Двенадцатая глава: щелчок камеры.

P.S. публикую новую главу со словами о том, что я «жива». спасибо тем, кто искренне переживал о моем состоянии и спрашивал об этом. сейчас со мной все хорошо, по крайней мере становится лучше ^^ искренне извиняюсь за задержку, было действительно тяжело сосредотачиваться на написании текста. с любовью ваша Pari’ главу предлагаю читать под песнями Sombr, они действительно меня вдохновляли при написании. всем приятного чтения! Шин Ю Ра. Я стояла перед зеркалом, едва сдерживая дыхание, пока мама затягивала шнуровку корсета у меня за спиной. С каждым её движением дышать становилось всё труднее, но это было приятное стеснение. Словно этот корсет помогал мне собрать себя воедино, удерживая внутри всё то предвкушение, что накопилось перед балом. Я улыбалась своему отражению. Впервые за долгое время я видела себя такой… спокойной. И по-настоящему красивой. Всем сердцем я чувствовала: этот вечер будет особенным. По мере того как шнурки затягивались, грудь приподнималась, подчеркивая силуэт. Я неловко взглянула на маму через зеркало. — Мам… не слишком ли вызывающе? — Ты о чем? — она приподняла бровь, не отвлекаясь от узла. — Ну… декольте. Кажется, всё слишком выпирает. Я никогда не носила таких открытых платьев, и это ощущение непривычной наготы заставляло меня смущаться. Ё Ны, которая в это время наносила последние штрихи макияжа, оторвалась от зеркала и с притворным возмущением посмотрела на меня. — Ю Ра, мы же это обсуждали! Тетя, ну скажите ей, что корсет для того и создан. Мама тихо рассмеялась, завязывая финальный узел, и мягко провела ладонью по моей спине, поправляя ткань. — Я согласна с Ё Ны. Ты молодая, красивая. Ты взрослеешь, Ю Ра, и тебе это очень идет. От её слов по телу разлилось тепло. Я кивнула, решив наконец довериться их взгляду, а не своим страхам. Ё Ны встала, и её бордовое платье мягко зашуршало, когда она подошла ко мне. Она приобняла меня за плечо, и в отражении мы выглядели как идеальный контраст — свет и тень . — Ты как героиня старого кино, — прошептала она с улыбкой. Я внимательно осмотрела её наряд. Она выглядела величественно, почти по-царски. — А ты сейчас… — я на мгновение замялась, подбирая сравнение. — Как Скарлетт О’Хара на балу. Из «Унесенных ветром». — Это комплимент или намек на то, что я устрою драму? — Ё Ны картинно выгнула бровь. — Комплимент. Она была такой же властной и восхитительной. Она хихикнула и чмокнула меня в щеку. Мы обе повернулись к маме, которая наблюдала за нами с нескрываемой нежностью. — Проживайте свою молодость так, как велит сердце, — тихо сказала она. — Она слишком скоротечна. Мы послушно закивали. Мама протянула нам перчатки. — И помните: ни один джентльмен не может коснуться ваших рук, пока на вас нет перчаток. Только муж, — добавила она с легкой иронией. Комната наполнилась нашим общим смехом. Но когда веселье стихло, мама спросила уже серьезнее: — Кстати, за вами не заедут Ши Ын и тот парень Су Хо? Как сопровождающие? — Мы, тетя, дамы самостоятельные, — кокетливо отозвалась Ё Ны. — Мы договорились встретиться уже в школе, вчетвером, — добавила я. — А туда доберемся на такси. При упоминании парней лицо мамы на мгновение тенью накрыла тревога. Она всё еще была слишком обеспокоена после «той» ситуации. Заметив это, Ё Ны тут же обняла её: — Тетя, не волнуйтесь! Если что, у меня черный пояс по тхэквондо. Мама лишь грустно улыбнулась на эту браваду. Она знала то, чего мы в силу юности еще не до конца осознавали: мир бывает опасен для женщины, сколько бы приемов она ни знала. После пережитого я понимала её страх… но больше не хотела позволять ему управлять мной. Я хотела просто жить. — Ладно, защитница, — мама легонько подтолкнула нас к дверям. — Я закажу такси, а вы надевайте верхние одежды. Не забудьте поправить помаду перед входом. И Ю Ра — держи спину ровно, ты же в платье! Мы вышли в прохладу вечера, накинув сверху пальто. Стуча каблуками по асфальту, мы нырнули в салон машины. Такси тронулось, увозя нас в сторону школы, где нас уже ждали. Ё Ны всю дорогу проверяла телефон, её лицо в свете пролетающих мимо фонарей казалось фарфоровой маской Скарлетт О’Хара — решительной и непроницаемой. А я смотрела на свои руки в перчатках. Мама сказала, что к ним не может прикоснуться никто, кроме мужа, она конечно пошутила, сделав отсылку на произведение «Гордость и предубеждение» ... Но почему-то, представляя себе этот вечер, я видела лишь одни конкретные руки, которые могли бы пригласить меня на танец. Я прикусила накрашенные губы от волнения и отвернулась к окну. С минуты на минуту машина уже остановилась перед школой. *** Ан Су Хо. Я чувствовал себя максимально нелепо. Костюм, рубашка, лакированные туфли — всё это казалось мне вещами с другой планеты. Я ненавидел смокинги. Для меня комфорт всегда был на первом месте: ветровка с футболкой или толстовка, в которой удобно двигаться. Но сегодня пришлось влезть в эти неудобные шмотки, которые словно душили меня. Всё ради красавицы, с которой я планировал провести этот вечер. Я понимал, что если она придет в платье, я обязан выглядеть соответствующе. Пришлось переступить через себя, чтобы не смотреться рядом с ней каким-то оборванцем. А вот Ши Ыну было хоть бы хны. Он и так постоянно ходит в застегнутом на все пуговицы пиджаке, так что в смокинге он выглядел вполне естественно. По крайней мере, не как последний неудачник. Я в очередной раз дернул бабочку на шее, всерьез думая, что не дотяну до конца бала. — Су Хо, бал еще не начался. Я фыркнул и закатил глаза. — Спасибо за уточнение, друг. Посмотри, нормально выгляжу? — Сколько еще раз ты будешь у меня спрашивать? Я раздраженно выдохнул. Терпение было на исходе. — Не нравится мне всё это. Боже, если бы не она, я бы ни за что не пришел. Ши Ын посмотрел куда-то в пустоту своим типичным отсутствующим взглядом и ответил: — Вероятнее всего, если бы тебя здесь не было, она бы танцевала с другим. От одной этой мысли внутри всё перевернулось. Я резко повернулся к нему, едва не порвав воротник. — С чего это ты взял? Красавица мне предана. — Но вы не встречаетесь. Ударил по больному. Против логики Ши Ына не попрешь. — Зависело бы от меня, она бы давно была моей, а я — её. Но я даю ей время. Как бы мне ни было паршиво осознавать, что после всех откровений и ситуаций, я для неё всего лишь «друг», а я хотел, чтобы это была её инициатива. Я-то готов хоть сегодня