Глава 12. Соблазнительница в красном. Часть первая

Ночью, после возвращения домой, Игорь не мог уснуть. Мысли о плане роились в его голове, словно неутомимый рой пчёл, и он чувствовал, что для успеха им нужна каждая деталь, каждая крупица информации. Ему нужна была не просто схема действий, а безупречный, продуманный сценарий, в котором каждая реплика и каждый жест имели бы вес. Ему необходимо было сломать Тихонова не силой, а знанием, используя его собственную гнилую двойственность против него. Это должна была быть хирургически точная операция по удалению гнойника. Игорь включил ноутбук. Холодный свет экрана выхватил из темноты его сосредоточенное лицо, а его карие глаза, подёрнутые синей яростью, пристально вглядывались в цифровые архивы. Первой его целью был Тихонов и всё, что с ним связано. Игорь быстро нашёл страницу Андрея Матвеевича во ВКонтакте, а оттуда, через список друзей, перешёл на профиль его жены. На странице Елены Николаевны Тихоновой он увидел фотографии, которые подтверждали слова Олеси Антоновой. Она была молода, ей было всего 28 лет, с умным, открытым лицом и тёплой улыбкой. Фотографии из отпуска, семейные снимки, на которых Тихонов обнимал её, улыбался. Всё выглядело идеально. Слишком идеально, как глянцевый рекламный буклет счастливой семьи, скрывающий грязные секреты за плотной, сияющей обложкой. — Вот оно как… Лысый уёбок строит из себя порядочного семьянина. Сто пудов у них на самом деле всё хреново! — стал рассуждать обзорщик, тихо клацая клавишами. — Вот она, его ахиллесова пята. Он боится потерять этот фасад больше, чем тюрьмы. Какое же отвратительное расщепление: дома — любящий муж, в универе — похотливый хищник! Он живёт в двух параллельных реальностях, как в плохо написанном фанфике про измену. Мы должны столкнуть их лбами и посмотреть, какая из них выживет. Игорь обратил внимание на посты Тихоновой: она писала о своей работе, о книгах, о путешествиях. В её глазах не было ни намёка на страдание или тревогу, которую можно было бы ожидать от жены изменника. Её страница была воплощением благополучия, её жизнь казалась чистой и прозрачной, как отполированное стекло. В этой безупречности таилась слабость Тихонова. Игорь прокручивал ленту, впитывая информацию, и в его голове складывалась мозаика. Он нашёл её страницы в Facebook и Instagram, где она была также активна. Елена Николаевна работала юристом в крупной фирме, публиковала статьи в специализированных журналах. Она была сильной, успешной женщиной, которая, казалось, ничего не подозревала. Игорь сохранил несколько её фотографий, чтобы использовать их для обсуждения плана. Он чувствовал, что эта женщина — ключ, и её боль может стать их самым мощным оружием против Тихонова, его окончательным и бесповоротным падением. Игорь закрыл ноутбук, но в его голове продолжал работать «режиссёрский» и «сценарный» центр. Он проигрывал в уме все возможные варианты развития событий, просчитывая риски и шаги. Он знал, что этот план — опасная игра, балансирующая на грани морали, но другого выхода не было. Психологическое уничтожение казалось ему куда более чистым и действенным, чем любая драка. «Удар по яйцам, но не физический, а репутационный! Я знаю, как писать сценарии для самых эффектных поражений!» — подумал он с холодной решимостью.

***

Тамара и Марына провели вечер за разговорами, чаем и просмотром кино. В уютной тишине квартиры, освещённой только светом экрана, они чувствовали себя невероятно спокойно, как будто внешний мир с его войнами и тревогами остался где-то далеко. Обсуждая свои мечты и страхи, они смеялись и вздыхали, чувствуя, как крепнет их дружба. Они сидели на диване практически в обнимку, и Тамара чувствовала тепло Марыны, её лёгкий, цветочный аромат, который был таким же нежным, как её литовский акцент. Поскольку Марына уже засыпала на плече Тамары, та выключила фильм. Мягкий полумрак обволакивал комнату. Тамара поправила одеяло на Марыне, а потом, не в силах сдержать нежности, поцеловала её в щёку, ощутив мягкость её