2. Концерт

Часы на стене отбивали тихий ритм. Часовая стрелка указывала на семь вечера. Время в запасе ещё было. Даже подруга до сих пор ни разу не позвонила, чтобы поторопить. Стоя перед зеркалом, Алиса достаточно быстрыми движениями расчёсывала волосы. Хоть она и не опаздывала, но желание скорее покинуть дом оказывалось выше. Откинув расчёску, девушка последний раз встряхнула свои каштановые локоны. Улыбнулась своему отражению и поправила края укороченной тёмно-серой футболки. Решив накинуть сверху любимую чёрную кофту на молнии уже в коридоре перед выходом, Алиса покинула комнату. По пути взяла с полки ключи и, проходя в прихожую, поправила ремень на брюках. С кухни раздавались привычные звуки. Громыхнула посуда в раковине, затих поток воды из крана — звуки прекратились. Не к добру тишина. Лебединская тут же побежала к вешалке, снимая с неё кофту и надевая на себя. В следующую секунду спешно завязывала шнурки на конверсах. Но выходило это, как обычно, долго и муторно. А с кухни уже послышались шаги. — далеко собралась? — голос матери раздался из-за спины, и Алиса выпрямилась, наконец расправившись со шнуровкой. — ты слышишь меня? — опять спросила Людмила, прожигая дочь взглядом. Будто пыталась посмотреть сквозь неё. — я в магазин схожу, — Алиса быстро обернулась, чуть ли не на ходу придумывая причину ухода. Девушка быстро застегнула молнию и стала открывать замок на двери. Думала только о том, как бы скорее вырваться на свободу. Из этой квартиры, которая душила даже в своих стенах со светлыми прокуренными обоями. — в магазин? — мать подошла ближе. Лебединская даже затылком почувствовала её строгий взгляд на себе, — я ведь узнаю, Алиса. И, не дай Бог, тебя через пятнадцать минут не будет дома, мало не покажется. Поняла? Людмила готова была повторить свою речь ещё раз. Возможно, добавить ещё какую-то угрозу, чтобы дочь наверняка не посмела уйти без спроса. Женщина контролировала её всегда и отступать не собиралась до самого совершеннолетия дочери, хоть в последнее время стало намного сложнее. Это уже не тринадцатилетняя девочка, которая начинала плакать, когда мать повышала на неё голос. Она выросла. Примерно с того времени Алиса больше не показывала родительнице свои эмоции, тем более слёзы. Да и вообще, уже очень давно никто не видел её слёз, кроме лучшей подруги, которой девушка доверяла и любила как сестру. Раньше, когда маленькая Алиса начинала плакать от криков матери, её это злило ещё больше. Ругательства становились хлеще и грубее. И в разуме ребёнка отложилась простая логическая цепочка: если сдерживать слёзы, не будет ссор. Это вошло в привычку. И теперь, уже в осознанном возрасте, Алиса могла открыться только одному человеку. Ксюше, с которой они дружат аж с пятого класса. С ней не приходилось скрывать настоящие чувства как дома. — поняла. Я тогда пошла. Лебединская открыла дверь, уже с порога слыша вслед: — Алиса. Я предупредила. — да, хорошо, мам. Пока, — кивнула девушка и наконец-то покинула квартиру. Даже в подъезде дышалось свободнее, чем в прихожей. Алиса захлопнула за собой дверь, выдыхая. Вырваться она смогла и, конечно же, не вернётся через пятнадцать минут. Пускай на неё потом обрушится вся злость матери, это будет вообще не страшно. Крики уже особо и не впечатляли. Приелись, так сказать. Девушку в данный момент больше интересовало некое волнение перед концертом. Для неё это что-то новое и необычное. Возможность сменить обстановку и хотя бы ощутить положительные эмоции, которых так не хватало за бесконечными парами и вечным негативом из дома. Пора бы уже заниматься тем, что нравится. А музыку Алиса очень любит. Особенно рок, все его виды.