позвать её на свидание и предложить встречаться, но мне хотелось увидеть от неё хотя бы намек. А в идеале — чтобы она сама набралась смелости и сделала шаг. — Ну а вдруг она не хочет встречаться с тобой? Я натянул дежурную улыбку, глядя на этого гения. — Ты мне друг, Ён Ши Ын? Или кто? Только масло в огонь подливаешь. Он просто пожал плечами, будто не сказал сейчас полную ересь. — Я предполагаю разные варианты. Актовый зал постепенно заполнялся. Ученики, соблюдая дресс-код, оживленно обсуждали предстоящее. Свет приглушили, из динамиков лилась какая-то мягкая, ненавязчивая музыка. На удивление, все вели себя прилично — видимо, потому что директриса пообещала реальную вечеринку сразу после того, как учителя свалят. Она слов на ветер не бросала. Ши Ын уткнулся в телефон, проверяя геопозицию. — Показывает, что они здесь. Я глубоко вздохнул. Сердце заколотилось где-то в горле. Разнервничался как лох из средних классов, самому тошно. — А Бом Сок у тебя высвечивается? Ши Ын на мгновение помрачнел. — Нет. И здесь его не видно. Я покачал головой. Понятно, он нас избегает. — А мы ведь просили, чтобы он пришел… Я не успел договорить. В поле зрения появилась знакомая фигура. Она стояла ко мне спиной, рядом с Ё Ны, но я не мог оторвать от неё глаз. Я замер, разглядывая её изящную спину с открытыми лопатками и переплетения шнурков корсета, тянущиеся до самой поясницы. В этот момент тесный костюм и душный зал перестали существовать. Была только она. Для меня время просто остановилось. Она обернулась, но не заметила меня, продолжая кого-то искать в толпе. Она была… чертовски красивой. Корсет с розовым подтоном, золотистые узоры, открытые плечи. На шее — нежно-розовая лента, которая заставляла меня разглядывать каждый изгиб. Пышная атласная юбка цвета топленого молока переливалась под светом тяжелых люстр, доходя до самых щиколоток. Волосы были собраны в какой-то беспорядочный пучок, и это только добавляло ей очарования. В этот момент я растерял всю свою заготовленную уверенность и напрочь забыл о том, как сильно меня бесит этот костюм. Глядя на неё, я понял: оно того стоило. Поправив бабочку и проверив конверт во внутреннем кармане пиджака, я стал тихо подкрадываться к ней со спины. Она всё еще искала нас глазами и совершенно не замечала моего приближения. Остановилась и тихо пробормотала себе под нос: — Где же они?.. Я замер прямо за её спиной. Не удержался — положил руки ей на плечи, едва прикрытые кружевом. Наклонил голову, борясь с диким желанием просто уткнуться носом в её шею и вдохнуть запах. Ю Ра вздрогнула, замерла на секунду, а потом расслабилась — узнала. Я видел, как глубоко она вздохнула. Ю Ра повернулась ко мне, и, глядя на неё в упор, я понял, что пропал окончательно. Снова влюбился, как в первый раз. Щеки у неё порозовели — и вряд ли это были румяна. — Привет… — тихо произнесла она, смущенно улыбнувшись. Вместо ответа я взял её за правую руку. Медленно, осторожно, будто она была из тончайшего фарфора. Глядя ей прямо в глаза, я склонился и поцеловал костяшки её пальцев через атласную перчатку. Услышав её судорожный вздох я выпрямился, не разрывая зрительного контакта. — Выглядишь потрясающе. Она кашлянула и отвела взгляд, сцепив пальцы в замок. — Спасибо. — Но вообще, — я усмехнулся, возвращая себе привычный тон, — мне больше нравится, как ты выглядишь дома. Растрепанная, без всей этой косметики и в домашнем шмоте. Ю Ра подозрительно прищурилась: — Ты так хорошо умеешь врать. — Кажется, у нас тут проблемы с доверием, — протянул я, продолжая откровенно на неё любоваться. Я выставил локоть, чтобы она могла взять меня под руку. Ю Ра уже собиралась это сделать, но вдруг замерла, глядя вниз. — Блин… — Что случилось? — я тут же напрягся. Она перевела взгляд с меня на свои туфли и обратно. — Босоножки расстегнулись. Надо найти место, где присесть, чтобы поправить… — Не надо ничего искать. Я просто опустился перед ней на корточки. — И правда, застежка слетела. Приподними юбку. — Су Хо… все же смотрят! Давай я сама, — требовательно сказала она, пытаясь спорить. Но я её не слушал. Плевать, кто там смотрит. Я всегда хотел о ней заботиться, и какая-то дурацкая застежка меня не остановит. Я застегнул обувь так, чтобы больше ничего не открылось, и поднялся. Ю Ра была пунцовой от смущения. На её лице так явно читалась паника, что я не выдержал и шепнул ей на ухо: — Собиралась потерять туфлю, а потом сбежать ровно в полночь? Мимо проходили какие-то девчонки и, хихикая, зашептались между собой: — Боже, это же Ан Су Хо… Какой он джентльмен. — Первый раз вижу, чтобы он так за кем-то ухаживал. Они точно встречаются, да? Девчонки скрылись в толпе, а Ю Ра, кажется, готова была провалиться сквозь землю. — Ты меня скоро доведешь… я серьезно! — пробормотала она, краснея еще сильнее. Она посмотрела на меня якобы недовольно, но я видел, как дрогнули уголки её губ. — Ты невозможный. — Зато честный, — я просто пожал короткими плечами. Она тихо фыркнула и всё-таки взяла меня под руку. Её пальцы осторожно легли на моё предплечье, и от этого простого жеста внутри стало по-настоящему тепло. Мы медленно двинулись в сторону зала. Музыка играла спокойная, свет люстр золотил всё вокруг, а в воздухе стоял гул голосов и смеха. Но я почти ничего этого не замечал. Весь мой мир сейчас сосредоточился на одной девушке, которая шла рядом и то и дело нервно поправляла ленту на шее. — Ты волнуешься, — тихо сказал я. — Нет, — слишком быстро ответила она. Я усмехнулся. — Ю Ра. Она посмотрела на меня. — Я знаю тебя достаточно, чтобы понять, когда ты врёшь. Она вздохнула и отвела взгляд. — Просто… здесь слишком много людей. — Тогда смотри только на меня. Она нахмурилась. — Что? Я слегка наклонился к ней. — Если будешь смотреть только на меня, остальные люди исчезнут. На секунду она замерла, будто пытаясь понять, шучу я или нет. А потом тихо сказала: — Ты опять флиртуешь. — Разве? — Да. — И это работает? Она покраснела. — Су Хо… Договорить она не успела. К нам пробились Ё Ны с Ши Ыном. Выглядели они, надо признать, эффектно. На Ё Ны было темно-бордовое платье с пышной юбкой, которое делало её еще более заметной, а Ши Ын в своем строгом костюме рядом с ней казался на удивление органичным. — А вот вы где! — воскликнула она. — Держимся вместе до начала, не разбегаемся. Я оглядел Ши Ына. — Как ты умудрилась уговорить его стать твоим кавалером? — Она просто поставила меня