Тысяча глаз

Даже отрубленная голова волка кусается

Даэлай Мо думал закрыть свою лавку навсегда после случая с Щуэ, но на удивление даже слухи не поползли, и поток клиентов не уменьшился. В очередной раз всë обошлось. В конце лета, когда ночами уже начинает холодать, клиентов всë равно становится меньше, и демон позволял себе иногда запереть лавку на всю ночь. Он прогуливался по главной площади Пристани, закупаясь и разговаривая со старыми знакомыми. — Так это Вы владелец лавки чудовищ? — одной ночью Даэлая Мо крепко за руку схватил воинственного вида человек. За плечом у него был лук, а на поясе меч. Рядом кругами ходил большой угрюмый бурый пëс, похожий на маленького медведя. — Что, Мо, схватили тебя за твои лисьи хвосты? — не удержался от подкола тучный демон за ближайшим прилавком, хохоча. — Успел опять продать какую-то дрянь под видом обычной животинки? — Замолчи, — шикнул Даэлай Мо, а затем тут же повернулся к незнакомцу. — Простите, господин, но я Вас впервые вижу. — Понятное дело, что впервые. Мне Вас порекомендовал мой друг. Он годом ранее купил охотничьего пса. Я пришëл за тем же. — Вам срочно? — попытался вырваться демон. — Да, — крепче сжал руку мужчина. Некоторые торговцы и лавочники захохотали. Испуганный настойчивым клиентом Мо им показался удивительно забавным. А когда мужчина потащил несчастного демона в сторону лавки, смехом разразились уже все... ...— И не за чем было меня тащить, я бы и сам дошëл, — буркнул Даэлай Мо, открывая дверь своей лавки. — У меня нет времени на прогулки, мне нужно скорее. — Эх люди. Спешат всë время куда-то, спешат. Проходите. Охотник буквально влетел в лавку, чуть не снося клетки и аквариумы. — Можно и поосторожней! — возмутился демон. — Тесно у Вас тут... «— Это Вы широкий, а не лавка маленькая» — подумал про себя торговец. Похоже, пëс охотника угадал мысли Даэлая Мо, ибо зарычал и норовил укусить несчастного. Демон вовремя отпрыгнул, недовольно цыкнув. — Никогда не ладил с охотничьими собаками. У нас с ними... Взаимная неприязнь. — Мне всë равно, как Вы и кому относитесь. Я пришëл за собакой, покажите мне их, или я ухожу. Демон чуть не задохнулся от возмущения, но и терять прибыль желания не было никакого. — Ладно! Ладно! Вон дверь, выбирайте! Только меня оставьте в покое! Мужчина довольно ухмыльнулся и подозвав своего пса поспешил было к указанной двери, но торговец его остановил. — Ну что ещë? — Пса своего здесь оставьте. Мне не нужны лишние щенки. — И не подумаю! Даэлай Мо не собирался больше терпеть наглеца и, схватив того за шиворот, обнажил острые звериные клыки: — Прекратите паясничать. Я терпелив, но всему же есть предел! Если не хотите вылететь отсюда по частям и в мешках, то лучше прекращайте, пока не поздно! Мужчине показалось, что пространство вокруг него стало уже. Словно сотни тысяч злобных глаз обратили свой голодный взор на мужчину, собираясь разодрать на куски. Проникающий под кожу, колющийся, животный страх заполнил собой всë нутро. Заметив, как клиент сжался и явно стал тише, а заодно не возмущается, Даэлай Мо отпустил бедолагу и легонько подтолкнул. — Давайте быстрее, не только у Вас мало времени... ...