Часть 18

Саран плохо спала ночью, и те сны, что все-таки забредали в ее уставший разум, больше походили на бред. Проснулась она тоже рано и решила не терять ни минуты перед приездом Хосока. Правда, большая часть ее активной деятельности сводилась к тому, что Саран просто ходила из угла в угол, кусая губы, а Мерзавчик бегал за ней и грыз голые пятки. Ей казалось, что она в жизни так никогда не волновалась. В голове было так пусто, что она даже не могла придумать им более или менее адекватный досуг. Такое настроение никуда не годилось. Саран успокоила дыхание и уселась за стол на кухне. Хосок пробудет у нее два дня, а потом сразу улетит к семье. Предполагается, что эти два дня им надо что-то есть, а значит, следует что-нибудь приготовить. Саран радостно хлопнула в ладоши: найдя себе цель, она тут же приободрилась. Вскоре ее маленькая квартирка-студия наполнилась пряными ароматами, а Саран не заметила, как пролетело время. В реальность ее вернул телефон, который возвестил о новом сообщении. Хосок написал, что скоро будет. — О боже! Она схватилась за щеки, потом за голову, а после начала торопливо скидывать в мойку грязную посуду. Открыла, закрыла кран. Побежала к зеркалу, снова схватилась за телефон. Опять посмотрела в зеркало: на щеке красовалось засохшее пятно кетчупа, гулька на голове превратилась в осиное гнездо, а пуговицы на пижамной рубашке были неправильно застегнуты. Саран удрученно выдохнула и глянула на экран телефона: пришел ответ от Мири на ее истеричное «Что мне делать?». «Надень шорты, сними лифчик», — коротко и ясно. Саран густо покраснела и прикрыла рот рукой. Однако сообщение все же подействовало на нее отрезвляюще, и для начала она решила умыться. Холодная вода остудила голову, и больше ей не грозил микроинсульт. Потом Саран распустила волосы, подкрасила губы и ресницы и улыбнулась себе немного скованно, но уже спокойно. Переодеться тоже не помешало бы, поэтому вернувшись из ванной, она задумчиво заглянула в шкаф-купе. Вопреки совету Мири, она все-таки решила, что щеголять без нижнего белья будет слишком уж вызывающе, однако, прикусив губу, выбрала новый комплект. И сменила пижамные брюки на шорты. Саран домывала посуду, когда раздался звонок в дверь. Она вздрогнула, а Мерзавчик галопом пронесся под диван: за последние месяцы он уже привык, что, когда кто-то приходит, его обязательно куда-то тащат с насиженного места, так что предпочитал сразу валить подальше. Саран закрыла кран, вытерла руки и пошла открывать. Хосок предстал перед ней в образе серийного убийцы. Он был весь в черном, укутан с головы до пят, так что не было никакой возможности его узнать, хотя весь его вид был донельзя подозрительным и несомненно привлек чье-нибудь внимание. Когда он приподнял козырек кепки, Саран увидела его веселые глаза и скорее пригласила войти. Стянув с лица маску, Хосок тут же начал принюхиваться с видом самого искушенного сомелье, улавливая аппетитные ароматы, доносившиеся с кухни. — Я голодный, — с улыбкой сказал он. Саран рассмеялась и вместе со смехом скинула со своей души неподъемный камень. Все ее волнение было пустым, и теперь она была бесконечно счастлива, что они просто побудут вдвоем. Хосок тоже не скрывал своей радости. Он улыбался во весь рот, даже пока молча расшнуровывал кроссовки. Когда он разулся, Саран убрала его обувь в шкаф. — Если этого не сделать, то уезжать тебе придется босиком, — ответила она на его немой вопрос. Мерзавчик тем временем с любопытством выглянул из-за дивана, словно почуяв, что речь зашла о нем. Он-то привык, что все его беды от женщин, но мужчина в этой квартире — нонсенс. Однако когда Хосок позвал его, кот снова спрятался. Когда чемодан был убран в шкаф, Саран провела парня на кухню, и они уселись за стол. Хосок взял ее за руку, а потом вдруг весело воскликнул: — Официант! Саран рассмеялась и поднялась с места, сказав, что у них в заведении самообслуживание. Вздохнув, она подумала, что в ближайшее время им ничего более романтичного