26 глава. В кругу семьи Тодороки

"До нас дошла информация об инциденте в Дейка, в нем, как мы и предполагали, оказалась замешана Лига Злодеев, но что более важно..." Строгий голос Председателя не выходил у Фортуны из головы, пока пальцы скорее на автомате, не обдумано, продолжали вести лезвие ножа по яблокам. Приготовления к праздничному столу почти закончились, оставалось только покончить с мелочами: дорезать фрукты, расставить посуду, переодеться и уместиться в холле. А после предстояло отключить любую мозговую деятельность, чтобы насладиться отдыхом. "АРИС спелись с Лигой Злодеев и стали...Паранормальным Фронтом Освобождения. Какая прелесть! В Японии прямо сейчас где-то весело пляшет под рождественские песни армия из злодеев под руководством Томуры Шигараки!" — хруст яблока под руками действовал на нервы только сильнее. "Данных мало, наш информатор только начал свою работу по "вплетению" в среду, но я уверена, что у тебя появятся дельные мысли и из таких крупиц, Фортуна." Акияма тогда в ответ ничего путного произнести не смогла, завершив вызов молчанием. А что она промямлила бы в таком в состоянии? Что они все в глубокой заднице, раз где-то под боком пригрелась не просто маленькая змейка, а целый питон, готовый вгрызться в них в самый уязвимый момент? "Уязвимый? Ну уж нет...Сделаем так, что к атаке мы подготовимся: укусим, оставив яд, и отползем наблюдать." — Пальцы отрежешь, идиотка. — грубость со стороны Бакуго заставила дернуться, следом замерев с ножом в воздухе. — И зачем тебе сдалось столько этих яблок нарезать? — Фумикаге-кун и Эри их любят. — крылатая непривычно спокойно проигнорировала возмущенный тон одноклассника и начала расставлять нарезанные яблоки на широкой тарелке. Кацуки же такая сухая реакция не устроила, поэтому, раздраженно фыркнув, он покинул кухонную часть холла и направился помогать "непутевому Киришиме и гребаному Деку" со сервировкой. Яойорозу с Ураракой, подошедшие за заранее подготовленными стаканами, стали случайными свидетелями данной сцены, и задумчиво проводили напряженную спину Бакуго. Очако бегло что-то шепнула спутнице, после направляясь следом за блондином. К Акияме, пытавшейся идеально ровно разложить кусочки яблок в форме замудренного цветка, приблизилась подруга. Некоторое время между ними висела тишина. — Сегодня праздник, Акияма. — Неужели? А я не подозревала. — саркастично ответила девушка, после ругаясь под нос от очередной неудачи в войне с яблоками. — Судя по твоей хмурости весь день - так оно и есть. — Момо не составила труда передвинуть тарелку к себе и в пару мгновений разложить фрукт в нужном оформлении.— Что случилось? — Я просто не люблю всю эту предпраздничную суету. Родители предпочитали заказывать готовую еду, а украшения...вроде мама приглашала специальных людей для правильного украшения дома. И меня это устраивало. "А ещё у нас где-то в стране находиться бомба замедленного действия под названием "Паранормальный Фронт Освобождения", так, к слову." — Но до этого всё было нормально, почему же именно сегодня ты...такая? — пустить пыль в глаза Яойорозу не получилось. Беря в руку тарелку, чтобы отнести её к столу, она выжидающе сверлила взглядом собеседницу. — Я пойду лучше заранее переоденусь в праздничное. Мне с крыльями ещё предстоит возиться. — Акияма! — названная проигнорировала возмущение резким обрывом разговора, направляясь быстрым шагом, почти бегом, к лестнице. — Что случилось? — обеспокоенно спросил подошедший Тодороки. — Твоя девушка случилась... — Я поговорю с ней. — не успел Шото сделать и шага, как в голосе Момо послышалась обида. — Оставь это, она в любом случае ничего не расскажет. Возьми лучше стаканы, поможешь расставить. Яойорозу направилась к столу, крепко сжимая края тарелки, будто намереваясь оставить трещины. И самое ироничное было то, что всю посуду, красиво украшенную в тематике Рождества, приобрела именно Акияма в качестве сюрприза, так что в её слова о нелюбви к праздничной суете верилось ещё меньше. От мыслей об этом становилось лишь больнее. Недоверие со стороны подруги к ним всем било метко и остро, не давая шанса даже увернуться. С такой же тяжестью в груди оставалось наблюдать за тем, как в кругу собравшихся Фаруюки снова улыбалась...так ярко и тепло, словно не было никакого неприятного разговора ранее. Она шутила над Кацуки, которого Очако чудом уговорила (или заставила иными, более радикальными, способами) надеть костюм в стиле Санты Клауса, беззаботно вела разговоры с Джиро, Серо и Каминари, не забывая давать болючие подзатыльники Минору, когда тот излишне засматривался на одноклассниц. Также, именно она первой поспешила встретить пришедшего Шинсо, решившего отметить Рождество с 1А, а не со своим классом. После крылатая, с такой же лучезарной улыбкой, возвращалась на место рядом со своим парнем, попутно кратко пересказывая суть последних разговоров гостю. "Как у неё это получается?" — мельком спросила саму себя Яойорозу, но пришлось отвлечься на Шоджи, позвавшего её ненадолго отойти поговорить. — Ещё немного, Шинсо, и ты официально станешь нашим одноклассником! — задорно сообщал Денки, слегка ударив названного по плечу. — Да, уже в апреле. "Мне стоит расспросить о возможностях его причуды после праздников." — Фаруюки задумчиво смотрела на друга, и Шото, от которого не скрылось интерес в сторону Хитоши, поспешил отвлечь девушку. — У тебя новые духи? — А? — не сразу уловила суть вопроса вырванная из мыслей крылатая. — От тебя пахнет иначе. Шото не обманывал, в аромате девушки появились терпкие, в какой-то степени горьковатые ноты, которых раньше он не замечал. Фаруюки было просто несвойственно часто и резко менять духи, на определенной полке стола у неё стояло всего три флакона, поэтому пополнение среди них приметить не составляло бы труда и не требовало особой внимательности. — Наверное тебе так кажется из-за нового шампуня. Никакого нового шампуня у Акиямы не было, и она успела за эти секунды заминки сотню раз проклясть свою самоуверенность. Ей не стоило идти на поводу капризной прихоти: покурить сигарету для сбавления напряжения, появившегося после короткой перепалки с подругой. Могла просто посчитать до десяти перед выходом из комнаты, а не надеяться на диффузор в ванной, лишний пшик духов и жвачку. Вот только, как назло, в поле зрения попала закинутая на спинку стула кофта, в кармане которой пряталась пачка с зажигалкой. — Хорошо. — поверил в ответ Шото, после, будто невзначай, легонько коснулся чужой ладони. — Им весело. — Да, это главное. Ученики 1А веселились, отдаваясь праздничной атмосфере со смехом и улыбками, ну и с ворчанием Бакуго, разумеется. Смотря на это, Фаруюки тоже расслаблялась и старалась отодвинуть все переживания на второй план, ведь у неё еще будет возможность подумать обо всем. Сейчас же ей стоило сконцентрироваться на разговорах вокруг, попутно пододвигая к себе тарелку с такояки. — Я был уверен, что в итоге зимнюю стажировку отменят в свете последних событий. — сменил тему Маширао, а его хвост непроизвольно дернулся, будто в задумчивой нервозности. — Комиссия решила, что студентам Юэй стажировка в проверенных агентствах не помешает. Закалит в какой-то степени. — без задней мысли поделилась крылатая, наслаждаясь закуской. — А ты откуда знаешь, Аки-чан? — Мина взглянула на названную мельком, больше уделяя внимание попыткам накинуть на Бакуго красную шапку, которую тот упрямо отказывался надевать. "Балда ты, Фаруюки!" — несмотря на мысли, девушка старалась оставаться невозмутимой. — Онэчан рассказала. — многим показалось такой ответ правдивым, поэтому обсуждения насчет практики продолжились. — Кто к кому собирается? — Я к Фэтгаму, еще думаю Тецутецу порекомендовать ему. — первым ответил Киришима, после вздыхая. — Наверное мы самые загруженные первогодки в истории Юэй. — Не то слово...Мы вот с Тсую снова к Рюкью думаем. А ты, Джиро? — Пока не знаю, мне проблематично подобрать агентство в этот раз. — Можешь не переживать. Тебя, Яойорозу, Шоджи и Аояму я порекомендовала Босатке. Он уже готовит на вас официальные приглашения. — не обращая внимания на шокированные лица названных, Фаруюки потянулась к столу за ещё чем-нибудь вкусным. — Почему вы так на меня смотрите? — Но ты же...— начала Момо, но после тут же затихла. — Я иду к Старателю, поэтому, в качестве уважения к Боссу, я решила порекомендовать ему тех, кого посчитала нужным. Заодно, в агентстве ему точно не будет скучно. У него не просто, не спорю, но это точно даст вам хороший опыт. — Акияма...Merci. — больше всех оказался впечатлен Юга, так как подобный жест со стороны Фаруюки по отношению к себе он точно не ожидал. — Аки-чан! — теперь на крылатую налетели Кьёка с Момо, и Шото пришлось чуть отодвинуться, чтобы дать им пространство для дружеских объятий. — Эй, вы сейчас своими слезами и соплями мне костюм испортите. — со стороны Яойорозу прилетел легкий подзатыльник. — Бешеный шпиц точно плохо на тебя влияет! — К слову о Бакуго. Ты куда собрался? — Серо повернулся к другу, который в который раз увернулся от прыжка Мины, в руках которой всё болталась рождественская шапка. — Не знаю пока. "Точно...