Глава 8. Финал невозможной мечты.

Бал в замке Тёмного Лорда был настоящим воплощением мрачной роскоши и зловещего веселья. Огромные канделябры, увешанные чёрными свечами, бросали колеблющиеся тени на стены, покрытые тёмными бархатными драпировками. Зал был наполнен звуками музыки, но мелодия звучала не как праздник, а как предвестик беды, создавая атмосферу, в которой радость и страх переплетались в единое целое. Волдеморт, облаченный в чёрную мантию вышитую затейливыми узорами, словно покрытую ядовитыми змеями, стоял в центре зала, его глаза сверкали от триумфа. Он принимал поздравления от своих верных последователей, которые окружали его, словно стая хищных птиц, готовых к нападению. Каждый из них был одет в наряды, подчеркивающие их статус: черные маски сегодня не скрывали их лица, а длинные мантии развевались, как тени, в которых они прятали свои истинные намерения. На пьедестале, возвышающемся в углу зала, находилась клетка, в которой томился Уизли. Его руки были скованы цепями, а лицо иссечено следами пыток, но в его глазах всё ещё горел огонь сопротивления. Тёмный Лорд ядовито смотрел на пленника, наслаждаясь его страданиями, как истинный художник, созидающий шедевр из боли. – Сегодня мы отмечаем величие! – провозгласил Родольфус Лестрейндж, поднимая бокал с тёмно-бордовым, казавшимся почти чёрным в свете свечей, напитком, – Эта победа стала не только триумфом для нас, но и крахом для наших противников! Их слёзы будут струиться рекой, а их страх станет нашей силой! Собравшиеся в ответ закричали и принялись поздравлять окружающих, создавая потрясающую симфонию звуков — магические салюты и тосты перекрывали друг друга. Они смотрели на Волдеморта с преданностью и восторгом, ожидая его следующего слова. – Но не забудьте, что наше развлечение только начинается! – провозгласил Тёмный Лорд, его голос звчал зловещим предзнаменованием. – Мы все знаем, что на ужин у нас — кто-то особенный. Кто-то, кто должен узнать, что такое быть побеждённым! С этими словами он повернулся к тёмным уголкам зала, где приковали Рона, связанного и взволнованного. Его лицо было бледным, но в его глазах всё ещё сверкали искры решимости. – Встречайте нашу сладкую жертву, – объявила Беллатриса с язвительной манерой, и собравшиеся толпой обступили Рональда. Его сердце бешено колотилось в ожидании. Вокруг звучал смех и радостные крики, как будто они ждали театрального представления. Белла, с безумным блеском в глазах, подошла к клетке, Нагайна, в этот раз, извивалась рядом с ней, готовая к действию. Женщина с ухмылкой посмотрела на парня, словно хищник, готовящийся к атаке. – Как же это будет весело, – произнесла она, ее голос не обещал ничего хорошего, как ледяной ветер, проникающий в самые тёмные уголки души. – Ты не представляешь, сколько удовольствия я могу получить от твоих страданий. Тёмный Лорд лишь усмехнулся, его глаза сверкали от злорадства. Он знал, что у него все карты на руках, и этот вечер станет началом конца для мальчишки Уизли. В зале воцарилась мрачная атмосфера, полная ожидания и предвкушения, пока Волдеморт и его последователи готовились к тому, чтобы превратить страдания пленника в их собственное развлечение. Рыжий стиснул зубы, пытаясь подавить страх. Он знал, что нужно оставаться сильным, но волнение давило на грудь. – Готовься, мальчишка, – произнес он, его голос стал низким и угрюмым. – Ты удостоился чести стать частью нашего бала, и я обещаю, что это будет незабываемо.
