Третья глава, в которой проваливается слежка, посещается казино и происходит новое знакомство

      Всё шло до неприличия хорошо. Несмотря на то, что Учихи знатно попили ей кровь, они смогли прийти к соглашению касательно их действий. Она выложила большинство фактов, которыми владела о делах Курасавы в этот год, и, хотя могла после этого остаться в стороне, её деятельная натура такого не стерпела — уговорились на том, что она поможет в «поле», раз не может усидеть. Ей в связи с этим добавилось хлопот, но пока она справлялась с этим хорошо. Немаловажным фактором выступило и то, что человек на ставку тренера по рекомендации Шикамару действительно нашёлся.       Киносита Сай был немного... заторможенным парнем на её вкус. И по внешности он напоминал Саск... типичного чистокровного японца. Бледная кожа, черные волосы, едва прикрывающие уши, такие же черные, даже блеклые глаза. Была в нем какая-то тревожащая часть, сказать по правде, которая не давала ей покоя, что-то в его улыбке... Впрочем, у неё, вероятно, просто разыгралась паранойя. В конце концов, Нара не направил бы к ней того, в ком не был бы уверен.       По крайней мере, парень, бывший её ровесником, оказался весьма толковым. Он не страдал особым высокомерием по отношению к ней или её ученикам за то, что они были девчонками, и, хотя язык у паразита был острым, объяснял он доходчиво.       Короче, она разгрузила график от части проводимых тренировок. От бумажной волокиты её не освободили бы даже Ками, но, по крайней мере, в сутках появилось больше часов. Тратила она их, правда, на совершенно нерациональные вещи — например, на наблюдение за потенциальными поставщиками, связанными с Орочимару (в будущем или, если память её не подходила, прямо сейчас). Через них получалось отслеживать базы и хранилища, но все они пока были побочными, и нигде не появлялись даже приближенные Змея, не говоря уже о нём самом. Но Ру, как и Учихи, не сдавалась. Знала, что Итачи-сан не стал привлекать основные свои силы, потому как об этом точно узнал бы глава клана, а, чтобы ни говорил наследник клана, подставлять её перед ним никто не собирался. На самом деле, парень был куда мягче, чем привык показывать. Он и в якудза бы, наверное, не остался, но из клана просто так никто не уходил — это во-первых. А во-вторых, Учиха сделал бы всё для того, чтобы защитить брата. Даже возглавил бы опасную преступную организацию. Честно говоря, выбирая из тех отморозков, которые пришли к власти на изнанке мира в будущем, Итачи был бы божьим одуванчиком.       Что же касается встреч с Шиничиро... Всё было не так просто. Она, может, и планировала присмотреть за Манджиро через него, но использовать парня для таких целей совершенно не хотелось. В итоге, несмотря на то, что работы стало меньше, дел всё равно прибавилось, и встретиться с Сано у неё нормально не выходило. Своим шпионским хобби она занималась на ночь глядя (ах, как хорошо было в две тысячи семнадцатом — все оставляли цифровой след, везде камеры, и найти кого-то было довольно легко. Нынешние охранные меры ни в какое сравнение вообще не шли — все писали на диски, где-то ещё на плёнки, записи постоянно стирались, потому что память экономили, там вечно чего-то не было — либо качественной картинки, либо звука, так что к помощи электроники Ру перестала обращаться почти сразу), днем разгребала документы, в утро и вечер пыталась урвать хотя пару часов сна. Выглядеть при этом она стала чуть лучше зомби, и, слава Ками, сказать об этом пока было не было — хотя рано или поздно Сакура выйдет на неё, стоит промолчать ещё хотя бы неделю, и ничем хорошим визит Харуно не закончится.       В любом случае, с рыцарем Ру только переписывалась. Ей было жаль, что приходится отказывать парню каждый раз, когда он предлагал прогулку, но у неё действительно были дела, и, хотя он входил в этот список, не был в графе с пометкой «срочно», к сожалению. Летящий кукухой Саске — да.       От этого было только хуже, казалось, она просто так мучает ни в чем неповинного парня. Но и спускать всё на знание будущего не стоило — полиция выследит Орочимару слишком поздно, а сам Змей не появлялся на тех объектах, про которые она знала. Выходило, что нужно было ловить кого-то из приближенных, но таковых было немного — у учёного была паранойя, но обвинить его в этом тяжело.       Сегодня был один из тех вечеров, когда она вышла на свою «охоту». В миру почти никто из приближенных Змея личины не имел, кроме одного Якуши Кабуто. На самом деле, у парня подставы личностей было больше, чем у неё психологических проблем, а это такой себе показатель.       Проблема была ещё в том, что он прекрасно менял и внешность. Пугающе хорошо, надо сказать, так что следовало быть осторожной по причине того, что она могла взять не того. Ну, и если бы Кабуто понял, что за ним следят, и доложил Орочимару — шансы найти Саске значительно снизились бы. Да что там — шансы на жизнь стремительно пошли бы к нулю.       Так что она непринужденно гуляла, петляя по улочкам и держа в поле зрения Тацуки Кишимото — одну из предполагаемых личин Кабуто. И именно этот момент выбрал рыцарь, чтобы её окликнуть:       — Миледи!       Она резко обернулась к нему, молясь, что обернувшись, подозреваемый не разглядел её лицо. Она была в их списках, можно не сомневаться. Хорошо ещё, что Шин не знал её полного имени и предпочитал звать по прозвищу. Мало ли в Токио блондинок? У молодёжи сейчас была эта мода на светлые волосы.       Ру встретилась с чёрными глазами и против воли смягчилась. Всё же, она по нему даже немного скучала.       — Привет, — кивнула она.       — Привет, — расплылся в широкой ухмылке парень. — Ты здесь по делам или просто решила одарить прохожих своим неземным присутствием?       — У меня были дела, — сдержав закатывание глаз, ответила блондинка, — но я уже с ними закончила.       — Если ты освободилась, и мы так удачно встретились — не иначе как по велению судьбы, если ты спросишь меня... Как насчёт прогуляться?       Он посмотрел с такой долей надежды, что ей стало стыдно. В принципе, на сегодня стоило закончить — она привлекла слишком много внимания, лучше сделать вид, что они изначально и собирались тут встретиться с Шином. И они давно должны были пересечься, если бы не её игры в шпиона. У Сано было терпение святого, учитывая, что она мурыжила его почти две недели одной лишь перепиской.       — Слышала, тут недалеко открылась новая раменная, — вздохнула Ру, — как насчёт перекусить? Кажется, я пропустила обед.       — Отлично! — просиял Шин, галантно протягивая ей локоть. — Позвольте сопроводить вас, миледи.       Девушка хмыкает, но принимает жест, стараясь не оборачиваться. Стоит убраться отсюда и как можно быстрее.