Бест Джинс же пропал." — Акияма вполуха слушала варианты остальных насчет стажировки, мыслями раздумывая над недавними новостями. Весть о пропаже про-героя как-то затерялась среди множества других событий в мире. Полиция пока молчала, а Госпожа Ивамото просила не беспокоиться, утверждая, что всё находится под контролем. — "Пропал герой такого уровня, а у них что-то там под контролем. Не нравиться мне это." — В свете зимней стажировки многие среди моих коллег сравнивают юного Бакуго со Старателем. И если раньше я скорее соглашался с ними, то теперь между нами временами возникают споры. — У них обоих...сложный характер. Разговор с Всемогущем всплыл непроизвольно, давая идею. — Шото, можешь написать Старателю с одним вопросом? — парень глядел вопросительно, но телефон достал безоговорочно. — Или я могу написать с твоего телефона. — Что ты придумала? — Сейчас узнаешь. Тем временем ничего не подозревающий Кацуки, всё-таки с алой шапкой на голове, пошел доставать запеченную утку из духовки. Вокруг царила суета, которая немного притихла, когда в общежитие зашли Сотриголова с Ханако и Эри. Девочка смотрелась очаровательно в рождественском образе маленького Санты, купленном старшей Акиямой в качестве небольшого подарка. — Сладость или гадость? — Эри неуверенно посмотрела на Айзаву. — Ты немного перепутала, это другой праздник. — Ой...А раскрашенные яйца уже можно дарить? — ребенок посмотрел в ожидании на Ханако, и та с умилением передала маленькую плетеную корзинку с цветными яйцами. — Пасха и Рождество...замечательное сочетание. — приняла подарок Очако, стоявшая к Эри из одноклассников ближе всех . Все ученики окружили девочку с умиляющимися улыбками, уверяя её в том, что ей не стоит переживаться насчет путаницы. Преподаватели со спокойной душой выдохнули, понимая, что Санта-Эри осталась под присмотром, и они могут вернуться в своё общежитие для празднования. 1А и Шинсо же устроились за столом в гостиной, Эри выбрала себе местечко возле Мидории, заодно рядом с Тодороки и Акиямой, последняя тут же протянула ей небольшую тарелку с яблоком в карамели. Праздничный ужин выдался на славу со всеми бурными разговорами по душам, шутками, дружескими драками за столом и песнями, когда Джиро принесла гитару. Подростки не думали о лишнем, полностью погрузившись в отдых, заодно не забыв об обмене подарками. Уже ночью, когда праздничное застолье стало подходить к концу, запакованные в яркую бумагу коробки были сложены в одну гору и обвязаны лентами, чтобы в один момент подарки разлетелись случайным образом. Подарок Акиямы - объемная кружка в виде милого кролика досталась Мидории, а самой крылатой попался теплый шарф от Коды, который таким образом хотел позаботиться о здоровье кого-нибудь из одноклассников. Она потом ещё долго умилялась такому милому жесту. Обсуждение обмена подарками шло ещё долго, пока ребята не начали постепенно расходиться, а Эри обратно в общежитие преподавателей забрал Цементос. Убираться, путем лотереи, остались: Хитоши, Шото, Мина, Изуку, Фаруюки и Шоджи. Двое последних как раз занимались мытьем посуды, пока остальные наводили порядок в гостиной части. "Шото пошел к Бакуго и Мидории-куну узнавать насчет стажировки, Ашидо занята уборкой стола, а у меня появился шанс поговорить с Шоджи." — Акияма посмотрела на друга украдкой, думая над правильным началом разговора. — Ты хочешь что-то спросить. — Это так очевидно? — крылатая передала вымытый стакан, чтобы помощник протер его и поставил на нужную полку. — Боюсь, мой вопрос слишком личный. — Спрашивай. — Ты...эм...часто сталкивался с притеснением? Как гетероморф. — Мезо ненадолго замер, явно не ожидая такой темы для разговора. — В детстве да, так как жил в сельской местности. — А шрамы на лице..? — Фаруюки видела друга без маски лишь пару раз, и тот никогда не рассказывал историю возникновения шрамов. — Да, мне их оставили из-за того, что я - мутант. Но почему ты вдруг спрашиваешь об этом? Я удивлен, что ты в принципе знаешь о подобном явлении, вы же с Токоями-куном родились и жили в городе. — грязная посуда в раковине закончилась, и Мезо установил с Фаруюки зрительный контакт. — Тебя кто-то обидел из-за наличия крыльев? — Что? Нет, конечно. Я просто...недавно только узнала, что такая дискриминация, оказывается, до сих пор осталась. Раньше подобное казалось делом прошлых десятилетий. "Точнее один человек мне рассказал об этом." — перед глазами ненадолго мелькнула наглая ухмылка Даби, которая тут же смахнулась под весом других мыслей. — На самом деле она достаточно распространена, пусть сразу так и не скажешь. — Особенно в неблагоприятных районах и сельских местностях. — Шоджи кивнул, и собеседница тяжело выдохнула, опираясь на раковину. "Почему с этим ничего не делают? Считают, что проблема слишком незначительная? А кто эти "считают"? Правительство? Комиссия? Герои? Общество? Вот освети дискриминацию гетероморфов, например, Босатка или тот же Всемогущий...Хотя, может они сами не подозревают, что подобное отношение осталось." — Фаруюки не заметила того момента, когда стала сверлить поверхность раковины слишком острым взором. — Акияма, всё нормально? — Мне жаль, Шоджи, что тебе пришлось пройти через такие ужасные вещи. Искренне жаль. — внезапно крылатая ощутила на макушке теплую ладонь друга. — Тебе не стоит переживать из-за моей истории, Акияма. Сейчас у меня есть замечательные друзья, и большего мне не нужно. Если ради вас следовало пройти тот путь, то я не жалею. — Шоджи... — Честно, всё нормально. Возможно, не подойди к беседующим остальная команда по уборке, то Фаруюки расплакалась бы прямо на месте, но лишние глаза и уши быстро отодвинули её сентиментальную натуру в сторону. Мысленно она благодарила Мезо за откровения, после ещё долго раздумывая над его словами. Глубокой ночью, глядя на стену собственной комнаты, в голове всё вертелось чужое высказывание о дружбе. "Да, если мне нужно будет пройти через это всё, то я готова, лишь бы уберечь остальных от хотя бы какой-то части проблем." Последние дни декабря протекали в общежитии 1А оживленно, как и всегда. Яойорозу с Иидой ответственно напоминали про важность учебы даже во время выходных, а Акияме приходилось в такие моменты стоять рядом с ними и согласно, с важным видом, кивать под смешки остальных. Бакуго пару раз об что-то врезался в коридоре или в собственной комнате, о чем тут же узнавали все остальные одноклассники благодаря звукам взрывов и отборной брани, через некоторое время могло повториться почти то же самое, но со стороны комнаты крылатой. Обычно в такие моменты еще раздавался где-нибудь неподалеку успокаивающий голос Мидории и возмущенный шумом Токоями. Позже, в честь Нового Года, ученикам разрешили посетить семьи в сопровождении одного из преподавателей. Многие решили воспользоваться возможностью, и Акияма, согласившись на предложение парня, отправилась в дом Тодороки. Она долго не решалась подойти с такой новостью к старшей сестре, но та отреагировала абсолютно спокойно и наоборот обрадовалась за младшую. — Меня саму подруги пригласили отметить праздник с ними, а раз наши родители не смогли прилететь...То почему бы не отпраздновать так? С тобой вдвоем мы ещё успеем время провести. — Да, в обществе нового сериала, мороженого и пиццы с ананасами. — Именно. Тогда, разговаривая со своей сестрой, Фаруюки была уверена в удачности идеи, но сидя в машине...Больше она таковой не казалась. Довезти пару в компании с Сущим Миком отправили господина Курумадо, и впервые салон его рабочей машины стал так давить на фоне стресса. Нервозность в малозаметных движениях крыльев не скрылась от Шото. — Фаруюки, всё будет хорошо. Ты же знакома с Нацуо и Фуюми, так что переживать лишний раз не стоит. — взрослые были заняты своими разговорами, поэтому не обращали внимания на перешептывания учеников. — Одно дело - короткие пересечения, а другое...ужин. Я примерно представляю насколько в рамках старых японских традициях это важно, следовательно от меня требуется совершенно другое отношение к предстоящему ужину. Теперь Шото понимал почему его девушка даже оделась в честь приглашения иначе: водолазка приглушенного карамельного цвета и серые брюки под цвет короткого пальто. Фаруюки в его глазах выглядела прекрасно, но непривычный официоз всё же бросался в глаза, будто образ подбирала старшая Акияма. В то же время парню было приятно, что его девушка с уважением относилась к той среде, в которой он рос, и понимала насколько приглашение на околосемейный ужин могло быть серьезным шагом. Наверное следующим уровнем могло быть только знакомство с матерью. — Я буду на твоей стороне в любом случае. — тихо, успокаивающе прошептал Шото и переплел их пальцы, заодно передавая согревающее тепло. — Даже если я с кем-то поругаюсь за столом? — Даже если с кем-то поругаешься за столом. На губах Фаруюки заиграла улыбка, ведь нечто похожее говорили ей в самом начале отношений. С каждой прошедшей неделей она убеждалась в правдивости сказанного лишь больше, так как, не считая только редких ссор, от неё в действительности никогда не отворачивались, несмотря на тяжесть характера или многие недоговорки. Встретила прибывших Фуюми, она также пригласила зайти внутрь Сущего Мика, но тот поспешил отказаться и пообещать, что будет следить за обстановкой снаружи. В какой-то степени, пусть и не показывая этого, крылатая радовалась такому исходу событий, ведь никто из Тодороки шума от этого про-героя просто не выдержал бы. Сам же дом никак не был украшен, только по воздуху витал мягкий аромат благовоний, и ближе к кухне он смешивался с пряностью от еды. — Давно не виделись, Акияма-чан, Шото. — Нацуо потрепал гостью и брата по волосам, подмечая их изменившуюся длину. — Вы решили парно волосы отращивать? — Я просто всё забываю Фумикаге-куна попросить их подстричь. — А мне захотелось отрастить. — Нацуо, не заваливай их с порога вопросами. — старшая Тодороки с легким укором посмотрела на брата. — Устраивайтесь в гостиной, а я закончу на кухне. — Я помогу. — вызвалась Акияма, понимая, что одной управляться с таким количеством домашних дел проблематично, и заодно решила таким способом оставить двух братьев поболтать о личном. На кухне царил легкий беспорядок - обычное дело при готовке, но Фуюми определенно была смущена такой обстановкой, а крылатая поспешила её успокоить и приняться за дело. В последние этапы приготовления еды, которая уже выглядела очень аппетитно, Фаруюки не лезла, но с мытьем посуды или уборкой поверхностей справлялась отлично. Попутно девушки болтали о повседневных мелочах, и Тодороки, как истинная старшая сестра, не забывала расспрашивать о своем брате и о том, как у него обстояли дела. — Он часто пишет матери в больницу...