※━─━────【₪】────━─━※

Глаза горят у темноты Голодные демоны ждут кайдан Здесь выход один Ты — жертва богам Гаснут не спеша фонари Знамена шедших по головам Играй или умри Времени нет, твоё тело горит…

Green Apelsin — В пасти смерти

Тени прошлого: история Гермионы

Исчезновение. 1979 год

      Северус Снейп толкнул дверь своего скромного дома в Паучьем Тупике и замер на пороге, чувствуя, как холодный воздух с улицы проникает внутрь. В доме было тихо — слишком тихо. Подозрительно тихо. Миранда всегда встречала его, когда он возвращался домой. Её мягкий голос, её улыбка, тепло ее рук и глаз — всё это стало для него опорой в мире, стремительно погружающемся во тьму.       Но сегодня её не было. Камин не трещал, телевизор не бубнил, чайник на плите не пыхтел. Дом был пуст, в нем словно не осталось никаких следов ее пребывания. Северус позвал её по имени, но лишь эхо, отразившееся от стен, было ему ответом. Его сердце рухнуло в пятки. Он поднялся наверх, заглянул в спальню, в ванную, в гостевую спальню, переделанную в кабинет, — никого. Никаких записок, никаких намёков на то, куда и зачем она могла уйти.       Его взгляд упал на деревянный сундук, стоящий в изголовье кровати. Он был слегка приоткрыт, а внутри лежала черная маска, которую он получил всего несколько недель назад. Северус вздрогнул. Он знал, что Миранда никогда не одобряла его связи с Темным Лордом, но он также верил, что их любовь сильнее любого страха и предрассудков. Однако сейчас… сейчас он начал сомневаться.       Когда через пару дней надежда найти её исчезла, Северус почувствовал, как его мир рухнул.       Она бросила меня, — крутилось у него в голове. Боль сменилась гневом, а затем холодной решимостью. Если она не хочет быть частью его жизни, то ему больше незачем цепляться за свет.       Северус с головой ушел в службу Темному Лорду, в наивной надежде забыть о боли, которую причинила ему Миранда.

***

      Спустя год он стал одним из самых доверенных слуг Волан-де-Морта. Именно он подслушал пророчество в «Кабаньей голове» и передал его своему господину. Именно он стал причиной того, что война достигла своего пика. Именно его Лорд выделил из десятка других, более родовитых и богатых Пожирателей, и посадил за стол Ближнего круга.       Но за этот год не было ни дня, когда бы Северус не думал о своей жене.       Почему она ушла? Было ли это из-за него? Пыталась ли она что-то от него скрыть или защитить? Возможно, с ней что-то случилось?       Именно в память о ней, о ее доброте и сердечности, осознав, что подверг Лили и, что важнее, ее новорожденного ребенка смертельной опасности, Северус сдался на милость Дамблдора. Зря.

Пробуждение. Сентябрь 1996 года

      В июле тысяча девятьсот девяносто шестого года Альбус Дамблдор вопреки здравому смыслу и своему легендарному чутью надел семейное кольцо Гонтов. Проклятие, скрытое в украшении, ударило по нему с такой силой, что исход его жизни был предрешен. Силы, как магические, так и жизненные, стали покидать его, подобно сахару, тонкой, но равномерной струйкой высыпающемуся из дырявого мешка. С каждым новым днем его здоровье все ухудшалось, а чары сокрытия, которые он годами накладывал направо и налево, себе в угоду, начали ослабевать. Поняв, что терять ему нечего, Альбус кардинально решил несколько вопросов, обещающих в будущем стать большими черными несмываемыми пятнами на его идеально белой репутации, но кое-что он все упустил. Или не рискнул вмешиваться так кардинально в ход намечающейся войны. Она была нужна Поттеру, без нее мальчишка не выжил бы. Игра стоила свеч, тем более когда он ее прощупывал во время традиционного первосентябрьского приветственного пира, чары на девчонке держались крепко.

***

      Гермиона Грейнджер внезапно проснулась в хогвартской спальне для девочек среди ночи с дикой головной болью и ощущением, будто что-то внутри неё пробудилось и, пытаясь разорвать грудную клетку, рвется наружу. Целую неделю её голова была переполнена образами, которые она никогда не смогла бы нафантазировать. Даже в страшном сне. Она видела себя другой — старше, красивее, счастливее. Она видела дом, скромный, но полный света, тепла, книг и травяного запаха, и молодого мужчину — определённо профессора Снейпа, только моложе, — с такими глубокими глазами, что она тонула в них каждую ночь. Мужчину, который смотрел на неё с такой любовью и страхом, что её сердце каждый раз разрывалось от боли за него и злости на весь свет, заставивший поверить этого прекрасного мужчину в то, что он никому никогда не будет нужен.       — Миранда… Я — Миранда, — прошептала она на рассвете двадцатого сентября, резко осознав правду. Она вспомнила тот проклятый день, когда Альбус Дамблдор без приглашения вошёл в их дом. Вспомнила его пафосную речь о том, что она мешается у него под ногами, что само её существование ставит под угрозу все его планы. Она вспомнила его слова: «Вам, мисс Джонс, нет места в этой истории. Ваше время еще не пришло». Затем было «Остолбеней», под влиянием которого она стала невольной зрительницей того, как из ее, их с Северусом, дома исчезают любые признаки ее проживания, словно ее никогда и не существовало. А потом мелькнула огненная вспышка, ледяные голубые глаза, презрительное «наконец-то», и мир погрузился во тьму.       Всегда и во всём дотошная всезнайка, Гермиона, назначила встречу с родителями на двадцать седьмое сентября — выходной день в Хогсмиде, и, втайне от Грейнджеров собрав генетический материал, провела ритуал кровной связи, который, естественно, подтвердил все её опасения. Ещё полтора месяца ушло на то, чтобы перерыть все библиотеки, до которых она только смогла дотянуться, и выяснить, что за древнее заклинание использовал Дамблдор, чтобы превратить её в младенца, изменить её внешность и подкинуть её бездетной паре маггловских стоматологов.       Её жизнь была украдена, её память стёрта, её судьба переписана.       — Он украл мою жизнь, — как заведенная шептала она, чувствуя, как ярость и боль до краев заполняют её душу. Она знала, что должна вернуть и защитить своего Северуса и восстановить справедливость.