кожи. Затем она тихонько устроилась рядом и тоже уснула, положив голову на её плечо, впервые за долгое время чувствуя себя защищённой и умиротворённой. В этом тепле она на мгновение забыла о своих тревогах и о мести. На следующее утро Тамара проснулась первой. Она осторожно высвободилась из объятий Марыны, стараясь не разбудить её. Затем она прошла в коридор, схватила с пола рюкзак, задержалась на мгновение, чтобы ещё раз взглянуть на спящую подругу. Улыбнувшись, она тихонько вышла из квартиры, закрыв за собой дверь. Первым делом Тамара зашла в «Горожанку». Зная, что покупки с утра — обязательная процедура, она без раздумий купила бутылку холодного чая Lipton и пачку арахиса, после чего направилась на площадь Ленина. Немного походив возле памятника вождю мирового пролетариата, Кнопкина дошла до скамейки и приземлилась на неё. Спустя примерно полчаса, проведённые Тамарой за скроллингом соцсетей, ей стало скучно. Но скука быстро развеялась, когда появился Игорь. Он тащил под мышкой какой-то свёрток в почтовой бумаге. — Привет, Том, — подсел Радаев к Тамаре, положив свёрток на скамейку. — Принесли тут с утра кое-что. Не знаю, что это вообще. Лейбл «Почты России» стоит, а бумажки, мол, от кого, кому, тю-тю. А, стоять, ковбой... Игорь перевернул свёрток и увидел на задней стороне картонную накладку. — Посмотри-ка. С Сахалина. Ёбаный налево... Там имя Красновского. Он родом с Сахалина, — стал комментировать Игорь, чувствуя, как внутри нарастает волнение. — Почему же адрес тамошний? Он на отдыхе там, я так понимаю. А вот почему это вдруг мне? Щас узнаем. Он осторожно разорвал обёрточную бумагу, под которой оказалась небольшая, но тяжёлая коробка. Раскрыв её, он застыл от удивления. Внутри лежал внушительный пистолет, аккуратно завёрнутый в ткань. — Ни хуя себе... Травмат, — удивлённо констатировал Радаев, взяв пистолет в руки. Его вес приятно ощущался в ладони, словно рукоять дарила неожиданное чувство контроля и уверенности. — Красновский помнит, что я при самосуде против мразей на преподах использовал Макарова, что мне Толян давал, для запугивания Дмитриева, когда он был ещё за них. Без патронов, естественно, их я незаметно в карман ссыпал. А тут, видимо, для целей усмирения, нежели урон сильный наносить. Так, на коробку ещё распечатка налеплена. — Инструкция? — поинтересовалась Тамара, заворожённо глядя на пистолет. — Какое там! Скорее пояснительная записка. Ща. Игорь взял крышку коробки и прочитал напечатанную на компьютере записку. — «Здравствуй, Игорь! Я сейчас на Сахалине, 25 июня вернусь. Краем уха слышал про то, что Толя защитился в Питере, полной истории не знаю. Приеду, расскажете. Пока что присылаю тебе в качестве подарка травматический пистолет «Шельмец», как я его обозвал. Думаю, он сослужит тебе службу. Жму руку. Павел Ильич Красновский. P.S. Моя жена, Марина Геннадьевна, передаёт привет. Она помнит, как Толя сдавал ей введение в юриспруденцию». О как, — восхитился Радаев. — Так, пуху спрячу пока, коробку выкину. Там пульки есть, я их в карман тоже. Хрен знает, на кой, но пригодится. Избавившись от коробки и засунув пистолет и патроны в карман, Игорь вернулся к Тамаре. Он почувствовал, как этот подарок, это негласное признание его действий со стороны боевого товарища, придаёт ему ещё больше сил. — Ну что, Анатольевна, как спалось? — спросил он. — Замечательно, Игорёк. У Марыны так уютно. Мы всю ночь проболтали, — ответила Тамара. — И кино смотрели. Когда я ушла, Марына ещё спала. — Как проснётся, напиши ей, — кивнул Радаев. — Так вот, ещё я утром написал Оле Зуевой, она в деканате сказала и у ректора, что уходит на больничный. Недели две, наверное. Там госы, вся хуйня-бабуйня. До них отсидится. А в сентябре новый семестр начнётся. Хер знает, доживёт ли Оля с такими-то козлами на коллегах. Хотя вот... Хер не хер, а безопасность тоже важна. — Labas rytas*, бойцы, — пропела Марына, подходя сзади и обнимая Игоря со спины. — О, spalvinga mergina** пришла, хе-хе, — усмехнулся Игорь, обнимая Марыну в ответ. — Рад