Часть 9

Песня этой части: Vance Joy — «We're Going Home»

      — Я съела целый пакет крекеров, не используя руки. Ленивый вторник – просто потрясающее время! – разглагольствовала Мейбл, лёжа в позе “звёздочки” на полу. Из кухни вышла Алисия, подошла с салфетками к девочке, присела на корточки рядом и принялась вытирать ей рот и подбородок – они все были в крошках и масле. Мейбл попыталась запротестовать против такого беспредела, но её возмущения “съела” салфетка и вместо чего-то осмысленного изо рта вылетело лишь “мнхмх!” Старушка усмехнулась и отвесила девчонке лёгкий щелбан по лбу. Грязнуле пришлось угомониться и молча терпеть.       Диппер, едва завидев Родригес, отложил в сторону второй дневник, который он читал до этого, сидя на полу. Было видно, что пареньку хочется что-то сказать, но он совсем не знает как подступиться. Алисия выкинула грязные салфетки в мусорное ведро и сама подошла к ребёнку.       Она села рядом (тоже на пол) в позу по-турецки, протянула руки, обхватила ими Диппера и прижала к себе. Его брови удивлённо поползли вверх, однако отодвигаться он не торопился.       — Тётя Алисия, ты чего это вдруг…?       — Малыш, я должна была извиниться ещё вчера, да как-то возможности не подвернулось. Прости нас со Стэном пожалуйста? Надо было сразу тебе всё рассказать, ты бы точно поверил и тогда… – говорила женщина, поглаживая подростка по спине. Не совсем понимая, что происходит, Мейбл воскликнула “Ура, обнимашки!” и тоже подлетела где-то сбоку. Хохотнув, Алисия загребла девочку в свои объятия тоже: — Мы перед вами обоими виноваты. Обещаю, что впредь мы не будем скрывать вообще ничего. Но в ответ ждём того же самого. Договорились?       Мейбл, явно прослушав большую часть диалога, просто кивнула в манере “да-да, как скажешь” и сжала Диппера и учёную в обнимашках ещё сильнее. А вот её брат явно заметно подрасслабился сам, хоть и также крепко, как сестра, обниматься не торопился. Его объятия были очень неловкими, но оттого не менее искренними или любящими. Уж очень они были похожи на…       — Звучит, как хорошая идея. Договорились! – прервал эту мысль своим голосом Диппер. Наконец все трое отпустили друг друга и Мейбл снова разлеглась на полу. А её брат продолжил говорить: — Тем более, учитывая, что у меня есть примерно миллиард вопросов на тему твоих взаимоотношений с дедушкой Фордом…       Понятное дело, что подросток с наивностью, свойственной его возрасту, бросил эту фразу, явно не имея ввиду ничего “такого”. Только от этого понимания менее неудобно Алисии не становилось. Всё равно невольно бросило в краску – щёки заалели, а уши слегка порозовели. Ну и как честно объяснить двенадцатилетнему подростку какие между ней и Фордом теперь были взаимоотношения? Она и сама-то не до конца понимала…       Благо, рядом сидящий на стуле Стэн, который до этого тактично делал вид, что увлечён чтением газеты (конечно же, он видел трогательную сцену с обнимашками – просто не очень-то хотел её прерывать), теперь решил прийти на выручку.       — Хватит на какое-то время разговоров о Форде, прошлом и всякой паранормальщине! – сказал он и треснул двоюродного племянника по голове свёрнутой газетой. Тот лишь недовольно нахмурился в ответ. — Иногда нужно так провести день, чтобы не случилось ничего интересног–...       Громкий удар об обратную стенку автомата с джанк-фудом не дал Стэнли закончить фразу. Потайная дверь резко открылась и со всей силы ударилась о стену. Рядом с ней стоял Форд: на его ладонях были какие-то специальные для работы перчатки (они ещё и светились!), а его предплечье обвивало… Какое-то странное зелёное одноглазое существо, похожее на осьминога?!       — Всем пригнуться, он не должен отведать плоти! – скомандовал Стэнфорд и ударил чудище. Послышался звук, который был характерен для соприкосновения электричества с плотью. Действуя скорее рефлекторно, чем тщательно всё обдумав, Алисия встала впереди двойняшек, тем самым ограждая их от потенциальной опасности.       Диппер вскрикнул, а Мейбл восторженно пролепетала:       — А можно его оставить?       — Убей его! – заорал Стэнли, у которого методы защиты детей были куда более странными – он принялся бить уползающее от Форда существо всё той же газетой.       Приглядевшись, Алисия поняла, что видела рисунок этого монстра во втором дневнике – он являлся смесью Циклопа и осьминога, точно!        Этот “Циклоптопус” допустил фатальную ошибку – забрался в угол комнаты. Теперь ему стало некуда бежать. Форд наклонился над чудовищем, зарядил перчатку и…        — Попался!       ... схватил существо! После этого животное задёргалось в истерических конвульсиях, а в комнате начало пахнуть гнилой, поджаренной плотью. Алисия невольно поёжилась и прикрыла рукой глаза Мейбл – та как-то особенно взволнованно наблюдала за происходящим. Диппер тем временем выглядел так, будто бесплатно попал на съёмки любимого шоу, а Стэнли – будто сейчас врежет по челюсти ведущему. Форд же, не замечая всего этого, триумфально нёс тело существа в правой руке.       — Супер. – саркастично прокомментировал эту “победу” Стэн, — А теперь убери это отсюда! Воняет, как будто кого-то вырвало.       — Дедушка Форд! Может, тебе помочь? – подбежал к своему двоюродному дяде Диппер. – Я прочитал об этих штуках в твоём дневнике и кажется я знаю как…       Судя по лицу Стэнфорда, тот даже не собирался до конца слушать, что ему скажет племянник, и уже мысленно ему отказал. Само собой, Алисии было жалко парня – он явно тянулся к дяде и искренне восхищался им. И вот неужели Форда это ни капли не трогало? Как она могла когда-то любить такую бездушную сволочь?...       — Нет. – ожидаемо отрезал старик, — Этот тёмный и странный путь только мой и тебе, сынок, со мной нельзя.       Родригес физически почувствовала вену, что взбухла у неё на лбу. Она грозными шагами пересекла комнату, положила руку на плечо Форду и со всей силы, что у неё была, сжала её.       — Стэнфорд Пайнс. На пару слов. – прорычала она полу-шёпотом.       “Пойманный” сначала лишь вздохнул и закатил глаза, явно намереваясь как-нибудь съязвить или отказаться. Но потом эти же глаза пересеклись с яростным взглядом учёной, который, казалось, ещё секунда и жарить похлеще электрических перчаток начнёт. Он пробубнил что-то в духе “внизу поговорим”, и всё равно скрылся в подвале.       — Cabrón!* Сейчас ему эта беспозвоночная скотина наименьшей проблемой покажется! – не унималась Алисия и направилась в сторону лестницы. Стэн при виде разбушевавшейся бывшей “коллеги по работе” захохотал в голос и толкнул в бок Диппера:       — Как плохо, что мы с братом атеисты. Божья помощь ему понадобится, а-ха-ха!       Мейбл также посмеялась, но… Более заговорщески, что-ли? Будто знала что-то, чего не знали все остальные. Дипперу было немного не до всего происходящего, он был слишком подавлен из-за произошедшего.       Спустившись на самый нижний этаж, где располагался портал и пульт управления, Алисия вдруг поняла, что совершенно не хочет возвращаться в это помещение. Оно видело слишком много слёз, страданий и боли. Эти тридцать лет, которые были проведены за попытками заставить машину вновь работать... Очень хотелось оставить позади и сделать вид, что их и не было вовсе.       Конечно же, это было невозможно. Слишком многое поменялось. Мир, Стэнли, Алисия… Форд, разумеется. Ничего уже не было как раньше и быть не могло, с этим фактом следовало просто смириться. Пока она не наделала ещё больше глупостей в надежде вернуть ту жизнь, которая навсегда осталась в прошлом.       Женщина вздохнула, взяла себя в руки и открыла дверь. В комнате она увидела Форда, он был занят поисками подходящей банки для “Циклоптопуса”. Взглянув на безвольно болтающееся в руке Стэнфорда тело чудовища ещё разок, Алисия невольно скривила лицо:       — И на кой чёрт он тебе сдался? Насколько я помню, никаких полезных свойств у его крови или жидкостей нет…       — Я соскучился по суши. Их приготовление – пожалуй, единственная вещь, в которой человеческий род преуспел перед всеми жителями мультивселенной. – пожал плечами Форд и наконец закрутил крышку, чтобы существо даже при всём желании не сбежало. Родригес решила всё сказанное никак не комментировать – у Форда всегда было специфическое чувство юмора, вот и сейчас невозможно было понять, шутит он и отлынивает от ответа или говорит серьёзно.       Стэнфорд начал снимать перчатки. Алисия просто молча ждала и смотрела на него. Ну, вот они снова и приплыли туда, на чём закончили три десятка лет назад – неловкое молчание, переглядки, недосказанность, витающая в воздухе. Только Родригес была слишком стара для всего этого. Прости, Господи, ей шестьдесят лет, не шестнадцать! Поэтому, разочарованно зарычав, она переборола собственную гордость и начала первая:       — Ладно, хорошо! Во-первых, насчёт вчерашнего… – а вот тут Форд заметно напрягся. Больше делать вид, что всё идёт по плану, у него никак не получалось. Он так разволновался, что даже ящик, в который хотел убрать электрические перчатки, не смог открыть с первого раза. Решив не мучать беднягу драматичными паузами, учёная продолжила: — … Я не обижаюсь на тебя. Мы все были на нервах, ты особенно – неизвестно как перемещения по измерениям повлияли на твой организм. Ты думал, что дети в опасности. Я могу понять почему ты сделал, то, что сделал и–...       — Прости меня. – на выдохе произнёс Стэнфорд, тем самым прервав монолог Алисии, повернулся к ней лицом и посмотрел в глаза. Впервые за сегодняшнее утро. Наверное, это был хороший знак.       — Не перебивай, пожалуйста. – подняла руку в жесте “подожди” и села на стул на колёсиках. Форд остался стоять у панели с кнопками, опираясь спиной о стену. — Я понимаю причину твоего поведения, но уж точно никто не может дать тебе право вести себя таким образом каждый раз, когда ты подозреваешь кого-то в связи с Биллом. Особенно без весомых доказательств. Времена, когда ты жил отшельником и мог экспериментировать над живыми существами двадцать четыре на семь закончились. Ты, как и я, и Стэнли, теперь ответственны за воспитание детей. А это означает в том числе никаких, мать его, барбекю из “Циклоптопуса” в восемь утра на глазах у Диппера с Мейбл! Какой нормальный взрослый человек бьёт током живое существо (пускай даже и опасное) перед подростками?! Тут я полностью согласна со Стэнли – детей в свои исследования больше не втягивай. Даже в качестве свидетелей.       Глаза Стэнфорда стали круглыми, как монетки в двадцать пять центов. Он всплеснул руками и возмущённо спросил:       — Ты всё подслушивала?!       — Не подслушивала, просто вы так орали, что вас даже Диппер с Мейбл услышали! – рявкнула Алисия. Мужчина тут же стушевался и его кончики ушей порозовели – кажется, ему было стыдно за то, что теперь весь дом был в курсе его с братом перепалки. — Собрались поругаться? Валите на улицу! Задумаешь снова беспредельничать в поисках приспешников Билла? Опять же, детей не трогай ни при каких обстоятельствах! Узнаю, что ты двойняшек каким-либо образом в поиски Билла втянул – я этот летающий доритос в шляпе голыми руками в трубку сверну, лишь бы вы оба от Диппера с Мейбл отстали.       Тут уже Форд не выдержал и засмеялся в голос. Впервые за всё время с воссоединения. Родригес тоже начала улыбаться против воли. Пока всё шло нормально. Но теперь они перешли к тому пункту, ради которого женщина вообще и инициировала этот разговор:       — Раз уж заговорили про Диппера… Почему ты так упорно его отвергаешь? – Алисия встала со стула, подошла к мужчине и встала рядом, скрестив руки на груди. Он же вздохнул, потупил взгляд в пол и засунул руки в карманы. Видимо, ответ на этот вопрос у него был, но он являлся не самым приятным. А учёная всё продолжала давить на жалость: — Ты этого не знаешь, но паренёк по твоим книжкам буквально с ума сходит всё лето. Строит теории, ищет ключи к шифрам. Дай ему хотя бы шанс проявить себя, а?        — Послушай. Ты сама сказала, детей не трогать и не впутывать ни во что опасное. Так вот, то, над чем я сейчас работаю – самый опасный проект из всех возможных. Дипперу, Мейбл, Стэнли и… – немного замявшись, Форд посмотрел прямо в глаза Алисии. От такого тяжёлого взгляда стало не по себе. — … и тебе будет лучше, если вы все будете держаться от меня на расстоянии. Я и сам не хочу, чтобы вы пострадали.       Сомневаясь, правильно ли она поступает сейчас, учёная положила руку на плечо Стэнфорду. Тот удивлённо посмотрел сначала на её ладонь, а потом и на неё саму. Алисия лишь усмехнулась и пояснила:       — Знаешь, я ведь имела ввиду всё, что сказала вчера. Мы ждали твоего возвращения назад. – на этой фразе женщина сделала особенный акцент. Её собеседник, услышав подобное признание, кажется вообще забыл как дышать. – Так что… Так что не отбирай у нас возможности быть рядом. Если вдруг что, мы все будем рады помочь. Ты не должен проходить этот путь один.       Стэнфорд в благодарной манере накрыл руку Алисии, которая всё ещё лежала у него на плече, своей и медленно кивнул головой. Обычно это означало “я тебя услышал, но дай мне время переварить всё это”. Что ж, кажется, нужно было снова менять тему:       — Нет, ну серьёзно, дай Дипперу показать свои находки. У пацана мозг и любопытство достойные твоего протеже, я тебе точно говорю!        Может быть, у старушки и получилось бы прогнуть свою линию, если бы ровно на этой фразе в комнату кубарем с крыши не завалился сам предмет обсуждения.