Реквием по пеплу

"Как же раздражает..." Тойя в который раз увернулся от очередного прохожего, чтобы не задеть того плечом, но в толпе оставаться неприкасаемым практически невозможно. Возле одного из трех стадионов Академии Юэй столпилось кучу народа, отчего руки так и чесались спалить всё вокруг от обилия шума, ещё и солнце, как назло, не собиралось скрываться за ближайшими облаками. "Так много людей хотят поглядеть на неопытный первый курс только из-за нападения на...как там этот комплекс? U.S.J? Впрочем, плевать. Мне интересно лишь поглядеть воочию на "самое лучшее творение" отца." — достать билеты на спортивный фестиваль Юэй оказалось задачей не из легких, но возможной, хотя перспектива находиться среди такого обилия людей не вдохновляла. Самым большим неудобством являлся беглый досмотр перед заходом на зрительские места. Капюшон вместе с маской приходилось спускать и терпеть взгляды людей, направленные на безобразные шрамы, сцепленные со здоровой кожей скобами. Кто-то от увиденного брезгливо отворачивался, другие наоборот изучали слишком пристально. Что не стерпишь ради наблюдения за "успехами" младшего сынка Старателя. Вот только знал бы Тойя к чему это приведет... Среди ярких и способных учеников 1А крылатая девушка привлекала к себе внимание не сразу, пока во время первого испытания на неё не стали всё чаще наводить камеры. За первенство в забеге она боролась с младшим Тодороки, ловко маневрируя между препятствиями и летая так, будто птичье в ней были не только крылья, но и любовь к небу, где её силуэт смотрелся гармонично, как недостающий элемент в пазле. В Фаруюки Акияме среди зрителей зацепил дух бунтарства, сквозивший в её колких фразах или действиях, но Даби казалось, что он искал её среди других участников по другой причине, пока ему неизвестной. Вот только именно эта неизвестность вынуждала ожидать поединка между Шото Тодороки и Фаруюки Акиямой с нетерпением. — Эта девушка из 1А успела хорошо проявить себя и свои крылья, а также не стоит забывать про её дерзкий характер! Но я уверен, что мы ещё не успели увидеть весь её потенциал. Встречайте! Фаруюки Акияма! "Возможно дело в знакомой фамилии?" — Тойя задумчиво оглядел стадион и только в этот момент обратил внимание на массивную фигуру среди других зрительских мест. Разумеется Старатель пришел посмотреть на свое творение в действии, и это выводило на хриплую усмешку, затерявшуюся среди шума возбужденных зрителей. — Сражаться Акияме придется против того, кто любит оставаться в списках лучших! Он поступил по рекомендации в тот же класс геройского факультета, что лишь доказывает его высокий уровень! Энджи Тодороки не мог не прийти на мероприятие такого масштаба, где участвует его драгоценный проект бесполезной гонки за непревзойденностью Всемогущего. Не будь вокруг столько людей - Даби залился бы истерическим смехом прямо на месте. "С другой стороны, я же здесь по идентичной причине...Не так ли, старик?" — Старатель был окинут напоследок насмешливым взором, прежде чем объявили о начале боя двух студентов 1А класса. Холодный взгляд внимательно метался по всему стадиону, изучая каждое движение не только Шото, но и его крылатой соперницы. К счастью, солнце ненадолго скрылось за облаками, прекращая раздражать и мешать лучами фокусироваться на происходящем. Зритель рядом, случайно заметивший такой расчетливый топаз в чужих глазах, пугающе светившихся в тени от капюшона, отсел чуть подальше, насколько позволяло пространство сиденья, и Тойя не обратил на это никакого внимания, ведь гораздо больше его интересовало ожидание того самого момента, когда младший братишка воспользуется пламенем. В начале принципиальное игнорирование огненной стороны причуды заинтриговало, но уже на битве конниц Даби разочарованно хмыкнул: позиция Шото быстро прогнулась при встрече с препятствием в виде сильного соперника - Изуку Мидории. Поэтому оставалось только прожигать испытывающим взором спину "идеального" братца, которого крылатая за время чужих раздумий успела сместить к краю стадиона. "Неплохо держится, и ведь маловероятно имеет большой опыт в подобных битвах. Что же ты тогда так продолжаешь разочаровывать меня, идеальное творение? Тебя же тренировали дни и ночи." — Тойя глядел на чужую спину, наблюдая за разрастанием по ткани тонкого слоя инея и появлением отдышки после каждого нового залпа льда. А Фаруюки Акияма продолжала наступать, лавируя между атаками легким перышком, который, пританцовывая, кружит по воздуху, когда отделяется от птицы. Вот только Даби видел ошибки: где-то девушка реагировала с опозданием, где-то упускала подходящие моменты для ответных атак, а где-то вовсе сама лезла под ледяные шипы, будто желая поскорее закончить бой, и передумывала в самую последнюю секунду. Всё пошло к прямиком к ёкаям, когда солнце вышло из облаков. Лучи очертили силуэт Фаруюки в момент, когда та взлетела перед противником. Тогда дыхание у Даби болезненно перехватило, от чего швы со скобами в районе туловища неприятно впились в кожу, но к боли он давно привык и потому не обратил на неё внимания. Всё в тот момент сузилось до крылатой девушки, укутанной солнцем, словно броней, как у мифических созданий с картин художников прошлых эпох. "Ками..." Тойя не знал выругался, поблагодарил или обратился к чему-то эфемерному, недостижимому, но в тот момент в нём точно щелкнуло нечто, запрятанное в самых отдаленных уголках испепеленной души. Зацепляться за любое упоминание Юэй или одного конкретного имени в интернете, глядя в побитый экран телефона, стало раздражающей привычкой. Раньше Даби данные темы были безразличны, а теперь в его инфополе их становилось будто слишком много. Так новости о прохождении "Фортуной" практики у про-героя Босатки попались в ленте сразу, как и фотографии крылатой вместе с "Шото" на совместном патруле упомянутого про-героя со Старателем. А той же ночью весь интернет зашумел в начале от событий в Хосю, после сменяя курсор внимания на задержание Убийцы Героев вторым героем в рейтинге. Позже, уже ближе к утру, в сеть попал снимок, где Пятно стоял рядом с лидером Лиги Злодеев - Томурой Шигараки. Все, кому не лень, обсуждали взаимосвязь между злодеями, что заинтриговало Даби в том числе, пусть и относился он к происходящему вокруг с меньшим энтузиазмом...пока на него не вышел некий "Гиран", о котором он ранее мельком слышал в преступных кругах. Одним поздним вечером мужчина с сигаретой между пальцев поджидал его в одном из переулков, где Даби часто сокращал путь. Поза казалась расслабленной, и на её фоне цепкий взгляд слишком выделялся, как и протянутая пачка сигарет в качестве "угощения" перед дальнейшим разговором. — Объявился в преступном мире недавно, а уже успел привлечь к себе внимание, Даби. — незнакомец взял начало диалога на себя, пока названный зажигал синим огоньком с пальца сигарету со скучающим видом - одновременная угроза и демонстрация уровня заинтересованности к беседе, близкого к нулю. — Вдохновился идеологией Убийцы Героев? — Возможно. На самом деле активная деятельность Убийцы Героев скорее послужила толчком наконец вылезать из норы и наконец вступать на начало мстительного пути. — А ты парень общительный, сразу видно. — собеседник криво ухмыльнулся, демонстрируя отсутствие одного переднего зуба. — Меня зовут Гиран, я заинтересован познакомить тебя с одним человеком, тоже идущим за Пятном. — С Лигой Злодеев? Кажется, в ней проблемы...