burning desire

Телефон не включался до самого утра. Отчасти из-за того, что когда Одри решила-таки просмотреть сообщения от родителей, мобильный сообщил о разрядившемся аккумуляторе, и пришлось ждать, пока он будет готов к использованию. Как только загорелся экран сразу посыпались оповещения о пропущенных звонках от Стэна, несколько СМС от коллеги, которая интересовалась протекающим отпуском, и ни единого сообщения от матери. Лишь одно от отца: «Она успокоится. Люблю тебя, жду фото» Одри не сдержала улыбки и тут же отправила ему несколько снимков. В основном в кадре была запечатлена Хижина снаружи и внутри, несколько селфи с младшими близнецами, запечатлённые со спины Форд и Стэн, копающиеся в Эль Дьябло. Девушка даже задумалась о том, что у них действительно мало общих снимков, по крайней мере у неё в телефоне, ведь Мэйбл постоянно ходит с фотоаппаратом и фотографирует каждый уголок. Решив, что она обязательно сделает парочку личных фото с любимым мужчиной, Одри зачерпнула ещё одну ложку сладкого шоколадного молока с хлопьями. Она как обычно проснулась позже всех, однако в этот раз с ней рядом лежал Пайнс. Он читал какой-то странный журнал, обложка которого пестрела различными видами украшений, не вызывающих интереса у Одри. Оставив небольшой поцелуй на его шее, девушка поднялась с кровати и, намеренно, призывно виляя бёдрами прошлась до двери. Стэн не сказал ни слова, ведь его широкая улыбка и закушенная губа говорили больше. Они снова встретились на кухне, когда Пайнс сообщил, что собирается съездить с Мэйбл в центр, так как той были нужны какие-то принадлежности для её летнего альбома. Так, после поцелуя со вкусом горького кофе с маршмеллоу, девушка осталась на кухне в одиночестве. – О, доброе утро, Одри. – Ненадолго осталась в одиночестве. Появившийся на кухне Форд был одет в непривычную для взгляда девушки свободную одежду для сна, а очки, также как и у брата по утрам были перекошены и норовили упасть с носа. Пару минут он провозился с кофейником и после сел напротив, всё ещё сонный как котёнок. – Утречка! – Одри улыбнулась ему и своим мыслям краями губ, из-за чего на щеках появились ямочки. Всё же завтракать в компании было бы приятнее. – Как ты себя чувствуешь? – Лучше, чем вчера, спасибо. Даже думала позвать ребят и Вэнди прогуляться. Они всё хотели показать мне водонапорную башню вблизи. Надеюсь, они не потянут меня наверх, – она пригнулась и прошептала, – я до ужаса боюсь высоты. Только это секрет! Форд мягко улыбнулся и поправил дужку очков. – Конечно, я унесу это с собой в могилу, не волнуйся. – На мгновение мужчина словно завис, но через секунду буквально просиял, – если ты всё равно хотела выбраться, то может присоединишься ко мне сегодня? – А что мы будем делать? – Приглашение от странного, одержимого неизвестным учёного было очень соблазнительным. – Искать аномалии или встречать что-то старое. Я планировал взять Диппера, но когда предложил, он начал ужасно краснеть, бормотать что-то про закусочную и помощь официанткам. Не совсем его понял, но место напарника осталось пустовать. – Раз так, то я не против. Всё равно Мэйбл и Стэн уехали, так что я полностью в твоём распоряжении. Может, я даже напишу статью? – Одри развела руками, рисуя радугу в воздухе, – «Загадочный учёный и его загадочные поиски»! А? – Это ужасно, Одри. – С серьёзным выражением лица сказал Форд. – Да, согласна. Сборы не заняли много времени и уже через пару часов Одри, с нескрываемым интересом, разглядывала каждое дерево, мимо которого они проходили. Учёный практически не замолкал и с удовольствием рассказывал о разных историях, связанных с Гравити Фолз. Объяснял, по крайней мере пытался