***

Быстрыми шагами девушки поднимались по крыльцу. Довольная Ксюша чуть ли не прыгала по ступеням, держа в руке самое важное на данный момент — билеты на концерт. Даже удивительно, что подруга доверила ей такое важное поручение. Алиса же шла немного позади, но от Дыковой не отставала. Всё время оглядывалась по сторонам, рассматривая проходящих мимо людей. Некоторые из них выглядели прямо необычно. Кто-то косил под западных панков, а кто-то шнуровал ботинки белыми шнурками. Лысых голов в толпе было предостаточно, и любой из этих шкафов был раза так в два, а то и в три шире самой Алисы. А в сопровождении этих местных пацанов иногда мелькали девушки. С макияжем, в основном из тёмных оттенков, с пышным начёсом на голове и в сетчатых колготках с кожаной юбкой. У самого входа подругам любезно придержал массивную дверь какой-то парень. Ксюша, конечно же, ему улыбнулась, только после этого поспешила за Лебединской, которая уже ушла вперёд. — ты видела этого парня? — девушка слегка подтолкнула Алису, опять терзая её подобными глупыми вопросами. — конечно видела. Он просто дверь подержал. Спокойнее, дамочка. — ты как всегда, — махнула рукой Ксюша, улыбаясь. Ещё раз обернулась назад, но тот парень уже скрылся из её поля зрения, — да и у входа пацаны ничё такие. — они бандиты, гопота и быдлы, — оборвала Алиса и усмехнулась. В ответ подруга только цокнула, но отвергнуть факты никак не смогла. Пришлось смириться. Дыкова опять зашагала быстрее обычного вперёд, вынуждая Алису поспешить за ней. Параллельно она ещё успевала оглядываться по сторонам. Дом культуры, который сейчас культурным и не назовёшь, сильно изменился за последние годы. Ещё в начальной школе Алиса со своим классом ходила сюда на какой-то спектакль, который, честно признаться, был очень скучным. Особенно для маленьких детей, которым в то время только бы побегать и поиграть в активные игры. А за 90-е годы всю культуру разрушили и продолжают это делать до сих пор. Сейчас здесь организовывают ночные дискотеки и концерты, в основном рок-групп. Впрочем, молодёжи это очень даже по душе. Пока Алиса разглядывала резные перила лестницы на второй этаж, о которые опирались местные гопники, что выглядело максимально контрастно, её подруга уже сунула единственному охраннику на входе оба билета. Тот что-то неразборчиво промычал и кивнул девушкам, приглашая их внутрь помещения, где собрались уже почти все зрители. За подругами в зал прошла толпа бритоголовых парней. Они буквально прожгли взглядом каждого присутствующего, отчего Алисе, которая как раз в этот момент обернулась, стало не по себе. — давай вперёд пройдём, — сказала Лебединская у самого уха подруги. В помещение стоял гул от толпы, их суета и разговоры. Иначе Ксюша её наверняка не услышала бы. — ты же не хотела у сцены, нет? — в первых рядах компания будет приятнее, чем здесь, — Алиса едва заметно кивнула головой в сторону, указывая на парней с весьма устрашающим видом, — я на это надеюсь. Ксюша тоже посмотрела на лысые головы и грозные лица. Не смогла не согласиться с подругой и пошла вместе с ней вперёд. А этот путь оказался далеко не простым. Самые последние редкие ряды девушки прошли с лёгкостью, а вот ближе к сцене толпа стала плотнее, так что пройти мимо было практически невозможно. Фанаты чуть ли не вплотную стояли друг к другу. Но ведь, кто ищет лёгких путей? С лёгкостью оброняя извинения перед каждым человеком, Ксюша ловко вела Лебединскую сквозь толпу. Парней Дыкова обходила с широкой улыбкой на лице, а девушек умело огибала стороной, уже который раз говоря им «простите» по-итальянски. Единственное слово, которое она знала из этого языка, и пользовалась им. — Perdonate, нас там ждёт друг, позвольте пройти. Спасибо, — не дожидаясь какого-либо ответа, Ксения быстро тараторила речь, которая, конечно же, не была правдой. Просто так было проще дойти до первых рядов. Всё же лучше, чем толкаться. Миссия увенчалась успехом. Как неожиданно и приятно. Рядом с подругами оказалась группа ребят, две девушки и три парня, а с другой стороны стояли два молодых человека, не старше восемнадцати лет, вроде бы азербайджанской внешности. Остальные люди стояли дальше, уже сливаясь с толпой и тусклым освещением в помещение. На электричестве явно скупились. В томлении прошли следующие минуты. Особенно напряжены были первые ряды. Они и были самыми ярыми фанатами. Остальные просто гундели вдалеке зала, иногда что-то выкрикивая друг другу. Ещё некоторое время, и на сцене появился человек с гитарой в руках. Его встретила волна гула и несколько пьяных «о-о-о» из центра зала. Следом ещё один, он направился к барабанам. Алисе были неизвестны исполнители группы, лица она их уж точно не знала. А солистов, вероятно, узнала бы только по голосу. — он на меня посмотрел, — Лебединскую толкнула подруга. Ксюша уже была в отличном настроение, не спуская глаз со сцены. Даже когда-то сообщала Алисе такую новость, не обернулась на неё. — он на всех посмотрел, — ответила ей девушка. Рядом стоящий парень отчего-то заржал. Видно, был не в трезвом состоянии, как и его друзья, стоящие неподалёку. На сцену вышел ещё один гитарист, вместе с ним лохматый парень в кожаных штанах и расстёгнутой рубашке, надетой на голое тело. Самый последний на сцену вывалился русоволосый парень в яркой кофте. Он едва не грохнулся, зацепившись за выпирающую на полу паркетную доску. В последний момент зацепился за друга, который, судя по всему, на него ругнулся и растянул губы в широкой улыбке, обнажая передние зубы. Вернее, их отсутствие. — давай! — крикнул Князь, параллельно пытаясь распутать шнур от микрофона. Не хватало ему ещё раз зацепить что-нибудь и упасть. Первые звуки подал барабанщик, и шум восторженной толпы на несколько секунд притих, чтобы через какое-то время, узнав песню, загудеть ещё сильнее.

