25 глава. Следы

Утренние лучи солнца только замелькали на горизонте, когда Фаруюки приземлилась на балкон своей комнаты и прошла внутрь с тяжестью на душе. В этот раз встреча оставила послевкусие не страха, а глубокой задумчивости вперемешку с растерянностью, которые вытесняли былой ужас. Скинув обувь, впитавшую в себя холод заброшенного парка, Фаруюки, не переодевшись, устало опустилась на застеленную постель. Ей хотелось только спрятаться где-нибудь далеко и не выползать оттуда несколько ближайших дней, но вместо исполнения жалкого плана побега в голове она повернулась к стене, прижав к себе колени и укрыв крыльями на манер одеяла, благодаря которому дети обычно защищают себя от монстров. "Сегодня суббота, у меня есть возможность проспать сколько хочется...обо всём остальном я подумаю потом." — Акияма прикрыла глаза, в голове растянув мысль "потом", и на десятой минуте провалилась в сон. Покинула она комнату только ближе к обеду, перед этим приведя себя в порядок и сменив уличную одежду на длинные домашние штаны и майку, поверх которой накинула кардиган. У вязанных вещей всегда имелись проблемы с застежками под крылья, поэтому перед выходом проснувшаяся девушка успела с ними помучиться. Зато после этого с удовлетворенной, пусть и немного усталой, улыбкой спускалась на первый этаж в предвкушении заваренного кофе. Тем временем несколько учеников 1А находились в холле, занимаясь своими делами и периодически отвлекаясь на снег, падающий мягкими хлопьями на улице за окном. Он практически сразу таял, как только достигал земли, но мимолетная красота притягивала взгляды. — Аки-чан, мы всё думали когда ты проснешься и вылетишь в люди. — Каминари поднял глаза от тетради. Вместе с Ашидо, Киришимой, Хагакуре и Токоями они расселись полукругом напротив Яойорозу, объясняющей им несколько последних тем. — Немного режим сбила, вот и легла поздно. — крылатая расставила на столе всё что нужно для кофе и легкого перекуса. Ничего тяжелого или чересчур сытного в неё бы просто сейчас не полезло. — Мы так и поняли, когда не смогли до тебя достучаться, чтобы позвать вместе позаниматься. — на слова Ашидо лишь задумчиво кивнули, мысленно удивляясь настолько крепкому сну, после опускаясь за ложкой, звонко упавшей на пол из-за вызванной остатками сонливости неуклюжести. — Акияма, ты когда собираешься подтягивать учебный материал? — хмуро напомнила про их договоренность насчет учебы Момо, и на этих словах названная стукнулась макушкой об стол. — Акияма, осторожнее! Не сильно ударилась? — Всё нормально, а с учебой ещё успею проблемы решить. К слову...— девушка задумчиво обвела взором холл. — Шото и Бакуго уже уехали на курсы? — Да, у них завтра повторная сдача экзамена, так что...Токоями, ты куда собрался? — Эйджиро вопросительно проследил за неожиданно поднявшимся одноклассником. — Поговорить надо. — сопротивляющуюся крылатую подхватили под руку, после направляясь в сторону выхода на улицу. — Фумикаге-кун! Я кофе хочу, а не на холод выходить! — Там не настолько холодно, потерпишь. Стоя на крыльце в теплых тапочках, которые еле успела накинуть перед дверьми, Акияма неловко переменилась с ноги на ногу. Догадаться о чем хотел поговорить друг было не столь сложным делом, поэтому она не хотела пересекаться с ним взглядом до последнего и лишь тихо ругалась на уличную прохладу. — Ты знаешь, что я дорожу нашей дружбой. — Знаю. — собеседница упрямо следила за танцем снежинок. — И ещё ты знаешь, что я не люблю давить на тебя, когда дело касается чего-то чересчур личного. Тем более не фанат лезть в чужие отношения, а твои прошлые были исключением. — Фумикаге-кун... — Нет, дослушай меня. — только в этот момент Акияма подняла взор на друга, так резко перебившего её. — Вы должны с ним поговорить, и первый шаг должен быть за тобой. — Не я начала ссору. — Фару-чан, не заставляй меня вправлять тебе мозги радикальными методами. — девушка скрестила руки и снова отвернулась в сторону. — Тебе просто стоило увидеть его выражение лица утром, когда он спрашивал не спускалась ли ты ещё в холл. Ты думаешь ему не обидно? Мне не сложно понять в чем корень вашей ссоры, и я прекрасно его понимаю. Шото тоже не железный, Фару-чан. Если вы не решите этот вопрос до завтра, то лишние переживания могут плохо отразиться на пересдаче экзамена. — Я понимаю, что на него много навалилось...Понимаю, что он переживал. Но мне нужно больше времени переварить происходящее, Фумикаге. — крылатая отправилась к двери, заканчивая разговор. Токоями ещё минуту простоял на улице в попытках понять из-за чего всё так трещит по швам в их общей идиллии. После таких разговоров пить кофе особо и не хотелось, но Фаруюки влила горячий напиток в себя скорее по привычке и, проведя недлинную беседу с одноклассниками, отправилась в общежитие учителей к старшей сестре. Несмотря на то, что чаще всего старшая Акияма возвращалась к себе домой, отдельная комната, скорее больше похожая на маленькую квартирку с личной кухней и ванной, была ей выделена наравне с коллегами. И после появления Эри она стала оставаться ночевать на территории Юэй почаще, ведь единственная среди героев-преподавателей имела полноценный опыт общения, воспитания, ухода за детьми такого возраста. Сама же девочка была от неё в восторге, с удовольствием проводя время с "Хана-чан". — Ты к сестре, юная Акияма? — на первом этаже находился только Всемогущий, сидевший в кресле с книгой авторства американского классика в руках. Одним из главных отличий в общежитии преподавателей являлось отсутствие кухни в холле, стоял только большой стол, видимо на случай, если взрослые решат всё же пару раз собраться вместе. В остальном всё было почти таким же, но Фаруюки казалось, что ощущения уюта здесь гораздо меньше. Впрочем, про-герои либо засиживались допоздна с проверкой работ учеников и за подготовкой уроков, либо находились на миссиях, поэтому в основном в общежитии они только готовили быстрые обеды и ночевали по своим комнатам. У подростков же каждый день кипела жизнь и обязательно происходил какой-нибудь конфуз. Например, недавно Кацуки "случайно" вынес дверь комнаты, не своей разумеется. — Да, заодно хотела заглянуть к Эри. А вы наконец решили устроить себе выходной, Всемогущий? — проходя мимо бывшего Символа Мира, крылатая решила ненадолго задержаться. Возле Тошинори Яги витала особенная атмосфера спокойствия и безопасности, даже когда он находился в таком "хрупком" виде. Он продолжал открыто улыбаться, помогать окружающим и был готов стоять впереди, закрывая своей спиной дорогих людей и игнорируя кровавый кашель. Но Фаруюки продолжала безмерно уважать Всемогущего и таким: обычным человеком, решившим почитать книгу в удобном кресле. Никаких ослепляющих улыбок, громких фраз "всё хорошо" и подвигов. — Отдых тоже важная составляющая часть работы. Надеюсь, после недавней тренировки ты приняла это к сведению, юная Акияма. — названной, только отвлекшейся от собственных размышлений, хотелось закатить глаза, но из уважения к Всемогущему ей пришлось сдержаться. В любом случае Тошинори всё понял по беглому дрожанию глаз ученицы, что вызвало у него ностальгическую улыбку. На одно мгновение он увидел перед собой совсем ещё молодого Энджи Тодороки, который тогда только поднимался к вершине геройского рейтинга и старался быть перед ним относительно вежливым, стискивая зубы и напрягая челюсть. Младшая Акияма тоже сейчас сдерживала грубые стороны своего характера, потому что уважала и признавала статус человека перед собой. А для неё подобное было скорее редкостью, чем обыденностью, и Всемогущего поражало чужое умение держать столь тонкий баланс между невоспитанной грубостью и терпимой особенностью характера. — В свете зимней стажировки многие среди моих коллег сравнивают юного Бакуго со Старателем. — неожиданно продолжил разговор Всемогущий, когда Фаруюки сделала шаг в сторону лестницы. — И если раньше я скорее соглашался с ними, то теперь между нами временами возникают споры. — У них обоих...сложный характер. — крылатая успела проглотить слово "дрянной". — Да, но юный Бакуго хочет быть на первом месте, потому и усердно тренируется, соперничает. Энджи Тодороки же гнался, точнее до сих пор гонится, за иным...