Часть 3

Время шло. Никто из Тёмного Братства за Софи не приходил. К тому же она тосковала по Атафу, его коротких писем было мало. Такого не было после отъезда из Солитьюда. Тогда был лишь интерес и влюблённость. Но после всего, что произошло на пляже, Софи будто срослась с Атафом. Отсутствие барда теперь ощущалось особенно остро. Будто после разлуки с ним образовалась пустота, и она требовала Атафа. Некоторыми ночами Софи едва сдерживалась, чтобы не завыть в подушку. Атаф всё собирался проведать её в поместье, да Серен заставляла племянника помогать в кузне. Ей часто вспоминался Виндхельм, то, как отец ушёл к Братьям Бури. Он пообещал вернутся. Софи не сомневалась, что так и будет, но вскоре получила известие о смерти отца. С Атафом она не могла оставаться спокойной. Вдруг история повториться? Всё, что она любила, казалось таким хрупким. Ей представлялись тысячи причин, по которым она могла потерять Атафа. Каждый день Софи ждала гонца от него. А когда бард зарабатывался в кузне и забывал послать записку, переживания Софи выливались в бессонною ночь. Только письмо от любимого давало успокоение, но лишь на некоторое время. Измученная бессонницей и одиночеством, Софи пришла к выводу, что если уж смерть от рук Тёмного Братства может подстерегать везде, то и нет смысла прятаться от неё дома. Она спросила разрешения у матери вернуться в Данстар. — Только на три дня из семи, и ты снова будешь работать в таверне, а не слоняться по городу без дела, — строго наказывала дочери Довакин. Софи согласилась. Прибыльные ночные часы Торинг всегда отдаёт своей дочери Карите, так что у Софи будет время на свидание с Атафом.

***

— Пойдём в наше место, — прошептал Атаф на ухо Софи, когда она, закончив работу, вышла на порог таверны. — Может быть, посидим у меня в комнате? — осторожно предложила Софи. Дыхание Атафа защекотало её шею. — Но ведь завтра о нас будет судачить весь Данстар, — ласково ворковал бард. Софи поёжилась, заранее ощутив, как краснеет от сальных шуточек и взглядов с прищуром направленных в её сторону. Да и прошлый раз ничего не случилось, так что Софи согласилась пойти на пляж.

***

Ей снова пришлось выйти из палатки на зимнюю стужу. «Ну почему я не могу дотерпеть до утра», — сетовала Софи на саму себя. Когда она закончила и поднялась, расправляя юбки, то заметила чуть поодаль человека. В свете лун отчётливо вырисовывался его силуэт: широкие плечи, длинные руки и крепкие ноги. Можно было подумать, что он был голый, но Софи поняла — на нём доспех Тёмного братства. «Вот и пришёл конец», — подумала она, но страха не ощутила. Несколько секунд они переглядывались, а потом наёмник просто развернулся и легким бегом направился в сторону чёрной двери. Софи удивлённо заморгала. Она напридумывала себе ужасов, а братству, судя по всему, плевать, что она была у двери. А в том, что они её там видели, Софи не сомневалась. Как бы то ни было, теперь она без опаски могла проводить время на пляже с Атафом. Софи вернулась в палатку, и в первые за долгое время её сон был крепким и спокойным.

