Глава 12. Василиск

Рождество в поместье Блэкторнов всегда было событием холодным и величественным. В этот год снег лёг толстым слоем на чёрные башни, превратив их в призрачные силуэты на фоне звёздного неба. Внутри, в главном зале, высокая ёлка, украшенная серебряными змеями и рубиновыми шарами, отбрасывали мерцающие тени на стены, увешанные портретами предков. Гарольд стоял у камина, его чёрные глаза отражали пламя, словно два угля. В руках он держал три аккуратно завёрнутых подарка — два от друзей и один, который он не ожидал получить. — Полагаю, ты уже приготовил что-то особенное для Гринграсс? — раздался голос Игнотуса. Отец стоял в дверях, его серебристые глаза изучали сына с привычной проницательностью. — Набор украшений из чёрного жемчуга и книгу «Тёмные проклятия: забытые искусства» с автографом Элианы Морган, — ответил Гарольд. — Для Малфоя — золотые часы с напоминанием и трактат по высшим зельям. Игнотус одобрительно кивнул. — Достойно. А что тебе подарили? Родители подарили Гарольду последнюю модель метлы «Стремительный Шторм», которую он уже опробовал во дворе, рассекая ледяной воздух с такой скоростью, что снег вздымался за ним. Второй подарок — от Драко — был изящным футляром для палочки, украшенным серебряной змеёй, чьи глаза сверкали изумрудами. Дафна преподнесла ему кота с шерстью цвета ночи и золотистыми глазами, который, как оказалось, мог говорить с хозяином мысленно. — Его зовут Нокс, — пояснила Дафна в записке к подарку. Но самым загадочным подарком была мантия, лежавшая на его кровати без записки. Лёгкая, как паутина, и холодная на ощупь. Когда Гарольд накинул её на плечи, его отражение в зеркале исчезло. — Мантия-невидимка, — прошептал он, ощущая дрожь в кончиках пальцев. В библиотеке поместья, среди древних фолиантов и запретных трактатов, Гарольд провёл остаток каникул. Страницы пыльных газет шелестели под его пальцами, пока он искал упоминания о Тайной комнате. Одна заметка привлекла его внимание: «Трагедия в Хогвартсе: ученица найдена мёртвой» 1943 год. Миртл Уоррен, ученица второго курса, была обнаружена бездыханной в женском туалете на втором этаже. Причины смерти неизвестны. Свидетелей нет. Гарольд откинулся в кресле, его мысли путались. Миртл… Туалет… Жёлтые глаза… — Василиск, — прошептал он. Возвращение в Хогвартс после каникул было встречено шепотками и испуганными взглядами. Окаменевшие ученики, парализованные страхом преподаватели, и Дамблдор, чьи глаза стали ещё более непроницаемыми. — Мы должны поговорить с Миртл, — сказал Гарольд Дафне и Драко, когда они остались одни в гостиной Слизерина. — С призраком? — Драко скривился. — Она же плакса. — Она единственная, кто видел убийцу. Заброшенный туалет на втором этаже встретил их каплями воды, стекающими с потолка, и тихими всхлипами. Миртл парила над одной из кабинок, её прозрачное лицо искажено вечной грустью. — О, великий Блэкторн удостоил меня визитом, — всхлипнула она. — Миртл, — Гарольд опустил голос, стараясь звучать мягче. — Ты помнишь, как умерла? Призрак вздрогнул, и вода в унитазах забурлила. — К-конечно помню! Это было ужасно! Я сидела здесь, плакала из-за того, что Оливер Хорнби назвал меня очкастой… А потом… потом я услышала голос. — Голос? — Да! Он был… шипящим. Как будто змея говорила. А потом я увидела глаза… огромные, жёлтые… И всё. — Где именно ты их увидела? Миртл указала на раковину в углу. — Там. Гарольд подошёл к раковине. На медной поверхности были выгравированы крошечные змейки, почти незаметные. — Откройся, — прошептал он на змеином языке. Стена задрожала, и раковина сдвинулась, открывая тёмный тоннель, уходящий вглубь земли. — Ты серьёзно собираешься туда спуститься? — Дафна схватила его за рукав. — Я должен. — Тогда мы идём с тобой, — твёрдо сказал Драко. Гарольд покачал головой. — Нет. Если это василиск, один взгляд — и вы умрёте. У меня есть шанс, потому что я змееуст. Оставайтесь здесь. Если я не вернусь через час — предупредите Снейпа. Он накинул мантию-невидимку и исчез из виду, шагнув в тёмный проход. Тоннель был скользким и холодным. Гарольд шёл вперёд, освещая путь кончиком палочки. В воздухе висел запах сырости и чего-то древнего, почти звериного. Наконец тоннель расширился, и он оказался в огромном зале с высокими колоннами, уходящими в темноту. На полу валялись кости — останки тех, кто осмелился войти сюда до него. И тогда он увидел Его. А так же рыжую девочку, которая лежала на мокром полу. Василиск лежал, свернувшись кольцами, его чешуя блестела в тусклом свете, как нефрит. Жёлтые глаза были закрыты, но Гарольд знал — стоит ему проснуться, и смерть придёт мгновенно. — Не нападай, — прошептал Гарольд на змеином языке. Чудовище приподняло голову, его глаза сузились. — Кто ты? — прошипел василиск. — Наследник. – Гарольд не был наследником, но василиску это знать не обязательно. Василиск замер, затем медленно склонил голову. — Ты пришёл освободить меня? Гарольд не ожидал этого. — Кто тебя запер? — Тот, кто назвал себя наследником до тебя. Он использовал меня, но потом испугался. Том Риддл. Гарольд сжал палочку. — Где он сейчас? — Его дух остался. В книге, которую принесла девчонка. — Кто приказал тебя нападать на учеников? Василиск зашипел: — Девочка. Рыжая. Она плакала, когда говорила со мной. Джинни Уизли Гарольд отступил на шаг. — Ты больше не будешь слушать её. Ты будешь слушать только меня. Василиск склонил голову. — Да, наследник. Гарольд повернулся, его разум лихорадочно работал. Теперь он знал правду. Осталось только решить — что с ней делать. И как спасти Джинни, прежде чем Том Риддл из дневника заберёт её жизнь полностью.