упростить для девушки, свои теории возникновения всего разнообразия аномалий, встречавшихся и за пределами их городка. Одри, будучи профессионалом своего дела, умело задавала вопросы, чтобы диалог лился и дальше. Он также немного поделился историями из их с братом детства и отметил, что они оба находят себя в племянниках. Форд с гордостью говорил о Мэйбл и Диппере, заостряя внимания на том, что они оба гениальны по-своему. – И это замечательно. Я провёл с ними не так много времени, пока что, но это замечательные дети. – Он галантно протянул руку Одри, помогая перелезть через поваленное дерево. Девушка с лёгкостью преодолела препятствие, не забыв отряхнуть чуть испачканные джинсы. – Это правда. У меня конечно не было так много опыта с подростками в моей семье, просто не часто вижусь с ними, но эти двое что-то внеземное. Я рада, что знаю их. – Я тоже этому рад, о чём я уже говорил. К слову, может ты понимаешь почему Диппер был таким растерянным из-за официанток? – Форд в смятении обернулся к ней. – О, – девушка задумалась, – возможно, он гуляет с той девочкой из закусочной. Мэйбл часто упоминала её, когда мы обсуждали любовные дела. – Любовные… дела? – Он казался сбитым с толку. – Тыковка просто спрашивала меня про мои отношения и порой задавала вопросы для своих анкет. Не знаю, что за опросники такие, но мне было несложно. Одри обошла Форда и скрестив руки за спиной загадочно улыбнулась, смотря ему в глаза. – К слову, а какие отношения были у загадочного учёного? А то нечестно получается, что меня ты запугивал расправой, да и сейчас я тут душу изливаю. Колись! Мужчина остановился и растеряно огляделся. Возможно искал путь как сбежать от неловкого разговора? Он опустил взгляд, переместив его на свои руки. Девушка почувствовала себя неловко, и прежде чем извиниться за бестактный вопрос, была остановлена. – У меня не настолько бурная жизнь, как у Стэнли. Меня тянуло к науке, этому я и посвятил себя. Если близкие, – Форд прикусил губу, – очень близкие друзья считаются, то тогда мой ответ – у меня были чудесные отношения. Одри спокойно выдохнула и наклонила голову в сторону. – Не поверю, что такой ботаник не пользовался успехом у девчонок в колледже. Тебе просто почаще надо было поправлять свои очки. Многие девушки просто в восторге от таких мелочей. Мотай на ус, Стэнфорд! – Она засмеялась и зашагала вперёд. Учёный догнал её, он также улыбался и выглядел расслабленным. – Говоришь совсем как Мэйбл. – Там, где она училась, я преподавала! Но правда, я удивлена, что она ещё не начала кампанию по поиску твоей любви. – Я догадываюсь, что она умело скрывает свои наработки, хотя вчера она задала мне множество вопросов о моём идеальном дне. Не уверен, но кажется, ответы её не сильно впечатлили. – Форд вдруг хитро ухмыльнулся, – очки, да? Одри хмыкнула, разглядывая пёстрый цветущий куст с какими-то белыми ягодками. – Что? – Этим Стэнли тебя привлёк? Поправил очки? – Он явно издевался. – Конечно. Видел эти линзы? Я горю лишь при мысли о них. – Одри не уступала. – А изгиб дужки? Стэнфорд Пайнс, я кажется падаю в обморок от переизбытка чувств. Лови меня! Девушка наигранно приложила ладонь ко лбу и сердцу, откидывая голову назад. Мужчина с явным удовольствием наблюдал за театральным представлением. – Кошмар. Ты безнадёжная актриса. – Зато чудесный журналист. Они продолжили обсуждать любовные подвиги в колледже, хотя в основном рассказывала Одри. Ей нравилось то, что они с Фордом могли непринуждённо болтать об их жизнях, не смотря на первоначальное предвзятое отношение к ней с его стороны. Он делился различными историями, связанными с его другом с очень длинным именем, которое девушка