Суть его гонки заключается в статусе сильнейшего. Того, кто достиг недостижимого, и гонка эта одиночная, ведь в соперничестве он никогда не был заинтересован. —заинтригованная чужими размышлениями, младшая Акияма сделала несколько шагов назад, чтобы присесть на ближайший диван. — Не совсем улавливаю разницу. — Как ты думаешь, юная Акияма, был ли Старатель заинтересован в первом месте геройского рейтинга? — ученица задумчиво и будто по-птичьи наклонила голову в бок. — До стажировки у него я бы дала положительный ответ, но сейчас...Если бы Старатель гнался за первым местом, то вел себя иначе. Например, слушал бы все рекомендации Онэчан для поднятия медиа-рейтингов, но в итоге они давно сделали акцент на его деятельности, а не образе. Неспроста, если оценивать только закрытые дела, победы в битвах и так далее, то он бы и вас обошел. — Именно, для Старателя важен процесс, заключающийся в приобретении силы и опыта. Мне неизвестно почему он так хочет стать сильнейшим, но зато я точно знаю, что ради спасения людей или задержания злодеев он сделает всё, при этом вернувшись без самопожертвований. — в желтых глазах промелькнуло осознание и воспоминания разговора со своим наставником. — В следующий раз думай о том, что должна вернуться к близким. Да, ты спасешь не всех, но зато останешься в живых ради тех, кто тебя ждет. — Вы ведь сами бросаетесь в самое пекло. — Но в каждый из этих разов я знаю, что должен вернуться ради своих детей. Мы с ними в ужасных отношениях, но в каждую свою опасную вылазку я знаю, что должен вернуться ради них...Пусть они меня и не ждут. На данный момент я - их главная защита, и мне хочется увидеть их будущее, даже если это будет в качестве стороннего наблюдателя. — Бакуго же больше заинтересован в результате и соперничестве, потому постоянно делает акцент на "обходе" Мидории-куна. — Всемогущий кивнул. — Поведение похожи, но фундамент разный...Вы к этому клоните? Но кто тогда, по вашему мнению, похож на Старателя? "Есть одна ученица, которая видимо тоже изводит себя ради получения "силы", чтобы иметь возможность защитить окружающих. И, кажется, она тоже готова идти любыми путями ради достижения идеала." — вслух Тошинори ничего не сказал, лишь задумчиво хмыкнул и завершил данный разговор сменой темы на обсуждение книги в его руках. Фаруюки недовольно нахмурилась, но беседу поддержала, ведь не так давно ей это же произведение порекомендовала Мелисса и та успела прослушать его в аудио-формате на фоне во время тренировок. Оставшись под приятным впечатлением от обсуждений, Всемогущий отпустил младшую Акияму к сестре. Теперь ему предстояло о многом подумать, ведь рассуждения ушедшей навели его на совершенно новые мысли не только касательно книги, но и ближайшего будущего. Тем временем, не подозревая о чужой задумчивости, крылатая уже стучала в дверь Ханако, которую та приоткрыла нехотя. — Что-то срочное, Фаруюки? — привычной бодрости в голосе не наблюдалось. — Моя сестринская чуйка меня не обманула, и у тебя точно что-то произошло. — не слушая возражений, младшая Акияма прошла внутрь и внимательно оглядела старшую сестру. Ханако, как и всегда, выглядела безупречно: облаченная в пижамные штаны и топ, поверх которых был накинут длинный кардиган, и с аккуратным пучком из темных волос. Даже легкий макияж успела нанести, но он не смог скрыть от Фаруюки следы глубокой грусти, явно длившейся не первый день. Стало стыдно, что она не заметила подавленное состояние сестры сразу. — Онэчан, рассказывай. — крылатая устроилась на застеленной постели, давая понять, что уходить не собирается, и похлопала по месту рядом с собой. Старшая Акияма согласилась на предложение не сразу, но после тяжелого вздоха сдалась и присела рядом. Оглядывая собственную комнату, чтобы собраться с мыслями, она заметила, что та стала гораздо уютнее за последнее время и теперь походила на её обитель в доме. Впрочем, сейчас на языке вертелась мысль, что Юэй тоже стал ей вторым домом со всеми этими героями-преподавателями, энергичными учениками, малышкой Эри и тихими посиделками с коллегами в учительской или в холле. Возможно, не будь всего этого, Ханако пришлось в последние дни гораздо тяжелее. — Мы с Ястребом расстались. — голос Ханако пробила дрожь, и младшая сестра поспешила обнять её. — Три дня назад он...он просто написал мне сообщение и всё, удалил везде и больше не объявлялся. Силы плакать закончились ещё вчера, поэтому старшая Акияма лишь уткнулась куда-то в плечо сестры, пока та успокаивающе гладила её по спине, заодно неосознанно накрыла крыльями, словно защищая. Ханако корила себя за проявление слабости перед младшей, ведь та должна была видеть её крепкой опорой, не той, кому требовались утешения. Но...так хотелось на пару часов перестать быть "сильной" Акиямой, которая всё решит и разрулит, ещё успев сотню дополнительных задач выполнить. — Гнида...бросить через сообщения! Кто так делает вообще?! — Фаруюки ощутимо напряглась и наверное еле сдерживалась от порыва сорваться в небо, чтобы найти Ястреба и придушить его собственными руками. — До этого мне позвонили с работы. Сообщили, что отныне я буду работать только с агентством Старателя. Меня это напрягло, но я и подумать не могла, что это связано с Ястребом, а потом написал он и...и...— слезы предательски появились в уголках глаз, но Ханако быстро смахнула их. — Я не понимаю, что сделала не так. Всё было замечательно! Мы с ним доверяли друг другу, понимали и поддерживали...Любили. По крайней мере, мне так казалось. Ханако отстранилась и оглядела рабочий стол, где неприметно валялся кулон с красным пером, носить его теперь совсем не хотелось. И пока старшая поддалась сентиментальности, вспоминая разные моменты из отношений, Фаруюки всё недоумевала как так могло получиться. Ястреба она толком не знала, откровенный разговор у них случился единожды и касался как раз Онэчан, но тогда крылатый герой показался ей абсолютно серьезным. На игру или нечто подобное это не походило, поэтому такой резкий разрыв отношений казался слишком странным, вот только, как снова повторяла себе Фаруюки, этого человека она толком не знала, поэтому гадать о его действиях было слишком проблематично. "К черту этого петуха, сейчас гораздо важнее Онэчан." — Так, мы с тобой вот как сделаем: находим у тебя в холодильнике мороженое, а оно там точно есть, берем в охапку Эри и устраиваем марафон мультиков. — Но... — Возражения не принимаются. Потом мы с Эри в наглую забираем твою ну ооочень дорогую косметику, чтобы организовать салон красоты и начать красить всех подряд. Я даже знаю кто после тебя среди учителей станет первой жертвой. — Акияма коварно улыбнулась, понимая, что просящим глазам Эри никто не способен отказать, в особенности Сотриголова. В какой момент вместе с Эри в комплекте объявились Полночь и Хитоши, так то пришедший к ранее упомянутому Сотриголове, ни Фаруюки, ни Ханако не поняли, но против не были. Запасы мороженого старшей Акиямы, конечно, пострадали, но зато она отвлеклась от печальных мыслей, замечательно проведя время в такой неожиданной компании. Они вместе смотрели мультфильмы, а после затащили к себе в логово растерянного Айзаву-сэнсея и все стали посетителями салона Эри, которая с энтузиазмом предлагала "клиентам" уходовые маски или яркий макияж. Полночь смеялась очень долго и громко, при этом не забывая наделать кучу фотографий и видео, чтобы потом отправить их Сущему Мику. Глубоким вечером Фаруюки покинула общежитие преподавателей, где её в дополнение щедро накормили, и вместо полета выбрала короткую прогулку по дорожкам, украшенным легким слоем снега, о котором утром вряд ли будет что-то напоминать. И только появившуюся идиллию нарушил звонок от номера, при взгляде на который оставалось только выдохнуть густое облако пара и удручающе взять трубку. — Слушаю, Мера-сан. — Завтра тебя ждут утром в Комиссии. — голос Йокумиру Мера оставался таким же усталым, как и всегда. — Директор уже предупрежден, так что тебе остается только придумать для одноклассников повод ухода из Юэй во избежание подозрений. — Легко сказать. — Акияма ускорила шаг, попутно обдумывая что такого можно было придумать. — Ничем не могу помочь. И костюм не забудь. — звонок завершился. Фаруюки мысленно чертыхнулась. В её планы входило извинение перед Шото, подготовка праздничного вечера в честь их с Бакуго получения лицензий и также изучение информации касательно Даби, а теперь она не знала когда завтра вернется после похода в Комиссию, учитывая, что её попросили взять с собой костюм. "Точно, не стоит забывать и про того красного петуха. А если он и меня везде заблокировал..." — с мысленными угрозами Фаруюки вернулась в общежитие 1А, где Кьёка решила устроить