Глава третья. Друзья

      Едва Гермиона присела на садовые качели, как ей на колени мягким ядром приземлилась чёрно-белая кошка. Девушка провела рукой по шелковистой шёрстке от головы до основания хвоста и повторила. Табита ответила на ласку громким мурчанием и, потоптавшись на месте немного — не забывая выпускать острые коготки, чтобы девчонка не сильно обольщалась, — улеглась клубочком. Не прекращая поглаживать тёплый громко мурлыкающий комочек, Грейнджер откинулась на спинку сиденья и посмотрела на слегка покачивающееся тёмно-синее небо. Далёкие звёзды сверкали на своих местах в вечном узоре. Некоторое время спустя она услышала тихие шаги, затем голос Тео:       — Перевариваешь ужин?       — Точно, — фыркнула Гермиона.       — Можно присесть к тебе? — с подчёркнутой вежливостью поинтересовался он.       — Если я откажусь, ты ведь притворишься, что у тебя случился внезапный приступ глухоты или не расслышал мой ответ из-за пения ночных насекомых, — колко ответила девушка.       Нотт опустился рядом с ней на сиденье. Кошка тут же встала и перебралась на его колени. Она встала на задние лапки, положив передние ему на грудь, и потёрлась мордочкой о мужской подбородок.       — Предательница, — буркнула Грейнджер.       — Всего лишь кошка, — снисходительно сказал Теодор и почесал Табиту за ушком, затем с осторожностью, подобно той, с которой следует ступать на весенний лёд, произнёс: — Так значит, ночной воздух ещё не остудил твою злость.       — Я не злюсь, — угрюмо ответила Гермиона.       — Ладно. Ты не злишься, но дуешься, — откровенно дразня собеседницу, прокомментировал Тео.       Гермиона выждала небольшую паузу, которая заставила его нервничать, вздохнула и недовольным тоном ответила:       — Я считаю, что имею полное право дуться на тебя, — она повернула голову к нему и, глядя в глаза собеседнику, с укором спросила: — Вот скажи мне, зачем ты убедил Пэнси пригласить нас с Невиллом на ужин?       — Я не убеждал её… — возразил он.       — Мне-то не ври.       — Я не убеждал Пэнси, а просто предложил ей пригласить тебя и Долгопупса, сказав, что вчетвером будет весело, — гладя растянувшуюся на груди кошку, невинным тоном ответил Нотт. — Так, кстати, и было поначалу, но я переоценил свои предположения, что вы трое достаточно взрослые, чтобы забыть детские склоки.       Сощурив глаза, Гермиона смерила Теодора строгим взглядом и с едва заметным упрёком сказала:       — Ты цитируешь мои слова.       — Разве? — приподняв левую бровь, искренне удивился он.       — Да, помнишь, на седьмом курсе я предложила тебе присоединиться ко мне, когда пошла на встречу с Роном и Гарри? И дело едва не закончилось дуэлью.       — Очень смутно припоминаю тот случай, — соврал Тео.       На самом деле он прекрасно помнил тот день, когда Гермиона сделала первую попытку подружить своего нового друга с Поттером и Уизли.