Мне, если честно, до сих пор не вериться в их такое теплое общение после всего произошедшего в нашей семье. — Фуюми ненадолго замерла, наблюдая за временем на панели духовки. — Она показывала мне пару писем, не слишком личных, но даже в них он много писал о тебе. — Надеюсь, там было только хорошее. — с покрасневшими щеками Акияма пыталась свести разговор к шутке. "Не хотелось бы производить впечатление грубой хулиганки перед Рей." — Для мамы главное, что ты заставляешь его улыбаться. — Фуюми не спеша подошла к собеседнице, неуверенно опуская ладонь на её плечо, будто давая шанс отстраниться. — Акияма-чан, не пойми меня неправильно...Учитывая то, что Отото пригласил тебя на семейный ужин в такой праздник достаточно прозрачный намек касательно серьезности его намерений. — Вы думаете, что я не настолько серьезно настроена в наших отношениях. Фаруюки соврала бы самой себе, подумав, что ей не обидно такое слышать. При этом, осуждать ни Нацуо, ни Фуюми, ни, вероятнее всего думающего так же Старателя, она тоже не могла, ведь те толком её не знали и относились хорошо из-за статуса девушки их младшего. Ей ли не знать какое впечатление её персона чаще всего производит? И одно дело, когда твой брат в начале просто представляет такую особу как свою девушку, а другое когда приглашает вот так в дом. Наверное, для многих семей с подобным традиционным воспитанием и консервативным уклоном такой жест - очень-очень важно. "Видимо, я сама не в полной мере оценила масштаб, раз Фуюми решила завести этот разговор." — пальцы нервно прошлись по цепочке с кулоном в виде силуэта птицы. Разные мысли завертелись в голове роем пчел. За секунды в ушах звенели различные вопросы к самой себе: "Заслужила ли?", "Как отношусь к этому сама я?", "Серьезна ли я?". Фаруюки была уверена, что любит Шото, но...насколько их вклад в "люблю" совпадало? Для него будто "люблю" означало навсегда, пока сама Акияма не обладала уверенностью даже в следующем месяце. Никакого "навсегда" для неё не существовало...только "завтра" и не более. Поэтому она не могла дать ответ касательно своей серьезности, ведь, кажется, они могли просто не понять друг друга. "Шото очень важен для меня, но это точно не то, что она хочет от меня услышать в такой ситуации." — А Старатель во сколько подойдет? — сменила тему Фаруюки, стараясь придать голосу твердости, при этом на Фуюми она не смотрела. Ей просто не хотелось увидеть на её лице разочарование. — Во время праздников он обычно на работе...Кто-то же должен работать в праздники. — Тодороки открыла духовку, и крылатая уловила в её голосе печаль касательно отсутствия родителя в такой день. — Акияма-чан, дальше я сам помогу сестре. — на кухню заглянул улыбающийся Нацуо. — Шото хочет показать тебе наш сад, так что сходите прогуляться. — Хорошо, спасибо. "Надеюсь он там долго не стоял и уши не грел." — с этой мыслью Акияма пошла чуть дальше по коридору, где её ждал младший Тодороки. На самом деле ему давно хотелось показать девушке сад в своем доме, ведь он давно подметил в ней тягу к природе, хотя та, наверняка, такого за собой не наблюдала. Учитывая её некоторые птичьи повадки, возможно, для неё подобное являлось чем-то естественным. — Здесь...умиротворенно. — подала голос крылатая после нескольких минут молчаливой прогулки. В отличие от остального дома, где присутствовало ощущение напряжения, во внутреннем саду будто весь негатив исчезал среди природы. Пространство напоминало небольшой участок леса, который неизведанным способом перенесли во дворик: все растения прекрасно гармонировали с друг другом, напоминая идеально сложенную симфонию, и даже каменная дорожка с маленьким прудом, окруженным неограненными камнями, казались частью природы. Под впечатлением от спокойной атмосферы на пару секунд Фаруюки захотелось, чтобы нечто похожее было и у неё дома в будущем. В таком месте она могла бы гораздо быстрее унимать свой вспыльчивый нрав. — Гентианы - необычный выбор. — Акияма указала на скопление цветов, которые синим пятном создавали интересный контраст на фоне остального сада. — Мне как-то рассказал о них Кондо-сэмпай, после того, как один раз они появились у него на щеках. — Старик почему-то уделяет им особенное внимание. — Неужели Старатель занимается садом? — ненадолго задумавшись, Шото слегка повел плечами. — В основном за садом ухаживают специально нанятые люди раз в месяц или реже, но иногда в выходные он берется за него. Никогда не замечал за ним тягу к земле, но это лучше очередного разгрома тренировочного зала. — Определенно. — Фаруюки слегка улыбнулась, попутно переплетая их пальцы. Рой неприятных мыслей всё ещё плясал в голове, но рядом с Шото ей становилось легче. — Ты точно будешь жить потом в похожем доме...Что у себя посадишь? На фоне переживаний Фаруюки не подумала насколько её формулировка звучала для парня странно, поэтому не обратила внимания на секундную дрожь с его стороны и мелькнувшие напряжение во взгляде. "Ты" вместо "мы" царапнуло слух, но Шото поспешил списать это на тонкости поведения своей крылатой девушки, которая рассуждала лишь гипотетически и не собиралась ему что-либо этим сказать или намекнуть. — Подсолнухи неплохо разбавляют атмосферу таких садов. — Хм...их желтые лепестки действительно хорошо сочетаются с листвой более простых растений и, например, каменными дорожками. "И они похожи на тебя." — не решился признаться вслух Шото, при этом не отказывая себе в желании приобнять крылатую, попутно оставляя поцелуй в её волосах. На этот раз той странной терпкости в аромате вокруг неё не чувствовалось. — Ты продолжаешь оставаться напряженной. — обеспокоенно прошептал Тодороки. — Мне нужно немного освоиться. — Хорошо, но тебе не стоит переживать. — в этот момент на территорию сада зашел Нацуо, очевидно чем-то не особо довольный. — Этот старик вернулся с работы... — Кажется, ты что-то там говорил про "не стоит переживать". — на слова девушки Шото тяжело выдохнул и крепче сжал её пальцы. — Идем встречать. В прихожей возле Старателя уже стояла Фуюми, о чем-то с улыбкой говорившая, когда Нацуо демонстративно ушел в сторону гостиной, не считая нужным приветствовать отца в полной мере. После же того, как про-герой снял обувь, его взгляд наконец поднялся и обратил внимание на подошедшего младшего сына с его спутницей. "В реальности его шрам выглядит хуже." — Фортуна? — Энджи был удивлен, и неизвестно в каком смысле, поэтому дочь поспешила объясниться. — Я как раз собиралась предупредить тебя о гостье... — Добрый вечер, Старатель. — после сказанного Акияма выжидающе посмотрела на парня, который поспешил отвезти взор. "А я то думала, что он просто шутил о том, что мнение его отца касательно моего приглашения учитываться не будет." — переглядки между тремя Тодороки и одной крылатой особой продолжились пару секунд. — Мы думали, что ты сегодня будешь на работе всю ночь, поэтому решили не тревожить лишний раз расспросами. — не выдержала тишины Фуюми, на что её отец лишь выдохнул и кажется расслабил плечи. — Всё нормально, я не собирался отчитывать. — Старатель пошел дальше по коридору прихожей. — Горящая с остальными напарниками вызвались меня подменить, чтобы я смог отдохнуть. К слову, Курумадо и Сущего Мика из вашей академии я тоже отпустил. Ему не было смысла оставаться здесь, раз дома нахожусь я. "Звучало уверено...И не то чтобы я собиралась оставаться здесь с ночевкой, но видимо выбора особо и нет. Зато Сущий Мик отдохнет." От новости Фуюми засияла, после поспешив пригласить всех к столу и самой шустро отправиться за дополнительным набором посуды. Атмосфера же в зале выдалась напряженной: привычная улыбка Нацуо пропала, пока Шото молча разливал зеленый чай под задумчивые взоры отца. Оценив обстановку, Фаруюки решилась нарушить тишиной первой в ожидании возвращения старшей среди детей Тодороки. — Как продвигается работа, Старатель? — Задержали группу преступников по наводке Комиссии. Предполагают, что они были связаны со Все-За-Одного. — Энджи внимательно всматривался в выражение лица Фаруюки, которая не придавала этому большого значения. Новость не вызвала в ней удивления, в отличие от Шото, чьи брови нахмурились в задумчивости. — Его влияние, видимо, далеко продвинулось. Напоминает о себе, даже сидя в Тартаре. — прокомментировал младший Тодороки. "Интересно только насколько...