с кадрами. — Быстро схватываешь суть, мне такие типы нравятся. Так что? Ни он, ни блондинка по имени Тога Химико, вместе с которой Гиран представил его, Томуре Шигараки не понравились. Даби на отказ лишь хмыкнул, как и на предложение Курогири оставаться на связи ближайшие дни в ожидании окончательного решения лидера. Он что ли собачка кого-то ждать? Со спокойной душой, пусть и немного подпорченным настроением, он вернулся в своё убежище, а на следующий день устроил спонтанную прогулку, не подозревая, что на протяжении всего пути прогуливался неподалеку от самого Шигараки. Кто знал, что это решение приведет его к большой удаче? В который раз Тодороки убеждался в странности юмора судьбы. В переулке в него врезалась крылатая бестия, которую он узнал моментально по крыльям и волосам, непослушно растрепавшимся от бега. — Прошу прощения. Я...— влетевшая в него Фаруюки Акияма подняла голову, замерев в нерешительности. Их глаза встретились, и Тойя был уверен, что даже утреннее солнце, раздражающее своей яркостью, не могло так слепить. В желтых глазах отражалось всё золото мира, которое драконы из сказок обычно прятали в самых скрытых уголках придуманных вселенных. Мать часто читала ему книжки с такими сюжетами перед сном, где рыцарь находил логово злобного дракона, а маленький он никак не мог понять: зачем прятать драгоценности, не пользуясь ими? Зачем напрасно над златом чахнуть? Теперь...позиция чешуйчатого монстра была ему понятна, возможно близка. — Я отвлеклась на телефон и не заметила вас...Простите ещё раз. — в этот момент Даби ощутил, как к нему вернулось дыхание, давая возможность хоть что-то ответить. Иначе он выглядел слишком подозрительно. Впрочем, зачем вести себя иначе? Лучше наоборот немного поиграться, раз судьба сама предоставила такой шанс. — Ох...ничего страшного. — Тодороки видел, как в чужих глазах заискрило напряжение от столь скрипучего дружелюбия, и это веселило — Кажется, я вас где-то видел. Точно! Спортивный фестиваль. — Д-да, я в нём участвовала. — крылатая двинулась мелкими шагами в сторону, будто между делом, а не в попытке поскорее сбежать от общества незнакомца. Тойя еле скрывал легкую ухмылку, подмечая в движениях Акиямы всё больше напряжения. Она боялась его не потому что видела лица, а из-за внутреннего скрежета, сообщающего ей об опасности рядом. Данная черта в людях всегда интересовала его...Почему одни могли ощущать угрозу от другого человека, а остальные нет? Как данный механизм работал и возможно ли его обмануть или сломать? Зависел ли он от наличия звериных черт в причуде? — Фаруюки Акияма, если не ошибаюсь? — разумеется, Даби знал, что не ошибался, так как образ названной вязко въелся в голову. — Сражались против сынка Старателя, а ведь он просто зверь на поле боя. Его отец хорошенько постарался над своим...проектом. Жаль, у меня нет блокнота или чего-то такого с собой, иначе взял бы у вас автографов. А ведь мне понравился ваш бой...Что же, ничего не поделаешь, может в следующий раз. Метания Акиямы между вариантами сбежать и продолжать оставаться вежливой с "фанатом" настолько были очевидны в переливах янтарной радужки, что Даби такая искренность во взгляде напротив только поражала. Наверное, девушка сама не подозревала насколько глаза были честнее её самой. — Спасибо за комплимент. Извините, но мне пора. Я очень спешу. — суетливо крылатая подняла руку и махнула ладонью, прощаясь в надежде на навсегда, а после сорвалась с места так, будто за ней мог погнаться волк. Наблюдая за в спешке удаляющейся спиной, Даби ухмыльнулся со скрипом от хрипловатого смешка и продолжил путь. Стечения нынешних обстоятельств обещали ему занятные события, поэтому было решено вернуться в своё убежище для ожидания звонка от Гирана, который обещал связаться с ним и той психованной, чтобы сообщить решение Шигараки насчет них через несколько дней. Всё же, раз Лига Злодеев так зациклилась на Всемогущем и Академии Юэй, то шансы пересечься с идеальным творением Старателя и его крылатой одноклассницей весомо возрастали. Как и предполагал Даби, новая встреча Лиги Злодеев и 1А случилась спустя пару недель подготовки к нападению на летний геройский лагерь. Откуда настоящий лидер организации, к которому Томура обращался как к "Учитель", узнал его местоположение штопанного мало интересовало, в отличие от поставленной цели - похитить Кацуки Бакуго. Причины зачем им понадобился именно этот бешеный псих с фестиваля, Тодороки не особо устраивали, так как его головной боли хватало и двух поехавших блондинов: Химико с Мускулом, но раз задача была поставлена, то и торговаться на похищение кого-то более полезного являлось бессмысленным. "Ещё и этого двуликого ко мне приставили." — в один момент Даби перестал вслушиваться в противоречивый бред Твайса, концентрируясь только на редких информативных фразах и превращении деревьев в растопку для его пламени. Где-то в другой части леса его клон должен был сражаться с Сотриголовой для отвлечения внимания от главных событий. — Мне кажется, что вся эта поимка и истребление учеников противоречат идеологии Пятна. Нет! Давайте размажем их всех и устроим танцы на их пепле или костях! "Какая же это всё скука." — Тойя ждал, когда ему хотя бы по счастливой случайности попадется младший братец интереса ради, всё же было дано наставление от "Учителя", чтобы он не особо высовывался. В крайнем случае Компресс мог поторопиться и поскорее схватить Кацуки Бакуго. Пока же не происходило ни того, ни другого, а под ухом надоедливо жужжали. — Эти ученики - такое же прогнившее будущее геройского общества. Так что мы поступаем...по совести. — на последнем слове мужчина ухмыльнулся и прикоснулся к очередному дереву, которое через пару мгновений стало охватывать пламя. В действительности превращения учеников 1А в пепел его мало интересовало, и сказал он так скорее для антуража. Именно для человека, который затаился неподалеку и чей взгляд Даби отчетливо ощущал на себе. Необходимо было только дождаться небольшого промаха от наблюдателя, и злодеи дождались. Раздался хруст ветки, и синее пламя мгновенно устремилось в источник резкого звука - не испепелить, скорее просто припугнуть и вынудить покинуть укрытие. — Кажется, я задолжала вам автограф. Где мне расписаться? Может на вашей футболке? Акияма приземлилась перед ними хищной птицей, не забывая прикрыть напряжение саркастичным комментарием с отсылкой на встречу в переулке, а Даби не смог сдержать удовлетворенной ухмылки - его не только тогда запомнили, но и узнали в такой ситуации. При этом, от него не скрылся блеск решимости в чужих глазах, которые в прошлую встречу выражали лишь страх. Нет, Фаруюки всё так же боялась, но в этот раз животных страх вытесняло желание отвлечь злодеев от их основной задачи...Всё для спасения своих же одноклассников, что, наверное, Убийца Героев одобрил бы, будь здесь. Таких "героев" он оставлял в живых, даже признавал, например как Изуку Мидорию, о котором ящер с кличкой Спиннер успел пророкотать в их убежище-баре все уши. К счастью, в такой "базе" были свои плюсы и не все причитания других приходилось выслушивать в абсолютно трезвом состоянии. — Надо же...