~~~

      Была последняя суббота октября. Тео покинул Хогвартс одним из последних, и поэтому дорога до Хогсмида была пустынной. Погода стояла неидеальная, но вполне сносная: сквозь рваное жемчужно-серебряное покрывало туч проступали голубые прожилки неба и солнечные лучи, а в воздухе вместе с пряным ароматом опавших листьев и влажной земли чувствовалась прохлада поздней осени. Нотт планировал пополнить запасы чернил и тетрадей, которые очень неожиданно закончились. Он успел преодолеть половину пути, когда его окликнула Гермиона:       — Тео!       Он почти сразу остановился и обернулся. Заметив, что привлекла к себе внимание, Грейнджер широко улыбнулась и помахала ему. Нотт поднял руку, а уголки его губ дрогнули в ответной робкой улыбке. За минувшие два месяца он и гриффиндорская звёздочка очень сблизились: немало времени они проводили в библиотеке за одним читальным столом, деля между собой книги и мнение о них, вместе ходили между кабинетами, если у них совпадало расписание. Значительной ложкой дегтя была Джинни, которая считала себя будущей золовкой Гермионы и то и дело давала советы подруге по поводу общения со слизеринцем, некогда состоявшим в приятельских отношениях с Малфоем. Также Уизли не стеснялась в колкостях в адрес Нотта. А вот Луна была совсем не против общества Теодора. Ей каким-то образом удавалось сглаживать острые углы в беседах, когда они собирались вчетвером.       — Я думала, что ушла из замка самой последней, — сказала Грейнджер, сократив разделяющее их расстояние до половины шага.       — Точно так же считал, — ответил Тео.       Ему хватило одного взгляда — не особо внимательного, — чтобы догадаться о причине, по которой девушка задержалась. Вместо пышного вороньего гнезда её волосы были уложены гладкими выпрямленными прядями. Губы были подкрашены нежно-розовой помадой, а милые веснушки — Нотт питал к ним особую нежность — исчезли с лица девушки. Их исчезновение вызвало у него огорчение, а ещё злость, в которой слышался первый звоночек ревности. Да и одета она была наряднее обычного.        — У тебя свидание с Уизли? — озвучил свою догадку Теодор.       Прежде чем ответить, Гермиона лучезарно улыбнулась. Свет её улыбки отразился в карих глазах, заставляя их сиять.       — Да… то есть у нас не совсем свидание, — ответила она и пояснила: — У него и Гарри сегодня тоже выходной, и мы договорились встретиться. Я так по ним соскучилась. Хотя Джинни уже могла заполучить Гарри в своё личное пользование. А у тебя какие планы?       — Для начала я хочу заглянуть в «Фолианты и свитки» и «Писарро» — нужно пополнить личные запасы, — затем в «Сладкое королевство» или «Чайный пакетик Розы Ли».       — А может, присоединишься к нам? — предложила Грейнджер.       Это было неожиданно для него, да и для неё, судя по мелькнувшей на её лице тени замешательства. Она определённо поддалась радостному моменту.       — Не думаю, что Уизли и Поттеру понравится, если я присоединюсь к вашей компании.       — Но, Тео, ты тоже мой друг, — мягко возразила Гермиона.       «Друг» попало ему в душу и, словно взрывная карамель, наполнило сердце искристой сладостью.       — Да, но не стоит меня брать с собой. Вспомни, какие кислые мордашки строит Джинни, когда я рядом. Сомневаюсь, что им больше, чем ей, придется по вкусу моё общество.       Слова, которые должны были стать для девушки вежливым способом забрать предложение, наоборот, возымели другой эффект.       — Я сейчас пошлю им патронуса, — колдунья вынула из кармана волшебную палочку, — предупрежу их, что приду не одна, — призвав заклинанием серебристую полупрозрачную выдру, сказала послание для друзей: — Привет, мальчики, займите столик побольше: я буду с другом.       В ту же секунду, как она замолчала, дымчатый зверёк унёсся вперед, в сторону Хогсмида. С беззаботной улыбкой Грейнджер подхватила Нотта за локоть и бодро произнесла:       — Ну что, идём дальше?!       — Идём, — с некоторой натянутостью ответил он.       