не светит: ни о походе в кино или кафе, ни о простой прогулке по улице или к морю не могло быть и речи. Оставалось только разыгрывать забавные сценки и наслаждаться тем, что есть. Пока она накладывала в тарелку обжаренную лапшу с мясом, Хосок искоса поглядывал на ее голые ноги. Пытаясь зацепиться взглядом за что-то еще, он блуждал глазами по стенам, но ничего примечательного там не находил, неминуемо возвращаясь к мягким женственным изгибам. — У вас все работницы такие красавицы? — спросил он, когда Саран поставила перед ним еду. — Нет, только я, — ответила Саран, показав язык. На какое-то время пространство заполнили красноречивое чавканье, причмокивание и бесконечные комплименты в ее адрес. Саран с умиленной улыбкой наблюдала за Хосоком, иногда воруя еду из его тарелки. Она была неголодна, но, глядя на его энтузиазм, не могла удержаться. — Твои тренинги закончились? — спросил он, попивая сок. — Да-а, — с облегчением протянула Саран. — Последний был не так уж плох. Мы с Мири оказались в паре и должны были водить друг друга по лестницам, пока у одной на глазах повязка. Мы сделали вид, что заблудились, и на остаток тренинга опоздали. Хосок хитро сощурился, но комментировать их проказу не стал. Вместо этого он спросил: — Зачем повязка? — Сумин-сонбэ сказала, что это упражнение на установление доверия. Повезло, что я не оказалась с Лиен. Сомневаюсь, что за эту неделю мы хоть чуть-чуть сблизились, — сказала Саран и, вспомнив, добавила: — А, еще мы поворачивались спиной и ловили друг друга. — О, это интересно! — воскликнул Хосок, вставая и потирая руки. — Давай проверим наше доверие. Саран начала было отпираться, что не хочет, и вообще это детская забава, которая ничего не значит, но Хосок развернул ее спиной к себе и не стал ничего слушать. — Если обернешься, я обижусь, — сказал он, на что Саран удрученно засопела. Соблазн оглянуться был велик, потому что Хосок подозрительно притих. Он не давал никаких команд и, кажется, даже дышал специально тише. — Хоби? — позвала Саран, надеясь, что он откликнется или хоть как-то обозначит свое присутствие. — Ты ведь не ушел? Он по-прежнему стоял позади нее, улыбаясь и кусая губу, чтобы не рассмеяться в голос и не выдать себя. — Ну так нечестно! — воскликнула Саран, притопнув ногой. Тяжело вздохнув, она зажмурилась и на всякий случай морально приготовилась отбить копчик. Однако через секунду ловкие руки подхватили ее чуть выше талии и удержали от падения. Саран открыла глаза и встретилась с довольным взглядом Хосока. — А ты боялась, — сказал он. Саран выпрямилась и оперлась спиной о его грудь, кладя голову парню на плечо. Нахлынуло вдруг странное чувство, словно время остановилось, словно весь мир был в этой маленькой квартире, а за ее дверьми — ничего. Она закрыла глаза, растворяясь в ощущении близости, и накрыла ладонями руки Хосока, которые крепче обхватили ее. Жар ударил ей в голову, словно пузырьки шампанского, когда его губы коснулись ее кожи чуть ниже скулы. Саран запрокинула голову, открывая шею для его ласк, и задышала шумно и порывисто, когда его ладонь скользнула по голой коже на животе. Хосок чувствовал, как мурашки разбегаются под его пальцами, и его поцелуи становились все нетерпеливее. Саран, ощутив резкий напор, мгновенно зажалась, неуютно повела плечами и, когда он развернул ее к себе, мягко уклонилась от поцелуя, привалившись ухом к его груди и слушая бешенное сердцебиение. Хосоку пришлось приложить немало усилий, чтобы успокоиться. Он выдохнул и, не говоря ни слова, начал пальцами расчесывать ее длинные волосы, постепенно возвращаясь в реальность. Он давно уяснил, что на Саран давить нельзя, но усмирить свой темперамент было не так-то просто. Впрочем, в ближайшие дни им некуда спешить. — Раз тренинги кончились, надеюсь, ты перестанешь быть такой врединой, — усмехнулся Хосок, возвращаясь мыслями к прерванному разговору. — Я не была врединой, — пробурчала Саран. — Была, и еще какой! Она хоть и спорила, но чувствовала себя