ГЛАВА ТРЕТЬЯ, в которой Хэ Ми встречает слишком пугливого дядюшку и слишком красивого юношу

      

ГЛАВА ТРЕТЬЯ,

в которой Хэ Ми встречает слишком пугливого дядюшку и слишком красивого юношу

– Осторожно, не споткнись, – вовремя предупредила Ли На. Хэ Ми уже занесла ногу, чтобы войти в лавку, но теперь увидела, что на входе был необычно высокий порог.       Хэ Ми и Ли На перешагнули через него, приподняв полы одежд.       – Это тоже для защиты? – спросила Хэ Ми.       – Верно. Некоторые духи, например, цзянши, не могут перейти высокий порог. После смерти они коченеют и способны передвигаться только прыжками.       В лавке никого не было, вероятно продавец куда-то отошел. Кругом на прилавках лежали груды всяких мелких вещиц. Здесь было и оружие, и одежда, и бытовые мелочи, вроде чайных питомцев, кувшинов или вееров.       – Значит, цзянши – это злые духи? – спросила Хэ Ми, которая при словах о духах теперь представляла кроликов, жаб и собачек, о которых Ли На только что рассказала.       – Духи бывают разными. Цзянши – это что-то вроде вампиров или зомби, они преследуют человека и высасывают его энергию ци.       – И от них защищают печати и высокий порог?       – Да. И еще… – откуда-то сбоку на них обеих высыпалась белая мелкая крупа, – рис…, – тяжело выдохнула Ли На, – Дядя Чжан, ну я же просила так не делать, – расстроенно сказала она, отряхивая одежду от крупинок риса и доставая их из волос Хэ Ми, – сначала посмотрите, кто пришел, потом нападайте.       – А вдруг ты умерла, тебя не похоронили, и теперь ты гуй, злой демон? – раздался голос с той же стороны, откуда только что прилетел рис. – Кажется, у тебя нет потомков, которые могли бы воздать тебе должные почести после смерти? А значит в один прекрасный день ты можешь прийти сюда уже с недобрыми намерениями, – из-за ширмы в углу выглянул низенький мужчина чуть старше средних лет, с взъерошенными волосами и восьмигранным зеркалом с триграммами в руке в качестве еще одного защитного талисмана.       – Уверяю вас, если однажды стану мстительным гуем, к вам приду в последнюю очередь, – горько усмехнулась Ли На, и дядя Чжан вышел из-за ширмы, опуская зеркало, но пока не убирая его насовсем.       Хэ Ми не знала, как ей реагировать. Вероятно, у этого лавочника были причины так бояться злых демонов, но приветствовать посетителей горстями риса и обвинениями в бездетности – это было уже слишком. Удивительно, что к нему все еще кто-то ходит. Хотя, возможно, он продает здесь что-то действительно редкое?       – А это кто? – спросил дядя Чжан, косясь на Хэ Ми.       – Уж точно не злобный гуй, – ответила Ли На, делая над собой видимое усилие, чтобы не закатить глаза, – это новая ученица школы Сылинь, мы пришли подобрать ей волшебные предмет. Все как обычно.       – Ученица значит, – задумчиво проговорил дядя Чжан, обходя Хэ Ми кругом и все еще держась на расстоянии, – может быть, может быть, – вдруг он схватил стоящий рядом зонтик и, сделав резкий выпад, приподнял полы одежды Хэ Ми.       Она вскрикнула от неожиданности, а Ли На загородила ее собой и, достав из волос нефритовую шпильку, направила ее на дядю.       – Опять вы за свое, дядя! – с досадой сказала она. – Я не дам вам пугать моих подопечных.       – Я же должен был убедиться, что она не оборотень! – возмущенно всплеснул руками дядя. – Хвоста у нее нет, хотя бы это я теперь знаю. Хотя, если она научилась скрывать его…       – Хватит, – твердо сказала Ли На, все еще держа в руке шпильку, – она не оборотень, не гуй и не цзянши. Всего лишь волшебница, такая же, как и я.       – А, – махнул рукой дядя, – твоя неосторожность когда-нибудь тебя погубит.       – А вас когда-нибудь погубит склонность задирать чужие юбки.       – Да как ты можешь так обо мне думать! – возмутился дядя и отбросил от себя зеркало и зонт. – Я всего лишь не хочу умереть от лап демонов, а вы все принимаете меня за старого дурака. Или и того хуже…       Ли На убрала шпильку обратно в волосы, увидев, что дядя потерял волю к нападению.       – Дядюшка Чжан, вы не обижайтесь. Помогите подобрать артефакт и мы больше не станем вам докучать, – примирительным тоном сказала Ли На.       – Ладно уж, На-На, – он, видимо, расслабился и даже слегка улыбнулся, – можете осмотреться, если что заинтересует, я подскажу. Давай, малышка Ми, не стесняйся, – обратился он на этот раз к Хэ Ми, стараясь звучать доброжелательнее и, видимо, пытаясь как-то сгладить произведенное впечатление.       Хэ Ми вышла из-за спины наставницы и принялась смотреть на вещи на полках. Глаза разбегались, ей нравилось все, хотелось потрогать каждую мелочь, но она даже не знала, с чего начать, и только продолжила стоять в задумчивости, доставая из волос остатки рисовых зернышек.       – Почему именно рис? – решила спросить она, чтобы отвлечься от мук выбора.       – Ай, молодежь, – махнул рукой дядя Чжан, – всему учить надо. Рис – лучшее средство от демонов, они боятся его. И еще, если кого-то покусал цзянши или другой какой мертвяк, надо сварить рис и приложить к ране, а заодно накормить пострадавшего вареным рисом. Тогда, если повезет, его удастся спасти. Только не каждый сорт риса подойдет. Нужен именно липкий рис.       – Интересно, – сказала Хэ Ми.       – Да, – важно подтвердил он, – запоминай, что дядя говорит тебе, и сможешь выжить и дожить до почтенных лет. И если тебе встретится цзянши, кидай в него рисом, или просто рассыпь на землю. Эти твари страсть как любят все пересчитывать, он отвлечется на крупицы, а ты успеешь сбежать.       – Думаю, я читала про что-то похожее, но там говорилось про монеты, – с энтузиазмом сказала Хэ Ми.       – Ха! – усмехнулся дядя. – Если у кого хватает денег, чтобы ими разбрасываться, то пожалуйста, но мы люди простые, уж лучше обойдемся рисом.       – Давайте вернемся к покупке, иначе мы можем не успеть в школу, – вмешалась Ли На, – Хэ Ми, смотри, здесь есть зонты, украшения, веера, кисти и музыкальные инструменты. Есть даже посохи, но с ними управляться сложнее, так что лучше пока выбери что-нибудь поменьше.       – Я… – Хэ Ми еще раз задумчиво оглядела прилавки. Носить украшения ей не хотелось. Конечно, Ли На выглядела очень изящно со своей волшебной шпилькой в волосах, но на пушистых волосах Хэ Ми такая прическа сможет держаться только благодаря по-настоящему сильному волшебству. Всюду ходить с зонтом ей тоже не хотелось, а музыкальные инструменты пугали ее своей сложностью и недосягаемостью – у нее не было таланта к игре или пению, и она даже не пыталась заниматься этим, чтобы лишний раз не расстраиваться. Хотя иногда ей хотелось спеть или сыграть о своих чувствах, но она не могла позволить себе это сделать даже при отсутствии зрителей, зная, что ее игра и пение не будут безупречными.       – Могу я взглянуть на веера? – наконец спросила она.       Дядя Чжан подошел к прилавку и принялся выуживать веера из наложенных друг на друга вещей и перекладывать их на единственный пустой прилавок.       Веера были всевозможных цветов и размеров. Некоторые были сделаны из плотной бумаги, другие из ткани, был даже один веер, будто собранный из каких-то листьев.       – И они все волшебные? – спросила она, сама не зная, откуда у нее эти сомнения. Видимо, веера все еще казались ей обыкновенными маггловскими аксессуарами.       – Еще бы, – подтвердил дядя Чжан, – все артефакты очень сильные. Возьми какой-нибудь из них и попробуй.       Хэ Ми осторожно подняла большой красный веер и развернула его, держа обеими руками.       – Что мне нужно сделать? – спросила она.       – Пока ты еще в начале пути, и какого-то впечатляющего колдовства, боюсь, не выйдет, – сказала Ли На, – но поскольку врожденные магические способности у тебя все же есть, ты можешь сосредоточиться, к примеру, на одной из стихий и, взмахнуть веером вот так, – она показала движение руки, – это жест для призыва огня.       – Эй, эй, не нужно нам огня, – напугался дядя Чжан.       – На этом этапе вряд ли получится что-то кроме искр, – сказала Ли На, – а их я быстро затушу.       Хэ Ми, не услышав больше возражений, взмахнула веером. Из него действительно вылетели искры и стремительно взметнулись к потолку. Хэ Ми отшатнулась, дядюшка Чжан в страхе схватился за голову, а Ли На проделала быстрое движение ладонью и поймала все искры в кулак, где они моментально погасли.       – Ну как тебе? – улыбнулась наставница. – По-моему для первого раза неплохо.       – Да, – сказала Хэ Ми, тяжело дыша от волнения, вызванного новой для нее магией, – только, кажется, веер слишком большой для меня, тяжело его держать.       – Попробуй этот, – Ли На показала на желтый веер с узорами осенних листьев. Он был меньше почти в два раза и выглядел изящнее.       Хэ Ми взмахнула им и на этот раз помимо искр над веером показался всполох настоящего огня. Ли На тут же потушила его тем же движением руки, хотя уже и не так быстро, как в прошлый раз.       – Хорошо, – улыбнулась она.       – Мне… – Хэ Ми испугалась внезапно возникшего пламени и теперь дышала еще тяжелее, – мне не нравится огонь, боюсь кого-нибудь покалечить. Может попробуем другое заклинание? Как насчет воды?       – Для магии воды лучше всего подойдет вот этот, – сказал дядя Чжан, торжественно поднимая веер из плотного пергамента с изящным рисунком цветущих персиковых ветвей и небольшой бледно-розовой кисточкой, свисающей с рукояти, – он немного тяжелее предыдущего, но зато раскладывается легче.       Хэ Ми сразу почувствовала, что это то, что ей нужно. Она взяла веер в правую руку и стала повторять движения, которые показывала ей Ли На. Там, где проходил веер, в воздухе образовывались капли и струи воды, как будто шел дождь.       – Вау, – сказала Хэ Ми.       – Только не залейте здесь все, – дядюшка Чжан наклонился, чтобы отодвинуть лежащую рядом циновку и уберечь ее от воды.       Хэ Ми решила остановить заклинание и сложила веер, но видимо сделала это слишком резко, потому что напоследок из него водопадом выплеснулись остатки дождя. В основном вода пролилась на пол, но часть попала на дядю Чжана.       – Вот черт, – выкрикнула Хэ Ми по-английски еще до того, как дядя успел что-то сказать, – извините, извините, я не хотела, – затараторила она на китайском, – извините…       Он вздохнул, выпрямляя спину – по волосам и плечам продолжала стекать вода.       – Не страшно, – наконец спокойно проговорил он, махнув рукой и даже немного улыбнувшись.       – Мне очень неловко, – сказала Хэ Ми, немного успокоившись и поняв, что дядя не собирается кричать на нее, ведь после того, каким образом он встретил их, она не была уверена, что еще от него можно ожидать.       – Не бери в голову, – ободряюще сказала Ли На, – я могу все исправить, – она вытянула руки, видимо, чтобы магией убрать воду, но дядюшка замахал руками.       – Нечего, нечего надо мной колдовать, – сказал он, – высохну сам.       Ли На только пожала плечами.       – Так что, вы выбрали что-то? Будете покупать? – спросил он.       Хэ Ми планировала перепробовать все веера, которые продавались в лавке, но теперь она боялась натворить еще бед своим колдовством, поэтому сказала, что возьмет веер с кисточкой. В конце концов, он действительно понравился ей, оставалось только научиться им пользоваться с большей точностью и осторожностью.       Ли На, как и в прошлый раз, попросила записать покупку на счет программы. Они уже собирались уходить, когда дядя окликнул их.       – Погодите одну минутку, – он принялся шарить за одним из прилавков, – Хэ Ми, хочу дать тебе кое-что.       Дядя наконец нашел и протянул Хэ Ми небольшую круглую монетку с узорами и квадратным отверстием в центре.       – Это талисман, – сказал он, – принесет удачу, защитит от зла. Хотя ты едешь в лучшую школу, под защиту самого Лао-цзюня, но мне будет неспокойно, если у тебя не будет своего личного амулета.       – Большое спасибо, дядя Чжан, – Хэ Ми поклонилась ему, и они с наставницей вышли из лавки.       – Не обращай на него внимания, – улыбнулась ей Ли На, – чем он старше, тем большим параноиком становится. Но зато среди кучи хлама в его магазине часто можно найти что-то действительно стоящее, как твой новый веер.       – А это? – спросила Хэ Ми, все еще держа в руке талисман.       – Честно говоря, это не похоже на настоящий волшебный талисман, – пожала плечами Ли На, – скорее он сделал подарок просто из вежливости.       – Понятно, – сказала Хэ Ми, кладя монетку в карман. Ей было приятно получить что-то в подарок, даже если это была бесполезная безделушка и даже от такого своеобразного человека, как дядя Чжан.       – Госпожа Ли, а кто такой Лао-цзюнь? – спросила она.       – Думаю, ты должна его знать. Ты же столько всего читала, – ответила Ли На, но увидев замешательство на лице Хэ Ми, решила перейти на английский, – Лао-цзюнь. Великий философ Лао-цзюнь, написавший «Дао дэ цзин».       – Лао-цзюнь? – переспросила Хэ Ми. – Я думала, его зовут Лао Цзы.       – Ах да, конечно, – улыбнулась Ли На, – его и правда так звали, но после того, как он вознесся на небеса, он принял новое имя, и теперь все называют его Лао-цзюнь. Он долго жил в небесных чертогах, но затем решил вновь спуститься в смертное царство, чтобы открыть школу для юных магов.       – Выходит, Сылинь – это его школа? – удивилась Хэ Ми.       – Вроде того. Поначалу он жил там постоянно, но со временем вновь переселился в небесные сферы, а школу посещает лишь иногда. Но она действительно находится под его защитой. Правда до сих пор никто не нападал на нее, думаю все просто боятся влияния Лао-цзюня, да и учителя там такие сильные и искусные, что никто не рискнет с ними связываться.       – Еще я хотела спросить, – продолжила Хэ Ми, – когда вы тушили искры пламени, и потом, когда собирали воду, вы не использовали свою магическую шпильку. Получается, вы можете колдовать без палочки и вообще без волшебных предметов?       – Несложные заклинания можно осуществить без помощи артефактов, да, – кивнула наставница, – в первую очередь я использую свою шпильку для самозащиты, как оружие, или чтобы наколдовать что-то более грандиозное, чем капли воды и искры пламени. Не переживай, ты тоже научишься всему, это совсем не сложно.       Хэ Ми совершенно не была уверена, что это так уж легко, но оставила сомнения при себе, и просто решила, что она не имеет права не справиться с этим, раз у других выходит.       – И куда мы идем теперь? – спросила Хэ Ми по-китайски.       – Теперь ты поедешь в школу, – улыбнулась Ли На, – нас должны встретить на выходе с рынка.       На выходе их действительно ждали. Молодой человек в таких же одеждах, как у Хэ Ми, только окрашенных в желто-оранжевый цвет с вышитыми узорами, подошел к ним и поклонился наставнице, а та кивнула ему в ответ. Хэ Ми догадалась, что, судя по халату, это ученик школы Сылинь, вероятно старшекурсник. Когда он посмотрел на нее и поклонился, она смутилась от того, насколько он был красивым. Красивее, чем все мальчики и девочки, которых она встречала раньше. Даже красивее, чем Тао Хуа. Его блестящие темные волосы были собраны сзади в небольшой пучок, только две идеально гладкие пряди обрамляли лицо, кожа казалась фарфоровой, а темные глаза как будто светились теплой энергией.       Хэ Ми попыталась взять себя в руки, говоря себе, что нельзя судить людей по внешности, и с уколом совести вспоминая, как на втором курсе сохла по симпатичному учителю, который оказался придурком. Стараясь не пялиться, она поклонилась мальчику и стала ждать, когда их представят.       Ли На посмотрела на часы, и ахнула:       – Боюсь, мне пора бежать, мы немного задержались. Вы же будете в порядке? Ся Мин, это Хэ Ми. Хэ Ми, это Ся Мин, он сопроводит тебя дальше. Ничего не бойся, слушай учителей и у тебя все получится.       Она похлопала Хэ Ми по плечу, кивнула Ся Мину и быстро ушла, словно испарилась. Хэ Ми пришлось снова посмотреть на мальчика и от неловкости она покраснела.       – Не волнуйся, – сказал он, улыбаясь ей и становясь от этого еще прекраснее, – ты привыкнешь.       – К чему? – тихо и напугано спросила Хэ Ми.       – Ко мне, – просто ответил Ся Мин, – к моей красоте.       – Ч-что? – еще тише переспросила она, думая, что неверно расслышала.       – Все реагируют по-разному, – он пожал плечами и зашагал вдоль улицы, рукой приглашая Хэ Ми следовать за ним, – иногда мне кажется, что это своего рода проклятие, хотя порой бывает полезно нравиться всем с первого взгляда. Но когда друзья узнают меня получше, перестают видеть только идеальную картинку. Поэтому и говорю – ты тоже привыкнешь.       – Извини, – ответила Хэ Ми, – я не хотела… – она сама не понимала, что именно сделала не так.       – Да не бери в голову, ты ничего плохого не сделала. Вообще, по правде говоря, ты даже никак не среагировала на меня, – он внимательно посмотрел ей в глаза, – я сам по привычке предположил, что у тебя дух захватывает от моей наружности. Ха-ха, неловко будет, если это не так.       Хэ Ми не понимала, шутит он или нет. Или может быть, дело в языковом барьере. Он так легко говорил о своей внешности, как будто не хвалился этим, а просто констатировал факт. И несмотря на замешательство, она поняла, что после того, как Ся Мин озвучил очевидное, она стала намного легче чувствовать себя в его присутствии.       – Я действительно заметила, что ты красивый, – наконец решилась сказать она, – но не ожидала, что ты будешь говорить об этом.       – Это проще, чем делать вид, что никто ничего не замечает, разве не так?       – Ты прав, – кивнула Хэ Ми.       – Думаю, тебя тоже посчитают красивой, – снова улыбнулся Ся Мин, – не настолько, чтобы это стало проблемой, но все же. У тебя большие глаза, белая кожа… хотя не такая белая как у меня, – он демонстративно положил ладони себе на щеки и прикрыл глаза, – но достаточно белая, чтобы все завидовали. А еще волосы необычные, – он протянул пальцы, указывая на ее кудряшки, а она подняла ладонь, чтобы поправить их, и случайно дотронулась до него, от чего Ся Мин резко одернул руку.       Хэ Ми не была уверена, связано ли это с какими-то нормами приличия или ему просто было так неприятно от ее прикосновения. Ей стало даже немного обидно – она же не заразная. Неужели ему так противно?       – Куда мы сейчас идем? – она решила сменить тему.       – Туда, где менее людно. Я призову своего духа, и он сможет перенести нас.       – А кто твой дух? – с интересом спросила Хэ Ми.       – Увидишь, – усмехнулся Ся Мин.       – А что означает твое имя? – Хэ Ми не хотелось идти в тишине, поэтому она решила хоть как-то поддержать разговор.       – Ся, как «лето». Мин, как «ясный» – первый иероглиф в слове «завтра».       – Красиво, – просто сказала она, и ей снова сделалось неловко от этого непроизвольного комплимента. Еще подумает что-нибудь не то. Но Ся Мин оставался невозмутимым.       – А что насчет тебя?       Хэ Ми не знала, как объяснить, поэтому просто достала и показала ему бумагу, которую ей выдали при въезде в страну, на ней иероглифами было написано имя.       – Тоже красивое, – одобрительно кивнул Ся Мин.       – Но не такое красивое, как у тебя? – попыталась пошутить она, а Ся Мин и правда рассмеялся, показывая идеальные ровные белые зубы.       – А ты хорошо говоришь по-китайски, – сказал он, – уже даже можешь шутить. Обычно студенты приезжают менее подготовленными. Я не пытаюсь льстить, просто говорю, как есть.       – Спасибо, – на этот раз Хэ Ми и правда поверила в искренность этих слов, и ей стало приятно думать, что месяцы занятий окупились, – думаю, я пока говорю слишком медленно, но я стараюсь, – она немного помолчала, а затем добавила, – скажи, а как мне правильнее обращаться к тебе? Ты же тоже ученик, но старше меня?       – Если хочешь, называй по имени, – сказал он, – но вообще все зовут друг друга в зависимости от старшинства. Например, раз я старше, я могу звать тебя шимэй. Если ты, конечно, не против. А старшего ученика называют шисюн, младшего ученика – шиди, старшую ученицу – шицзе.       – Хорошо, шисюн, – улыбнулась Хэ Ми. Ей было непривычно, но нравилось погружаться в атмосферу всего нового, – «ши» – это как в слове мастер?       – Да, учителей мы называем шифу или просто учитель.       – А «мэй», «ди» и «цзе» происходят от слов младшая сестра, младший брат и старшая сестра?       – Верно.       – Почему тогда в слове «шисюн» второй иероглиф не от слова старший брат?       – Ты задаешь сложные вопросы, шимэй, – Ся Мин снова улыбнулся, – хотя вообще «сюн» тоже означает старшего брата, только не родного, как это по английски… «кузен»?       – Вот как… – она задумалась, что еще можно спросить у Ся Мина, не хотелось упускать шанса узнать побольше, – шисюн, а на каком факультете ты учишься?       – Феникс, – ответил он, указывая на форму, – у всех факультетов разный цвет одежды, у нас вот такой оранжево-желтый. На факультете Дракона – ярко-красный, Цилинь – бледно-голубой, а Черепаха – сине-зеленый.       – Интересно, куда определят меня, – задумчиво сказала Хэ Ми.       – Да это не так важно, – махнул рукой Ся Мин, – везде хорошо.       – У нас в школе так никто не сказал бы. Факультеты друг с другом… не враждуют, но… – она не знала, какое слово подобрать.       – Конкурируют? – предположил Ся Мин.       – Да.       – У нас скорее конкурируют люди, а не факультеты, хотя вообще всякое бывает.       – У вас нет каких-нибудь соревнований между факультетами?       Ся Мин пожал плечами.       – Зачем тогда вообще делить учеников?       – Так интересней, – усмехнулся он, – но если серьезно, то думаю, поделили просто, чтобы не вести занятия у всей толпы одновременно. А еще каждым факультетом заведует свой учитель, обычно он определяет правила, по которым живут студенты с этого факультета, иногда дает им поручения…       Они свернули за угол в небольшой переулок.       – Думаю, здесь достаточно безлюдно, – сказал Ся Мин, прерывая свой рассказ и доставая из кармана какой-то маленький амулет, потерев который он позвал, – ты где, Минчжу?       – Минчжу? – тихо спросила Хэ Ми, пытаясь вспомнить, что значат эти слова.       – Это кличка собаки, – ответил Ся Мин, глядя в небо.       Тут же в небе возникло сияние, и с воздуха к ним спустилась белая борзая с длинной шелковистой шерстью. Она двигалась грациозно, будто породистая лошадь, и по красоте, кажется, была Ся Мином среди собак.       – Здравствуй, принцесса, – ласково сказал ей Ся Мин, гладя блестящую шерсть, – есть дело к тебе. Перенесешь нас в школу?       Собака посмотрела на Хэ Ми ясными глазами.       – Это Хэ Ми, – сказал Ся Мин, – не бойся, она не укусит.       Хэ Ми была почти уверена, что последние слова были адресованы не ей, а Минчжу, и попыталась улыбнуться собаке.       – Здравствуй, Минчжу, – решила сказать она, на случай если та понимала ее речь.       Собака кивнула, прикрыв глаза, и, еще раз взглянув на Ся Мина, встряхнулась всем телом и увеличилась в размере, теперь действительно походя на лошадь.       – Поедем верхом, – пояснил Ся Мин, и снова взглянув на Хэ Ми, добавил, – думаю, тебе будет неудобно с этим, – он указал на ее дорожную сумку, – дай-ка сюда.       Хэ Ми послушно вручила ему сумку со всеми вещами.       – Надо было сразу это сделать, чтобы ты не таскала тяжести. Но я заболтался, извини, – он несколько раз провел по сумке рукой и уменьшил ее до такой степени, что она помещалась в карман.       – Теперь можем отправляться, – сказал он, возвращая сумку и в один прыжок взбираясь на спину собаки и садясь на ней боком, – давай помогу, – он протянул руки Хэ Ми, – надеюсь в этот раз не будешь бить меня током?       – Что? – спросила она, с его помощью залезая на собаку и садясь рядом с ним, ближе к собачьей голове.       – Ну помнишь, я потянулся к твоим волосам, и когда мы в первый раз коснулись руками, то ударились током? Статическое электричество, – просто и непосредственно пояснил Ся Мин.       – Правда? – удивилась Хэ Ми и посмотрела на свои руки. – Я даже не заметила.       Она уже успела забыть тот странный инцидент, но теперь, когда узнала, что ее новый знакомый так одернул руку вовсе не потому, что она была ему неприятна, то почувствовала облегчение и даже негромко засмеялась.       – А ты думала, я от тебя шарахаюсь? – Ся Мин тоже заулыбался. – Не волнуйся, шимэй, тебя все полюбят.       – Хорошо, – смущенно сказала она и после этого наконец смогла расслабиться. Ся Мин был прав, она уже успела привыкнуть к его безупречной внешности и теперь просто радовалась, что ей попался такой дружелюбный и прямолинейный провожатый.       – Тогда в путь, – сказал он деловым тоном, – Минчжу!       Собака, услышав свое имя, тут же плавно оттолкнулась лапами от земли и легко, будто плывя по волнам, взмыла в облака.       

♫ 段红–女儿情 ♫