тебя видеть. Слушай, Марына, помнишь историю, ты мне рассказывала, про «фам фаталь» в красном? У меня появилась идея её воссоздать. Мы помним, что эта «фам фаталь» в своё время так запала в душу одному русскому преподу, что он даже хотел развестись с женой ради неё. Отыграем соблазнение Тихонова, как в «Бриллиантовой руке», с этакой модерновой Анной Сергеевной, но «с фитильком». Опять-таки, в гостинице, как в первоисточнике. Место действия — Мариотт. Это тут же, на Ленина. Чтобы его «завести» и пробудить его либидо, я думаю, ты знаешь, что делаем. Предложение выпить в номере, нежный «драматический стриптиз». И далее, как по сценарию. Только, чтоб он реально возбудился, нужно ему в стакан заранее добавить... как они, блин, называются, эти штуки... Игорь задумался. — Не клофелин, возбудитель, — предугадывая ответ Марыны, помотал головой Радаев. — Обычный какой-нибудь. Ещё деталь. Наша «Леди Икс» должна красиво танцевать и раздеваться, чтоб он прямо загорелся. И имя нашей леди... Экзотическое такое... Как там звали-то одну... Блядь, Серёга Захаров же рассказывал. Тома знает, это Серёгина знакомая. В реале Алёна, а взяла себе другое имя. Какое ж имя-то... Лара, вот. Она похожим образом окрутила Костенко, когда он в Питере на той самой аккредитации был в СПбГУ. Алёна Романенко полное имя. Где сейчас — хер знает. Была официанткой в каком-то до хуя элитном баре, совмещала с учёбой. Пробовала себя как танцовщица, для чего даже взяла себе такой образ секси-суки. Окрутила его так, что он ей, блядь, за экзамен выставил автомат. А что касается возбудителя... Какой самый эффективный? У меня как-то бывший однокурсник перед междусобойчиком с практиканткой по английскому выжрал что-то подобное и весь вечер дрючил её, как зверь. Говорил потом, дескать, так по-богатырски не трахался никогда в жизни. Повисла пауза, после чего Игорь подвёл черту: — Значится, такое возвращение леди Икс организуем. И звать нашу леди Икс будут тоже Лара, а фамилия... Кто ж там в «Татьянином дне» был самой эффектной-то... Баринова, во. Заебись. Образ я прям сходу придумал. Ща. — Ну-ка... — кивнула Тамара. Игорь продолжил: — Платье, паричок, туфельки. Не на шпильках, мы не будем так выделываться. Ну, и что-то посексуальнее ещё. Красивенькая, но тупенькая мажорка аж из самой Москвы, короче, приехала в Новосибирск и не ебёт, как тут устроиться, потому и мыкается. Вот тебе и легенда, и сюжет. Прям чистая мылодрама. Как тебе такое, Неилон Немаск? — Ну чистая мылодрама реально! — засмеялась Тамара. — Ты прям режиссёр и сценарист в одном флаконе! — Как известно, в борьбе с уродами пойдут и самые безумные идеи, — усмехнулся Игорь. — А я просто оригинальный. Дашка мне говорила, кстати, про капли какие-то, которые ей помогают с её, так скажем, девичьим здоровьем. Какие-то специальные. Травяные даже. Том, ты наверняка знаешь такие. «Любовный эликсир», кажется. Поэтому она и целуется будь здоров, я от её поцелуев улетаю. Так, с этим всё. И вот главная деталь. — Игорь, погоди, — прервала его Марына. В её голосе прозвучало любопытство. — Перед тем, как я буду вживаться в роль, я должна знать, с кем мне предстоит столкнуться. Покажи мне фото его жены. Игорь тут же достал телефон и нашёл в галерее сохранённые вчера фотографии Елены Николаевны Тихоновой. Он протянул телефон Марыне. Марына взяла телефон и стала рассматривать фото. Её глаза, обычно полные задора, стали серьёзными. Она листала фотографии, где Елена Николаевна улыбалась, обнимала мужа, позировала на фоне достопримечательностей. Она видела умное, интеллигентное лицо, и в какой-то момент в её взгляде промелькнула тень сомнения. — Она... она очень милая, — тихо произнесла Марына, чувствуя укол в сердце. — И кажется такой... хорошей. Почему он ей изменяет? Зачем ему это, если у него такая женщина? — Мне кажется, это его личное расщепление личности, — ответил Игорь. — С одной стороны, он хочет быть образцовым семьянином и уважаемым преподавателем. С другой — он похотливый ублюдок, который не может