Есть ли у меня шансы узнать про ВЗО побольше информации в Комиссии или доступ там слишком ограничен?" — на фоне раздались шаги из коридора, Нацуо тихо фыркнул, не находя удовольствие в любых разговорах с отцом, даже если сам он в них участия не принимал. — Никакой работы в праздник. — Фуюми поставила перед родителем посуду, за что тот поблагодарил её легким кивком. — Итадакимас! Фаруюки не могла отделаться от мысли, что видела в столь счастливой улыбке девушки напротив себя собственную старшую сестру, которая обычно так же радовалась, если удавалось собрать в доме всю семью. Вот только вместо разговоров тишину разбавлял только шум от посуды, и первое время это воспринималось уместно, ведь присутствующие наслаждались едой, но после молчание стало давить на крылатую. — У вас отличные навыки готовки, Фуюми. Блюда получились очень вкусными. — названная засмущалась от похвалы, и поспешила приуменьшить свои заслуги, и тут уже её начал переубеждать Нацуо. — А мне вот что любопытно. — спустя некоторое время вновь возникшего молчания протянул Нацуо, смотря на невозмутимого отца. — Ты как-то слишком спокойно отреагировал на Акияму в доме. Крылья девушки слегка дернулись в напряжении. Не такой смены темы она ожидала, пока Тодороки за столом обменивались только им понятными взглядами. Старатель ничуть не изменился в лице, лишь ненадолго отвлекся на пару глотков зеленого чая. Тем временем гостья окончательно перестала понимать ситуацию. Нацуо намекал на намерения младшего? Ставил кого-то в упрек? Что вообще происходило за этим столом? "Ебанца Тодороки во всей красе..." — Фаруюки ненадолго пересеклась взглядом с Фуюми, которая не была довольна таким вопросом брата, но при этом умело старалась не показывать истинные эмоции. — Фортуна - стажерка моего агентства, поэтому я не увидел в этом проблему. К тому же, я предполагал, что Шото приведет её. — младший Тодороки не удивился от услышанного ответа, в отличие от старших брата и сестры. — Ты знаешь об их отношениях? — неуверенно предположила Фуюми, и ответом ей стал кивок. "Оу...Они не знали, что он знает и поэтому Нацуо задал вопрос? Хотя, впрочем, мало представляю ситуацию, где Старатель бы сказал что-нибудь в духе: "Кстати, дети, а я знаю, что мой младший сын встречается с Фаруюки Акиямой". Нет, в их семье такие откровения и незамысловатые разговоры - нечто за гранью. Впрочем, никогда не поздно научиться." — крылатая поспешила сменить тему разговора, попутно от нервов слегка сжимая пальцы Шото под столом, который будто почувствовал её надобность в такой поддержке и опустил руку за несколько секунд до. Акияма старалась акцентировать внимание на самых обыденных темах, позже решаясь разбавлять обстановку шутками или любым другим способом отвлечения, лишь бы искры между Нацуо и Старателем поутихли. У неё получилось даже вытащить из немногословного главы семейства несколько интересных историй с работы, совершено не замечая шокированных переглядок двух старших Тодороки. Ни Нацуо, ни Фуюми не был знаком такой стиль общения с их отцом, и они думали, что крылья девушке просто спалят, но их родитель реагировал спокойно, только моментами позволяя себе привычную грубость, которую демонстративно пропускали мимо ушей или отвечали с язвительностью. Шото же слишком шокированным не выглядел, поэтому больше сконцентрировался на наблюдении за изменением настроения за столом. Плечи его старших и Старателя словно расслабились под щебечение гостьи, которая совсем не вписывалась в общую атмосферу этого дома, но при этом оказалась ему неожиданно необходима. Впервые на памяти Шото после окончания трапезы они остались за столом, чтобы попить чай и дообсудить несколько тем, например, спор между Старателем и Фаруюки. Вначале Фуюми испугалась, что намечается конфликт, но младший брат успел её успокоить и шепотом объяснить о тонкостях такой разновидности общения своей девушки. Под конец же, когда Нацуо стал постепенно убирать посуду, давая возможность сестре отдохнуть и избежать лишнего, и так затянувшегося общения с отцом, крылатая преподнесла семье Тодороки подарок. — Я не разбираюсь в посуде для чайных церемоний, но, надеюсь, не прогадала. — Акияма пододвинула к главе семейства коробку. — Это лишнее. — одновременно произнесли все, просто разными тонами, но девушка была к такому готова. — Вы приняли меня на праздник, так что...это просто благодарность. "Хитришь." — Шото провел по ладони девушки невидимый иероглиф, ведь прекрасно понимал, что так Фаруюки поставила ультиматум: отказ от благодарности со стороны Энджи Тодороки в традиционном понимании может восприняться ей оскорблением. Хотя, скупого "спасибо" от него она тоже не дождалась, в отличие от остальных Тодороки. После разговоры праздника сменились легкой суетой уборки, впрочем, и в ней Акияма успела подметить странность - Старатель в один момент покинул кухню с отдельной порцией одного из блюд. И размышления о причинах такого поведения сменились ответами на звонки с поздравлениями от родителей, а после осмотром выделенной гостевой комнаты. — Если что-то понадобиться, то я в комнате чуть дальше по коридору. — сонно предупредил Шото, явно уставший от насыщенного вечера. — Не переживай, я помню где она примерно. — Фаруюки положила стопку сменной одежды для сна, отданной Фуюми, на футон и подошла к парню. — Спасибо ещё раз, что пригласил к вам. "Наоборот, тебе спасибо." — вместо слов Шото оставил на лбу девушки поцелуй. — Спокойной ночи, Фару. — Тебе тоже, Шото. Уюта в простоте и просторе комнаты, как например в обители Шото, крылатая не чувствовала. Всё вокруг казалось ей холодным, чужим и негостеприимным, словно она вторглась в дом Тодороки, который не терпел такого хаоса, идущего за ней по пятам. Но для спокойного сна следовало отогнать все подобные мысли и переодеться в домашнюю одежду, после устроившись на футоне. "В таком просторном доме столько может таиться за углами. Неужели никого из них это не напрягает? С другой стороны, такая площадь позволяет без проблем затеряться и не пересекаться с остальными." — Фаруюки зажмурилась, пытаясь отогнать навязчивые размышления и попробовать уснуть. Когда глаза открылись в следующий раз, обстановка вокруг показалась ещё более жуткой. Абсолютная тишина пугала, как и почти полное отсутствие света. Небо смотрело через окна подобно надзирателю, а не покровителю. — Нужно к Шото. — от шепота комната загудела, будто Фаруюки кричала. За порогом гостевой обители дом стал ещё более чужеродным, коридоры вовсе были безграничны и уходили в туманную неизвестность. Отдаленно знакомое место превратилось в лабиринт, пугающий всепоглощающей тишиной и жуткими тенями, мелькающими по углам. — Шото..? Здание отозвалось молчанием, и Фаруюки неосознанно направилась куда-то вперед, пока за спиной образовалась подозрительная легкость. — Старатель?! — с каждой следующей безмолвной секундой Акияма ускоряла шаг, после вовсе переходя на бег, и босые ноги сталкивались с полом абсолютно беззвучно. — Фуюми! Нацуо! Коридоры были бесконечными и постоянно менялись, причем за какое-то жалкое мгновение. Взлетать не получилось, и Фаруюки стало страшно смотреть за спину, ведь если она осталась без крыльев... — Шото! Старатель! — голос уже надрывался, но никто не отзывался, пока тени по углам становились всё больше. — Хоть кто-нибудь! Пожалуйста! Со всех сторон и одновременно сразу в голове раздался хриплый смех, который Фаруюки не могла не узнать. Кажется, будь она глухой, и в таком случае скрежет в чужом голосе вечно отзывался бы в ушах. — Испугалась, крылатик? — вопрос с насмешкой раздался за спиной - в самой уязвимой части, поэтому девушка повернулась мгновенно. — Ты сама кричала: "Хоть кто-нибудь". — Я не... — Не это имела в виду? Но уже поздно. Я здесь. Окружение охватило голубое пламя, но оно не обжигало - только угрожающе кружило и танцевало вокруг, иногда навязчиво касаясь кожи. Тем временем Даби смотрел на девушку пристально, пытаясь прожечь в ней дыру вместо своего огня. Тяжелой поступью он обходил её по кругу, пока она следила за ним опасливым взором. Как тогда на крыше. — Чего ты хочешь от меня? — сквозь зубы шипела Фаруюки, когда от дома Тодороки не осталось ни следа, а пламя всё продолжало нависать. — А чего хочешь сама ты? Крутишься и крутишься, как белка в колесе, под дудку других. Председателя и директора, например. — Я помогаю. — Ну да, всё ради благой цели. — стоило Акияме моргнуть, как Даби уже оказался за спиной и обхватил ладонями её плечи, от чего в кожу неприятно впились линии скоб. — Но ты же всё прекрасно видишь, крылатик! Все эти недоговорки, нелицеприятные тайны и мрачную паутину, в которую тебя затянули в качестве инструмента. Полезного и ценного, но всё же инструмента. — Мне нужно пройти через это ради...