Меня запомнили и даже узнали! Какая честь от будущего героя. — подозрительный обмен любезностями не скрылся от Твайса. — Вы знакомы?! Нет, вы точно видите друг друга в первый раз! — Новые подчиненные Томуры Шигараки? Стоило увидеть на одном фото его в компании Пятна, как его последователи сразу прибежали к Лиге Злодеев. Как наивно...— попытка Акиямы заговорить их, после попытавшись улизнуть, не скрылась от Даби, поэтому он поспешил остановить её предупреждающим залпом огня. Наконец-то случилось хоть что-то занятное...Как ему так просто упустить возможность утихомирить скуку? — Быстро соображалка нынче у подростков работает. Но придется тебе пока "потусоваться" с нами, крылатик. — прозвище вырвалось как само собой разумеющийся, как и своеобразная похвала. Всё же, умение так быстро сопоставить факты могло заинтересовать. — Твоего клона там так сейчас отметелили, Даби! Ну ты и слабак. — оповестил Твайс, за что получил недовольный взгляд. Навязанный напарник одной фразой смог раскрыть не только свою способность, но и его прозвище. — Мне кажется, что мы вполне можем с вами просто и спокойно разойтись. — всё пыталась избежать битвы крылатая, но Тойя видел размышления в её глазах касательно дальнейшего плана. "А это уже будет занятно." — после данной мысли Акияма первой сорвалась с места и налетела на Твайса, посчитав его более уязвимым. Первой мыслью было использовать огонь, но девушка продумала и этот момент, понимая, что данная атака заденет напарника, в отличие от неё, способной защититься стальной формой крыльев. Вот только будущая героиня не ожидала, что Твайс вступит в рукопашный бой. В начавшуюся битву Даби особо не вкладывался, делая больше акцента на анализе чужого стиля боя и сведения попыток улететь на "нет". Фаруюки очевидно проигрывала им, и при этом умудрялась неплохо держаться за счет избегающей тактики, но бесконечные увороты вперемешку с редкими атаками в ответ не могли спасать её долго. — Твайс, давай! — план в голове Тодороки появился быстро, и, к счастью, напарник, возможно не такой уж безнадежный, понял его без лишних уточнений. Измерительная лента обвилась вокруг правой ноги Акиямы. Её крик звоном застыл в ушах. Даже спустя продолжительное время Даби не мог объяснить этот порыв использовать пламя напрямую. Он внимательно оглядывал рану на руке, оставленную от острого пера. Долгие минуты всё пытался разглядеть на поврежденной коже ответ, но ничего дельного на ум не приходило - только взгляд смещался на стены хлипкого убежища, которое после захвата Все-За-Одного Тойя стал посещать реже. Теперь приходилось таскаться с остальной Лигой от одного временного пристанища к другому, и о своей скромной обители было решено молчать, даже если приходилось спать в остальные дни на улице или в затхлых заброшках. Полуразрушенное святилище - его личный мир, куда он не собирался кого-либо пускать. Лига Злодеев временно обустроилась в полуразрушенном здании и, сидя полукругом посреди хлама, они обсуждали дальнейшие планы. Денег, оставленных учителем Томуры, толком не осталось, а стоящее пополнение в ряды организации не находилось. И Даби слушал размышления о дальнейшей судьбе в пол уха, сидя в телефоне за просмотром сводки новостей. Тога вместе со Спиннером и Твайсом были недовольны его безразличием, на что он отмахивался и мысленно радовался тому, что хотя бы "лидер" не капал ему на мозги. Либо смог прочесть тонкости его безразличной к их судьбе натуре, либо сам не хотел нарываться на лишние перепалки. — Ты совсем не вкладываешься в Лигу, Даби! — возмутилась Химико, указывая пальцем на названного, который никак толком на неё не отреагировал, не считая привычной язвительности. — Моё дело быть сильной боевой единицей, а ты под прикрытием на экзамене на лицензию даже крови наших любимых юных героев собрать не смогла. — Я была занята другими важными делами. — На Мидорию ты там своего залипала. — цокнул Шуичи, а при упоминании имени кудрявого паренька из 1А Томура демонстративно нахмурился. "У старика появился стажер...?" — разговоры присутствующих снова стали лишь фоновым шумом, когда Тойя заинтересовался заголовком новостной статьи. Он ожидал увидеть своего младшего брата, но вместо него на снимке возле громоздкой фигуры Старателя шла Фортуна. Глаза непроизвольно стали внимательнее рассматривать фотографию, в особенности новый геройский костюм крылатой стажерки. Неожиданная волна интереса к изменениям в Фаруюки Акияме окончательно заглушила любые беседы напарников, давая пространство для размышлений над планом "случайной встречи". Химико и Твайс тем временем с подозрением косились на его появившуюся зловещую ухмылку. Небольшая потасовка с Фортуной оправдала любые ожидания: в ней много чего успело измениться за последние недели. Теперь она всё больше походила на воительницу из мифов, образы которых до сих пор оставались увековечены в деяниях искусства различных культур. Движения завораживали грацией, при этом скрытая в них сила заставляла кровь буквально закипать. Сильнее в сознании от той встречи отпечатался только чужой взор, который Даби не раз прокручивал в голове. В какой-то степени этот образ успокаивал среди общей суеты и частых атак надоедливого Гигантомахии, стоило прикрыть глаза на пару минут. В боях против слуги ВЗО сам Тодороки участвовал редко, ведь тот к его пламени был невосприимчив, но дел от этого меньше не становилось. Главной головной болью стал пернатый про-герой Ястреб, которого он заприметил в качестве потенциального союзника. Хотя его персона не переставала вызывать сомнения, впрочем, толк от него тоже был. — Номер младшей Акиямы? Зачем он тебе? — спросил в ответ на просьбу во время одной из встреч Ястреб, хмурясь в подозрении. — Думаю, что тебе известно о наших пересечениях с ней. Мне просто хочется...немного попугать одну из учениц 1А, которых так ненавидит мой лидер. — Жуткий ты тип, Даби. — Ладно тебе, это ради разового развеивания скуки. Потом наверняка телефон сменит. — Ястреб согласился на просьбу с неохотой, но было очевидно, что налаживание доверительных взаимоотношений со злодеем из Лиги Злодеев являлось для него первостепенной задачей. "Вот вам и хваленные герои." — после получения желаемого Даби быстро сменил тему на обсуждение слухов про Ному, попутно забросив удочку на тестирования парочки новых образцов, и разумеется герой не мог это проигнорировать. Стоя на крыше в ожидании прибытия Акиямы, злодей всё гадал: что произойдет? Развитие событий в его голове варьировались от масштабной битвы до обычного разговора. Не стоило и отрицать варианта, где на него уже надвигались про-герои, которых приглашенная могла позвать с собой для задержания его криминальной персоны. Последний вариант по неизвестной причине казался настолько маловероятным, что почти невозможным. Присутствие девушки он ощутил интуитивно, будто в одно мгновение воздух вокруг стал другим, а волосы на затылке встали дыбом. Фаруюки летела на него, что было ожидаемым, поэтому Тойя уклонился и после позволил ей повторно атаковать, в последний момент перехватив руки. Он смотрел на "плененную" со слабой ухмылкой, которая непроизвольно дернулась, когда он заметил тонкие ручьи крови, медленно стекающие по ладони и исчезающие в рукавах кофты в районе запястья. Ненароком пару капель украсили его пальцы. "Готова снова пером пырнуть?" — Даби смотрел на импровизированное оружие, вспомнив встречу в лагере. Шрам на руке отозвался фантомной болью. — На теплый приём я и не рассчитывал. Полагаю, стоит