перед фактом, — подал голос Ши Ын. — Меня никто не спрашивал. Ё Ны картинно закатила глаза: — Не каждый день тебе выпадает шанс потанцевать с такой красоткой, так что не драматизируй! Ю Ра только успела улыбнуться шутке Ё Ны, как пространство вокруг нас словно сгустилось. Сбоку подошли трое парней из параллельного класса — те самые типы, которые обычно кучкуются на задних рядах и считают себя королями школы. Один из них, с зализанными волосами и в слишком узком пиджаке, бесцеремонно оглядел Ю Ра с ног до головы. Его взгляд был скользким, оценивающим, словно он пришел не на бал, а на аукцион. Внутри меня что-то резко щелкнуло. Мои плечи напряглись, а кулаки в карманах брюк сжались сами собой. — Шин Ю Ра, верно? — он сделал шаг вперед, нарушая её личное пространство. — Слухи не врали, в этом платье ты просто нечто. Уделишь мне время сегодня? Первый танец за мной. Он протянул руку, явно ожидая, что она вложит в неё свою ладонь. Ю Ра заметно вздрогнула. Я видел, как она растерялась: её пальцы судорожно сжали атласную ткань юбки, а взгляд метнулся по сторонам в поисках выхода. Она не умела быть грубой, особенно когда на неё так нагло давили. — Ох… я даже не знаю… но… — начала она, запинаясь от неожиданности. Она явно собиралась вежливо промямлить какое-нибудь оправдание, но этот тип уже победно улыбался, считая, что дело в шляпе. Его друзья за спиной что-то зашептали, усмехаясь. Терпение лопнуло. Я не просто шагнул — я фактически вклинился между ними, положив руку ей на талию и притянув к своему боку. От этого движения Ю Ра буквально впечаталась в плечо моего смокинга. — Извини, парень, — мой голос прозвучал тише обычного, но в нем отчетливо лязгнул металл. — Очередь не занимать. Она со мной. Я посмотрел ему прямо в глаза — тем самым взглядом, который обычно заставлял людей в переулках переходить на другую сторону улицы. Парень на мгновение запнулся, его протянутая рука повисла в воздухе. Улыбка с его лица сползла так же быстро, как и появилась. Он открыл было рот, чтобы что-то возразить, но, встретившись со мной глазами, видимо, передумал. — Понял. Без обид, — буркнул он, делая шаг назад. Его дружки тут же затихли, и вся компания поспешила раствориться в толпе. Ю Ра замерла, не шевелясь, и я чувствовал, её судорожные вдохи. — Что это было, Су Хо? — Ё Ны сложила руки на груди, глядя на меня с этой своей всезнающей ухмылкой. Я лишь плечом повел, стараясь сохранить максимально невозмутимый вид, хотя внутри всё еще кипело от того, как этот тип на неё пялился. — Что именно? — Не притворяйся, — она фыркнула, поправляя жемчуг на шее. — Ты только что буквально отшил человека за неё. Причем так, что он, по-моему, пожалел что приперся. Я перевёл взгляд на Ю Ру. Она всё ещё стояла неподвижно, глядя в ту сторону, где исчезли те парни. Казалось, она до сих пор переваривала произошедшее. — Он сам спросил, — спокойно бросил я. — Я просто избавил её от лишних раздумий. Ё Ны тихо усмехнулась, переглянувшись с Ши Ыном, который, как обычно, хранил философское молчание. — Очень убедительно, — пропела она. Наконец Ю Ра пришла в себя. Она осторожно, почти невесомо, коснулась моей руки, чтобы я убрал её с её талии. Как только контакт разорвался, мне стало чуть холоднее. Щёки её горели так ярко, что на фоне светлого платья это выглядело просто обезоруживающе. — Су Хо… — тихо позвала она, наконец решившись посмотреть мне в глаза. — Я вообще-то и сама могла ответить. Я наклонил голову набок, с интересом наблюдая за тем, как она пытается вернуть себе самообладание. — И что бы ты сказала? Она на мгновение замялась, смешно поджав губы. — Я… я бы… вежливо отказала. Сказала бы, что мои танцы на сегодня уже распределены. — Правда? — Да. Я приподнял бровь, делая шаг чуть ближе к ней. — А со стороны выглядело так, будто ты почти согласилась. Просто из вежливости. Ю Ра тут же вспыхнула, как спичка. — Я не согласилась! — Почти. — Нет! Я тихо усмехнулся. Видеть её такой — живой, возмущенной, с искорками в глазах — было куда лучше, чем видеть её напуганной. Пока она сердилась на меня, она забывала про страх перед толпой. И это было именно то, чего я добивался. К её счастью, в этот момент прожекторы качнулись и замерли на сцене. Появилась директриса в окружении спонсоров. По залу пронесся шепот и тут же стих. — Дорогие ученики, — её голос, усиленный микрофонами, торжественно заполнил пространство. — Сегодняшний вечер посвящён не только празднику, но и воспоминаниям, которые останутся с вами на всю жизнь… Я почувствовал, как Ю Ра рядом со мной выпрямила спину. Она смотрела на сцену, а я — на её профиль в золотистом свете ламп. Директриса была права в одном: этот момент я точно запомню навсегда. Директриса продолжала что-то вещать со сцены, но я видел только нахмуренные брови красавицы и то, как её пальцы в атласных перчатках нервно теребили складки пышной юбки. Она всё еще прокручивала в голове ту сцену с парнями. Музыка начала звучать чуть громче, плавно вплетаясь в торжественную речь. Я наклонился к ней, сокращая расстояние до минимума. — Ты всё еще злишься? Ю Ра медленно повернула голову. В золотистом свете люстр её глаза казались неестественно огромными. — Нет. Я прищурился, не скрывая скепсиса. — Звучит максимально неубедительно. Она вздохнула и на секунду прикусила губу — её привычка, когда она пытается подобрать слова. — Ты просто… иногда делаешь всё по-своему, Су Хо. А я не ребенок. А если бы я действительно хотела потанцевать с тем парнем? Я выгнул бровь, чувствуя, как внутри шевельнулось что-то похожее на собственнический азарт. — И ты бы правда предпочла танцевать с ним, вместо со мной? Ю Ра замолчала. Несколько секунд она просто смотрела на меня, а потом отвела взгляд, не выдержав. — Я не это имела в виду. Я невольно улыбнулся. Рука сама потянулась к внутреннему карману пиджака, проверяя, на месте ли конверт. Я готовил этот подарок несколько недель и я знал: эта вещь для неё слишком ценна. Она заслуживала этого финала. В это время директриса объявила первый танец. По залу поплыли меланхоличные аккорды, и первые пары начали неспешно выходить в центр. Я развернулся к ней всем корпусом. Она нервничала — я видел это по тому, как забегали ее глаза. Я протянул руку ладонью вверх, не сводя глаз с её лица. — Соизволишь? Ю Ра на мгновение замерла, а потом её лицо осветилось искренней, мягкой улыбкой. Она вложила свою руку в мою. Черт, как бы мне хотелось