Игра началась

🎧Playlist: Agnes Obel – Familiar Zola Jesus – Swords Julee Cruise – Falling Chelsea Wolfe – The Way We Used To Sigur Rós – Svefn-g-englar — Блять! — раздался громкий голос Сириуса, и за ним последовал грохот с кухни. Я резко открыла глаза, вырванная из сна. Внизу явно шла битва не на жизнь, а на смерть. Но желания вылезать из тёплого пледа не было — от слова «совсем». За окном было холодно, воздух проникал сквозь щель, и я поёжилась, сидя на кровати. Растёрла лицо ладонями, пытаясь собраться. Сколько времени? Кто я? Где я? В комнате не было часов, только серый свет рассвета за окном указывал на то, что сейчас раннее утро. Укутавшись в плед, как в плащ, я спустила ноги. Пол оказался ледяным — я тут же захлопнула проклятое окно. Прокрутив все события вечера у себя в голове, у меня так и не получилось вспомнить когда я его открыла. — Ана? — раздался голос у двери. — Господи, Сириус! Так и поседеть недолго. Зачем так пугать? В проёме стоял он — с довольной ухмылкой, явно наслаждаясь моей реакцией. Лицо его светилось от сдерживаемого смеха. — Давай, выкладывай. Что там у тебя? — У тебя нет волос, — рассмеялся он, — так что поседеть не получится. Я запустила в него пледом. Он увернулся и скрылся в коридоре, хохоча. — Вот же… — пробормотала я, поднимая плед с пола и бросая его на кровать. Желудок громко напоминал, что мы не ели со вчерашнего обеда в больнице — если это можно было так назвать. Спускаться по лестнице было мукой: мышцы всё ещё не верили, что я могу ходить. Но голод был сильнее. На кухне меня встретила картина маслом. Сириус попивал кофе, хихикая в кружку. Раковина была забита грязной посудой, пахло пригоревшим, но на столе — тосты с клубничным джемом и кружка кофе. — Что тут произошло? — спросила я, садясь и сразу хватая тост. Сириус не обманул, джем и правда был просто восхитительным. — Пытался приготовить завтрак, — пожал он плечами, — Ты очень долго спала. Я вчера заходил к тебе, хотел позвать на ужин. Не стал будить. — Ты готовил ужин? — Ладно, заказал пиццу. Чем тебе не ужин? Я рассмеялась, наблюдая за его мимикой. Ему бы в театральный, а он… где-то работает. Отметив про себя, что надо прояснить, чем он на самом деле занимается, я спросила: — Когда заходил — окно было открыто? — Я его открыл. А что? Он собрал посуду, пару секунд тупо смотрел на переполненную раковину — и поставил тарелки на стол, аккуратной стопкой. Раз Сириус открыл окно, значит, никакие Эдварды ночью ко мне не заглядывали. Даже жаль немного. Я бы посмотрела на него в темноте. Без рубашки. Без улыбки. Без маски. — Не знаю, о чём ты думаешь, — перебил Сириус, щурясь, — но покраснела ты явно не из-за кофе. По планам у нас сгонять в Порт-Анджелес. Прикупить тебе шмоток по размеру. Маякни, когда будешь готова. — Это от тоста, — буркнула я, хватая кружку и уходя. — Ага-ага, как же. Закатив глаза, я поднялась наверх. После плотного завтрака сил прибавилось — восхождение на «вершину» далось легче. Закрыв дверь на замок, я рассмеялась. Сириус был… странным. Он был заботливым, но без давления. У него не было мыслей стать мне заменой родителей или опекуном. Он был другом. Шутил, ругался, курил при мне — и при этом оставался идеальным. Если бы меня попросили описать его одним словом — это было бы комфорт. И точка. Решила одеться как вчера — чтобы не копаться в коробках в поисках нормальной одежды. Раз едем за покупками, всё нужное купим. Коробки подождут. Я крутилась по комнате, составляя мысленный список: часы, лампа, косметика, парфюм, подушки, плед, что-нибудь