Глава 22

      Примерно первую половину пути проблем не возникало. Мы старались по возможности не контактировать с членами экипажа «Вольной птицы», но и они не спешили вступать с нами в контакт, обходили нас по большой дуге и как-то неодобрительно поглядывали в нашу сторону. Впрочем, Мик отвечал им взаимностью, явно обижаясь за своего кузена даже больше, чем сам Колин.       Послы или «политические засланцы», как окрестила Леся группу мужчин, не сменивших тёмные деловые костюмы на более подходящую одежду даже на борту корабля, всегда были заняты какими-то своими делами.       Со всеми «группками по интересам» мы обедали в разное время. Сначала вечно занятые «засланцы» перекусывали буквально за пять минут, потом ела наша команда, неспешно и неторопливо. Когда обедали ребята из экипажа, я не знала, но, предполагаю, что каждый в своё время, ни на минуту не ослабляя наблюдения за тихим и на удивление спокойным космосом.       Лететь было даже как-то непривычно скучно. Видимо, сказалось то, что таких долгих периодов спокойствия в нашей жизни давно не выдавалось, вот я и отвыкла. А, может, дело было в том, что начиналось всё куда интереснее: противостояние другому злому капитану, который когда-то предал Колина, хитрюги-политики на корабле. Леся была откровенно разочарована.       — Понимаешь, в чём проблема, я всё время в напряжении, потому что чувствую, что потенциально кто-то из огромного количества лишнего народа, присутствующего на корабле, может нам угрожать, но не понимаю кто. Поэтому не могу до конца расслабиться, — пожаловалась мне Олеся.       — «Чувствуешь» в смысле «предполагаешь» или в смысле твоей способности? — уточнила я, подкидывая на ладони маленький мячик, который мои друзья неизвестно где раздобыли для Буси.       Бусинка следила за моими действиями с ленивым интересом, вяло помахивая хвостом. Кажется, у неё сегодня не было настроения играть. Или её просто куда больше увлекал наш с сестрой разговор?       — Оба, — скривилась Леся. — Меня бесит, что я не могу понять ни от кого конкретно исходит угроза, ни в чём она заключается. Все, кроме нашей команды, вызывают у меня примерно одинаковое неприятное чувство.       — Да, проблема, — задумчиво протянула я, соглашаясь.       Буся мурлыкнула и потёрлась о мою руку, привлекая к себе внимание, и я вопросительно посмотрела на неё. Арвинут пару раз совершенно умильно моргнула, когда я почесала её за ушком, а потом всё же заговорила. Зная, что Лесе тоже будет интересно её послушать, я распространила свою способность понимать речь животных и на сестру тоже.       — Знаешь, мне кажется, нужно попытаться выяснить у Колина, что представляет из себя этот второй капитан, — предложила Бусинка.       — Хорошая идея, — поддержала её Леся. — Так я, по крайней мере, буду знать, чего именно можно ожидать от его и его команды.       — Ладно-ладно, поняла. Вы в этом вопросе заодно, — фыркнула я. — Я… попробую. Но, если он откажется говорить…       — То ты всё равно никак его не заставишь, — понимающе отмахнулась Олеся. — Не будешь же ты его пытать.       — Пытки тоже бывают разные, — хитро протянула Бусинка, и мы обе удивлённо уставились на нашу подопечную. — Что? Я многого наслушалась от бандитов.       — Жесть, — невольно передёрнула плечами Леська. — Мне теперь страшно находиться в одной комнате с нашей пушистой милашкой. Вдруг решит попробовать воплотить задуманное.       Буся посмотрела на Олесю обиженно и осуждающе, и той пришлось искупать вину сухариками, запас которых мы взяли с собой. Глядя на Бусинку, довольно хрустящую сухарями, я улыбнулась, радуясь, что мне довелось познакомиться с такой очаровашкой.