смогла понять лишь с третьего, если не с четвёртого, раза. Под незамысловатые разговоры они пришли в какой-то подлесок, в котором, как показалось Одри, сверкал каждый листочек, словно бы их посыпали блёстками из карманов Мэйбл. На мгновение ей будто послышался перезвон колокольчиков, от чего она инстинктивно спряталась за спиной Форда. Он мягко и тихо посмеялся и перешёл на шёпот: – Всё в порядке, тебя никто не обидит. Главное старайся не дышать глубоко всей этой пыльцой, а то стошнит. – Стош-… Что? – Не успев возмутиться, она осталась без своего щита, который вдохнул побольше воздуха и присел около сверкающих кустов. Сама не сильно понимая почему и зачем она это делает, Одри также задержала дыхание и села рядом. Форд сосредоточено с помощью шпателя, который девушка обычно видела в отделе для творчества, собирал блёстки с широких листовых пластинок. Кулёк, в который он собирал образцы, больше походил на пакетик с травкой или чем-то очень опасным и запрещённым. Сгорая от любопытства, Одри осторожно провела подушечкой указательного пальца по растению и поднесла прямо к глазам. Ярко розовая, переливающаяся при попадании солнечного света, пыль с крупными блёстками всё больше напоминала ей самые обычные тени для век, которыми она пользовалась. Она приближала лицо всё ближе и, забыв о том, что уже около минуты сдерживается от глубокого вдоха, почувствовала, как пыльца щекочет нос и громко чихнула. Вокруг неё поднялось розовое блестящее облако. Пазухи носа сразу же обожгло, будто бы Одри вдохнула молотый перец. В ту же секунду её стремительно начало мутить и, ни на мгновение не задерживаясь, девушка выбежала из подлеска. Облокотившись на высокую сосну, она согнулась от резких болей в животе. Одри не смогла справиться с позывами и мольбами своего организма и, к несчастью, её вырвало. Учтиво стоящий поодаль Форд дождался, пока она не закончит опустошать бедный желудок и подошёл ближе. Он осторожно обнял её за талию, позволяя ей опереться на себя, перекинул её ослабшую руку себе через голову. Одри чувствовала себя так, словно её пропустили через принтер, а вышла она помятым и зажёванным листком. Однако она не смогла не отметить, как сильно различался аромат парфюма двух мужчин – если от Стэна пахло чем-то кожаным, терпким и в то же время сладким, словно ликёр, то от Форда явно был слышен запах различных трав, которые обычно добавляют в чайные сборы, с привкусом спрятавшихся за лечебные растения ягод. Присутствие приятного аромата, в момент окружившего её, помогло Одри прийти в себя. Она поняла, что они были не у злополучных кустов, наоборот, девушка сидела на широком пне, а вокруг было светло и немного сыро. Оказалось, что сырым было её лицо, которое кто-то явно успел вытереть. Она подняла голову и встретилась с обеспокоенным взглядом Форда. «О нет, он снова начнёт винить себя, как с машиной» – испугалась девушка, хотя технически в ситуации с автомобилем действительно была его вина. – Форд, всё хорошо. Спасибо, огромное спасибо, мне уже лучше. – Тебя не тошнит? Нос не чешется? А глаза? Видишь хорошо? Хотя я лучше сам посмотрю, – он было ринулся к ней с маленьким карманным фонариком, но Одри остановила его, вытянув руки вперёд. – Нет, нет, нет! Всё хорошо! Честно слово, я больше испугалась. К тому же я в принципе сейчас немного слабее, может поэтому такая реакция. – Она нахмурилась, – а что вообще случилось? Форд тяжело вздохнул и сел рядом, передавая фляжку с водой. Девушка тут же жадно припала к горлышку. – Это пыльца фей, точнее, рвотных фей. Наверное, ты уже понимаешь почему они так называются. В прошлый раз я столкнулся с настоящей феей, она была очень недовольна, что я прервал