— над ухом зазвенела насмешка, а чужие пальцы впились в кожу сильнее, будто пытаясь отрезвить. — Глупый-глупый крылатик. Ты погоришь на этом и совсем не в моем пламени, которого так напрасно боишься. С немым криком, удушающе застрявшим в горле, Фаруюки вскочила с футона. Первым делом она бросила взгляд за спину, попутно слабо взмахивая крыльями, чтобы убедиться в их реальности, а следом осмотрела всю комнату на наличие переливов огненных вихрей. Ничего, кроме тишины и набатом звеневших в голове слов, не напоминало о кошмаре. "Стоит прогуляться по саду. Надеюсь, никто из Тодороки не будет против моей прогулки без разрешения." — понимая, что уснуть в ближайший час не получится, Акияма вышла в коридор. Теперь он был обычным - длинным и не бесконечным. Фаруюки шла тихой поступью, которой успела научиться на тренировках с Айзава-сэнсеем и Хитоши, после закрепив у Риота. Раньше она казалась себе неуклюжей, поэтому такое бесшумное передвижение оставалось недосягаемым. Зато сейчас легкие шаги выходили естественно, как само собой разумеющееся. "Почему в той комнате горит свет? Вроде никто из Тодороки там не живет." — стоило Акияме пройти дальше, как она тут же замедлилась и прижала к себе крылья, условно делая свой силуэт меньше. Её настигло любопытство вперемешку с тревогой, когда каждый осторожный шаг приближал к полоске света. Мельком осмотренное помещение производило впечатление обычной комнаты парнишки лет двенадцати, и поэтому буцудан, напротив которого сидел Старатель, совершено не вписывался в общий антураж. Заметив наставника, Фаруюки моментально притаилась обратно за дверью, не до конца прикрытой, и собиралась уйти, не желая становиться свидетелем столь личного момента, но услышанный шепот пригвоздил её к месту. — Ночами меня не покидают мысли о том, что я мог тогда изменить. Тихий тембр Энджи ложился на слух непривычно. В нем звучало столько боли, что сердце самой Фаруюки замирало. Такая сторона наставника была ей незнакома, и при других обстоятельствах она вовсе и не узнала его вот так...лишь по голосу. — Я думал, что игнорированием умерю твоё желание вредить себе и идти по моим стопам, но ты из раза в раз нарушал запреты, продолжая тренироваться, а я был слеп...Моя уверенность в правильности своего решения застелила глаза, и я всё больше переводил внимание с тебя на Шото. Пытался тебя проучить. — Энджи затих на пару мгновений. Возможно, некоторые бы подумали, что он позволил себе слезы, но по неизвестной причине Фаруюки была уверена в обратном. В эти секунды скорбящей тишины Старатель молча закапывал себя в чувстве вины и откапывал пониманием, что ничего изменить уже невозможно. Хотелось сорваться с места из-за нежелания слышать столь горькое признание человека, который наверняка впервые позволил откровения вслух с сами собой. И, противореча собственным мыслям, Акияма продолжала стоять на месте. — Мне будто хотелось так показать тебе, что ничего не получится. В твоей борьбе со своим же огнем не было смысла, Тойя. — от произнесенного имени крылья дернулись, словно пытались сбросить с себя наваждение призрака. — При рождении ты взял моё упрямство, и оно сыграло с нами двоими отвратительную шутку на Пике Секото. Больше ничего Энджи Тодороки не говорил, но и не спешил покидать комнату погибшего сына, а Фаруюки Акияма продолжала стоять на месте. Противоречивые эмоции горечи, сочувствия и злости за всё то, что Старатель сотворил с семьей, где-то внутри сцепились в драке. Любое движение, не важно от желания хоть мельком увидеть фотографию Тойи Тодороки или от попытки уйти, могло привести к шороху, который Старатель возможно услышит, и поэтому Фаруюки оставалась, не замечая слез, бегущих ручейками по щекам. За кого именно плакала она не знала...может за Тойю, покинувшего мир слишком рано, или Шото, которому пришлось пройти через столько испытаний только из-за амбиций отца, или Рей и Фуюми с Нацуо, тоже настрадавшимся от этого порочного круга обиды и скорби в их семье. А возможно и для Старателя в сочувствии Акиямы нашлось место. Обратно в комнату крылатая вернулась потерянной, не зная, заметил ли в итоге Тодороки её присутствие. Помещение более не давало прежней просторности и излишний минимализм стал давить, не давая провалиться в желаемый сон. Множество мыслей вертелось в голове, которая была готова уже взорваться от такого наплыва. "Тойя поджег себя на Пике Секото потому что отец к нему не пришел? Дело было в той самой "борьбе с огнем"? Наверное, его причуда была слишком сильна." — Фаруюки вспомнились слова Сотриголовы о том, что недоношенные дети могли не выдерживать способности из-за слабости тела. Относилось ли это к самому старшему сыну Рей и Энджи девушка не знала, но легче от этого не становилось. — "Почему им всем приходится так страдать в собственной семье? Неужели вся проблема взаправду кроется в Старателе?" Ночь прошла под покровительством размышлений, и Акияма смогла заснуть ближе к утру только из-за накатившей усталости. Во время завтрака, заботливо приготовленного Фуюми, от Шото не скрылись легкие синяки под глазами девушки, но тот списал их на беспокойный сон на новом месте. Самому была знакома такая проблема. Глава же семьи за столом так и не появился из-за срочного вызова на работу, а Нацуо был данному раскладу событий только рад. — Не понимаю как можно добровольно вернуться к нему в агентство. — Нацуо явно намекал на, в его глазах, абсолютное безрассудство крылатой гостьи. — Опыт. — кратко ответила Фаруюки, пока мысленно сама в полной мере не понимала почему сменила агентство Босатки на Символа Победы. В обоих этих местах она могла получить достаточно полезного опыта. — Спасибо за завтрак, Фуюми. "Тойя тоже когда-то сидел за этим столом. Возле кого он садился: матери или отца? Может Фуюми или Нацуо?" — Фаруюки пыталась представить рядом ещё одного человека, но вместо лица в воображении находилась лишь пустота. В ушах же звенела хриплая насмешка. — Не за что, Акияма-чан. Акияме так и хотелось начать бесцеремонно спрашивать о Тойе Тодороки, но каждый раз её совесть успевала прикусывать язык в ожидании прибытия героя, сопровождающего их с Шото в академию. Забрала их Полночь, которая смогла незамысловатыми разговорами поднять настроение крылатой, за что та была мысленно благодарна. Всё же, её чересчур меланхоличное отношение парень мог принять на свой счет, к чему, честности ради, был уже очень близок. — Конечно у вас ещё выходные впереди, но не забывайте об учебе. Акияма, дорогая, я всё ещё жду от тебя конспекты по последним темам. Цементос, к слову, тоже. — водитель в лице Курумадо совершенно не обращал внимания на разговоры пассажиров. "Я совсем перестала всё успевать по учебе." — стыдливо признала крылатая. — Сдам их в первый же учебный день в этом году. — Смотри у меня, Акияма! Отрабатывать у меня гораздо страшнее. А ты, Тодороки, уж постарайся за ней проследить. — Конечно. Фаруюки была уверена, что парень тогда ответил ради приличия, а в итоге тот стал заниматься с ней каждый вечер, помогая закрыть все долги. Попытки найти спасение в Фумикаге или Момо, да даже в Тсую и Мезо, с треском провалились. Чаще всего они наоборот порой составляли "надзирателю" компанию, пока Кацуки откровенно ржал, как конь, от такой картины в холле. — И это заместитель нашего старосты! "Грозного сокола" смогли усмирить лягушка, ворон, двумордный, ну и...Яойорозу с Шоджи, вам мне лень прозвища придумывать. — Клянусь, шпиц, как только начнутся тренировки... — Конспекты пиши. — моментально прервал перепалку Шото, и крылатой оставалось только послушаться, опустив голову к тетради. — Мне вот интересно. — сидящий за обеденным столом Денки обратился к Ханта и Мине, которые сидели рядом и пили чай. — Офис Старателя хоть переживет эту стажировку? — Первые дни он точно простоит. — начал Серо, и следом его мысль подхватила подруга. — А вот на день третий или четвертый они начнут разносить здание по кирпичикам. Там вся надежда только на Мидорию будет. — Точно, Мидория - последняя надежда того обреченного места. — хмыкнул Каминари. Тем временем Изуку сидел в своей голове, разумеется ничего не слыша, но странное предчувствие где-то отозвалось внутри. "Надеюсь, что это не Каччан меня вспоминает..." Будь у Шинсо особые привилегии, то он без промедления повесил бы в главном холле академии огромный плакат с предупреждением об опасности одной крылатой бестии. Если вас в коридоре или в столовой упрямо пытается поймать Акияма с ярким блеском в глазах, кричащим о спорной идее в её голове, то лучше бежать и не оглядываться. Вот только у самого Райракку получалось бегать только первые учебные дни, и в какой-то момент против него просто использовали запрещенный прием. Приманили кофе. — Почему у тебя такое лицо, Райракку? У меня просто имеется к тебе пару вопросов. — Фаруюки улыбалась мило, и за этим фасадом скрывались бешеные бесы. — Ты бы иногда в зеркало смотрелась, чтобы видеть со стороны свою угрожающе-хитрую мордашку. — собеседница нахмурилась, но мысленно замечание признала. — Тебе чего нужно? — Всего лишь пару вопросов о твоей причуде. — Не нравится мне такая тема. — Шинсо сделал несколько глотков кофе, будто оно могло его спасти или оттянуть момент. — Чисто теоретически...