* * *

      Вечер проходит даже мило. Ей, наверное, стоило бы пожертвовать своим сном и встретиться с парнем намного раньше, потому что, Ками свидетели, её психике была нужна разгрузка. И милый, немного неловкий Шин был тем, что доктор прописал.       Она поймала себя на том, что улыбается, когда телефон завибрировал от звонка.       Номер был незнакомый, что сразу же заставило напрячься — её телефона у кого попало не было.       — Узумаки Наруто? — спросил мужской голос на том конце.       — Это я, с кем имею честь разговаривать? — спокойно уточнила Ру, поймав обеспокоенный взгляд Шина. Возможно, её враз поменявшийся настрой заставил его насторожиться.       — Меня зовут Моримото Дайсукэ я заместитель господина Канэко , думаю, вы его помните. Боюсь, я вынужден с вами связаться по поводу Сенджу-самы. У неё случился... рецидив. В данный момент она проиграла в нашем заведении большую сумму. Сумму, которую она, как я понимаю, не сможет оплатить.       — Насколько я помню, — ровным тоном произнесла девушка, зная, что ругаться было бы плохой идеей. Кажется, этот заместитель был из новеньких, — у нас действовала договорённость о недопуске Сенджу-сан в ваше заведение во избежание подобных ситуаций.       — Мы не можем отказывать нашим клиентам, особенно если у них имеются деньги, чтобы войти в заведение, — елейным тоном произнёс мужчина и заведомо настроил Ру этим против себя. Что же, до этой секунды она собиралась приехать и просто оплатить долг ба-чан, которая очевидно поддалась своей игромании на старости лет, но поскольку он очевидно мудак, знавший о договорённости, но все равно пропустивший женщину на территорию казино — она заплатит долг, а потом сядет за любой приглянувшийся стол и отобьет денег в два раза больше, чем Цунаде проиграла. Канэко-сану она потом просто выскажет, что нынешний персонал — отстой.       — Ну разумеется, — сцепив зубы, процедила Ру, — я буду в вашем... заведении через полчаса. И я ожидаю, что до этого момента к Сенджу-сан будут относиться с максимальным уважением и не дадут ей больше играть.       — Разумеется, Узумаки-сан.       Девушка зло сбросила вызов, переводя дыхание.       — Миледи, всё хорошо? — её пальцев нежно коснулись чужие — тёплые и длинные. Она вздрогнула, но руки не отняла, позволяя себе успокоиться в его заботе.       — Цунаде-сан проигралась в казино, — вздохнула блондинка, поднимая глаза от столешницы бара, — у неё игромания и ужасная удача, так что обычно мы стараемся держать её подальше от таких мест, и с хозяином казино у нас есть договорённость не пускать её и на порог данного заведения. Проблема в том, что хозяин там не каждый день, а управляющего он, видимо, сменил, и тот, похоже, большой мудак. Прости, похоже, сегодня мы расстанемся на этом. Мне нужно поехать и забрать её оттуда.       — Не извиняйся, — пожав её пальцы, попросил Шин, — я поеду с тобой.       — Что? — удивилась девушка. — Нет, тебе не нужно в это вмешиваться, я сама могу...       — Миледи, — мягко, но уверенно оборвал Сано, улыбнувшись, — я ни за что не отпустил бы девушку одну на ночь глядя в такое сомнительное место, как казино. Особенно когда у её родственницы проблемы.       — Шин, серьёзно, езжай домой, — попросила Ру, чувствуя, как сердце вздрогнуло под его искренним напором, — я большая девочка, и это не первый раз, так что я могу с этим справиться.       — Конечно ты можешь, — легко согласился парень, поднимаясь из-за стула и утягивая её с собой, — а я просто побуду рядом и помогу, если потребуется.       На этом этапе она уже просто махнула рукой. Он, конечно, упрямый баран, этого не отнять. Но... было приятно, что кто-то заботиться о ней. С тех пор как оттолкнула почти всех, она начала забывать это чувство.       — Ладно, — вздохнула Ру, — пойдём возьмём такси.

