Глава 3. Нежданные гости

Незваный гость хуже татарина.

Русская пословица

      Иккинг проснулся от грохота, с которым распахнулась входная дверь его хижины. Беззубик вскочил, закрывая своего всадника собой, и оскалился на вошедших, но атаковать не стал.       — Где он? — Иккинг безошибочно распознал в этих требовательных нотках голос Малы. Всадник выглянул из-под крыла своего дракона, оценивая обстановку. Ворвавшихся было трое: первой была королева Защитников Крыла Мала, её лицо было полно решимости и гнева, а в руках она сжимала свой любимый меч; за ней стояла Хедер, она была весьма хмура, но не торопилась доставать топор; позади девушек стоял вождь племени Берсерков, брат Хедер и жених Малы, Дагур, он, заметив Иккинга, виновато улыбнулся и развёл руками, мол, сам посуди, разве мог я совладать с этими фуриями?       Иккинг вздохнул.       — И вам доброго утра, — буркнул он. — Дайте мне пару минут, чтоб одеться.       — Тебе лучше поторопиться, — фыркнула Хедер. В её голосе слышалось раздражение. Мала принялась нервно расхаживать по первому этажу.       Иккинг, однако, не торопился, обдумывая внезапный визит троицы. Фраза, выкрикнутая Малой, намекала, что они явились по чью-то душу, и, судя по тому, что ворвались они к Иккингу, но при этом в него ещё не полетело никакое оружие, явились они не за кем-то из всадников. Значит, за Вигго. Но откуда они узнали?       Застегнув все ремешки доспеха, Иккинг взвесил в руках Инферно, а спустя секунду раздумий закрепил его на поясе. Хотелось надеяться, что ему не придётся использовать оружие в попытках защитить Вигго.       — Чтоб ты знал, — проворчала Хедер, когда Иккинг наконец спустился к ним, — я одеваюсь вдвое быстрее. А я — девушка.       Парень хмыкнул, складывая руки на груди, но ничего не ответил. Беззубик аккуратно спустился и напряжённо замер у своего всадника за спиной.       — Где он? — требовательно повторила Мала.       — Кто? — уточнил Иккинг абсолютно спокойным, с ноткой скуки голосом.       — Этот подонок! — рявкнула Мала, распаляясь. — Мерзкий убийца драконов! Жалкий вор и разбойник! Губитель жизней драконьих и человеческих! Этот…! — Мала задохнулась от терзавшей её ярости.       — Она имеет ввиду Вигго, — поспешно пояснил Дагур, пользуясь паузой, а после ласково обратился к невесте: — Любимая, ну к чему такие нервы?! Гримборн того не стоит!       — Как отрублю голову этой твари, так сразу успокоюсь, — рыкнула Мала.       — Лучше живьём скормить драконам, — в тон ей отозвалась Хедер. — Где он, Иккинг?       — С чего вы взяли, что я знаю? — всё тем же скучающим тоном уточнил Иккинг, слегка морщась от кровожадности девушек.       — С того, что Астрид прислала нам жуткую жуть, — раздражённо ответила Хедер.       — Не испытывай наше терпение, Иккинг, — рявкнула Мала, взмахнув мечом в воздухе.       Лицо предводителя всадников помрачнело. Беззубик за его спиной оскалился и зарычал.       — Это вы́ не испытывайте моё, — сухо сказал Иккинг. — Кто дал вам право врываться в мой дом, размахивая оружием? — Мала, явно не ожидавшая такой реакции, моргнула, а затем, видно осознав, как это выглядело со стороны, смиренно убрала меч в ножны.       — Что касается Вигго, — продолжал Иккинг, — он действительно здесь, на Драконьем Крае, и я никому не позволю вершить над ним самосуд.       — Но Иккинг…! — всадник оборвал Хедер взмахом руки.       — Вигго Гримборн сделал немало дурного, но в конце концов смог измениться. Он смог разглядеть в драконах то, что видим мы, смог приручить своего и дважды спас мне жизнь. Я не позволю казнить человека, который встал на путь исправления и доверился мне в этом вопросе.       — Он тебя дурит! — воскликнула Мала. — Люди не меняются!       — А твой жених уже однажды доказал, что меняются, — парировал Иккинг. Мала поджала губы и бросила на Дагура быстрый виноватый взгляд.       Тишину, повисшую после, можно было резать мечом. Иккинг сверлил собеседников внимательным взглядом. Мала недовольно поджимала губы, её брови были нахмурены, а взгляд задумчив. Хедер кусала нижнюю губу и крутила на палец выбившуюся из косы прядку. Только Дагур смотрел Иккингу в глаза, и во взгляде его Иккинг читал одобрение.       Мала подняла взгляд, собираясь что-то сказать, но не успела: в хижину вбежал Сморкала.       — Иккинг! — задыхаясь, гаркнул всадник ужасного чудовища. — Он там заперся!       — Знаю, я сам ему посоветовал, — спокойно кивнул Иккинг.       — Зачем? — удивился Дагур.       — Вы не заперли его в темнице?! — воскликнула Мала.       — Затем, что с близнецов сталось бы, Локи ради, утащить ночью Вигго вместе с кроватью на какую-нибудь одинокую скалу посреди моря, — с ноткой утомлённости пояснил Иккинг. — И нет, мы не заперли его в темнице, потому что у нас нет темниц. К тому же…       — Ты не понял! — перебил его отдышавшийся Сморкала. — Он не открывает! Рыбьеног принёс ему завтрак, а о́н не открыл! Из хижины — ни шороха! Близнецы и Астрид сейчас пытаются выбить дверь, а мне жалко эту дверь, ведь её делал Я!       Иккинг вздохнул. Будет в его жизни хоть один спокойный день?!