контролировать свои инстинкты. Он ценит свою репутацию, но не может удержаться от того, чтобы соблазнить, как он считает, беззащитную студентку. — Это отвратительно, — сказала Марына, возвращая телефон Игорю. Её голос стал твёрже. — Я не думала, что он настолько низкий. Эта женщина заслуживает правды. Её мотивация теперь была глубже, чем просто желание помочь друзьям. Она, как творческая натура, всегда стремилась к справедливости. История Олеси Антоновой тронула её до глубины души. Теперь, увидев лицо и красоту Елены Николаевны, она почувствовала личную ответственность за то, чтобы эта хорошая, ничего не подозревающая женщина узнала правду. Игра в «Леди Икс» перестала быть просто сценарием — это стало её миссией. — Вот так она выглядела, — произнёс Игорь, открывая на телефоне фото Алёны Романенко в образе Леди Икс. — Секс так и прёт, даже несмотря на то что это просто фотка. Я бы такую мадаму просто взял, не раздумывая. — Помоги мне, помоги мне, в желтоглазую ночь позови... — с иронией запела Тамара, пародируя Аиду Ведищеву. — И это не обойдётся без последствий? — спросила догадливая Марына. — Всё так, — кивнул Радаев. — Этого похотливого пропойцу в номере Мариотта сто процентов застукает жена. Как её там... Елена Николаевна вроде, она у Дашки в своё время практикум по процессуалке принимала. Поадекватнее муженька будет. И будет «Не виноватая я, он сам пришёл», как в первоисточнике. Работайте над образом. Я с Ирой и Лизой посижу, они щас прийти должны. Тамара и Марына в обнимку удалились, а к Игорю присоединились Ира и Лиза, которые позавтракали в кафе. — Ирок, Лизон, привет, — обнял девушек Радаев. — Мне тут подгон оформили, полезный. Он извлёк из кармана травматический пистолет и продемонстрировал Ире и Лизе. — Во. Это Красновский Павел Ильич прислал. Он послезавтра с Сахалина вернётся, он там на отдыхе, — пояснил Игорь. — Он у Толяна, если помните, английский в НГУ преподавал. — Ого, красивый, — протянула Лиза, глядя в глаза Игорю. — Прямо как ты, Игорёк. — Ыгы, офигевшая пуха, — кивнул Игорь. — Я не думал, что Павел Ильич такое мне подгонит. Хотя он помнит, что я в том году при самосуде над говнюками на преподах использовал Макарова. А это, казалось бы, мелочь какая-то, но, если надо, может быть весомым аргументом. Или пугалкой. Патрончики есть, и их целый комплект. — Круто! — восхитилась Ира. — А то, — Игорь убрал пистолет и придвинулся к подруге, обнимая её. — Если вдруг дело пойдёт по пизде, «Шельмец» будет пущен в ход. Мы за тебя отомстим, как за, пожалуй, самую главную жертву Тихонова. Он задумался и отвернулся, глядя в небо. Вернулись Тамара и уже переодетая Марына. Литовка шла, покачивая бёдрами. Платье облегало её, как вторая кожа, подчёркивая каждую изящную линию её тела. Она шла не как женщина, а как хищница, готовая к охоте. — Ого... — удивлённо протянул Игорь, вглядевшись в Марыну. — Марына, ты в этом образе такая нежная и сексуальная, так бы и съел тебя! Нереальная... Не знаю, как Тихонова, а моё либидо ты возбудила. — А что за образ? — спросила Лиза. — Прям ля фам фаталь. Как в киношке какой-нибудь. — Такой загадочный образ, — подхватила Ира. — В честь чего такой наряд? — Марына сегодня у нас таинственная Леди Икс, — пояснил Игорь. — Знаешь же Алёну Романенко, Ир? Так вот эта Леди Икс — её образ. Я видел видео с её танцами. Зажигалочка, пластичная такая. Сейчас после отчисления вроде как всё ещё работает официанткой, танцует, снимается в кино и сериках всяких, музыкой занимается. Так вот, Марына сегодня сыграет эту самую Леди Икс. Ну, и по сценарию фильма «Бриллиантовая рука» всё будет развиваться. Марына, я видел твои выступления, у тебя отыгрывание во время песни на уровне. А это очень хорошо. В номере, который будет местом действия, можно поставить несколько камер, и я могу через одну программу их отследить и записать с них видео со сменами ракурсов, как в кине какой-нибудь. Кстати, я тут видел капли, когда в аптеку заходил перед тем, как сюда приехать. Один в один Дашкины. Смотри. Он достал