— Пу-пу-пу... Вы уверены, что хотите взять ЭТО? — демон конечно хотел избавиться поскорее от неприятного клиента. Он ни за что бы не подумал, что тот схватит первое попавшееся существо и даже не узнав, что именно он схватил, соберëтся купить и умчать поскорее. Павлин в клетке у стойки с вытаращенными глазами глядел на невиданное чудо, сидящее на руках клиента. — Да. Я не уверен, что это, но... Оно мне нравится. На руках у мужчины было животное, похожее на волка, только больше, с короткой пыльно-бурой шерстью и с длинными, как у зайца, ушами. И было кое-что ещë. Глаза. Они были по всему телу у существа, кроме лап и живота. И каждый этот медовый кошачий глаз следил за своим хозяином с каким-то щенячьим восторгом и обожанием. — Пуфффф... Ладно, как скажите, — торговец протянул мужчине бамбуковую дощечку. — Вот контракт. Подписывая его, Вы подтверждаете, что ознакомлены с условиями содержания синь чжао. Не утруждайте себя, я и сейчас их озвучу... — Синь чжао? «Наблюдающий»? — Да, эти прекрасные звери так названы из-за глаз, расположенных по всему телу. Они совершенные охотники, перенявшие всë самое лучшее у волков. Единственное специфичное условие содержания: не допускать встреч с собаками противоположного пола. — А попроще можно? Даэлай Мо обречëнно вздохнул. — Проще говоря, нельзя скрещивать синь чжао и обычную собаку. Их потомки хоть и мелкие, но невероятно злобные. — Понял... Эй, а почему так дорого?! — охотник указал на сумму в договоре. — Ну так. Вы покупаете не обычное создание. Это раз. Она лучших кровей. Это два... ...Первым делом, выйдя из демонического города, охотник решил похвастать новым питомцем всей деревне, в которой жил. Необычная тварь вызывала восхищение, страх и зависть. — Моя Маоен принесëт мне удачу, — охотник почесал зверя между ушами, и тот довольно заурчал. — А как по мне только несчастье, — сестра охотника недоверчиво глянула на синь чжао. — А-И, люди боятся еë. Они и так раньше на тебя косо смотрели из-за твоего... Характера. А тут ещë это глазастое нечто. — Да брось, я же не собираюсь еë ни на кого спускать. — Ты так перед каждой пьянкой говоришь, а потом твой пëс кого-нибудь обязательно покусает. — Это было всего-то пару раз! — На пару раз больше, чем надо, — удручëнно вздохнула сестра. Но на удивление своего хозяина Маоен не слушала, когда тот был пьян. Она смиренно сидела рядом, наблюдая за всем вокруг, а в особенности за людьми, проходившими рядом, делая вид, что не слышит хозяина. — Цинь И, ты бы держал подальше от людей своих псин. Они теперь вдвоëм будут на всех кидаться? — некоторые знакомые шарахались, стоило цепкому и любопытному взору синь чжао обратиться к ним. — Они тебя трогают? Нет. Вот и ты, ик, меня и их, ик, не трогай! Синь чжао приносила удачу охотнику. — Моя прекрасная Маоен. Лучше тебя никого нет, — Цинь И нахваливал синь чжао как мог, а та отвечала лаской и новым трофеем. Каждый поход в лес заканчивался удачно, дичь будто сама лезла к Цинь И. И это не могло не вызывать зависти даже у его друзей. И зависть то была чëрная, застилавшая и занимающая собой всë. Когда Цинь И задумал разводить своих псов, для самой что ни на есть стаи, наплевав на предостережение торговца, люди в деревне ужаснулись: куда больше жутких тварей? Новые монстры росли неимоверно быстро, были шумными и дикими, злобными. В один прекрасный момент терпению людей пришëл конец, страх взял верх над разумом, а зависть сделала сердца темнее бездны, сподвигнув на банально — убийство. Но ни Маоен, ни еë дикое потомство догнать не удалось...