начать с "привет", крылатик. Фаруюки смотрела с яростью, и это янтарное пламя в глазах буквально приковывало, заставляя сводить все мысли только до них. И, несмотря на огненный характер, из-за уличного ветра светлая кожа отдавала холодом, поэтому Даби скорее инстинктивно, чем осознанно, стал нагревать ладони. Тут же во взгляде напротив мелькнул страх, на что пальцы непроизвольно сжались крепче. "Телом боится, но смотрит воинственно и так, словно в уязвимом положении нахожусь я. Поразительно." — крылатая упрямо отмалчивалась, не желая начинать разговор первой, и это забавляло злодея только сильнее. — Язык проглотила? — после сказанного Акияма неожиданно стала в хватке податливее, смиряясь с тем, что пригласили её ради разговоров, а не сражений. При этом, стоило убрать руки, как принялась попытка нанести удар ногой. "Ну и нрав..." — Даби уклонился, подмечая как его едкая ухмылка на губах вызывала в девушке всё большее раздражение. Тем временем улицы продолжали жить своей жизнью: где-то вдалеке послышалась ругань пьяниц, предзнаменуя драку, и Фортуна моментально натянула капюшон сильнее, словно пряталась от оскверняющих теней затхлого района. — Боишься, что кто-то обратит внимание на твою нашумевшую персону внимание, крылатик? — Зачем ты позвал меня? — будущая героиня старалась не сводить внимание с Даби, отвлекаясь только на пару секунд для осмотра мелкой раны на ладони, оставленной собственным пером. Нечто совершенно инородное замелькало на краю сознания - вид меланхолии в диком взоре вызывал странные эмоции, перерастающие в раздражающие желание поковырять скобы на скуле или руке. — Ты мне должна автограф. — на самом деле Тодороки хотел перейти сразу к делу, но соблазн подействовать Акияме на нервы оказался выше его сил. Не то чтобы он особо сопротивлялся изначально. Иррационально крылатая не вызывала в нем ни грамма опасений, хотя являлась первой, кто за последние годы оставила на нем шрам, не считая собственного пламени. Она была вполне серьезным противником, и даже в мельчайших движениях сквозила угрожающая грация. При этом в контраст вокруг неё витал особенный шлейф, успокаивающих в какой-то степени, поэтому Даби без опасений подошел к парапету крыши, чтобы безмятежно облокотиться на него. Наблюдая из под редких ресниц за чужой мимикой, Тодороки достал из внутреннего кармана плотной зипки с высоким воротником небольшой блокнот вместе с ручкой. На задания или встречи с Лигой он обычно выбирал черный плащ, но для "будничных" целей на нем была более скрытная одежда, которая закрывала бы шрамы. — Ну давай, крылатик. Порадуй душу своему преданному фанату. — У тебя нет души, злодей. — что-то заскреблось внутри от сказанного, но злодей не подал виду и с видом фальшивого эстета стал наблюдать за выведением автографа на листе блокнота. По лицу было очевидно, что Акияма ожидала удара от него в любой момент. — Звучало обидно. — вместо ответа на колкость девушка молча протянула блокнот обратно. — А так тряслась, будто я сожгу тебя. Даби снова смотрел именно в глаза собеседницы, всё пытаясь понять что в них он находил такого примечательного. Возможно, дело было в том, что в золотистой радужке ему предоставили честь увидеть практически все эмоции...кроме отвращения. Фаруюки могла смотреть со страхом, злостью, напряжением, но отвращения при виде его шрамов никогда не проявлялось. Глупостью Тойя не страдал, как и слепотой, поэтому быстро привык к взглядам людей, полным брезгливости. Пару раз он замечал нечто, похожее на жалость, но не более...в основном даже она сменялась отвращением стоило человеку присмотреться к нему внимательнее. Фаруюки же будто были безразличны его шрамы. Создавалось впечатление, что для неё это являлось...просто его частью. Но он слишком отвлекся на размышления, пока сама крылатая выжидающе смотрела на него. — Ты спрашивала о причинах моего приглашения, но почему ты сама пришла? Нарушила правила академии, рискнула целостностью драгоценных крылышек и даже навредить мне не смогла. А могла просто проигнорировать мой звонок...Или сообщить кому-нибудь. — Ответ: "любопытство"...Тебя устроит? — и снова тело Фортуны выдавало напряжение, когда она скрещивала руки, хотя продолжала глядеть на него с вызовом. — Разумеется, нет. Для тебя подобного мало. — Откуда тебе знать какая я? Вопрос был хорошим, Даби сам задумывался над ним последние недели и к чему-то цельному прийти не смог. Кто они вдвоем являлись друг другу? Никем. Пересеклись пару раз, но это...нечто внутри, скорее похожее на дикого зверя с жадностью дракона, буквально расцарапывало внутренности, когда перед глазами появлялся образ крылатой девушки, покровительственно укрытой солнечными светом. Также, зверь будто чувствовал её на каком-то странном, незримом уровне, помогая ответить на поставленный ранее вопрос: — Потому что простое, скучное любопытство не потянуло бы тебя тогда в эпицентр пожара, не побудило бы послушать разговор двух опасных злодеев, а после ещё и вступить с ними в бой. Для будущей героини было бы достаточно проверить наличие жертв рядом и улететь, но ты...осталась подслушивать. Даже сейчас ты не улетаешь и изначально не прибыла сюда хоть с кем-то в качестве подстраховки. Зверь довольно рокотал, пока Даби медленно и вальяжно приближался к Фортуне. — Где гарантии, что кто-то из моих не поджидает подходящего момента неподалеку? — Фаруюки демонстрировала уверенность, за которой Тойя видел опаску. — Если бы я предполагал, что ты прибудешь с кем-то, то не стал бы устраивать эту встречу. Хотя, признаю, маленький риск присутствовал. О чем это мы? Точно! Твоё "любопытство". На самом же деле ты хочешь что-то узнать...понять, сопоставить картинку у себя в голове. Поэтому ты никого не позвала - хочешь разобраться самой, а также не стремишься рисковать. Всё же, у героев и полиции возникли бы вопросы касательно нашего "общения". К их встречам словно сама судьба относилась благосклонна, попутно наблюдая с коварной улыбкой за созданным спектаклем из кулис. — Потому что наши частые встречи кажутся странными. — Именно. Даже тогда на стажировке у Старателя я мог убить тебя в том переулке. — при воспоминаниях об отце Даби злился уже на автомате...прямо до боли в скобах, которые так и хотелось тут же вырвать. Наверное, будь он один - так и поступил, но перспектива напрягать Фаруюки своим ещё более обезображенным видом казалась глупостью. Некоторое время пришлось походить вокруг главной темы, к которой Даби в один момент "плавно" подвел: — Предлагаю сделку, крылатик. — продолжая внимательно, в какой-то степени с упоением, следить за чужой реакцией, злодей протянул руку. — Не переживай, ничего криминального. Только встречи время от времени и, разумеется, молчание о них кому-либо с обеих сторон. Как и ожидалось, Акияма смотрела насторожено...