24 глава. На распутье

После сражения Символа Победы с Ному в Кюсю прошло несколько дней, которые по ощущениям тянулись непозволительно медленно. Той же ночью Акияму вызвала Комиссия для долгих расспросов о произошедшем: её мнение, замечания по поводу странностей искусственно созданного злодея, обсуждалось появление Даби. К концу изматывающих бесед крылатая уже чувствовала себя уставшей, но вместо возвращения домой пришлось остаться для помощи одному из отделов в обработке информации, полученной из разных источников. Лига Злодеев своим примером вдохновила не только остальные преступные группировки на более активные действия, но и безумных людей в области науки. Слухи о подпольных попытках повторения успеха Ному гуляли не только между про-героями и полицией, но и мельком встречались где-то в отдаленных закоулках интернета. Так, эти последние дни Фаруюки была занята выполнением задач от Госпожи Ивамото, а не учебой, за что получала от друзей и преподавателей. "Если эти слухи подтвердятся..." — Фаруюки прикрыла глаза, попутно нервным движением убирая волосы, растрепанные от прохладного ветра, назад. Декабрь уже начался, поэтому вечерняя темнота стала наступать быстрее, закутывая улицы в малоприятный холод. Но, игнорируя дискомфорт, девушка продолжала стоять на балконе и сильнее укутываться в теплую кофту. — "И кого я обманываю? Всё говорит о том, что месторасположение одной из подпольных лабораторий скоро станет известно. Неизвестный информатор в отчетах под обозначением "H" тоже говорит об этом." — Сука...— после ругательства в воздухе начал свой короткий танец легкий пар, который практически тут же растворился в темноте. Крылатая же продолжала упрямо ежиться от холода. Акияму не переставало покидать ощущение, что только подобные моменты ей теперь было дозволено контролировать "от" и "до". Именно она выбирала выходить на балкон или нет, надевать кофту или нет, сколько находиться на свежем воздухе по времени и о чем размышлять, глядя на небо. "А этот шакал горелый всё молчит и молчит...Изводит? Вполне возможно." — Фаруюки проверила телефон на наличие новых уведомлений, борясь с желанием выкинуть резким броском гаджет с балкона. Возможно, это бы и случилось, если бы не раздался неожиданный треск стекла за которым последовал характерный звон. Поддаваясь отточенным навыкам, тело двинулось мгновенно в сторону той части общежития, где располагались балконы комнат парней. Прошло пару секунд, прежде чем крылатая оказалась на балконе Мидории с заостренным пером в руках. Но следов вторжения не наблюдалось, только часть окна была разбита, а комната внутри подверглась внеплановой перепланировке в виде опрокинутого стула вместе с мерчем со Всемогущим с полок. — Мидория-кун! — названный, до этого находившийся на кровати и смотрящий на свою руку, будто наконец очнулся и поспешил к двери балкона. Редкие всполохи изумрудных искр продолжали кружить вокруг него. — Аки-чан...? — крылатую впустили в комнату, и она тут же начала кружить вокруг друга в поисках ранений. — Я...я... — Кошмар? — Изуку неопределенно пожал плечами. — Значит, что-то иное, связанное с причудой. Тебе точно стоит поговорить со Всемогущим сегодня на перерыве. Парнишка уже хотел ответить согласием, но тут в комнату зашел Аояма. Бледность выдавала его переживания, как и легкая дрожь в голосе. Он мельком переглянулся взглядом с Акиямой, после еле заметно мотнул головой, давая понять, что никак не связан с происходящим и болтать об этом кому-не-надо не станет. — Что произошло? — блондин прошел в комнату, не забыв закрыть дверь. — Ты в порядке, Мидория? — Да, п-просто причуда взбунтовалась во время сна. Простите, что разбудил. — Главное, что ты не поранился. — одновременно произнесли Фаруюки и Юга, и следом продолжил последний. — Как поступим? — Во-первых, уберемся. Во-вторых, о разбитом окне придется сообщить...Иида будет счастлив. — Не тебе же одной окна разбивать. — постепенно расслабляясь, Изуку вспомнил историю с разбитым окном учительской Юэй во время нападения на U.S.J. и ещё пару историй от старшей Акиямы. — Так, остряк, иди лучше тихонько возьми мусорный пакет и веник с совком из комнаты для инвентаря. Убираться вместе будем. — Ребят, я сам справлюсь...— Мидории стало до невозможности неловко, что друзья останутся помогать с уборкой созданного им же беспорядка, но они лишь махнули рукой (пусть Аояма сделал это не особо охотно) и принялись за дело. Уборка не заняла много времени, учитывая что работа продвигалась в три пары рук. После короткого разговора и пожелания спокойных снов троица разошлась по комнатам: Юга отправился спать, Изуку пообещал попытаться заснуть, а Фаруюки ненадолго заскочила к себе за рюкзаком, заодно надев под объемную кофту утепленную водолазку, и отправилась к другому балкону. Крылатая постучалась легонько, так, чтобы в случае если человек спит - его не разбудило, а если нет, то её услышат и впустят. И пусть она не подозревала об этом, но хозяин комнаты от неожиданного стука подскочил на постели, успев уронить себе на лицо телефон и запутаться в пледе по пути к балкону. Вначале открылись седзи, следом уже дверь, ведущая на свежий воздух. — Фаруюки? — Тодороки удивленно оглядел по-простому, но тепло одетую девушку, которая подозрительно хитро улыбалась. — Во-первых, у меня появился конкурент в плане разбивания окон, но это потом. Во-вторых, переоденься во что-нибудь теплое. — тихо протараторила Акияма и проследила за изменением эмоций в разноцветных глазах, после поспешив выставить ладонь. — Никаких вопросов, иначе будет неинтересно. — Я не понимаю... — Никаких вопросов, Шото. — чтобы убедить парня окончательно Фаруюки бегло поцеловала его в щечку. — Я жду. Тодороки продолжал казаться растерянным, но переоделся быстро и через некоторое время в готовности стоял перед довольной крылатой. В неожиданный момент она его подхватила и спустила вниз только среди деревьев, проигнорировав удивленный вздох. Иногда парень забывал, что Фаруюки была достаточно сильной, чтобы вот так, казалось бы с легкостью, перетаскивать людей. Вот только вопросов у него становилось только больше. — Мы нарушаем правила академии, Фаруюки. — с еле заметной ноткой недовольства напомнил Шото, на что девушка впереди, ведущая его странными и окольными путями за руку, в тайне от него закатила глаза. — Если об этом узнает Айзава-сэнсей...или Иида. — Как же дух бунтарства? — ненадолго обернулась "проводник". — Шото, о нашей маленькой шалости узнают только если нас засекут роботы. "А мне хочется верить, что раз они не обращают внимание на меня, то и на него в моей компании не станут." — на всякий случай Акияма вела их обходными путями подальше от маршрутов роботов, который ей был знаком. Тодороки же тяжело вздохнул, но более ничего не говорил. За весь день они виделись с Акиямой только на уроках, после них он отправился в сопровождении Сотриголовы к себе домой навестить семью и отца. В далеко не самом уютном кругу он находился до вечера, следовательно в общежитие вернулся поздновато и перехватить девушку не успел: Токоями предупредил, что та отправилась спать пораньше. Поэтому перспектива провести время вместе казалась заманчивой, пусть и нарушение правил восторга не вызывало. — Мы почти пришли. — Фаруюки ловко вильнула между близко посаженными деревьями, и Шото вслед за ней, чуть не запнувшись о корень, который не увидел из-за сумрака вокруг. — Не ушибся? — Нет. Но я всё еще не понимаю что ты задумала. — вместо ответа Акияма провела его к краю склона. Большая часть территории Академии Юэй находилась на возвышенности, поэтому с подобных склонов открывался величественный и в то же время волшебный вид на округу. Деревья успели потерять изумрудную красоту листвы к началу декабря, но менее завороженно от этого выглядеть не перестали - просто теперь напоминали витиеватые узоры природы, за которыми Юэй