Куда твоя причуда может развиться? В каком направлении? — Сложно сказать, мне нужно больше практиковаться, но крайне мало людей готовы поучаствовать в подобных экспериментах. — было очевидно, что такой скупой ответ любопытство крылатой не угомонило. — Может, я смог бы брать под контроль больше человек за раз. — А что насчет речи? — Не уверен, что у меня получилось бы заставлять человека говорить необходимые слова через приказ. — Хитоши уже смотрел на подругу с подозрением, столь внезапный интерес начинал напрягать. "Что у неё в голове? Я совершенно не могу понять." — Мы рассматриваем чисто гипотетические вопросы. Допустим, если слова простые? — Возможно получится, но я ни в чем не уверен. Мне мало удается практиковаться напрямую на людях. — бесы в янтарных глазах загорели ярче. — Тогда я полностью в твоем распоряжении! "И Аояма тоже. Сомневаюсь, что идея ему понравиться, но будто у него выбор большой." Наверное, если бы Шинсо сказали, что крылатая особа перед ним внезапно сошла с ума или ударилась головой где-то по пути, то он поверил бы без лишних секунд на раздумья. Никто из его окружения не соглашался на подобные авантюры, и тем более не вызвался бы сам, но Акияма не переставала изумлять. — Возможно получиться еще Кондо-сэмпая уговорить. — Чем больше с тобой общаюсь, тем больше не понимаю как у Тодороки получается мириться с хаосом вокруг тебя. — Фаруюки пару раз задумчиво моргнула, не ожидая такой резкой смены направления разговора, но после осознания сказанного чуть смутилась. — Честно, мне самой бы знать, но оставим этот философский разговор на другой раз. Пора расходиться по классам, а то перерыв заканчивается через семь минут. Перед началом стажировки ученикам 1А предстояло ещё поучиться, причем в интенсивном ритме, ведь итоговые за первый курс экзамены были не за горами, а обучение у про-героев забирало приличное количество времени для подготовки. Так Акияме приходило носиться между учебой, заданиями от Комиссии, бытом в общежитии и внеплановыми тренировками с причудой Шинсо. Сотриголова первое время относился к затее с сомнением, не понимая как в принципе к этому удалось привлечь Аояму и Кондо, но запрещать такую разновидность занятий не стал, лишь напоминал про то, что его подопечному не стоило забывать про тренировки с лентами. — Может тоже что-нибудь с оружием придумать? — внезапно для самой себя вслух размышляла Фортуна, находясь в небольшом кабинете, который иногда делила с Риота и Мера. Здесь ей даже выделили специальную доску для размещения всех своих заметок. — С чего такая мысль в голову ударила? — Риота внимательно слушал, но взора с отчетов не поднимал. — Решила стиль боя сменить? — Не знаю. Пуанты с крыльями это неплохо, но использование перьев в качестве лезвий, как Ястреб, мне показалось не особо удобным. — Акияма облокотилась на свой стол, не прекращая изучать заметки на доске. — У меня неплохо выходит играть на эффекте неожиданности, но в длительном бое мои крылья становятся мало полезными, особенно если сражение смещается на землю. Мера-сан, у вас есть мысли? — О нет, меня в это не впутывай. Я совсем плох во всяком вашем снаряжении. — Попробуй копье. — Фаруюки посмотрела на Риота с сомнением. — Навороченное копье, а не просто палку с острым концом. Тебе будет удобно использовать его как опору и адаптировать к танцевальному стилю, причем оно будет полезно и в воздухе, и на земле. — Имеет смысл. — задумчиво хмыкнула крылатая, после беря в руки часть документов. Буквально на днях Председатель вручила ей папку по делу Восстановителя, где была расписана вся найденная по нему информация. В ней Акияма искала любые зацепки на взаимосвязь Чисаки с другими организациями, которым он мог продавать наработки усиливающего и стирающего наркотиков. — Он из приюта? — вместе с девушкой удивились и Мера с Костяным, пока сама она пыталась вспомнить где уже встречала упоминание данного детского дома. — Точно, информаторы говорили мне об этом мельком. Им понадобилось много времени и сил, чтобы узнать об этом факте его биографии. — Йокумиру вернулся к работе, и стук клавиш клавиатуры возобновился. — Очередной злодей, брошенный родителями и не получивший достаточно любви? Как банально. — Риота хотел сказать что-то ещё, но крылатая резко прервала его взмахами рук и шипением. Фортуна внимательно и при этом шустро бродила взглядом по доске в поисках названия приюта, и наконец нашла его в непримечательных наблюдениях. Заметка с ним появилась как раз после одного из первых заданий от Комиссии, когда ей предстояло сопровождать Мера-сана на мероприятии. — Мог ли Восстановитель организовать поджог того приюта? Но не слишком ли мелочно? — в несколько шагов Акияма оказалась у доски и указала на фотографию из архива пожарной части, на которой среди темного дыма еле проглядывались очертания здания. Отдаленно изображение напоминала трагедию на Пике Секото — Сложно сказать, но я запрошу узнать про этот приют поподробнее. — устало ответил Мера. — Мне нужны владелец и спонсоры. — внезапно уверенно произнесла Фаруюки. — Что-то здесь нечисто, и меня еще тогда смутила вся эта история с пожаром, но у меня нет того доступа к информации. — Паучье чутье? — с ухмылкой подразнил Костянка. — Скорее птичье. — девушка снова полностью ушла в анализ доски с заметками и остальных папок с потенциально полезной информацией. Йокумиру уже делал запрос для нужного отдела комиссии по делам общественной безопасности, иногда украдкой наблюдая за задумчивым выражением лица подростка. Ему до сих пор возраст "компаньонки по кабинету" казался диким, всё же в отличие от неё Ястреб, Леди Наган и тот же Риота воспитывались Комиссией с детства, а Акияму втянули во всю эту паутину совершенно внезапно. Такое решение Председателей не переставало вызывать сомнение, не смотря на прямые разговоры об этом. — Почему именно Фаруюки Акияма? В геройских академиях имеется множество впечатляющих кандидатур на старших курсах, но вы выбрали именно её. Первокурсницу. — в лоб спросил Мера, а его начальница словно ждала такого вопроса. — К тому же, Ястреб идеально справляется со всеми вашими заданиями, поэтому мне не совсем понятна цель в вербовке второго крылатого героя...причем, эта студентка с не самым покладистым характером, что создает риски. — Мне и нужна её "свобода". — Госпожа Ивамото поднялась со своего кресла и подошла к панорамному окну для наблюдения за падающим снегом. — Фортуна, даже со своим буйным нравом, обладает отличительным качеством продумывать несколько вариантов событий не только на ходу, но и заранее, что видно по ходу экзамена на лицензию. Также она способна быстро складывать факты в правильную картину, что ни раз проявилось за нашу совместную работу. — И она грамотно пользуется ресурсами Комиссии, я помню. — Да, не удивлюсь, если она уже нашла предателя в Юэй. Правда, признаюсь, мне непонятно почему Фортуна ничего не предпринимает, но я оставлю это на неё и директора Незу. — Председатель обернулась на собеседника. — Возвращаясь к твоему упоминанию Ястреба, на моё требование прыгнуть - он просто прыгнет, а вот Фортуна... Прямая осанка Кими Ивамото говорила об её абсолютной уверенности в своём выборе, как и предупреждающая сталь в голосе. Председатель не терпела сомнений от подчиненных, приближенных в том числе, к принятых ею решений, поэтому Йокумиру напрягся от холодного тона, но поспешил это скрыть. — Фортуна спросит: "Как высоко мне стоит прыгнуть?". И вместо прыжка назло взлетит. Всю дорогу до места практики Акияма спала на плече Тодороки, никак не реагируя на причитания Бакуго, сидевшего с ними позади, и редкие разговоры Мидории с Сотриголовой, который в этот раз являлся одновременно сопровождающим и водителем. — В дальнейшем вас будет забирать и отвозить водитель Старателя или он сам. Возможно в некоторые дни придется ночевать в агентстве. Академию не позорить, поняли? — провел краткий инструктаж Айзава, и его ученики согласно кивнули, кроме крылатой. — Не нравится мне ваша четверка. Все приключений ищете на одно место. — Меня к ним не приплетайте! — на этих громких словах Фаруюки резко проснулась, а Шото смерил блондина осуждающим взглядом. "Прошу, пусть офис Старателя останется целым." — на протяжении оставшихся пятнадцати минут пути Сотриголова повторял себе похожие мысли, как заклинание в надежде на практику без лишних происшествий. Иначе средства на ремонт чужого агентства вычтут у него из премии. — Добро пожаловать в агентство Старателя. Учеников встречали на крыльце перед зданием агентства, чему Фаруюки успела искренне удивиться, ведь её на прошлой стажировке никто так не приветствовал. С другой стороны, натянутая улыбка, скорее похожая на угрожающую, доверия не вызывала. — Наверное мне стоило встретить вас именно так, но возиться мне с вами некогда и согласился я взять дополнительных стажеров только из-за Шото. — тем временем крылатая предположила, что дело ещё было в Комиссии, как и в прошлый раз. — Фортуна, ты отправляешься с Горящей и её отрядом на задание, у тебя пять минут на сборы. — Поняла! — так как Акияма ожидала чего-то подобного, уточняющих вопросов она не задавала и быстро направилась в офис, не вслушиваясь в возмущение Бакуго за спиной. — С какой кстати к ней другое отношение?! — В моем агентстве мои решения не оспариваются. Шото, неужели ты всерьез дружишь с таким человеком?! — наблюдая за перепалкой, Мидория радовался, что его пока игнорировали. — Я ещё на курсах для пересдачи экзамена на лицензию понял, что вы заносчивый человек. Впрочем, если получиться посмотреть на топового про-героя в действии, то можно и потерпеть. — фыркнул Кацуки под закатывание глаз Шото. — Кажется, я говорил тебе о более тщательном выборе друзей! — Спасибо за возможность стажировки в вашем агентстве, Старатель! Мы будем рады обучаться у вас! — поспешил смягчить напряжение Изуку, и как раз в этот момент из здания вышли Фортуна с Горящей и ещё несколькими напарниками. Крылатая бегло махнула парням рукой и взлетела в небо, пока остальные герои поспешили в ту же сторону, но по улицам города. — Обучаться значит...