её сон. – Он нагнулся и смущённо улыбнулся, – вообще я сломал её жилище, если быть честным. – Она и с тобой такое сделала? – Да, было не очень. Поэтому я так хотел собрать немного пыльцы, чтобы изучить её в лаборатории. Я не подумал, что такое может произойти. Я прошу прощения, мне очень жаль. Мужчина опустил глаза вниз и весь поник, сильно хмурясь. Одри чувствовала, как сердце разрывается от жалости и всеми силами старалась развидеть в нём разочарованного Стэна. Форд вздрогнул, когда на его левое плечо легла девичья голова и повернулся к девушке. – Я не злюсь, всё правда в порядке. В следующий раз я просто буду осторожнее и запрошу с тебя аванс за мою помощь в исследованиях. А ещё медицинскую страховку. – Её обязательно. – Учёный усмехнулся и Одри почувствовала, как он выпрямился, выходя из удручённого состояния. – Я думаю нам лучше вернуться домой, да? – Не возражаю. К тому же, я собираюсь потребовать моральную компенсацию в виде пачки тех вкусных печений. Только я всё ещё не понимаю, почему они такие сладкие, хотя в них нет сахара. Форд встал первым и вновь подал девушке руку, помогая подняться. В очередной раз Одри отметила для себя, что шестипалое рукопожатие на самом деле ощущается иначе. Явно опасаясь, что она могла бы снова припасть к близ стоящему дереву, учёный шёл немного ближе, чем раньше. Девушку это совершенно не беспокоило и она продолжала дискуссию о наличие сахара во множестве продуктов, заявляющих обратное. Мужчина активно поддерживал её мнение, что всё это лишь обман покупателей, умелый ход маркетинга, но отмечал, что некоторые позиции гораздо приятнее на вкус, если у них есть приписка об отсутствие различных видов сахара. В какой-то момент, заговорившись, всё ещё слабая и не ровно стоявшая на ногах Одри споткнулась о корягу и полетела вперёд. Частый опыт падений по невнимательности научил её, что всегда нужно обязательно выставлять перед собой руки и, желательно, падать на бок. Последнее выполнить не получилось, поэтому она просто упала на колени, проехавшись ладонями по песку. Стоя вот так на четвереньках, посреди загадочного леса, активно демонстрируя пятую точку Форду, Одри не смогла удержать истерический смех. Мужчина тут же помог ей встать, отряхнул прилипшие к джинсам камешки и достал фляжку, намереваясь промыть ссадины. – Чёрт, прости пожалуйста. Я клянусь тебе, что обычно я чуть чаще смотрю по сторонам. Хотя на самом деле, я совсем недавно упала у себя дома, пока танцевала. Она немного зашипела, когда прохладная вода коснулась стёртых ладоней. Форд растеряно улыбался, сам не веря в происходящее. – Ты не только ужасная актриса, так ещё и танцовщица некудышная? – Эй! Я просто заслушалась, пока убиралась, а дверь спиной не увидела. И вообще, я очень хорошо танцую! – Одри поднесла ладони в губам и подула на повреждённую кожу, стараясь унять раздражение. Форд усмехнулся, они продолжили идти. – Знаю, Стэн рассказывал. – Правда? Я была очень рада, когда мы пошли в закусочную, на тот момент я не была на свидание так долго. Мне казалось, что я совсем разучилась танцевать и развлекаться. – Девушка с искренней улыбкой вспоминала тот вечер, когда они с Пайнсом кружились под громкую музыку, не отходя друг от друга. – Мне, – Форд возвёл глаза к небу, выбирая нужное слово, – мне спокойно, что ты есть. Хотя мне до сих пор интересно чем брат тебя привлёк. Не подумай, что я его недооцениваю! Это просто… – Собой. – Одри вздохнула и ямочки вновь появились на её щеках, – он привлёк собой. Мне просто нравится в нём всё, даже какие-то мелочи, к которым я раньше относилась негативно. Со Стэном это всё ощущается иначе, будто так оно и должно было быть с самого