будто пытался что-то скрыть. Свет же от фонарей походил на любопытных светлячков, ожидавших рассвета, чтобы скрыться от чужих глаз и уйти на покой. — Напоминает проклятый лес из какой-нибудь фэнтези-игры. Каминари с Токоями недавно показывали мне одну из таких. — делился впечатлениями Тодороки, и от любования видом его отвлекла суета со стороны собеседницы. — Я как-то разминала крылья неподалеку и с высоты приметила это место. Решила, что здесь будет шикарный вид на рассвет, и всё ждала подходящего момента, когда стоит тебя позвать. — Акияма расстелила заранее подготовленное покрывало и похлопала на место рядом с собой. — Но почему сегодня? — парень всё пытался поймать взор крылатой, но та снова отвлеклась на содержимое рюкзака и достала два бенто, одно из которых протянула. — Здесь соба, она как раз должна была успеть остыть. — контейнер взяли с ещё большим удивлением, как и протянутое клубничное молоко в коробочке. — Сегодня, потому что я знаю твою черту страдать бессонницей после подобных встреч в кругу семьи. Предположила, что подобная встреча поможет расслабиться. К слову, на всякий случай я одолжила у Яойорозу термос для горячего чая. — Но когда ты успела приготовить собу? — Шото разломал одноразовые палочки и подхватил ими лапшу, мысленно раздумывая над тем...не могло ли ему происходящее сниться? — Ну...ужин я благополучно пропустила, так как уснула у себя в комнате после занятий. Вот и пошла тихонько готовить посреди ночи, когда на первом этаже никого не было. Вкусно получилось? — Очень. — непроизвольно на губах Тодороки заиграла довольная улыбка, чему крылатая не могла не умиляться. — Не вздумай фоткать. — Эх...а так хотелось. Пара некоторое время наслаждалась лапшой, моментами отвлекаясь на незамысловатые разговоры и тогда Фаруюки рассказала про ситуацию с окном в комнате Изуку, но без лишних подробностей. Шото стал беспокоиться о друге, и его внимание пришлось быстро переключать на другие темы. Так спустя примерно минут двадцать, смакуя горячий чай, Акияма наконец расслабилась и полностью отдалась моменту в ожидании той самой розоватой полосы, за которой последовало бы солнце. — Шото, как...как всё же прошло "семейное застолье"? — неуверенно спросила девушка, укладывая голову на его левое плечо, от которого веяло теплом. — Продлилось недолго. Нацуо практически сразу ушел после возвращения старика, перед этим устроив с ним перепалку. — младший Тодороки устало вздохнул, прислонившись щекой к макушке Акиямы и попутно опуская ладонь на её талию для поддержания тепла. — Я понимаю его злость, но мне жаль и Фуюми...Она искренне пытается наладить отношения в нашей семье, и поэтому так легко приняла попытки старика искупить содеянное. Тем временем небо постепенно окрашивалось в розовые и персиковые оттенки, и темнота поддалась яркости утренних лучей, уступив главенство солнцу. Теперь проклятый лес стал выглядеть совсем иначе, будто никакая нечисть и не скрывалась в тенях в ожидания прибытия отважных путешественников. Наступал новый день и никто не знал, что преподнесет судьба в этот раз. — А ты сам готов дать ему шанс? — Фаруюки легонько, ненавязчиво потянула Шото на себя, намекая тому устроить свою голову на её коленях, и тот, поборов смущение, поддался. Напоминая кота, он неосознанно размяк от прикосновений девушки к волосам. — Не знаю...Тот Символ Победы во время боя с Ному был впечатляющим. — слушая ответ, Акияма игралась с двухцветными прядками, перебирая их и пропуская сквозь пальцы, пока они вдвоем любовались рассветом. — Но был ли это мой отец? Я не понимаю что делать с этим противоречием. — Обязательно ли разграничивать? — Что ты имеешь в виду? — Шото немного сменил положение головы и теперь вопросительно смотрел на Фаруюки, которая, не обратив на это особое внимание, продолжила смотреть на восходящее солнце. Желтые глаза по-особенному отражали в себе сияние солнечных лучей, превращаясь в завораживающий янтарь. Черты же лица приобрели остроту из-за контрастно падающих теней и выражения задумчивости. И в который раз Шото чувствовал, что готов был пропасть в этой девушке, чьи крылья непроизвольно касались его в районе бедра. — У Старателя есть грани как Энджи Тодороки, так и Символа Победы. Ни одна из этих сторон неидеальна, в какой-то степени ужасна, но... — Фаруюки опустила взгляд, который теперь не отражал теплоту солнца так ярко. — Пойми правильно, я не говорю о прощении или оправдании, но почему бы не начать с диалогов? Небольших, даже с банальных "привет-пока". Хотя перед этим можно разок и плюнуть в него. — Это тяжело. — Отношения с родными никогда не бывают простыми. — Фаруюки бегло коснулась неровности чужой кожи у шрама, и Шото прикрыл глаза, решившись тоже отдаться уюту прохладного утра. — Ты ведь тоже недавно общалась с родителями. Пусть и мельком, но я случайно успел увидеть в экране позвонивший тебе во время урока контакт. — Из-за шума вокруг Старателя поднялась тема его наставничества молодого поколения героев, и соответственно моя стажировка успела промелькнуть то тут, то там. Так мои родители узнали о том инциденте. Вот мама и заладила в очередной раз тему моего ухода из академии. Папа тоже долго возмущался, но скорее из-за нашей с Онэчан скрытности. — ощутив нервозность крылатой, Шото аккуратно перехватил её руку и переплел их пальцы в качестве молчаливой поддержки. — В последнее время так много навалилось, если ещё и мама снова начнет скандалы - я точно чокнусь. Фаруюки говорила скорее в шутку, пытаясь отмахнуться от серьезности ситуации, но Шото чувствовал двойное, а может и тройное дно в сказанном. — Мы справимся. — Да...справимся. Тодороки потом долго раздумывал над промелькнувшей дрожью в ответе: было ли это от неуверенности или просто холода? Учебный день в 1А начался с новости о разбитом окне в комнате Изуку Мидории. Крылатый заместитель старосты пыталась преподнести информацию мягко, но от причитаний Ииды за завтраком насчет вреда имуществу академии это никого не спасло. После к его возмущениям прибавился тяжелый вздох Сотриголовы на первом занятии, который выразил ученикам всю его усталость от их выкрутасах. В глазах так и читалось: "Когда хоть одна неделя пройдет без проблем от вас?". Акияме оставалось только мысленно надеяться, что директор Незу выплачивает их классному руководителю щедрую премию. Следом, перед большим перерывом, состоялся урок Полночи, решившей разнообразить теорию внезапной практикой. Вместо привычного кабинета 1А привели в арт-класс, о существовании которого многие из них даже не подозревали. — Во второй половине дня у вас состоится масштабная тренировка, так что вам стоит расслабиться. Садитесь за мольберты напротив друг друга как я скажу и попробуйте нарисовать портреты! — с энтузиазмом провозгласила героиня под недоумевающие переглядки остальных во время перечисления пар. — Вы должны не просто нарисовать черты лица, а передать своё видение одноклассника напротив. Вперед за дело! — Если ты нарисуешь меня в виде курицы, бешеный шпиц...— угрожающе прошипела Фаруюки, выглядывая из планшета, к которому был прикреплен лист бумаги. — Тебя тоже касается, крылатая. Никаких бомб или шпицев. — карандаш в руках Кацуки был готов вот-вот треснуть от напряженной хватки. — Ну и парочки составила, Полночь-сэнсей. — покачала головой Тсую, после возвращая внимание к сидящему напротив Фумикаге. — Не знаю, что случиться раньше: Бакуго что-то подорвет из-за постоянных колкостей Аки-чан по поводу его кривого лица или Ашидо ударит Минету мольбертом. — в предвкушении рассуждал Серо, покачиваясь на стуле, пока Тодороки со всей ответственностью пытался его запечатлеть на бумаге, ориентируясь на стиль традиционной японской живописи. — Хоть бы кабинет остался цел...