 Зловещий смех Беллы эхом раздавался по залу, предвещая, что их празднование только начинается. Но в глубине души Рон осознавал, что эта ночь станет решающей. Парень ощутил нарастающий холод, поняв, что действительно оказался среди чудовищ. *** Его клетку переместили в центр зала. Рональд сидел, связанный узорами тёмной магии. Цепи излучали слабое еле заметное свечение, впитывая в себя его магию. Волдеморт, стоя перед пленником с усмешкой на лице, поднял палочку и первым бросил в его сторону Круциатус. Тело парня содрогалось в каждой мышце, но он удержался на коленях. Каждая его клеточка разрывалась от боли, а воздух кажется не находил путь в легкие. Но вдруг всё прекратилось. Легкий шорох погрузил комнату в атмосферу ожидания, когда Белла, с безумным светом в глазах, обратилась к толпе. – Приготовьтесь насладиться шоу, которое запомнится навсегда! Понаблюдав за реакцией Рона, Тёмный Лорд произнес заклинание, и вокруг начались танцы чёрных искр. Он дал добро остальным желающим приложить руку к наказанию пленника. Уизли закрыл глаза, сосредоточившись на своем внутреннем мире, стараясь игнорировать воздействие магии, стремящейся сломить его. С каждым новым заклинанием, брошенным в мальчишку, магическая энергия в зале становилась всё ярче, заполняя помещение вибрациями, которые, казалось, просачивались в его самую суть. Удары магии ощущались, как обжигающие волны, проникавшие в каждую клетку его тела. Но Рон не поддавался. Уизли знал, что это испытание — проверка его силы духа, и сражался с каждым импульсом разящих заклинаний и до боли знакомым ощущением страха. – Неужели ты думаешь, что сможешь пережить это? – зловеще произнес Лорд, его голос раздавался по залу, как гром в тишине. – Ты вызываешь у нас только жалость, хотя какая жалость, ты для нас лишь потеха, – поправил он сам себя. – Вы никогда не одержите победу над моим духом. – Рональд, несмотря на муки, произнёс сдержанно, – Вы калечите тело, но я не сдамся. – Глупый мальчишка! – вышел он из себя. Шумные выкрики последователей нарастали, когда Волдеморт продолжал насылать проклятия, заставляя рыжего корчиться от боли. Искры впивались в кожу, оставляя за собой кровавые царапины, резкие вспышки магии заставляли сердце биться быстрее, словно оно вот-вот разорвется от боли. Но Уизли сжимал зубы крепче, скрывая свои настоящие чувства. В его душе зарождалась тьма, но он не давал ей возможности поглотить его. С каждым новым налетом боли, его мысли оставались сосредоточенными на сопротивлении. Он вспоминал своих друзей, свободу, свет, и среди всей этой тьмы щелчок понимания пронзил его. Это не было просто физическое испытание — это была борьба за его душу. Тёмный Лорд знал, что в конце концов даже самые стойкие сдаются. Состояние Рона становилось критическим, мысли расплывались, и, с последним мощным заклинанием, Владыка вызвал невероятный взрыв магической энергии. Рональд ощутил, как его силы стремительно иссякают, словно свеча, погасшая от сильного ветра. Но внутренний огонь воли ещё слегка теплился. В этом состоянии полнейшего бессилия он всё ещё мечтал о свободе, о бунте, который когда-нибудь сотрясёт этот мрачный замок. Далеко от страданий и внешнего мира, он почувствовал, как его тело теряет контроль. Яркий свет, окружавший его, стал невыносимо слепящим, и, наконец, холод охватил разум, уводя прочь. Грустная улыбка украсила его лицо, когда он, наконец, позволил себе расслабиться. С громким ударом тело парня обрушилось на пол, и тишина наполнила зал. Волдеморт и Пожиратели замерли в ожидании. Рон пал без чувств. ***