сейчас чувствовать тепло её кожи, а не холодный атлас перчаток, но дресс-код есть дресс-код. — Я совсем не умею танцевать, — честно прошептала она, подходя ближе. — Просто доверься мне, красавица. Её глаза загорелись тем самым особенным светом, и мы вышли на танцпол. Я специально выбрал место чуть в стороне от основной толпы, чтобы нам никто не мешал, и чтобы Ю Ра не чувствовала себя как в витрине магазина. Но как только она заметила на нас чьи-то взгляды, её плечи тут же опустились, а глаза начали испуганно бегать по сторонам. Она снова начала теряться. Я не мог этого допустить. Мягко, но настойчиво я коснулся её подбородка, заставляя смотреть только на меня. — Не обращай на них внимания. Смотри только на меня, лады? Она послушно кивнула, будто завороженная. Я медленно — давая ей время отстраниться, если захочет — положил руку ей на талию. Ю Ра шумно выдохнула, чуть приоткрыв губы. Боже, до чего же она красивая… Я притянул её ближе, и она, вопреки моим опасениям, не отстранилась, а доверчиво прильнула ко мне. Другой рукой я осторожно взял её ладонь, переплетая наши пальцы. Музыка наполнила всё пространство, отсекая лишние звуки. Я сделал первый шаг. Красавица на мгновение замешкалась, едва не наступив мне на носок, но тут же поймала мой ритм. Мы начали медленно скользить по залу. Пышная юбка цвета топленого молока мягко колыхалась при каждом повороте, задевая мои брюки. Я чувствовал её тепло даже сквозь слои ткани. — Видишь? — тихо сказал я, глядя в её сияющие глаза. — Ничего сложного. Она нервно, но радостно усмехнулась, стараясь не сбиться с шага. — И где только ты научился так танцевать, Ан Су Хо? Я продолжал вести её по залу, чувствуя, как мы окончательно поймали общий ритм. Я не отрывал от неё взгляда ни на секунду. — Мы часто танцуем с бабушкой под её старые виниловые пластинки, — ответил я на её немой вопрос. — Вот со временем и научился. В её глазах плясали искринки, которые я хотел бы запечатлеть в памяти навсегда. — Ты… полон сюрпризов. — Ты ещё меня полностью не знаешь, красавица. Она посмотрела на меня так серьезно и открыто, что моё сердце пропустило удар. — Я хочу… теперь узнать. Я прижал её к себе еще крепче. Окружающие, вспышки профессионального фотоаппарата, шум толпы — всё это стало просто белым шумом. Глядя в её огромные, сияющие глаза, я думал только об одном: я сделаю всё, чтобы она была моей. — У нас еще полно времени. Всё будущее впереди. В голове было непривычно спокойно. Я просто чувствовал её ладонь в своей и то, как послушно она следует за каждым моим шагом. Она чуть приподняла голову, и я увидел ту самую улыбку, которую хотел бы видеть каждое утро до конца жизни. Я слегка сжал её пальцы, давая понять: я здесь. Я рядом. — Ты отлично справляешься, — тихо сказал я, когда мы в очередной раз закружились в центре зала. Ю Ра смущенно прильнула ко мне на мгновение. — С тобой не страшно сбиться, — прошептала она. Я лишь усмехнулся. Мне было плевать на школьного фотографа и на то, что завтра эти снимки будут обсуждать все классы. Сейчас существовала только она и эта странная, приятная уверенность, что теперь всё будет именно так, как я задумал. Я вспомнил про подарок. Глубоко вдохнув, я понял: момент настал. Идеальный. Я плавно остановился, и Ю Ра замерла вслед за мной. Она непонимающе моргнула, глядя на меня снизу вверх. — Су Хо? Что-то случилось? Я не отпускал её. Наклонился к самому её уху, ощущая тепло её кожи. — Я хочу тебе кое-что подарить. Она едва заметно вздрогнула от нашей близости, брови взметнулись вверх. Я нащупал во внутреннем кармане смокинга тонкий конверт и украшенный конверт — Ё Ны битый час помогала мне его упаковывать, чтобы всё выглядело «красиво». Я протянул его ей, внимательно следя за её реакцией. Она выглядела совершенно растерянной. — Что это?.. — Просто открывай. Она облизнула губы и приняла подарок. Моя рука по-прежнему лежала на её талии, придерживая, защищая. Ю Ра сосредоточенно и очень аккуратно начала открывать конверт. Когда показался край, она вскинула голову, не веря своим глазам. — Су Хо… В этот момент я чувствовал себя так, будто дарю ей по меньшей мере целый мир. У меня самого пересохло во рту, но внешне я оставался невозмутимым. Её пальцы дрожали. Она вытащила полностью фотографию и замерла. На фотографии она была со своим покойным отцом. Перед колесом обозрения. Та самая фотография, которую сжег этот придурок Чо Ён Бин. Я начал искать её, как только она рассказала, кто их снимал в тот день. Искал, ездил, ждал подходящего часа. И решил: бал — самое место. Ю Ра молчала, переводя взгляд с фото на меня и обратно. Пауза затянулась, и я начал нервничать по-настоящему, хотя со стороны казался каменным статуей. А потом она судорожно, с дрожью выдохнула и просто бросилась мне на шею. Никаких слов. Никаких «спасибо». Она просто прижалась ко мне всем телом, обнимая за шею так крепко, как только могла. И этого было достаточно. Тысячи слов не стоили этого жеста. Я обнял её в ответ: одной рукой за тонкую спину, другой — за талию. Я уткнулся носом в основание её шеи, вдыхая её родной запах. Было плевать, что теперь на нас таращился весь зал. Пока её хрупкое тело мелко дрожало от беззвучных слез в моих объятиях, весь мир вокруг просто перестал существовать. Да, я был влюблен в эту девушку. Окончательно и бесповоротно. *** Две недели назад… На следующее утро после того, как красавица рассказала мне про ту фотографию, я гнал в школу на мопеде так, будто за мной черти гнались. Ночью было не до работы — я только и думал о том, как вернуть ей этот чертов снимок. На работе из-за этого всё валилось из рук, и от начальства мне нехило прилетело за невнимательность. Плевать. Я влетел в класс. Ши Ын, как обычно, уже сидел на своем месте: наушники в ушах, нос в учебниках. Всё стабильно. Я с грохотом кинул сумку на пол, развернул стул спинкой вперед и уселся прямо перед ним. Ши Ын медленно поднял взгляд от книги и вытащил один наушник. — Ты сегодня поздно. Обычно ты приходишь раньше меня, чтобы успеть поспать до уроков, — констатировал он очевидное. Я отмахнулся, не до церемоний было. — Да забей ты на это. У меня к тебе серьезное дело. — Говори, — коротко отозвался он. Я подался вперед, понизив голос: — Нам нужно найти лучшего друга отца Ю Ры. Я хочу подарить ей копию той самой фотографии. Брови Ши Ына взметнулись вверх. Он даже отложил ручку, внимательно глядя на пустую парту перед