Грохочет гром

Сверкает молния в ночи

А на холме стоит безумец и кричит:

«Сейчас поймаю тебя в сумку

И сверкать ты будешь в ней

Мне так хочется, чтоб стала ты моей!»

Зал наполнился бешеной энергией практически мгновенно. Молодёжь быстро вошла в раж, подпевая строки песни, которая для многих уже стала одной из самых любимых. На удивление, даже Ксюша прочувствовала атмосферу концерта, хотя панк и любой другой вид рока её никогда особо то не привлекали. Но оставаться спокойным и равнодушным было невозможно. В зале даже воздух зарядился энергетикой музыки, накалился в выкриках и резких движениях людей. Настроение было на высоте, впервые за долгое время. Алиса давно не ощущала такого подъёма сил. Слушать живое исполнение любимых композиций ей ещё не приходилось, но радость уже переполняла её с ног до головы. А может это из-за недостатка эмоций в жизни на девушку производят такое впечатление песни. Не просто песни, а целый мир, наполненный чудесами и тайнами.

Утром по сельской дороге

Медленно шёл ночной герой

Весь лохматый и седой

И улыбался..

На последних строчках оба солиста пели так, будто пытались перекричать друг друга. А толпа так, словно собиралась гудеть ещё громче самих исполнителей. Минутная передышка выдалась только, когда на сцене готовились к новой песне. Азарт у толпы становился всё выше, в ожидании продолжения. А Алиса в это время наблюдала за тем, как лохматый темноволосый парень говорил на повышенном тоне своим товарищам «да хуйня это». Другого расслышать не удалось. В скором времени заиграла следующая песня. «Сапоги мертвеца» Одна сменялась на другую. Всеобщий кураж дошёл до предела, и где-то в задних рядах уже начались потасовки, вперемешку с криками оттуда же. Со сцены их вежливо, с матом, попросили угомониться, но это не помогло. В принципе, как обычно это и бывает. В толпе замелькали лысые головы, путь которых направлялся к первым рядам. Это заметила и Алиса. Пытаясь хоть как-то отдышаться, она толкнула подругу, указывая на пробирающихся парней с угрожающим видом. — они сюда идут, — громко сказала, приблизившись, Ксюша. В противном случае её было бы не слышно в шумном зале. Вот это открытие! Иначе бы не догадались. Лебединской захотелось сдвинуться в противоположную сторону, ближе к парням, стоящим с противоположного края. Но отходить в их направлении было ошибкой. Грубейшей ошибкой. Неожиданно справа раздался не такой громкий на фоне музыки, но точно различимый вскрик. Рядом стоящий парень-азербайджанец получил удар в живот от одного из бритоголовых, которых в последнее время очень много развелось в Питере. Алиса совершила ещё одну ошибку. Она обернулась на звуки избиения, и в эту же секунду в дыхательные пути попало что-то едкое. Забилось в ноздри и вместе с сильной одышкой проникло в самые лёгкие. Уставший от чрезмерной активности организм не был готов к подобному. В горле ужасно зажгло, сразу начала кружиться голова. Так что окружающие звуки стали слышаться будто издалека. Смутные картинки поплыли перед глазами. Вроде бы, перед ней схватили задыхающегося от кашля молодого парня и потащили куда-то. Вроде бы, её удержали чьи-то руки и снова над её ухом раздался кашель. А может и ещё с другой стороны. Картинка окончательно поплыла, а дыхание стало безвозвратно сбитое, наполненное болью и адским жжением. Но неосознанно девушка продолжала делать слишком глубокие