— вздохнул Тенья, а Юга тем временем всё пытался подобрать наиболее удачную позу. Ближайший час прошел определенно весело и при этом удачно, ведь все остались живы и инвентарь арт-класса особо не пострадал. Заодно Полночь впервые за последнее время насмеялась от души, рассматривая изобразительные шедевры будущих героев и обещая повесить некоторые из них в учительской на память. Но Мидория с чиби-рисунком Киришимы, Яойорозу с портретом Джиро и Тодороки с наброском "За секунду до падения со стула" получили наивысшие баллы и похвалу в виде похлопывания по макушке. А после звонка Акияма сразу помчалась из кабинета, и Бакуго побежал за ней с угрозами за его карикатуру из под пера крылатой. — Не бегайте по коридорам академии! — пытался вразумить одноклассников староста. — Бакуго, не вздумай подрывать потолок, чтобы достать Акияму! — Как думаете...кто в этот раз выйдет победителем? — Каминари тоже выглянул в коридор, как остальной класс. — Баку-бро! — сделал ставку Киришима. — Аки-чан! — запротестовала Ашидо. — Сотриголова. — сразу после слов Урараки на горизонте появился классный руководитель, смотавший верными лентами двух бешеных учеников и потащивший их в неизвестном направлении. — С вас троих какая-нибудь вкусняшка за выигравшую ставку. — Справедливо. — одновременно вздохнули Мина, Эйджиро и Денки. — Лучше поспешим в столовую, иначе потом не прорвемся, заодно Фару-чан место займем. — предложил Токоями, выходя из кабинета, и большая часть класса последовала его примеру. После сытного обеда подростки направились в раздевалки для подготовки к тренировке. Многие сменили геройские костюмы на более утепленные варианты из-за похолодания, но Акияма к таким не относилась, ведь Кондо изначально предусмотрел сохранение тепла при низких температурах, поэтому обновками она похвастать не могла. — Аки-чан, ты идешь? — последней в раздевалке осталась названная, которая в нерешительности держала в руке свой основной телефон. Обычно на тренировках она его с собой не брала, чтобы не разбить, но сегодня данное решение вызывало сомнение. "Даби до этого связывался только по моему основному номеру...Вдруг снова напишет или позвонит?" — мысленно проклиная всё мироздание, Фаруюки закинула телефон в сумку на поясе и последовала за одноклассницами к тренировочному полигону Гамма. На этом же полигоне 1А тренировался после практики, и казалось бы...прошло не так много времени, но многим из них тот эпизод учебы теперь ощущался таким далеким. Вспоминая агентство Босатки и тренировку на скорость, Акияма задумчивым взглядом, может даже чуть тоскливым, прошлась по переплетениям труб и имитациям зданий. "Интересно, какая тренировка пройдет в этот раз? Не будут же нас снова на скорость тестировать." — на фоне Бакуго в очередной раз ругался с Мидорией, а крылатая бегло проверила телефон на наличие новых уведомлений. — "Чего он выжидает?" — Кажется там кто-то идет. — Киришима вгляделся вдаль, где с другой стороны полигона шла разношерстная толпа. — О! Я вижу Тецутецу! — Они перепутали расписание? — Яойорозу перевела взгляд на старосту и его заместителя, которая успела уже мысленно поматериться. — Скорее у нас с ними совместная тренировка...А вот и Монома. — Фаруюки демонстративно закатила глаза, когда вместе с 1Б стали приближаться двое преподавателей. — Вынужден вас разочаровать, 1А, в этот раз мы окажемся лучше! — с ехидной ухмылкой Нейто потряс перед соперниками бумажку с диаграммой из двух колонок. — Даже на культурном фестивале в опросе признали, что наша постановка оказалась круче вашего "концерта любителей"! Эйджиро с Кьёкой и Денки поспешили рассмотреть диаграмму повнимательнее, Изуку же вместе с Теньей придерживали взбешенного Кацуки, а Фаруюки скучающе смотрела на ногти и показательно зевала в ожидании момента, когда Нейто подавиться от собственного смеха, но этого не произошло...Поэтому она решила, что заставит блондина подавиться от гнева. — А наш танец с Шото Тодороки в опрос решил не вносить. Интересно почему же? Боялся, что мы обгоним? Хотя...смысл спорить? Опрос из примерно пятидесяти человек - несерьезно. — Акияма намеренно не смотрела на собеседника, и когда тот был уже готов снести её с ног своей возмущенной тирадой - его остановили ленты Сотриголовы, опережая уже готовую вразумить одноклассника Кендо. — Не дня без словесных перепалок, да Акияма? — названная пожала плечами, будто и не при делах вовсе. — Ведите себя достойно, у нас особый гость на сегодняшней тренировке. За спиной преподавателей стоял Хитоши, которого 1А тут же радостно поприветствовал чему второй класс геройского факультета был удивлен. Им казалось, что "гость" после спортивного фестиваля находился с учениками 1А в конфликте, а в действительности же он, оказывается, водит с ними дружбу. Причем, от Нейто не скрылась небольшая деталь: в первую очередь новенький на тренировке поздоровался с крылатой, что давало возможность предположить откуда росли ноги от всех этих хороших взаимоотношений. — Как несложно догадаться: вы сегодня сражаетесь между собой командами четыре на четыре на относительно небольшом участке полигона Гамма. — начал объяснение сути тренировки Кровавый Король. — Основная задача будет заключаться в том, чтобы поймать четырех противников. — Но, учитывая Шинсо, команды ровно не делятся. — решил уточнить несостыковку Джурота Шишида с причудой "зверь" из 1Б. — Я буду дополнительным участником в одной из команд каждого класса. — Разве это...честно? — возмутилась Хагакуре, которую и не заметишь сразу среди всех ярких пятен чужих геройских костюмов. — Шинсо не имеет боевого опыта, в отличие от всех нас, поэтому командам придется под него подстраиваться. Также, мы все знаем стили боя друг друга, трюки и тому подобное, а вот новичок может данную "идиллию" нарушать. Всё вышесказанное делает из него скорее балласт, чем дополнительную помощь. Без обид, Райракку. — Всё нормально, и обиднее вещи мне говорила. — вместо колкости Фаруюки лишь подмигнула, а Шото, стоящий чуть в стороне, задумчиво оглядывал данную "идиллию". "И почему мне так не хочется, чтобы они оказались в одной команде?" — Акияма всё верно объяснила. Если же вопросов больше нет, то можем приступить к распределению. — Сотриголова вместе с Кровавым Королем вытянули вперед ящики с буквами их классов, к которым постепенно стали подходить соответствующие ученики. Большая часть команд составились удачно, как показалось Фаруюки, пусть и о 1Б приходилось судить только по поверхностным знаниям об их причудах. С Хитоши же она никак не пересекалась, так как тот оказался в первой группе с Тсую, Коджи, Денки, Эйджиро и в пятой группе другого класса с Нейто, Юи, Рейко и Ниренгеки. Крылатая решила, что подобное развитие событий неслучайность, и Сотриголова мог вполне незаметно вытащить из ящика шары с четвертым номером, когда распределение дошло до Райракку. Всё же, никто из присутствующих учеников, кроме неё соответственно, не знал о сути его устройства на лице и их совместных тренировках. "М-да...это точно было бы нечестно." — рядом раздалось недовольное фырканье. — Крылатая, ты меня заколебала уже! Не собираюсь я быть с тобой в одной команде! — Ты меня тоже не вдохновляешь, но что поделать? — Серо и Джиро тем временем с видом мучеников наблюдали за перепалкой их сокомандников. Для наблюдения за первыми ушедшими командами ученики с преподавателями отошли на специальную часть полигона, скорее напоминающую сцену. На ней находился большой экран, на котором проецировались видео с камер-роботов, и даже микрофон, чтобы давать комментарии. К сожалению 1А, вместо привычного Сущего Мика комментировать решил классный руководитель 1Б, и как раз за пару минут до начала к занятию присоединились Всемогущий с Полночью. "Ну разумеется, ему же нужно за преемником приглядывать." — непроизвольно Акияма пересеклась взглядом с Бакуго, который кажется подумал о том же, и от этого ситуация становилась только абсурднее. Они вдвоем знали о наследнике Символа Мира, хоть и в разной степени, но при этом никогда не обсуждали данную тему между собой. — Как думаешь...