собой, будто просчитывал вероятность успеха. — Я ожидал услышать что угодно, но не это. — Лучше бы спросил, как это связано с фоткой, — фыркнул я, сощурившись. Ши Ын скрестил руки на груди, полностью сосредоточившись на мне. Его этот «режим анализатора» иногда подбешивал, но сейчас он был необходим. — Насколько я понял, её отец давно умер. Если так, как ты собираешься искать его друга спустя столько лет? Я озадаченно почесал затылок. — Её мама — ну, моя будущая свекровь, считай — относится ко мне по-доброму. Она может помочь. Не думаю, что она откажет, если я объясню ситуацию. Ши Ын окинул меня скептическим взглядом. — То есть конкретного плана у тебя всё еще нет? — Слушай, нужно начинать с простого, а там уже как карта ляжет. Ю Ра вчера обмолвилась, что после смерти отца этот его друг резко перестал с ними общаться. Без понятия, почему. Ши Ын потер лоб, глубоко вздохнув. Видимо, масштаб моей затеи его впечатлил. — Я помогу тебе, — наконец сказал он. — Но сначала поговори с её матерью. *** Мы с Ши Ыном неслись в сторону Пучхона. Мне стоило огромных усилий уговорить этого зубрилу пропустить дополнительные занятия ради моей авантюры. Но, в конце концов, Ши Ын сдался под моим напором. Дорога заняла около сорока минут. Заправив полный бак, мы выехали на трассу. Пучхон оказался обычным городом — такие же высотки, как в Сеуле, но ритм жизни здесь был совсем другой. Тише, спокойнее, без столичной суеты. Я вбил в карты адрес парикмахерской, где, по словам миссис Шин, работал друг её покойного мужа. Это была наша единственная зацепка, чтобы найти человека по имени Пак Иль Шик. Я заглушил мотор на парковке и стащил шлем, встряхнув волосами. Ши Ын последовал моему примеру, поправляя сумку. Перед нами было старое здание, на фасаде которого красовалась вывеска парикмахерской. Даже с улицы доносилось жужжание машинок для стрижки. Мы зашли внутрь. Колокольчик над дверью резко звякнул, заставив клиентов и мастеров обернуться в нашу сторону. Я прочистил горло, вежливо поклонился и спросил: — Здравствуйте. Здесь работает Пак Иль Шик? Мужчина, подстригающий пожилого дедушку в дальнем кресле, поднял голову. — Это я. Вы записывались, дети? — спросил он низким, гортанным голосом, сканируя нас взглядом. Ему было на вид лет пятьдесят, но форма впечатляла: крепкие плечи, мощные руки — видно, что мужик всю жизнь дружил со спортом. Сквозь черные волосы пробивалась густая седина. Мы снова поклонились. Я улыбнулся, чувствуя азарт — нашли. — Здравствуйте, мистер Пак! Нам бы поговорить с вами. Пару минут. Его глаза сузились. Он наклонился к своему клиенту: — Я отойду на секунду. Отложив машинку, он подошел к нам вплотную, возвышаясь как скала. — Что вам нужно? Я почесал затылок, прикидывая, с чего начать. — Меня зовут Ан Су Хо, это Ён Ши Ын. Мы приехали из Сеула специально к вам. Мужчина скрестил свои накачанные руки на груди. — Зачем? — Вы ведь наверняка знаете Шин Ю Ру? Дочь вашего лучшего друга. Его плечи моментально окаменели. В глазах мелькнуло что-то неуловимое — смесь боли и глубокого удивления. — Откуда вы её знаете? — голос стал на октаву ниже. Я переглянулся с Ши Ыном и сделал шаг вперед. — Мы её друзья. Он хмыкнул, явно не впечатленный этим словом. Повисла тишина, нарушаемая только звуками из соседних кресел. — Уходите, — холодно бросил он, разворачиваясь к клиенту. Я тут же остановил его. — Выслушайте, пожалуйста! Это правда важно. — Важно для кого? — он резко обернулся, глядя на меня в упор. — Для Ю Ры. Мы знаем, что у вас есть дубликат фотографии её отца. Всё, что было у неё — сгорело. Взгляд Пака стал еще жестче. — Какая еще фотография? — Сделанная в парке аттракционов. Перед колесом обозрения, — подал голос Ши Ын. Мужчина на мгновение закрыл глаза. Видно было, что каждое слово дается ему с трудом, но он явно не собирался вываливать перед нами свою историю. — Подождите снаружи, — наконец глухо велел он. Я выдохнул с облегчением. Мы вышли на улицу, понимая — лед тронулся. Через час мы уже были у его дома. Он ехал на машине, мы следом на мопеде. Когда мы подошли к калитке, Ши Ын придержал меня за плечо. — Ему стоит доверять? Я пожал плечами, глядя, как Пак открывает замок. — Он был лучшим другом её отца. У меня нет повода сомневаться. Дом встретил нас запахом дерева и старой мебели. Гостиная была маленькой, но очень чистой. Пока Пак Иль Шик рылся в старом дубовом шкафу, я не удержался: — Вы живете один? У вас нет семьи? Он не оборачивался. Спустя пару секунд ответил: — Есть две дочери. Но с женой мы в разводе. На тумбочке я заметил фото в рамке: две девочки-близняшки, обнимающиеся и смеющиеся. Больше я вопросов не задавал. Тишину нарушал только шелест страниц старого альбома. — Давно я его не открывал. Слишком много времени прошло, — прохрипел он, продолжая листать. — Как она?.. Его дочка? Его голос заметно дрогнул. — Ей нелегко, но она держится. Она говорила, что скучает по вам, — ответил я честно. Его густые брови сошлись на переносице. — Наверное, совсем взрослая стала… Его пальцы остановились. Он нашел то самое фото. Боль на его лице была такой явной, что мне стало не по себе. — Когда он умер… я просто не мог больше её видеть. Глядя на неё, я видел в ней своего лучшего друга. Я оказался трусом. Мы были не разлей вода с самых пеленок. Я до сих пор не могу поверить, что его нет. Я поджал губу, опуская голову. Мы с Ши Ыном не ожидали такой откровенности. В этот момент я почему-то вспомнил Бом Сока, который резко решил оборвать с нами связь. Пол скрипнул. Пак подошел к нам и протянул фотографию. — Берегите мою крестную дочь, — с горечью произнес он. Я взял снимок. С него на меня смотрела маленькая Ю Ра на руках у молодого и крепкого мужчины. Мы поклонились ему в пояс. Я потянулся за телефоном, открывая банковское приложение. — Скажите ваш номер, я переведу деньги за… — Пацан, убери, — строго оборвал он. — Она мне не чужая. Мы еще раз поблагодарили его и направились к выходу. Стоило нам открыть дверь, как мы едва не столкнулись с двумя девушками. Те самые близнецы с фотографии — высокие, с длинными темными волосами и «кукольными» лицами. Ши Ын тут же включил свой фирменный режим «каменного лица». Одна из девушек оглядела меня с ног до головы, словно я был каким-то деликатесом. Она кокетливо заправила прядь за ухо и крикнула вглубь дома: — Пап! Почему не предупредил, что у нас такие красивые гости? Мы бы хоть накрасились! Я лишь усмехнулся, проходя