музыкальный вечер. Присутствовали почти все, кроме пораньше ушедших спать Тодороки и Бакуго. Не раздумывая, крылатая присоединилась к сидевшим на ковре друзьям, которым без лишних подробностей кратко рассказала о проведенном дне в преподавательском общежитии. Токоями же долго сверлил подругу суровым взором, ведь знал, что та с Тодороки так и не поговорила, но она пообещала, что извинится перед парнем утром. Каким именно способом она решила не уточнять. Утренний холод пробрался в комнату Шото, от чего тот спросонья дернулся и проснулся окончательно. До будильника оставалось примерно двадцать минут, поэтому парень неторопливо потянулся и мысленно поблагодарил Яойорозу за успокаивающий чай, который она ему заварила накануне вечером. Так, несмотря на переживания, он быстро заснул и крепко погрузился в сон, от чего теперь ощущал себя полностью отдохнувшим. "Нужно размяться и привести себя в порядок." — ещё до того как Тодороки поднялся, он уловил знакомый аромат клубники, что сбивало с толку. Но стоило оглядеть комнату сонным взором, как всё становилось понятным. На столе стояла строго украшенная пергаментом корзинка, будто для цветов, но вместо бутонов в ней находилась клубника на шпажках: половина покрыта белым шоколадом, а вторая без. Догадаться о дарителе и авторе рядом лежащей записки было легко. "Шото, я знаю, что нам стоило поговорить вчера, вот только не получилось. Но мы обязательно поговорим обо всем сегодня. Удачи на экзамене, я в тебе не сомневаюсь ни секунды (порви там Босса за меня и передавай ему уважительный поклон)" В углу записки красовалось выведенное одной линией сердечко, и уши Тодороки окончательно покрылись смущенной краснотой. Ему было приятно от неожиданного подарка и одновременно любопытно каким образом Акияма умудрилась настолько бесшумно всё провернуть, ведь сон у него всегда оставался чутким. Впрочем, возможно из-за переживаний и выпитого чая он спал гораздо крепче обычного. Также, было бессмысленно отрицать умение девушки, которое к слову появилось не так давно, передвигаться тихо при желании. "Вкусная." — при пробе клубники Шото не смог сдержать довольной улыбки, пока где-то на другом конце города радовался один доставщик, которому достались очень щедрые чаевые за столь ранний, даже скорее ночной заказ. Наверное, стоило учесть ещё шок Гончего Пса, заставшего во время патруля ученицу 1А за получением посылки. Вопросов у него конечно появилось много, но крылатая особа вместо ответов виновато улыбнулась, помахала рукой, и с пожеланиями хорошего дня умчалась в сторону общежития. Но Шото о подобных приключениях не подозревал, поэтому через некоторое время уже собранный и готовый к выезду, спустился на первый этаж. Там собрались одноклассники, чтобы пожелать ему с Кацуки удачи, заодно взяв обещание не возвращаться без геройских лицензий. Также в холле стояли Сотриголова и Всемогущий. Первый для чтения лекций о подобающем поведении, а бывший Символ Мира для сопровождения на пересдачу экзамена. Тодороки же слушал всех вполуха, проходя по всем нервным взглядом в поисках конкретного лица. От внимательного Токоями не скрылся данный поиск в чужих глазах. — Она уехала с Ханако в город, директор дал разрешение. Незаметно для всех окружающих Айзава вопросительно выгнул бровь. Буквально сегодня утром ему довелось пообщаться со старшей Акияма и та действительно собиралась в город, но её сестра не была упомянута даже мимоходом. Сам же он уходом ученицы остался не проинформирован. — К слову о нем. — тут же вмешался Иида, доставший из кармана штанов сложенный листок бумаги. — Вот разрешение, она просила вам передать. Сотриголова внимательно прошелся по отданной бумажке, практически сразу понимая, что она подлинная. Значит, его ученица действительно покинула Юэй с официальным разрешением директора Незу, но возможно не со старшей сестрой. "Хотя, Ханако могла просто не упомянуть столь...важный момент. Паранойя или предчувствие?" — Шота неопределенно хмыкнул и забрал бумажку с суровым видом. Происходящее казалось уж слишком странным, подозрительным. Тем временем Акияма, экипированная во вторую версию своего геройского костюма, сидела в зале для совещаний и внимательно слушала план операции по захвату банды, продающей нелегальные усилители причуд. За ними были также замечены попытки воссоздать стирающий наркотик, наподобие того, что создал Чисаки Кай, но успехами, к счастью, ничего не увенчалось. А вот продажи усилителей наоборот набирали обороты, так как люди после ухода Всемогущего стали больше опасаться. Так торговцев усилителями или нелегальными геройскими устройствами, оружием в том числе, становилось больше. Парочку из таких крылатая лично помогла Комиссии с полицией вычислить не так давно. Качественные усилители стоили очень дорого, в отличие от более дешевых подделок, которые может и помогали раскрыться силе причуд, но с ужасными последствиями, иногда вплоть до летального исхода. Из-за этого Комиссия была в особенности заинтересована в помощи полиции с устранением "сорняков", не забывая сохранять секретность операций по данным задержаниям. — Население сейчас лучше не нервировать лишний раз. Думаю, Фортуна, ты сама в полной мере понимаешь, чем в такой обстановке лишние беспокойство может обернуться. — как-то ответила на поставленный вопрос Госпожа Ивамото, и Акияме не нашлось чем с ней спорить. "Интересно будет покопаться и узнать что ещё такого "тайного" происходило с помощью полиции и не только для избежания беспокойств среди населения. Может, настоящее количество жертв при инциденте в Хосю или Камино найду." — если Фаруюки и узнавали другие малоизвестные про-герои, также работающие на Госпожу Ивамото, то они этого не показывали, лишних вопросов тоже не задавали. Вот только под конец обсуждения плана не выдержала именно крылатая, решившаяся высказать сомнения по поводу некоторых аспектов операции. Ей не нравилось сочетание причуд и парочка действий при том или ином развитие событий. Своим выпадом Акияма собрала много недовольных взглядов, но они её мало интересовали, ведь смотрела она только на Кими Ивамото. — С каких пор мы должны слушать подростка-выскочку? — фыркнул один из "напарников". — Продолжай, Фортуна. — холодно осадила возмущения окружающих Председатель, давая возможность высказываться дальше. Йокумиру Мера в этот момент еле заметно кивнул, будто тоже показывая одобрение. Акияма не только предложила своё видение распределения сил, но и добавила несколько дополнительных развилок событий. Многие согласились, что в корректировках был смысл, но и без оспаривания не обошлось. К концу же обсуждений крылатая оказалась уверена в плане гораздо больше, чем ранее. Ивамото тоже проявила одобрение, не позабыв о ложке дёгтя в виде требования в следующий раз выбирать менее резкие выражения или смягчать грубый тон. Операция по задержанию началась только ближе к вечеру, когда группа вызванных про-героев, одетые в неброские костюмы, под прикрытием добрались до места. Информаторы Комиссии смогли узнать когда будет происходить поставка сырья для создания усилителей, и так герои затаились в потрепанном грузовике, пока их везли к заброшенному заводу далеко за городом в районе сельской местности. Лет десять назад здание принадлежало фармацевтической компании, но та резко обанкротилась, что привело к прекращению своей деятельности. — Мне всё-таки интересно как так вышло, что с нами едет на задание студентка. — решил наконец прямо высказать недоумение напарник, чья причуда заключалась в управлении собственных костей позвоночника: он мог заставлять их относительно безболезненно вырываться из тела, принимая более заостренные формы и разветвляться. Звали Риота, и Акияме было неизвестно, являлось ли это геройским прозвищем или настоящим именем. — Она из Юэй. — на аргумент напарницы, с которой видимо шатен был знаком давненько, он лишь недовольно фыркнул. — И выглядите вы не особо старше меня. — из-за того, что герои сидели на дне отсека машины, им приходилось ощущать на себе каждую кочку. — Справедливо, но на самом деле мне двадцать шесть. — костяной юноша наклонил голову вбок, снова окидывая крылатую изучающим взором, который та стойко выдерживала. — Мы должны сделать всё быстро, четко, без лишнего шума. Жители деревеньки неподалеку не должны что-то заподозрить, и по возможности сохранить все улики. — Поверьте, в скорости мне точно нет равных. — Ну разумеется, крылатая балеринка. — после этих слов героям передали, что