команда нашего класса победит или 1Б? — к Фаруюки подошел Шото с Фумикаге, и она сместила всё внимание на них. — Сложно сказать, ведь в этом бою сочетание причуд 1Б выигрывает наших, но при этом, если судить по редким пересечениям в летнем лагере, то хорошего стратега нет ни в одной из команд. — Всемогущий пусть и стоял в стороне от учеников, но к размышлениям Акиямы прислушался с любопытством. — Но тут занятную переменную играет Шинсо. "Ведь как раз он - хороший стратег." — Я бы поставил на наших, как минимум из-за Каминари с его мощным током. — со словами Токоями многие согласились. Игнорируя предвзятые комментарии Короля Влада, троица в лице Мидории, Акиямы и Яойорозу занимались подробным анализом боя и чужих причуд, а остальные с интересом слушали их рассуждения, местами добавляя что-то от себя. В итоге одержал победу 1А и Шинсо в том числе, но без разбора ошибок разумеется не обошлось, поэтому в перерыве перед следующим соперничеством был проведен разбор полетов. Под его конец, незаметно для других, Фаруюки показала другу палец вверх в качестве поддержки, чему тот был благодарен, пусть и не демонстрировал этого. Перед вторым боем крылатая пожелала отдельной удачи Яойорозу и Токоями, не забыв сказать девушке, что той даже не должно взбрести в голову сравнивать себя со старостой из 1Б. У самой Фаруюки никаких претензий к Кендо не было, но в её глазах подруга выигрывала во всем. К тому же, сочетание причуд и ролей в команде "ашек" были вполне удачными. "Класс Б не так отстает от нас, как мне думалось. Вот только преимущество опыта всё же у нас. Ха, кажется я сейчас совершаю большую ошибку и недооцениваю противника...Мне стоит собраться." — Нервничаешь. — подошедший Шото не спрашивал, а констатировал факт, и спорить было бессмысленно. — Разумеется, меня слишком напрягает та девчонка-гриб и, кажется, Куроиро. Жуткие они какие-то. — Фаруюки прижала к себе крылья. — А ещё на улице сегодня неприятно. Только стоило Тодороки начать нагревать левую сторону, как его девушку внезапно схватили за шкирку и потащили в сторону. Такую вольность из присутствующих позволял себе только Бакуго, причитавший о том, что им стоило подумать над планом, а не " ванильной херней страдать". Спорить было бессмысленно, поэтому крылатая повиновалась, но на экран взгляды украдкой бросала из-за переживаниях о друзьях. И если совсем недавно, в начале занятия, приходилось удерживать возмущенного Бакуго, то теперь те же люди придерживали взбешенную Акияму, когда второй бой подошел к концу. Ученики Б класса делали опасливые шаги назад, пока девушка не сдерживалась в выражениях, а Кацуки в голос смеялся с ситуации. Остальной 1А лишь мысленно желали, чтобы дело не дошло до драки. — Да я той девчонке её же грибы в горло засуну! — Аки-чан, это просто бой...Токоями быстро подлатают в медпункте. — пытался успокоить подругу Мидория. — Плевать мне! — Акияма! — строго произнес староста. — Сотриголова, что не так с твоими детьми? — Кровавый Король повернулся к названному, который тяжело вздохнул и готовился вмешаться. — Никакого уважения к своим соперникам. — Вы вообще молчите там, мистер-предвзятые-комментарии. — сквозь зубы съязвила Акияма, попутно обещала Мидории и Ииде, что успокоилась и никого бить не будет. — Это что за разговоры с преподавателями, Акияма?! Может мне стоит тебя отстранить от тренировки? — на замечание классного руководителя крылатая ученица раздраженно махнула рукой, лишь на пару секунд изобразив виноватый вид, и предупредила друзей, что ненадолго отойдет. — И всегда она такая? — спросил Тецутецу, у которого в летнем лагере об ушедшей девушке сложилось совсем другое впечатление. Всё же она помогла его одноклассникам, пока те были без сознания, во время нападения. — Нет, но в последние дни Аки-чан очень-очень нервная. — задумчиво протянул Оджиро, стоявший возле Тодороки, Тецутецу и Серо. — Будто вот-вот и сорвется. — Ханта как-то задумчиво глянул на парня крылатой. — Не смотри так. Напрягаешь. Вернулась Фаруюки, когда перерыв был закончен и зона для тренировочных боев сменилась. В первую очередь она подошла к Кровавому Королю и извинилась перед ним и его классом за грубость, виновато склонившись, а после пожелала третьей команде удачи. Но внимательно следить за ходом боя у неё толком не получалось из-за бурных обсуждений плана с Кацуки. Исключением стала стычка Тодороки и Тецутецу, в которой оба будущих героя выходили за пределы, от огня первого вовсе часть камера-роботов сломалось. Вот только по итогу битва закончилась ничьей, и был объявлен второй перерыв. Ученикам необходимо было время подлечиться, чтобы не пропустить следующий бой и выслушать разбор полетов, заодно преподаватели снова занялись подготовкой другой территорией полигона. Акияма, решив не упускать возможность, направилась к Исцеляющей Девочке, чтобы проведать Тодороки. Как раз в этот момент Иида вместе с Оджиро и Хоненуки из Б выходили из помещения, и староста на всякий случай попросил сильно не задерживаться, на что крылатая демонстративно закатила глаза. — Ну и жару ты там устроил на полигоне, Шото. Надеюсь ту территорию смогут потом восстановить. — Акияма не забыла поздороваться с уходящей по делам Исцеляющей Девочкой и тоже пообещала ей надолго не задерживаться, покинув медпункт, когда та вернется. — Ты как? — Меня хорошо исцелили, но теперь я чувствую усталость. — Шото развернул предложенный медсестрой Юэй батончик, чтобы перекусить. — Бэшки выросли за последние месяцы. Это был непростой бой. — С этим не поспоришь. Надеюсь, что успею перед боем обговорить с ребятами ещё пару возможных вариантов плана, чтобы перестраховаться. — Фаруюки присела возле парня, опустив голову ему на плечо и попутно медленно выводя пальцами на его руке незамысловатые узоры. — Теперь ты окончательно принял пламя отца? — Наверное...Сложно сказать. В тот момент, когда мы столкнулись с Тецутецу, я всё вспоминал слова старика, которые он из раза в раз говорил на тренировках, и это помогло. Пламя разрослось, вышло за построенный в моей голове предел. Это ты чувствовала, когда в лагере преодолела максимум своей скорости? — Да, и поэтому мне безумно нравится девиз Юэй: "Плюс Ультра!". Вот я и повторяю его вам и часто прошу проговаривать. Хотя, Старатель мне как-то признался, что ненавидел этот девиз во время обучения, а ведь он ему очень даже подходит. — Фаруюки почувствовала как Шото переплел их пальцы. — Ты готов идти обратно к остальным? — Ещё минутку. — вспомнив об их совместной встрече рассвета, Тодороки ненадолго опустил голову на колени девушки и выдохнул с облегчением. — И разве можно тебе отказать? Король Влад объявил начало четвертого раунда, и все присутствующие оказались прикованы к экрану, где троица из команды 1А спешила вперед, а четвертая из них летела сверху. Перед этим было видно, что Акияма передала остальным устройства для связи, которые всегда носила с собой в отдельной сумке на поясе. — У 1А вышла неплохо сбалансированная команда. — прокомментировала Полночь. — Не считая одной проблемы. — В ней два лидера: Бакуго и Акияма. Причем, каждый из них отличается непростым характером, а это может повлечь за собой конфликты. — продолжил мысль Всемогущий, на что Шинсо, стоявший рядом с Айзавой, покачал головой. — Команда 1Б подумает так же, и попытаются сыграть на этом, но в итоге попадутся в ловушку Акиямы. — Поясни. — поинтересовался причиной такого вывода Сотриголова, и многие ученики тоже прислушались, сбавив громкость разговоров между собой. — Все мы видели как она спорила с Кацуки Бакуго о плане, при этом сама отвечала на грубость не так активно или язвительно как обычно. На это сложно обратить внимание, если плохо знаешь этих двоих, но я сам часто наблюдал их перепалки в общежитии 1А. — многие из названного класса согласно