начала. Она задумалась на мгновение, пока щёки стремительно краснели, словно спелая вишня, а в голове переплеталось множество разных мыслей, сплетающихся в одно объяснение её глубоких чувств. – Думаю, я была бы готова ждать столетиями ради него. С ним всё просто лучше, чем без. Стэнфорд легонько толкнул её в бок локтём. – Даже его ужасные семейники ждала бы? – Девушка закатила глаза. – Это как с очками - я без ума от этой голубой полоски! Уже будучи дома, Форд любезно предложил свою помощь в обработке ссадин, но Одри отказалась. Всё, чего ей хотелось в тот момент – принять душ и возможно даже поспать в своей комнате. Оказалось, что их вылазка заняла целых четыре часа, которые пролетели за разговорами и попытками вновь не упасть на обратном пути. Поэтому горячие струи воды, стекающие по пышным бёдрам, уносили с собой усталость и пыль, согревая немного замёрзшую девушку. Мокрые, потемневшие от влаги, волосы облепили плечи, плавно спускаясь к лопаткам. Одри медленно намыливала ключицы, оставляла белую пену на предплечьях. Гель для душа, который она взяла, принадлежал Пайнсу, и пах чем-то древесным. От обилия любимого аромата вокруг кружилась голова и девушке казалось, будто она находится в объятьях своего мужчины. В мыслях вновь возник образ вчерашнего возбуждённого и такого желанного Стэна – Одри представляла, как он бы брал её прямо там на кухонном столе, крепко держал за талию, и вбивался в её влажную, истекающую соками от похоти, киску. Девушка разочарованно застонала и спрятала горящее лицо в ладонях. Распаренная кожа была особо чувствительной и немедленно требовала больше прикосновений. Из мира фантазий её, неожиданно, заставил выбраться какой-то шорох за шторкой. Одри нахмурилась и несколько раз промыла глаза, чтобы точно увидеть нарушителя её покоя. Прежде чем она успела отодвинуть штору, послышался хриплый голос: – Не бойся, детка. – Девушка убрала прилипшую ко лбу чёлку и, прикрыв себя, выглянула из ванны. Стэн стоял, облокотившись на раковину, и выглядел довольным, – привет, красотка. – Привет. Я скоро выйду, хорошо? – Не торопись, я не спешу. Она кивнула и скрылась за шторкой. Девушка отметила, что щелчка закрывшейся двери не последовало, а значит, мужчина всё ещё находился в комнате. Внезапно её посетила мысль о том, что он слушал и возможно даже видел, как она двигается – качество «ширмы» оставляло желать лучшего, старая ткань была почти прозрачной. Утихшее возбуждение нахлынуло с двойной силой, а губы сами расплылись в ухмылке. «Если он хочет смотреть, пускай» – решила Одри и снова хорошенько вспенила небольшое количество геля. В этот раз она мылилась ещё медленнее. Руки двигались снизу вверх, проходясь по ногам, задерживаясь на ляжках, чтобы демонстративно сжать. Когда она дошла до живота, в паху приятно потянуло. Внезапно послышалось шуршание, а в следующую минуту на грудь легли чужие сухие ладони. Пайнс сжал их, играясь с твёрдыми сосками, пока его зубы уже сомкнулись на мочке уха. Одри откинула голову назад, рукой хватаясь за мужскую шею. Стэн методично выцеловывал влажную кожу шеи, уделяя особое внимание чувствительному местечку за ухом. Понимая, что благодаря шуму воды и закрытой двери их точно не услышат, девушка всё равно не могла позволить себе быть громкой. С её губ срывались тихие вздохи, пока пальцы возлюбленного уже переместились вниз и чувственно, не спеша ласкали горошинку клитора. Ноги то и дело норовили согнуться, но Стэн держал её крепко и Одри вновь полностью ему отдалась. – Форд сказал, ты упала, – он с силой укусил плечо, – а перед этим тебе стало плохо. – Ты действительно хочешь поговорить об этом сейчас? – Девушка сжала чужие волосы на