мимо. Обычно я всегда был полон женского внимания, но сейчас в голове была только одна девушка. Мы запрыгнули на мопед и уехали, чувствуя невероятный подъем. Теперь у Ю Ра было то, что она считала потерянным навсегда. И это было лучшим результатом дня. *** Шин Ю Ра. Я даже не поняла, в какой момент обняла его. Просто он оказался слишком близко, и мои руки сами вцепились в его пиджак, сжимая ткань так отчаянно, будто отпусти я сейчас — и всё вокруг, включая этот зал и музыку, просто растворится. Лоб уткнулся ему в грудь, дыхание сбилось, а сердце колотилось так сильно, что я чувствовала каждый удар в висках. Между нашими телами была зажата фотография. Я чувствовала её ладонью сквозь тонкую бумагу, но всё ещё боялась посмотреть . — Ю Ра, — тихо позвал он. Я едва заметно покачала головой, не желая отстраняться. — Подожди… Голос был слабым, почти чужим. Я не была готова. Боялась, что стоит мне взглянуть на снимок — и реальность рассыплется. Но, медленно разжав пальцы, я всё же опустила взгляд. И мир замер. — Нет… — выдох сорвался сам собой. Фотография. Та самая. Я отстранилась совсем чуть-чуть, но мои руки всё ещё держали его плечи, как единственную опору в этом внезапно закружившемся пространстве. Пальцы дрожали, когда я осторожно перехватила снимок, почти боясь прикоснуться к нему слишком сильно. — Его ведь сожгли… — голос начал ломаться. Я провела кончиками пальцев по краю — по ощущениям было ясно, что снимок хранили бережно все эти годы. Это был оригинал. Тот самый, из моего детства. В груди резко, до боли сжалось. — Я так сожалела… Су Хо, я так об этом сожалела… Слова выходили обрывками, я боялась спугнуть этот момент. Всё вокруг отдалилось, стало глухим и ненастоящим. Существовала только фотография. На ней — папа, молодой и улыбающийся. И я — маленькая, счастливая. — Я думала, что всё, — губы дрогнули, — что это было последнее, что у меня от него осталось… Я сжала снимок сильнее, не замечая, как слёзы градом катятся по щекам. Это было слишком. Слишком неожиданно и слишком ценно. — А теперь она снова здесь… Я подняла на него взгляд. В глазах было это глупое, детское неверие. — Это правда?.. — почти шёпотом. Будто он мог сейчас сказать, что это всего лишь сон. Я снова шагнула к нему и обняла еще крепче, прижимаясь так, словно пыталась удержать в себе всё сразу: папину улыбку, этот вечер и то чувство опоры, которое давал мне только он. — Спасибо… — выдохнула я ему в плечо. Су Хо замер на секунду, а потом, не изменив себе, решил разрядить обстановку. — Ну всё, не плачь, а то весь макияж поплывёт. Он чуть отстранился, и его рука скользнула с моей спины на плечо. Мы стояли слишком близко. Я поспешно отвела глаза, прижимая к себе подарок, чувствуя, как лицо обдает жаром. — Всё, отмена, — вдруг заявил он с абсолютно серьезным лицом. Я моргнула, не понимая, что происходит. — Что?.. Он тяжело выдохнул, покачал головой и посмотрел куда-то в сторону с наигранной суровостью. — Я передумал тебе её отдавать. Слишком рискованно. С этими словами он ловко выхватил снимок из моих рук. Я застыла в полном замешательстве . — Но… Су Хо.. — Да, — он кивнул сам себе. — Решение окончательное. — В смысле? Почему? Он чуть наклонился ко мне, понижая голос до заговорщицкого шепота: — Ты от неё плачешь. А если я тебе ещё что-нибудь подарю — ты вообще тут разрыдаешься. Мне это невыгодно. Я, между прочим, рассчитывал на улыбки, поцелуи и всё такое, а не на концерт. Я уставилась на него. Секунда, две… И вдруг внутри что-то перемкнуло. — Ты… ты серьезно сейчас? — голос всё еще дрожал, но теперь уже от подступающего смеха. Он невозмутимо пожал короткими плечами: — Абсолютно. Я тихо фыркнула, чувствуя, как на слове «поцелуи» щеки начало жечь еще сильнее. Я оглянулась по сторонам — не слышал ли кто? — и сама не заметила, как губы предательски растянулись в улыбке. Он тут же это уловил. Конечно, он. — О, всё, пошло-поехало, — довольно протянул он. — Так гораздо лучше. Я закатила глаза, смахивая остатки слёз тыльной стороной руки. — Ты невыносимый. — Зато эффективный, — парировал он с этой своей фирменной ухмылкой. Я покачала головой, бережно забирая фотографию обратно. Внутри стало… легко. Как будто тяжелый камень, который я таскала в сердце две недели, просто исчез. — Спасибо, — добавила я уже совсем тихо. — Да не за что. Только давай без повторных рыданий, ладно? Я морально не вывезу. Я всё-таки рассмеялась — звонко и совершенно не заботясь о том, кто на нас смотрит. И тут, поддавшись какому-то внезапному импульсу, я быстро потянулась к нему, коснулась губами его щеки и, не дожидаясь реакции, сорвалась с места. Я убежала в другую сторону зала, чувствуя, как пышная юбка мешает бежать, а сердце в груди поет громче музыки. Я не оборачивалась, зная, что он стоит там и наверняка смотрит мне вслед со своей сумасшедшей улыбкой. *** Я вернулась в актовый зал из раздевалки, чувствуя, как внутри всё поёт. Подарок Су Хо лежал в сумке, надёжно спрятанный, но я всё равно ощущала его тепло. В дверях меня уже поджидала Ё Ны. Она картинно развела руки, едва я подошла ближе. — Боже, Ю Ра! Я уже начала думать, что с тобой что-то стряслось! — воскликнула она, пристально вглядываясь в моё лицо. Я лишь хитрой улыбкой ответила ей, перехватив её ладони. Моё сердце до сих пор колотилось так бешено, что, казалось, это слышно на весь коридор. — Со мной всё отлично. Лучше не бывает… — выдохнула я. Подруга подозрительно прищурилась. — Ты что… целовалась с ним? Эти слова мигом выдернули меня из моих грез. Я испуганно прижала палец к её губам, чувствуя, как лицо обдает жаром. — Нет! Ничего такого, но… Ё Ны была бы не Ё Ны, если бы не прочитала меня как открытую книгу. — Но что? Ты этого хочешь, но боишься сделать первый шаг, — она победно усмехнулась. — Подруга, это вообще не проблема. Просто намекни ему. Большего от тебя и не требуется. Я покачала головой, чувствуя, как неловкость накрывает с головой. — Мы ведь даже не встречаемся официально… Ё Ны посмотрела на меня с таким выражением лица, будто я только что сказала, что Земля плоская. — Ты серьёзно, Ю Ра? А ты знала, что люди вообще-то спят друг с другом до брака? И я почти уверена, что в нашем классе девственников можно по пальцам пересчитать. И в этот список входишь ты, Су Хо и, может быть, Ши Ын. Я густо покраснела, буквально задыхаясь от её прямолинейности. — Давай не будем об этом! Ты сок хочешь? Я вот очень хочу, — быстро