***

      — Колин? — неуверенно позвала я, заглядывая в его каюту. Конечно, мы договорились о встрече через коммуникатор, но вдруг я отвлекла его от чего-то важного.       — Заходи, не стесняйся, — ободряюще улыбнулся мне сидящий на диване любимый. — Что-то случилось или просто соскучилась?       Я тихонько прикрыла за собой дверь и устроилась рядом с Колином, крепко обнимая его, наслаждаясь таким родным теплом. Было так удобно, хорошо и спокойно, что мне даже на секунду подумалось, что, может, ну их, Леськины подозрения. Но не выполнить то, что обещала, особенно учитывая, что дело касается нашей безопасности, я не могла.       — К сожалению, я к тебе по делу, — я виновато улыбнулась. — Леся боится, что твой друг может быть для нас опасен. Можешь рассказать, что у вас с ним произошло?       — Ладно, — с лёгкой неохотой согласился Колин. — В конце концов, я и так собирался вам всё рассказать.       Причина их разногласий оказалась до ужаса простой. Оказалось, что в военной академии они когда-то учились вместе, на одном курсе, и даже были хорошими друзьями. Ринтар легко влился в небольшую, но крайне шумную компанию друзей Колина, и они неплохо проводили время.       Вместе с Ринтаром наш капитан зубрил правила безопасности и астрофизику, в паре с ним делал научные проекты, постоянно напоминая другу, что не стоит откладывать всё на самую последнюю минуту, вместе наматывали круги на физ подготовке. Ринтар всегда обгонял Колина и не забывал подшутить над ним по этому поводу. А потом…       Потом они получили дипломы. Колин закончил курс на «отлично» и вздохнул с облегчением. Он знал, что дедушка просто не потерпит неидеальных результатов, вот и прилагал все возможные усилия, чтобы стать лучшим на потоке.       Ринтар тоже закончил учёбу на отлично, но далеко не столь триумфально, как его друг. Колина все преподаватели помнили в лицо, и его старательность и настойчивость произвели на них благоприятное впечатление. В общем, рекомендации у него были отменные. Даже профессор философии, единственный, кто по какой-то причине его недолюбливал, пошёл будущему капитану навстречу. Рекомендации Ринтара Колин не видел, но зато видел его кислую физиономию, когда тот выходил от препода по астрофизике, так что предполагал, что у друга дела обстояли несколько хуже, чем у него.       Наверное, именно поэтому Колина определили на куда более престижное место работы, но Ринтар воспринял это чуть ли не как личное оскорбление, не то со стороны начальства, не то со стороны самого однокурсника.       Как же, все оценки ведь, по сути, одинаковые, а место получше досталось Колину. Стоит сказать, что Ринтару тоже досталась должность на весьма неплохом судне, проходившем спокойный и тихий маршрут. Но он хотел для себя другого: приключений, подвигов и мечтал получить парочку боевых шрамов и медаль. Желательно, тоже не одну.       Сначала Ринтар пытался вызнать у друга, как у того получилось добиться места помощника капитана экспедиционного корабля, но Колин только плечами пожимал. Ему-то откуда знать, чем руководствовалось начальство, распределяя должности между новоиспечёнными офицерами?       В итоге Ринтар почему-то уверился в том, что за Колина замолвил словечко его дедушка-генерал. Наш капитан в этом очень сильно сомневался, учитывая, что его дед всегда был сторонником теории «тяжело в учении — легко в бою», так что его стараниями наш капитан скорее попал бы куда-нибудь на границу, в самый центр боевых действий. Хотя, конечно, Колин не отрицал, что, вероятно, его происхождение из знаменитой военной династии тоже повлияло на его назначение.       После этого старые друзья перестали общаться. Совсем. При встрече обменивались короткими кивками в знак приветствия. Ринтар даже не улыбался. И выражение лица у него было такое… брезгливое. Колина поначалу это задевало. Всё-таки он ещё был совсем молодой, и причины их внезапного конфликта он искал в себе, считал, что что-то не так сделал. Но новая работа увлекала его всё больше, и о странном поведении друга думать хотелось в последнюю очередь. Видя его энтузиазм, командир Колина выдвинул его кандидатуру на пост капитана.       Ринтар, насколько капитан знал, не сильно отстал от него, став капитаном всего через пару лет, после своего товарища. А потом… потом корабль Колина подвергся атаке космических пиратов. Из битвы удалось выйти с минимальными потерями, но сам капитан был серьёзно ранен одним из нападавших. Пришлось какое-то время отлёживаться в лазарете, и никаких полётов.       Проблема была в том, что маршрут их экспедиции был засекречен, и знали о нём буквально единицы, поэтому было проведено расследование, в результате которого выяснилось, что Колина пиратам сдал… Ринтар. Ринтар, который, по идее, не мог быть в курсе того, куда именно направлялся его бывший однокурсник. Но Колина никто о его догадках не спрашивал, а у тех, кто проводил расследование, были свои, очень логичные доводы и доказательства.       В наказание Ринтара сослали чуть ли не на другой конец галактики, и с тех пор Колин его не видел. До недавних пор, когда мы добрались до выделенного нам в эту… кхм, дипломатическую экспедицию.       — И я был даже рад его видеть, хоть и удивлён. Но он, видимо, до сих пор обижен на меня. Похоже, считает, что именно я виноват в его «ссылке», — Колин тяжело вздохнул.       — Но ты ведь не мог ничего с этим поделать, — я ласково погладила его по плечу. — В тот раз от тебя мало зависело. Как ты правильно сказал, тебя никто слушать не стал. Тот, кто был в этом виноват, мне кажется, занимал не последнюю должность, и прикрылся тем, у кого был хоть какой-то мотив для подобного поступка. Оспаривать его решение просто никто не решился.       — Мы с тобой это понимаем, а вот Ринтар… Я бы хотел с ним помириться, но лезть к нему сам не буду, — поморщился Колин. — Ты ведь и сама почувствовала, какая на корабле сейчас напряжённая атмосфера. Я согласен с Олесей, у меня у самого чувство, как будто на меня с минуты на минуту кто-нибудь кинется с кулаками.       — Не переживай, мы тебя в обиду не дадим, — я не выдержала и улыбнулась, а потом оставила на его губах короткий нежный поцелуй. — Уверена, всё сложится как нельзя лучше.       — Ну, если ты так говоришь, — Колин улыбнулся в ответ и снова обнял меня, притягивая ближе.       Решив, что обо всём важном мы уже поговорили, я позволила себе расслабиться, прижаться щекой к его плечу. Это был один из тех моментов, которые всегда запоминаются ярче всего, хотя, казалось бы, в них, вроде, нет ничего особенного. Но они всегда остаются в памяти самыми приятными, самыми тёплыми воспоминаниями.