***

      — Какая упёртая дверь, — хмыкнул Задирака, наблюдая как Астрид пытается выбить её с ноги.       — Может, поможете? — рыкнула девушка, разбегаясь для очередного удара.       — Может, взорвём? — предложила Забияка.       — Может, не надо? — тоненьким голосом спросил Рыбьеног, видя, как предвкушающие улыбки расцветают на лицах близнецов.       — Покажем Гримгрому, кто тут самый взрывной! — радостно завопил Задирака, и близнецы вместе позвали своего пристеголова.       — А вдруг его прибьёт этой дверью? — робко попытался отговорить близнецов Рыбьеног.       — Лично я скучать не буду, — фыркнула Астрид, откидывая мокрую чёлку с глаз.       — Гримгром, ты слышишь? — крикнул Задирака, влезая на одну из голов прилетевшего пристеголова.       — Подойди к двери поближе! Мы её сейчас взорвём! — крикнула Забияка, заняв своё седло на другой голове дракона.       — Никаких взрывов! — рявкнул подоспевший Иккинг.       — Фу, обломщик! — расстроились близнецы. — Кто вообще его позвал?       — Я, а что? — ответил Сморкала, подошедший вместе с гостями вслед за Иккингом, и тут же получил по затрещине от обоих близнецов.       Всадники обменялись приветствиями с гостями, а затем все выжидательно уставились на Иккинга. Тот на пробу постучал в дверь и позвал:       — Вигго? Всё в порядке?       Ответом ему была тишина. Астрид закатила глаза.       — По-твоему, мы не пробовали? — девушка со злостью пнула дверь.       Иккинг нахмурился: если звук от его стука был звонким, то звук от пинка девушки — глухим. Вигго сидел под дверью, но не открывал. Не хотел или не мог?       — Завтрак готов, Рыбьеног? — задумчиво спросил Иккинг.       — А? Да…       — Тогда идите завтракать. Я разберусь.       — Интересно, как? — хмыкнул Сморкала.       — Наверняка хочет сам взорвать дверь, — обиженно буркнул кто-то из близнецов.       — Но Иккинг… — попыталась возразить Астрид.       — Идите, — повторил Иккинг.       — Да, идите-идите, — неожиданно поддержал его Дагур, подталкивая к общей зале и Малу с Хедер. — Не волнуйтесь, никуда наш злодей от нас с братишкой не денется!       Недовольно переговариваясь, всадники вместе с гостьями ушли.       — Спасибо, — облегчённо вздохнул Иккинг.       — Всегда пожалуйста, братишка, — берсерк сжал всадника в медвежьих объятиях и крепко похлопал по спине. Когда он наконец разжал руки, Иккинг с трудом сдержал порыв ощупать свои рёбра на целостность.       — Сидит под дверью, да? — хмыкнул Дагур. — И открывать не хочет?       — Или не может, — ответил Иккинг и снова постучал: — Вигго, они ушли. Ты можешь открыть?       Никто не ответил.       — Каков план «Б»? — спросил берсерк.       — Влезем через люк на крыше.       Иккинг подозвал Беззубика, и тот доставил парней на крышу одним прыжком.       В хижине было темно. Свет из люка, в который они втроём влезли, едва добирался до края лестницы, ведущей со второго этажа на первый. Иккинг достал и зажёг Инферно, и в слабом свете меча парни спустились вниз. Беззубик нервно снёс один из стульев на втором этаже хвостом и спрыгнул на первый этаж, пренебрегая лестницей.       Постель была пуста и почти не измята, на тумбочке виднелся огарок свечи. Беззубик плюнул плазмой в камин, и всё помещение осветилось.       Вигго лежал, облокотившись спиной на входную дверь в крайне неудобной позе.       — О, Тор! — воскликнул Иккинг и, погасив Инферно, бросился к лежащему.       Мужчина был бледен, как мертвец, губы его были искусаны до крови, но кровь уже застыла корочкой на губах и неровным пятном на бороде, кожа щёк была раздражена, глаза опухли и покраснели, а стеклянный взгляд был устремлён в стену.       — Вигго! — окликнул его Иккинг, присаживаясь рядом и касаясь пальцами его шеи.       Беззубик, подскочивший следом за Иккингом, обнюхал лицо бывшего охотника и жалобно заурчал.       Кожа мужчины была холодной и покрытой липкой испариной. Пальцы всадника скользнули по шраму на шее бывшего охотника, ища признаки жизни.       И нашли! Слабое, медленное, но биение.       — Помоги мне, — обратился Иккинг к Дагуру.       Вместе они подняли бывшего охотника с пола: тот повис на них безвольной тряпичной куклой; повязка на его спине была мокрой от крови, и Иккинг тихо выругался, заметив это. Беззубик проследовал за ними жалобно-урчащей тенью.       — Не надо было оставлять его вчера одного, — сам себе буркнул всадник.       — А вчера он был так же плох? — спросил Дагур.       — Нет, вчера и кровь из ран остановили, и сам он зубоскалил напропалую…       — Зубоскалил?       — Ну, — Иккинг слегка замялся. — У нас случился разговор о целях и планах…       — О, я понял, — фыркнул Дагур, невесело усмехаясь. — Ты в своих лучших традициях наговорил чего-то такого, что он резко захотел претворить в жизнь план о перемещении в мир иной?       — Этого он и до́ разговора хотел, — насупившись, буркнул Иккинг.       Уложив Вигго в кровати на живот, они быстро сняли старые повязки и принялись обрабатывать раны. Те, что располагались в районе поясницы, потревожены не были, а вот из тех, что были меж лопаток обильно сочилась кровь. Там же начинал расцветать синяк.       — И всё-таки, — допытывался Дагур, обрабатывая раны. — Что ты ему наговорил?       — Ничего такого, — буркнул Иккинг, мечтая замять тему.       — Ничего такого?! — с ноткой возмущения переспросил Дагур. — Иккинг, ты часто не отдаёшь себе отчёт в том, насколько сильно ранишь других своими словами, но в этот раз ты явно превзошёл себя. Ты осознаёшь масштаб? Ты довёл до истерики Вигго Гримборна!       Иккинг поджал губы и ничего не ответил. Беззубик, улёгшийся чуть поодаль и наблюдавший за манипуляциями со скорбным выражением, посмотрел на своего всадника с осуждением. «Ну хотя бы ты не начинай», — мысленно обратился к дракону Иккинг. Тот, словно прочитав мысли своего всадника по взгляду, фыркнул и отвернулся. Дагур покачал головой и начал накладывать свежую повязку на раны. Когда он дошёл до ран между лопаток, с губ Вигго сорвался тихий стон.       Иккинг тут же подскочил к нему, заглядывая в лицо: стеклянный взгляд всё ещё был устремлён в одну точку.       — Вигго, — тихо позвал всадник, касаясь ладонью необожжённой щеки мужчины. Ресницы бывшего охотника дрогнули то ли от прикосновения, то ли от звука имени, но взгляд остался стеклянным и неподвижным. — Вигго, посмотри на меня.       Взгляд мужчины дрогнул, скользнув на лицо всадника, но не сразу сфокусировался на нём.       — Как ты? — сдержав вздох облегчения, спросил Иккинг.       — Воды… — едва различимо попросил Вигго.       — Да, конечно, — мальчишка вскочил, оглядываясь кругом, затем вспомнил, что вчера вынес кувшин под дождь и почти бегом ринулся к двери.       За дверью, занеся руку для стука, стояла Астрид. Лицо Иккинга против его воли приняло хмурое выражение.       — Иккинг… — слегка виноватым тоном начала девушка, но парень её перебил.       — Не сейчас, — он, притворив за собой дверь, обошёл девушку, подобрал кувшин с перил ограды и шагнул обратно к хижине. Астрид уверенно преградила ему путь.       — Иккинг, послушай! Ты не должен…       — Я просил дать мне разобраться самостоятельно! Разве это много?! — рявкнул парень, не скрывая раздражения. — Кому ещё ты написала?       — Крылатым девам… — потупив взгляд, ответила девушка. — И на Олух…       — Прекрасно! — рыкнул Иккинг. — Стало быть, мне ждать отца завтра к обеду?!       — Скорее, сегодня к ужину…       — Ясно, — вдруг совершенно безэмоционально сказал парень, огибая её и открывая дверь в хижину.       — Иккинг!..       — Мне некогда, — холодно оборвал он. — Твоими заботами у меня теперь полно дел.       Он захлопнул и запер дверь прежде, чем она успела войти.       — Иккинг! — крикнула она и громко постучала в дверь.       Парень, игнорируя крики, подошёл к кровати, и с помощью Дагура напоил водой бывшего охотника. Беззубик, недовольный шумом, зажал морду лапами и заворчал.       — Ты что же, — продолжала кричать Астрид за дверью, — хочешь рассориться с друзьями и союзниками из-за него?! Почему?! Почему ты его защищаешь?       Девушка ещё пару раз пнула дверь и, ругаясь, ушла прочь. Иккинг вздохнул с облегчением и поймал внимательный взгляд Дагура.       — Небольшая размолвка, — буркнул всадник, чуть краснея.       — Я слышал, — с ноткой насмешки ответил берсерк, продолжая перевязку. — Какие отношения без размолвок? У нас с Малой что ни день, то попытка друг друга убить. Зато какие потом примирения… — берсерк мечтательно прищурился; Иккинг на его слова лишь закатил глаза. — Что? У вас не так?       — Не желаю это обсуждать! — нервно перебил его всадник.       — Как скажешь, — пожал плечами Дагур, и чуть нахмурил брови в задумчивости. — Напомни, где у вас тут почтовые жути?       — Тоже хочешь кого-нибудь сюда вызвать? — не скрывая раздражения, спросил Иккинг.       — Да, братишка, — улыбнулся Дагур и примирительно поднял руки, завидев насупившийся взгляд визави. — Видишь ли, мы пока в меньшинстве. Хочу уравнять шансы.       — О чём ты?       — С ним, — берсерк ткнул пальцем в Вигго, безразлично разглядывающего стену, — не получится так же, как со мной: ко мне были претензии только у вас, всадников, а он умудрился испортить отношения со всем архипелагом. Мала хочет отрубить ему голову, Крылатые девы будут рады сварить из него рагу, а твой отец, помнится, в прошлую их с Вигго встречу, пытался Вигго придушить. Сомневаюсь, что в этот раз он будет настроен мягче…       — И что ты предлагаешь? — хмурясь, спросил Иккинг.       — Суд, — пожал плечами берсерк. — Дадим им иллюзию контроля: они выскажут свои обиды, свои пожелания по наказанию. Потом проголосуем, но, — Дагур воздел указательный палец к потолку, — с расчётом на нужный нам результат. Ты от имени Драконьих всадников проголосуешь за оправдательный приговор. Я от имени племени Берсерков тебя поддержу, хоть и огребу потом от сестры и невесты. Вердикт Крылатых дев и Защитников Крыла ясен как день. Остаётся Стоик. Возможно, ты и переубедишь своего отца, но я бы предпочёл перестраховаться.       — И страховка эта… — медленно проговорил Иккинг, пытаясь прикинуть, кого ещё можно пригласить на суд, чтобы получить третий голос за оправдательный приговор, но, как на зло, никто кроме Крогана и Йохана в голову не приходил. — …Кто?       — Не волнуйся, — улыбаясь от уха до уха, ответил Дагур. — Есть у меня кандидатура. Не подведёт!       — Но это должен быть кто-то пострадавший от действий Вигго.       — Само собой!       Иккинг вновь попытался угадать, что это за таинственная кандидатура на роль страховки, но так ни до чего не додумался.       — И кто эта страховка?       — О-о-о, — хитро протянул Дагур, — ты будешь в восторге!       Иккинг хмыкнул, решив не допытываться.       — Ладно, зови, — кивнул он. — Но даже с его голосом это будет три против трёх… — положа руку на сердце, Иккинг сомневался, что у него получится переубедить отца, ибо, как говорил Плевака, «такого упрямого барана надо ещё поискать».       — В худшем случае, — не терял оптимизма Дагур. — Если такое случится, мы объявим, что раз мы, люди, не способны решить судьбу бывшего охотника, пусть её решают те, кому он причинил больше всего вреда.       — Суд драконов? — воскликнул Иккинг. Берсерк кивнул.       — Такой вариант устроит всех, даже Малу.       — Он не устроит только Вигго, — Иккинг скосил взгляд на бывшего охотника: тот продолжал безучастно разглядывать стену, словно обсуждение совершенно его не касалось.       Дагур пожал плечами.       — Ты сказал, что он приручил дракона. Будем надеяться, что его дракон за него вступится.       — Будем надеяться, что до суда драконов вообще не дойдёт, — вздохнул Иккинг.       — Кстати, что за дракон?       — Ты будешь в восторге, — усмехнулся Иккинг.       — Неужели громмель? Было бы здорово! Громмейстеру так одиноко с тех пор, как он получил травму, а Сарделька так редко его навещает…       Иккинг улыбнулся, ничего не ответив, только в очередной раз подивился тому, насколько изменился Дагур.       — План хорош, — ещё раз прокрутив идею берсерка в голове, подытожил всадник, — да только я понятия не имею, как происходят подобные… — Иккинг взмахнул руками, пытаясь подобрать слово, — …сборища?       — За это не волнуйся, — Дагур ободряюще хлопнул Иккинга по плечу. — Я сейчас занимаюсь восстановлением судебной системы, что действовала при моём отце, так что у меня найдётся герольд, который устроит всё как надо. Пошлю и за ним.       Иккинг кивнул.       — Жути в драконьих стойлах, — напомнил он. — Письменные принадлежности можешь взять у меня в хижине. И… Спасибо, брат.       Дагур растянул губы в самой счастливо-безумной улыбке, от души хлопнул Иккинга по плечу, — Иккингу показалось, что в его позвоночнике что-то хрустнуло, — и вышел за дверь. Всадник тут же запер её на засов. Не хотелось, чтобы кто-то ворвался сейчас: Иккингу предстояло многое обдумать, ведь, хотя план был прост на словах, на деле в нём было немало сложностей и подводных камней. Стоило продумать, как убедить всех, что суд — лучшее решение, что говорить на суде, как убедить отца и друзей в своей правоте, как выиграть суд драконов, если скрилл к тому времени не вернётся, и самое главное — как вытащить Вигго из этого упаднического настроения, в которое, похоже, сам Иккинг его и толкнул.       