виноватой, потому что сейчас он был прав как никогда. Хосок, решив сменить тему, сказал, что притащил разные фильмы, а Саран пошла на кухню мыть посуду, пока он искал их в чемодане. Мерзавчик, осмелев, выполз наконец из-под дивана и решил разведать, что это за новый человек хозяйничает в его доме. Он подошел и начал обнюхивать Хосока, который напрочь забыл о существовании кота и испуганно шарахнулся, когда что-то пощекотало его руку. — Что такое? — спросила Саран, когда услышала грохот и топот стремглав уносившегося Мерзавчика. — Ничего, ничего, — ответил Хосок, закрывая шкаф. Остаток дня они провели, беззаботно валяясь на диване, смеясь над комедиями и обсуждая планы на ближайший месяц. Хосок сказал, что собирается по возвращении слетать в Японию и хочет взять ее с собой. Саран была в восторге от такой перспективы, потому что совместное путешествие было пределом ее мечтаний, да и в чужой стране они будут чувствовать себя свободнее. Когда Хосок пошел в душ, Саран снова охватило волнение. В голове ее образовался животрепещущий вопрос: а как они будут спать? Ответ на него был только один, как и диван. Решив, что отступать уже некуда, она пошла к холодильнику, налила себе бокал вина, а потом отправилась расстилать постель. Когда Хоуп вернулся, все было уже готово, и Саран прошмыгнула мимо него в ванную, пробормотав, что тоже скоро будет. Хосок озадаченно стал посреди комнаты, почесал затылок и начал нарезать по ней круги. Саран не было бесконечно долго, а он все не знал, чем себя занять, и в итоге пристроился на кухне и начал подкармливать Мерзавчика сыром. Тот мгновенно просек, кто есть друг, а кто есть враг, и уже через пять минут бессовестно терся о его ноги. — Только никому не говори, — сказал Хосок, почесывая его под мордочкой. — Это будет наш секрет. Пока он продолжал изводить на кота запасы провизии, Саран сушила волосы, закрыв глаза и подставив лицо под поток воздуха. От выпитого алкоголя и горячей воды ее разморило, и она чувствовала себя совершенно расслабленной. Настолько, что позволила себе облачиться в кремовую пижаму из шелка и тонких кружев, с улыбкой подумав, что ни один совет Мири не пролетел мимо. Покончив со всеми процедурами, Саран вышла из ванной и выключила большой свет, оставив гореть лишь тусклые ночники. Хосок оторвался от телефона, обернулся и обомлел. Игра теней в розоватом полумраке сделала обстановку настолько интимной, что он невольно задержал дыхание. Саран приблизилась тихо, как кошка, и уселась к нему на колени, обняв за шею. В нос тут же ударил свежий цитрусовый аромат, исходивший от ее волос, так что Хосоку пришлось сглотнуть слюну и нервно улыбнуться. — Прости, что долго. Ты не скучал? — спросила Саран. — Конечно скучал, — сказал он, кладя руки ей на талию. Струящаяся ткань заскользила под его пальцами, задираясь и открывая горячую кожу. Темные глаза Хосока блеснули в темноте, как тлеющие угольки, и Саран прильнула к его губам, не тратя больше времени на разговоры. В этот раз она позволила его рукам гулять, где вздумается, сама прогибаясь и тая от его прикосновений, чем лишь сильнее разжигала желание. Они целовались влажно и шумно, не боясь, что кто-то застукает. Тонкая бретель соскочила с плеча Саран, и Хосок тут же накрыл его губами. Она шумно вздохнула и, взъерошив его волосы, скинула вторую лямку, отчего майка легкой вуалью скользнула вниз, обнажая круглую вздернутую грудь. Хосок сдавленно выругался, утыкаясь лбом ей в ключицу. Саран, которой некоторое время назад стало очень уж неудобно сидеть, заерзала, заставив его зашипеть и до боли вцепиться в ее ягодицы. Она охнула, а потом несмело залезла руками под его футболку, собираясь снять и желая до трепета, до зуда почувствовать его кожу своей. Оставшись в одних штанах, Хосок притянул Саран к себе, очерчивая пальцами мягкие полушария груди и останавливаясь на минуту, чтобы отдышаться. — Держись крепче, кошечка, — хрипло сказал он и, подхватив ее за бедра, понес на диван. *** На следующий