***

В первый день месяца Вечерней звезды Софи сообщила Атафу, что ждёт ребёнка. — Ребенка?! От меня?! — всполошился бард. — Подожди, ты уверена? — Единственные молодые мужчины в Данстаре это ты и те хорекеры, — Софи указала в сторону пляжа, на котором животные распластали свои туши. — Я просто разволновался, — выдохнув, объяснил Атаф, — ты точно беременна? — А сколько ночей без перерыва мы занимаемся любовью? Атаф прищурил один глаз, и его губы беззвучно зашевелилась. — Ох… — только и смог выдохнуть он когда произвёл в голове все подсчёты. — Да не переживай, — махнула рукой Софи, — у матери полно денег, она наймёт кучу нянек, так что ты сможешь заниматься музыкой, а я буду учится в коллегии. — А ты уверена? — недоверчиво спросил бард. — Всё таки это её деньги… — Да, мама только и твердит «Софи найди в Коллегии красивого барда и роди мне внука», — она даже понизила голос, подражая матери. — Но, Атаф, амулет Мары тебе принести придётся, иначе Довакин тебя убьёт. Я не шучу, она женщина старой закалки. — Софи! — пылко выкрикнул Атаф. — Конечно, принесу! Я же люблю тебя! Софи даже подумать не могла, что бард так легко согласиться. В Солитьюде она наслушалась от стражников шуток про женщин, что прострелили им колено, и была уверена, что мужчины избегают женитьбы. Поэтому весь вечер старалась выглядеть равнодушной, лишь бы Атаф не решил, что она задумала затащить его в брак и «стрелять в колено». Видимо, она не ошиблась с выбором, её Атаф совсем не такой как остальные мужчины. Софи решила не сдерживаться и бросилась на барда с поцелуями. Её тело ещё никогда так не горело от предвкушения любовных ласк. — Постой, — запротестовал Атаф. — Это может навредить ребёнку. — Ребёнок с нами давно, — нетерпеливо выдохнула Софи, — ничего не случится. Атаф прилег и похлопал по месту рядом с собой. — Но сегодня особенный день. Я хочу просто лежать вот так вот и разговаривать обо всём. Софи нехотя согласилась. Хотя разговор не клеился, и вскоре они уснули в объятьях друг друга.

***

На следующий день из Виндхельма вернулся Йорн. Он пришёл в таверну и попросил Софи поговорить с ним на едине. Под угрозы Торинга лишить её жалования, Софи завела Йорна в кладовую. Уселась на мешок с капустой и стала ждать, что скажет Йорн. Он долго собирался с мыслями, будто не знал с чего начать. Набрал в грудь воздуха. И протянул Софи амулет Мары. — Я накопил достаточно денег, и могу купить нам дом. Я буду работать ещё больше, так что ты сможешь жить так же хорошо, как сейчас. Выходи за меня, Софи. — Нет, — она пыталась сдержаться, но с губ сорвался глупый смешок. Чем больше Софи противилась смеху, тем сильнее он рвался наружу. Йорн покраснел и стыдливо отвёл взгляд. — Я тебе насколько не нравлюсь? — пробормотал он. — Прости, — сквозь улыбку произнесла она и вытерла слёзы в уголках глаз. — Это от волнения. Ты мне нравишься, но я люблю Атафа. — Софи, пора посмотреть правде в глаза. Атаф — разгильдяй и гуляка. У него было много таких страстных романов с девушками моложе него. — Йорн долго смотрел ей в глаза и, наконец, сказал: — Поверь мне, он никогда не жениться на тебе. Софи оскорблённо вдохнула, прижав руку к груди, и спрыгнула с мешка. — В тебе говорят зависть и обида! Как же это низко! Думаешь, раз Атаф не сделает предложение, я пойду за тебя?! Ну и вздор! — Она гордо вскинула подборок. — Я лучше останусь одна! Только это не имеет значения, Атаф жениться на мне и у нас будет ребёнок! — в сердцах выпалила Софи. Она оттолкнула Йорна и выбежала в зал. — Торинг, я сегодня не работаю. Делай, что хочешь! — бросила Софи на ходу. Забыв надеть плащ, в одном льняном платье она оказалась на улице и быстрым шагом направилась к кузне. Она нашла Атафа у горна, бросилась ему на грудь и зарыдала. Софи последнее время могла расплакаться и просто так, а слава Йорна сильно взволновали её. — Ты же не бросишь меня ради каких-то других женщин, — хныкала Софи. — Нет, глупая, — Атаф нежно гладил её по спине. — Зачем мне другие, когда есть ты? — Правда? — шмыгая носом она подняла взгляд на барда. — Конечно, — он грустно вздохнул, — я хотел подождать до вечера, но раз мне не доверяешь пойдём на наше место сейчас. — Нет, нет! — воскликнула Софи. — Я дождусь. Тем более нужно всё таки доработать день и попросить прощения у Торинга. — Ну хорошо, малышка, — благодушно улыбнулся Атаф, — беги исправлять, что натворила. Они быстро поцеловались, и Софи, счастливая, словно не плакала минуту назад, направилась в таверну.