из кармана бутылочку капель «Любовный эликсир». — Сколько капель надо, чтобы эффект был хороший? — спросила Марына. — Какая дозировка? — Для наших поцелуйных сессий Дашке хватает три капли с водой, — ответил Игорь. — Она целуется как богиня. Три капли хватит с головой. С алкашкой много не надо. Он достал три мини-камеры и вручил Марыне: — Вот камеры, которые ты заранее поставишь в номере. Я заведу программу и буду управлять видео. Будет реально кинематографично, ну прям чисто как в кине драматической. Я те отвечаю, такую лютую кину ты в своей жизни будешь отыгрывать впервые. И тебе понравится. — Действительно, звучит как кино, — засмеялась Марына, забирая капли и камеры. — Я буду отыгрывать так, как не отыгрывала никогда. Я ведь, помимо вокала, актёркой занималась. — Огонь! — хлопнул её по плечу Игорь. — Самая всесторонне развитая секси-литовка в Новосибирске, получается. Во время появления супруги Тихонова ещё отыграй, как Светличная в «Бриллиантовой руке», такую типа невинность разыграй. И таким характерным голосом... «Нет, нет! Не виноватая я, он сам ко мне пришёл!», что-то такое. И так томно, чтоб даже сама Николаевна тебя захотела. Он рассмеялся от собственной оригинальности. — Пиздец я стратег и режиссёр! — вдоволь насмеявшись, сказал Игорь. — Будет весело. Только главное, чтоб у тебя паричок не спал. А то спалишься. В баре можно тоже камеру пристроить какую-нибудь. Ну, или скрытый телефон. Начинаем с бара, потом действие кины переходит в номер. — А как он попадёт в «Мариотт»? — поинтересовалась Тамара. — Технически, — улыбнулся Игорь. — Марына пишет ему от имени Лары в мессенджере, типа, давно не виделись, год точно, предлагает встретиться в кафешке. Там просто какой-нибудь перекус закажет, а в номер предварительно... Винишко, извиняюсь за свой французский. Шато Шеваль, сука, Блан. Он это любит. Оставишь в номере, в его бокал добавишь «Любовный эликсир» как раз. Если какую-то «бляху» капельную на дне увидит, скажи, что это, типа, новый особый вид бокалов с инкрустацией в чаше. Капли всё равно в вине растворятся. Ну, типа, после бара «пойдём в номера», и дальше по сценарию. Тамара отыграет роль подруги его благоверной Ленки. Сколько Николаевне лет-то, блядь... Молодуха такая, типа, уже не двадцать, но ещё не сорок. Двадцать восемь, во. Девяносто второго года она. А как подругу Николаевны-то зовут, не помню... Часто видел на тусовках всяких. Имя такое знакомое, на языке вертелось. Соня Ломовая, точно! Тома, оденься как Соня, короче, и отыгрывай её максимально перед Николаевной. Встретитесь с Еленой Николаевной где-нибудь, где она обычно гуляет, ты её казуально так поспрашивай типа как подруга, мол, как дела, тоси-боси, ну, и так невзначай скажи, мол, а ты за мужем давно смотрела или нет, типа, видела, как он куда-то летел, как угорелый, и, типа, есть подозрения, что он тайно посещает любовницу. — Опять-таки, как в «Бриллиантовой руке», когда Плющ с супругой Горбункова говорит о Семёне Семёныче? — уточнила Тамара. — Ага. Я лично знаю Соню, это моя бывшая кураторша в педе, член профкома, активистка. Обычно она в Центральном парке тусуется вечерами, — кивнул Игорь. — Во. Он показал Тамаре фото Сони Ломовой с её страницы в ВК. — Такую красотку я отыграть смогу. Ну правда, такой секс излучает, что внутри горит. Я могу приодеться как Соня, — хихикнула Тамара. — Отлично, — кивнул Игорь. — Марына, можно тебя сфотографировать? Фото будет типа напоминанием о легендарной Леди Икс. Марына приняла соблазнительную позу, и Игорь сделал несколько фотографий на телефон. — Огонь, ты прям женщина-вамп, — улыбнулся он. — Секс реально так и прёт. Так, вроде всё. Николаевна сегодня выходная вроде, у неё пар не стоит. Обычно она вечером как раз в Центральном парке гуляет, как я и сказал. Тома Елену Николаевну там и словит как будто случайно. Ну, и типа давно не виделись, скучала, вся херня. Она поверит, что перед ней Соня. Ну, ты поняла, Анатольевна. Это всё начнём вечером, это самое страстное время суток. — Ага, — кивнула