вдохи и постепенно терять сознание. Тем временем на сцене была замечена потасовка в первых рядах. Балу первый указал на это Князеву, который, в свою очередь, пихнул в бок Горшка, отвлекая его. — ну чё? — резко откликнулся Миша, крутя в руке микрофон. Но и сам уже успел заметить, как с одного из углов зала долетают едкие пары какого-то газа. А люди в том месте закрывают лицо рукавами одежды, — пиздец. — че там? — к солистам подоспел Яков, тоже обеспокоенный происходящим. — походу баллончик газовый, — не задумываясь, ответил Андрей. Никто из них двоих не успел больше ничего сказать, когда Миша кинул Князю микрофон и, не церемонясь, быстро спрыгнул со сцены. В толпе он успел увидеть только хрупкую девочку, которая практически держала в своих руках подругу. А вокруг лица то испуганные, то удивлённые, то с интересом наблюдающие за передвижениями музыканта. Князев хотел было сделать то же самое, но его остановил недоумевающий Яшка. — а нам что делать? — играйте, что, — кинул ему спешно Андрей. Отбросил всё же осторожно микрофоны и сам последовал в зал, где за ним уже пристально следили множество пар глаз. Горшок пробрался в толпу, в самый эпицентр, где начинало першить в горле от концентрации каких-то газов. Молодёжь послушно расступилась, пропуская его, не сводя своих взглядов, которые у многих стали поблёскивать от слёз, вызванных раздражением от едкого распыления. Со свойственной упорностью Миша дошёл до цели, оказался рядом с девушкой, которая последний раз приподняла голову и окончательно провалилась в бессознательное состояние, падая на плечо подруги. Та от такого действия чуть не упала пошатнувшись. — пропустите, эй, — сквозь толпу пропихнулся и Князев. Смерил взглядом ситуацию, — она жива? Врача нужно или че? — закашлял после резкой речи. — да не надо, — отмахнулся Миша, после обращаясь к девушке, которая, к счастью, была в сознании, в отличие от её подруги, — короче, давай мы её к нам? Ксюша, еле удерживая свою ношу, удивлённо посмотрела на музыканта. В глазах его было явное беспокойство и волнение. Девушка даже не успела пробубнить что-то внятное, хоть с саднящим комом в горле это было трудно, когда почувствовала неожиданную лёгкость. Алиса больше не лежала у неё на плече. Потянув на себя девушку без чувств, Миша бережно поднял её на руки. Со всей осторожностью, которую только мог проявить к незнакомке. Тогда он заметил, насколько девушка была лёгкая, будто ничего не весила. Такая же хрупкая, как и её подруга. Интересно, что такие девочки делают на подобных концертах, где обычно собираются все гопы Питера. Такие мимолётные мысли проскочили в голове парня, пока он в очередной раз прокладывал себе обратный путь. — пошли тоже, давай, — Князев аккуратно потянул за плечо Ксюшу, которая всё ещё была в небольшом шоке от происходящего. Но она послушно пошла за музыкантом, перед которым поклонники их группы отошли в сторону, освобождая проход. Всё произошло так внезапно, что в голове Дыковой образовалась какая-то каша. Сначала противный газ, будто режущий дыхательные пути, потом обморок подруги. Сейчас же она сама идёт рядом с солистом группы, а Алиса даже не идёт. На руках, блин, несут. Интересно, что сама Лебединская скажет об этой ситуации, когда придёт в себя? Вряд ли у неё было в планах оказаться из общего зала в гримерке музыкантов. А вот Ксюше такой исход событий очень даже нравился.