кивнули головой. — Она специально перед будущими противниками выставляла ситуацию так, будто в их команде разлад и главенство на себя возьмет эгоистичный Бакуго. — Зная Каччана, он это понял и подыгрывал. — Получается 1Б будут думать, что нападают на разобщенную команду, а в действительности у них всё продумано. — подвел итог Шото, возвращая внимание к экрану. В его глазах мелькнула гордость при взгляде на свою девушку. — Да, это на неё похоже. — Они всё равно не смогут превзойти Токаге! — уверено произнес Нейто, а вот большая часть его класса уже начали сомневаться в сказанном. "Продумала всё с самого начала..." — Тошинори нахмурился в задумчивости, наблюдая как Акияма притаилась среди труб и стала что-то высматривать. Внимательным взором Фаруюки оглядывала пространство вокруг, пытаясь найти кого-то из противников или хотя бы одну часть Сецуна Токаге, попутно слушала через наушник, что происходило у ребят. Как и ожидалось, 1Б мешал Кьёке обнаружить их местоположение с помощью её причуды. "Так, первое предположение оправдалось, а значит..." — в крылатую полетели широкие металлические стержни, от которых она успешно увернулась и в итоге те сварились между собой. В следующие мгновение в противника прилетел удар ноги, вынуждающий согнуться пополам от боли. — Быстро…! — прохрипел Авасе, не ожидавший такой быстрой и ловкой реакции. "Спасибо тренировкам Старателя." — Думал подловить меня, когда я отделюсь? Не получилось. — не церемонясь, Акияма вырубила Авасе четким ударом в затылок. Неподалеку раздались взрывы, в наушниках Джиро сообщила о западне, и крылатая уже собиралась отправляться на подмогу и не тратить время на отведение пойманного в тюрьму, но внезапно в сумке завибрировал телефон. С дрожью в пальцах звонок от неизвестного был принят. — Пошел ты к черту. — Ох...судя по тону, я отвлек крылатика от чего-то важного? — Ближе к делу. — Фаруюки взлетела и отправилась к своим, пытаясь унять рвущийся наружу раздражение вперемешку со страхом. — То же место, в два часа через два дня. — звонок завершился. "Просто прелестно..." Добравшись до остальной части команды, Акияма тут же вступила в бой, и они стали действовать согласно основному плану. Их движения были слаженными, будто четверо людей сплелись в единый механизм, и ни о каком разладе между ними не могло быть и речи. Всё же столько совместных тренировок, потрясений и жизнь под одной крышей приучили их мгновенно схватывать намерения друг друга по одному взгляду. Токаге шокировано смотрела на то, как Бакуго рвался вперед и остальные его прикрывали, и он отвечал тем же. Именно он спас крылатую одноклассницу, которая вступила в бой с Камакири и его острыми клинками из тела, когда на неё со спины собрался напасть пришедший в себя Авасе. Посмотрев с благодарностью, Акияма продолжила биться с противником, ловко уворачиваясь от лезвий, но в мыслях она отмечала подозрительную слабость. Перед глазами местами мелькали темные пятна, отдышка стала чаще, а на языке появился мерзкий приступ тошноты. Но Фаруюки продолжала сражаться, и когда 1Б решил отступать, она позволила себе хитрую ухмылку, ведь Токаге начала собирать себя буквально по частям. — А теперь обговорим с вами настоящий план. — перед самым объявлением о начале раунда произнесла Акияма. — Но вы же с Бакуго всё это время...— Кьёка хотела возмутиться, но резко замолчала, когда до неё дошла примерная суть происходящего. — Аки-чан как всегда всех нас перехитрила. — Ханта пожал плечами. — В первую очередь нам нужно перехватить инициативу, и не дать им её перетянуть на себя. — Кацуки стукнулся кулаками, угрожающе выпуская искры. — Да, но дадим им возможность немного потешить свое эго и поверить, что инициатива на их стороне. Я отделюсь от вас и, учитывая что они уверены в нашем разладе, кто-то из них точно отправиться устранить меня. Самым подходящим из-за причуды кажется Авасе, а вас тем временем постараются перехватить или, возможно, заманить в западню. — Хрен у них это выйдет! Мы уделаем их! — Именно. На нашей стороне хорошая комбинация причуд и своеобразный эффект неожиданности. — пока Акияма говорила, Бакуго кинул остальным мини-бомбы с его нитроглицерином. — Пригодиться. Надеюсь вы догадаетесь в какой момент их использовать. Раздался достаточно мощный взрыв, выведший из строя Токаге, а остальное уже оставалось за малым. Справиться с оставшимися из команды 1Б не составило особого труда и через пару минут все сидели за решеткой, обмотанными лентой Серой. Под объявления Кровавого Короля о безоговорочной победе 1А Джиро радостного раздавала всем пять, даже раздраженному Бакуго, протягивающему ладонь неохотно. Когда же дело дошло до Акиямы, подруга заметила её бледность и какой-то чересчур потерянный взгляд. — Аки...чан? Названная услышала обращение к себе, но при этом её мозг словно отказывался обрабатывать любую информацию вокруг. Фаруюки успела только сделать один шаг навстречу, прежде чем ощутить всю тяжесть крыльев и слабость в теле. — Эй, крылатая! — под возмущения Кацуки, девушку успел перехватить Ханта, который тут же аккуратно её переложил на землю. Суета началась не только вокруг крылатой, но и на основной площадке, где наблюдатели в недоумении смотрели на экран. Преподаватели перешептывались между собой, а ученики с переживаниями переглядывались. Камеры отчетливо передавали пугающую бледность Фаруюки, очнувшуюся спустя минуту-две. Она смотрела на одноклассников потеряно и стояла неуверенно, словно её крылья действительно стали в десять раз тяжелее, поэтому Джиро с Серо помогли ей пересесть на носилки, придерживаемые оперативно прибывшими роботами. Сотриголова же тоже поспешил в медпункт, ведь состояние ученицы казалось странным. — Что могло произойти? Акияма же никак не пострадала во время боя. — на вопрос Ииды все покачали головой в незнании. — Может нам стоит пойти вслед за Айзава-сэнсеем? — предложил Изуку, но Шото, к удивлению многих, оказался не согласен. — Больше всего похоже на обморок. Нам стоит дать ей время отдохнуть. "Но с чего вдруг? Не похоже на чью-то причуду." — Тодороки задумчиво оглянул небо. Через некоторое время Сотриголова стоял у медпункта и общался с Исцеляющей Девочкой, пока ученица оставалась в палате одна. Сама же женщина казалась одновременно задумчивой и недовольной, что напрягло классного руководителя только сильнее. — Обморок из-за переутомления и стресса. Учитывая что я лично проверяю составление расписания учеников, чтобы оно было сбалансированным и не выходило за рамки, я не понимаю почему юная Акияма могла так устать. Чем там твои ученики занимаются в свободное время, Айзава? — Неужели она так извела себя на самостоятельных тренировках? — медсестра пожала плечами, давая понять, что ждала ответа от Сотриголовы. — Я постараюсь что-нибудь узнать у её друзей. — Лучше не относиться к этой ситуации легкомысленно. У бедной девчонки скоро и срыв может случиться...— Исцеляющая Девочка покачала головой. — Она и Изуку Мидория слишком похожи в этом плане. Обязательно проведу с ними отдельную беседу. — А как сейчас Акияма? — Пьет чай и отдыхает, пусть друзья не навещают её до окончания вашей тренировки. — Шота устало потер переносицу, попутно тяжело вздыхая. Он точно упускал из виду то, что происходило прямо у него перед носом. Подозрительное поведение Акиямы, сонливость на уроке, её частые разговоры с директором и ещё много подобных странных моментов. И всё это невыносимо раздражало, неизвестность всегда пугала сильнее всего. "Во что такое она могла вляпаться?" Тем временем Фаруюки сидела на койке и скучающе оглядывала светлые стены. После нападения на лагерь она практически возненавидела больницы или любые больничные помещения из-за неприятных ассоциаций. Ей хотелось сбежать через окно, но нежелание после выслушивать нотации и слабость в теле, особенно в крыльях, вынуждали унять свой пыл и сидеть на месте. С другой стороны, окружающая тишина успокаивала тревожные мысли, давая такую желанную передышку. "Снова встреча...