для настроения… — Я готова! — крикнула я на весь дом и помчалась вниз, глупо хихикая. Но внизу шёл спор — резкий, напряжённый. Я замерла. Однако, когда я спустилась, Сириус уже стоял спиной к двери, тяжело дышал, прижав лоб к косяку. — Сир? Что случилось? Кто приходил? — Никто. Ты готова? Супер. Поехали. — проговорил он на одном дыхании и выскочил на улицу. Я ошарашенно смотрела ему вслед. В больнице я видела его недовольным и ворчливым, но такого не было. Пожав плечами, я схватила свою и его куртку — он даже не взял. Улица встретила приятным прохладным ветром. Облака закрывали солнце, хотя пару часов назад небо было чистым. Судя по блестящему асфальту и маленьким лужицам — недавно прошел дождь. Сириус сидел в машине, мрачнее тучи, нервно постукивая пальцами по рулю. Видимо ему не терпелось убраться отсюда подальше. — Ты забыл куртку, — сказала я, устраиваясь рядом. — Прости… — прошептал он, опуская плечи. И в этот момент я увидела его. Не шутника. Не дядю. А уставшего, измождённого человека. Того, кто тоже потерял близких ему людей. Но лезть в его личное дело, в его боль, я не стала. Если захочет — расскажет. А пока: — Всё хорошо, Сир. Главное, ты взял термокружку? Потому что в магазинах мы пробудем долго. Машина наполнилась смехом. Я посмотрела на него. Если бы он не был моим дядей… думаю, я бы даже попыталась его закадрить. Меня всегда привлекали мужчины постарше, а тут такой ходячий секс, еще и на хорошей машине и пахнет от него всегда приятно. Но он им был. А я… это я. Чтобы отвлечься, я включила музыку. Из колонок полилась немецкая речь, до боли знакомая. Сердце сжалось. Я не понимала слов, но ощущение было — как падение. Die letzte Träne, die ich hab’ Wer ist sie noch wert? Denn der Platz in meiner Brust ist leer… — Все хорошо? — обеспокоенно спросил Сириус, глядя то на меня, то на дорогу. — Надо остановиться? — Нет-нет, все хорошо. О чём поётся? — спросила я, отводя взгляд к окну. — «Моя последняя слеза. Кто достоин её? Ведь пустота в моей груди». Он посмотрел на меня. Я не ответила. Просто смотрела в окно, на мелькающие деревья. Сделала музыку громче. И мы ехали — каждый в своих мыслях. /// — Боже, надеюсь, это ружьё, — выдохнул Сириус, оборачиваясь. Я хихикала, держа швабру, которой только что тыкнула ему в спину. Прошло уже неизвестно сколько часов — мы потеряли счёт времени в третьем магазине. Я всё ходила между стеллажами, выбирая, что очень срочно нужно купить. Сначала Сириус пытался комментировать: «Тебе это надо?», «У тебя же уже есть!», но теперь просто молча толкал тележку и смотрел на меня взглядом: «Боже, закончи уже». — Последняя вещь… — я внимательно оглядела тележку, — светильник. И поехали! Честно! Завернув за угол, я не заметила девушку, внимательно разглядывая стеллажи, и врезалась в неё. Она посмотрела на меня, не моргая. Как статуя. «Здравствуй, Элис. Надеюсь, ты одна». — Извини, не заметила, — тихо сказала я. — Но… ты… я… — Элис была шокирована. Она крутила пальцем в воздухе, будто пыталась поймать мысль. Пару секунд мы стояли в неловком молчании. Я уже хотела пройти мимо, но она схватила первый попавшийся светильник и вручила мне. — То, что я искала, — улыбнулась я. — Спасибо. — Видимо, это судьба, — сказала она, лучезарно улыбаясь. Хмурой, настороженной Элис не осталось и следа. — Кстати… ты чем-то пахнешь. Духами? — Нет… — я понюхала толстовку. — Пахну, наверное, сигаретами и парфюмом моего дяди. — Наверное, показалось, не бери в голову — прощебетала она и, развернувшись, ушла. Я стояла, как в