***

В голове стоял назойливый гул, отпечатавшийся в памяти за последние секунды сознания. Перед глазами пролетели смутные картинки и растворились, когда сквозь веки блеснул тёплый свет. Прямо над головой девушки висела неяркая лампа. Алиса сморщилась, приходя в себя. В горле стояла ужасная сухость, немного побаливала голова. В остальном она вроде как пришла в норму. Место было незнакомое и душное. Поняла это девушка только через пару секунд. Тут же подняла голову, тут же пожалев об этом, и увидела только небольшое помещение, забитое каким-то хламом и бутылками пива на низком столе. На староватом диване у стены сидела Ксюша, листая какую-то тетрадку. — где мы? — Алиса удивлённо уставилась на подругу, после того, как осмотрела помещение. — в вип-местах, — хмыкнула в ответ Дыкова. Перелистнула страницу тетради, улыбаясь, — прикинь, тут песенки у них написаны. — не читай чужое, — девушка приняла наконец сидячее положение, — а где они сами? Ксюша в ответ пожала плечами, продолжая перелистывать страницы. Глазами бегло пробегалась по строчкам, когда где-то в коридоре послышались гулкие шаги и разговоры. Тетрадь мгновенно полетела на стол, откуда и была взята девушкой. Будто её и не брали. Первые в комнатку ввалились смеющиеся в голос Поручик и Балу. Следом за ними и все остальные. — о, очнулась, — беззлобно хмыкнул Князь, проходя мимо стола и подбирая с него полупустую бутылку пива. С ней же в руках уселся на диван рядом с Ксюшей, — всё нормально у вас? На подлокотник дивана опустился Яков, чтобы не напрягать девушку, если будет сидеть рядом. Поручик и Балу продолжали стоять, тихо посмеиваясь невесть с чего. — да. Но не нужно было сюда приводить, — произнесла Алиса, стараясь не смотреть активно по сторонам. Само нахождение здесь её волновало, а тем более — как она оказалась в этой гримерке? Ничего ведь не помнит. — приносить, — тут же поправил Саша Балунов. После прикусил язык, чтобы не ляпнуть ещё чего-нибудь. Лебединская в недоумение подняла брови, всё же взглянула на подругу. Но на Ксюшу рассчитывать явно не стоило. Она с интересом наблюдала за каждым музыкантом, даже толком не зная их. А правда, когда ещё такая возможность появится. — не могли оставить на полу, извиняй, — пожал плечами Князев и, наклонившись к столу, взял ещё одну бутылку. Предложил её сидящей рядом девушке, — будешь? Ксюша без раздумий согласно кивнула и приняла из рук бутылку. Выпивала она нечасто. Но сегодня ведь есть повод. Тем более в такой компании. Теперь Алиса поняла, что на подругу надежд не осталось. Так ещё и под ней прогнулся диван. Девушка повернула голову, встречаясь взглядом с карими глазами напротив. От неожиданности Лебединская замерла, не зная, как лучше поступить, поэтому неосознанно выдавила из себя лёгкую уставшую полуулыбку. На что-то другое сил просто не осталось. В ответ ей улыбнулся Миша, но уже более искренне, чем это вышло у самой девушки. — как себя чувствуешь? — спросил Горшенёв привычным для себя тоном. Алиса сначала хотела пожать плечами, чтобы избежать вопроса, на который и сама не знала ответа. Слишком уж странное самочувствие. И какая-то радость от всего произошедшего сегодня, и дикая усталость. Но под внимательным взором просто не смогла промолчать. — вроде жива. Если шутит, значит всё нормально. Горшок добродушно ухмыльнулся, параллельно с этим разглядывая девушку. Изучал её лицо, слегка бледноватое, яркие голубые глаза, аккуратный носик и длинные чёрные ресницы. Вдруг один уголок рта парня пополз вверх, украшая его улыбку зловещим оскалом. — а ты уверена? — загадочно проговорил Михаил, незаметно входя в образ какого-нибудь злого колдуна. Наклонил голову вбок, приподнимая одну бровь выше другой, — если мы все тут призраки. — особенно они, — Алиса легко кивнула в сторону. И как раз вовремя ребята на другом диване чокнулись бутылками пива. — всю картину испортили, — пропыхтел недовольно Горшок и снова поменялся в лице, сменяя гримасу на непринуждённую улыбку, в которой для полноты не хватало передних зубов. Но Алиса почему-то так не считала. Тёмные волосы Миши лезли в разные стороны, и так он очень уж был похож на домовёнка, а неполный ряд зубов его только украшал, давал некую изюминку в образе, на которую обратила внимание и девушка. С эстетической точки зрения. Исполнителя своих любимых песен Алиса никогда не видела и до встречи даже