***

      Когда я рассказала обо всём, что узнала, Лесе, она коротко кивнула, показывая, что поняла суть проблемы, но заострять на этом внимание или обсуждать не стала. И, честно говоря, я была ей очень благодарна за то, что сестра не стала мусолить кто прав, а кто виноват, просто удовлетворившись моими разъяснениями. Проблема в том, что не выдержала я.       — Ну, как? Это тебе хоть немного помогло? — поинтересовалась я, подхватив Бусю, тут же довольно замурлыкавшую и принявшуюся потираться клювом о моё плечо.       — Да, — уверенно кивнула Олеся. — Не думаю, что Ринтар будет действительно серьёзной угрозой. Так мы идём обедать или нет?       — Обедать! Обедать! — тут же воодушевилась Бусинка.       — Прожорливая ты моя, — хихикнула я, почесав Бусю за ухом. — Идём-идём.       В столовой мы встретились с моими родителями. Алекс тут же утащил Олесю набрать еды и пошептаться о чём-то известном только им одним. Мама Леси уже ждала нас, сидя за столом, и я немного задержалась, чтобы поговорить с Миком и Беллой о наших планах на ближайшую неделю. Ещё я искала взглядом Колина, но так его и не нашла.       — Представляешь, его перехватил Ринтар на пол дороги. Хотел о чём-то с ним поговорить, — Мик скривился.       — Так это же хорошо, — удивилась я такому настрою с его стороны. — Вдруг они, наконец, помирятся?       — Да ну нафиг таких друзей, — Мик или не знал о выводах, которые сделал Колин по поводу этой ситуации, или просто упорно придерживался официальной позиции.       — Не занудничай, — закатила глаза Белла. — Друзья это всегда хорошо. Было бы прекрасно, если бы они помирились. Всем было бы спокойнее.       Устроиться за столом и спокойно поесть я так и не успела, потому что корабль вдруг сильно тряхнуло. Все, кто находился в этот момент в столовой, вскрикнули, загомонили, попытались вцепиться во всё, что попадалось под руку. Не всегда удачно, потому что стулья съехали со своих мест, так что те, кто схватились за них, потеряли равновесие.       Я как раз балансировала, пытаясь удержаться на ногах, когда мой коммуникатор завибрировал, оповещая о входящем вызове. Я выругалась сквозь зубы, вызвав смешок у Мика, который умел сохранять равновесие лучше, чем я. Вся эта сцена мне что-то напоминала, но я никак не могла понять что. Неужели мне уже доводилось бывать в такой ситуации? Или у меня просто дежавю?       Тряска всё никак не прекращалась, и я просто сдалась: села на пол, позволила гравитации унести меня к стене, параллельно принимая вызов, даже не глядя.       — Да? — отозвалась я.       — Селена, вы там в порядке? — встревоженно поинтересовался Колин.       — Более-менее, — отозвалась я, только убеждаясь в том, что такое уже случалось. — Что там происходит?       — Мы вошли в пояс астероидов, — сообщил Колин. — Не переживайте, скоро пройдём.       — Ага, нам не впервой, — раздался на фоне голос… видимо, Ринтара. И столько гордости было в этом голосе.       — В общем, держитесь крепче, — закончил Колин.       — Есть, сэр! — отозвалась Леся, проезжая по полу мимо меня так, словно она ехала на роликах.       В общем, ели мы на полу в углу в кружке. В этом даже было своё очарование. Единственное, было жестковато, но это был терпимый недостаток. Зато весело. Думаю, если бы члены экипажа «Вольной птицы» знали, как мы тут развлекаемся, обзавидовались бы.