Одна его часть была полностью уверена в том, что грядущая встреча будет полной катастрофой, но вторая, заглушившая голос рассудка, наслаждалась близостью девушки. Под её влиянием Теодор был готов следовать за Гермионой, словно верный щенок или телёнок. Поддавшись слабости, он согласился на замысел новой подруги, который — как и немалое число её преследующих благую цель планов — с треском провалился.       Первая совместная встреча старых друзей и нового друга Гермионы завершилась через двадцать минут из-за меткого ответа Нотта на едкий комментарий со стороны героев Второй Магической, за которым последовал гневный возглас Рона:       — Выйдем на улицу, слизеринец, и решим вопрос как следует.       — Как пожелаешь, Уизли, — с холодной надменностью ответил Теодор и обратился к Гарри: — Желаешь присоединиться к другу?       — Безусловно, — ответил Поттер.       Парни мгновенно встали со своих мест. Прекрасно видя к чему всё идёт, Грейнджер тоже вскочила на ноги и громко воскликнула:       — Прекратите это сейчас же! Если вы не сядете обратно на свои места, то можете… — она запнулась, чтобы придумать подходящую угрозу, — то можете вычеркнуть меня из списка своих друзей.       Троица дуэлянтов застыла на полпути к выходу и переглянулась между собой. Их взгляды говорили о том, что хоть пыл их и подостыл после слов подруги, но желание сражаться вовсе не угасло. Первым из них заговорил Рон.       — Герми, слизеринец первый начал, — обвиняющим тоном заявил Уизли.       — Используй, пожалуйста, имя, а не принадлежность к факультету, — сделала замечание девушка. — Его зовут Теодор…       — Гермиона, он из шайки Малфоя, — угрюмо буркнул Гарри, которого задела угроза лучшей подруги, и сквозь сжатые зубы добавил: — И водился не только со школьными хулиганами… — бросил говорящий взгляд на левое предплечье Нотта.       Выпад Гарри был равносилен для Тео удару в солнечное сплетение. От внимания Гермионы не ускользнула тень боли в его глазах. Львиная часть её души страстно хотела растерзать обидчиков друга, которые — к их счастью и огромной удаче — тоже были её друзьями. Находясь меж двух огней, девушка скрестила руки на груди и сердито бросила друзьям:       — Ох, Мерлин! Всё-таки я переоценила свои предположения, что вы трое достаточно взрослые, чтобы забыть детские склоки!       Её гневное восклицание, словно хорошая пощёчина, мгновенно отрезвило их. Пока Поттер и Уизли растерянно переглядывались, словно ища друг у друга план действия, Тео положил руку Гермионе на плечо и сказал:       — Мне лучше уйти, — заметив, что девушка открыла рот, чтобы возразить ему, продолжил: — И, пожалуйста, не надо меня останавливать, — и с едва заметной улыбкой добавил: — Увидимся позже в библиотеке.

~~~

      — А я хорошо всё запомнила, потому что тогда была ужасно зла и в то же время мне было очень страшно, — посмотрев на ночное небо, сказала Гермиона.       — И почему тебе было страшно? — поинтересовался Тео.       — Сама не знаю, — пожав плечами, уклончиво ответила девушка.       — Признайся честно, что ты боялась, что мы друг друга поубиваем, а тебе потом пришлось бы платить за ущерб имуществу, которое мы бы нанесли.       — Ты меня раскусил, Тео, — старательно пряча улыбку, сварливо произнесла Грейнджер.       Нотт поджал ноги и оттолкнулся ими от земли, чтобы раскачать качели чуть сильнее.       — Не раскачивай сильно, Тео, а то у меня случится приступ морской болезни, — с каплей яда в голосе попросила Гермиона.       — Хорошо, не буду…       На некоторое время между ними повисло молчание, наполненное умиротворяющими звуками деревенской ночи. Заметив, что руки Грейнджер скользнули к плечам — этот жест выдал, что ей прохладно, — Теодор аккуратно, чтобы не потревожить сон Табиты, снял свой пиджак и укрыл им девушку.       — Спасибо, Тео, — поблагодарила она, понимая, насколько продрогла, лишь ощутив на себе прикосновение всё ещё очень теплой от его тела ткани.       — Не за что, — ответил тот и продолжил: — Мне, правда, очень жаль, что всё так вышло, Гермиона. Если я бы не увидел в кухонном окне милую сцену, как Пэнси кормит с ложки Долгопупса — а после не услышал, как непринужденно они болтают, — то даже не подумал бы предложить ей провести совместный ужин.       — И не увидел бы тогда, как мы с Паркинсон запускаем друг в друга бисквитом королевы Виктории, — с иронией заметила Гермиона.       — Такая трагическая потеря, — с печальным вздохом произнёс Тео и быстро добавил: — Это я о бисквите… Хотя вишня тебе подошла бы больше, чем клубника, ты выглядела очень даже прелестно.       Девушка невольно улыбнулась его словам — они были одновременно глупыми и милыми, — но тут же прогнала улыбку с лица и строго произнесла:       — Я бы хотела, чтобы продукты, особенно сладкие, оставались либо у меня на тарелке, либо в животе, но ни в коем случае не в волосах.       — А ещё было просто удивительно, как тебе и Пэнси одновременно пришло в голову использовать левитационные чары, — с весёлыми интонациями сказал он. — Очень похоже на легилименцию.       — А не считаешь, что ты нас переоцениваешь? — фыркнула Грейнджер.       — Почему же переоцениваю? — удивлённо произнёс Нотт и продолжил: — Вы обе очень талантливые колдуньи и могли изучить легилименцию: ты ради расширения своих умений, а Пэнси — скуки ради.       — Надеюсь, твоя подруга не слишком часто скучает, — с доброй долей иронии прокомментировала Грейнджер.       — По её словам, после того, как она занялась новым бизнесом, свободного времени у неё очень мало.       — Хвала всем великим колдунам! Кто знает, что может прийти в голову той…       — Очень многое, Грейнджер, — перебив её, едким тоном сказала Пэнси, которая материализовалась словно из темноты летней ночи.       — Пэнси, что ты тут делаешь? — выпрямившись, воскликнул Тео.       — Не переживай, Тео, не для того, чтобы вас подслушивать, — огрызнулась та.       — Пэнси, мы вовсе…       Тут в разговор вмешался ещё один голос.       — Почему вы собрались здесь? — спросил Невилл, держа в руках волшебную палочку с излучающим свет кончиком. Судя по надетой на нём пижаме с десятками вышитых мандрагор, он готовился ко сну.       «Наряд настоящего соблазнителя», — про себя прокомментировал Нотт, едва удержавшись от того, чтобы не прыснуть от смеха.       — Мы собрались, чтобы обсудить план похищения твоего гигантского цапня, раз уж твоей очаровательной пижамы нет на бельевой верёвке, — тут же ехидно ответила Паркинсон на вопрос соседа.       — Ты могла бы просто попросить у меня адрес магазина, где можно заказать такую же, — съязвил Долгопупс.       Прежде чем Пэнси успела открыть рот, чтобы продолжить перепалку, Гермиона объяснила:       — Я просто вышла погулять, потом ко мне присоединился Тео…       Болезненный возглас Теодора прервал её: Табита заметила приход своего главного любимчика и прыгнула с колен Нотта, поцарапав его когтями задних лап, на плечо Невилла. Балансируя на неустойчивой опоре, кошка щекотнула его ухо усами и громко замурчала. Паркинсон потянулась за ней и сказала:       — А я тут из-за этой шерстяной попки.       — Значит, мне всё-таки стоит проверить сад на ущерб, — сказал Долгопупс.       — Ты же сегодня говорил, что в этом месяце Табита предпочитает плотоядные томаты, — пытаясь удержать кошку, заметила Паркинсон.       — Как и у хозяйки, её вкусовые привычки весьма непостоянные.       — Вот не надо оскорблять мою кошку, а иначе я устрою тебе…       — Может быть, нам всем стоит выпить чаю? — перебив её, миролюбиво предложил Теодор.       От его предложения у Пэнси и Гермионы вырвался нервный смешок. Второй раз за вечер их мозги одинаково сработали.       — Это не лучшая идея? — поинтересовался Нотт       — Хуже некуда! — выразил общее мнение девушек Невилл — во время десертного побоища ему тоже достался свой кусок бисквита с джемом и кремом — и, прочистив горло, неожиданно для остальных предложил: — Для такого часа больше подойдет бутылочка эля.       — Хм, а мне нравится ход ваших мыслей, профессор Долгопупс, — хмыкнув, сказал Тео и обратился к девушкам: — Что скажете?       — Почему бы и нет, — пожав плечами, ответила Грейнджер.       — Что ж, я как раз хотела попробовать кое-какие закуски для меню, — произнесла Паркинсон.