не представляла, как он может выглядеть. — у вас здесь есть вода? — девушка отвела взгляд от Миши, решив, что итак долго смотрит на него. А со стороны это наверняка могло выглядеть как-то неоднозначно. — Андрюх, кинь воды. На голос друга отвлёкся Князь. Он несколько раз поморгал соображая. — может пива? — наконец сказал Андрей в уверенной интонации, сквозь которую всё же чувствовалось его полупьяное состояние. Он ведь ещё до концерта успел пригубить пару баночек, а сейчас окончательно добивает. — ты дурак что-ли? — покрутил у виска Горшенёв. Сидящая рядом с Андреем Ксюша прикрыла рот ладонью, посмеиваясь, когда наблюдала недовольно скорченную мину на лице парня. Он всё же кинул бутылку воды через всю комнату, которая была успешно поймана Михой. А сам обратно облокотился о спинку дивана. Ловким движением Горшок словил летящую бутылку и передал её девушке. — спасибо, — кротко поблагодарила Алиса. Миша ещё немного помолчал, наблюдая, как девушка рядом пьёт воду. На фоне слышались голоса и щелчки открывающихся жестяных банок. И он решил начать разговор с простого и, тем не менее, необходимого. С чего-то же надо было начинать. — как тебя зовут хоть? — действительно, почему он до сих пор не знает её имени. — Алиса. — а я Миша, — улыбаясь, сказал парень, — а вон там, смотри, — он указал рукой в сторону своих друзей, сидящих и пьющих вместе с Ксюшей, — этот — Саша, рядом с ним ещё один Саня. С краю сидит Яшка, а который пиво хлещет — Андрюха. А подружку твою как? — Ксюша, — не задумываясь, ответила Алиса, а после добавила, — она мечтала попасть в такую компанию. — к бухим панкам? Оба синхронно хмыкнули. А что поделать, если это так и было. Всегда ведь Ксюшу тянуло именно к таким. — возможно, — подтвердила девушка, — в целом, к компаниям парней, например, музыкантов. — поэтому пришли на концерт? — Миша уже начал строить предположения насчёт своей собеседницы, о которой пока что мало что знал, а очень хотелось. — я — нет, — тут же помотала головой Алиса. Не хватало ещё недопониманий. А ложные представления ей никогда не нравились. К тому же в таком свете, как могло показаться со стороны. Это Ксюше плевать на такое, она свободно выпивает в компании незнакомых парней, — мне нравится ваша музыка. — значит понравился концерт? — задал вполне логичный вопрос Горшок. — не считая последнего, что я помню, да, — согласилась девушка. Сказать, что она не прониклась атмосферой и живой музыкой, была бы наглая ложь, — песни ваши цепляют. — если хочешь, можешь прийти на личный концерт. — личный? — Алиса вопросительно приподняла бровь. — на репетицию, — объяснил Миша. Сам никак не ожидал от себя, что сделает такое предложение. Но что-то подтолкнуло его на такое действие. — не знаю, я подумаю. Неожиданное предложение немного загнало Алису в тупик. И на этот вопрос она была не готова ответить. — я ещё не знаю, как сегодняшняя прогулка закончится для меня, — призналась девушка, хотя вести личные разговоры с незнакомцами она не планировала. — от родителей что-ли попадёт? Ты школьница? Горшенёв вопросительно взглянул на собеседницу. Не то, чтобы ему это важно, просто.. — от мамы, ага, — кивнула девушка и сразу добавила, — а я похожа на школьницу? Парень ещё раз осмотрел Алису, будто делал это в первый раз за вечер. Мысленно прикинул её приблизительный возраст и озвучил: — ёмаё, ну ты лет на семнадцать выглядишь. — угадал, — улыбнулась Лебединская, — только я уже на третьем курсе училища, что-то наподобие женской гопы. Девушка замолчала и почему-то только сейчас у неё в голове всплыл вопрос, а сколько сейчас времени? В комнате не было окон, да и сейчас по-любому уже темно. А вот насколько поздний был вечер, она не знала. Хотя в нужный срок домой всё равно не успеть, а мать будет злая уже наверняка. Но взгляд Алисы всё же метнулся к запястью. А, ну конечно, она же не носит часы. — не знаешь, сколько времени? — наконец спросила Лебединская у своего нового знакомого. — пацаны, сколько время? — повторил вопрос Миша, обращаясь к ребятам, которые были слишком заняты бессмысленными разговорами и выпивкой. Пришлось привлекать внимание, — алло! — без пяти десять, — первый отозвался Яша. Так и знала, что времени дофига. Больше засиживаться здесь не было смысла, да и пьяную подругу надо до дома довести. Сама ведь точно не дойдёт. — нам уже пора, — Алиса резко поднялась с дивана.