они приближаются к заводу и стоит приготовиться. Людей оказалось больше, чем рассчитывалось, но данное развитие событий было предусмотрено. Опыт, приобретенный на практике у Босатки и стажировке у Старателя позволил Акияме быстро, ловко адаптироваться к происходящему, действуя с остальными героями слаженным механизмом. Основной её задачей являлась остановка слишком рьяных беглецов и осмотр здания, пока остальные занимались участниками группировки. Так Фортуна добралась до главного помещения, где видимо находился центр "базы", даже имелся круглый стол с потрескавшейся деревянной поверхностью, возможно для совещаний. Прибывшая героиня внимательно осмотрелась, подмечая про себя внушительное количество всяких бумажек и, вероятнее всего, полезных для дела документов. Не обошлось и без пары коробок с готовым продуктом, но с подозрительной помаркой на наклеенных бумажках: "поставка экспериментального образца для...". Конец был несколько раз зачеркнут. "Кажется, мы немного промахнулись с масштабами этих нелегальных торговцев." — Фаруюки осмотрела ещё пару коробок, предполагая, что каждая из них намечалась для разных заказчиков. Вот только из-за погружения в размышления она в последний момент заметила второго человека в помещении. Раздался свист, и крылья еле успели принять твердую форму, чтобы защитить от пули. — Черт! — голос был достаточно звонким, как обычно бывает у подростков на грани их эмоций. Акияма настороженно поднялась, оборачиваясь. Молодой и долговязый парень, возможно младше или не сильно старше её самой, дрожащими руками направлял на неё пистолет. Нижнюю часть его лица прикрывала тканевая маска, светлые волосы находились в беспорядке, словно передавая всю ту нервозность преступника, которая так и читалась в карих глазах. — Не двигайся, иначе выстрелю снова! — практически кричал парень, и крылатая медленно подняла руки. — Пожалуйста, не двигайся! Иначе мне придется применить причуду и здесь всё взлетит на воздух. Фаруюки слышала искреннюю мольбу, потому не спешила предпринимать действия сгоряча. В это время из остальной части здания раздавался шум, грохот, крики от столкновения членов банды и прибывших про-героев. — Эй, всё нормально. Я не двигаюсь. — голос девушки тоже дрожал, пусть и менее заметно. "Что мне делать? Что он подразумевал, говоря о своей причуде? "Всё взлетит на воздух" - звучит охренеть как опасно для всех находящихся в этом здании." — Почему...почему мне стоит опасаться активации твоей причуды? — Фортуна нахмурилась, и злодей убрал одну руку от пистолета, чтобы спустить маску. После увиденного любая хмурость сменилась страхом вперемешку с удивлением. — Я...я - ходячая бомба. — на манер скоб, как у Даби, у парня торчали переплетения проводов из щек, а шея переходила в ансамбль металлических пластин. — Вот так причуда, не правда ли? Знаю, я тоже в начале не поверил, когда врачи сказали о сути моей способности родителям. Они после так ни разу в мои глаза и не смотрели. "Он плачет...? Нет, он хочет заплакать, но не может себе позволить." — девушка всматривалась в глаза преступника, и в их уголках застыли крупинки, блестящие на тусклом свету. — Они тебя забрали в банду насильно? — Фаруюки никогда бы не поверила, что человек, чьи руки так трясутся при наведении пистолета, вступил бы в подобную группировку добровольно. — Я не должен позволить героям вынести отсюда хоть что-то. — Даже ценой не только своей жизни, но и всех остальных в здании? — парень кивнул, а крылатая непроизвольно дернулась, за что получила предостережение в виде тихого щелчка. "Мне нужно что-то придумать...Срочно!" — в последний раз такой животный страх появился в груди только тогда под обломками, в темноте и без уверенности, что её вместе с детьми смогут спасти. Но в тот раз Акияме оставалось только ждать - сейчас же предстояло решать смертельную проблему самостоятельно. Вспоминались все уроки Академии Юэй, где герои обучали их действовать в подобной ситуации с террористами. И теперь, находясь в реальной опасности, вариант "поговорить" казался сущим абсурдом, но иного выхода не наблюдалось. Фортуна понимала, что обезвредить злодея (а злодея ли?) не успеет, а если кто-то в данный момент придет на подмогу, то взрыва точно не удастся избежать. Юноша просто подорвет себя на рефлексе, и утащит за собой других. "Хотела опыта получить, да, Фаруюки? Вот и получай." — Зачем тебе это? — Они...уже давно запугали мою деревню. Все жители знают, что творится в этой заброшке, но боятся. Некоторые сами покупают усилители на запас до худших времен, ведь никакой Всемогущий больше не придет. А к моей причуде они давно присматривались, лишь искали подходящий момент пригрозить жизнью родителей. — слезы у парня медленно потекли по щекам, а дрожь в голосе сменилась смирением, будто он сейчас исповедовался, ведь звуки борьбы становились всё тише. И было неизвестно кто побеждал. — Но есть кто-то, кого они боятся сильнее. Если произойдет утечка информации, то их ждет жестокая кара. Гораздо хуже заключения или быстрой смерти. — Послушай. — Фаруюки сделала шаг вперед, и пистолет нацелили ей в лоб. — Не двигайся, прошу. Я не хочу...убивать вот так. — Хорошо, я не двигаюсь. Но, послушай, ты ведь можешь выбрать иной путь: без самопожертвования и чьей-то кары. — не так далеко раздались хлопки дверей и топот ног. — Не могу, мои родители... — С ними всё будет хорошо, и с тобой тоже. Мне неизвестно насколько тебе страшно сейчас, могу лишь предполагать, но я помогу. Знаешь, я из геройской академии, где нас учат спасать и помогать. — Фаруюки самой хотелось плакать, но она держалась и только рискнула протянуть руку вперед, пока топот неизвестных оглушающе приближался. — Если это они... — Неважно, даже если сюда бегут злодеи. Я помогу, защищу. — осторожный шаг вперед. — Всё хорошо, мы поможем. Я помогу. Ты расскажешь свою историю, и тебя не осудят. Разве ты не просто хотел спасти родителей? "Аояма тоже ради этого повесил на себя клеймо шпиона и предателя." — еще один шаг. — Мне страшно. — герои или злодеи всё приближаясь. — Мне тоже очень страшно, но мы справимся. Веришь мне? — Фаруюки сделала новый шаг, и её слезы застыли в глазах, наблюдая за сомнениями в чужом взгляде. Секунда, и парень отбросил оружие, рухнув на колени, а Фортуна поспешила к нему, заключив в крепкое объятье. Только теперь она ощутила насколько на самом деле "злодей" перед ней был юн, пусть и выше ростом. И когда в помещение ворвались трое напарников, в том числе и Риота он даже не обратил на них внимания и лишь отчаянно вцепившись, плакал в плечо по сути незнакомой ему девушки, которая успокаивающе водила по его спине под растерянные взгляды прибывших. "Жива...Какая удача, что мы живы." Когда прибыли полицейские машины для перевозки преступников, Фаруюки показалось, что загружали людей меньше, чем она видела в здании при начале операции. Но, от усталости не придав этому особого значения, крылатая помогла с переноской всех важных улик и вызвалась сопровождать с полицейскими паренька, который от неё толком и не отходил, в опаске косясь на остальных. Акияма планировала поскорее закончить и на своих крыльях поспешить в академию, так как до возвращения Тодороки и Бакуго оставалось критически мало времени, но бросить пережившего такой ужас подростка - совесть ей не позволила. Она даже имени его не знала, но кидалась на сотрудников полиции, проявлявших к нему грубость во время надевания наручников, так, будто тот ей, как минимум, младшим братом был. Вот только к допросу Фортуну уже не допускали, и парень явно напрягся, когда узнал, что героиня уходит, но та пообещала, что с ним всё будет хорошо и она договорится с Комиссией об его защите. — Что со мной будет? Они бояться моей причуды...