Что на этот раз меня будет ждать?" — Фаруюки выдохнула и встряхнула головой. — "Соберись! Я не в том положении, чтобы расклеиваться." — Как твоё самочувствие, Акияма? — в медпункт вернулась Исцеляющая Девочка, одарившая ученицу теплой, по-искреннему заботливой улыбкой. — Сейчас гораздо лучше. — Это хорошо. Тебе лучше попробовать вздремнуть хотя бы пол часика, и станет ещё лучше. — крылатая кивнула, соглашаясь, и пожилая женщина задернула белую шторку, чтобы оградить её от остальной части помещения, а после присела за свой рабочий стол. — Я попросила Сотриголову дать тебе выходной на один день, и ещё на несколько отстранить от практических занятий. — Не стоило. — уже в лежачем положении прокомментировала сказанное Акияма. — Стоило-стоило. А теперь отдыхай, лекции о здоровье я ещё успею тебе прочитать. Уснуть у Фаруюки не получилось, поэтому она просто лежала и размышляла обо всем и ни о чем одновременно. Мысли скакали, путаясь, и в одну секунду концентрировались на Лиге Злодеев, в другую на Комиссии, а в третью на сегодняшнем ужине. Через время желание сбежать сменилось на смирение и надежду остаться среди белых стен на подольше, причем в такой же тишине. "Вдох...Выдох." — повторяла про себя последние десять минут Акияма, полностью сконцентрировавшись на контроле дыхания, которое сбилось вместе с ритмом шагов за дверью. На пороге медпункта под ворчание Исцеляющей Девочки столпился практически весь класс, эмоционально и хором рассказывающий о каких-то черных нитях Мидории, выигрыше 1А и вообще о том, что их крылатая одноклассница умудрилась упустить. — Подождите...Я ничего не понимаю. — честно призналась Фаруюки, а её голова была готова вот-вот начать болеть от такой симфонии голосов. — У Мидории вторая причуда! — Шинсо зачислен на геройский факультет! — Мы победили по очкам 1Б! Лучше не стало, ведь ответы раздались одновременно вперемешку с вопросами о самочувствии Акиямы. И ей на помощь вызвались Асуи, Токоями и Шинсо, выпроводив вместе с медсестрой всех из палаты. Так наступило относительное спокойствие и тишина, и крылатой подробно объяснили что произошло во время пятого раунда. К сожалению, от появившихся вопросов голова лишь окончательно загудела. Тяжело вздохнув, Исцеляющая Девочка выпроводила неугомонных подростков со своей территории, перед этим строго потребовав юную Акияму побольше отдыхать и не напрягаться несколько дней, а её друзья пообещали проследить за выполнением требований. В общежитие же к вечеру уже собрались два класса на совместный ужин, благодаря которому появлялась возможность обсудить тренировку поподробнее и познакомиться ближе. Так Фаруюки неплохо пообщалась с Сецуне Тогаке и Тогару Камакири, но она в любом случае продержалась среди шума недолго и вскоре, попрощавшись, отправилась спать. Шото заметил направление девушки к лифту сразу, как и её разговор в стороне с Денки, который явно чему-то удивился, но подробности расслышать было невозможно. — Шото, честно, я устала и хотела бы лечь спать. Но если это что-то срочное, то говори. — крылатая, расправляющая постель, даже не обернулась, ведь прекрасно знала кто мог пойти за ней следом в комнату. — Ты упала в обморок. — Да, я в курсе. Стоило побольше поспать и посытнее позавтракать. Но всё нормально, так что не переживай. — собеседница выпрямилась, чтобы посмотреть в глаза гостю. — Фаруюки, ты же знаешь, что это не шутки и не "всё нормально". — Тодороки нахмурился, приближаясь. — Это уже выходит за рамки. — Давай обсудим всё завтра? Иначе мы поругаемся. — в голосе мелькнули нотки раздражения. — Сколько можно откладывать?! — сквозь зубы огрызнулся парень. Нервы Шото тоже приближались к пределу. Тренировка измотала не только физически, но и морально, внезапная потеря сознания у дорогого человека добивали окончательно, как и переживания о появлении второй причуды у Мидории, которого он тоже считал близким человеком. Не давали покоя мысли об отце, о том что грядет и о странном поведении девушки последние месяцы. Ещё и странный звонок посреди тренировочного боя постоянно всплывал в голове после завершения четвертого раунда. Пусть сам разговор не было слышно, но Тодороки видел нервное движение крыльев, мелькнувшие напряжение во взгляде и дрожь в пальцах, сжимающих телефон. Но Акияма продолжала упрямо отмалчиваться. — Шото, пожалуйста, давай завтра. — Фаруюки до последнего пыталась избежать ссоры, чтобы не сорваться самой. Они слишком много копили всё внутри и, как это обычно и бывает по закону подлости, выплеснулся весь негатив в самый неподходящий момент. Шото был возмущен постоянными недоговорками со стороны Фаруюки, а та всё повторяла, что не обязана отчитываться о каждом своём шаге. Один говорил о переживаниях, пока другая о праве на наличие личных секретов. Впервые они вдвоем так сильно ругались, почти переходя на повышенные тона. Вспоминались мелкие обиды или недопонимания, всплывшие в голове так неудачно и теперь выходившие наружу ядом. Первым сдался Тодороки, покинув комнату резким разворотом без привычного "спокойной ночи", следом на балкон вышла Акияма. Со злости она стукнула кулаками по перилам, до крови прикусив нижнюю губу. В первую очередь её переполнял гнев на саму себя: за срыв, за тайны и обидные слова. Она понимала, что перестала справляться с происходящим вокруг, но дороги назад не существовало, поэтому ей оставалось только "выходить за пределы" и преодолевать возникающие сложности, даже если это ссора с возлюбленным. Фаруюки самой не нравились ложь, секреты, но цена правды пугала гораздо сильнее. Слишком большая ответственность лежала за рассказы о предателе Юэй, Комиссии, Даби и так далее. "Будто я сама в восторге..." — поежившись от холода, Фаруюки опустилась на колени и устало прислонилась лбом к перилам, при этом продолжала крепко цепляться за них руками. Легче не становилось - пламя гнева тлело глухой пустотой и усталостью. — "Пары ссорятся...это нормально. Вряд ли конечно распространены подобные причины для разногласий, но всё же...Мы это преодолеем и всё встанет на свои места." Мысль: "А что если нет...", опасливо зазвенела в голове. Большую часть внепланового выходного Акияма провела в компании Мирио и Эри, с которой их двоих попросили посидеть, пока преподаватели занимались работой. Третьекурсник отличался настолько солнечным характером, что девушке первое время было непривычно в его обществе. То, что Тогата не унывал, несмотря на лишение причуды, поражало и восхищало одновременно, а Эри вовсе была очаровашкой и порой своей запоздалой социализацией напоминала Шото. Также, ближе к обеду к ребятам присоединилась Ханако, не забывшая дать младшей сестре подзатыльник за то, что та ничего не рассказала о произошедшем на тренировке. И пусть Онэчан на первый взгляд казалась такой же активной, полной энтузиазма, и жизнерадостной, что-то Фаруюки смущало в её поведении. Видимо, работала сестринская чуйка - иначе плохое предчувствие объяснить не получалось. Размышления об этом не покидали младшую Акияму до самого возвращения в общежитие, куда уже вернулся остальной 1А. Именно в этот момент одноклассники заподозрили неладное из-за поведения пришедшей и Тодороки, ведь парочка даже взглядом не пересеклись и ушли в абсолютное игнорирование друг друга. Начались тихие перешептывания, на которые виновники обсуждений старались не обращать внимание, хотя напряжение в воздухе так и витало. Токоями не выдержал первым, пойдя к лучшей подруге на разведку, но та отмахнулась и заверила, что разберутся они сами, после уходя к себе в комнату. На следующий день ничего не изменилось, гордыми были оба, потому и идти извиняться не спешили. Шото ожидал шага от крылатой, а та наоборот, считая, что ссору начала не она и следовательно первой переступать через себя не ей, отмалчивалась и тоже ждала. Так в "незаметные" гляделки они играли весь день, разойдясь по комнатам, показательно громко стукнув дверьми. И вот спустя несколько часов, когда наступила ночь, Фаруюки стояла в своей ванной комнате, облокачиваясь на светлую плитку стен, легким постукиванием сбрасывала пепел с сигареты в раковину и слегка морщилась от горького привкуса во рту. Пачка была одолжена у Каминари, о вредной привычке которого девушка узнала ещё месяц назад, причем застукан был вдобавок Серо. Сдавать она их не собиралась, лишь пыталась разузнать кого из третьекурсников они просили закупаться, но те героически не сдавали знакомых. Акияма похвалила их за сохранность тайны, попутно взяв ситуацию себе в голове на заметку. Вот и пригодилось. Сигареты были одолжены и произошла договоренность о следующей пачке. "Обещала себе после ухода из той компании подобным не страдать...