вопросительно. Пусть она производила впечатления человека, готового прыгнуть в омут с головой, еще разбежавшись перед этим, но только после просчитывания рисков. Сейчас в её взгляде расчет и плясал, напоминая силуэты хитрых ёкаев. — Вижу в твоих глазках, что ты хочешь спросить: "Зачем?". Простая скука. Понимаешь, мои…назовем их "коллеги", скорее тривиальны, чем интересны, некоторые вовсе раздражают до желания сжечь их до состояния никому не нужного пепла. Впрочем, они и так никому не нужны. Несмотря на относительно продолжительное время сотрудничества с Лигой Злодеев, у Тойи бы никогда не повернулся язык назвать их приятелями. Возможно они бесили его чуть меньше, чем большинство других людей, но от поглощающей скуки они спасти не могли. Всё в их сборище по сомнительным интересам измерялось в отбитости и уровне ненависти к обществу, не более, и Даби это абсолютно устраивало. Меньше личных обязательств - меньше проблем. — Серьезно? Хочешь чтобы я развлекала твой досуг? "А мне нравится такая формулировка." — Не за "спасибо". Ты ведь хочешь собрать картину, понять происходящее? Ничего прямо я говорить не буду, так ведь совсем неинтересно, но оставлять мелкие детали: одни намеренно, другие не совсем...почему бы и нет? Заодно увидишь другую сторону реального мира. Подчеркиваю, "реального". — Даби кружил медленными шагами вокруг Фортуны, напоминая стервятника. — И почему всё это походит на сделку с дьяволом? — шепот донесся до его не самого хорошего слуха, заставляя его ухмыльнуться сильнее и с иронией, без проблем заметной в глазах, оглядеть соколиные крылья. — Учитывая крылья за твоей спиной, звучит иронично. Даби не заметил, что на краткое мгновение не уследил за интонацией, и странное восхищение, которое он так стремился запрятать глубоко в себе, вырвалось. Крылья Акиямы вызывали одновременные зависть, ведь именно они делали девушку в его глазах недосягаемой, и желание кротко, еле касаясь, провести по перьям. Может даже сжечь, чтобы сделать возвышенного ангела павшим. Пока в Тойе шла своя борьба, Фаруюки не сводила взор с его протянутой ладони. В дрожи в пальцах скрывалось противостояние двух сторон: отчаянно любопытной и рационально опасливой. И в этот раз вторая ипостась победила. — Ха, а крылатик у нас упрямый. Ничего страшного, мы ещё встретимся. — Нам не о чем более говорить, Даби. Тодороки не был удивлен данному развитию событий, поэтому не смотрел вслед улетающей девушке разочаровано. Столько лет вынашивания ненависти к Старателю закалили его, позволяя спокойно пережить первую неудачу в переговорах. К тому же, в голове быстро созрел новый план, где имелась возможность добиться сразу несколько целей. — Ястреб, у меня нарисовалось крайне заманчивое предложение. Когда там у тебя будет свободное окошко в занятом графике про-героя? — не терял времени злодей, добравшийся до ближайшей телефонной будки. — В обед. — Замечательно. Одним шагом он мог испытать усовершенствованного Ному, проверить готовность Ястреба следовать за Лигой Злодеев и заодно трактовать для Фортуны всё намечавшееся представление как своеобразную угрозу. "Главное, чтобы этот пернатый подыскал кого-то стоящего..." — перед уходом с крыши Даби мельком оглядел пальцы на левой руке, где мелкими пятнами запеклась кровь с раненой ладони Акиямы. Было нечто во всём этом...странное. Встречей со Старателем Тойя оказался разочарован, как и испытанием Ному в целом. Хитрость Ястреба в предоставлении нынешнего героя номер один как противника для искусственного злодея подпортила план, при этом отчасти сыграв на руку, если рассматривать произошедшее как угрозу для Фаруюки Акиямы и Шото Тодороки. Но... Мысль, что отец так и не узнал его, въелась в голову намертво. От смеси раздражения и разочарования пару скоб на скуле были вырваны, и повезло, что тогда в их очередном импровизированном убежище оказались Тога и Твайс, пока остальные бились с Гигантомахией. Пусть их беготня вокруг раздражала, но чокнутая блондинка ловко управилась с восстановлением его мордашки. Он мог справиться сам, вот только заняло бы это больше времени. Разумом Даби осознавал...узнай его Старатель - начались бы лишние проблемы, но тот мелкий Тойя, оставленный в пламени на Пике Секото, жаждал узнавания, признания. — Ты такой задумчивый в последнее время, Даби. Ну потрепал тот герой Ному, не такая уж критичная ситуация по сравнению с Гигантомахией. — вывела его из мыслей Химико, попутно проверяя состояние скоб на лице. — Как думаете, Томура в этот раз вернется или всё же помрет? Выживет конечно! Нет, Гигантомахия размажет его по земле! — к противоречиям в словах Твайса уже все привыкли, поэтому стали воспринимать как своеобразный стиль речи. — Не волнуйся, в этом рукофиле стремление разрушить мир гораздо больше, чем помереть. — Странные у тебя способы поддержки. — недовольно щурилась Химико, на что Даби пожал плечами. — Это просто констатация факта. В ожидании затишья со стороны преданного пса ВЗО и возвращения остальной части Лиги, Твайс и Тога отвлеклись на сплетни, а Даби, не желая слушать такие разговоры или тем более участвовать в них, ненадолго покинул хлипкое здание, которое когда-то было чьим-то домом. В первый раз он звонил Акияме из телефонной будки, потом отправлял сообщение с телефона Твайса, сейчас же было решено рискнуть и дозвониться со своего. Солнце неприятно светило в глаза, пока на фоне звучали гудки. — Пошел ты к черту. — без лишних предисловий раздалось с другой стороны. — Ох...судя по тону, я отвлек крылатика от чего-то важного? — насмешливо протянул Даби, подмечая безграничное раздражение в чужом голосе. Под веками, прикрытыми на пару мгновений, появился образ крылатой девушки, чьи глаза так и горели золотом от всплеска эмоций. — Ближе к делу. — на фоне загудел ветер, словно Фаруюки летела. — То же место, в два часа через два дня. — решил пока не испытывать чужое терпение Даби, но ему точно стоило лучше смотреть по сторонам. — С кем ты разговаривал? — не упустила возможность подловить Химико, когда телефон был убран от уха. — И что за встреча, а, Даби-кун? — Не твоё дело, психичка. — Я ведь тебе эти скобы и обратно вырвать могу, грубиян. — Вот и проверим что окажется быстрее: пламя или лезвие. По неизвестной причине, которая в любом случае Тойю не волновала, Химико не возвращалась к этому разговору последующие дни. Но на всякий случай он несколько раз убедился, что за ним никто не следует, когда настало время идти к месту встречи. Неожиданное уважение к личному пространству напрягало, поэтому мысленно Даби готовился к подставе, которую помешанная на крови блондинка могла устроить в удобный ей момент. Встреча началась почти так же: Фаруюки попыталась напасть, а он увернулся. — Может в следующий раз сойдемся на "привет"? — Разумеется, еще обязательно цветов тебе преподнесу, штопанный. — страха в крылатой наблюдалось меньше, чем в прошлую встречу. — Ну что...надеялся избавиться от Старателя навороченным Ному, но просчитался? — Скажем так: рассчитывал я на рыбку поменьше. — мгновенно расслабившись, Даби пожал плечами и приготовился слушать волну колкостей. — Зато своему любимому Старателю ты оказал весомую услугу, ведь теперь люди верят в Символа Победы. — озвученный титул Старателя вызывал раздражение. "Знает куда бить, чтобы вывести из себя." — Кажется, кто-то недоволен? — продолжала проявлять язвительное настроение Акияма. В этот момент Тойя наконец заметил усталость в позе, взгляде и мелких движениях крыльев. И так достаточно светлая кожа была бледнее на тон-два, а под глазами залегли тени, старательно замаскированные косметикой. Вот только сама радужка всё продолжала отражать в себе солнце, будто при наступлении ночи оно отсиживалось в девушке, как во временном пристанище. — Идем за мной. Даби не знал отчего у него вырвалось внезапное предложение, ведь встречу он планировал провести на крыше, ничего не меняя. Но язык - враг его, поэтому они направились в магазинчик, принадлежащий знакомому Гирана. Там позволялось перевести дух и перекусить, пусть и, как бы странно подобное ни звучало, злодеев Лиги просили особо не наглеть. Но что для остальных наглость, для Тодороки второе счастье. Заодно коварница-судьба продолжала одаривать его внезапной удачей. По пути появилась возможность закинуть удочку в голову Фаруюки о притеснении гетероморфов, которые в 1А классе тоже наблюдались. Крылатая выглядела растерянно, словно ей действительно глаза открыли на мир, но она отчаянно пыталась не демонстрировать своего замешательства, хотя её задумчивость была очевидна. Но Даби не торопил, не отвлекал...