я вижу это по их глазам. — Тебя лишь опросят, ничего страшного. Веришь мне? — Верю. Мчась по небу в сторону Юэй, Акияма разговаривала с Госпожой Ивамото и объясняла сложившуюся ситуацию, пока её саму трясло от холода и нервов. Хотелось лечь спать, навсегда позабыв о пережитых секундах абсолютного страха, но Фаруюки предстояло ещё вместе с одноклассниками поздравить друзей с приобретением геройской лицензии. К слову, воспользоваться они ей уже успели, оттого и задерживались, ненамеренно давая крылатой больше времени, хотя Иида в любом случае высказал всё то, что думает о ней и её "легком опоздании". Фаруюки практически ввалилась в комнату через балкон, попутно тут же начиная переодеваться из геройского костюма в домашнюю одежду. Оставались считанные минуты, ведь она заметила в полете машину с парнями и Всемогущим у ворот академии, так что приходилось приводить себя в порядок с нечеловеческой скоростью. "Вот, что действительно значит Плюс Ультра". — спускаясь по лестнице, Акияма мысленно оставляла "Фортуну" и всё, что с ней произошло, где-то за территорией Юэй. Сейчас она должна была улыбаться, готовиться веселиться с друзьями, будто провела весь день со старшей сестрой в торговом центре, а не на миссии от Комиссии. Будто не видела всех тех людей, не находилась в здании, где люди изготавливали наркотики и были готовы умереть непонятно за что. — "Кого они так боялись и почему?" — Аки-чан, ты как здесь оказалась?! — изумился внезапному появлению подруги Мидория. "Нет, мне нельзя думать об этом в такой момент." — Через балкон. — А двери для тебя шутка, да? — Токоями скрестил руки и закатил глаза, на что крылатая пожала плечами и проверила подготовленный праздничный стол, после показывая одноклассникам палец вверх в знак одобрения. — АКИЯМА!!! — за спиной раздался разгневанный голос старосты. "Ой-ой..." К ней приближался недовольный Иида, который заранее по пути начинал читать нотации: об опоздании, о том что дозвониться до неё он смог только на сотый раз, не забывая упомянуть чужую безответственность. Акияме оставалось виновато кивать и подставить макушку под легкий дружеский "хлоп" в качестве профилактики. Со стороны Токоями подзатыльник в качестве всё той же профилактики оказался ничуть не легким, а от дальнейшего воспитательного процесса крылатую спасло появление на пороге Бакуго и Тодороки. Класс тут же поспешил их поздравить с приобретением лицензии, отвлекаясь от перепалки старосты и заместителя, и пришедших завалили вопросами о ходе пересдачи. Шото отвечал кратко, но информативно, Кацуки же причитал о том как все мешались ему под ногами, заодно не упуская возможность побурчать на одноклассников, которые снова придумали какую-то чепуху в виде праздничного стола. Он показательно говорил о том, что уйдет в комнату, вот только спустя минут десять продолжал оставаться в кругу своей компании. Акияма же перемещалась между одноклассниками, спрашивала одних друзей об одном, других о другом. Хотелось поговорить с Шоджи и Кодой о притеснении гетероморфов, но было решено оставить столь личный разговор до лучших времен. Между беготней по холлу она цеплялась взглядом с Тодороки, но пока подходить не спешила из-за внезапно появившейся неловкости вперемешку со страхом перед возможной ссорой. Тайком подарить клубнику оказалось гораздо проще, чем прямо позвать на разговор для обсуждения проблем. Из-за этого крылатая всё кружилась возле остальных, но в какой-то момент просто перестала слушать о чём говорят друзья. Внутренняя батарейка садилась, и было принято решение ненадолго выйти на улицу, чтобы освежить голову. Честности ради, хотелось вовсе уйти в комнату, но Акияма держалась ради остальных и позволила себе только пару минут передышки. "Нужно поподробнее изучить дело той банды..." — выйдя на крыльцо, девушка тяжело вздохнула и присела на скамейку, попутно мысленно отгоняя мысли о прошедшей миссии подальше. В этот момент входные двери открылись, выпуская на улицу ещё одного человека. — Замерзнешь. — присевший рядом Тодороки привычно не спрашивал, а констатировал факт. — Просто решила немного проветриться. — без лишних слов руки крылатой взяли в свои, передавая мягкое тепло. — Шото... — Раньше всегда была среди шума, если не его источником, а теперь избегаешь. — Мне сегодня хватило шума рядом с Онэчан. — парень кивнул задумчиво, и от Фаруюки не скрылась легкая хмурость. — Нам нужно поговорить. — Мы можем отложить разговор на завтра. — Но... — И я уже не злюсь, если ты об этом переживаешь. — Шото задумчиво проводил кончиками пальцев по ладоням девушки, которая тем временем стыдливо прятала взгляд. — А ты? Злишься? Фаруюки помотала головой, ничего не сказав из-за появившегося кома в горле. Множество мыслей одолели её разом, и вслед за бурным потоком в начале задрожали губы, а после по щекам пошли слезы, которых она сама не ожидала. Сил хватало только тихо проговаривать сотню "прости" и, освободив руки из согревающей хватки, пытаться успокоиться. Шото же первые секунды был совсем растерян такой смене настроения: недавно его девушка веселилась вместе с друзьями, потом ушла в более спокойную обстановку, а теперь лила слезы. В мыслях всплыли неприятные воспоминания, где его мать тоже плакала после разговоров с отцом на повышенных тонах. Рей в такие моменты выглядела хрупкой, практически стеклянной. Фаруюки же ежилась лишь сильнее, стоило только Шото потянуть к ней руки, чтобы успокоить. Мотая головой, она продолжала извиняться и обещала побыстрее угомонить слезы, которые предательски совсем не собирались прекращаться. — Я сделал что-то не так? — подгадав момент, Тодороки смог опустить на щеки крылатой ладони, аккуратно смахивая её слезы и попутно согревая. "Даже в такие моменты в первую очередь обвиняет себя." — Н-нет, это я всё делаю не так. — от прикосновений становилось спокойно, поэтому Акияма перестала отмахиваться от заботы. — Совсем не так... — Фару, если со мной рядом ты, то и твоё "совсем не так" меня устраивает, потому что это именно ты. — Акияму бережно обняли, и она тут же уткнулась в плечо парня, пока тот её успокаивающе проводил ладонями по дрожащим плечам. — Помнишь о чем я недавно говорил? Мы справимся, с ссорами тоже. — Шото... — Пойдем лучше внутрь. Там теплее. Фаруюки понадобилось некоторое время, прежде чем окончательно успокоиться и вытереть влажные дорожки, оставшиеся на щеках от слез. Взявшись за руки, пара вернулась в общежитие на радость нервным клеткам близких друзей, которые догадывались о ссоре. В дальнейшем вечер прошел весело, не считая возможно только привычной баталии между крылатой и бешеным шпицем, когда часть учеников 1А решили сыграть в Монополию - фатальная ошибка, если рядом находятся упомянутые. Но самое интересное произошло в тот момент, когда враждующие "предприниматели" объединились против третьего конкурента в лице Яойорозу, а после её разгрома снова вернулись к своим перепалкам. — Нет, всё же их нельзя отправлять на совместные миссии. — задумчиво протянула Урарака, наблюдающая вместе с Иидой и Мидорией за взрывоопасной беготней одноклассников, ведь те снова сравняли счет и всё не могли решить кто из них одержал победу. — Думаю, что они могут хорошо сработаться. — верил в лучшее Деку, но к счастью у него имелись рациональные друзья, которые вместе проговорили: — Не-а. — Мы вообще-то всё слышим! После насыщенного вечера Акияма заснула практически сразу, как добралась до постели в своей комнате, и крепкий сон окупился ранним подъемом, благодаря которому она успела сделать необходимую домашнюю работу перед самым началом учебного дня. Неделя обещала быть насыщенной, ведь 1А ожидали не только привычные теоретические уроки с тренировками, но и съёмка для одного бренда одежды, где будущим героям предстояло быть лицом весенней коллекции. Заодно на занятии Ханако выяснилось, что с Кацуки и Шото хотят в ближайшие дни провести интервью из-за их эффектного дебюта на тридцатой минуте наличия геройских лицензий. Так у Фаруюки после перешагивания середины недели глаза лезли на лоб, а часов в стуках стало катастрофически не хватать: просмотры отчетов по прошедшей миссии занимали всё свободное время. При этом надзиратель Яойорозу всеми руками взялась за подтягивание оценок подруги, и так вечером после фотосессии Акияма оказалась не в своей комнате, а в холле вместе с Каминари, Серо, Ашидо и Киришимой. Хотя гораздо больше крылатую волновали совершенно другие вопросы в голове: от странного затишья Лиги Злодеев до тех торговцев усиливающих наркотиков. "Кому они их собирались поставлять? Кто за ними стоял, раз они так боялись его?" — от Момо не скрылся задумчивый взгляд подруги, которая очевидно думала не об учебе, за это ей прилетело по макушке свернутым листом бумаги. — Яоймомо! Тебя Бакуго покусал?! — А что? Он показал достаточно эффективный способ удержания внимания. — после сказанного Фаруюки повернулась в сторону Кацуки, Фумикаге и Шото, которые сидели на диване и обсуждали прошедшую на днях тренировку. — Ты плохо на неё влияешь, шпиц. — Если за твою успеваемость не возьмется Яойорозу, то возьмется Айзава-сэнсей. — вместо блондина ответила проходившая мимо Тсую. — Да вы все сговорились... — Привыкай, Аки-чан. — теперь по макушке прилетело Серо. — Вы разве все задачи решили? Нет? Вот и нечего отвлекаться. Спустя час Момо сжалилась над друзьями, подводя совместную учебу к концу, и Фаруюки вместе с остальными радостно побежала к кухонной части, чтобы взять награду в виде пары вкусностей. И хоть крылатой нужно было поскорее вернуться в комнату, ведь дел предстояло много, репортаж новостей по телевизору заинтересовал не только одноклассников, но и её саму. — Сегодня возле резиденции группировки Восьми Заветов Смерти был найден отрезанный средний палец вместе с шарфом. Кому принадлежит палец на данный момент не установлено, но полиция уже предполагает, что это некий "знак"...