс оказался быстрее. Едва схватив револьвер, он, не раздумывая, обернулся и выстрелил в сторону Джейни. Люси, поняв угрожающую опасность, инстинктивно толкнула Джейни из линии огня. Однако сама Люси ощутила острую боль — пуля попала прямо в неё. Купер застыл, его сердце сжалось, увидев, как Люси покачнулась и медленно опустилась на колени, удивлённо прижимая руку к раненной стороне. Осознав всю серьёзность ситуации, мгновенно обернулся к Винсу с огнём в глазах. Его охватил гнев и решимость защитить тех, кто ему дорог. Он бросился на него. Винс, увидев Купера, на мгновение засомневался, но всё же поднял револьвер и направил его на приближающегося соперника. Однако в этот же момент из тени вынырнул верный Псина. Он, поблескивая глазами от возбуждения, бросился вперёд и мощно вцепился в руку Винса. От резкой боли Винс выронил револьвер. Оружие падало в замедленном движении, прежде чем с глухим стуком приземлиться на пол. Тут же один из рыцарей, проявив ловкость и расторопность, схватил Винса, накрепко удерживая его. Свободный от непосредственной опасности, Купер помчался к Люси. Он опустился на колени рядом с ней и осторожно поднял её на руки. Её лицо было всё ещё побледневшим, но она старательно пыталась оставаться в сознании. Винса, после всего произошедшего, под конвоем рыцарей выводили из театра. Он шёл с опущенной головой, осознавая, что его планы рухнули. За его спиной гулко отдавались шаги рыцарей, следивших за тем, чтобы не было никаких попыток побега или сопротивления. Тем временем Джейни, заметив, что отец и Люси нуждаются в помощи, осторожно подползала к ним. Купер не отводя взгляда от Люси попросил у Джейни. — Стимуляцию или что нибудь... Джейни, услышав просьбу отца, быстро поднялась на ноги. — Я сейчас принесу. Не теряя ни секунды, Джейни бросилась наружу. Винса под привели к Максимусу в небольшом транспорте. Один из рыцарей, недолго думая, грубо встряхнул его рюкзак, и из него выпал артефакт. Максимус полагая, что нашёл желаемое, поднял артефакт. Винс только улыбнулся, стараясь не выдать своим видом правду. Фальшивый артефакт был частью его плана по отвлечению внимания. Настоящий артефакт — скрытая сила — оставался незамеченным в его Пип-бое, интегрированным чуть ли не с самого начала. Его взгляд скользнул за спину Максимуса, где за защитным стеклом хранился второй артефакт. Секрет первого артефакта, спрятанного в Пип-бое, заключался в его способности высвободить скрытую энергию. Активировав его, Винс почувствовал, как неведомая сила потекла по его предплечью, передавая вибрацию через металл наручников. Постепенно они начали слабеть, а затем и вовсе разлетелись на части, поддавшись мощному потоку энергии. Оказавшись на свободе, Винс ощутил, как пространство вокруг него изменилось. Электрическая аура, источаемая артефактом, распространилась по помещении, наполнив его ненавистной энергией, бьющей по разумы присутствующих. Набросившаяся волна страха и замешательства охватила всех находящихся, заставляя упасть. Джейни вбежала вернулась с небольшим чемоданом, её дыхание было сбивчивым от спешки. Она опустилась на колени рядом с отцом и Люси. Э — У меня нас только это, — сказала Джейни, открывая чемодан. Внутри лежал шприц, внешне похожий на стимпак, но с какими-то необычными изменениями, что делало его особенным. Купер взглянул на содержимое и мгновенно узнал его значение. Держа средство в руках, он обратился к Люси: — Ты не против... это... ты будешь бессмертной, как я? И он уже был готов ввести препарат, Люси тихо, но решительно схватила его за руку. — Я не хочу... Джейни отвела взгляд, не желая видеть выражение печали на лице отца. Купер, внутренне борясь с собой, медленно и с трудом отпустил шприц, позволяя Люси сделать свой выбор. Подошла Псина и легла рядом, тихо скуля и положив голову ей на колени, как будто понимая, что она готовится покинуть этот мир. Но в этот момент яркая вспышка озарила помещение, неожиданно ударив волной энергии. Всё вокруг на мгновение замерло, и казалось, само время остановилось. Когда эффект прошел, Люси медленно открыла глаза. Ощущение боли исчезло, уступив место лёгкости и ясности. Она несколько раз моргнула, чтобы сфокусировать взгляд, и перед ней предстал Купер. Его облик изменился — он не был гулем, а предстал в своей человеческой форме, каким он был до всех этих событий.