Кнопкина. — В таком кино мы ещё никогда не участвовали, хе-хе-хе. — Гайдай бы проникся уважением, — улыбнулся Игорь. — До такого кина в нашем плане мы ещё никогда не доходили. Я повторюсь, будет весело. Марына приподняла платье, показывая маечку под ним. — Я маечку поддела под платье. А под маечкой у меня, кстати, бельё, — улыбнулась она. — И не абы какое, сексуальное. Самое сексуальное, что я смогла найти. — Вот это топ, — кивнул Игорь. — Я знал, что ты подойдёшь к преображению со вкусом. Я восхищён, Марына. Ты сверхоригинальна. Как те дамочки-вамп из кино. — Такого кина экшонистого я мало знаю, но, судя по тому, в каких красках ты это описал, это будет просто лютое кино, — засмеялась Лиза. — Ага. Конечно, не «Криминальное чтиво» и не иные шедевры от нашего всеобщего любимца Тарантино, но тоже лютый уровень, — подтвердил Игорь. — Это тот случай, когда сама жизнь пишет сюжет кины. Он глянул на Лизу и Иру и провозгласил: — Как говорится, кина будет, кинщик наготове. Как минимум за час полигон подготовить реально. Ну, там что-то лёгкое в кафе взять, ожидая Тихонова, номер подготовить. Ну, и музыка. Подойдёт колонка переносная, если есть, телефон, ну, или бумбокс, если в номере таковой будет. Какая-нибудь музыка для стриптиза или соблазнения страстная. Ну, либо сохраним верность первоисточнику и заведём «Помоги мне». Я уже, кстати, на сайте глянул номера. Марына, как тебе «советский» люкс вот этот? Девять тысяч ночь. Глянь на это. Игорь продемонстрировал литовке фото номера на сайте Mariott. — Неплохо, — улыбнулась Каваляускайте. — Бронируем. Игорь в пару кликов оформил бронь на имя Баринова Лариса Вадимовна. Платёж провёл он по номеру карты Марыны. — Если в баре ещё видеокамеры есть, я сопряжение с ними в системе поставлю. Видео с них пойдёт мне в прогу, — продолжил Игорь. — В номере камеры ты спрячешь, куда будет удобно. Всё вроде. Марына залогинилась ВКонтакте в аккаунт «Лара Баринова», нашла страницу Тихонова и написала ему: «Здравствуйте, Андрей Матвеевич! Меня зовут Лара, я приехала в Новосибирск из Москвы и пытаюсь здесь устроиться. Я живу в отеле Mariott на площади Ленина и хотела бы сегодня вечером встретиться и поговорить. Как вы на это смотрите?». Тихонов ответил довольно быстро: «Добрый день! Да, я не против. Люблю деловых людей. Моя супруга тоже очень печётся о сфере трудоустройства. Сегодня в 19:00. Пойдёт?». Марына отписалась: «Отлично. Я буду чуть пораньше». — Я вот ещё одну деталь вспомнил, — поднял палец Игорь. — Что добавляет образу роковой красотки таинственности и, наверное, брутальности, что обычно не характерно для женщин? Я вижу эффектные тени на веках, это одна деталь. Такой женственной брутальности подобным секси-образам всегда добавляли очки. У нашей Леди Икс будут как раз очки. Тут уж по твоему вкусу, Марына. У тебя очки есть? «Кошачий глаз» сойдёт, так сказать, для сельской местности. — Очки есть, Игорь. «Кошачий глаз» как раз. — улыбнулась Марына. — Найдутся в моих закромах. — Ugnis,**** — сказал по-литовски Игорь, поднимая большой палец. — Мне уже начинает нравиться ход нашей игры. Я Афоне скину отдельно ссылку на видеотрансляцию нашей «кины», он хоть на ночной смене сегодня расслабится. Толяну со Светой тоже. Они эти дни вместе проводят, не будем мешать особо. Надо будет, позовём. У них сейчас своя идиллия. Все разошлись. Дома Игорь пересел за компьютер и аналогичным образом, как на ноутбуке, настроил на нём программу для камер. Вывод он поставил на запись. Ближе к семи вечера Марына, в облегающем красном платье до колен, с аккуратно уложенными волосами, в очках «кошачий глаз» и с небольшой сумочкой, вышла из своего номера в отеле, где уже установила камеры. Она зашла в бар при «Мариотте» и села за столик, заказав бокал белого вина. Через десять минут появился Тихонов. Он был одет в строгий костюм, но выглядел немного помятым, словно после тяжёлого рабочего дня. — Лара? — неуверенно произнёс Тихонов, подходя к её столику. — Она самая. Я вам писала, помните? — кивнула Марына. — Приятно