— дальнейшие рассуждение ведущей затерялись среди обсуждения 1А. — Кому мог сдаться чей-то палец...еще и в таком месте? Мерзость. — Джиро скривилась в отвращении, и Акияма заняла свободное место возле неё на диване. — Могла ли Лига Злодеев так высказать свое презрение к ним? — предположила Очако, на что Изуку отрицательно мотнул головой. — Не их почерк. — Ладно вам голову над этим ломать. — Фаруюки переключила канал и открыла банку энергетика, перед этим осматривая первый этаж на присутствие вездесущего старосты и игнорируя недовольный взор парня. — Может просто псих развлекается? Без нас разберутся. — Но резиденция якудза - не самое обычное место для таких показательных развлечений. — на мысли Эйджиро крылатая молча пожала плечами. — Компания Детнерат продолжает расширяться и выходить на рынок геройских товаров, но корейская компания Stark не даёт новым конкурентам выдохнуть свободно, выводя клиентам всё больше нововведений. — упоминание знакомой компании не осталось пропущенным мимо ушей, и большая часть присутствующих повернулись к крылатому заместителю их старосты, которая тем временем сидела в телефоне. — Вы чего так на меня все смотрите? — Акияма обратила внимание на сошедший репортаж. — А, точно...Папа недавно жаловался на них. Не нравиться компании этот "Детнерат". — Кто же любит конкурентов? — буркнул Кацуки, которому кинули пульт, чтобы тот нашел что-нибудь поинтереснее новостей. Хоть репортажи о боях жуков. — Мутных конкурентов точно никто не любит. — Старик недавно мельком упоминал, что товары Детнерата в последнее время появляются среди "обычного" населения, а не героев. В ответ на обвинения они всё списывают на "темные схемы" и свою непричастность.— теперь взоры устремились в сторону Тодороки. — Ты стал общаться с отцом? — на вопрос Мидории тихо хмыкнули, показывая нежелание говорить на затронутую тему, и никто не стал наседать. Акияма же встала с места и сообщила о своём уходе, перед которым предупредила на манер старосты о вреде засиживания перед телевизором допоздна и поцеловала Тодороки в щечку. Сама же она толком не отрывалась от телефона по пути, в начале проверяя чаты на наличие странных сообщений (а то один штопанный как-то подозрительно затих) и после набирая номер звонким постукиванием пальцев. — Вы, Акияма, кажется и из-под земли можете достать. — на звонок ответили ровно в тот момент, когда Фаруюки скрылась за дверьми комнаты. — Полезно иметь упрямство и связи. — Под упрямством ты имела в виду доставучесть? — Это одно и тоже. — наигранно дружелюбный тон сместился на серьезный. — Ничего не хочешь мне поведать, Ястреб? — Мы с ней просто не сошлись, вот и всё. Такова взрослая жизнь, ты должна понимать. — младшая Акияма рассмеялась, не желая ничего слышать про ту самую "взрослую жизнь". — Да, бросать по смс в телефоне - очень по-взрослому. Ты за идиотку меня не держи, Ястреб. Она, наверное, ничего не подозревает на фоне эмоций, поэтому за рациональность временно отвечаю я...Так что мне просто хочется убедиться в том, что связь ты оборвал по уважительной причине и ей в итоге не будет угрожать опасность. — по ту сторону раздался тяжелый вздох. — Быстро всё сложила по полочкам, да? Впрочем, я не удивлен. Но мне действительно не стоит даже появляться рядом с ней в ближайшие месяцы, ради неё же самой. — Надеюсь ты понимаешь, что она и сама догадается рано или поздно. Либо...— Ястреб мгновенно напрягся от хитрого тона собеседницы. — Вокруг неё всегда крутятся хорошие варианты, даже сейчас среди преподавателей Юэй. — Сотриголова не в её вкусе. — Почему же? Взрослый, остепенившийся и работающий мужчина, и очевидно, что за хмуростью кроется трепетное отношение к близким. Ещё он ответственный, умный, достаточно порядочный...Я могу продолжить перечисление плюсов сэнсея, но тогда это затянется надолго. И, к сожалению, дополнительных баллов на контрольных мне за такую рекламу не дадут. — Ты просто издеваешься, не так ли? — Нет, только намекаю рассмотреть вариант разговора с Онэчан, пока ты окончательно не влип. Но дело твоё. — Знаю, но это слишком опасно...Лучше отвлеки её по возможности. — повисла короткая пауза и Фаруюки хотела уже закончить разговор, как Ястреб неожиданно спросил: — А тебе никто не звонил странный в последнее время? Может сообщения подозрительные поступали? — Ты головой стукнулся при приземлении? Не понимаю о чем ты. — Ну знаешь...мошенников в последнее время много развилось, вот и спросил как ответственный герой. Впрочем, это и хорошо, что не звонил никто. А мне пора на патруль. — без какого-либо прощания герой сбросил трубку и вскоре заблокировал номер младшей Акиямы. "Странные звонки...C чего бы ему спрашивать о подобном?" — Фаруюки сидела за столом и всё не могла выкинуть последние фразы из головы. Только на третью минуту размышлений её осенило. — "Вот откуда у Даби оказался мой номер телефона! Получается, сейчас Ястреб взаимодействует с Лигой Злодеев и поэтому оборвал связи с Онэчан? Ему доверили такую опасную и сложную миссию? Никогда бы не подумала, хотя, с другой стороны, он герой на втором месте рейтинга." — Раз так, то можно было обойтись и без подачи моего номера на блюдечке. — под нос проворчала крылатая, попутно включая ноутбук. В первую очередь Акияма проверила почту, где обнаружила сообщение с прикрепленными новыми отчетами по уликам из заброшенного завода. И пусть она понимала, что отправляли ей далеко не всё по многим делам, но по сравнению с первыми днями работы с Комиссией ей стали доверять больше информации, ведь Фортуна оказалась полезна. Ставка Госпожи Ивамото сыграла, и Фаруюки старалась активно ей это доказывать, чтобы получать больше доступа к данным. Только эта своеобразная игра была в две стороны: чем больше крылатая узнавала, тем больше оков со стороны Комиссии на себя вешала, и пока не осознавала насколько путалась среди теней другой стороны геройского мира. "Усилители собирались тайно поставлять в некоторые полицейские участки?" — спина в одно мгновение выпрямилась и покрылась неприятными мурашками, когда Акияма дошла до заключения одного из отчетов, где были также написаны конкретные участки. Часть найденных партий должна была распределиться среди них, остальные закупили иные заказчики подпольного мира. Усилители к наркотикам приписывались неспроста, ведь те не только быстро вызывали привыкание, но также выводили агрессию на новый уровень. Резкий выход причуды на новый уровень имел свои последствия, в том числе и примитивизацию мышления - просто одни усилители отличались этим больше, другие меньше, но суть всегда оставалась прежней. "Часть партий ушла в другие страны?" — Фаруюки вскочила, шокировано глядя на экран. Теперь она понимала насколько они недооценили масштабы группировки. Теперь вопрос стоял не просто о продаже наркотиков, усиливающих причуды, а о целой подозрительной схеме, которая уходила своими корнями дальше Японии. — "Не нравится мне всё это..." Глаза уже слипались, когда Фаруюки решила переключиться на иные файлы, найденные в базе данных далеко не сразу. О семье Тодороки в принципе информация хорошо скрывалась, в том числе и об инциденте на Пике Секото ничего толком не было известно. Только упоминался сильный пожар, в котором погиб старший сын Старателя. Только нижняя челюсть осталась от тела. "Даже фотографий Тойи нет...Старатель постарался?" — крылатая смогла найти лишь фотоотчеты самого пожара, и выглядел он поистине пугающе, при этом камеры передавали жалкую часть яркости пламени. — "В таком зареве не выживают, какой бы стойкостью к огню у тебя не было...