Олеся

      Рассказ Ленки о конфликте двух наших капитанов, я действительно поуспокоилась. Как будто я, наконец, определилась, что копаю не в том направлении, и перестала ощущать потенциальную опасность от команды корабля, хотя напряжение всё ещё ощущалось. Но и оно быстро прошло, когда по судну прокатилась новость о том, что капитаны помирились.       Зато каждый раз, когда я оказывалась неподалёку от наших почётных засланцев, меня пробирала нервная дрожь. Я не знала вина была в моей подозрительности, сильно возросшей за время нашего противостояния бандитам, или в том, что я действительно чувствовала потенциальную опасность, исходящую от этих странных товарищей, поэтому особенно не распространялась о своих ощущениях, решив не портить ребятам путешествие. Но держалась настороже.       И это, конечно же, не укрылось от моей мамы, знавшей меня лучше всех. Она заглянула ко мне в каюту, когда я сидела за столом, задумчиво постукивая карандашом по краю тетради. На самом деле я думала, что рисование поможет мне немного расслабиться, сосредоточиться на чём-то более… приятном. В результате всю страницу я изрисовала цветочками и сердечками, и даже почувствовала себя немного лучше.       И тут в дверь постучали. Я вздрогнула от неожиданности, отвлекаясь от мыслей о… как ни странно, свадьбе Селены и Колина, намечавшейся в ближайшем будущем. Я уже придумывала, что подарю им, решала имеет ли смысл скидываться с Алексом, учитывая, что он только недавно начал зарабатывать. По-хорошему, я не хотела его обременять, но боялась, что он обидится, если я скажу, что хочу оплатить наш с ним подарок сама. Мысленно я подбирала подходящее платье, думала о том, стоит ли надевать каблуки, и тут вдруг стук в дверь. Осторожный и деликатный. Далеко не все умеют так стучать.       — Да? — ответила я, и мой голос от неожиданности дал петуха. Я скривилась и поспешила прокашляться.       — Солнце, ты занята? — в комнату заглянула мама, выглядя как-то неуверенно. — Можно тебя на минутку.       — Да-да, конечно, — я вбросила карандаш в тетрадь со своими кривенькими простыми набросками, и развернулась на кресле к маме. — Я всегда рада тебя видеть. Заходи.       Мама вздохнула с явным облегчением, и зашла, закрыв дверь. Мы устроились напротив друг друга и какое-то время молчали. Это было как-то неловко, и мама решила первой нарушить молчание. В конце концов, это ведь она пришла ко мне по какому-то вопросу.       — Ты по поводу Киры волнуешься? Тогда не стоит. Думаю, она будет рада вернуть своё тело, — мама взяла меня за руки, заглянула в глаза.       — Ч-что? — я даже запнулась, настолько внезапным мне показалось её предположение. — Нет, дело совсем не в этом. Вернее, в этом тоже, но я как-то успела про это забыть. Как думаешь, эти послы… они… могут причинить нам вред? Возможно, не физический, всё-таки подготовка у них хуже, чем у наших солдат.       Ответить мама не успела, потому что корабль вдруг заметно ускорился, а в коридоре завыла тревожная сирена. Твою ж мать. Хоть один полёт у военного флота обходится без происшествий.       — Сиди здесь, я узнаю, что происходит, — бросила я маме, спешно натягивая форменную куртку и быстро проверяя оружие.       Это отчего-то напомнило мне тот злополучный день, когда мне поступил срочный вызов по работе, и мама осталась одна в квартире. Тогда моя мама умерла. И мне меньше всего хотелось терять её снова. Особенно по собственной глупости.       — Нет уж, пойдём вместе, — мама, кажется, пришла примерно к тем же выводам, выглядя серьёзной и собранной.       Мне вдруг подумалось, что было бы неплохо поучить её стрелять на досуге, а то даже Алекс, живший в далёком от огнестрельного оружия мире, весьма неплохо управляется с пистолетом. Так чем моя мама хуже.       — Ладно, — я набросила на маму щит. — Держись как можно ближе ко мне.       Ну, приключения, раз уж вы так сильно меня любите, я готова сходить с вами на ещё одно свидание. Надеюсь, в этот раз всё закончится так же удачно, как и в прошлые.