Глава 23. Судьи

Следующее утро выдалось на удивление ясным. Ледяной ветер, который последние дни терзал башни Хогвартса, стих, и над замком повисло прозрачное, бледно-голубое небо, на котором кое-где ещё держались одинокие облака. Студенты, спешащие в Большой зал на завтрак, выглядели более оживлёнными, чем обычно — слухи о скандале с четвёртым чемпионом разлетались по всей школе, и каждому хотелось увидеть, что будет дальше. Гарольд, Дафна и Драко вошли в Большой зал, и первое, что бросилось в глаза Гарольду, был человек, сидевший за преподавательским столом рядом с Дамблдором. Его отец, Игнотус Блэкторн, восседал в кресле, которое обычно занимал кто-то из почётных гостей, и выглядел так, будто всегда там и был. Его чёрная мантия с серебряной вышивкой переливалась в свете парящих свечей, а лицо оставалось непроницаемым. Гарольд на мгновение замер, удивлённо уставившись на отца. Игнотус не предупреждал его, что останется в Хогвартсе на завтрак, тем более что будет сидеть за преподавательским столом, наравне с профессорами. Что-то происходило, и Гарольд не знал, что именно. — Твой отец сидит за столом преподавателей, — прошептала Дафна, заметив его замешательство. — Я вижу, — ответил Гарольд, восстанавливая самообладание. — Это... неожиданно. Драко хмыкнул. — Похоже, скучать нам не придётся. Они заняли свои привычные места за слизеринским столом, но Гарольд не мог оторвать взгляда от отца. Игнотус не смотрел в его сторону, но Гарольд знал, что отец чувствует его присутствие. Это была одна из тех вещей, которые они оба унаследовали от своей магии — тонкая связь между отцом и сыном, усиленная древними ритуалами. Когда завтрак подошёл к концу, Дамблдор поднялся со своего места, и зал постепенно затих. Свечи, парящие под потолком, словно бы притихли, а воздух наполнился ощущением важности. — Доброе утро, студенты, гости и преподаватели, — начал Дамблдор, и его голос разнёсся по всему залу, как всегда, без усилий, но с нотками торжественности. — Прежде чем мы начнём наш учебный день, я хотел бы сделать важное объявление. Он сделал паузу, окидывая взглядом собравшихся. — Как вы знаете, в этом году в Хогвартсе проходит Турнир Трёх Волшебников. Это событие, которое требует не только смелости и мастерства от участников, но и мудрости, справедливости и опыта от тех, кто будет их оценивать. Сегодня я хочу представить вам судейскую коллегию, которая будет определять победителей в каждом из трёх испытаний. Дамблдор жестом указал на себя. — Я, Альбус Дамблдор, буду одним из судей. Также в состав жюри войдут директор Дурмстранга, профессор Игорь Каркаров... Каркаров, сидевший рядом с Крамом, слегка поклонился, его лицо оставалось серьёзным, хотя в глазах мелькнула тень улыбки. — ... и директор академии Шармбатон, мадам Максим, — продолжил Дамблдор. Величественная женщина, сидевшая за столом с делегацией Шармбатон, кивнула, и её лицо осветилось лёгкой улыбкой. — И, — голос Дамблдора стал чуть громче, — я счастлив объявить, что к нам присоединится почётный член жюри, глава древнего и могущественного рода, Игнотус Блэкторн. По залу пронёсся удивлённый шёпот. Многие студенты обернулись к преподавательскому столу, чтобы посмотреть на человека, чьё имя было окутано тайной. Гарольд почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Его отец — член жюри? Он не рассказывал ему об этом. Ни слова. Игнотус медленно поднялся, его фигура, казалось, стала ещё выше в этот момент. Он окинул зал холодным, оценивающим взглядом, и его голос, когда он заговорил, был низким и проникающим в самую душу: — Я благодарен за оказанную честь, — произнёс он. — Для меня большая ответственность следить за тем, чтобы Турнир был честным и безопасным для всех участников. Он сел, и зал взорвался аплодисментами — вежливыми, но настороженными. Гарольд заметил, как некоторые профессора переглянулись, а Снейп, сидевший в дальнем конце стола, смотрел на Игнотуса с выражением, которое можно было истолковать как уважение, смешанное с любопытством. Гарольд перевёл взгляд на Дамблдора. Тот улыбался, но его голубые глаза, казалось, были холоднее, чем обычно. Он явно знал что-то, чего не говорил. Когда объявление было завершено и зал вновь наполнился шумом, Гарольд заметил, как отец ловит его взгляд и чуть заметно кивает. Это было молчаливое обещание, что скоро они поговорят.