Но, интересно, как выглядел Тойя Тодороки? Сколько в нем было от Старателя и сколько от Рей? По Нацуо и Фуюми я бы сказала, что гены семейства Химура достаточно сильные." Акияма долго размышляла о трагедии семьи Тодороки, не заметив под тяжестью мыслей как уснула прямо за столом. На утро это аукнулось болью в шее и спине из-за чего проснулась крылатая, проклиная всё на свете, но далеко не только подобные мелкие проблемы продолжали преподносить дни. Пока учеба шла своим чередом, в новостях продолжали сообщать о находках в виде пальцев неизвестного человека возле значимых мест: Камино, Хосю, магистраль, где напали на полицейский конвой с Восстановителем и важными уликами, и не обошлось без поля сражения Символа Победы с Ному. На просторах интернета активно строили теории, приплетая нашумевшую идеологию Дестро, когда-то являющимся основателем Армии Равноправного Использования Сверхсил, и также Лигу Злодеев, а полиция продолжала разводить руками. Комиссия же была заинтригована столь странным посланием, но никаких действий не предпринимала - только Председатель как-то спрашивала мнение Акиямы на этот счет. Фортуна стала всё чаще появляться на пороге главного офиса Комиссии по ночам, разбирая тонны информации и пытаясь сопоставить картину нынешнего положения дел в голове. Слишком много странного происходило в последнее время, например затишье Даби и Лиги Злодеев в целом, суета в преступном мире, споры верхушки о проведении зимней стажировки и сомнении в её уместности, появление нелегального геройского оборудования среди населения и множество всего другого. — Мир словно с ума сходит. Ещё и этот инцидент в Дейка буквально на днях. — Акияма повернулась к Йокумиру Мера и Риота, которые сидели вместе с ней: один занимался бесконечной документацией, второй отчетами. У всех троих рядом стояло сразу несколько стаканчиков кофе. Пустых. — Что и ожидалось после ухода Всемогущего. — на слова Костяного, как его прозвала крылатая, Йокумиру согласно хмыкнул. — Было бы дело только в нём...— Акияма, стоявшая у большой доски, потянулась в качестве разминки и вернулась к своим заметкам. Между пальцами провертелся маркер, пока Фаруюки внимательно изучала написанное. — По дополнительным базам той группировки ничего неизвестно? — Нет. — кратко ответил Риота. — Кадров среди информаторов не хватает, так что нужные данные добываются с опозданием. Но одна из их опорных точек точно расположена вне Японии. — Вот вам и мелкие торговцы усилителем. — Акияма что-то раздраженно зачеркнула на доске, попутно заглядывая в отчет о проведении "воспитательных бесед" с, замеченными в использовании наркотика, участками полиции. Что конкретно под этими беседами проводилось в документах не уточнялось. "Надо будет по возможности уточнить как там тот парень из группировки." — Главное, чтобы успех со стирающим наркотиком никто не повторил. С усиленными, но неадекватными злодеями справиться не настолько проблематично, как сделать то же самое только без причуды. — решил вслух порассуждать Риота. — Вряд ли это возможно без крови Эри. — Но никто не может гарантировать находку человека с похожей причудой и появления злодея с нравом Восстановителя. — Слушай, Костянка, не сбивай мой настрой своим пессимизмом. — "Костянка" бросил недовольный взор, который крылатая прочувствовала затылком, и ничего не сказал. Не его это старческое дело с молодняком-выскочками разговаривать. За столько совместных часов работы Акияма уже привыкла к их своеобразному трио, который разве что разбавлял порой шпион-информатор "H", о котором она ничего не знала кроме данного обозначения в документах. По сути, весомая часть опорных задач Комиссии лежала на них, поэтому и отдуваться им тоже приходилось за всех. Также, именно из-за этого Фортуна считала, что Госпоже Ивамото стоит задуматься о пополнении кадров, иначе Мера-сан вскоре помрет от усталости, его даже не было толком видно за горами бумажек на столе. — Так, мне пора. — Фаруюки посмотрела на время в телефоне, и поспешила забрать сумку, брошенную возле её стола, а после подошла к окну. — С наступающим Рождеством! Увидимся после праздников. — Хоть у кого-то будут выходные. — проговорил Йокумиру, глядя вслед улетающей, её силуэт быстро затерялся среди ночного неба. — И не говори...Нам остается только завидовать. Подготовка к Рождеству в академии шла полным ходом: старосты всех классов организовали тематическое украшение коридоров, пока их одноклассники занимались облагораживанием кабинетов. Акияме вместе с Сущим Миком и Всемогущим удалось уговорить директора на включение рождественских песен в динамиках во время перемен, и в тот момент Сотриголова понял, что при желании эта троица "лучезарных и упертых", как он их прозвал у себя в голове, сообща могла снести на своём пути всё, чтобы добиться цели. Пожалуй, для полной картины им в компанию не хватало только Мидории и Бакуго - тогда такой таран точно не удастся остановить. В последние учебные дни, когда все контрольные оказались позади, многие стали надевать на макушки шапки Санты Клауса, а факультет поддержки вовсе придумывал самые разные способы применения гирлянд и игрушек для елок. Тсунео тоже не отставал от сокурсников, вместе с Хатсуне Мэй устраивая те ещё "развлечения" с помощью своих изобретений посреди коридоров, пока у старост их классов дергались глаза. От воспоминаний того, как Тсунео убегал по коридору от разъяренной его проделками Ханако, на лице крылатой заиграла мягкая улыбка. Поверхность очередной парты кабинета постепенно отчищалась под методичные движения тряпкой, а Тодороки тем временем занимался уборкой преподавательского стола. На наведение чистоты в кабинете 1А перед праздниками изначально вызвалась только Акияма, так как последнее время подобные занятия неплохо помогали разгрузить голову, и в помощь ей вызвался парень, не хотевший оставлять её одну. Пусть работы предстояло не так уж много, они в любом случае не торопились, моментами нарушая тишину разговорами. — Акияма-сэнсей сильно ругала тебя за результаты контрольных? — Ну...моим нынешним местом в учебном рейтинге она не особо довольна, но что поделать? Я сама виновата, что плохо готовилась к большей части предметов. Зато вся практика сдана на высшие баллы. — девушка потянулась, чтобы размять спину, а после присела на стул для короткой передышки. Задумчивым взором она следила за круговоротом снежинок, танцующих на улице за окном. Вечерело, поэтому часть вида просто скрывалась за отражением кабинета, но Фаруюки нравились подобные размеренные моменты, когда не было необходимости куда-то бежать, за что-то бороться или находиться в центре шумных событий. И Шото, поймав настроение девушки, ненадолго выключил свет после окончания своей части уборки, и подошел к ней тихими шагами. — Устала? — Фаруюки кивнула, попутно перехватив ближайшую к ней руку подошедшего, чтобы переплести пальцы. — Мне кажется, что ты чем-то расстроена. — Мама звонила и предупредила, что не сможет прилететь на праздники. — в голосе звучала колкая обида, и Тодороки решил присесть рядом, перед этим пододвинув стул от парты неподалеку. — Пусть вслух она не произнесла, но суть ясна: под нас с Онэчан окошко в её плотном предпраздничном графике не нашлось. У папы тоже ничего ещё неясно, так что...А ведь у Онэчан даже получилось договориться, чтобы меня отпустили из общежития сразу на пару дней вместо одного в канун Нового Года. Вот только смысла в проведении семейного праздника, без половины семьи, нет. Вместо слов Шото приобнял в миг поникшую Фаруюки, которая практически тут же сделала объятья крепче и уткнулась ему в районе груди. Поддержка никогда не была сильной стороной, наверное, всех Тодороки, но парень старался. Он успокаивающе проводил пальцами по плечам, и в один момент невзначай перетянул крылатую к себе на колени, и та теперь утыкалась ему в шею. — Может...