* * *

      Вообще по действующим законам любые игры, кроме узкого круга ставок, на деньги были запрещены. Либеральная партия пыталась добиться отмены этого постановления хотя бы для курортов в целях привлечения туристов, но правительство эту идею отвергло, опасаясь роста числа людей с игровой зависимостью и банкротов.       Правильно делали, на её вкус. Но тотальный запрет привёл к тому, что казино не исчезли, а ушли в подполье — под крыло якудза, а к 2017-му — ещё и на онлайн-платформы — игры и полулегальные сайты.       Канэко Гэн держал такое заведение, по документам для игры в маджонг, разумеется, вовсе не на деньги, в глазах полиции. В маджонг, справедливости ради, там реально играли, но суммы были заоблачными. Крышевал всё это дело клан Учих — собственно, поэтому она и была более-менее знакома с владельцем, потому как из большинства заведений это считалось наиболее приличным и ба-чан чаще всего при своих рецидивах оказывалась здесь.       Она помнила, что в те времена, когда сама девушка ещё была маленькой, Джирайя никак не мог противостоять Сенджу в этом, и всё, чем они занимались, — оплачивали её долги и забирали, как правило, пьяную и разбитую женщину после очередного проигрыша.       А потом она выросла и сама занялась этим вопросом. У Цунаде были зависимости на фоне потери почти всей семьи и возлюбленного, от чего она так до конца и не отошла. Когда же Узумаки занялась её лечением — скандал был громким и долгим, но они достигли в этом значительного прогресса. Конечно, бывало, ба-чан всё ещё выпивала больше нормы, но всегда была под присмотром, а все её игры ограничивались лотереями — всегда проигрышными, потому что даже оплёванный камень у дороги, постоянно пинаемый людьми, был удачливее медика.       Почти пять лет тишины — и вот срыв. Ру не могла не думать, что виной этому отчасти их прошлый разговор. Обычно женщину таким было не пробить, но... Она ведь до этого пулю словила. И тусуется в «плохой компании» Сано. С точки зрения Сенджу могло выйти так, словно бы Узумаки нарывается на новые травмы и отдаляется от неё ещё больше, чем сделала это ранее после предательства ублюдка.       В общем-то, поскольку именно Ру занималась вопросом реабилитации Сенджу, именно она имела удовольствие познакомиться с Канэко-саном лично. Изначально виной был Джирайя, чьи знакомства всегда вызывали вопросы со стороны морали, но она не осуждала опекуна. У того был моральный компас, и хотя он мог временами не сходиться с тем, что преподносил им закон, Йошимото всегда поступал по совести — так, как было лучше для людей, в частности, правда, ему близких.       Проблема была в том, что он не видел особо греха ни в пьянках, ни в азартных играх и в свете последнего факта имел знакомства в этой сфере.       Канэко-сан таким и был. И пятнадцатилетняя Ру познакомилась с владельцем казино лично в тот день, когда пришла требовать, чтобы ба-чан перестали пускать на порог проблемного заведения. Вероятно, предложи она тогда сразу деньги — вопрос решился бы проще и без конфликта, но она до этого не додумалась. Да и своих денег у неё тогда не было — все родительские счета были заморожены до её совершеннолетия (тут стоило сказать спасибо, что их ей вообще вернули, потому что тому же Минато по официальным документам она приходится никем), а просить у крестного не хотелось от слова совсем. Временами он был тем ещё скрягой.       Итак, предложить деньги Ру не могла. И она пошла в абанг, беря хозяина измором. На третий день, когда она стала владелицей уже приличного состояния, Канэко-сан не выдержал и вызвал её на личный разговор. Кого другого по подозрению в мухляже уже бы просто пристрелили в какой-нибудь подворотне, но Узумаки общалась с младшим господином клана Учиха, и о ней знал Мадара-сан, считая в те времена перспективной, а находясь от них в зависимости, Гэн не рисковал расправится с её наглым лицом обычным способом. Итак, между ними было достигнуто соглашение — Ру возвратила весь свой выигрыш за три дня обратно владельцу и обязалась больше не играть в казино никогда в жизни, взамен Сенджу Цунаде не пустят даже на порог. А поскольку все игорные дома в Токио принадлежали одному человеку, у ба-чан в пределах города не осталось места, куда бы она могла пойти удовлетворить свою ломку.       Это удовлетворяло все стороны. Узумаки ничего не теряла, потому что, несмотря на стратегический ум и невероятную в таких делах удачу, азартные игры её не интересовали. Бой, в котором ты точно знаешь, что выиграешь, — скучный. А деньги она предпочла бы заработать честным трудом. А Канэко-сан не терял из-за неё баснословные суммы.       До сегодняшнего вчера. Потому что если новый управляющий думает, что она какая-то шутка — его ждёт разочарование.       — Ты выглядишь так, словно собираешься с кем-то драться, моя леди, — заметил Шиничиро на самое ухо, придерживая для неё дверь автомобиля. Их высадили у входа в переулок — в конце висела ничем не примечательная вывеска вечернего клуба для игры, каких по району было разбросанно великое множество. Старики любили собираться вместе и играть в настольные игры, типа «Шоги» или «Го», поэтому такие клубы не были редкостью. Где-то их совершали с баром, как здесь, потому что поиграть, потрепать языком и выпить — было хобби многих на вечер.       — Я бы этого не хотела, но никогда не знаешь, как повернётся вечер, — заметила меланхолично Ру, потянув парня за собой. С одной стороны, его желание помочь было милым. С другой, он довольно спокойно принимал тот факт, что она знает, где находится нелегальное казино и как туда попасть. Это не слишком вязалось с образом простого наивного парня, который у неё уже был на руках. С другой стороны, в их первую встречу он едва не полез в драку ради незнакомки, так что, возможно, опасность его не так уж пугала и была чужда.       