Вздохнув, всадник взъерошил волосы и обернулся к бывшему охотнику. И вздрогнул. Тот смотрел на него пустым немигающим взором и вновь больше напоминал мертвеца, чем живого человека.       — Ну-у-у… Как тебе план? — добавив воодушевления в голос, спросил Иккинг. В конце концов, Вигго обожал планы, стратегии и тактики. Что его расшевелит, как не заковыристый план…       — Между смертью и заключением я предпочту смерть, — слабым голосом ответил Вигго. — Отсечение головы — наиболее предпочтительный вариант: быстро и почти безболезненно. Главное, проследи, чтобы орудие казни было острым, а у палача — достаточно силёнок…       — А… Э… Что?! Ты ведь шутишь?! — воскликнул Иккинг, но не нашёл в лице Вигго и намёка на шутливость. Боги, да всё ещё хуже, чем показалось изначально! Что же делать…?       — Нет, не верю! — громко и уверенно произнёс всадник. — Не верю, что Вигго Гримборн может так легко сдаться! Не для этого ты столько раз выкарабкивался!       Мужчина поморщился от звонкого голоса парня.       — Зачем тебе это, Иккинг? Ты ведь… — Вигго закашлялся. — Ты рискуешь со всеми рассориться. И чего ради? В чём твой гениальный план? Зачем я в нём?       Иккинг хмыкнул. Ну да, план подставного суда — это скучно. Вигго нужно что-то поглобальнее…       — Если я скажу, что мной движут лишь доброта и человеколюбие, ты мне не поверишь?       — От чего же, — на лице Вигго мелькнул намёк на улыбку. — Вполне в твоём стиле… Хоть и... Несколько разочаровывающе…       — Ах, ну если разочаровывающе… — фыркнул Иккинг. — Тогда слушай, — он понизил голос до заговорщического шёпота. — Моя главная цель: добиться мира между людьми и драконами. Никаких войн за ресурсы. Никакой охоты. Во всех племенах. И ты, мой дорогой Вигго, — Иккинг хмыкнул, подчёркивая намеренное подражание, — станешь ключом к достижению этой цели в рамках твоего родного племени.       Брови Вигго стремительно поползли вверх, глаза расширились от удивления, а с губ сорвался хриплый смех.       — Как же ты наивен, Иккинг, — смеясь, ответил он уже куда более живым голосом. — Мир с драконами во всех племенах! Это утопия! Кроме того… — в голосе Вигго проскользнула горечь. — Моё племя не последует за мной: для них я предатель. Я предал их, когда оседлал скрилла. Я предал их, когда дал тебе оружие против канонады. Я предал их, когда не стал убивать непокорного буйволорда ради лекарства. Я предал их, когда не устранил угрозу в виде тебя при первой же возможности…       — Буйволорда? — переспросил Иккинг, но Вигго лишь поджал губы, явно злясь на себя, что сболтнул лишнего. Всадник вздохнул. Ладно, что там с буйволордом, он разберётся потом. — Слушай, это всё не важно! Я вообще был изгоем в своём племени, а когда отец узнал о моей дружбе с Беззубиком, он и вовсе отрёкся от меня. Но… Та-та-да! — Иккинг победно всплеснул руками и широко улыбнулся. — И где мы теперь?.. Правда, — парень слегка замялся и растрепал волосы на затылке, — пришлось почти умереть, чтобы меня наконец услышали. Но это определённо того стоило.       Скептическое выражение на лице Вигго красноречивей слов говорило всё, что он думал об этой истории.       — Дагур тоже дров наломал, — всё тем же уверенным тоном продолжал всадник. — Прослыл убийцей отца, потерял весь флот, часть его народа разбежалась по соседним островам, другая — оказалась в заключении вместе с ним. Теперь же, почти четыре года спустя, он взялся за ум, помирился с сестрой, восстанавливает флот и остров. Берсерки, что переселились на другие острова, сейчас возвращаются домой и признают его полноправным вождём, а он учит их приручать и любить драконов.       — С моим племенем ничего подобного не выйдет, — покачал головой Вигго, глядя на Иккинга как на несмышлёного ребёнка.       — Выйдет, — уверенно ответил Иккинг. — Всё выйдет, обещаю. Может, не сразу, но вот увидишь, придёт время, и твоё племя оседлает драконов так же, как и мы!       — Что, даже мой дед? — странно ухмыляясь, уточнил Вигго.       — Даже твой дед, — с убеждением ответил Иккинг, хотя понятия не имел, что это за дед такой. Воображение живо нарисовало ему постаревшего Вигго с повадками Гнильца. Сочетание вышло жутковатое, и Иккинг тряхнул головой, поспешно отгоняя образ.       — Гедеон Гримборн на драконе? — Вигго прищурился и хихикнул. — Я бы на это поглядел, ибо моё воображение отказывается рисовать такую картину.       — Ну, — Иккинг мягко улыбнулся, — тогда отсечение головы придётся отложить.       — Придётся, — согласился Вигго. — Должен же будет кто-то прикрыть твоё отступление после неосторожного предложения Гедеону прокатиться на драконе. Меня хоть не жалко будет.       — Ошибаешься, — буркнул Иккинг, но бывший охотник его не услышал: попытавшись подняться, он охнул от боли и откинулся обратно на подушки.       — Куда? — воскликнул Иккинг. — У тебя раны снова открылись от твоих самобичеваний на полу!       — Мои раны, — фыркнул Вигго, — открылись вовсе не от моих, как ты выразился, самобичеваний, а от пинков твоей подружки по двери… Мне нужно привести себя в порядок. Здесь есть зеркало?       Иккинг пошарил в комоде и извлёк полированную пластину из железа громмеля. Взглянув на своё отражение, Вигго недовольно цокнул.       — Я похож на побитого жизнью бродягу, — возмутился мужчина, скребя ногтями щетину. Иккинг едва сдержал хмыканье. По его мнению, данное определение максимально точно описывало текущее положение Вигго в мире. — Мне нужно побриться и помыться, — требовательным тоном произнёс мужчина, закончив рассматривать своё отражение.       — Могу попросить Рыбьенога сопроводить тебя к термам… Но…       — Лучше Дагура.       — Дагур нужен мне здесь, — покачал головой Иккинг. — Но если честно, я думаю не стоит… В таком виде ты вызываешь больше…       — Жалости? — Вигго опасно сверкнул глазами.       — Сочувствия, — поправил его Иккинг. — Я хотел сказать «сочувствия».       — Суть одно и то же, — фыркнул бывший охотник. — Я не предстану в таком жалком виде перед бывшими врагами!       — Пришлю Рыбьенога, — вздохнул Иккинг. М-да… День только начался, а он уже устал со всеми спорить… — Ещё что-нибудь?       Вигго чуть замялся и закусил губу.       — Ты не видел скрилла?       — Я сегодня ещё даже завтрак не видел, — недовольно буркнул Иккинг, но осуждающий взгляд Беззубика из дальнего угла заставил его чуть переменить тон. — Не волнуйся, скрилл вернётся.       Вигго лишь молча кивнул в ответ.

***

      — Вигго, выходи, — в голосе Райкера слышится усталость. — Хватит прятаться!       Вигго затаивает дыхание, опасаясь, что его может услышать проходящий мимо укрытия брат. Вдалеке слышатся крики и звуки сражения, последние верные Вигго люди погибают или сдаются, чтобы перейти на сторону победителей. Вигго знает, что будет дальше: Райкер уйдёт, а через пару часов прилетит Иккинг. Потом вынужденный союз, призыв потрошителя и канонада, идущая на дно вместе с Райкером. И как ни пытайся, как ни трепыхайся — не изменится ничего. От ноющего чувства в груди хочется выть, но тело в этих снах как всегда ему не подвластно.       Крышка его укрытия-погреба поднимается, и, ослеплённый светом, он не сразу понимает, что над люком стоит вовсе не Иккинг. Райкер хватает Вигго за руку и тащит наружу, мир бешено вращается вокруг них, свет вспыхивает, гаснет и снова вспыхивает, а воспоминание разбивается осколками, сменяясь похожим, но другим.       И вот Вигго, сейчас не взрослого мужчину, а мальчика лет пяти, вытаскивают не из погреба, а из платяного шкафа с матушкиными платьями. Райкер, высокий, широкоплечий подросток, плюхается на пол и усаживает младшего брата себе на колени, стискивая в крепких объятиях.       — И чего ты от меня прятался?       И как Вигго ни пытается контролировать крохотное детское тельце, в котором оказался, он не может противостоять воспоминанию. А потому заливается горькими слезами и что-то невнятно бормочет.       — Ну чего ты? — вздыхает Райкер, ероша младшему волосы. — Это из-за мамы?       Вигго качает головой, пряча лицо в ладошках.       — А чего тогда?       — Ты, — Вигго всхлипывает и смотрит на Райкера обиженным взглядом, — хочешь меня убить…       Райкер удивлённо моргает.       — Чего?.. Ты что, совсем…? — подросток качает головой, пытаясь подобрать слова. — Да с чего ты это взял?!       — Отец сказал…       Райкер хмурится.       — Ещё раз, что сказал отец?       Вигго всхлипывает.       — Он сказал… надеюсь, твой брат раз… — всхлип, — размозжит тебе череп… — всхлип, — как Эйрик Кровожадный — своим…       Старший мрачнеет ещё больше и недовольно цокает.       — Эйрик Кровожадный был придурком, а отец… — Райкер вздыхает. — Не слушай его. Он убит горем и несёт всякий бред… Зачем ты вообще к нему полез? Я же сказал: сиди с дедом.       Вигго вновь всхлипывает и трёт глаза кулачками.       — Я хотел увидеть её…       Райкер снова вздыхает и целует брата в макушку.       — Понимаю… — он укачивает младшего в объятиях, а когда видит, что тот подуспокоился, чуть отстраняется, заглядывая в глаза. — Вигго, послушай. Не важно, что сказал или ещё скажет отец. Ты — мой брат. Я никогда не причиню тебе вреда. Я всегда буду заботиться и защищать тебя. Я обещал это нашей маме…       — Тогда почему ты предал меня? — спрашивает Вигго, внезапно обретший контроль над своим детским телом.       Райкер улыбается. Его лицо вдруг начинает взрослеть: отрастают усы и борода, появляется тонкий шрам от пореза на щеке, буйные вихры, торчащие в разные стороны, сменяются сначала заплетённым в косу ирокезом, а затем гладко выбритой лысиной. Проходит всего пара секунд, а Вигго, всё так же пятилетний мальчонка, сидит уже на коленях бывалого охотника и опытного военачальника. Райкер улыбается, а в его глазах теплота, которой Вигго не видел уже много лет. За спиной Райкера виднеется высокая тёмная фигура, и, хотя Вигго не может толком её рассмотреть, её вид вызывает страх.       — Я хотел защитить тебя, Вигго, — мягко отвечает Райкер.       — От чего?       Фигура за спиной Райкера делает шаг вперёд, и Вигго с ужасом узнаёт в ней себя. Взрослого, но ещё без ожога на пол-лица, со злыми глазами и перекошенным от гнева лицом.       — От…       Фигура заносит над Райкером кинжал. Вигго жмурится, чтобы не видеть, но всё равно чувствует, как вздрагивает тело брата от удара.

***

      Вигго подорвался с постели, тяжело дыша. Его трясло. Он чувствовал, как по спине катился пот, а руки казались по локоть перепачканными и вязкой жидкости с запахом металла.       В хижине было темно, снаружи — по ночному тихо. С шестой или седьмой попытки Вигго зажёг свечу, едва не опрокинув её в процессе. Дрожащие руки были чисты.       «Сходишь с ума, братец, — голосом Райкера насмешливо шепнуло подсознание, — прям как отец».       — Нет… — прошептал Вигго. Он хотел бы сказать это с вызовом, но получилось — с мольбой.       «Сходишь с ума, — хихикнуло подсознание, словно дразнясь. — Сходишь с ума! Сходишь с ума! Сходишь…»       — Хватит! — выкрикнул Вигго, зажимая уши, но голос продолжал звучать, не заглушаемый даже стуком сердца, отдававшимся в ушах. Грудь сдавило, не давая вдохнуть, в глазах потемнело, так и не отпустившая после пробуждения дрожь захватила всё тело.       «Помнишь, что сделал отец?» — вкрадчиво продолжает голос. Вигго всхлипывает и мотает головой. «По-о-о-омнишь, — утвердительно тянет голос. — Тебе тоже стоит».       Мужчина вновь мотает головой.       «Вигго?»       «Думаешь, ты заслуживаешь помилование? Второй шанс? — шепчет голос. — Ты заслуживаешь лишь безумие и смерть!»       Вигго зажимают в тиски, словно пытаются раздавить. Он даже не пытается вырваться, только неразборчиво бормочет что-то в своё оправдание.       «Вигго…»       «Убийца своей семьи!» — кричит голос брата.       «Вигго…»       «Предатель своего народа!» — обвиняет голос деда.       «Вигго!»       «Лучше бы ты не рождался», — шипит голос отца.       «Вигго!» — кто-то гладит его по волосам. Осторожно, едва ощутимо. Вигго тянется за этим голосом, за этими ускользающими прикосновениями, и вдруг снова обретает способность дышать полной грудью, а не маленькими глотками. Он хватает ртом воздух, словно тонущий, что кое-как вынырнул из-под толщи воды. Его всё ещё трясёт, он чувствует, как по щекам бежит влага, на коленях его лежит что-то тяжёлое и плоское, а его спину обнимает чья-то рука.       — Вигго, — вновь зовёт его голос, и Вигго безошибочно узнаёт в нём голос Иккинга.       Вздрогнув, Вигго резко отпрянул так далеко, как позволила придавившая его ноги голова Беззубика. Дракон смотрел на бывшего охотника с грустью и жалостью; поднимать взгляд на Иккинга мужчина, откровенно говоря, боялся. Вычерченные на щеках дорожки слёз раздражали кожу, и Вигго сердито утёр их запястьем. Повисло неловкое молчание, и мужчина не сразу решился его нарушить.       — Что… — голос был хриплым, и Вигго прочистил горло. — Что ты тут делаешь?       — Ночую, — совершенно спокойным тоном ответил Иккинг.       — Ночуешь?       — Ну, — протянул всадник с ноткой беззаботности, — на Драконий Край прилетело немало гостей, а одна из гостевых хижин занята тобой. Так что всем пришлось потесниться. В моей хижине, например, остановились отец и члены совета Олуха.       — Ты мог бы остаться с ними, — заметил бывший охотник.       — Мог бы, но Плевака та-а-ак храпит, что я не выдержал и сбежал.       Вигго хмыкнул. Это была не основная причина, и они оба это знали.       — Все довольно легко согласились на суд, если тебе интересно, — сообщил Иккинг. — Он состоится завтра.       Мужчина кивнул, всё ещё не поднимая взгляда на собеседника. Его руки сами собой скользнули на морду Беззубика. Казалось бы, та же драконья чешуя, что у скрилла, но на ощупь совсем другая. У Беззубика чешуйки лежали одна к другой столь плотно, что невозможно было нащупать край отдельной; чешуя же скрилла была словно взъерошена, ни одна чешуйка не прилегала плотно к другой, они легко цепляли кончики пальцев, стоило провести рукой против направления роста чешуи.       Обычно животные не любили, чтобы их гладили против шерсти, но скриллу подобные ласки почему-то были по нраву. Хотя можно ли было считать чешую драконов шерстью? Вигго тихо хмыкнул. Он всю жизнь занимался драконами, но подобные вопросы раньше никогда не приходили ему в голову.       — Эм, — неловко прервал его размышления Иккинг, — вижу, ты привёл себя в порядок… — Вигго усмехнулся на эту фразу, подозревая, что в данный конкретный момент выглядел далеко от того, что можно назвать «в порядке». — Так… как тебе наши термы?       Мужчина пожал плечами.       — После падения в вулкан я с подозрением отношусь к горячим вулканическим источникам, — ответил он. — К тому же, учитывая твою славу покорителя драконов, я ожидал увидеть там стаю кипятильников.       — Прости, что разочаровал, — весело фыркнул Иккинг.       Вигго дёрнул уголком губ в намёке на улыбку и, как он часто делал это со скриллом, с нажимом провёл пальцами по шее Беззубика против направления роста чешуи, пытаясь подцепить чешуйки кончиками ногтей. Дракон недовольно рыкнул и тряхнул головой.       — Не стоит так его гладить, — спокойно, но твёрдо произнёс Иккинг. — Ему не нравится.       — Никому не нравится, когда его гладят против шерсти, — задумчиво кивнул Вигго, ласково, словно извиняясь, погладив дракона по тому же месту, — но скриллу почему-то нравилось.       Иккинг ничего не ответил, тоже погладив Беззубика. Тот от довольства прикрыл глаза и заурчал.       — Ты не видел его сегодня?       — Нет, — ответил всадник, понимая, что речь о скрилле. — Хотя мы с Беззубиком трижды облетели весь остров.       — Что, если… — Вигго осёкся, поджав губы.       — Он вернётся, — уверенно ответил Иккинг. — Просто иногда у драконов бывают, ну, знаешь, свои дела… Несколько лет назад я сделал Беззубику протез хвоста для самостоятельных полётов. И он улетел. Он не возвращался несколько дней, и я думал, что он не вернётся уже никогда, но он вернулся и принёс шлем, который я умудрился уронить в море во время одного из наших совместных полётов. Так что, просто дай скриллу немного времени, и он тебя удивит… Например, достанет из моря то, что ты туда случайно уронил…       — Надеюсь, — чуть помолчав, произнёс Вигго, — это будет не скелет моего брата…       Он поднял глаза на всадника и нервно рассмеялся, увидев как тот изменился в лице, представив эту картину. Иккинг тоже засмеялся, и тоже нервно. Беззубик, тихо заворчав, поднял морду и посмотрел на людей с недоумением.       — Да уж… — буркнул Иккинг, смолкая, а затем внимательно посмотрел Вигго в глаза. Бывший охотник не заметил в его взгляде даже намёка на жалость и был благодарен за это. — Ты… — слегка неуверенно произнёс всадник. — Не хочешь поговорить о кош…       — Нет, — на полуслове оборвал его Вигго.       — Уверен? — со вздохом уточнил Иккинг.       Вигго поджал губы, на секунду задумавшись.       — Нет… — признался он. — Просто… Не сейчас…       — Ладно, — спокойно кивнул Иккинг и поднялся со своего места. — Если что, я на втором этаже.       — Иккинг, — окликнул его Вигго, когда парень уже дошёл до лестницы. Всадник обернулся. — Спасибо.       Иккинг улыбнулся и кивнул, а затем перевёл взгляд на Беззубика, так и оставшегося у кровати мужчины.       — Ты идёшь? — спросил он у ночной фурии. Дракон проурчал, явно отрицательно, затем обошёл кровать бывшего охотника по периметру, улёгся вдоль и, потянувшись, накрыл мужчину своим крылом.       Вигго и Иккинг удивлённо переглянулись.       — Как скажешь, братец, — с улыбкой пожал плечами Иккинг и ушёл на второй этаж.       Вигго осторожно погладил драконье крыло, затем улёгся и погасил свечу.       До утра ничего ему больше не снилось.