Финал Невозможной Мечты!

Сегодня мы стали свидетелями самого грандиозного спектакля в новейшей истории магии, когда Рональд Уизли, озарённый жаждой славы, наконец пал под ударами справедливой магии. Закончилась очередная безумная веха терроризма, с их надеждой на невозможное.

Какой же комичный момент: человек, который считал себя символом надежды, пал на колени, моля о пощаде, перед лицом неизбежного! Ха-ха! Сколько раз мы слышали эти жалкие угрозы "Я не сдамся"? Но вот он, мальчишка Уизли, повержен, его слова не имеют силы, а Орден Феникса (террористическая организация) — лишь мираж! Чем дольше они сопротивляются, тем смешнее их финальная участь. Смеяться над их стараниями — истинное удовольствие!

Когда с последним заклинанием он, подобно факелу, погас, зал наполнила звенящая тишина, сменившаяся завываниями восторга. Уизли был лишь жалким актёром, пытающимся играть главную роль в своём же поражении.

Рон пал, а вместе с ним рухнули и все надежды его соратников. Чистота — это главная сила, а их плоские мечты — просто детские сказки.

Так что давайте отпразднуем эту победу, ведь сегодня мы вновь узнали: справедливость и сила Тёмного Лорда по истине велики!

Смотрим в будущее, где закон и порядок подтверждают своё величие!

Феликс Квип.

Гнетущая тишина. Тусклый свет через пыльные окна. Жизнь. Жизнь продолжается. Она жива. Она дышит. Она одна. Она одна. Без Гарри. Без Рона. Только она. В ушах звенит, как после бомбарды. Джинни что-то говорит ей, но Гермиона ничего не слышит. Почему Джинни так спокойна. Гермиона сидела на краю кровати, её руки дрожали, она сжимала в руках старую колдографию, на которой они были втроем: Гарри, Рон и она, в нелепых рождественских свитерах миссис Уизли. На снимке они улыбались, а глаза светились надеждой и жизнью. Теперь, когда её друзей не стало, эта улыбка казалась ей такой далекой и недостижимой. Вдруг дверь приоткрылась, и в комнату снова вошла Джинни со стаканом воды. Её лицо было бледным, а глаза — красными от слёз. Она остановилась на мгновение, глядя на Грейнджер, и, не дождавшись приглашения, села рядом. – Ты как? — тихо спросила подруга, дрожа от эмоций. Гермиона кивнула, не в силах произнести ни слова. Внутри неё бушевали чувства — гнев, печаль, безысходность. Она знала, что Джинни тоже страдает, но в этот момент ей было трудно думать о чём-то, кроме своей утраты. – Я не понимаю почему это опять с нами происходит, – продолжала Джиневра, её голос становился всё более напряженным. – Как он мог… Проиграть. Умереть? – Он не проиграл, – наконец произнесла Гермиона, полна решимости. – Я уверена, он боролся до конца. Он всегда верил в Орден, в то, что мы победим. Джинни посмотрела на подругу, и в глазах мелькнуло понимание. Она знала, что Гермиона любила её брата, и это добавляло ещё больше боли в их разговор. – Он был для меня не только братом, но и другом. Мы всегда были вместе, и теперь... теперь его нет. Девушки обнялись и сидели в тишине, разделяя горе друг друга. Он был их опорой, их надеждой, и теперь они должны были найти способ продолжить его дело. – Что мы будем дальше делать? – произнесла Грейнджер, отстраняясь от подруги и глядя ей в глаза. – Что говорит Кингсли? Они обе знали, что впереди их ждёт трудный путь. – Я не знаю, он ещё не созывал совет. Его вообще эти пару дней не было видно. – Мерлин, Джинни, что будет? Как нам остановить Реддла? Нам нужен последний крестраж! – в голосе гриффиндорки нарастала паника. Дверь приоткрылась и в комнату заглянул Симус. – Мы с ребятами собираемся на кухне, выпить за Рона, – он говорил тихо, глядя куда-то вниз, – Вы пойдете? Подруги переглянулись и молча последовали за ним. После нескольких часов совместных воспоминаний о Роне, о Хогвартсе и беззаботной жизни, в кухне воцарилась гнетущая тишина. Каждый из них, словно пораженный молнией, сидел погруженный в свои мысли. Горе и отчаяние переполняли их сердца, но в глубине души друзья также чувствовали, как растёт нечто другое — гнев. Гнев на себя за то, что не смогли защитить своего друга, и на мир, который, казалось, в очередной раз погрузился ещё глубже во тьму. Девушки с трудом сдерживали слезы. Тем временем, Симус, встал и, сжав кулаки, произнес: – Мы не можем позволить, чтобы его смерть была напрасной! Мы должны продолжать борьбу! Его слова, полные решимости, вызвали волнение среди остальных. Они начали обсуждать, как можно отомстить за командира, как собрать силы и организовать новое наступление. В компании возникли споры: одни хотели действовать немедленно, другие же предлагали отступить и подготовиться к следующему шагу. Но в конечном итоге все согласились, что они должны объединиться и продолжить борьбу, чтобы раз и навсегда разгромить Реддла.