Да и... У него были мышцы. Довольно приличные для того, кто, как она, почти не жил залом и тренировками. Ру сначала думала, что это из-за работы механиком (и да, у парня было свое дело, связанное с байками — как их починкой, так и продажей), но, быть может, он довольно часто попадает в передряги.       Что же, это у них было бы общее.       — Что же, если до драки дойдёт, ты можешь положиться на моё надёжное плечо, — переплетая их пальцы, сообщил Сано. Ру притормозила у двери в клуб, оборачиваясь к нему. На самом деле идти туда вместе не очень хотелось, но и мягко оттолкнуть брюнета у неё бы точно не получилось.       — Ты можешь не ходить со мной, — предложила она ещё раз, поднимая губы. Волноваться за себя не приходилось, ей бы вряд ли могли что-то сделать, как и Цунаде — всё же она была довольно уважаемым медиком и главой некогда великого клана, но вот Шин никакими преимуществами не обладал. И хотя вряд ли у него будут проблемы с якудза, потому как у неё амнистия и за ней никто не придёт, всё же преступный мир обожал слухи, и то, что она пришла с новым лицом, фактически доверившись ему в довольно деликатном вопросе... Могло вызвать интерес, и тот, вероятно, не был бы приятным.       — Какой рыцарь бросает свою леди перед сражением? — хмыкнул парень, наклоняясь и убирая упавшие пряди чёлки за уши — те были существенно короче, чем все остальные.       Ру сдержала тяжёлый вздох, поворачиваясь к двери. Она хотела съязвить на этот выпад «благоразумный», но решила промолчать, дёргая ручку и толкая дерево от себя, вовнутрь помещения, где негромко переговаривались мужчины разных возрастов в приглушённом свете светильников, сделанных под рисовые фонарики.       Не обращая внимания на примолкших посетителей и ощущение чужих взглядов на коже, девушка прошла к барной стойке, чувствуя, как Шин не отстаёт ни на шаг.       Пахло сигаретами и дешёвым спиртом. Тут ничего не менялось годами. Мебель была нарочито старая и покоцанная, освещение — слабым и ущербным. Бармен, казалось, почти не старался все эти пять лет. В будущем Ру с ним не пересекалась, потому что этого эпизода в её жизни не происходило, хотя, вероятно, с ней просто решили не связываться после смерти сенсея, ведь она тогда своим отъездом сгоряча оборвала все возможные связи на внушительный промежуток времени — конечно, телефон был при ней в той болезненной необходимости проверять все входящие, которую Ру приобрела, но, учитывая, что тогда она обреталась в Киото, позвонили, скорее всего, Шизуне-сан или Сакуре, а те просто решили не доносить до её сведения ещё печальные вести. Вряд ли ба-чан тогда тоже не сорвалась, всё же удар вышел двойным, а она не была образцом поддержки, замкнувшись в своём горе.       — Нечасто встретишь у нас молодых людей, — произнёс бармен, поднимая на неё глаза. Сменщиков было всего два, и за всё это время они так ни разу и покинули свой пост. Вероятно, это было вопросом доверия — всё же найти толковых людей было трудно. Ру оба знали в лицо, но каждый раз делали вид, что это не так.       — Пришли сыграть партию в маджонг и выпить холодного чаю с двумя кубиками льда и одним ломтиком лимона, — произнесла девушка, опираясь на стойку. Бармен скупо улыбнулся, кивая на проход в «кухню», и сам вышел из-за стойки, чтобы проводить их.       Стоило выйти из общего зала, как Оосава-сан (огладивший свои внушительные усы, постриженные по старой европейской моде) непринуждённо бросил через плечо:       — Рад вас видеть, Узумаки-химе, — блондинке стоило усилий не скривиться. Она почти нигде не светила свою фамилию, а этот идиотский статус и вовсе не имел никакого веса, но каждый, связанный с теневой частью мира и знающий её в лицо, просто обожал этим козырнуть в лицо. — Не думал, что увижу вас в такой... компании, — он многозначительно посмотрел на Шина, следовавшего за ней молчаливой тенью.       Смотрел он несколько странно. Не как на незнакомца, а словно бы Сано тоже ему раньше встречался. Отреагировал ли парень так спокойно, потому что играл сам? Или у него был знакомый, которого приходилось отсюда вытаскивать... Вероятно, это не её дело, и спрашивать не стоило. В конце концов, она хранила свои секреты. Они были знакомы почти три недели, и за это время он даже не стал расспрашивать её о фамилии или о полном имени, довольствуясь прозвищем.       — Вы бы не увидели меня вовсе, если бы не пустили сегодня вечером Сенджу-сан, — заметила девушка устало.       — Боюсь, Сенджу-сама здесь уже около суток, её пустил мой сменщик вчера по распоряжению нового менеджера, — новость не была приятной, потому что с таким количеством времени проигранная сумма должна была быть уже внушительной. Да и... ба-чан не была молодой девочкой. Ей нельзя было пренебрегать отдыхом и едой в угоду своим капризам, а какой покой и питание могло быть в этом месте?       — Спасибо, что сообщили, Оосава-сан, — произнесла она достаточно уважительно, — было бы хорошо, дойди эта информация до Канэко-сана.       — Я уже сообщил боссу, но он был в Иокогаме и, боюсь, не сможет оперативно вернуться, — учтиво сообщил мужчина, распахивая перед ними дверь на кодовом замке. Выглядело как обычный вход в подвал, закалённый строймусором, но стоило распахнуться створке, как стали слышны веселые крики и музыка.       — Тогда ему придётся простить меня за убытки, — безразлично пожала плечами Ру, ища стол с костями. Не имело смысла идти сразу к управляющему. Усаженная в его кабинете, она мало что может сделать, кроме как оплатить счёт ба-чан. Конечно, можно было бы просто отыграться позже на большую сумму, но это было бы не весело, и она в действительности не хотела брать эти деньги. А вот посмотреть, как будет умолять её забыть это недоразумение ублюдок, — она была бы не прочь.       — Я вам этого не сообщал, но, насколько мне известно, химе проиграла несколько миллионов, созвучных с числом смерти.       — Благодарю за информацию, — кивнула ему Ру, окидывая взглядом помещение и ища взглядом кассы. Если ничего не изменилось, то они должны быть по правой стороне — дверь в отдельное помещение по краю, где можно было зарегистрироваться и обменять деньги на фишки. У неё с собой была дебютовая карта, привязанная к трастовому фонду, но светить ей здесь было бы неразумно. Наличными у неё было где-то тысяч 80, для начальной ставки этого бы хватило. Ведь клиентам при деньгах они не отказывают, верно?       — Мы не пойдём сразу к управляющему? — приобняв девушку за плечи, спросил Шин, склонившись к её уху. Наверное, не хотел, чтобы их лишний раз слышали.       — Он сам к нам спустится, — пообещала Узумаки, откидываясь на чужое плечо. Ей не слишком обычно нравилось, когда её касались другие люди, которых она мало знала, но Сано был... исключением? С момента их знакомства она от него почти не шугалась, хотя и была несколько травмирована пережитой смертью и возвращением во времени. Да и детство накладывало свой отпечаток, так что Ру чаще сама трогала людей, чем позволяла им тронуть себя. Но с Шиничиро было спокойно и комфортно, у неё, кроме самых первых разов, не возникало и мысли от него отстраниться. Пугающее чувство — как только начнёт получать ужасающие убытки.       — Моя леди... Ты собираешься играть? — серьёзно спросил парень, притормозив их обоих на подступах к кассам.       — Шин, — мягко произнесла Ру. Да, для людей, мало её знающих, звучало заявление дико. Однако все, кто знал её давно, никогда не садились с ней за один игорный стол, и на то была причина, — я не лудоманка, и даю тебе слово, что всё будет хорошо. У меня есть план, и я не оставлю здесь к концу ни единой своей йены, веришь?       — Верю, — медленно произнёс брюнет, склоняясь к её лицу. Кажется... слишком близко? Не важно, — хотя знаешь, меня бы успокоило, не проиграй ты больше ста тысяч, потому что больше у меня прозапас нет.       — У меня есть, — спокойно признала девушка, — даже покрыть долг ба-чан, хотя, вероятно, после этого работать, чтобы закрыть счета, придётся намного больше. Но, как я и сказала, я не собираюсь тратить тут ни единой своей йенны. И твоей тоже, так что расслабься и просто смотри.       — Но ты скажешь мне, если нужна будешь помощь? — настойчиво просит парень. Блондинка вздыхает и тяжело кивает. Чем бы дитя не тешилось, как говорится. Это просто потому, что он ещё не увидел её в деле, вот и всё. Кажется, она даже никого не била при нем, что могло закрепить образ дамы в беде.       Ну ничего. Это теперь ненадолго.       Наруто широко улыбнулась девушке за кассой — совершенно новому лицу, которое она прежде не видела.       — Добрый вечер, милая, — самым дружелюбным тоном поприветствовала она, — мне нужны фишки на всю эту сумму.

* * *

      Ей везло в азартных играх, но это не было бы гарантией выигрыша там, где крупье мог подтасовать ход так, чтобы клиент всё равно проиграл. Как правило, казино в таком не нуждается, потому что так или иначе оно в плюсе, ведь все рано или поздно проигрывали. Тем не менее с Ру это правило так ни разу не сработало. В прошлую демонстрацию, даже с тем, что был поменен крупье, колода и на рулетку вышел человек с очень ловкими пальцами и глазомером (она больше нигде не видела, чтобы кто-то так точно кидал шарик и рассчитывал ход на рулетке), девушка всё равно подняла порядка 10 миллионов йен, прежде чем Канэко-сан пошёл на мировую. С учётом инфляции и девальвации — не так уж и много в сравнении с долгом ба-чан. Но это не значит, что выигрыш был несущественным и его не заметили.       Итак, идти на автоматы не стоило — их, вероятнее всего, могли покрутить, и процент «удачных» был бы мал. Рулетку можно было опробовать ненадолго, и лучше в самом начале. Основным на вечер Ру считала покер, блэкджек и маджонг — но последний под вопросом. Игра ей нравилась, и там были серьёзные ставки, но сидеть пришлось бы довольно долго, а ночевать в казино она не собиралась. Именно поэтому уверенно девушка направилась к рулетке, прищурившись.       Шин шёл след в след. Судя по тому, что к ним до сих пор никто не подошёл, хотя и бросали взгляды — по одежде не сказать, что кто-то из них особо платежеспособен, с ролью охранителя парень справился замечательно.       — Ваши ставки? — любезно улыбнулся крупье, стоило только их завидеть.       Ру кинула всю стопку на нужную часть зеленого сукна.       — Тринадцать, чёрное, — спокойно произнесла она, опираясь ладонями о стол.       — Принято! — кивнул молодой человек, из-за чего пара приличных прямых пряжей едва не выбились из залаченной назад причёски.       — Уверена? — обжигая ухо горячим дыханием, уточнил Сано. Он был непозволительно близко, но отразится ей было просто некуда. Пришлось приложить усилия, чтобы не краснеть.       — Просто смотри, — посоветовала она, сложив руки на груди. Ставки сделаны, ставок больше нет, вот крутится колесо, шарик запрыгивает на него, щелкая по отделам, пока не останавливается на нужном числе.       — 13, чёрное! — оглашает крупье, и Шиничиро судорожно и неверующе выдыхает, обхватив её за запястье.       — Ты действительно выиграла!       Узумаки ухмыляется, стараясь делать это не слишком злорадно. О, она только начала.