Лишь в один момент остановился у прилавка уже в магазинчике, оглядывая оставшийся ассортимент. — Какую лапшу будешь? — сам же он присматривался к одному из самых острых вкусов, который обещал ему попрощаться со всей слизистой. — Ты же в курсе, что здесь камеры? — стремление Фаруюки к порядку, при этом находясь в обществе злодея, этого самого злодея веселило. — Они не работают. И, если твоей душе будет от этого спокойнее, то магазин принадлежит одному знакомому человека Лиги. Поэтому мы можем периодически сюда нагло заглядывать по ночам. Так...какую лапшу будешь? — Вон ту, в зеленой упаковке. — выбор девушки пал на вкус средней, даже скорее слабой остроты, и Тодороки заметил противоречие. Он давно подметил нотки пряных специй в аромате, кружащем вокруг Акиямы. "Духи, шампунь или всё же свой запах у неё такой?" — Не любитель сильной остроты? — вместо полноценного ответа Фортуна кивнула, возвращаясь в свои мысли. Магазинчик погрузился в молчание, нарушаемое только шумом от возни при заварке лапши. Суета кончилась быстро и, совершенно не к месту, напоминая кряхтение сломанного радио, внезапно решившего напомнить о себе, Даби подал голос: — Тут ещё продаётся вкусная готовая соба, но видимо днем её успели раскупить. — Тодороки не знал почему решил поделиться именно данным фактом, но отчего-то это казалось необходимым. Может ему просто захотелось заполнить пустоту в виде тишины вокруг. — Фанат собы…? — неожиданно поддержала разговор Фаруюки, заменяя злодея в скромном уголке для заварки своей лапши. — Да. Тойя пристально наблюдал за чужими действиями, сам того не замечая. Движения Фортуны отличались...особой грацией, хотя делала она обыденные вещи и внешне казалась скорее грубой и резкой, но само её тело двигалось плавнее скучающего лебедя на воде. Новое противоречие интриговало, пока глаза изучающе скользили по перьям на крыльях, которые очерчивал слабый свет луны с улицы. — Сама то что предпочитаешь есть, крылатик? Мне как фанату, нужно знать как можно больше о своём кумире. — хриплая насмешка не собиралась уходить из его голоса ближайшую вечность точно. — Пицца с ананасами. — Фу, какая мерзость. — Даби скривился настолько, насколько позволяла поврежденная кожа, скрепленная со здоровой скобами. — И мне это говорит шакал штопанный. — смешки раздались со стороны обоих. Ужас в глазах Акиямы от осознания произошедшего был ярок, но Тодороки его проигнорировал, так как сам был удивлен. Точно не подобного он ожидал от встречи: ни совместного поедания лапши быстрого приготовления, ни обмена колкостями, подозрительно напоминающими нечто...приятельское. — А ваш...Спиннер тоже сталкивался с дискриминацией? — пыталась избавиться от неловкой паузы крылатая, возвращаясь к более серьезным темам. — В правильном направлении мыслишь. Тойя мог взять и вывалить на Фортуну рассказы про жестокость мира, свою семью, местами надавить или позволить приблизиться к Лиге, как Ястребу, которого он не переставал подозревать. Но с ней хотелось поступить иначе, дать возможность решить самой исходя из рассказанного, увиденного. В упомянутом про-герое Даби не видел той тяги к свободе, из которой сама же Фаруюки будто была соткана, потому и "заставить" её перейти на иную сторону было хлипкой задумкой. А вот если подтолкнуть в нужном направлении, то шансы на пополнение в рядах Лиги полезным человеком заметно увеличивались. Даже пока они шли в сторону парка, Фаруюки стала держаться с ним спокойнее, чем ранее. Всё так же язвила или напрягалась от любого его лишнего движения, но при этом поддерживала натянутые разговоры о малозначительных мелочах. Словно и не было за их плечами установок "будущая героиня" и "опасный злодей". "А она неплохо знает об устройстве этого парка." — заметил Даби, когда в один момент инициативу путеводителя взяла на себя крылатая. Ему стоило лишь сказать, что им нужно спуститься на самый нижний ярус парка и направиться в самую заброшенную часть. — И откуда приличная дочь знаменитой модели и одного из владельцев крупной компании геройских устройств так много знает об этом богами забытом парке? Акияма резко остановилась у побитой годами лестницы, попутно бросая на него задумчивый взор. В нём так и сквозили размышления о том, стоило ли позволить себе немного раскрыться. — Типичный эпизод проблемного подростка: плохая компания. Крылатая успела вовремя повернуться обратно к перилам, и потому не заметила удивленный взгляд своего штопанного собеседника. А Тойе были знакомы слова о проблемном подростке...Мать порой так называла его, когда он иногда сбегал из дома, чтобы привлечь к себе внимание или потренироваться в управлении причуды. — Предлагаю спуститься по ним наперегонки. Победивший задает вопрос не чересчур личного характера. — внезапно предложила Акияма, вызывая ещё большее удивление. "В ангелочка вселились бесы?" — По...перилам? Я хочу остаться с целой шеей. — несмотря на сказанное, Тойя приблизился к перилам с другой стороны. — Зато спустимся с ветерком, ты все равно говорил, что нужное тебе место где-то внизу в самой жопе этого парка. — Приличные девушки так не выражаются. — Ага, конечно. Стартуем на счет три! Даби обхитрили, сразу начав отсчет с "три" и умчась вниз по перилам, а ему оставалось лишь попытаться догнать. В этот момент крылатая впереди него звонко смеялась, сама того не замечая, когда с её макушки слетел капюшон. Ожидаемый проигрыш со стороны злодея, который раз или два чуть не упал, определенно стоил вида того, как довольная шалостью Акияма окончила спуск ловким прыжком. В его обществе обычно не так смеялись, не ребячились...А Фаруюки, пусть и не до конца осознанно, позволила себе подобную глупость рядом с ним. — Победа за мной. — Нечестно, прошу заметить. — поддержал задорный настрой Тойя. — Забавно слышать подобное от злодея. — Фаруюки снова стала за одно мгновение заметно серьезнее. — Почему именно "Даби"? Очевидно, что это не твоё настоящее имя, но прозвище, отражающее кремацию, ты точно выбирал с определенной целью. "Занятный вопрос...Пытается так понять мои намерения и цель? Хотя смысла слишком юлить нет, пусть узнает немного больше." — Это предрешение судьбы. То, чем она закончится. — Закончится твоя судьба? — Возможно моя. Возможно нет. А Тойя действительно не знал чей: его, отца или всей семьи Тодороки. Иногда ночами, наполненными кошмарами, ему казалось, что последний вариант был единственным способом прервать замкнутый круг трагедий в этом рассаднике "сильнейших". Никто бы больше не гнался за совершенным...