***

...— А потом она вернулась через месяц и перебила всех причастных, — весело закончил свой рассказ Даэлай Мо. — Ты чудовище из чудовищ, — поморщился Сюэ Тяньлэ. — Они все сами виноваты, — фыркнул демон. — Этот Цинь И меня не послушал, а люди уже от него устали, судя по тому, что мне рассказала Маоен. Дурацкое имя для собаки... Заклинатель только головой покачал. Вряд ли юноша сможет переубедить демона, считающего людей никчëмными созданиями на протяжении всей невероятно долгой жизни. — Таааак, а дальше у нас... — История с цюнци. Я прям ждал, когда ты о нëм спросишь. Предлагаю тебе узнать всë из первых уст, от него самого. Оставляю вас на едине, мне некогда, — и Даэлай Мо упорхнул вглубь лавки. Сюэ Тяньлэ остался один. Во всяком случае, он так считал. — Так это ты тут всë разнюхиваешь? — послышался бархатистый, словно мурлыканье кота, голос за спиной юноши. Заклинатель от неожиданности подскочил и моментально достал меч, но возле его горла уже мерцало в голубоватом свете Луны острие копья. — Убери клинок в ножны, вьюноша, — словно из ниоткуда вышла Юйхуа, ласково потрепав Тяньлэ по голове. Строгий взгляд белëсых глаз обратился к еле-уловимой тени, держащей копьë. — И ты, Му Ифань, будь добр, опусти оружие. Даэлаю Мо не понравится, если здесь прольëтся кровь. Тень послушно убрала копьë от заклинателя, а юноша недоверчиво вложил меч в ножны. — Любопытство не порок, Ифань, — продолжила Юйхуа. Сюэ Тяньлэ поперхнулся, вспомнив, что сама таотэ не так давно жаловалась на его «чрезмерное любопытство». — Мне не нравится, как он обращается с господином, — рыкнула тень, сверкнув янтарными глазами. Жуткие же звери — эти цюнци! — Даэлай Мо много дел натворил в своë время, и гнев людей в его сторону понятен. А этому вьюноше нужно утолить жажду любопытства. В конце концов, когда ещë удастся так просто пообщаться с сильнейшими из разного рода тварей? — Так говоришь, будто сама тварью не являешься, — фыркнул некий Ифань. — Я просто отношусь ко всему этому проще. Не мни себя великим защитником правды и справедливости, сам творя бесчинства и поощряя лжецов. Просто расскажи, что было. От тебя не убудет, язык не отсохнет. Послышался низкий, утробный рык, и тень обрела черты, цвет и осязаемую форму. Тяньлэ почувствовал, как содрогается воздух вокруг. Представшее создание выглядело как громадный мужчина, касающийся макушкой потолка. На нëм были тëмные доспехи, кое-где покрывшиеся ржавчиной. Чëрные, как уголь, волосы словно линии туши струились по броне. Сквозь них проглядывались такие же чëрные тигриные уши с белыми кончиками. Сам он выглядел свирепо, бледное, исполосованное шрамами лицо искажала гримаса призрения. — Сделай морду попроще. Сам недавно жаловался, что никто с тобой говорить не хочет, теперь я понимаю, почему, — нахмурилась таотэ. Ифань скривился, но послушал Юйхуа, стукнув тяжëлым чëрным хвостом по полу. Заклинатель невольно дëрнулся, не сводя глаз с хвоста. Длинный, с белыми полосами, больше похожий на змею. Послышалось шуршание. Из-за спины цюнци показались потрëпанные белоснежные крылья, лишëнные кое-где маховых перьев. Одно из крыльев, казалось, было изогнуто под странным углом. — Слушай внимательно меня, человек. Закрой свой рот, и не задавай глупых вопросов, раз хочешь что-то от меня узнать! — Ифань! Какой грубиян, — Юйхуа плавным движением руки отвесила громадине ощутимый подзатыльник. — Ты перед кем тут красуешься, м? Ну-ка прекращай! Сложив руки на груди, таотэ пристально посмотрела в глаза цюнци, и тот, неловко топчась, умерил свой пыл. — Останусь ка я с Вами, вьюноша, — Юйхуа села за стойку и почесала голову павлина, наблюдающим за всем происходящим с разинутым клювом. — Раз уж Даэлай Мо решил избежать ответственности. Му Ифань, ты не на своей родной горе, веди себя подобающе. — Почему он Вас слушает, госпожа Юйхуа? — удивлению Тяньлэ не было предела. — Ну так, маленький ещë, чтобы со мной спорить, — хохотнула таотэ. — Давай, Ифань, чем дольше ты тут стоишь и пыжишься, как ëж, тем больше времени отнимаешь у самого себя и нас двоих. Павлин в клетке возмущëнно крикнул. — Троих. У нас троих, — поправилась Юйхуа.