тупом оцепенении. Что это было? Почему она так среагировала? Вернувшись к Сириусу, я застала его за разглядыванием детских палаток. — Теперь точно всё. — Я уже присмотрел себе место для ночёвки. Вот там — палатка с надувным матрасом. Уютно. Закатив глаза на очередной комментарий дяди, я пошла в сторону касс. Девушка на кассе строила глазки Сириусу, будто меня рядом не существовало. Я, решив пошутить, обняла его за плечо. Он удивлённо посмотрел на меня. — Что это? — Любовь, — прошептала я, закусив губу. Выйдя из магазина, мы громко рассмеялись. — Ты видел её лицо? — хохотала я, пристёгиваясь. — Оно просто исказилось — то ли от негодования, то ли от зависти. — Ещё бы. Но будь осторожнее. Если бы там был кто-то из наших знакомых, могли бы быть проблемы. — А ты сам сказал: «Дорогая, надеюсь, ты всё купила. Не хочу вылезать из постели от тебя ближайшие несколько дней». Как ты вообще придумал это? Или у тебя что… есть опыт? Поиграв бровями, я в очередной раз рассмеялась, следя за эмоциями на лице Сириуса. — Это само вырвалось! Не смотри на меня так. /// Остаток дня прошёл рутинно. По дороге домой заехали в кафе — поели пиццы. Приехав, я занялась комнатой: распаковала покупки, разобрала коробки. Когда последний картонный куб был побеждён, я с гордостью оглядела результат. Над кроватью — мигающая гирлянда. На стенах — пару старых рисунков и новые плакаты. Удобно, когда аниме и сериалы даже в другом мире похожи. В магазине я отметила, что нужно пересмотреть парочку. Вдруг сюжет здесь закручен иначе? В углу — напольная вешалка, светлый комод и зеркало в пол. Старый шкаф отправился на помойку. В отличие от прежней хозяйки тела, я не люблю наряжаться. Мне нравится создавать образы из простых вещей. Подготовив одежду на завтра, я вымученно простонала. Школа. Уроки. Звонки. Вампиры. И попытки казаться нормальной. Но походы по магазинам вымотали — и через минуту я уже спала. /// Утро встретило странной тишиной. Я открыла глаза и, нашарив под подушкой телефон, увидела — 6:55. Проснулась раньше будильника. Зная, что если лягу на пять минут, то точно не встану, я спустила ноги на пол. Под ними оказался пушистый ковёр. Спасибо себе. Несмотря на уговоры Сириуса не брать его, сейчас я ощутила весь кайф. Во всём доме было тихо. Даже слишком тихо для Сира. Он не умеет ничего делать в тишине. Он обычно гремит на кухне или собирается под громкую музыку. А тут — ничего. Вчера он пообещал отвезти меня в школу, но видимо не торопился вставать. Быстро приняв душ, почистив зубы и накрасившись, я выпорхнула из ванной. Сириус молча встретил меня в коридоре. Вид у него был помятым, а взгляд проклинал весь этот мир. Дабы не навлечь на себя немилость, я молча отступила, пропуская его в ванную. Он также хмуро прошёл мимо, буркнув что-то вроде «Утро». В своей комнате я примерила наряд: чёрные джинсы, мягкий свитер, шапка, чтобы хоть как-то прикрыть лысину. Волосы постепенно отрастали, но мне не хотелось привлекать особого внимания своими пенечками на голове. Захватив портфель, спустилась вниз. На удивление, силы были. То ли от волнения, то ли от того, что тело наконец-то просыпалось, как и обещал Карлайл. Я чувствовала — готова свернуть горы. На кухне приготовив на скорую руку бутерброды и кофе, я села завтракать, перечитывая «приветственное письмо» от школы Форкса. Там был расписан каждый предмет, учитель, и куда идти за расписанием на ближайший учебный год. Сириус появился чуть позже — шикарный, надушенный, с мокрыми волосами. — Заболеешь. Куда с мокрой головой? — спросила