И где я теперь? Правильно - стою, курю и надеюсь, что от запаха будет спасать тошнотворно сладкий диффузор в ванне, жвачки, ну и лишний пшик духов. А ведь я ещё пыталась тогда Каминари с Серо отругать." — Фаруюки затянулась и, чертыхаясь, начала привыкать к першению в горле. Но именно эта горькость, внутренняя тяжесть, давали ей вернуть потерянное чувство контроля. К тому же, сигареты лицемерно предлагали тебе успокоение...вот только лишь временное. Хотя кому такие тонкости интересны? — "Ладно, не больше одной в несколько дней." Потушив сигарету, Акияма брезгливо бросила её в маленькое ведерко на раковине, куда обычно выбрасывала ватные диски, упаковку от зубных паст и подобную мелочевку. Следом в рот была закинута жвачка, рукава теплой толстовки раздраженно отдернуты и тихонько была закрыта дверь ванной. Никуда летать не наблюдалось ни малейшего желания, но отмахнуться от разговора с Даби казалось опрометчивым, поэтому Фаруюки забиралась в свои высокие кроссовки и натягивала на лицо маску. Как и в прошлый раз злодей уже стоял на крыше. Как и в прошлый раз, Акияма попыталась напасть, но безуспешно. Даби же никак не прокомментировал произошедшее, только хмыкнул и насмешливо улыбнулся. — Может в следующий раз сойдемся на "привет"? — Разумеется, еще обязательно цветов тебе преподнесу, штопанный. — девушка скрестила руки, раздраженно цокая. — Ну что...надеялся избавиться от Старателя навороченным Ному, но просчитался? — Скажем так: рассчитывал я на рыбку поменьше. — Даби пожал плечами так, будто и не о попытке убийства они говорили. — Зато своему любимому Старателю ты оказал весомую услугу, ведь теперь люди верят в Символа Победы. — собеседник презрительно фыркнул, всем видом показывая неприязнь к прозвищу нынешнего героя номер один. — Кажется, кто-то недоволен? Перестать язвить Фаруюки могла, наверное, только на пороге смерти. А пока, пусть ей и было страшно, угроза над ней нависала не столь значительная. — Идем за мной. — внезапно прервал беседу Даби, направляясь к пожарной лестнице, по которой собирался спуститься. Крылатая же наблюдала за его удержанием баланса на груде ржавых палок с легким любопытством. — Ждешь, что упаду? — Было бы неплохо. — Ха, ты точно собралась стать героем, крылатик? — Даби неожиданно ловко спрыгнул на землю и направился в путь по темным переулкам, где неприятно пахло сыростью вперемешку с мусором. — Может поведаешь куда мы идем? — еле сдерживая всё своё отвращение к месту, Акияма следовала за штопанным с неохотой. — Я голодный. — злодей намерено остановился, обернувшись, чтобы проследить за сменой эмоций в чужих золотистых глазах. — Ты...издеваешься? — рычала девушка, и её гнев вызывал у Даби смешки, полные насмехательства. — Вы, радиоактивные школьники Юэй, может и солнцем способны питаться, но обычным смертным нужна еда. Сама же, уверен на сто процентов, голодная. — Ненавижу тебя. — едко бросила крылатая, сравнявшись с Даби. Где-то на фоне послышался писк крысы, но ей было спокойнее списать это на "показалось". Шли "приятели" до назначенного места примерно десять минут. По пути встречались сомнительные типы в неадекватном состоянии, которых они старались обходить, заодно посильнее натягивая капюшоны кофт, но одну ситуацию Фаруюки проигнорировать не смогла. Трое мужчин окружили девушку, привлекающей к себе внимание скорпионьим хвостом и грубоватыми чертами лица, ещё и на руках местами выступал хитин. Не слушая причитания Даби, крылатая поспешила отвязать, как она подумала грабителей или насильников, от незнакомки. Успокоились они достаточно быстро, а гражданская поспешила поблагодарить спасительницу, после поспешив скрыться среди переулков, видимо направляясь к себе домой короткими путями. — Типичное притеснение подобных мутантов. — Даби приблизился со спины, пока Акияма глядела незнакомке вслед, но после сказанного она удивленно посмотрела на подошедшего. — Какое "притеснение"? Они ограбить её хотели...или...— проговорить второе предположение не получилось. — Грабить нечего, у неё даже сумки с собой не было, а насильники ведут себя по-другому. — Не понимаю. — Крылатик никогда не слышала о притеснении мутантов? Их еще часто гетероморфами называют. — Даби продолжил путь, спрятав руки в карманы объемной кофты с высоким воротником и капюшоном. — Хотя, неудивительно, что ты не сталкивалась с подобным. В основном притеснение мутантов встречается в таких районах и сельских местностях. — Но почему такое не освещают? Герои или... — Пока это не касается больших городов, никому дела нет. Добро пожаловать в реальный мир. Вскоре они остановились возле маленького магазинчика с вывеской, побитой временем, и пометкой об отсутствии продавца в ночное время. Без лишних раздумий злодей зашел внутрь, по пути поменяв табличку на "закрыто по техническим причинам", и с вальяжностью до ужаса наглого кота пошагал дальше. — Какую лапшу будешь? — Ты же в курсе, что здесь камеры? — Акияма указала на соответствующие устройство в углу под потолком. — Они не работают. И, если твоей душе будет от этого спокойнее, то магазин принадлежит одному знакомому человека Лиги. Поэтому мы можем периодически сюда нагло заглядывать по ночам. Так...какую лапшу будешь? — Даби остановился возле полки с лапшой быстрого приготовления. — Вон ту, в зеленой упаковке. — Не любитель сильной остроты? — крылатая кивнула, ожидая пока штопанный приятель выберет лапшу себе и направится её заваривать в скромном уголке, специально отведенном под это. Полностью сконцентрировавшись на упрощенной готовке, Даби не разбавлял тишину смешками или ехидными комментариями, что казалось непривычным. Акияма была этому рада, ведь у неё появилась возможность подумать над недавними словами о притеснении мутантов. Вопросов появилось много, и большую часть из них она решила позже задать Шоджи и Коде, которые вполне могли с таким столкнуться. — Тут ещё продаётся вкусная готовая соба, но видимо днем её успели раскупить. — наконец подал голос штопанный злодей, устроившись на высоком столе за специальной стойкой, где удобно было перекусить, когда Акияма взялась за заварку своей лапши. — Фанат собы…? "Как-то везет мне на них." — на мгновение мысли о Шото вызвали тепло во взгляде, но воспоминание о недавней ссоре испортили всё горечью. — Да. — ненадолго повисла тишина в ожидании готовности лапши, которая тут же прервалась хриплой насмешкой. — Сама то что предпочитаешь есть, крылатик? Мне как фанату, нужно знать как можно больше о своём кумире. — Пицца с ананасами. — Фу, какая мерзость. — И мне это говорит шакал горелый. — смешки раздались со стороны обоих. Фаруюки попыталась сдержать отражение ужаса от осознания происходящего в своих глазах, но вышла это откровенно плохо. Только что она общалась со злодеем, как с приятелем, и умудрилась позволить себе смешок от обмена колкостями. Даби же, пусть и заметил заминку, никак её не прокомментировал и приступил к лапше. — А ваш...