день они спали долго, до самого обеда, так что и глазом не успели моргнуть, как пришло время расставаться. Хосок собирался с большой неохотой, а Саран была рассеянна и несколько смущена, отвечала на его вопросы невпопад и даже слегка подпалила завтрак, пока разогревала. Парень списал это на сонливость и не придал особого значения, а зря, потому что если бы он присмотрелся, то заметил бы, что она как-то подозрительно стыдливо прячет глаза. Снова облачившись с ног до головы во все черное, Хосок стянул маску и увлек ее в тягучий прощальный поцелуй. Саран нехотя отпустила его руку и, улыбнувшись напоследок, закрыла за ним дверь. Проследив в окно, как парень садится в такси, она выдохнула и состроила кислую мину. Лавина противоречивых чувств нахлынула на нее, и Саран поняла, что больше не в состоянии оставаться дома. Словно услышав ее мысли, зазвонил телефон. Из динамика послышался веселый голос Мири: — Надеюсь, я вам не помешала, голубки? Саран смущенно засопела и сказала, что Хосок недавно уехал в аэропорт. — Ох, уже? Ну ладно… Слушай, мы со Скай собираемся в чимчильбан на всю ночь, идем с нами? Саран вспомнила, что в бане она в последний раз была еще в старшей школе, когда они отдыхали там всей семьей. Поддавшись ностальгии, она сразу же согласилась, к тому же, лучшего способа расслабиться и отдохнуть было не сыскать. — Тогда встречаемся в семь на Синёнсан. Возьми все, что нужно, утром поедем сразу на работу, — проинструктировала Мири. Сказано — сделано. Саран собралась быстро и вскоре ждала подруг у выхода из метро. Ее терзало смутное подозрение, что Мири, скорее всего, тут же накинется на нее с расспросами, потому что все их девичники неминуемо заканчивались чем-то подобным. Утешало то, что с ними будет Скай, которая всегда умела остудить пыл подруги, однако Саран не была уверена, что это сейчас понадобится. Она и сама чувствовала непреодолимую потребность выговориться, потому что конкретно напортачила и не знала, как теперь с этим быть. Девчонки показались через несколько минут. Мири крепко обнимала Скай за шею, весело размахивая большой сумкой, а Скай неловко улыбалась прохожим, которые с интересом на них косились. Саран помахала им рукой и через мгновение стала второй жертвой дружеских объятий. — Какой хороший день! — воскликнула Мири. — Нужно купить рисового вина по пути. Возражать никто не стал, ибо оно было не крепче пива, поэтому похмелье наутро им не грозило. Затарившись всем необходимым, они отправились в баню. Всю дорогу Мири распылялась о прелестях серьезных отношений и о том, что Чимин предназначен ей судьбой, а Скай многозначительно посмеивалась, вспоминая, как всего пару месяцев назад она говорила совершенно противоположное. Впрочем, сейчас она выглядела действительно счастливой в отличие от того времени. — А что там со следствием? — спросила у нее Саран. — Благодаря Юнхо-аджосси оно сдвинулось с мертвой точки, — сказала Мири, мгновенно присмирев. — Думаю, скоро все решится. Добравшись до чимчильбана, они зарегистрировались и оплатили свое пребывание на ближайшие двенадцать часов. Потом девушки разложили свои вещи по шкафчикам, переоделись в оранжевые робы и решили прогуляться по залам, выбирая место для ночевки с наиболее комфортной температурой. Изнеженная Мири не захотела спать на тонких матах, да и Скай была непривычна к таким условиям, так что они расположились в комнате с кроватями и массажными креслами, после чего направились к парилкам. Когда дело дошло до раздевания, Саран впала в ступор. Не потому что стеснялась — в бане все ходят голые, и это совершенно нормально, — а потому что жаркая ночь не прошла бесследно, что ей совсем не хотелось демонстрировать. Однако прикрыв все, что нужно, густыми волосами, она успокоилась, хоть и успела поймать недвусмысленную улыбочку Мири. — Я так понимаю, проблема решена? — поинтересовалась она, беря Саран под руку и ведя ее к свободному бассейну. Скай, которая еще не понимала о чем речь, тоже с любопытством уставилась