Пора видений.

"Солнце трепещет подобно тени. За поверхностью зеркал идут рябью сны. Мне нужно сохранять осторожность, чтобы не выскользнуть из мира яви," - пора видений.

      Мыс ли разрывали хрупкое сознание. Неясные обра зы ИСКРИЛИСЬ, переливались, слов-но СВЕТ, ломая, иск ажая восприятие реально сти.       Кейл чувствовал. Чувство вал чувствовал ЧУВСТВОВАЛ чувствовал чувствовал чувствовал чувствовал ЧУВ СТВОВАЛ чувств овал чувствовал чувствовал. Чувствовал, насколько он близок к раз-гад-ке. Нужно лишь ещë чуть-чуть, совсем чуть-чуть, чтоб ы НАЙТИ РЕШЕНИЕ.       Лампада обра щается в Кузню – Кузня в Грань. Всë в этом ми-ре об ратимо, всë в это м ми ре взаимос вязанно. С помощью антрацитовых солей и малого ПРОСВЕТА он смо-жет приз вать самого Изиима.       О Бо же! Какие же ЯРКИЕ у него сны! Они на-пол-не-ны СВЕТОМ, будто сам Дозор ный пришёл к н ему из-за стен Обители! Но нет! Кейл ищет другого, желает др угого, жаждет другого, идëт по совершенно иному пути. Но как же пре красен этот СВЕТ! Он излив ается из его глазниц, из самых мель-чай-ших ТРЕЩИН его покр овов. ОН ВИДИТ БОЛЬШЕ.       

***

      Ни от кого не скрылось странное состояние Кейла, похожее на помешательство. Вот только что творится именно у него в голове никто сказать не мог.       Юноша и раньше впадал в маниакальное состояние, в котором он судорожно что-то писал, бормотал, смотрел в пустоту. Но никогда в его кроваво-карих глазах не было столь очевидного безумия.       Кейл, только недавно оправившийся после болезни, начал забывать про еду, всë чаще погружаясь в чертоги собственного разума или в глубокий, но беспокойный сон. Вся его семья беспокоилась из-за этого, но особенно сильно внутренне страдал Бикрокс. Часто, слишком часто Кейл за последние три года игнорировал необходимость приёмов пищи.              Иногда на стопах аловолосого появлялись многочисленные глубокие порезы, которые неизменно заживляла Древняя Сила Регенерации. Но это не значит, что их никто не видел. Дети, всеми фибрами своих душ ненавидевшие запах крови, просыпались только от одного запаха алой жидкости. Естественно, что Рон, Эрухабен, Чхве Хан, Бикрокс, Розалин, Мэри – все об этом узнали в первую же ночь, когда ноги их любимого человека оказались изрезанными. Но никто никогда не говорил об этом с Кейлом. Потому что все знали: он не расскажет о происходящем даже под угрозой пыток. (Постоянные преследования 'Бюро Умолчания' научили Ким Рок Су держать язык за зубами, как бы страшно и больно не было.)       Однако всë стало в разы страннее и непонятнее, когда Рон под покровом ночи сам увидел порезы на ногах своего щенка, и сказал что они сделаны ножом. При том всë выглядит так, будто бы Кейл сам наступил на острие лезвия.       Кейл никогда не покидал свою спальню по ночам.

***

      ОН почти ПОНЯЛ! Ему всего лишь ещë од ин раз надо войти в белые двери. Ещë ли шь раз, и столь же-лан-ное знание будет у него в кар мане! СВЕТ исходит из-под ег о ногтей.       О, ка к же прек-ра-сен/у-жа-сен неутолимый голод! Насколько чуд есным может быть СВЕТ! Мы сли мысли мысли мыс-ли мысли мысли мысли мысли мы сли мысли мысли мы сл и мыс-ли. Они везде, пов сюду, там, здесь! Какие слова де лают жертвоприношение приятным?

***

      Единственные моменты, когда Кейл отвлекался от мыслей, почти целиком поглотивших его, это смешки Рона за его спиной, смех детей, воспоминания.

***

Восхитительное таинство.

***

      Ужаса от присутствия Рона рядом на долго не хватало, но вот воспоминания – плохие или хорошие – всегда оставались самым прочным якорем, приковывающим безумцев к реальности.       Рано или поздно, пока жива память о материальном мире, она изничтожит фиксацию, сводящую человека с ума. Блеклые образы из прошлого гораздо более яркие, чем выдуманное в горячке будущее. Оно уже прошло, оставило свой след – шрам на душе. Когда воспоминания разбередят душу, омыв слезами счастья или горя раны мыслей – наступит пора горячности.