пробормотала я, увлекая её за собой к фуршетному столу. Мы подошли к стойке с напитками. Выбор был приличный: от ярких газировок до пафосного безалкогольного шампанского. Я уже протянула руку к бокалу с апельсиновым соком, как парни, стоявшие рядом, заговорщицки переглянулись. — Пс, девчонки, осторожнее. Это не просто сок, — шепнул один из них. Мы с Ё Ны синхронно замерли. — В смысле «не просто»? — Вы что, школьный паблик не читаете? — парень понизил голос до минимума. — Мы добавили туда соджу. Только учителям — ни слова! Это чисто для своих. Я уже хотела поставить бокал на место, но Ё Ны мёртвой хваткой вцепилась в мою руку. — Ты не опьянеешь, если он разбавлен! Давай, Ю Ра, дерзай. Один глоток — для храбрости. Она смотрела на меня так настойчиво, что я поняла: она не отстанет, пока я не выпью. Я нерешительно посмотрела на содержимое бокала, собираясь с духом… Но внезапно чья-то рука перехватила мой стакан. Я обернулась и столкнулась с Су Хо. Рядом, как тень, стоял Ши Ын. — Решила её напоить? — Су Хо хмуро взглянул на Ё Ны. — Она совершеннолетняя, — огрызнулась та, закатив глаза. — И что? Соджу — это гадость. Нечего травить красавицу, — отрезал он, отодвигая напиток подальше. Я открыла рот, чтобы вмешаться, но Ши Ын опередил всех. Он посмотрел прямо на Ё Ны своим непроницаемым взглядом: — Тебе тоже стоит перестать пить и курить. Это вредно. Мы все трое замерли, уставившись на Ши Ына. Такая прямая забота в его исполнении была чем-то из ряда вон выходящим. Я заметила, как глаза Ё Ны хитро блеснули. Она медленно захлопала ресницами, глядя на него снизу вверх. — Ты что… беспокоишься обо мне? — пропела она. — Нет, я просто… — начал был Ши Ын, но она не дала ему закончить. — Знаешь, я думаю, ты прав. Наверное, не стоит. Мало ли… — она многозначительно замолчала и поставила свой бокал на стол. Су Хо прищурился, глядя на эту сцену: — Как быстро ты переобулась. Интересно, из-за кого. А я сколько лет пытаюсь до тебя это донести… — Не начинай! — цокнула на него Ё Ны и тут же подхватила Ши Ына под руку. — Пойдем, прогуляемся. Извини, подруга, но я тебя покидаю. Они ушли. Вернее, она уволокла его за собой, продолжая стрелять глазками, а Ши Ын, кажется, до конца не понимал, как он оказался втянутым в этот сценарий. Я невольно рассмеялась: — Они так замечательно смотрятся вместе. Су Хо не ответил. Вместо этого он придвинулся ко мне почти вплотную. Опершись одной рукой о стол, он склонил голову к моему лицу, заставляя меня забыть о друзьях. — Ты убежала, просто поцеловав меня в щеку, — негромко произнес он. Я вздернула подбородок, глядя на танцующие пары перед собой, лишь бы не встречаться с его взглядом. — Мне нужно было отойти. — Это было нечестно, Ю Ра. — Что именно? — я глубоко вздохнула, стараясь сохранить спокойствие, хотя сердце уже выстукивало чечётку. — Нечестно, что ты поцеловала меня только в щеку. Он легко сжал мой подбородок двумя пальцами и плавно повернул моё лицо к себе. Его глаза блестели азартом и чем-то еще… теплым, тягучим, от чего в животе всё завязывалось в узел. Рядом с ним все мои тревоги, весь этот горький прошлый опыт — всё просто исчезало. Голос няни в голове, вечно твердивший об осторожности, окончательно затих. Я больше не боялась. Моё сердце было открыто, и я хотела быть с ним. Его рука медленно коснулась моей. Я затаила дыхание, когда он начал осторожно стягивать атласную перчатку с моих пальцев. Медленно, дюйм за дюймом, он обнажал мою кожу, не отрывая взгляда от моих глаз. Я была словно под гипнозом. Когда перчатка наконец была снята, он переплел наши пальцы. Теперь я чувствовала всё: жар его кожи, жесткие мозоли от тренировок и работы, силу его руки. Но за этой грубостью скрывалась невероятная бережность. Каждое его прикосновение было ласковым, почти благоговейным. В этот момент я поняла: он никогда не причинит мне боли. Су Хо был абсолютно серьезен. Его темные глаза сверкали в приглушенном свете, отражая азарт и что-то гораздо более глубокое. Он медленно поднял мою руку и прижался губами к самой середине ладони. Моё дыхание мгновенно сбилось. Это было слишком интимно, слишком нежно... Я не знала, куда деть взгляд, что сказать, поэтому просто стояла, позволяя ему оставлять эти крошечные, обжигающие поцелуи на моей коже. Казалось, бабочки внизу живота превратились в настоящий ураган. Его пальцы плотно сомкнулись на моем запястье, и он потянул меня на себя. Я поддалась без тени сомнения. Мир вокруг перестал существовать. Су Хо наклонился ниже, я видела его ресницы, чувствовала его дыхание на своих губах. Еще секунда — и он перешагнет эту черту, окончательно забивая на всё, что происходит в зале. Но звонкий голос директора в микрофоне разбил этот хрупкий момент, как хрустальную вазу. Я стояла, не в силах пошевелиться, чувствуя, как место на ладони, которого только что касались его губы, буквально горит. Колени стали ватными. В голове был какой-то белый шум, а перед глазами — только Су Хо, его серьезный, темный взгляд и то, как бережно он сжимал мою руку без перчатки. Мы были на грани. Еще один вдох, еще одно мизерное движение навстречу — и всё. Но голос директора, ворвавшийся в динамики, подействовал на меня как ледяной душ. Я резко отстранилась, едва не споткнувшись на своих каблуках. — Как я вам и обещала, — торжественно вещала она, — мы устроим вам настоящую вечеринку! Мир вокруг начал стремительно ускоряться, а я, наоборот, застыла. Мне было безумно неловко. Я не знала, куда деть свою обнаженную руку, и просто прижала её к груди, чувствуя, как пылают уши. Я боялась даже поднять на него взгляд. Казалось, если я посмотрю на Су Хо сейчас, я просто сгорю на месте от этого зашкаливающего чувства близости. Спокойная музыка сменилась тяжелыми, вибрирующими битами. Зал вокруг зашевелился, взорвался криками, а я всё стояла, глядя на свои туфли и пытаясь унять дрожь в пальцах. — Ю Ра? — негромко позвал он. Я подняла глаза. Су Хо ухмылялся, но в этой ухмылке не было насмешки — он видел, как меня «накрыло», и, кажется, сам пытался справиться с остатками того интимного момента. Из динамиков ударил знакомый ритм Sombr «12 to 12». Я судорожно выдохнула, цепляясь за эту музыку, как за спасательный круг. — Это… это моя любимая песня, — пробормотала я, всё еще краснея, но стараясь выровнять голос. — Серьезно? — он приподнял бровь, и его глаза снова блеснули тем самым азартом. — В таком случае, мы не имеем