***

После завтрака Гарольд, Дафна и Драко вышли из Большого зала, но на лестнице Гарольд почувствовал лёгкое прикосновение к своему плечу. Он обернулся и увидел отца, который стоял чуть позади, отделившись от толпы с той лёгкостью, которая была свойственна только ему. — Гарольд, можно тебя на пару слов? — спросил Игнотус, и его голос был ровным, но в глазах мелькнула тёплая искра, которую Гарольд видел лишь в редкие моменты их общения. Гарольд кивнул и, повернувшись к друзьям, сказал: — Я скоро приду. Дафна и Драко понимающе кивнули и направились в гостиную. Гарольд последовал за отцом в пустующий коридор, где их никто не мог услышать. Игнотус остановился у высокого окна, из которого открывался вид на заснеженные земли, уходящие к Чёрному озеру. Он смотрел вдаль несколько секунд, затем повернулся к сыну. — Ты удивлён, что я в жюри? — спросил он, и в его голосе слышалась лёгкая усмешка. — Признаюсь, да, — ответил Гарольд. — Ты не говорил мне. — Потому что я и сам узнал об этом лишь вчера вечером, — сказал Игнотус. — Дамблдор предложил мне место в жюри, когда мы закончили тот разговор. Я не ожидал, но согласился. — И почему ты согласился? — спросил Гарольд, не скрывая любопытства. Игнотус посмотрел на него, и в его глазах мелькнула серьёзность. — Потому что я хочу быть рядом с тобой во время этого Турнира. Ты не просто мой сын, Гарольд. Ты — наследник рода Блэкторнов. И я не позволю никому использовать тебя в своих играх. Гарольд почувствовал, как в груди разливается странное тепло, почти незнакомое, но приятное. Он редко получал такие откровенные проявления отцовской заботы, но каждый раз, когда это случалось, это было для него важно. — Спасибо, — сказал он тихо. — Я ценю это. — Не стоит благодарности, — ответил Игнотус, и его голос стал более деловым. — Но, кроме того, я хочу дать тебе одну подсказку. Гарольд насторожился. — Подсказку? — Да. О первом испытании. Игнотус подошёл ближе, понизив голос почти до шёпота. — Первое испытание будет связано с драконами. Тебе предстоит забрать золотое яйцо, охраняемое одним из этих существ. Я не могу сказать тебе, какие именно породы будут использованы, но я знаю, что ты умеешь мыслить нестандартно. Вспомни, чему я учил тебя: дракон — это не только сила, но и гордость. Если ты сможешь перехитрить его, ты победишь. Гарольд внимательно слушал, запоминая каждое слово. Драконы. Это было неожиданно, но не так страшно, как он предполагал. Он изучал драконов в поместье, читал книги о их поведении и слабых местах. Теперь он знал, что нужно искать. — Спасибо, отец, — сказал он, чувствуя благодарность. — Это поможет. — Я надеюсь на это, — ответил Игнотус. — И, Гарольд... — Да? — Будь осторожен. Турнир опасен сам по себе, но кто-то явно хочет использовать его против тебя. Не доверяй никому, кроме своих друзей. И помни: я всегда рядом. Он положил руку на плечо сына, и в этом жесте было больше тепла, чем в любых словах. Затем он развернулся и направился обратно к преподавательскому столу, оставив Гарольда наедине с его мыслями. Гарольд стоял у окна, глядя, как снег медленно кружится в воздухе, падая на замёрзшую поверхность озера. Его мысли были заняты подсказкой отца. Драконы. Золотое яйцо. Он должен был придумать стратегию, которая позволит ему выжить и выиграть. В этот момент он услышал шаги. Он обернулся и увидел Дафну и Драко, которые поднимались по лестнице. — Твой отец уже ушёл? — спросила Дафна. — Да, — ответил Гарольд. — Он дал мне важную информацию. — Какую? — с любопытством спросил Драко. Гарольд помедлил, взвешивая слова. Ему хотелось поделиться с ними, но он понимал, что чем меньше людей знают о его планах, тем безопаснее. Он принял решение: он не будет втягивать их в поиск информации. Это было слишком опасно. — Скажем так, это дало мне пищу для размышлений, — уклончиво ответил он. — Мне нужно проверить кое-что в библиотеке. — Мы можем пойти с тобой, — предложила Дафна. — Нет, — ответил Гарольд, и его голос был твёрдым, но не грубым. — Мне нужно разобраться самому. Я хочу, чтобы вы были рядом, когда я вернусь, но сейчас мне нужно побыть одному. Дафна и Драко переглянулись. Они знали Гарольда достаточно хорошо, чтобы понять: когда он говорит "мне нужно побыть одному", это означает именно то, что он сказал. Они не настаивали. — Хорошо, — сказала Дафна, хотя в её глазах мелькнула тень беспокойства. — Но если тебе что-то понадобится, ты знаешь, где нас найти. Гарольд кивнул и направился в библиотеку.