я, пододвигая ему кофе. — А ты не завидуй, — сказал он, делая глоток и беря бутерброд. — Поехали. Отвезу пораньше, а то пока ты там в администрации, туда-сюда. Не хочу, чтобы ты опоздала в первый день. Закатив глаза, я поставила кружку в раковину. Она была пустая, хотя никто из нас её не мыл. Странно, — отметила про себя, но отложила мысль. На улице Сириус уже сидел в машине, доедая бутерброд. Внутри меня сейчас бушевал настоящий ураган — смесь волнения и радости. Школа. Там — пятеро самых опасных существ на планете. Но и шанс начать всё заново: найти друзей, завести парня, прожить, хоть и немного не свою, но молодость. — Всё будет хорошо, — сказал Сириус, выезжая. — Если что — звони. Я заберу в любой момент. Я улыбнулась. На этот раз я не отступлю. Я пойду до конца. До школы мы ехали в полном молчании от силы пять минут. В следующий раз доберусь сама, чтобы не дергать Сира. На парковке — мало машин, видимо мы приехали слишком заранее. Но меня привлёк красный, обшарпанный пикап. Если не учитывать, что по канону Белла должна была появиться только ближе к концу учебного года, все идет гладко. Я даже рада, что буду не одна новенькой в этой школе. Попрощавшись, я направилась в администрацию. Коридор был увешан плакатами: «Не забывай про презервативы», «Наркотики — это плохо» и т.д. У двери стояла владелица пикапа. — Там закрыто? — тихо спросила я. Она посмотрела на меня — с надеждой, что я не буду говорить. — Угу, — буркнула она в ответ. — Ты тоже новенькая? — Угу, — теперь была моя очередь бурчать в ответ. Она улыбнулась. Видимо, моя пародия её позабавила. — Я Белла. Белла Свон. — Ана. Ана Блэк. Хлопнула дверь — появилась женщина в дождевике, хотя дождя на улице не было. Она, удивлённая нашим ранним приходом, молча открыла кабинет и пригласила зайти. — Изабелла Свон? Ваше расписание, — протянула женщина листок — Просто Белла. — Анна Блэк. Ваше. — Просто Ана, — ответила я с улыбкой и забрала свое расписание. Назвать его так можно было только с натяжкой. Разбираться придется в нем не один час. На небольшом листочке каким-то образом смогло уместиться несколько таблиц, записей администратора о корпусах, а еще бесконечные почеркушки. Администратор проигнорировала нас обеих и махнула рукой: «Всё, идите». На парковке стало многолюдно. Все стояли разбившись на небольшие кучки и что-то обсуждали. В голове сразу пронеслись флешбеки из прошлой школы. Но отступать некуда. Я уже не та Ана. — Изабелла? — улыбнулась я. — Анна? — ответила Белла, щурясь. Мы рассмеялись. Постояв еще какое-то время молча, каждая в своих мыслях и в своих листочках с расписанием, мы разошлись по корпусам. Белла пошла на биологию и я молча пожелала ей удачи, прекрасно понимая, что сейчас произойдет судьбоносная встреча. У меня же первыми двумя уроками стояла история Америки. Они прошли тихо и незаметно. Джессика, которая по фильмам и книгам была очень открытой и общительной, сейчас сидела рядом как приведение, лишь изредка кидала косые взгляды. Только на перемене, перед обедом, не выдержала: — У тебя рак? У меня дедушка умер от рака. Ноги. Или чего-то там. А у тебя какой? Я ошарашенно посмотрела на неё. — У меня не рак. Операция после аварии. — А… Извини. Пошли в столовую? Сядем со мной? Она не дождалась ответа — взяла под руку и повела. Всю дорогу до столовой болтала без умолку. Сплетни, о людях, которых я даже не знаю, парни и сериалы. Классическая Джессика. Однако от такого обилия абсолютно ненужной информации и сплетен, голова разболелась. В столовой было шумно и