Глава 8

Машина неслась по тёмной дороге, разбивая колёсами лужи. Напряжение внутри росло с каждой секундой. — Тоша, о чём ты только думал?! — взорвался Миша, чуть ли не подпрыгивая на месте. Его руки сжимались в кулаки, и он то и дело замахивался на младшего брата. — Ты хоть понимаешь, что ты натворил?! Ты обокрал дальнобойщиков, мать твою! Это тебе не дворовая игра с друзьями! Тут всё серьёзно! Антон резко дёрнулся в сторону, пытаясь уйти от удара, и крикнул в ответ: — Отстань от меня! Подзатыльник был резким и звонким, от чего у Антона засверкало в глазах. — Я хотел… — начал он, но Миша его перебил: — Хотел что?! Опять похвастаться, как обычно?! Лиза не выдержала. Она резко нажала на тормоза, и машина вильнула в сторону, чуть не съехав в кювет. — ВЫЙДИТЕ! — громко сказала она, развернувшись к ним, её голос гремел, как выстрел. Братья замерли, но Миша уже был на грани. Он распахнул дверцу, схватил Антона за шкирку и вытащил его наружу. Антон не успел ничего сказать — он полетел в грязь и глухо ударился коленом о камень. — Лучше бы я тебя дома оставил! — зарычал Миша, пока Антон поднимался на ноги. — Уроки бы учил, а не в карты играл, гений! — На осенних каникулах?! — Антон взбесился. Он подошёл к брату вплотную, сжав кулаки. — Ты вообще дебил?! — Это ты дебил! — Миша схватил Антона за воротник, и тот оторвался от земли. Антон задёргался, но старший брат держал его крепко. — Вечно ты за мной таскаешься! Всюду! Даже когда мне восемнадцать исполнилось, родители заставляли меня нянчиться с тобой! Ты думаешь, мне это приятно?! Лиза, Саша и Женя выскочили из машины. — Миша, отпусти его! — закричала Женя. — Заткнись! — рявкнул он, даже не взглянув на неё. Женя замерла. В глазах мелькнула боль, но она сжала зубы, отводя взгляд. — Ах, вот как?! — её голос дрожал от обиды. — Знаешь что? Найду себе нормального парня, а не такого, как ты! Миша на секунду опешил. Он медленно опустил Антона на землю и повернулся к Жене. — Слышь… — его губы скривились в презрительной усмешке. — Да кому ты вообще нужна? Ты себя в зеркало-то видела? Уши торчат, нос картошкой, шея кривая! Волосы — как у пугала! Женя отшатнулась, будто её ударили. Слёзы выступили на глазах, но она лишь судорожно всхлипнула. — Даже Лиза лучше тебя выглядит! — бросил он напоследок и облокотился на капот. Тишина. Все молчали. Антон злобно тёр ладонью лицо, а Женя отвернулась, не желая, чтобы кто-то видел её слёзы. И вдруг Лиза резко встала перед ними. — Так, быстро все друг перед другом извинились! Все удивлённо посмотрели на неё. — Быстро, а иначе дальше никуда не поедем! — её глаза сверкали сталью. — Лиза, но ютубер… — начал Антон, но она перебила: — ИЗВИНИЛИСЬ БЫСТРО! — её голос громыхнул, как гром в ночи. Антон тяжело вздохнул и шагнул к брату. — Миш, прости… — его голос осекся. Он теребил край рубашки. — Я иногда хочу казаться взрослым, хотя я всего лишь школьник. Я понимаю, почему ты злишься. Родители всегда больше обращали внимание на меня, дарили мне больше подарков… А ты оставался в тени. Мне правда жаль. Я не хочу, чтобы мы враждовали. Представь, родители вернутся и увидят, что мы наконец-то ладим… Они бы гордились нами… Миша вперил взгляд в землю, глубоко вздохнул… а потом резко шагнул вперёд и обнял брата. — Извини, Тоша… Это ты добрый, а я… — Нервный? — подсказала Лиза с усмешкой. Миша улыбнулся и кивнул. А потом он повернулся к Жене. Она всё ещё стояла спиной к ним, дрожащими пальцами протирая глаза. Он тихо подошёл и аккуратно обнял её за плечи. — Не трогай меня! — прошипела она и дёрнулась. Но он не отступил. — Прости меня, Жень… — прошептал он. — Я вёл себя как… — Как полный придурок. — Да, именно. Он развернул её к себе и крепко обнял. Женя хмыкнула, но обняла его в ответ. Саша и Лиза заулыбались, глядя на это зрелище. И внезапно их взгляды встретились. Оба почувствовали, как их щёки вспыхнули. Они смущённо отвели глаза в стороны, будто ничего не произошло. Ночь опустилась на землю мягким бархатным покрывалом. Тёмное небо усеяло мелкими звёздами, и только треск костра да редкие ночные звуки нарушали спокойствие. Тёплое, оранжевое пламя отбрасывало мерцающие тени на лица ребят, делая их черты то чёткими, то