* * *

      Где-то после блэкджека, стоило ей развалиться за столом для покера (к этому моменту Ру выиграла уже около двух миллионов, и они были тут едва ли второй час), к ним подошёл работник. Он был несколько бледен, не так, как полагалось быть бледным простому японцу по нынешней моде, а скорее нездорово бледен. На это же указывали ходящие ходуном руки, бегающие в разные стороны глаза и то, что на лбу у него выступила едва заметная испарина. Едва ли мужчине было больше тридцати, но она могла и ошибиться.       — Узумаки-сан? — уточнил он, скосив глаза на развалившегося рядом Шиничиро — тот тянул колу, отказавшись от алкоголя. Она сама, впрочем, тоже не пила, хотя заказанный коньяк стоял в граненом стакане рядом, и лёд в нем почти без следа растворился в воду. Выглядел парень ужасно довольным и совершенно перестал волноваться. К тому же, именно он обогнал особо назойливых мух, так что позже она обязательно скажет ему спасибо.       — Предположим, — мягко согласилась девушка. Мужчину, впрочем, это не успокоило, особенно когда он взглянул на её спутника, — вы что-то хотели?       — Управляющий очень просит вас подняться к нему в кабинет, — кланяясь, произнёс он.       — Партия только началась, — немного капризно произнесла блондинка, склоняя голову набок, — и только если вы не хотите прямо сейчас меня в чем-то обвинить — нет веских обоснований вызывать меня к управляющему.       — Но долг... — попытался слабо возразить работник.       — Долг Сенджу-сан — не мой, но я, так уж и быть, его любезно оплачу, как только закончу свою игру на сегодня, — всё тем же мягким спокойным тоном произнесла Ру. По её опыту в таких напряженных ситуациях такой тон вовсе не успокаивал, а скорее раздражал или пугал. Так и случилось — мужчина крупно вздрогнул и ретировался.       Минут на десять всё затихло, она успела сыграть несколько партий, не меняя стола, и все успешно, подняв ещё несколько тысяч, когда наконец-то явился герой вечера. Нервы у него сдали быстрее, чем она думала, даже трех миллионов пока не набралось.       — Узумаки-сан, — поприветствовал её мужчина, едва ли переступивший порог сорока лет. У него была короткая стрижка, немного раскосые узкие глаза, чьи кончики немного уходили наверх. Нос немного крупноват и смотрел вниз, губы были тонкие и широкие — к тому же он их поджимал, так что впечатления приятного о его лице сложить совсем не получалось.       — Я полагаю, Моримото-сан, — ответила девушка на вежливость, впрочем, тон голоса был довольно холодным, чтобы собеседник точно не обольщался насчёт её отношения. Она не так часто злится, но когда такое случается — временами может быть хуже ублюдка, а он уж точно не образец самоконтроля ни сейчас, ни в будущем.       — Я вынужден настоятельно попросить вас перестать играть, — отчеканил мужчина, бросив строгий взгляд на крупье. Тот перестал сдавать карты, выпрямившись по стойке смирно. Ещё двое клиентов за этим столом — невысокий мужичок за тридцать с залысиной на затылке и пожилой джентльмен с настолько кустистыми бровями, что за ними не было видно глаз — недовольно отложили карты, кидая на управляющего недовольные взгляды.       — Забавно, — размеренным тоном произнесла Узумаки, откидываясь на своём стуле. Её плечи тут же обвила заботливая рука рыцаря, в жесте, что, кажется, уже становился привычным, — кажется, я настоятельно просила не пускать в это чудесное заведение Сенджу-сан, но вы очень тонко подметили, что не можете отказать вашим клиентам, особенно если у них есть деньги. Что же, у меня их более чем достаточно, а ведь ещё не утро, верно?       Маримото бросил взгляд на её внушительную уже гору фишек. Вероятнее всего, до него дозвонился хозяин и уже сделал втык о ситуации. Радостным мужчина не выглядел, а прямое доказательство того, что девушка не блефует, только усугубило его настроение. Она соврала бы, скажи она, что ей жаль.       — Узумаки-сан... — он явно не хотел использовать такую вежливую форму, но, стоило отдать должное, он сдержался, — вы донесли свою точку зрения, так что, пожалуйста, прекратите. Мы закроем глаза на долг Сенджу-сан и разойдемся мирно.       Наруто широко и насмешливо улыбнулась ему в лицо.       — Проблема в том, что я не собираюсь ни на что закрывать глаза, Моримото-сан, — елейным тоном проворковала она. — Если уж урок не был усвоен с первого раза, его стоит повторить, не так ли?       В японском обществе не принято ругаться или открыто высказывать неприязнь. Этикет требовал держать с другими людьми уважительную холодную дистанцию. То, что она уже ткнула его на прямую в ошибку, было грубостью, но и дальше она так поступать не могла — всё же ей по репутации не положено. Этот мужчина не её милый рыцарь, который, казалось, и сам живёт в каком-то другом мире и по другим правилам.       — Даже самые прилежные ученики имеют право оступиться, но они всегда выправляются, если указать им на ошибку, — поучительным тоном произнёс Дайсукэ. Ха, на неё не работало лет с двенадцати... Аккурат после поступления в Академию, да.       — Порой горечь опыта, который преподносит нам жизнь, куда доходчивее любого указания от учителя, — в тон ему отозвалась Ру, прищурив голубые глаза, — а кто я такая, чтобы стоять у неё на пути?       — Узумаки-сан, я боюсь, что ваш тон не способствует заключению мирного соглашения между нами, — стиснув зубы, прямо процедил мужчина. Девушка насмешливо хмыкнула.       — Для того, кто ведёт речи о мире, вы удивительно несдержаны, Маримото-сан, — уколола она, почувствовав, как большие пальцы Сано осторожно огладили плечи, кажется, призывая её к спокойствию. — Боюсь, с возрастом память начинает подводить людей даже на незначительных временных промежутках, так что я возьму смелость и напомню вам — моё сегодняшнее тут появление целиком и полностью ваша заслуга. Стоило помнить об этом, прежде чем начать разговаривать со мной. Вы прервали довольно хороший вечер, довольно грубо, дважды. И вы же решили не слушать инструкции своего безмерно мудрого владельца. Меня всегда поражало, как далеко может зайти человеческая жадность, но вы ведь знаете, что за всё есть своя цена?       Мужчина побагровел. Ну да, со стороны его отчитываться малявка (ментально они были почти ровесниками, но об этом никто не знал), к тому же женщина — притом прямо перед гостями и персоналом. Настоящий позор, неудивительно, что он вспылил, шагнув к ней с перекошенным от гнева лицом. Руки Шиничиро в тот же миг пришли в движение — парень поднялся, встав за её спиной и оставив ладони на её плечах. Парень был выше большинства её знакомых, неудивительно, что этот его пассаж заставил Маримото тормознуть на полушаге. Он не отступил, но, кажется, передумал насчет прямого членовредительства. Отчасти даже жаль, конфликты, решаемые силой, имели свойство заканчиваться куда быстрее, хотя и менее приятно, на её взгляд.       — Тебе, наглой девчонке, стоит помнить, где ты находишься, — зло процедил управляющий, наконец скинув маску вежливости, — забирай свою шавку и Сенджу и убирайтесь отсюда, пока такая милость вам оказана!       — Прикуси свой язык! — неожиданно раздался властный рык. В помещение спешным шагом вошёл невысокий мужчина лет под пятьдесят. Морщин у него было не так много, к тому же одет он был в традиционное мужское кимоно — сенсей их тоже любил. Весь вид Канэко Гэна говорил о недовольстве. Тем не менее, когда он взглянул на неё — смягчился. — Я приношу свои официальные извинения, Узумаки-химе.       Ру мягко убрала руки со своих плечей и поднялась на ноги, уважительно склонив голову.       — Не стоит, отчасти я даже развлеклась, — признала она с задорной ухмылкой. В конце концов, сам мужчина не был источником её проблем, скорее их решением, и на него она не злилась. Разве что на то, что работников он в этот раз подобрал неудачно, но тут уж угодить невозможно, конечно.       — Оно и видно, — хмыкнул он, окинув взглядом гору фишек, — в качестве моральной компенсации можете оставить их себе. Я уже распорядился, чтобы Сенджу-сан сопроводили до машины на выходе — вас отвезут, куда скажете.       — Благодарю, — кивнула Узумаки, скосив глаза на выигрыш. Она все равно не собиралась забирать и копейки отсюда, — деньги можете оставить в счёт долга Цунаде-сан, в конце концов, она действительно сильно проигралась вашему заведению. Не обижайтесь, но надеюсь, что мы больше не увидимся.       — Не обижаюсь, — фыркнул Гэн-сан, махнув рукой на сопровождавшего его немой тенью охранника, чтобы их, видимо, сопроводили, — с вами крайне приятно иметь дело, Узумаки-химе, но я разделяю ваши чаяния.       — Прощайте, — кивнула девушка, подхватив Шина под локоток и потащив его к выходу, получив отмашку от хозяина заведения. Судя по всему, ему все равно сейчас не до неё, так что стоило уходить, пока было возможно. Она все ещё может поспать в ночь в этот раз нормально, и, как знать, днём можно было сходить куда-нибудь с рыцарем на обед, если она перестанет клевать носом на ходу.       — Ты прилично выиграла, точно не хочешь забрать деньги? — уточнил парень, снова обхватывая её за плечи.       — Я и не планировала их забирать, — пожала плечами Ру, — лёгкие деньги никогда не приносили счастья. К тому же всё тут крышуют якудза, а я предпочла бы не иметь с ними связей, пускай и таких пустяковых, финансовых.       — Ты много знаешь о местных порядках, — заметил осторожно Сано. Надо же, она думала, спросит раньше. Он долго продержался и даже так не стал ничего расспрашивать в лоб.       — Я единственная, кто мог вытащить ба-чан отсюда, так что... лет с пятнадцати я этим и занимаюсь. Правда, с тех пор такого крупного срыва не было ни разу, — отозвалась она. Не стала уточнять, что имела связи с Учиха-кай или что клан её матери также когда-то считался сходным по положению. Как и клан Сенджу, кстати, но Цунаде после чистки сорокалетней давности держалась от всего подальше и старалась держать в своё время её — Ру — мать и саму девушку так же далеко. Жаль, что не совсем вышло, конечно. — Извини, надо было всё же настоять и отправить тебя домой.       — Нет, — возразил Шин, — если бы уехал, сам бы себе не простил. Ты, конечно, сама со всем справилась, но... мне было спокойнее, что я рядом. И теперь я знаю, насколько ты великолепна. То есть, разумеется, я и так это видел, но всё же не думал, что твой блеск так раскрывается в азартных играх... и ссорах с власть имущими. Они зовут тебя химе, потому что ты так хороша в словесных перепалках?       Она улыбнулась краешком губ. Почти тонко, рыцарь, хотя той, в кого вбивали этикет и умение плести словесное кружево фактически палками, пассаж более чем очевиден.       — Они зовут меня химе, потому что моя ка-сан ей когда-то была, — оптекаемо, но достаточно прямо ответила она. В конце концов, имея её фамилию, многое можно найти, хотя бы в газетах — после падения клана никакие его секреты никто хранить более не стал. — Титул наследуется, но, честно говоря, он ничего мне не даёт — как я и говорила, почти все мои родственники мертвы. Цунаде-сан — последняя, кто близок мне по крови, и она принадлежит другому клану... Из них, впрочем, тоже никого кроме неё не осталось.       — Извини, — тут же произнёс Шин, поймав её за руку и остановив, — ты не должна была мне ничего рассказывать, это была просто шутка. Прости, я ужасно слежу за своим языком, особенно когда рядом такая красавица... То есть, черт, извини, я...       — Шиничиро, всё в порядке, — мягко оборвала она, перехватывая чужую ладонь своей свободной. Рука у него большая — чуть ли не в два раза больше её. — Мы же вроде договорились, что ты не извиняешься за всякую ерунду? Я не в обиде, и куча мёртвых родственников меня тоже не задевает, это произошло лет за пятнадцать до моего рождения. Я никого из них даже не знала, чтобы расстроиться. Нормально, что ты спрашиваешь, в конце концов, о твоей семье я уже знаю довольно много, верно?       — Если тебе не нравится...       — Мне нравятся эти рассказы, — сразу пресекла девушка, слабо улыбнувшись, — они милые, и я не имею ничего против них. Так что, если тебе самому нравится рассказывать — не прекращай это делать.       — Ловлю на слове, леди, — хмыкнул парень, делая шаг вперёд неё и открывая дверь, чтобы придержать ту, пока Ру не вышла бы. Ей раньше особо никто и никогда не держал двери, эта его черта — а делал так парень не единожды — была даже милой.       — Ты поедешь с нами? — спросила Узумаки, выходя на улицу и с наслаждением вдыхая прохладный воздух. В конце переулка — с того же места, куда они подъезжали, стояла какая-то чёрная иномарка — ба-чан было видно через заднее, ощущение пока что, стекло, в которое она, полуразвалившись, высунулась.       — О, нет, я написал другу, он меня заберёт, — отмахнулся Шиничиро, — думаю, вам двоим есть о чём поговорить... И Сенджу-сан я, кажется, в прошлый раз не понравился.       — У неё в этом вопросе нет права выбора, — категорично заметила блондинка, убирая пряди, — потому что ты нравишься мне.       Шиничиро покраснел, распахнув глаза, тогда как Узумаки недоуменно приподняла бровь. Но прежде, чем кто-то из них успел что-то сказать — тишину улиц разрезал негромкий рёв мотора. В проулок, с другой стороны, не перегороженной машиной, вкатился высокий парень на чёрном байке и тормознул аккуратно перед парочкой. Водитель снял шлем, и Ру с удивлением поняла, что парень — альбинос. Его выдавали белые ресницы, брови и волосы, а ещё фиолетовые из-за отсутствия пигмента глаза.       — С каких пор ты ходишь по казино, Шин? — манерно протянул парень, прежде чем его взгляд остановился на Наруто, рассматривая её. — Простите, девушка, он вам надоедает? Я сейчас его уведу, не вызывайте полицию.       — Стоит ли мне беспокоится, что твоя семья и друзья считают, что ты каким-то образом мне докучаешь до такой степени, что я захочу обратиться в правоохранительные органы? — шутливо вполголоса уточнила Ру, подергав Шиничиро за рукав куртки. Парень тяжело вздохнул, закатив глаза.       — Пожалуйста, просто не слушай их, — взмолился он. — Это Имануиши Вакаса, мы дружим ещё со школы. Вака, это Ру, и я вам про неё говорил.       — О, и что говорил? — игриво подмигнула брюнету девушка. Тот отвёл глаза, словно не хотел в чём-то сознаваться.       — Ты... девушка, — оборвал их обмен любезностями Имануиши-сан. Звучал он так, словно не мог поверить в то, что произносит вслух.       — Очень наблюдательное заявление, — хмыкнула Узумаки, — хотя теперь мне вдвойне интересно, что ты такого рассказал своим друзьям, Шиничиро?       — Я говорил, что ты девушка! — возмущенно почти закричал Сано. Ей почти стало его жаль. — Просто они мне не поверили...       Ру пришлось сдержать свой мерзкий характер, потому что парень уже выглядел так, словно вот-вот заплачет, к тому же со стороны машины послышалась ругань — ба-чан, кажется, начала собачиться с водителем, чтобы её выпустили, и это стоило пресечь, пока не поздно.       — Ладно, — примирительно произнесла она, аккуратно коснувшись руки Шина, — я тебе верю. Ты свободен завтра в обед?       Парень поднял на неё черные глаза, ловившие слабые отблески света из пространства, коих было в этом проулке не так уж и много.       — Для моей леди всегда да, а что? — склонив голову к плечу, уточнил Сано.       Она чувствовала себя несколько виноватой за этот вечер, к тому же ей действительно стоило отвлечься, так что...       — Давай тогда сходим поесть вместе. А то сегодня некрасиво получилось, — криво улыбнувшись, признала Ру вслух.       — Да, — перехватив её руки своими, воодушевленно улыбнулся Шиничиро. Да, кажется, она действительно отказывала бедному парню слишком часто.       — Тогда спишемся, а сейчас я пойду, пока ба-чан не устроила драку с водителем, — мягко высвободив руки, отозвалась блондинка, бросив взгляд на Вакасу-сана и кивнув ему, — было приятно познакомиться с вами, Имануиши-сан. До завтра, рыцарь.       — До завтра, моя леди! — бодро бросил ей вослед парень. Ру спешно отвернулась, пряча улыбку. Это... становилось опасным, на самом деле. То, насколько он начинал ей нравится. Нельзя забывать держать дистанцию, чтобы все не закончилось крайне плачевно.       ...Но она ведь заслужила денек отдыха, верно?