многолюдно. Удивительно, как такое небольшое помещение могло вместить в себя столько людей. В прошлой жизни столовая была раза в три больше… и я все равно чувствовала себя как букашка под микроскопом. Один стол выделялся. За ним сидела Белла, в окружении компании Джессики. Подойдя ближе, я услышала: — …или про плавки для пловцов? — говорила она, жуя морковку. События идут иначе. В фильме тут уже была Джессика, а сейчас она только пришла со мной. Нахмурившись, я села рядом с Беллой. Поздоровавшись со всеми, нам в очередной раз пришлось выслушивать тираду Эрика о том, какая получилось бы классная статья, но, конечно же, ее не будет. Голова пульсировала. — Это Каллены, — шептала Джессика. — Качок — Эммет, блондинка рядом с ним — Розали. Та коротышка — Элис. Она жутко странная. Рядом с ней — Джаспер Хейл. Вид у него, конечно, не очень. Может он болеет раком? Я в очередной раз закатила глаза на комментарий девушки и посмотрела на стол вампиров. Нужно вести себя как обычный подросток, не вызывать подозрений и все будет хорошо. Светлые волосы. Классные кроссовки. Рубашка расстегнута. — А это кто? — спросила Белла. — Эдвард, — ответила я, даже не глядя. Порой удобно знать, что произойдет дальше. — Можешь не терять времени, подруга. Ему здесь никто не пара. Кроме меня, конечно, — хихикнула Джессика и продолжила ковырять свой овощной салат. Мы с Беллой уставились на вампиров, разглядывая всех. Эдвард иногда смотрел в нашу сторону, но без особого без интереса. Значит, схема работает. Пока всё в порядке. Продолжаем перечислять вещи. Прозвенел звонок и все начали расползаться по кабинетам. Я вздохнула с облегчением — у Джессики испанский, у меня — немецкий. В кабинет влетела со звонком. Все места уже заняты, свободно только одно на первой парта. Рядом — ботаник в очках, зубрящий текст из учебника наизусть и радостно потирающий ладони. На последней — Эммет с какой-то девчонкой. Вроде бы Джессика что-то говорила о ней… А может быть и не о ней. По крайне менее, Эммет не выглядел угрожающе. Он улыбался во весь рот и иногда даже что-то отвечал своей собеседнице. Не Джессика. — Класс, тишина. Начинаем урок. /// — Мы уже у дома, а ты всё молчишь, — сказал Сириус, выключая двигатель. — Как первый день? — Никак, — ответила я и вышла. Быстро зайдя в дом, скинула обувь и помчалась наверх. Только после того, как ключ повернулся в двери два раза, смогла выдохнуть и оглядеть комнату. — Ана… — крикнул он. Но не стал стучаться и пытаться что-то выведать у меня. Наше негласное правило — личные границы неприкосновенны. На кухне по привычке стало шумно. Сириус не умел готовить в тишине. У него без конца и края всегда что-то падает, пригорает, выливается из краев. Он начинает злиться, материться и сильнее швыряться предметами. В такие моменты лучше в радиусе 5 метров от кухни вообще не появляться. Я забралась на кровать и уставилась в стену. Эмоции гуляли непонятные. С одной стороны — всё хорошо. Я познакомилась с Беллой и мы даже болтали с ней после уроков. Она в запой мне рассказывала о ситуации, что произошла с ней на биологии, а я всеми силами пыталась делать вид, что мне очень интересно. А с другой… Понимать, что ты — не главная, что всё равно центр истории — Белла, что ты — просто одна из тысяч, было больно. — Ты просто девушка среди миллиардов, — прошептала я. — Чего ты ждала? Что они бросятся к тебе на шею? Откинулась на кровать. Глаза щипало, но слёз не было. Только пустота. И тихий голос внутри: «Ты здесь не для того, чтобы быть главной. Ты здесь, чтобы стать собой»