Суп, усталость и пижама. Бонусная часть

Веки, весящие точно больше тонны, еле поднимаются, слишком неохотно повинуясь мироходцу после долгого сна. Темнота пещеры встречает его неприветливым холодом, отчего-то не жгущим лицо, как раньше: так тепло, даже жарко по утрам не бывало даже в обычных мирах, когда ему доводилось спать в пещерах.. По крайней мере, их тех, что он помнит. Чуть повернув голову, Лололошка старается вдохнуть глубже, но ощущает лишь тяжесть на груди и животе. Скосив глаза вниз и повернув голову вправо, воин сразу фыркает, чтобы не чихнуть: в нос попали чужие волосы. Чужие?! Чуть не подавившись воздухом, мироходец застывает памятником самому себе: что-то, а точнее кто-то, придавил его всем своим недюжинным весом, и теперь, даже не собираясь раскаиваться, мирно спит. Джон, будто издевательски, обнимает его крепче одной рукой, выдыхает в шею; будто ничего не случилось, будто он не стоял как ебучий маньяк над его кроватью ночью и не лëг потом к нему спать. Тëмная комната пещеры, в первые мгновения пробуждения показавшаяся вполне тëплой, снова погружается в холод, молчаливо намекая на причину, по которой герой так обманулся. Причина самозабвенно сопит ему куда-то в ключицу, кажется, тоже обманываясь теплом кровати и чужого тела. Вновь постаравшись глубоко вдохнуть, мироходец в прострации наблюдает за тем, как голова альтер-эго вздымается вместе с грудной клеткой, наконец насытившейся кислородом. Воздух пещеры влажный, от этого даже чуть спëртый; он кусает нос своей холодной натурой, но проснуться помогает не это, а ворох оживших от удивления мыслей. Лололошка старается почувствовать руку, задавленную спящей тушей учëного, но ощущает лишь плечо и дыхание Джона. Затекла.. Напоминает то время, когда конечность была подрана тиграми Ронаса, а потом долго восстанавливалась, словно он и не мироходец. Отогнав неприятные воспоминания и ненужную сейчас тоску по Мисру, воин опускает голову, пытаясь лучше разглядеть лежащего на нëм мироходца. В голову закрадываются соблазнительные мысли о том, что он мог бы встать, не обращая внимания на Джона, да пойти по своим делам.. Тоскливо подняв очи к небу, а точнее, к потолку пещеры, Ло пытается вытянуть из чужих объятий ту руку, что была просто обнята, а не задавлена. Запястье неловко касается чужой оголëнной кожи в манëвре: кое-как выворачиваясь из объятий, конечность наконец оказывается свободна, но с остатком теплоты, на глазах ускользающим с кожи. Футболка, одолженная Джону, кажется, задралась под одеялом, когда учëный ворочался. Некстати вспоминается, что он, в отличии от гения, вообще.. Гол как сокол. Еле нахмурившись от неловких мыслей, Лололошка облегчëнно протирает лицо ладонью. Теперь он хотя бы на малую часть свободен.. Тихий звон капельника за холодным камнем еле доходит до воина, впавшего в еле ощутимое, спокойное состояние помутнения, которое кажется весьма уютным. Там, за стенами пещеры, давно уже собрались новые монстры, которых надо бы перерезать. Потом по плану пойти наведаться к гномам, заскочить в человеческий город и отправиться в шахту. Дела-дела.. Лололошка ловит себя на мысли, что думать обо всëм этом и Джоне конкретно сейчас совсем не хочется: этот придурок успел надоесть ему ещë во время второй их встречи, а сейчас — подавно. Мысли еле ворочаются, словно мироходец даже не ложился, и воин ради интереса пытается прикинуть, сколько он спал: такое чувство, будто он должен был продолжить спать и дальше, а не думать сейчас о жизни и дышать через раз из-за несносного альтер-эго. Машинально зарывшись пальцами в собственную чëлку, герой прикрывает глаза, кажется, даже понимая, что может поспать ещë немного.. Ребро упавшей с лица ладони врезается точно в чужую макушку, и тихое дыхание в шею прерывается глубоким вздохом, точно отрезвившим героя: вмиг проснувшись, мироходец застывает, слушая, как Джон, еле хмурясь во сне, устраивается удобнее. Вяло шевельнув головой, он залезает на воина и подтягивает ноги чуть ближе, касаясь носом чужой шеи. Потëршись щекой о ключицу несчастного мироходца, гений чуть менее недовольно выдыхает, после чего затихает и продолжает спать. Зажмурившись, Лололошка пытается отвернуть голову от чужого дыхания, но быстро понимает, что это бесполезно: Джон почти лежит на нëм. От него не скрыться. Мысли о том, что альтер-эго можно просто спихнуть, встать и пойти уже умыться, постепенно воскресают в сознании.. Однако герой, решив дать им обоим последний шанс ещë немного вздремнуть, принимает судьбу, пытаясь расслабиться. Критично оглядывая еле видного в темноте двойника, он думает о том, куда бы опустить руку, чтобы не уронить еë на спящую красавицу снова. Еле улыбнувшись от пакостной мысли припоминать это гению потом, воин пытается положить руку на край кровати, но быстро понимает, что это провальная идея. И как они вообще поменялись местами?.. Он, кажется, отодвигался от научного маньяка к стенке, а теперь сам же не может уместиться на краю кровати полностью! Из мыслей, как обычно, его выдирает Джон: скривившись во сне, учëный двигает голову ближе к чужой шее, упираясь в чуть загорелую кожу и лбом, и переносицей. Скорбно состроив брови домиком, Лололошка косит взглядом в сторону гения, видя только его оголëнное плечо и сползшее одеяло. Ощущая в голове сплошную пустоту, мироходец натягивает одеяло обратно, закрывая неприкрытую, голую без футболки кожу. Успоившись, Джон лишь приподнимает плечи, будто стараясь привыкнуть к тëплому покрывалу. Герой, закрыв глаза, вздыхает на судьбу. Руку надо куда-то деть.. Жаль, учëный перелëг, а ведь можно было вручить ему конечность обратно и спать дальше! Пусть приносит пользу, раз использует его в качестве грелки. Дëрнув уголком губ, мироходец некоторое время молча слушает тишину пещеры. Дыхание альтер-эго отвлекает от мелодии падающих капель воды через стенку, отвлекает от собственного сердцебиения, копошения откуда-то со стороны потолка.. Да что ж это такое! Недовольно нахмурившись, Лололошка подавляет зевок и осторожно устраивает предплечие под задранной рукой учëного. Дальше край кровати кончается, потому что он сам, похоже, лежит немного криво. Попытавшись положить остальную часть конечности на себя, воин чувствует лишь.. Бок Джона, ну очень удобно устроившегося на нëм и до сих пор не испытывающего никакой неловкости. — Клин клином, принцесса. — Для пущей драматичности прошептав свою реплику надрывным тоном, Лололошка закидывает проблемную руку на двойника, вздыхая и закрывая глаза.