Возрождение. Рождественские каникулы 1996 года

      В предрождественский вечер особняк Блэков был наполнен нехарактерной для него праздничной атмосферой. Орден Феникса собрался за большим столом, обсуждая последние события, строя планы на наступающий год и постепенно переключаясь на разговоры о добром и вечном. Единственным человеком, тенью темной под стать самому дому, был, по традиции, профессор зельеварения Северус Снейп, вынужденный присутствовать на этом «празднике жизни» исключительно из-за требования Альбуса.       Вечеринка шла полным ходом, стол ломился от вкусной еды, приготовленной Молли Уизли, чаша с пуншем не пустела, а запах ели, витающий в воздухе, кружил своей свежестью головы всем присутствующим. Всё было буквально идеально, но в каждой бочке меда, как мы знаем, обязательно найдется ложка дегтя…       Время подходило к обмену подарками, и все гости дома начинали потихоньку собираться вокруг наряженного рождественского дерева, когда внезапно воздух в комнате застыл и стал мертвецки тяжёлым. Все присутствующие замерли, словно время вокруг них остановилось или на них наложили массовый «Остолбеней».       С тихим хлопком в свете искрящихся голубых брызг в центре столовой появился патронус, смутно напоминающий молодого человека, на плече которого сидел большой ворон со сверкающими адским пламенем глазами-бусинками. Само по себе подобное явление с легкостью сбило бы с толку любого мага, поскольку такого рода телесные патронусы были чрезвычайно редки и давно считались мифом, не говоря уже о вороне, гордо восседающем на плече неизвестного всем парня. А когда патронус, по-хозяйски обойдя зал, встал лицом к лицу с Дамблдором и начал напевать заклинание томным женским голосом с хрипотцой, все присутствующие, если бы могли, зачарованно задержали бы дыхание. Слова заклятия были полны тьмы и боли, но также силы и света:

Глаза горят у темноты

Голодные демоны ждут кайдан

Здесь выход один

Ты — жертва богам.

      Все присутствующие чувствовали, как магия пронизывает их до костей. Постепенно голос патронуса набирал силу и глубину, а сам он начал менять форму.

Страх сжигает боль и слабость Город открывает в людях зверей Гниль и кровь в венах смешалась по закону «умри или убей» В пасти смерти в центре зала В предвкушении ужаса огней Прожитых дней станет мало…

      На втором куплете патронус, к шоку всех присутствующих, принял форму хрупкой, но крепкой женской фигуры в платье, выглядывающем из-под длинной в пол мантии, и собранными в прическу, скрытыми капюшоном волосами. На её руке, выглядывающей из-под длинного рукава, блестел фамильный перстень, который в этом зале с первого взгляда способны были узнать только два человека: последний непризнанный наследник рода и, естественно, Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор. Ворон, сорвавшись со своего импровизированного насеста, в два взмаха крыльев приземлился и впился когтями в больную руку Альбуса, так что старик не смог скрыть пронзившей его боли.       Принц. Эта девушка была из Принцев, а ворон оказался вовсе не патронусом, а вполне себе материальным семейным фамильяром древнего могучего темного рода. Альбус не мог вспомнить ее настоящего имени, честно говоря, он его особо и не запоминал, но это точно была Грейнджер, которая явно в каких-то своих интересах скрыла свою личность. Умная девочка, хитрая девочка, сумевшая втереться в доверие к Октавиусу Принцу, десятилетиями не желающему даже слышать о своем внуке. Девочка, с которой можно было попробовать договориться, если предложить ей взамен что-то веское, что-то нужное, а нужен ей был, очевидно, Снейп, всё это время стоящий растерянной статуей в темном углу за спиной Дамблдора.       — Здравствуй, Альбус, — произнесла она голосом, звенящим от плохо скрываемого гнева. — Твое время пришло. Я вернулась, чтобы забрать свое. Наконец-то.       По столовой прокатилась, подобно смерчу, волна холодной колючей магии. Все присутствующие в столовой пришли в себя и ошалело начали крутить головами и ощупывать себя на предмет травм, и только через минуту, когда смерч, пройдя сквозь стену, исчез, орденцы заметили пропажу своего лидера. Но никто, ни единый человек не смог вспомнить, что, помимо старика, исчез еще Снейп. Никто просто не помнил, что он вообще переступал сегодня порог особняка на Гриммо. До того, как среди толпы началась паника и она ринулась к камину, желая попасть в Хогвартс и во что бы то ни стало спасти Великого (недо)Светлого, в столовую влетел феникс и таким узнаваемым голосом проговорил: «Без паники, мои дорогие. У меня всё под контролем. Произошло небольшое недоразумение, и оно решаемо. Пожалуйста, продолжайте вечеринку. Минерва, не будешь ли ты любезна захватить с собой в школу мои подарки? Надеюсь, Молли была верна своей традиции и связала мне носки», — феникс подмигнул миссис Уизли и растворился в воздухе.

      В это же время в личных покоях Снейпа…