Спиннер тоже сталкивался с дискриминацией? — вернулась к гетероморфам крылатая, задумчиво подцепляя одноразовыми палочками лапшу. — В правильном направлении мыслишь. — больше ничего Даби не рассказал. "Иида говорил, что у Спиннера злодейский образ очень походил на Убийцу Героев. Возможно, он вдохновился его идеологией из-за притеснения и равнодушия общества к этой проблеме? Но пока это лишь гипотеза...Нужно попробовать разболтать Даби." — весь прием пищи Фаруюки пыталась разговорить собеседника, но тот либо ловко изворачивался, подобно змее, либо отвечал максимально расплывчато. Ученица Юэй не была довольна таким раскладом, но мелькающие маленькие крупицы информации, которые могли пригодиться, откладывала в голове на будущее. Перед самым выходом Даби опередил крылатую, оставив на кассе пару помятых купюр, и покинул магазин так, будто ничего необычного не произошло. Акияма даже решила посчитать сумму, которая включала в себя плату за лапшу их двоих. — Если думаешь, что я резко изменю мнение о злодее только потому что он заплатил за меня, то ты ошибаешься. — Эй, ты оскорбила мою натуру джентльмена. — в хрипотцу снова вернулась откровенная насмешка с нотками приказного тона. — Идем за мной. — Тебе повезло, что моё любопытство сильнее желания улететь отсюда. — Ну-ну. Акияма почти сразу узнала место, к которому они подошли: заброшенный парк. Вместе с той плохой компанией со средней школы она периодически приходила сюда, не осознавая в полной мере в насколько плохой район они тогда являлись, как к себе домой. Видимо у нее был мощный дух-хранитель, раз максимум их неприятностей здесь состояли из встреч с пьяницами. Пройти через ограждения из хлипких досок труда не составляло, и от Даби не скрылась подозрительная осведомленность компаньонки об устройстве парка. В какой-то момент, пока они беседовали о несущественных мелочах, роль путеводителя взяла на себя она. Даже вспомнила краткую историческую сводку. — И откуда приличная дочь знаменитой модели и одного из владельцев крупной компании геройских устройств так много знает об этом богами забытом парке? — Фаруюки остановилась возле лестницы, практически полностью в хлам разбитой, и ненадолго бросила задумчивый взгляд на говорившего. — Типичный эпизод проблемного подростка: плохая компания. — с ухмылкой Акияма оглядела перила, покрытые еле заметной тонкой ледяной коркой. Видимо, первый снег до этого места дошел раньше. — Предлагаю спуститься по ним наперегонки. Победивший задает вопрос не чересчур личного характера. — По...перилам? Я хочу остаться с целой шеей. — противореча словам, Даби приблизился перилам с противоположной стороны. — Зато спустимся с ветерком, ты все равно говорил, что нужное тебе место где-то внизу в самой жопе этого парка. — Приличные девушки так не выражаются. — Ага, конечно. Стартуем на счет три! Сжульничав, Фаруюки сразу начала отсчет с "три" и, запрыгнув на перила, начала скользить по ним. Раньше она спускалась таким образом достаточно неуклюже, но сейчас тренировки и крылья помогали ей ловко удерживать баланс. Ветер снес капюшон, на что девушка не обратила внимания, и закончила спуск виртуозным прыжком на танцевальный манер. — Победа за мной. — с наглой улыбкой сообщила Фаруюки, когда следом за ней спустился недовольный Даби. — Нечестно, прошу заметить. — Забавно слышать подобное от злодея. — юноша закатил глаза, но молчанием показал, что к вопросу готов. — Почему именно "Даби"? Очевидно, что это не твоё настоящее имя, но прозвище, отражающее кремацию, ты точно выбирал с определенной целью. — Это предрешение судьбы. То, чем она закончится. — Закончится твоя судьба? — на обезображенных губах Даби заиграла странная улыбка, больше скорбящая, чем насмешливая. — Возможно моя. Возможно нет. — выждав короткую паузу, Даби направился вглубь парка. — Идем, времени до расхода не так много осталось. Пунктом назначения оказалось заброшенное скромное синтоистское святилище с пристройкой, видимо служащее небольшой жилплощадью для служителей. Обстановка и атмосфера вокруг напомнили Фаруюки святилище, которое она посетила после инцидента на стажировке Старателя. Только вот любые духи наверняка давно покинули это затхлое место. — Зачем мы здесь? — оглядываясь, девушка последовала за штопанным проводником в пристройку. — Здесь моё убежище. Акияма шокировано осмотрелась: на прогнившие доски были прицеплены вырезки, страницы и обезображенные плакаты, хоть как-то касающиеся Старателя. Несколько вырезок из журналов с памятками валялось на столе, который видимо притащили со свалки, а рядом помятый футон. При этом, среди всего, связанного со Старателем, мелькало нечто более "обыденное", например постеры с музыкальными группами или фильмами про героев, даже завалялось, будто в жалких попытках навести подобие уюта, пара кривовато склеенных фигурок персонажей комиксов. "Почему...он показывает мне свою территорию?" — Даби стоял в стороне, наблюдая за суетливым осмотром крылатой его убежища. — "Думает, что я...расценю это в качестве жеста доверия? Проникнусь?" — И сколько ты здесь проживал? — неуверенно Фаруюки взяла одну фигурку неизвестного ей персонажа, смахивая пальцем тонкий слой пыли. Видимо хоть какую-то уборку здесь всё же наводили или, как минимум, пытались. — Примерно..лет шесть? Точно не помню. До этого скитался где придется, пока не нашел это место. Не самое роскошное, но вполне неплохо. — развалился Даби на потрепанном диване, стоявшем неподалеку от футона. — Раньше на столе ещё старый ноутбук стоял, но недавно он окончательно сдох. Впрочем, я и так еле его воскресил, когда нашел. Акияма оглядела пространство тоскливо, пусть и пыталась до последнего отмести данную эмоцию. Жизнь в подобном месте скорее походила на выживание, чем на что-то нормальное. Разумеется плакаты со Старателем, намеренно местами подожженные или порванные, наводили жути, но в остальном...Всё вокруг скорее напоминало убежища подростков, которые обычно выстраиваются в лесу или любой другой глуши. Вот только им этого хватает на пару вылазок компанией, а тут в подобной разрухе жили постоянно. Хотя, как предположила Фаруюки, раньше это место выглядело ещё хуже. "Что ж, если он добивался вызвать с моей стороны желание проникнуться, то...у него это получилось. Как же ты влипла, Фаруюки." — с дрожью в пальцах крылатая потянулась к пачке сигарет в кармане джинс, а ведь совсем недавно она пообещала себе не курить больше одного раза в несколько дней. Не получилось. — Прилежная ученица такой высокопоставленной академии имеет за плечами вредные привычки? — Даби откровенно насмехался, наблюдая за попытками Акиямы найти по карманам забытую зажигалку. — Поделиться огоньком? Фаруюки нервно посмотрела на голубое пламя на кончике чужого указательного пальца, словно через секунду злодей спустит с поводка причуду, и та охватит всё хлипкое здание. Но, для перешагивания через собственную гордость и принципы, потребовалась минута или две, которые Даби терпеливо выжидал. Сигарета зажглась, а вместе с ней гнев на саму себя. — К слову, полная херня твои сигареты. Сразу видно, что какие-то школьники выбирали. — в сторону Акиямы полетела помятая пачка с незнакомой ей фирмой, в ней болтались четыре сигареты. — Стоят ненамного дороже, но в любом случае гораздо лучше. Считай, дарю по доброте душевной. — Нет у тебя души, а доброты тем более. — Фаруюки стояла не так далеко, поэтому намеренно выпущенный дым долетел до Даби, но тот на данный жест лишь криво ухмыльнулся. — Ранишь в самое сердце. — И его у тебя тоже нет. — Даби хмыкнул, но промолчал. Акияма потушила сигарету об подошву кроссовок, закинула в рот жвачку, и после молча направилась к выходу, не собираясь прощаться. Ей уже давно стоило вылетать обратно в Юэй, поэтому лишний раз перекидываться фразами, как она сама себе настойчиво напоминала, со злодеем, не стала и мгновенно взлетела в небо. Ей предстояло многое обдумать.