права стоять столбом. Давай, красавица. Он не стал дожидаться ответа. Су Хо резко шагнул ко мне и, не спрашивая разрешения, снова перехватил за талию, притягивая к себе. Это было уже по-другому — не нежно, а требовательно и уверенно. — Эй, смотри на меня, — шепнул он, когда бит начал нарастать. — Только я и ты, помнишь? Он первым задал темп, делая резкое движение плечами и отступая назад, вовлекая меня в этот драйв. Его уверенность передалась мне как электрический ток. Смущение никуда не делось, оно просто трансформировалось в бешеный выброс адреналина. Я вскинула голову, откидывая волосы, и наконец улыбнулась ему — уже по-настоящему, дерзко. Мы начали двигаться. Су Хо работал корпусом очень технично, каждый его шаг был четким и жестким. Я подхватила его ритм, зеркально повторяя выпады. Когда он уходил в сторону, я следовала за ним, чувствуя, как с каждым ударом барабанов между нами натягивается невидимая струна. Мы то сближались, почти сталкиваясь телами в этом тесном, горячем ритме, то разлетались, едва касаясь друг друга кончиками пальцев. Волосы лезли в глаза, платье мешало, но мне было всё равно. Я видела только его ухмылку и то, как он проверяет меня на прочность этим сумасшедшим темпом. Мы были синхронны до пугающего. Как будто одна душа на двоих, управляющая движениями. Мы были слишком заняты друг другом, чтобы заметить, как круг вокруг нас стал шире. Слишком заняты этой музыкой, чтобы увидеть, как чьи-то глаза, полные ненависти, следят за каждым нашим движением из темноты коридора. Вечер, который казался сказкой, уже начал свой обратный отсчет. *** Мы стояли в лестничном пролёте, пытаясь отдышаться. Тела всё ещё вибрировали от недавнего драйва, но это была приятная усталость. Ё Ны, совершенно вымотанная, осела на ступеньку, обдувая лицо мини-вентилятором. Ши Ын прислонился к перилам — даже его обычно непроницаемое лицо сейчас выглядело расслабленным. Су Хо стоял рядом со мной, и я кожей чувствовала его взгляд. — Умираю, пить хочется… — выдохнула Ё Ны, закрыв глаза. Су Хо кивнул Ши Ыну: — Пошли, принесем чего-нибудь холодного из зала, пока там всё не разобрали. Я выпрямилась, чувствуя, как в сумочке завибрировал телефон. Вытащив его я увидела, как мне звонила мама. — Вы идите, я поговорю с мамой на улице. Су Хо на секунду задержал руку на моем плече, внимательно вглядываясь в мои глаза. После всего, что произошло, он стал в разы внимательнее. — Ты уверена? – спросил он, вглядываясь на мое лицо. — Перестань, — я мягко коснулась его ладони. — Я буду прямо у крыльца. Там полно людей. Принесите мне апельсиновый сок, ладно? Су Хо вместе с Ши Ыном долго смотрели на меня, а потом кивнули скрываясь за дверями актового зала. Я повернулась к ней и сказала перед тем как выйти за дверями школы. — Я быстро. Я вышла на улицу. Ночной воздух после душного помещения показался ледяным — он мгновенно пробрал до костей, вызывая мурашки на обнаженных плечах и руках. Осенняя прохлада кусалась, но мне это было нужно, чтобы унять жар в щеках после танца и поцелуев Су Хо. — Да, мам… — я прижала телефон к уху, спускаясь по ступеням. — Да, всё хорошо. Су Хо… он рядом, не переживай. Скоро буду. Я закончила разговор и глубоко вдохнула, глядя на темное небо. Ученики кучковались у входа, кто-то смеялся, кто-то курил в тени деревьев. Я отошла чуть в сторону, к автомату с напитками, просто чтобы постоять в тишине под желтым светом фонаря. Я была так занята своими мыслями, так глубоко «витала в облаках», что не сразу заметила тень, отделившуюся от стены здания. — Шин Ю Ра. Я соскучился. Этот голос. Я узнала бы его из тысячи, и от этого звука кровь в моих жилах просто застыла. Я резко обернулась. Кан У Ён. Он стоял в паре шагов, высокий, массивный, заслоняя собой свет фонаря. Его взгляд, тяжелый и жадный, медленно прошелся по мне: по открытым плечам, по линии декольте, задерживаясь там слишком долго. — Красивая. Как и всегда, — его голос сочился ядом и каким-то пугающим восторгом. Холодный пот выступил на спине. Я сделала шаг назад, пока не уперлась лопатками в холодный металл автомата. У Ёна это только позабавило. — Вырядилась так для этого отброса Ан Су Хо? Или будешь нести чушь про «оделась для себя», как остальные девки? Я заставила себя не отводить глаз, хотя внутри всё кричало: «Беги!». Ладони вспотели, я судорожно вцепилась в край автомата, чтобы не упасть. — Тебя это не должно волновать, — голос дрогнул, и он это заметил. У Ён рассмеялся — громко, с издевкой. — Такая милая, когда пытаешься быть грозной. Он достал сигарету, зажал её зубами и щелкнул зажигалкой. Глубокая затяжка. Клубы дыма полетели мне прямо в лицо, заставляя закашляться. Он сделал шаг. Медленный. Хищный. — А помнишь, детка, как ты смешно возмущалась, когда я курил? Я скучал по твоим лекциям о вреде табака. Еще два шага. Он встал вплотную. Запах дорогого парфюма смешался с едким табачным дымом, создавая удушливую смесь. — Обычно я затыкал тебе рот, когда ты начинала слишком много болтать. Он поднял руку. Я инстинктивно вскинула ладони, закрывая лицо, ожидая удара. Тело парализовало страхом, я превратилась в натянутую струну. Моя реакция его только разозлила. Он рывком отдернул мои руки от лица и стальной хваткой вцепился в мой подбородок. Не настолько больно, чтобы я закричала, но достаточно сильно, чтобы я не смогла шевельнуться. — Всего одна гребаная ошибка, Ю Ра. Одна. И ты променяла меня… на него? — его лицо исказилось от ярости, дыхание стало тяжелым. — На это ничтожество?! Слезы хлынули сами собой. Я не могла выдавить ни звука, глядя в его безумные глаза. В следующую секунду он накрыл мои губы своими. Это не был поцелуй. Это было нападение. Жесткое, властное, не оставляющее шанса на вдох. Я попыталась оттолкнуть его, забилась в его руках, но он с легкостью перехватил мои запястья и впечатал их в автомат над моей головой. Его вторая рука бесцеремонно скользнула вниз, задирая край платья. Я чувствовала его холодные пальцы на своей коже, и это было хуже любого удара. Из горла вырвался приглушенный всхлип, который он тут же заглушил очередным грубым движением. Со стороны мы, наверное, казались страстной парочкой, уединившейся в тени. Никто из проходящих мимо учеников даже не обернулся. Слезы заливали лицо, я задыхалась от отвращения и ужаса, но его это только раззадоривало. И в этот момент, сквозь шум крови в ушах, я отчетливо услышала короткий, отчетливый щелчок камеры.