затылке. Пайнс усмехнулся ей в шею. – Нет, но я переживаю. – Если ты сейчас же не войдёшь, то мне станет очень плохо. – У тебя же… – Плевать, просто, – она сглотнула, – не смотри вниз, ладно? Согласием послужил низкий стон, когда мужчина развернул её лицом к стене и надавил на поясницу. Одри поставила одно колено на бортик ванной, расставляя ноги так, чтобы Пайнсу было проще войти в неё. С чем он, казалось, совсем не торопился. Она чувствовала, как его возбуждённый член скользит между половых губ, из-за чего головка задевала клитор, посылая по телу маленькие электрические импульсы. Одри не терпелось ощутить Стэна в себе, отчего она призывно, с жалобными стонами, старалась насадиться сама. Чем вызвала у Пайнса довольную улыбку. – Так хочется член, да, детка? – Одри попыталась обернуться и бросить злой взгляд, когда мужчина резко вошёл на всю длину, – боже, да! Стэн двигался медленно, до конца, не отстраняясь и не вынимая. Горячий член полностью заполнил Одри и её потряхивало от удовольствия. Её не покидало ощущение, что если она взглянет вниз, то увидит, как её матка будет выпирать – казалось, что Пайнс вошёл настолько глубоко. Стенки влагалища постоянно сокращались, обволакивали и засасывали его. Стэн глухо стонал, уткнувшись лицом в девичьи лопатки. Ладонями он с силой сжимал ляжки, помогая себе, сам направлял тело Одри. Девушка точно говорила что-то о его восхитительном члене и о том, как ей хорошо с ним, пока ласкала себя свободной рукой. Горячий и влажный воздух оседал густым паром вокруг, дышать становилось всё труднее. Стэн на мгновение вышел, чтобы повернуть податливую Одри к себе лицом и снова оказался в ней, закинув одну её ногу себе на пояс. Ей пришлось подняться на носочки из-за разницы в росте, уверенно хватаясь за его шею обеими руками. Пайнс нашёл её губы своими и увлёк в мокрый поцелуй. Это даже не сильно подходило на него, из-за того, что рот Одри был открыт, и мужчине оставалось лишь ловить её вскрики, каждый раз, когда он задевал нужное место. – Ты этого хотела, детка? – В очередной раз толчок пришёлся в ту самую точку. – Да! Стэн, да, это то, чего я хотела, – задыхаясь от жара и наслаждения, Одри царапала его спину. – Я будто таю. Не хочу упасть! – Я держу, куколка, всё в порядке. Мне кажется я сейчас кончу, сделаешь это со мной? Девушка активно закивала и врезалась в губы Пайнса, ожесточённо целуя его. Она прокусила ему нижнюю губу, когда внутри всё вспыхнуло от наступившего оргазма. Стэн рвано дышал, покрывая спермой внутреннюю сторону девичьих бёдер. Подняв глаза, он снова поцеловал Одри, но теперь уже не спеша, со всей нежностью, которую можно было вложить в это действие. Он нащупал рукой лейку душа и направил вниз, сдерживая обещание не смотреть. Одри сама смыла с них следы секса, иногда задевая постепенно обмякающий член, который всё ещё подрагивал. Стэн не переставал покусывать её плечи. Спустя время они уже сидели на кухне, где Пайнс настоял на том, чтобы забинтовать, хотя бы немного, ладони девушки. Она, в свою очередь, решила не предпринимать попыток остановить его и увлечённо рассказывала о том, что и кого они сегодня видели. Стэн иногда хмыкал, особенно на части про рвотную пыльцу фей. Он с осторожностью покрывал бинтом руки, не касаясь ссадин, хотя перевязывал он довольно туго, чтобы точно не слетело. Всё это напомнило Одри их тренировку по боксу, чем она и поспешила поделиться. – Надо будет повторить, а то пойдёшь с умниками в лес, а отпор дать не сможешь. – Но у меня же есть ты, а ты прибежишь и защитишь меня ото всех. Правда же? Пайнс снова хмыкнул. – Я просто оставлю тебя дома, вот и всё. – Ладно, такой расклад меня тоже устраивает.