на нее. В обычной ситуации Саран непременно смутилась бы, но сейчас она лишь закусила губу, раздумывая над ответом. Проблема, конечно, была решена, но вместо нее появился целый ворох новых. — Все ужасно, — мрачно выдавила она. — Да ладно? — Мири так удивилась, что даже отпрянула от нее. — О чем речь? — не выдержала Скай, но Мири жестом попросила ее подождать. Саран сделала жалобное лицо, а потом закрыла его руками и залилась слезами. Подруги вытаращились на нее, как на приведение, пытаясь уловить смысл в бесконечном потоке слов и стенаний. Когда она замолчала и успокоилась, лишь изредка всхлипывая, Скай взяла на себя роль ее утешителя, потому что Мири надолго потеряла дар речи. — Давай-ка еще раз, — сказала она, наконец собравшись с мыслями. — Ты имитировала оргазм, а потом прикинулась спящей. А ревешь-то ты чего? — Ну… Теперь это и правда казалось глупым. Наверное, она просто чувствовала себя слишком виноватой за то, что все испортила. — Господи, ну и напугала ты меня! — воскликнула Мири, щипая ее за бок. — Я уже такого навыдумывала… Но зачем ты вообще так сделала? — По привычке, — ляпнула Саран. Мири скептически сощурилась, не веря своим ушам, а Скай понимающе вздохнула. — Откуда у тебя такая плохая привычка? Только не говори мне, что ты и с бывшим… Саран удрученно кивнула. — Постой-ка. А ты вообще когда-нибудь кончала? Немножечко? Малюсенький оргазмик? — прошептала подруга с надеждой. — Не уверена. Мири вторично онемела и уставилась перед собой, переваривая информацию, которую ее мозг не был способен постичь. — По статистике только тридцать процентов женщин испытывают оргазм, — заметила Скай. — Некоторые вообще только после первых родов. — А ты испытываешь? — с наивной простотой поинтересовалась Саран. — Не всегда, — улыбнулась Скай, стараясь ее успокоить, но тут Мири снова ожила. — В смысле «не всегда»?! — Ну, я имела в виду традиционный секс, — начала отнекиваться Скарлетт. — Традиционный?.. — переспросила Саран, мысленно гадая, что же подразумевается под нетрадиционным. — Ах ты ж божечки! — подытожила Мири, звонко впечатывая ладонь в собственный лоб. На этом обсуждение столь пикантной темы пришлось приостановить, потому что они не только сами не мылись, но еще и другим посетителям мешали своими воплями. После парилки они немного посидели в бассейне с гидромассажем, а потом отправились в зону отдыха. В большом зале стояло множество маленьких столиков, за которыми сидели семьи, дружеские компании и туристы. Некоторые гости лежали на матах и читали книги, либо смотрели телевизор, либо же просто спали. Девчонки расположились за одним из столов с журналами и легкими закусками и начали разливать по рюмкам вино. — В любом случае вам придется об этом поговорить, — возобновила Мири прерванный разговор. — Думаю, Хосок не идиот и все поймет. Конечно, он не идиот, подумала Саран. Это она идиотка, потому что не поступила так с самого начала. И это после всех разговоров про доверие… — Вообще-то это сильный удар по мужскому эго, — с сомнением протянула Скай. Мири цокнула языком и закатила глаза. — В отношениях всегда надо чем-то жертвовать. Скай вздернула брови и громко рассмеялась, предвкушая новую тираду о том, как подруга стала на путь исправления. — Какая свежая мысль! И давно ты в курсе? Мири недовольно поморщилась. Ей пришлось пожертвовать как минимум своим личным пространством: у Чимина были все ее пароли и даже ключи от дома, и хоть он этим не злоупотреблял, она чувствовала себя на коротком поводке. Но так ей, по крайней мере, не в чем было себя упрекнуть. — И вот еще что, — сказала она, меняя тему и снова обращаясь к Саран. — Ты должна лучше знать свое тело. Как он поймет, от чего тебе хорошо, если ты сама не понимаешь? И не надо так смотреть, будто я тебя прошу в крови девственниц искупаться! Саран робко улыбнулась и покрутила в руках рюмку с вином. Она поняла, что ничего такого нет в откровенных разговорах, и ей стало легче. Как только Хосок вернется, она все ему объяснит.