— под нос повторил Энджи, мельком бросая взор на удаляющейся силуэт в небе. Изначально он собирался поступить с троицей стажеров, как и с Акиямой в начале: не заморачиваться и просто позволять им болтаться за ним. Но наставления Председателя о проведении плодотворной стажировки для юного поколения засели в голове неприятным звоном, как и давние слова крылатой подопечной: "Направляйте, а дальше я разберусь сама." — перед задачей направления ему стоило получше узнать способности и уровень навыков парней, даже собственного сына, поэтому Старатель резко двинулся в сторону. — Не отставайте, наблюдайте и учитесь! — приказным тоном крикнул герой, и его стажеры поспешили подготовить чемоданы с костюмами и шустро направились следом. В другой части города через некоторое время Фортуна наблюдала за тем, как в полицейские машины загружали четверых мужчин, решивших устроить погром на улице с помощью "устройств" знакомой компании Детнерат. И пока крылатая находилась в раздумьях, к Горящей подошел один из сотрудников для высказывания искренних, а может и не очень, слов благодарности в помощи по задержанию преступников. — Фортуна добралась раньше и сделала большую часть работы, так что благодарить стоит её. — девушка смутилась от столь неожиданной похвалы, но, к счастью, красноту щек скрывала маска. — Стажерка Символа Победы? Наверное, меньшего ожидать не стоило. — молодой мужчина вежливо улыбнулся. — С ними были только вспомогательные устройства? — Да. — незаметно для окружающих, Акияма нервно дернула пальцами. — Сколько проблем с Детнератом...Не по статусу мне говорить это, но у них слишком много денег и влияния, чтобы привлечь их к реальной ответственности. — Горящая кивнула с пониманием, и полицейского подозвали его коллеги. — Быстро его с поста снимут за болтливость. — вздохнула Горящая, а после повернулась к крылатой. — Признаю, многие из нас не перестают удивляться твоему возвращению. — Честно, я тоже. — Фаруюки ненадолго подняла глаза на небо, будто пытаясь найти в нем облегчение. "Комиссии передали, что Детнерат одна из основ Паранормального Фронта Освобождения, бывшего АРИС, следовательно их якобы "утечка" устройств на подпольный рынок не такая уж и случайность. Но для чего? Внимание отвлекают и подготавливаются к чему-то? Впрочем, усиливающий наркотик у того парня тоже мог оказаться неслучайно." — Фаруюки казалось, что доза наркотика, спрятанного в сумке на поясе, буквально прожигала её через слои ткани. Ей повезло перехватить усилитель в самом начале битвы, и в нем она быстро признала товар той самой банды, задержанной не столь давно. Поэтому отдавать данную улику полиции показалось лишним. — "В некоторые участки поставлялись эти наркотики, и неизвестно только ли от той банды. Могли ли они забирать себе их у задержанных злодеев? Вполне." — Кажется, наш босс тоже успел кого-то поймать. — оповестил один из пламенных напарников после разговора по телефону, а Горящая перевела взор на крылатую. — Если хочешь, то можешь полететь проведать своих. Мы тут патруль без тебя завершим. Акияма кивнула с благодарностью и, перед этим уточнив нужный район, мгновенно взмыла в небо. Не хотелось этого показывать, но она переживала за парней, всё же во время патрулей могли встретиться самые разные люди, и от уверенности в их силах легче не становилось. Так, стараясь не накручивать себя лишний раз, она быстро оказалась в необходимом районе и без особых трудностей нашла глазами цветастые силуэты рядом с полицейскими машинами, не упустив перед приземлении приметить алые крылья. — Как я понимаю, у вас тоже всё прошло успешно. — на слова девушки Шото кивнул, стараясь не слишком заметно приподнимать уголки губ от облегчения, ведь никаких следов от ранений на ней не заметил. — О, младшая Акияма тоже на стажировке? — от вида прищуренных глаз и обаятельной улыбки Ястреба крылатой так и захотелось его ударить за боль, причиненную её сестре, и не важно какие причины для этого имелись. — Фортуна. — Точно...Фортуна. — немного растерянно опомнился Ястреб. — Всё же, как хорошо, что мой стажер с не таким бурным нравом. Не завидую я тебе, Старатель. — Тсукоюми я тоже завидовать не спешу. — фыркнула девушка. — Между ними будто черная кошка пробежала. — тихо высказал мысли Мидория, и младший Тодороки согласно кивнул. Когда и при каких обстоятельствах Акияма могла поругаться с Ястребом было неизвестно никому из присутствующих. — Вернемся к нашему разговору. По какому ты здесь делу, Ястреб? — серьезным тоном, не терпевшим уворота от ответа, спросил Энджи. — Просто мимо пролетал, хотя...— крылатый герой достал из объемного кармана куртки книгу в бордовой обложке, которую Фаруюки тут же узнала. — Читал эту книгу? — "Война за освобождение сверхлюдей". — прочитал название Мидория, а Акияма начинала постепенно закипать. — Неужели даже не слышал о ней? — Ястреб смотрел только на Старателя. — Сейчас эта книжка прям разлетается с полок после событий в Дейка! Автор смог многое предвидеть и если сбудется всё то, о чем здесь говориться, то у нас появится так много свободного времени, Старатель! Я даже отметил самое важное, чтобы не занимать слишком много твоего драгоценного времени. Хотя бы по некоторым отрывкам пройдись взглядом, особенно вторым по счету. — Если уж эту книгу советую сам герой номер два...— задумчиво протянул Мидория, а старший Тодороки в этот момент неуверенно принял книгу. — У меня есть с собой несколько дополнительных экземпляров. — Ястреб достал из внутреннего кармана три таких же книги. — Фортуна, на тебя к сожалению нет. — Засуньте эту книжонку знаете куда? — теперь все обратили внимание на явную хмурость Акиямы, и в глазах её плясал гнев, когда она указала пальцем на обложку книги. — Если сказанное здесь сбудется, то мир просто с ума сойдет! Бесконтрольное использование причуд приведет к временам, когда на вершине стоял ВЗО! Не удивлюсь, что он мог быть знаком с этим обиженным на жизнь Дестро и… "Стоп, а если они действительно могли быть знакомы?" — ухватиться за мысль Акияма не успела. — Эй-эй, не кипятись ты так, пернатая! — Ястреб поспешил перебить Фаруюки, и в его взгляде была очевидная просьба замолчать. — Не стоит воспринимать всё так буквально, ладно? — Фортуна. — названная перевела внимание на Старателя, и поняла, что перешла черту, но извиняться не спешила. Ей было безразлично даже если крылатый герой так рьяно рекламировал эту книгу из-за задания Комиссии вступить в ряды Лиги Злодеев. Она ненавидела книгу в руках Ястреба, боялась высказанных в ней идей и популярности среди гражданских. А нахождение её в руках своих одноклассников вовсе казалось издевательством, кощунством. — Мне уже пора. Надеюсь ещё увидимся, стажеры. — про-герой улетел, а Мидория не удержался от вопроса. — Ты её читала, да? — Не полностью, во время праздничных выходных. И не советую. — нехотя ответила Фаруюки, желая поскорее вернуться в стены офиса Старателя, чтобы оказаться подальше от слишком пристального взора Кацуки. Наверняка она сама смотрела так же, когда понимала что-то важное касательно человека. В агентстве Старатель оставил их знакомиться с пламенными напарниками и самим зданием, пока сам ушел в свой кабинет. Горящая уже была на месте, поэтому поспешила объяснить новеньким стажерам как у них всё устроено, а Акияма тем временем заметила, что кофейный автомат стоял тот же, следовательно кофе предстояло пить отвратный. — Изначально мы думали, что Деку и Бакуго будут в основном работать с нами, в отличие от Фортуны и Шото, но Старатель предупредил об обратном. Подобный интерес в воспитании нового поколения героев не в его стиле, хотя всё бывает в первый раз, да, Фортуна? — Горящая ухмыльнулась, глядя на крылатую возле кофейного автомата. — Не сверли ты его так взглядом, и не вздумай пинать. Мы заменили зерна, так что он стал лучше по вкусу. — Давно следовало это сделать! — возмутился Кидо, но крылатая продолжала смотреть с недоверием. — Вы меня обманываете. — А она здесь как своя. — прокомментировал вслух Шото, наблюдая за легкой перепалкой между Горящей и своей девушкой возле кофейного автомата. — Аки-чан умеет находить подход. — Бесите вы меня уже до невозможности. — не сдержал раздражение Бакуго, при этом продолжая внимательно наблюдать за подходящей к ним крылатой со стаканчиком кофе в руках. — Давайте я покажу вам раздевалки. Скорее всего вскоре Старатель устроит нам тренировку и лучше будет переодеться заранее. Через некоторое время герой, чей взгляд выражал глубокую задумчивость касательно только ему понятных мыслей, действительно позвал их в один из тренажерных залов, но не в тот к которому привыкла Акияма. Вместо помещения в традиционном японском