недосягаемым. "Да, наверное тяга к недостижимому - определенная семейная черта Тодороки. Получается, я и вправду сын своего отца, не так ли?" — глаза непроизвольно прошлись по Фаруюки Акияме, стоящей напротив с видом внимательного слушателя. — Идем, времени до расхода не так много осталось. — смахнул, подобно пеплу, странные мысли Даби, направляясь вглубь парка. Идея провести Акияму в убежище пришла спонтанно, как раз в тот момент, пока они ели лапшу и позволили себе смешки. В первые секунды она показалась сущей глупостью, но потом...Почему нет? Их встречи на этапе задумки были абсурдом, и вот они пришли к тому, к чему пришли. Остальные из Лиги Злодеев, которые, к слову, сейчас где-то сражались с Гигантомахией, наверное покрутили бы пальцем у виска...кроме Химико Тоги. Ей бы точно мысль о приведении врага на свою личную территорию показалась заманчивой. Жаль только, что Изуку Мидория или Очако Урарака, о которых она успела прожужжать всем уши, вряд ли бы пошли за ней. — Зачем мы здесь? Акияма же зачем-то шла. — Здесь моё убежище. С самого детства Тойя был окружен интерьером в традиционно японском стиле, и поэтому когда появилась возможность засесть в месте, приближенном по духу, выбор пал на заброшенное святилище. Разумеется живя, по сути, на улице выбирать не приходится, но он практически бился за эту территорию, если на неё случайно заползали пьяницы, наркоманы или мелкие группировки. К счастью, многим хватало одного всполоха пламени для убедительности угроз. Акияма же, пусть и была по сути приглашена, осматривалась аккуратно, даже скорее трепетно. Каждый шаг тихий, будто в нежелании нарушить чужую идиллию, которая наполняла пространство вокруг. За пару секунд вместо язвительной девушки появился настороженный призрак, с любопытством осматривающий местность. — И сколько ты здесь проживал? — и к побитым жизнью фигуркам, которые многие бы без зазрения совести выкинули, Фаруюки отнеслась бережно и брала их в руки как нечто хрупкое. — Примерно..лет шесть? Точно не помню. До этого скитался где придется, пока не нашел это место. Не самое роскошное, но вполне неплохо. Раньше на столе ещё старый ноутбук стоял, но недавно он окончательно сдох. Впрочем, я и так еле его воскресил, когда нашел. Даби продолжал наблюдать за "гостьей" с дивана, и от него не скрылась появившаяся тоска в её взгляде. А ведь он ожидал скорее...проявления брезгливости или отвращения к подобному запущенному месту, но крылатик снова удивляла его. Хотя, подходило ли к Акияме данное прозвище? "Нет, слишком приземленно и по-ребячески, будто она какая-то хрупкая игрушка." — у Тодороки теперь язык не поворачивался назвать её хрупкой, несмотря на вытянутый и тонкий силуэт, местами может угловатый или резкий. В Фаруюки чувствовался особый стержень, позволяющий даже с внутренним страхом находиться с ним на равных. — "И не курят такие "хрупкие" девушки." — Прилежная ученица такой высокопоставленной академии имеет за плечами вредные привычки? — в чужих попытках найти зажигалку в карманах как-то на автомате узнавалось нечто знакомое, как и в нервном сжимании пачки сигарет. — Поделиться огоньком? Перед Даби в очередной развернулась картина внутренней борьбы в человеке, что интриговала его с каждой секундой всё сильнее. Где-то в глубине довольно урчала та клыкастая тварь, когда Акияма, переборов внутренний принцип, подошла ближе и этим действием непроизвольно позволила рассмотреть себя поближе. В золоте взгляда ярким пятном отражался голубой огонек, и выглядело столь противоречивое сочетание сравни мифу. Под правым же глазом украшала черты лица родинка, которая будто напоминала о том, что перед Даби реальный человек, а не мифическое создание из легенд. Только о напоминании реальности происходящего было поздно. "Может семья Акияма пошли от ками?" — Тойя отмахнулся от раздражающих мыслей, вслух произнося очередную насмешку. — К слову, полная херня твои сигареты. Сразу видно, что какие-то школьники выбирали. — в пачке, которую злодей отправил в полет, оставалось четыре сигареты. — Стоят ненамного дороже, но в любом случае гораздо лучше. Считай, дарю по доброте душевной. — Нет у тебя души, а доброты тем более. — Фаруюки назло выпустила облако дыма в сторону Тойи, и тот в ответ ухмыльнулся, находя даже в этом жесте нечто грациозное, а не грубое. Перед ним стояла поистине своенравная птица. — Ранишь в самое сердце. — И его у тебя тоже нет. Фраза была брошена с легкостью и как факт, но в голове продолжала звенеть ещё две недели. Даби просыпался, засыпал, сражался с этой мыслью. Шигараки просил отвлекать Гигантомахию синим пламенем, а в ушах всё звенело и звенело утверждение о том, что никакого сердца у него не имелось. Разумеется, определенный орган гонял кровь по его организму, иначе он бы сейчас гнил где-нибудь в земле или был развеян пеплом по ветру. Вот только Акияма подразумевала иное сердце, и этим вгоняла Тодороки в тупик. Что-то внутри него болезненно скреблось при воспоминании о детстве, обжигающе пылало при взгляде на Старателя в новостях и довольно урчало при определенных обстоятельствах. Сам Даби наименовал подобные явления "зверем" или "клыкастой тварью", которая порой яростно кусалась. Подходило ли это под критерии того сердца? Тойя не знал, но не прекращал навязчиво думать над поставленным вопросом. Перед очередной встречей с Ястребом его вызвали сражаться с АРИС, решившей уподобиться якудза и позвать их на очередную "ретро-вечеринку", как назвал это Томура, а он всё продолжал размышлять: "Есть ли у меня то, нужное ей, сердце?" Бушующее пламя сталкивалось со льдом невыносимого парня из АРИС, и в голове вертелось: "Что такое "сердце" в её понимании? Или со статусом злодея ты его лишаешься?" Слушая спустя неделю помпезную речи о восхождении Паранормального Фронта Освобождения, Даби гадал о наличии сердца у тех, кто его окружал. Мог ли он назвать Тогу бессердечной? Чокнутой - вполне, но точно не бессердечной. Та же ситуация была с Твайсом или Спиннером. Пусть они все его раздражали до боли в переплетении кожи со скобами, пусть на всех них висел статус злодеев, но отсутствовало ли сердце? Нет? Да? — У тебя кровь идет. — раздался сбоку голос Ястреба, и Даби ощутил тягучую струйку, идущую из прорези скоб, обрамляющих шрам под правым глазом. — Да, точно. Так о чем мы говорили? "Я сойду с ума такими темпами. Какое мне дело должно быть до сердца, когда жизнь поддерживает лишь погоня за местью Старателю?" Спустя продолжительное время затишья Тойя назначал встречу ближе к середине января, и Фаруюки прилетела в заброшенное святилище. Закутанная в теплую кофту, она не скрывала своё недовольство погодой и ворчала про очередную встречу со штопанным шакалом, который стоял ей уже поперек горла. Потом ещё одна встреча...ещё...