поедешь на праздничный выходной к нам? Думаю, Фуюми и Нацуо против не будут. — А мнение Старателя не учитывается? — с легкой усмешкой уточнила Акияма, и Тодороки покрылся мурашками от ощущения дыхания на шее. Виду он пытался не подавать, хотя от крылатой не скрылась секундная заминка. — Если согласится Онэсан, то и он долго выделываться не станет. "Выражения, как и всегда, не выбирает, когда дело касается отца." — Фаруюки кротко поцеловала Шото в угол челюсти, на что он смутился: покрасневшие кончики ушей моментально выдавали его. — Спасибо за предложение, я подумаю. Нам пора вернуться к уборке, нам осталось совсем немного. Когда с делами было покончено и пара направилась в общежитие, Тодороки позвонил отец. Пусть разговор между ними выдался коротким, неловким и странным в какой-то степени, но касался он обыденных вещей. Энджи спрашивал о прошедшем дне, а его сын в пару слов отвечал, и даже задавал вопросы в ответ. Акияма наблюдала за этим с приятным удивлением, под конец общения решив поздороваться с, по сути, наставником. — На скорой стажировке вернешься к Босатке, Фортуна? Несмотря на недовольство многих преподавателей Юэй, Комиссия настояла на проведении зимней стажировки, о чем объявили на днях. В тот же вечер с младшей Акиямой связался Такуя-сан с предложением вернуться в офис Босса, и она сама собиралась поступить именно так, но в решающую секунду в горле появился ком. Подчиненный Босатки не торопил, давая время на раздумья, и... Фортуна с сожалеющим осадком на душе отказала. — Вам придется меня ещё долго терпеть, Символ Победы. — Никаких поблажек. — Никакой пощады. — в тон продолжила мысль крылатая. — Отец...— предупреждающе обратился Шото, но его благополучно проигнорировали и вскоре завершили звонок. — Мне пора на патруль. Внешне младший Тодороки показывал лишь недовольство и усталость от разговора с отцом, но Фаруюки видела в его глазах отголоски ребенка, которому в детстве так не хватало подобных простых бесед с родителем. Да, поздно...о полноценном прощении Старателя речи пока идти не могло, но Шото старался, и это вызывало в крылатой безмерное уважение. Поэтому перед самыми дверьми общежития она произнесла: "Ты молодец", а в холле вовсю шла подготовка к скорому празднику. Часть класса бурно обсуждали блюда для праздничного стола, и самое активное участие в этом принимал Бакуго, а другие занимались украшением или подготовкой костюмов. Акияме не очень нравилась идея встречи Рождества в тематических образах на манер Санты Клауса, но отказать горящим глазам Яойорозу, Ашидо и Урараки у неё просто не получилось. — Каминари, ленты криво весят. — Джиро указала на одну из частей ёлки. — Да в каком месте они криво весят?! — Ты слепой или что? Вон там! — Тут разница в высоте пару миллиметров… — Именно. "Прям как женатая пара." — Акияма вместе с рядом стоящими Асуи и Токоями тихо посмеялись, видимо подумав об одном и том же. Предпраздничная суета продлилась до глубокой ночи, и на фоне усталости многие завалились спать прямо в холле. Никакие нотации старосты их подняться не заставили, поэтому Ииде оставалось лишь накрыть одноклассников пледами в тематической расцветке, которые недавно закупила Акияма, и пожелать спокойной ночи. Крылатая же тем временем давно вернулась в комнату, чтобы засесть за свои дела. Энергии оставалось много, а возможность поспать до самого обеда, пока группа из Бакуго, Яойорозу, Шоджи, Киришимы, Джиро и Маширао вместе с несколькими преподавателями займутся закупкой продуктов, очень заманивала сделать за ночь максимальное количество заданий, данных Кими Ивамото. "Почему такое резкое молчание с его стороны? Снова играется на нервах и испытывает?" — Фаруюки моментами отвлекалась от экрана ноутбука, чтобы проверить телефон на наличие сообщений или звонков от неизвестных номеров. Когда в очередной раз ничего нового не появлялось, она, выругавшись, вернулась к делам, но уже спустя пару минут их пришлось отодвинуть в сторону. В дверь раздалось нервное постукивание. "Шото и Фумикаге-кун стучат спокойнее...Кого тогда ко мне могло принести в такое время? Все должны спать без задних ног." — Акияма прикрыла экран ноутбука и подошла к двери, чтобы впустить внезапного гостя. На пороге стоял Аояма, опасливо оглянувшийся прежде чем пройти в чужое пространство. Он был бледным, как сама смерть и это напрягало лишь больше. — Что случилось? — С моими...с моими родителями связались. — Юга выглядел не менее шокированным, чем его одноклассница. — Спустя столько месяцев затишья? ВЗО же в Тартаре, а у Лиги на данный момент явно не те ресурсы, чтобы суетиться со шпионами. — крылатая присела обратно за стол, пока блондин опустился на пуф, попутно не переставая нервно трястись. — Поступил приказ от Томуры Шигараки... через посредника. Он хочет получить информацию о нынешних силах нашего класса: прогресс, основные приёмы и в целом сильные изменения, если таковые есть. Не выдержав вид настолько измученного нервами Аоямы, крылатая поднялась с места, чтобы налить стакан воды и протянуть его. Пытаясь смочить горло, он говорил под нос о том, что зря во всё это вязался с Акиямой...Сбивчивым шепотом проговаривал сценарии, где о его обмане узнают люди ВЗО и родителей убивают прямо перед ним. Фаруюки не перебивала, давая возможность выговориться, и даже никак не прокомментировала падение стакана. Посуда не разбилась, но вода стала моментально пропитывать ковер. — Когда они хотят получить информацию? — Аояма вырвался из самокопания и поднял испуганные глаза на хозяйку комнаты. — Мне дали три дня, а потом я должен выслать всё родителям. — Три дня значит... Фаруюки методично постукивала пальцем по упавшему стакану, отбивая определенный ритм. В голове завертелись сразу несколько вариантов с десятками развитием событий. Предстояло провернуть всё так, чтобы не подставлять никого из Аояма, при этом не предоставляя Томуре Шигараки все данные, а лучше вовсе запутать ему карты. "С чего бы вообще такое резкое появление? Возможно с их стороны многое успело поменяться за этот месяц." — Акияма? — До них точно не должна дойти информация об "новой" причуде Мидории, о прогрессе Хитоши Шинсо в том числе. — на пару секунд Фаруюки прикрыла глаза, ей предстояло правильно сформулировать мысль. — Мы поступим с тобой так: перемешаем в информации правду, недоговоры и ложь. Со способностей переведем акцент на грядущую стажировку, заодно добавим пару фактов про межличностные отношения в классе. — Если поймают на лжи... — Послушай, Аояма. — Фаруюки присела перед названным и опустила ладони ему на плечи, а перед глазами ей вспоминался образ того испуганного паренька из заброшенного завода. — Я понимаю, что тебе страшно и почему. Мне нелегко от всей этой ответственности, но я сделаю всё что угодно ради сведения риска к минимуму, слышишь? Обещать полную безопасность не могу, нет у меня соответствующих сил. Но мы должны с тобой спутать Лиге Злодеев все карты, которые только можем...И, к сожалению, это наша борьба, Аояма. Помощь со стороны будет риском. — От этого только страшнее. — Понимаю, и мы сможем преодолеть это с тобой, договорились? — Аояма не спешил кивать, и крылатая относилась к молчанию с пониманием. — Даже если посредники могут проверить правдивость с помощью причуд, например как "детектор лжи" у детектива Тсукаучи, то мы обойдем это. Я напишу "отчет", постараюсь подстроиться под твой стиль с помощью конспектов, потом ты отправишь их родителям, не читая. Никто из вас таким образом не будет знать что там правда или ложь, а значит при возможной проверке, технически, никто не врет. — Это...может сработать. Но откуда ты знаешь про причуду того полицейского? — Фаруюки отвела взгляд, не зная как рассказать о том, что копалась в данных Комиссии, которые касались полицейских участков. Не то чтобы наблюдалась особая надобность в проверке Тсукаучи, с которым младшая Акияма пересекалась пару раз, но сдержать любопытство о том, кто в основном вел расследование по Лиге Злодеев, не получилось. — В первый раз уловка может прокатить, но лучше задуматься о более надежной альтернативе на всякий случай. От Аоямы разумеется не скрылась очевидная смена темы, но вдаваться в подробности не рискнул. Наблюдая за сменой эмоций на лице задумавшейся Акиямы, он всё пытался понять как они оказались в нынешнем положении. С первых дней Фаруюки Акияма производила впечатление грубиянки, думавшей в основном о себе и больно опрокинувшей его на землю во время самой первой боевой тренировки. Юга следил за её действиями на расстоянии, не собираясь менять о ней изначальное мнение, но шли дни: и вот по его мнению высокомерная грубиянка становится заместителем старосты, отправляется на призыв помощи при нападении на U.S.J, поддерживает класс на спортивном фестивале, позже тесно вплетаясь в жизнь почти каждого одноклассника. Аояма видел как пару раз Тодороки заказывал в общежитие букеты декоративных подсолнухов и понимал почему крылатая ассоциировалась у него именно с этими цветами. — Нам повезло с тобой. — из-за размышлений Фаруюки не услышала тихого шепота, после резко подрываясь с места. — Кажется, я знаю кто может стать потенциальной лазейкой. В качестве перестраховки Акияма больше ничего не пояснила, в её голове вертелось одно конкретное имя: "Хитоши Шинсо."