с вами полноценно познакомиться лично. Моё полное имя — Лариса Вадимовна Баринова. — Взаимно, Лариса Вадимовна, — расплылся в улыбке Тихонов, присаживаясь напротив. — Андрей Матвеевич Тихонов. Очень рад нашей встрече. Вы выглядите… восхитительно. Это красное платье вам невероятно идёт. Марына кокетливо улыбнулась. — Благодарю. Я люблю красный цвет. Он, как мне кажется, добавляет уверенности. А мне сейчас это очень нужно, в незнакомом городе. — Так вы совсем недавно в Новосибирске? — участливо поинтересовался Тихонов. — Да, буквально вчера прилетела из Москвы. Решила попытать счастья здесь. Мне говорили, что в вашем городе много возможностей. — Это правда, — кивнул Тихонов, не отрывая взгляда от Марыны. Её уверенный тон и эффектная внешность производили на него впечатление. Красное платье облегало её фигуру, подчёркивая каждый изгиб, а очки «кошачий глаз» придавали образу загадочности и сексуальности. — Чем вы занимаетесь? — Я имела дело с юриспруденцией, впрочем, как и вы. Надоело — стала, как выражается моя двоюродная сестра из Литвы, pardavimų vadybininkas***. Набралась опыта — сменила сферу, — стала повествовать Каваляускайте. — Какая уж тут секретность, Андрей Матвеевич? По мне видно, наверное, что я представляю весьма обширную сферу... Мало кому вообще об этом говорю. Это очень специфическая сфера, но я свою нишу там заняла. До этого была психологом. Сейчас я связана... с той сферой, которую обычно предпочитаю держать в секрете, но сегодня в виде исключения скажу о ней вам. Это в целом сфера... услуг. Банально, да, но такова моя жизнь. В это время преображённая в Соню Ломовую Тамара сидела на скамейке в Центральном парке и читала книгу. На ней было стильное, но неброское платье, и она излучала энергию активного члена профкома. Заметив идущую мимо Тихонову, она позвала: — Лена! Лен! Не узнаёшь, что ли? Это ж я, Соня! — Ой, Сонечка! Какая встреча! — обрадовалась Елена Николаевна, подходя к скамейке и обнимая Тамару. — Сколько лет, сколько зим! Ты совсем не изменилась. Как ты? Как работа? — Лен, да всё по-старому, кручусь как белка в колесе, — непринуждённо ответила Тамара, изображая лёгкую усталость. — Ты как сама? Как Андрей? Всё в университете пропадаете? — Да, всё там же, — вздохнула Елена Николаевна. — У него сейчас сессия, так что дома почти не бывает. Вечно какие-то зачёты, экзамены… — Тут ещё госы эти грёбаные, чтоб их, — подхватила Тамара. — Я сегодня гуляла с Лидой, ну, подругой моей, ты её помнишь, и увидела Андрея. Весь красный, летел куда-то, как угорелый. Я подумала: «Что это с ним?». Он в последнее время со мной даже не здоровается. И знаешь, что, Леночка? Меня вот мучает вопрос: у вас в отношениях всё в порядке? — Да, Сонечка, всё нормально, хоть и не без нюансов, — улыбнулась Елена Николаевна. В её голосе проскользнула едва уловимая нотка защиты. — Но эти нюансы — просто мелочи, скажем так. Мы никогда не ссорились. — А он не вёл себя как-то... необычно в последнее время? — Да нет вроде, — задумчиво произнесла Елена Николаевна, хмуря брови. — Хотя… знаешь, пару раз он приходил домой какой-то… взбудораженный, что ли. И телефон свой как-то подозрительно прятал. Я, конечно, не лезу, но… знаешь, всякое в жизни бывает. — Я вообще к чему, Лен... Я просто интересуюсь, беспокоюсь. Ты ж моя подруга всё-таки. Вот скажи, Леночка... — Тамара сменила интонацию. — Не кажется ли тебе, что Андрей... посещает любовницу? Я видела, как он зашёл в «Мариотт» сегодня вечером. А оттуда просто так не выходят. — Сонечка, ну ты что, родная моя? — удивилась Тихонова, но в её глазах мелькнула тревога. Упоминание конкретного места и времени ударило сильнее, чем просто догадка. — Андрей у меня такой порядочный, такой… идеальный! Он на других женщин даже не смотрит! — Просто мало ли, какие ситуации бывают, — участливо произнесла Тамара. — Я вот встречалась с парнем, и в первые месяцы всё было нормально, но позже... скатилось в какую-то дичь, извини за выражение. Он мне изменил, и я его бросила. Я не хочу, чтобы у тебя