***

Библиотека Хогвартса была огромной и завораживающей в своей глубине. Тысячи книг, свитков, карт и манускриптов хранились на бесчисленных полках, и каждый из них таил в себе частицу древней магии. Гарольд любил это место, особенно в часы, когда здесь было пусто и тихо. Сегодня он выбрал самый дальний угол, где никто не мог его потревожить. Он сел за стол, положив перед собой несколько книг, которые он принёс из запретного раздела. Он знал, что это может быть опасно, но для него не было запретов, когда речь шла о его выживании. Он раскрыл первую книгу — древний фолиант о драконах, написанный на латыни. Страницы были пожелтевшими, а некоторые рисунки были выполнены с такой точностью, что казалось, будто драконы вот-вот сойдут с них. Он начал читать, делая заметки на отдельном пергаменте. Книга была полна описаний различных видов драконов: от венгерской хвостороги до китайского огнешара, от украинского железобрюха до перуанского ядовита. Гарольд изучал их слабости, поведение, способы защиты. Он запоминал каждую деталь, каждое замечание о том, как лучше всего подойти к дракону, как обмануть его, как использовать его собственные инстинкты против него. Он провёл в библиотеке несколько часов, перелистывая страницы, пока его глаза не начали слезиться от напряжения, а голова не стала тяжёлой от информации. Но он не сдавался. Ему нужно было знать всё. Когда он наконец отложил книгу, в его голове уже сформировался план. Он знал, что дракон — это не просто зверь, а существо, обладающее интеллектом и гордостью. Если он сможет заставить дракона пойти за ним, отвлечь его, он сможет забрать яйцо. Он встал, подошёл к окну и посмотрел на закат, который окрасил небо в оранжево-красные тона. Он чувствовал себя одновременно уставшим и полным сил. Ему нужно было время, чтобы всё обдумать и подготовиться. Гарольд знал, что его ждут трудные дни. Но он также знал, что он справится. Он был Блэкторном, и его кровь была сильна. Он собрал свои книги, аккуратно вернул их на место и вышел из библиотеки, оставляя за собой тишину и тени, которые, казалось, наблюдали за ним. Когда Гарольд вошёл в гостиную Слизерина, часы показывали уже почти полночь. Он ожидал, что все уже разошлись по спальням, но, к его удивлению, Дафна и Драко сидели у камина, ожидая его. — Ты выглядишь уставшим, — сказала Дафна, вставая и подходя к нему. — Я провёл несколько часов в библиотеке, — признался он. — Но это было полезно. — Что ты узнал? — спросил Драко, подходя ближе. Гарольд посмотрел на них, и на его лице появилась лёгкая улыбка. — Я узнал, что первый тур будет связан с драконами, и у меня есть план. Но пока я не буду делиться им. Это слишком опасно. Дафна и Драко понимающе кивнули. Они знали, что Гарольд иногда предпочитал действовать в одиночку, и уважали его решение. — Если тебе понадобится наша помощь, мы рядом, — сказал Драко. — Я знаю, — ответил Гарольд. — И это всё, что мне нужно. Он подошёл к камину и посмотрел на огонь, который танцевал в камине, отбрасывая тени на стены. Он чувствовал себя готовым ко всему, что могло случиться. Он был силён, у него была цель, и он знал, что его семья и друзья поддержат его. — Завтра начнётся новый день, — сказал он, поворачиваясь к друзьям. — И я готов к любому вызову.