размытыми. Они сидели вплотную друг к другу, укутавшись в общий плед, под которым было по-домашнему тепло. От костра шёл приятный жар, и в воздухе витал аромат поджаривающихся сосисок и смолистого дерева. Миша откинул голову назад и вздохнул, улыбаясь: — Вот такие моменты самые классные, честно. Ты сидишь, тепло, уютно, с друзьями… — И никто никого не бьёт, — хихикнул Антон. — Даже удивительно. — Но это временно! — фыркнул Миша и подтолкнул брата в бок, отчего тот фыркнул и откусил кусочек сосиски прямо с палочки. Лиза смотрела на огонь, думая о чём-то своём, но вдруг её лицо озарилось хитрой улыбкой. — Ребята, а хотите знать, какой у нас был самый безумный случай в школе? — Если в нём замешан Миша, то точно что-то незаконное, — усмехнулся Саша. — Давай рассказывай. — О, это даже слишком незаконно, — хохотнула Лиза. — Он однажды хотел на полном серьёзе поджечь школу. — Чего?! — Антон подавился сосиской, а Женя и Саша рассмеялись. — Так, Лиза! — Миша покраснел и махнул рукой. — Может, не будем об этом? — Будем, будем! — настаивала Лиза, смеясь. — Ты уже начал, так что терпи! Она откашлялась, словно готовилась к театральному представлению, и, активно жестикулируя, начала рассказывать: — В общем, это было зимой. Школа вся промёрзшая, отопление вечно не работало. И Миша, как человек практичный, решил: “А почему бы нам просто не поджечь школу, чтобы стало теплее?”. — Гениально, брат, просто гениально! — с иронией протянул Антон, хихикая. — Так вот, — продолжила Лиза, еле сдерживая смех. — Взял он какую-то бумагу, чуть ли не учебники свои… — НЕ учебники! Я не дурак, чтобы их жечь! — вставил Миша. — Ну да, кому ещё их сдавать на макулатуру в конце года, правда? — подколол Саша. — Во-о-от, — Лиза закатила глаза. — Короче, стоим мы с ним в раздевалке, он уже с зажигалкой, подносит её к бумаге, но тут… Заходит завуч. — Блин… — Антон закрыл лицо руками, смеясь. — И что было дальше? — поинтересовалась Женя. — А дальше, — продолжила Лиза, — у Миши случилась молниеносная реакция. Он, не придумав ничего лучше, просто… засунул бумагу себе за пазуху! Раздался взрыв хохота. — Тебя что, спалили?! — едва выговорил Саша. — Нет! — с гордостью ответил Миша. — Я настолько хорошо сыграл, что завуч подумал, будто я просто проверяю карманы! — Хотя на самом деле бумага у него уже начала ТЛЕТЬ! — вставила Лиза, загибаясь от смеха. — Да, в какой-то момент я понял, что у меня под курткой… тепло. — Миша заулыбался. — И что ты сделал? — поинтересовалась Женя, всё ещё смеясь. — Я как можно быстрее выскочил на улицу, шлёпнул себя по груди, как дурак, и кинул этот лист в снег! Лиза качала головой, вспоминая тот день, а остальные просто не могли успокоиться от смеха. В какой-то момент она подняла глаза, и заметила, что Саша смотрит на нее. Не просто смотрит — он явно не сводил с нее взгляда весь этот разговор. Его глаза теплились каким-то мягким светом, губы чуть тронула улыбка. Лиза почувствовала, как что-то внутри неё дрогнуло. Она на секунду отвела взгляд, но потом снова посмотрела на него. Они встретились глазами. На долю секунды время будто замерло. Где-то потрескивал огонь, кто-то продолжал смеяться, но для них двоих всё это стало лишь далёким фоном. Лиза почувствовала, как её щеки начинают гореть, и резко отвернулась, делая вид, что что-то поправляет в пледе. Саша смущённо кашлянул и уставился в костёр. Миша, ничего не замечая, продолжал вещать: — Ну, а мораль истории такова: если хочешь согреться зимой — возьми термобельё, а не зажигалку! Все снова засмеялись, но Лиза уже не слушала. Она чувствовала на себе взгляд Саши… и почему-то это её совсем не раздражало. — Смотрите, ребята! — крикнул Антон, доставая планшет. — Ютубер новое видео выложил! На экране появилось бледное лицо блогера. Глаза уставшие, губы сухие. — Всем привет… Никогда не садитесь за руль пьяными… Я был пьян после свадьбы и… попал в аварию. Антон поднял брови. — Жесть… Картинка дёрнулась. На экране появился мужчина, лежащий на земле. Его лицо было разбито в кровь. Рядом валялся странный прибор. Миша напрягся. — Что это у него? Лиза пристально вгляделась. — Геигер. — Что? Она сжала кулаки. — Этот мужик тоже едет в Чернобыль…