так же было. Если что, позвони или напиши. И, знаешь, там на площади Ленина есть очень уютная кофейня. Можешь прогуляться, если хочешь... Просто так, кофе попить. — Спасибо, Сонечка. Ты очень добрая. Я обязательно с тобой свяжусь, — пообещала Елена Николаевна, хотя в её голосе чувствовалась некоторая тревога. Она уже знала, что пойдёт. Тем временем в баре «Мариотта» разговор между Марыной и Тихоновым становился всё более непринуждённым. — Когда я работала официанткой, одна из моих коллег пыталась меня подставить. — рассказывала Марына, — Она пыталась сделать всё, чтобы меня уволили, а её повысили. И я ей отомстила. Своими методами. — Ого! — восхитился Тихонов. — И как же? — Не скажу, Андрей Матвеевич, это секрет, — хихикнула Марына. — Но могу сказать, что она потом долго жалела. — Вы прямо роковая женщина, Лариса Вадимовна, — улыбнулся Тихонов. — Мне нравится ваш характер. — А мне нравится ваш, — ответила Марына. — Вы такой уверенный, такой… сильный. Я всегда мечтала встретить такого мужчину. — Я тоже рад, что мы встретились, — произнёс Тихонов. — Вы мне симпатичны, Лариса Вадимовна. — Может, поднимемся в мой номер? — предложила Марына, делая паузу. — Там есть отличное вино. — Я не против, — кивнул Тихонов, не в силах скрыть своего волнения. — Только давайте на «ты». Мы же взрослые люди. — Конечно, Андрей, — улыбнулась Марына. — Тогда пойдём? Они вышли из бара и поднялись в номер Марыны. Она открыла дверь и пропустила Тихонова вперёд. — Вот мой скромный номер, — произнесла она. — Чувствуй себя как дома. — Здесь очень уютно, — огляделся Тихонов. — И вино уже на столе. — Да, я приготовила, — ответила Марына. — Садись, я сейчас налью. Она налила вино в бокалы и подала один Тихонову. — За нас, — подняла бокал Марына, смотря ему прямо в глаза. — За нас, — ответил Тихонов и сделал жадный глоток. — Отличное вино. — Я старалась, — улыбнулась Марына. — Я люблю всё самое лучшее. Они выпили ещё по бокалу, и Марына поставила музыку. Заиграла медленная, чувственная мелодия. Марына плавно поднялась и начала танцевать, медленно приближаясь к Тихонову. Её движения были соблазнительными и грациозными. Красное платье облегало её тело, подчеркивая каждый изгиб. Тихонов завороженно наблюдал за ней, не отрывая взгляда. Он чувствовал, как внутри него разгорается пламя желания. «Надо же, какая удача… Она действительно из Москвы, чувствуется порода!» — мелькнула в его голове пошлая, самодовольная мысль. Постепенно танец становился всё более откровенным. Марына медленно, с артистической задержкой, снимала с себя украшения, расстёгивала невидимые пуговицы на платье, пока оно наконец не упало на пол, открывая его взору алое кружевное бельё, которое выглядело вызывающе, но невероятно стильно. Тихонов с трудом сдерживал дыхание. Он был полностью поглощён этим зрелищем. Марына подошла к столу, взяла его бокал с вином и, слегка наклонившись, сделала глоток, не отрывая взгляда от Тихонова. В этот момент, когда его внимание было полностью приковано к изгибу её шеи, она незаметно и быстро добавила в его бокал три капли «Любовного эликсира». Затем она протянула ему бокал. — Твоя очередь, Андрей, — прошептала она, и её голос заставил его вздрогнуть. Тихонов взял бокал и выпил остатки вина. Марына снова начала танцевать, теперь уже более раскованно и вызывающе. Она приблизилась к Тихонову, и аромат её духов, смешанный с запахом вина и её тела, окончательно вскружил ему голову. Она провела рукой по его щеке. — Ты мне очень нравишься, Андрей, — прошептала она ему на ухо. Действие «Любовного эликсира» начало проявляться, смешиваясь с алкоголем. Тихонов почувствовал, как его охватывает волна возбуждения. Он схватил Марыну за руку и притянул к себе. — Ты тоже мне очень нравишься, Лара... — прохрипел он, потеряв всякий контроль над собой. Их губы слились в страстном поцелуе. Марына стиснула зубы, преодолевая отвращение, чтобы отыграть роль до конца, и в этот самый момент, когда Тихонов прижал её к стене, раздался резкий, требовательный стук в дверь.