***

Йорн ждал Софи в таверне. Он попросил прощения за свои слова и сказал, что надеется не потерять их дружбу. Софи не раздумывая, обняла его. Её настроение теперь постоянно менялось, и она уже и не понимала, чем именно разозлил её Йорн. Они договорились повеселится вечером втроём, как делали это раньше. Затем Софи набралась храбрости и подошла к стойке. Торинг не стал учинять ей взбучку. — Не переживай, — подмигнул ей трактирщик. — Мать Кариты вела себя точно также, — многозначительно ухмыльнулся он. «Старый плут подслушивал нас под дверью», — подумала Софи, но лишь улыбнулась Торингу в ответ. Зато теперь он отпустил её раньше и вручил небольшой мешок с едой. Всё так же многозначительно пояснив что в мать Кариты всегда хотела есть. Софи вместе с Йорном направились к кузне, чуть ли не силой вытащили оттуда Атафа, оставив Серен записку, что её племянник похищен, но он, возможно, вернётся к рассвету. Поднимая на уши весь Данстар, они направились к рыбацкой лодке. Уже когда Атаф и Софи остались наедине и добрались до своей палатки на берегу моря, бард протянул амулет Мары. — Я больше не дам смотреть на меня всю ночь, — тихонько засмеялась Софи, — у тебя вся жизнь будет, чтобы насмотреться. Она толкнула барда на спальный мешок. Забралась на него сверху и, распахнув рубашку, провела ладонью по горячей груди.

***

— Мне же сегодня нужно быть дома, — спохватилась Софи, когда поняла, что время перевалило за полночь. — Ты уверена? — нахмурившись, спросил Атаф. Софи начало поспешно одеваться, то и дело спотыкаясь о пустую бутылку вина, что назойливо норовила закатиться ей под ноги. — Я попросила конюха в таверне заседлать мне лошадь. Если я не вернусь к утру, мать вообще меня никуда больше не выпустит, — торопливо объясняла Софи. — Ты почти моя жена, а все слушаешь маму? — усмехнулся Атаф. — А рискую стать почти вдовой, — ответила Софи. — Пока ты мне не муж, ты ничего сделать не можешь. — До конюшен то могу тебя проводить? — Только если угонишься.

***

Софи галопом мчалась в Хельяркен-холл. Её плащ распахнулся и совсем не защищал от холода. Но она не хотела терять времени, останавливая лошадь и разбираясь с завязками. В дом она вошла примёрзшая, как драугр в глыбе сталгрима. Чтобы не разболеться к утру, Софи решила приготовить особую похлёбку. Этим рецептом отец отогревал её после того, как она с другими детьми за день нарезвится в сугробах Виндхельма. Софи разожгла очаг, плеснула в котел немного похлебки из хоркера и оставила закипать. В это время разобрала на зубчики головку чеснока, немного раздавила их. Затем мелко нарезала целую гору лука и бросила всё в котёл. Запах поднялся такой, что затрещала штукатурка, а трофей в виде головы козла едва не свалился со стены. Софи сняла с огня пылающие варево и принялась есть прямо из котла, скребя ложкой по дну. Она тяжело вздыхала и поминала про себя Обливион. Зато кровь сразу побежала по телу, и её щёки запылали. — Ух, хорошо, — только и пропыхтела Софи, запивая похлёбку пряным вином, привезённым из Солитьюда. Поднявшись в спальню, Софи посмотрела на Люсию, та лежала в обнимку со своим ручным лисёнком. Эта картина показалась Софи такой трогательной, что она не удержалась и поцеловала сестру в лоб. Внезапно закружилась голова. Софи скинула платье прямо на пол, переоделась в ночное и упала на кровать, закутываясь с головой в шкуры и одеяло. Во сне она слышала вьюжный вой. Он всё приближался пока не завизжал прямо у неё над ухом. И тогда Софи с трудом открыла глаза.