стиле их встретил самый обычный зал с множеством самых разных тренажеров. В данный момент проводить занятия на силовую нагрузку не имело смысла, поэтому крылатая предположила, что их здесь собрали скорее для беседы и создания нужного настроя. Так и оказалось, каждого из них спрашивали про нынешний уровень навыков, поставленные цели и основное направления развития. Мидория рассказал про вторую причуду и выказал желание научиться её контролировать без вреда для собственного здоровья. Среди бесконечного потока его мыслей Старатель без проблем выделил главную суть юного героя, что удивило остальных. Бакуго же собирался понять за стажировку чему ему не хватало, как будущему номер один, и его самоуверенности оставалось только завидовать. Младший Тодороки прямо высказал намерения использования агентства отца в качестве возможности приобрести новый опыт и навыки для становления достойного героя. Когда же очередь дошла до Акиямы, повисло недолгое молчание. Она не до конца сама понимала по какой причине вернулась в этот геройский офис. Было ли дело в том же приобретении опыта или укоренившемся восприятии Старателя как наставника? — Фортуна? — с нажимом обратился Энджи, давая понять, что время на раздумье закончилось. — Как и в тот раз, мне нужен опыт. — Фаруюки вбрала в легкие воздух, после выдыхая, будто сбрасывая груз размышлений. — У меня не такая мощная причуда, как у Шото, Мидории-куна или того же Бакуго, но это возможно компенсировать навыками, опытом и стратегическим умом. — Понял. — мужчина сделал шаг, и неожиданно крылатая продолжила говорить, наверное, одно из самых честных признаний с её стороны за последнее время. — Я хочу понять происходящее вокруг, сложить цельную картину и...Есть у меня предчувствие, что получится это провернуть именно у вас. Акияма игнорировала прожигающие взоры от одноклассников, ведь смотрела только на обернувшегося к ней наставника. На его лице не наблюдалось ни удивления, ни пренебрежения к сказанным словам, Старатель лишь некоторое время всматривался в юную героиню перед собой, что-то решая для себя, а после молча кивнул. Обучение Энджи продолжил прямиком на практике во время патруля, по ходу дел объясняя принципы работы про-героев и общие понимания того как он должен действовать в тех или иных ситуациях. За троицей парней прикрепилась задача набираться опыта и попытаться поймать хотя бы одного злодея быстрее Старателя, грубо говоря обогнать его, а от Фортуны требовалось оставаться на подхвате. Благодаря прошлой стажировке крылатая научилась, пусть и неидеально, понимать ход мыслей героя, что позволяло ей относительно поспевать и подхватывать задумку Символа Победы. При этом, большую часть времени Фаруюки не покидало ощущение слежки, хотя никого подозрительного за патруль увидеть так и не получилось. Изуку же искренне изумлялся такому внезапному взаимопониманию, пока Кацуки больше бесился, пусть и признавая сквозь зубы, что "крылатая бестия" явно успела измениться за последние месяцы. Шото, если и был удивлен, то не показывал этого. Но во время перерыва на перекус, который они решили провести на крыше высокого здания, ей доставалось тоже больше всех, Старатель не забывал акцентировать внимание на каждой ошибке, сделанной во время патруля, и младший Тодороки уже собирался вступиться за девушку, но та помотала головой. Критика была ей полезна, поэтому она слушала и не забывала вставлять редкие и, разумеется, язвительные комментарии. — Завтра останетесь в агентстве с ночевкой, я предупрежу Сотриголову. Нам стоит провести тренировки между патрулями. — предупредил Энджи. — Фортуна, без закатывания глаз, иначе заставлю сто кругов вокруг офиса мотать. — В небе надеюсь? — Нет, бегом по асфальту. — Точно в вашей крови прописан дурной характер. — парень вопросительно выгнул бровь, глядя на опомнившуюся Фаруюки под фырки Кацуки и тихие смешки Изуку, которого тут же слегка пихнули локтем. — Без обид, Шото. — Сегодня у вас был в основном ознакомительный день, но в дальнейшем я буду требовать от вас гораздо большего. — вернулся к серьезной теме Старатель. — К концу стажировки вы должны добиться своих целей, поймать злодея раньше меня и вырасти над собой. Не вздумайте позорить моё агентство и Академию Юэй своей никчемностью. — Так точно. — одновременно крикнули Акияма с Мидорией, а Бакуго с Тодороки молча и с готовностью кивнули. Когда перерыв подходил к концу и предстояло спускаться с крыши каждому своим способом, зазвенел телефон в сумке на поясе крылатой. Из-за спешки перед патрулем она забыла его оставить в раздевалке, поэтому ей оставалось только неловко улыбнуться остальным и взять трубку. От Шото же не укрылось свечение неизвестного номера на экране, и подозрительная готовность девушки принять звонок от этого самого неизвестного. — Слушаю. — Фаруюки старалась говорить беззаботно, игнорируя ожидающие взоры остальных и попутно сбавляя звук голоса по ту сторону до минимума. — Неужели снова отвлекаю крылатика от чего-то важного? — Извините, но я спешу. Вы можете перейти к сути быстрее? — ненадолго Даби притих, видимо в попытке понять в чем причина такой странной манеры речи у собеседницы. — Через два дня в два часа. Убежище. — Я вас поняла. Обязательно свяжусь с вами позже! — вызов завершился, Фаруюки убрала телефон обратно в сумку. — Звонил оператор связи, как обычно предлагали новый тариф и пройти опрос. Скукота. Извините, что пришлось задержаться из-за этого. А теперь...Кто последний спуститься, тот фламинго облезлый! Акияма тараторила быстро и тут же сорвалась вниз, не давая остальным шанса задуматься над произошедшем разговором. С возмущениями и ругательствами Бакуго сорвался за ней следом, а там уже и Мидория с Тодороки не отставали, пока Старатель громко им напоминал про важность воспитания уважения в молодежи. Поздним вечером в холле общежития класса 1А вовсю гудели обсуждения касательно первого дня стажировки. Все делились впечатлениями от выбранных агентств, и к Акияме даже подошли Джиро, Яойорозу, Шоджи и Аояма с высказываниями мыслей об тяжелых, но полезных тренировках с Босаткой и чтобы передать "привет" от большей части его офиса, в том числе и от Таку-сана. Крылатая же похлопала друзей по плечам, уверяя их, что они со всем справятся, и Босс им понравится. Когда время стало близится к отбою, Иида разогнал ребят по комнатам, напоминая про сдвиг завтрака на более ранее время под их тяжелые вздохи. Оказавшись в своей обители, Фаруюки уже представила как с блаженством прикроет глаза в постели, отогнав на дальний план мысли о книге Дестро, стажировке и встречи с Даби. Вот только у Комиссии планы на неё намечались другие, и в этот раз ей позвонила лично Председатель с требованием прибыть на короткую встречу. Тащить с собой геройский костюм не требовалось, поэтому Акияма шустро переоделась в теплую кофту и темные джинсы с кроссовками, после выжидая ещё примерно час, чтобы большая часть одноклассников точно заснули. "И зачем я ей понадобилась?" — Здесь вся известная нам информация о Все-За-Одного. — спустя некоторое время ошарашенная Фаруюки смотрела на Госпожу Ивамото, пока та постукивала по достаточно объёмной папке. — Все документы смотришь здесь, с собой брать даже самую мелкую бумажку запрещено, фотографировать тем более. О задаче догадываешься? — Да, но я не совсем понимаю...откуда такое доверие? Я даже не совсем официальный сотрудник Комиссии. — крылатая неуверенно прикоснулась к папке, не решаясь её открывать, словно после этого дорога назад окончательно закроется. — Фортуна. — неожиданно Ивамото перед ней позволила себе, пусть и короткий, но уставший выдох сквозь зубы. — Наш информатор сообщил о том, что через четыре месяца Томура Шигараки начнет действовать и все...будет уничтожено. Акияма не верила своим ушам. Осознание того, что у них было так мало времени для перехвата инициативы, сдавило горло. Пальцы затряслись, но девушка сжала их в кулак, борясь с волной страха и лишних эмоций. Председателю перед ней нужна была не испуганная Фаруюки, а волевая Фортуна. — Следовательно, времени на подготовку у нас гораздо меньше, чем четыре месяца. — Нам нужно подготовить почву перед операцией. Информатор будет узнавать необходимые сведения изнутри, а ты сопоставлять ситуацию в целом. — Кими Ивамото уверенным движением сместила папку ближе к собеседнице. — Почему именно ты? Всё просто. Ты уже нашла пару важных нитей. — Если вы про задержание Старателем той группировки, то это было скорее пальцем в небо, чем нечто серьезное. — Тот приют, про который ты говорила с Йокумиру. Мы выяснили, что им владела одна из "личностей" ВЗО. Предположительно, туда он забирал детей с полезными, по его мнению, причудами. А после знание о очередной ложной личности привели нас к ещё пару занятным моментам. "Создание Ному? Он собирался...взращивать детей для создания Ному?" — от мыслей внутри всё скрутило, подгоняя к горлу желчь. Председатель наблюдала за чужой заминкой холодно, но с терпением, давая время переварить новую информацию. — Госпожа Ивамото это... "Слишком. Куда я только влезла?" — вместо своих реальных мыслей Фаруюки высказала совершенно обратное. То, что от неё хотели услышать. — Я постараюсь оправдать ваши ожидания и доверие, Председатель. — Ты их оправдаешь, Фортуна. Иного не дано.