и вот в какой-то момент эта становиться странной привычкой. В основном пересечения стали происходить в убежище Даби, который тот успел немного подлатать и освежить (спасибо бюджету Паранормального Фронта), и иногда злодей благополучно пропускал надоедливые совещания, ссылаясь на важные дела. За ним в такие моменты мог пытаться следить Скептик, но голубое пламя у лица достаточно быстро отбивает отбивает желание лезть туда, куда не стоит, даже у таких настырных людей. Самый странный и переломный момент наступил одной февральской ночью, когда Акияма практически завалилась в убежище с сумкой, из которой сразу достала чипсы, энергетики и планшет. По хмурости и общей блеклости было очевидно, что она находилась на крайне шаткой грани. — Никаких разговоров про бренность мира или героев, никаких попыток переманить на сторону Лиги. Мы просто сидим и смотрим скаченный мной фильм. От удивления Даби не успел возразить, а осознание произошедшего дошло только в тот момент, когда они сидели на футоне и в действительности смотрели в экран планшета. Фортуна не сидела рядом, сохраняя весомую дистанцию, заодно оградив себя снэками и банкой энергетика, будто стеной. Во время предыдущих встреч они в любом случае ненароком затрагивали устройство геройского или преступного общества, вселенную несправедливость и подобные темы, но в этот раз между ними звенело молчание. Прерывалась она в редкие моменты, когда крылатая что-то спрашивала касательно фильма, выслушивала ответ и ничего не комментировала в дополнении. Было очевидно, что у неё произошло нечто крайне неприятное, возможно вовсе ужасное, но они никогда не лезли в личные дела друг друга. Может им было безразлично...Может страшно перешагнуть определенную грань, которая последней разграничивала их как "злодея" и "будущую героиню". — Кто тебе пирсинг делал? Не мог же ты сам. — неожиданно спросила Акияма, когда по экрану пошли титры. Во время одной из встреч она как-то заметила у него на языке, и сама удивлялась с того, что не обращала на него внимание столько времени. "Наверное другие твои железные побрякушки внимание отвлекали, сорока штопанная." — Даби фоном вспомнил оправдание крылатой насчет своей выборочной невнимательности. — В неблагополучных районах можно найти людей с разными увлечениями. — Как же ты себе инфекцию не заработал? — продолжала разговор Фаруюки, видимо в стремлении заглушить тишину, в которой не хотела оставаться. — Эй, не настолько всё плохо. Та девушка многим представителям преступного мира пирсинг делала в самых разных местах. — в каких именно собеседница решила не уточнять, поняв всё по ухмылке Даби. — Она меня тоже многому научила, так что со скобами я управляюсь относительно ловко именно благодаря ей. Но когда это делает другой человек в любом случае проще. — Ты умеешь делать пирсинг? — А ты хочешь? В ушах могу хоть сейчас. Тодороки ничего не ждал, скорее сделав смелое предложение ради показного приличия, но спустя минуту тишины крылатая поднялась с места и встала перед ним. По её острому взгляду всё стало очевидно. — Давай. Есть чем обработать? — У меня есть инструменты, но неужели не ты пару минут назад говорила мне об инфекциях? — с насмешкой напомнил Даби, уходя к своему столу, где в специальной коробке хранил иглы, перчатки и немного самых базовых украшений, следом досталась аптечка, как раз недавно пополненная. — Я говорила что-то подобное? Не помню. — в ожидании девушка присела на стул возле стола, после начав исподтишка наблюдать за действиями Даби, что он разумеется заметил. — Риски и так понятны, так что ни за что не ручаюсь. И имей в виду, что из-за прохладной погоды, тем более с твоими постоянными полетами, заживать тяжелее будет. — злодей встал сбоку, чтобы рассмотреть подставленное левое ухо "клиентки", которая на все причитания равнодушно махнула рукой. Определенно не такого он ожидал от сегодняшней ночи. Акияма совершенно спокойно сидела и слушала варианты прокола уха, о базовой обработке и какие осложнения могут пойти, будто взаправду оказалась на процедуре у мастера. Сам же Даби всё гадал по чужим глазам причины столь...спонтанного шага. Кто-то после стрессовых событий отстригал длинные волосы под каре, другие красились или в целом полностью меняли имидж, и касалось это не только девушек. А Фаруюки решила сделать пирсинг. Сидя в убежище злодея. К слову, этот самый злодей мог спалить её в любую секунду, но вместо таких радикальных мер намечал место для орикла и готовил антисептический раствор, найденный в аптечке, для обработки специальной иглы. — В следующий раз мне готовиться прокалывать тебе язык или красить волосы? — Даби на пару секунд замешкался, так как отвлекся на непривычный вид Фортуны, которая смиренно сидела на стуле и смотрела в пустоту перед собой. — Не-а, это разовая акция...Но в начале я покурю. — Одолжишь сигаретку? — привычная фирма узнавалась на пачке в чужих руках моментально. — А вдруг я бедный студент, и потратила последние деньги на них? — не выдерживая взгляда, полного насмешки, Фаруюки с тяжелым вздохом протянула упаковку, а перед ней в ответ зажгли синий огонек. Как все разы до этого, если Даби становился свидетелем проявления её вредной привычки, она выдыхала первое облако сигаретного дыма на него. В такие моменты он, кажется, был готов не просто продать, а отдать свою душу даром, если ему позволялось посмотреть в глаза, горящие янтарным пламенем даже сквозь серые завитки. Пока Акияма показывала данным жестом всё пренебрежение, очерчивая границы между ними, зверь внутри него довольно рокотал. Акияма не дергалась при проколе, лишь крылья за спиной слабо качнулись и по нескольким перьям прошла мимолетная рябь, характерная для их стальной формы. Как предполагал Тодороки, в ней таилось нечто похуже боли от прокалывания иглой хряща, что видно по синякам под глазами и уставшим движениям. Что могло случиться? Почему она такая? Ей плохо? Даби ничего не спрашивал...Ему захотелось оставить ночь, наверное первую и последнюю настолько размеренную между ними, именно такой: тихой, молчаливой, с резким запахом спирта из-за антисептика и ощущением чужой кожи на кончиках пальцев, от чего не смогли уберечь даже перчатки. — Мне нравится. — честно призналась, судя по искре в глазах, Фаруюки после осмотра побрякушки на ухе в экране телефона. — Не худшая моя работа. — Ещё бы она была худшей с такой моделью. На самом деле Даби проклинал тот день, когда решился пойти на спортивный фестиваль Юэй, проклинал их случайное столкновение в переулке, самого себя, который отреагировал тогда в лагере на хруст ветки, и все их встречи, инициатором которых был сам. Он ненавидел всё происходящего, при этом млел от каждой мысли, как от густого аромата ритуальных благовоний. Зная, что вскоре всё окончательно закончится, когда совершенную форму Томуры Шигараки завершат, и ничего подобного более не будет существовать, оставалось только надеяться, напоминая самому себя тлеющие угольки от костра, что, возможно, Фаруюки задумается о другой стороне. Но... — Ты можешь остаться. — внезапно звучит хриплый голос, когда Акияма направилась к выходу. Даби прекрасно знал, что сказал глупость...Не могла она остаться ни при каких обстоятельствах, ведь её ждали в Юэй, на той геройской стороне, освещенной яркими лучами солнца. Не для Фортуны были эти тени, его убежище и тот же запах от сигарет ощущался вокруг неё чужеродно. Он сам был возле нее чужеродным элементом, грубой ошибкой, которая судьба допустила потехи ради. "Никогда" читалось в бескрайнем золоте, которое Тойе действительный никогда не будет доступно. Возможно только сила могла стать решением, но, в отличие от зубастой твари, чьи клыки раздражающе стучали и тем самым раздирали его изнутри, он отмахивался от такого выхода. Фаруюки ушла, когда по святилищу затанцевали первые рассветные лучи. Мельком отсвечивая, они успели коснуться её силуэта, будто окутав в защите от того, кто молча стоял в звенящей тишиной тени. В который раз Тойя убеждался, что был сыном своего отца, так как прямо сейчас упрямо тянулся к недостижимому, а ведь... Любовь божественному противоестественна