Часть 4

Люсия с непередаваемым ужасом в глазах забилась в угол кровати и, указывая пальцем на Софи, беспрерывно выла. Софи безразлично поёрзала в постели. Она попыталась встать, но голова закружилась и к горлу подступила тошнота. Свесившись с кровати, Софи едва успела подвинуть к себе ночной горшок, прежде чем её вырвало под усилившиеся визг сестры. Оторвавшись от горшка и вытерев тыльной стороной ладони губы, Софи заметила, что край её простыни пропитан кровью. Обессиленная, она вновь откинулась на подушки и поняла, что лежит в чём-то мокром, а её бёдра измазаны чем-то холодным и липким. «Кажется я теряю ребёнка», — догадалась Софи. Наконец на крики прибежали Довакин и управляющий. — Грегор, забери Люсию! — с порога распорядилась мать. Она кинулась к старшей дочери с расспросами о самочувствии. Софи даже не посмотрела на маму. Сейчас ей было безразлично всё на свете. Она закрыла глаза и тихонько заскулила. Софи почувствовала, как холодное стекло коснулось губ и каплю жидкости во рту. Сначала она отказывалась глотать, но Довакин зажала ей нос и насильно влила зелье лечение. Силы возвратились быстро. Матери она сказала, что сама не знает, что с ней происходит. — Вероятно, месячные, — пожала плечами Софи. — Такие тяжёлые? — удивилась Довакин. — Да ты уже и не помнишь, каково это? — холодно бросила Софи и принялась менять простыни. Довакин не могла иметь детей. В первом бою дракон почти перекусил её пополам. На последнем дыхании она выкрикнула ему в пасть слова силы. Довакин победила дракона. Стража Вайтрана выпиливала её из пасти вместе с зубом. Придворному магу удалось исцелить раны, но он не смог полностью восстановить повреждённые органы. Софи понимала, насколько её слова ранили маму, но она не знала, как по-другому избежать вопросов. Довакин бы от неё не отстала, обязательно разгневалась бы на Атафа, помчалась бы в Данстар. Сейчас Софи было не до усмирения матери и долгих объяснений. Она собиралась лечь в постель и проплакать весь день. Едва Софи переоделась в чистую рубашку, как на неё вновь навалилась слабость. Ноги подкосились. Она отрыла глаза, поняла, что лежит на кровати, а бёдра снова склеиваются от застывающей крови и слизи. Довакин носилась по комнате с аптекарской сумкой в руках, швыряя на пол травы и склянки с зельями. — Неужели я израсходовала в бою все зелья регенерации?! — выкрикнула она в пустоту, и бросила сумку в угол. — Грегор! Я в Данстар! Продолжай давать Софи зелье лечения! — последнее мать выкрикнула уже на пороге, но её голос раздавался на всё имение.

***

Довакин вернулась к вечеру. Она привела с собой пожилого данмера. Судя по жёлто-коричневой рясе, Софи поняла, что он был жрецом Мары. Грегор, все это время сидящий у её постели, поднялся, чтобы поприветствовать гостя. Софи даже не удивилась, почему вместо целителя мать привела какого-то монаха, она лишь безразлично слушала её слова. — Грегор, ты помнишь Эрандура? — обращалась к управляющему мать. — Какой-то полоумный жрец, он пугал жителей Данстара принцем даэдра, что насылал кошмары, — послышался презрительный голос Грегора. — И был прав, — строго отрезала Довакин. — «Ступка и пестик» закрыта, а Эрандур работал целителем в имперском гарнизоне. Так что приготовь ему постель и ужин, а я ухожу. — Но куда? — недоумённо спросил Грегор. — В Винтерхолд. На всякий случай привезу целителя оттуда, — объяснила Довакин управляющему, а потом обратилась к Эрандуру. — Алхимической стол и все ингредиенты, что у меня есть, в твоём распоряжении. Пожалуйста, помоги Софи продержаться до моего возвращения. Мать направилась к лестнице. Софи проводила её пустым взглядом. Грегор, явно недовольный тем, что ему придётся привечать сумасшедшего данмера, удалился следом. Эрандур же подошёл к Софи. Он заглянул ей в глаза, попросил приоткрыть рот, оголить шею и ключицы. Софи нехотя подчинялась. Потом жрец стал задавать вопросы про головокружение, тошноту, последние месячные и даже исследовал её рвоту, что осталась в ночном горшке. — Да уж, и как твоя мать это упустила? Я понимаю она не интересуется алхимией, но кровотечение… — пробубнил под нос эльф. Он вышел из комнаты, а когда вернулся, напоил Софи зельями из двух склянок. Ей сразу стало легче, а через несколько минут она приподнялась и облокотилась на спинку кровати. Жрец сидел на стуле и внимательно смотрел на Софи, ожидая, когда та будет готова начать разговор. — Ребенка ты потеряла, — без всякого сожаления заявил он, когда понял, что к Софи вернулась осознанность. — Но кто мог желать тебе зла? Соперница? — Соперница? — переспросила ошарашенная Софи. — У тебя все признаки отравления ядовитым колокольчиком и паслёном. Странно что ты вообще осталась жива. — Мать всегда давала нам немного ядов, чтобы повысить сопротивляемость…— невпопад пробормотала Софи. Она всё ещё не могла переварить эту информацию. — Послушай, как вижу ситуацию я, — жрец говорил голосом, лишённым эмоций, но это действовало на Софи до странного успокаивающе. — Передо мной молодая и здоровая девушка, у которой в крови яда колокольчика хватит на двух сильных мужчин. Такое в еду случайно не попадает. Тебя отравили намеренно. А кому могла перейти дорогу простая девушка? Скорее всего, раз ты была беременна, я смею предположить, здесь имеет место ревность? Ещё с минуту Софи поразмышляла над словами эльфа. — Нет у меня соперницы, — отмела эту версию она. — Зато я попалась на глаза Тёмному Братству… О Боги! Атаф! Он может быть тоже… Или уже! Софи подорвалась с места и, не обращая внимание на головокружение, помчалась искать Грегора. Она спустилась в большой зал. Управляющий снимал с каминной полки миски с разогретой похлёбкой. — Отправляйся в Данстар срочно! Узнай, что случилось с бардом по имени Атаф! — перепугано закричала Софи. — Сейчас? А кто присмотрит за Люсией? От пережитого она слегла с горячкой, — возразил Грегор. — Ах ты! — Софи схватила серебряное блюдо со стола и швырнула на пол. — Здесь целитель! Не умрёт твоя Люсия! Делай, что велено! — Я хускарл Довакина, а не твой раб, девочка, — гордо ответил Грегор. Потом Софи будет стыдно, и она обязательно извиниться, но сейчас ей было важнее всего узнать, что случилось с Атафом. Она бессильно упала на колени и забилась в истерических рыданиях. Сухая рука легла на плечо Софи. — Не нужно никуда ехать, — сказал Эрандур, успокаивающе погладив Софи по спине. — Если он жив, то, скорее всего, сейчас спит, а я могу провести тебя в его сон. Сны это причудливое отражение реальности, если повезёт, ты можешь в подробностях узнать о его самочувствии. Софи тут же подняла голову и вытерла слёзы. — Начнём сейчас же.

***

Она очень боялась не увидеть сон Атафа. Успокаивала себя тем, что он мог бы и не спать. На крайней случай, Софи решила ехать в Данстар сама, как только взойдёт солнце. Но это оказалась лишним. Она попала в его сновидение.